Готовый перевод The Rings of Venus / Кольца Венеры: Глава 8

Проснувшись раньше Эрики, Ник направился в ванную комнату. Накануне вечером он не принимал душ, но заметил, что зубные щётки, все разного цвета, подключены к вакуумной системе. Его синяя щётка сначала наполнила ему рот пастой, а после высосала её обратно, ну, прямо как на приёме у стоматолога.

Это было несколько необычно. Даже не так, это было здорово! Радуясь лучам солнца, пробивающимся сквозь мансардное окно, Ник разделся и шагнул в цилиндрический душ. Закруглённая, прозрачная дверь бесшумно закрылась за ним. Ощутив себя запертым, он стал ждать, что произойдёт дальше.

Тут не было никаких кранов — сверкающие металлические поверхности были больше похожи на дуршлаги с множеством мелких отверстий — но спустя несколько секунд тёплая вода сама побежала из них. Затем зелёная пена начала падать ему вниз на шею. Холодный плюх почувствовался сверху головы и потрогав рукой, Ник обнаружил шарик пены размером с чашку.

Хорошо, он понял идею: в этом городе, который думает, дома тоже обладают собственным разумом. Ник помыл голову, уже зная что будет впереди — полоскание. Вода лилась на него со всех сторон, включая верх. Он отплевался и откинул волосы с глаз.

Когда вода наконец остановилась, он вышел из душа и оглянулся вокруг в поисках полотенца, но, конечно, Венера уже и об этом успела позаботиться. Горячий воздух из неизвестного источника обдал его тело с такой силой, что ему пришлось опереться на стенку душа. Быстрый взгляд в зеркало сообщил ему, что его волосы тоже были высушены и теперь его прическа напоминала соломенное пугало. Жаль только, что душ не стёр его веснушки.

Когда он закончил, то заметил, что его рост и вес были отображены на компьютерном экране размером с открытку, расположенном рядом с дверью душа. На другом экране пробежало сообщение: "Натрий повышен. Скорректируйте диету." Натрий значил соль, Ник знал даже это. Он ел солёные орешки и пил содовую колу днём ранее на самолете. Без сомнений сканеры уже автоматически отослали его "скорректированную" еду на настольное меню. А какие ещё показатели тела измеряют компьютеры душа?

Когда подошла очередь Эрики, мама зашла вместе с ней.

"Что с твоими волосами?" спросила Эрика.

Ник пригладил их руками. "Ничего. Я расчешу их."

Что ж, теперь он жил в мире будущего, и к высокотехнологичным ванным комнатам придётся понемногу привыкать.

В 9 утра на мостках появилась Алана, одетая в голубой сарафан с небольшими бретельками. Кёртиса с ней не было.

Ник помахал ей, улыбка расплылась на его лице. Он смотрел как она переходит мост, её платье выделялось на фоне зелёных джунглей пятном голубой краски. Эрика, сидевшая на крыльце спрыгнула с него и помахала.

"Доброе утро", воскликнула Алана, её голос эхом разносился сквозь покров деревьев.

Пребывая в хорошем настроении, Ник позвал родителей из купола и впятером они отправились по тому же пути, что и вчера вечером. В девять утра воздух уже был влажным и почти горячим.

Они прошли несколько прудов, покрытых зелёным лишайником, ветками и листьями. Никаких аллигаторов этим утром они не встретили, хотя, кто знает, что скрывалось под поверхностью? Мох, серый, как волосы пожилой дамы, свисал с деревьев. Красные и жёлтые цветы выглядывали отовсюду. Они проследовали к движущемуся тротуару и оттуда проделали свой путь назад к Радиальной номер 4.

Ник посмотрел нет ли новых сообщений на мобильном от Хэнка — 6 утра, в Скаджите он бы всё ещё спал. Он отправил одно сам: На пути сквозь джунгли к ориентированию... дальше — больше. Н.

