Готовый перевод The vampire diaries-3: The fury / Дневники вампира. Ярость.: eight

"Кто..? О, это ты!" произнесла Бонни, коснувшись его локтя. "Ты напугал меня. Я не слышала как ты вошел."

Следует быть осторожнее, понял Стефан. На протяжении нескольких дней он был вдалеке от школы и отвык двигаться и вести себя как человек, вернувшись к бесшумной, отточенной походке охотника.
- Извини, - сказал он, и они вместе двинулись по коридору

«Все в порядке» произнесла Бонни, стараясь казаться при этом храброй и беспечной, но ее карие глаза были широко открыты и неподвижны. "Так, что ты делаешь здесь сегодня? Мы с Мередит приехали в пансион этим утром, чтобы проверить госпожу Флауэрс, но никто не открыл дверь. И я не видел тебя на биологии."

«Я приехал сегодня днем. Вернулся в школу по крайней мере на то время, пока мы не найдем то, что ищем »

«Ты имеешь в виду, чтобы шпионить за Алариком…» пробормотала Бонни. «Вчера я сказала Елене, чтобы она оставила его мне. Ой » добавила она, поскольку несколько проходящих мимо студентов уставились на нее. Она закатила глаза и посмотрела на Стефана. Взаимно согласившись, они повернули в коридоре и, немного погодя, оказались на пустой лестничной клетке. Бонни прислонилась к стене со вздохом облегчения.

«Мне не следует забывать не употреблять ее имени» трогательно произнесла девушка «но это настолько тяжело… Сегодня утром мама спросила меня, как я себя чувствую, и я почти сказала «прекрасно», а все потому, что я видела Елену вечером. Я не знаю, как вы можете хранить такую тайну столько времени!»

Стефан чувствовал, как улыбка появляется на его губах. Бонни походила на шестинедельного котенка. Само очарование и никаких запретов. Она всегда говорила то, что думала, даже если это полностью противоречило тому, что она говорила прежде. Все ее мысли и чувства шли от самого сердца.«Сейчас ты стоишь в этой пустой прихожей вместе со мной, и никто не знает, что ты здесь» напомнил Стефан почти угрожающе.

«Оххх…» ее глаза снова расширились. «Но ты не стал бы этого делать, не так ли?» добавила Бонни «Поскольку Елена убила бы тебя за это, дорогой» Ища другую тему для разговора, она нервно сглотнула и сказала «Ну…и…как все прошло вчера вечером?»

Настроение Стефана быстро испортилось. «Не очень хорошо. О, нет, с Еленой все в порядке, сейчас она благополучно спит» Стефан хотел продолжить, но в конце коридора увидел проходивших мимо трех старшеклассниц. Все они были очень удивлены при виде Бонни и Стефана вместе. Лицо Сью Карсон было бледным, а глаза покрасневшими, но она им улыбнулась.

Бонни очень забеспокоилась. «Как дела, Сью? Как Дуг?»

«Я в порядке. Дуг тоже ничего, по крайней мере, хуже не стало. Стефан, я хотела с тобой поговорить. Я знаю, что мой папа вчера поблагодарил тебя за помощь Дугу, но я тоже хотела бы это сделать. Я имею в виду, я знаю, что люди в городе ужасно вели себя по отношению к тебе, и ну, в общем, я была удивлена твоей заботе. Моя мама говорит, что ты спас жизнь Дугу. Я только хотела поблагодарить тебя, и сказать, что я сожалею — обо всем.»

К концу речи ее голос задрожал. Бонни вздохнула и, нащупав рукой ткань своего рюкзака, схватилась за нее от волнения. На мгновение ситуация стала выглядеть так, как будто Стефан оказался пойман двумя рыдающими девушками под лестничной клеткой. Он был встревожен и ломал голову над тем, как бы отвлечь их.

«Да ничего, все в порядке. Как Челси?»

«Она в загоне. Они держат там собак на карантине. Всех, кого смогли поймать.» Сью вытерла свои глаза и выпрямилась. Стефан немного расслабился, понимая, что опасность миновала. Повисла неловкая тишина.

«Ну…» сказала, наконец, Бонни, обращаясь к Сью. «Вы слышали, что школьный образовательный совет решил о Снежных Танцах? »

«Я слышала, что они собрались сегодня утром и, все обсудив, решили не лишать нас этого удовольствия. Кто - то