Когда они достигли Центрального Купола, Алана провела их мимо внушающих размеров голографического глобуса к лифту, который она назвала Трансвейер, переместивший их несколькими этажами выше.

В нём не было никаких кнопок, только панель, в сторону которой Алана направила свой голос. "Ориентирование, пожалуйста." Когда они достигли третьего этажа, Трансвейер переместился вбок и они вместе вышли прямо перед широкой металлической дверью, украшенную узорами из листьев.

"Хочу знать как он работает." Эрика расставила руки между дверьми, как будто пыталась задержать его.

Никто ей не ответил. "Так, мы на месте," сказала Алана. "Я надеюсь никто не против, если я сейчас оставлю вас и вернусь позже. Я проходила через это сотню раз."

"О, нет, конечно," сказал папа.

Она улыбнулась всем и зашла обратно в Трансвейер. Улыбалась ли она Нику чуть дольше, чем остальным?

Всего несколько человек толпились вокруг двери — мужчина в цветастой рубашке, ещё один в костюме, женщина в платье и джинсах, и ещё одна, с маленькой девочкой на руках.

Об стену опирался уже знакомый им с предыдущего дня толстый мальчик. Ну конечно, он должен был быть здесь.

Сегодня он был одет в мятые штаны и рубашку, свисавшую до колен, металлическая коробка всё так же была при нём. Он пялился в сторону Ника, до тех пор, пока дверь не раздвинулась и все зашли в прохладу комнаты, охлаждаемой кондиционером. Ник ощущал толкучего мальчишку впереди, источающего, дышащего враждебностью.

Круглые ступени располагались ярусами вокруг платформы, где их ждал один единственный стул, стоявший в центре голубого свечения. Хаммонды спустились на несколько уровней вниз, где расположились на плитах, покрытых пробковым, похожим на губку, материалом.

В тот же миг, как тело Ника коснулся плиты, поверхность начала видоизменяться, пока не превратилась в сидение, анатомически повторяющее изгибы его тела. Его мама подпрыгнула, как будто что-то пыталось схватить её. Папа рассмеялся. Один за другим, люди описывали свои впечатления, по мере того, как садились на мягкие ступени.

Практически в пустой аудитории, толстый мальчик и его семья выбрали место прямо позади Хаммондов. Ник почувствовал тепло его тела своим затылком, и втянул плечи. Ему было интересно, могут ли эти ступени подстроится под любого человека, любого размера.

"Это стрёмно," сказал мальчик. Он говорил о ступенях? "Я не буду здесь торчать. Они всё-равно не узнают тут я или нет."

Раздался шлепок.

"Пойдём отсюда, Ардис," заныл ребёнок.

"Просто сядь и успокойся", сказала женщина. "Это займёт всего два часа."

Наверное, это была его мать. Ник направил взгляд прямо перед собой. Мальчуган всё ещё намеревался улизнуть. По всей видимости, как и сказала Алана, не всех захватывало пребывание в Венере.

Дверь позади них закрылась, свет на мгновение погас, а когда появился вновь, небольшой человек, лет сорока, стоял на платформе напротив стула. Он был одет в штаны защитного цвета и рубашку, с закатанными рукавами выше локтя. На нём была широкополая шляпа, и он улыбался всем очень белоснежной улыбкой.

"Доброе утро," сказал он вежливым тоном, "Я Джек Фрэсьер."

Основатель, подумал Ник. Он был ниже, чем тот мог себе представить, но каким-то образом обладал внушающим видом. Голубое сияние, окружавшее человека, перемещалось вместе с ним, когда он ходил взад и вперёд по платформе.

"Если вы посмотрите направо," сказал Фрэсьер, "то увидите мою очаровательную коллегу, Рэйчел Метьюс. Сделаю вид, что меня здесь нет — она та, кто делает большую часть работы тут.

Толпа издала смешок и повернулась, чтобы посмотреть. С руками, заведенными за спину, возле двери стояла женщина с длинными коричневыми волосами, одетая в широкие брюки и шелковую блузку. Она кивнула и улыбнулась.

Мистер Фрэсьер сел на стул и обвёл колено загоревшими руками. Он выглядел так непосредственно, как будто его не беспокоило вообще ничего. "То, во что вы шагнули сегодня это новый вид общества — глобальный взгляд на будущее человечества."

Ник заерзал. Слова, сами по себе, вызывали впечатление большой важности. Ник покосился на профиль отца, освещенный сиянием платформы. Похоже было, что мысли о дёрне были далеко позади.

"Системы, используемые здесь, на первый взгляд могут показаться странными," сказал Фрэсьер. За его спиной появилась карта, высотой во всю стену, на которой были изображены сцены со всего мира — тощие люди в грязных постелях, маленькие дети, держащие чаши, пока мухи летают вокруг их голов, американский ребёнок, держащий в руках пистолет.

"На этой планете достаточно ресурсов, чтобы устранить каждую из этих картинок," сказал он. "Чего у нас не достаточно, и никогда не будет достаточно — так это денег. Устраните деньги, устраните и картинки."

Выглядело так, как будто Джек Фрэсьер читает речь по сценарию, но Ник не заметил никаких листков или телесуфлеров. Тем не менее, Алана сказала, что ориентирования проходят тут каждые два часа, даже если на них приходит всего один человек. Получалось, что ему приходится довольно много говорить.

Фрэсьер продолжал речь, едва останавливаясь между предложениями. Сдавленный смех послышался позади и Ник повернулся. Круглое лицо мальчика и его колени, размером с небольшие дыни, зависли над ним, как гелиевые шары. Ник отвернулся.

Мистер Фрэсьер как будто не заметил этого, но переместился направо со своей презентацией. Он объяснил, что редкие вещи, как алмазы, стоят дорого, в то время как обычные вещи, которые можно достать где угодно — дешевые. И чтобы убедиться, что вещи всегда будут стоить дорого, компании никогда не производят достаточное всем количество.

"Это не значит, что они плохие," сказал Фрэсьер. "Просто сейчас так работает мир." Он повернулся, посмотрев прямо на аудиторию, и сделал паузу, как будто направлял камеру.

"Кроме Венеры," продолжил он. "Мир не работает таким образом в Венере, потому что это общество с ресурсо-ориентированной экономикой. Это значит, основанное на материалах и продуктах, а не деньгах. У нас достаточно всего и для всех. И, дамы и господа, люди, живущие в этом первом городе будущего, собираются доказать, что эти новые идеи действительно работают. Дети, живущие здесь, станут гражданами мира, который наконец сможет обеспечить сам себя."

У Ника всегда было всё, так что он особо никогда и не задумывался о таких вещах, и сейчас ему было немного стыдно за это. Ребёнок позади него издал смешок.

Фрэсьер встал и снова прошелся вдоль платформы, сведя руки на груди, как будто он таким образом разминался. "Я тут для того, чтобы сообщить вам, что это, возможно, наш последний шанс. Мир в хаосе, наша окружающая среда на грани коллапса, а наша насквозь монетарная система начинает взрываться."

От его угрожающего тона на руках у Ника волосы встали дыбом. Миссис Костэр в школе всегда говорила о подобных вещах, вывешивая графики, которые показывали размер национального долга, сколько кораллов погибло или сколько осталось полярных медведей, но никогда не было ясно насколько этим должны быть обеспокоены люди.

Его отец никогда не упоминал об этом, он преуспел в выращивании новых культур травы, и люди продолжали покупать рулонные газоны. Ник посмотрел на лицо папы, надеясь понять его выражение, но глаза его отца были прикованы к Джеку Фрэсьеру.

Человек рассказывал более часа, о своем видении, почему Венера должен сработать. Нику было интересно, упомянет ли тот книгу, которую показывал им папа, но человек говорил практически на одном дыхании, и Ник многое упустил.

Картинки за его спиной менялись каждые несколько минут и в конце отображали планы будущего — множество городов, соединенных поездами на магнитной подушке, и даже система городов, расположенных на морском дне.

Ник попытался слушать внимательно. Всё выглядело настолько продвинутым — круговые платформы, соединенные прозрачными трубами, пузырьковые крыши и причалы для кораблей. Морские города! Ник никогда не видел ничего подобного ранее. Это было даже лучше лунных баз! Мурашки поднимались по его спине, и он сцепил пальцы, а затем потёр руки — всё, чтобы убедиться, что он действительно сидит здесь, в месте, называемом Венерой.

"Но существует другой подход к жизни," сказал Фрэсьер, "и люди в Венере собираются первыми его испытать."

Папа похоже был прикован к сцене. Каждые несколько минут он коротко улыбался Нику. Он выглядел взволнованным, как будто основал Венеру сам.

Затем, Рэйчел Метьюс вышла вперёд и освещение на платформе исчезло вместе с Мистером Фрэсьером. "Этот город находится в процессе разработки," сказала она. "Вам понравятся новые технологии, которые будут появляться здесь. Чем дальше, тем больше ученых присоединиться к нам."

Не похоже было, что она читала, как это делал Джек Фрэсьер. Она рассказывала о необычных мостах и новой, улучшенной еде, о способах создания копий чего-угодно в природе при помощи нанотехнологий. "Дамы, наш вес будет идеальным — никто из нас не будет больше страдать избыточным или недостаточным весом. Значительное улучшение здоровье гарантируется всем, а не только некоторым."

Несколько людей захлопали. Рэйчел Метьюс кивнула и продолжила. "Мы приглашаем всех вас, провести здесь ваше лучшее время, чтобы обрести всё, о чём вы когда-либо мечтали."

"Ну и бред!"

Ник удержался, от того, чтобы повернуться опять.

"Посмотрите на это." Женщина держала в руке один из самых толстых ремешков для наручных часов, которые когда-либо видел ник. "Вы все получите свои Телегиды этим утром," сказала она им. "Вы можете одеть их на запястье или не делать этого." Нику показалось, что она смотрит в сторону мальчугана. "Но позвольте рассказать о некоторых преимуществах этого устройства."

Она объяснила, что Телегид может ответить на вопросы о том, где вы находитесь в Венере, выполнять функцию мобильного, измерять давление, или оповещать о приближающихся штормах.

"На самом деле, я вижу, что вечером у нас может быть дождь," сказала она. "И ещё, Телегиды подключены к обширной библиотечной системе, в которой вы можете одолжить на время практически любую вещь, которой вам, на самом деле, нет нужды владеть. Это замечательно, не правда ли?." Она улыбнулась. "Я беру на время произведения искусства и скульптуры для моего дома и меняю их каждый месяц или около того. Но зубная щетка у меня личная."

Аудитория рассмеялась. Ник пришёл к выводу, что тут все уже успели опробовать их ванные комнаты, и исследовать зубные щетки.

Метьюс рассказала, как можно заказать практически любую необходимую вещь, через компьютер в куполе или квартире и она будет доставлена через подземную транспортную систему. Даже чистую одежду. Мусор отправляется обратно таким же образом. Всё было под землёй.

"Готов поспорить, там внизу запашок," возликовал толстый ребёнок.

Теперь уже Эрика не выдержала и повернулась. "Эй, я вообще-то слушаю, ты не против..?"

"Эрика..." мама покачала головой, выражая своё неодобрение, но Ник улыбнулся.

Женский голос донесся сверху, "Будь внимательнее, Пейтон, тебе может это пригодиться."

Пейтон... ну и имя, подумал Ник.

Не обращая внимание на разговоры, Рэйчел Метьюс сказала, "Некоторые из вас спрашивали о школах."

Ник оживился. Этот то, о чём он хотел узнать.

Метьюс оглянулась на картинку за своей спиной, на которой были изображены школьники 3-4 класса, которые выглядели так, как будто им надоело всё на свете. Затем картинка сменилась, и на ней уже был изображен школьник по старше, который уснул на своей парте. Кто-то издал смешок. Всё это выглядело таким знакомым.

Затем она сказала, "Вы могли слышать, что в Венере отсутствуют школы. Это не правда. А правда в том, что у нас отсутствуют классные комнаты. Мы верим, что обучение должно быть захватывающим. Сам по себе город Венера является школой, так что необходимости в классных комнатах, в том виде, в котором вы их знаете, нет."

Значит это была правда. Дети тут действительно не ходят в школу. Ник заметил, как брови его матери полезли на лоб, и улыбнулся про себя. Отсутствие классных комнат означало, что больше не будет никаких Неандертальцев, раздевалок, пахнущих носками, и картофельно-сосисочных запеканок.

"Нет школ?" Эрика прошептала это так, как будто это было худшей новостью, какую она когда-либо слышала.

Ник сосредоточился на Рэйчел Метьюс, надеясь уловить каждое слово. Она говорила о "собраниях", которые имели место быть вместо обычных классных комнат. Она сказала, что кто угодно может узнать о них на компьютере. Всё, что вам нужно было сделать, это выяснить, в чём вы заинтересованы.

Нет школы. А папа знал об этом? Теперь Ник был точно уверен, что он хочет остаться в Венере, возможно до конца своей жизни.

В конце ориентирования, освещение включили полностью и люди начали шуметь, вставая и пробираясь к двери. Ник не был уверен куда пропал Джек Фрэсьер — его уже не было на платформе, но Рэйчел осталась, для того, чтобы люди, столпившиеся вокруг неё могли задать вопросы. У Ника был миллион вопросов, но он только приблизительно представлял себе какими они были.

Он проследовал за своей семьёй вверх по ступеням и они вернулись обратно в верхний холл. На столе, сразу за дверью, лежали Телегиды, выложенные рядами. Их было около пятидесяти. Ник подумал было, что может взять два, на случай, если потеряет один. Но вспоминая, что говорил Фрэсьер об изобилии, он взял только один и повесил себе на запястье. На Телегиде не было ничего, кроме маленького экранчика.

Эрика одела свой и начала тыкать в него. "Проверка, проверка."

Кто-то, должно быть, ответил.

"Кто говорит?" спросила Эрика.

Если она износит один, сможет ли она получить другой? Что если она сломает его?

"Так, что вы думаете?" папа отвёл их в сторону от группы людей к блестящему чёрному камню, который был выточен в форме скамьи. "То, о чём он говорит делает газоны довольно незначительными, разве не так?"

"Я не знаю," сказала мама. Она схватилась за голову и села. "После того, как я привыкла к этому, я думала, у нас довольно неплохая жизнь, Гил. Я знаю об изменениях климата и всём таком, но в его устах это звучит так ужасно."

"Всё что тебе нужно делать — это читать новости." Папа встал перед ней со скрещенными руками.

Эрика продолжала играться со своим Телегидом. "Какое у меня давление?" Тык, тык. "Как далеко до луны?"

"Знаешь, Гил, если в итоге выяснится, что эти предупреждения зациклены, сообщение Джека Фрэсьера не достигнет своей цели. Так или иначе, тебя ведь никогда раньше не беспокоили подобного рода вещи. Что, если ты проснешься однажды утром и пожалеешь, что бросил бизнес? Я не знаю..."

Папа вознёс руки в позе отчаянья. "Видишь ли, если слияние не состоится... это всё..." казалось, он в поисках нужных слов. Затем на его лице отобразилась совершенно другая мысль. "Некоторые из этих машин опережают своё время на двадцать лет, Энн."

"Мне нет дела до машин," вмешалась Эрика. "Если здесь нет школ, как мы поступим в колледж?" Она подняла запястье и спросила Телегид, "Как мы поступим в колледж?"

Эрика сказала "мы", как будто Ник тоже собирался поступать в колледж. Ну, по правде говоря, он рассматривал такую возможность. Телегид что-то ответил, но мама уже начала говорить опять.

"Хороший вопрос," сказала она. "Насколько нам известно, Гил, эти собрания даже не аккредитованы."

"Я вполне уверен, они аккредитованы. Или у них есть тесты. Или что-нибудь ещё."

Ник отошел от родных, и направился к питьевому фонтанчику, который представлял собой белую скульптуру с чашей. В тот же миг перед ним возник Пейтон и наклонился к струе воды. Это было не совпадение. Пацан шумно втянул в себя воду. Он вытер щёку тыльной стороной своей большой, розовой руки и повернулся к Нику. "Ну, в каком ты классе?"

"В девятом." Не твое дело, подумал Ник.

"Да, я тоже." Пейтон подтянул штаны. "Сколько же бредятины он нёс, ага?"

"Я не знаю," ответил Ник. Он прислонился к стене, так и не выпив воды. "Возможно."

"Что ж, эта дорожка не для меня, чувак. Я валю отсюда завтра."

Ты уже пытался, хотел сказать Ник.

Девочка, с которой он был, подошла к ним. "Ты никуда не поедешь, Пейтон, пока мама тебе не разрешит." У девочки было круглое лицо и большие руки, торчащие из слишком маленькой футболки — яблоки от яблони, подумал Ник.

Пацан издал нервный смешок в сторону Ника. "Это ты так думаешь, Ардис. У меня много вещей, и я не отдам их просто так, чтобы другие люди могли взять их из любой библиотеки."

Ник быстро осмотрел содержимое своей единственной сумки. Внутри было не так уж и много. "О каких вещах ты говоришь?"

"Ну, для начала, у меня есть iPod с кучей песен и фильмов, секундомер, несколько ножей... и мои крысы."

"Крысы?" Ник уставился на коробку, сидя возле стены. Теперь он видел, через одно из отверстий, как внутри что-то шевелится.

Пацан ухмыльнулся. "Я дрессирую этих парней и я НЕ собираюсь отдавать их."

"Ты можешь оставить себе своих тупых крыс," сказала Ардис с отвращением." Как будто кому-то очень захочется их взять. О да, обязательно.

Рядом появилась Алана и Ник улыбнулся ей. "А вот и я." Спасен, подумал Ник. Он чувствовал на себе взгляд Пейтона все четыре шага за которые он подошёл к ней. Ага, я её знаю, хотел бы сказать Ник. Хорошенькая, не правда ли?

"Это тот мальчик, которого мы видели на Радиальной?" спросила мама.

"Да. А ещё он сидел позади нас на ориентировании. Его зовут Пейтон, он в девятом классе."

Папа издал звук, который как бы говорил "ах, он..." и обвил рукой Ника вокруг плеч, оставляя небольшие тёплые точки в местах, где касались его пальцы.

Ник посмотрел вниз на его руку, гадая, нашёл ли себя папа на этот раз по-настоящему, или это тоже будет только на время. Затем он остановил себя. Пока, всё, что он видел в Венере, выглядело другим. От преподавателя, до газонного магната, а затем в Венерианца. Было бы справедливо дать отцу презумпцию невиновности.

Перед тем, как они вернулись к Трансвейеру, Ник увидел как Пейтон разбрызгивает воду из крана на стену. Она оставляла тёмные полосы, стекая вниз по стене. Ник смотрел на него и думал о Поле Неандертальце, а потом подумал о своем отце.

Венера может быть другой, но некоторые вещи оставались прежними, вне зависимости от того, где ты находился. Не смотря на это, Ник чувствовал себя хорошо сегодня. Можно даже сказать, позитивно. Он не будет думать о Пейтоне, потому что так будет сложнее верить, что его жизнь по-настоящему сделала гигантский скачек вперёд.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/66604/340408

Переводчики: PASAf, nouveaux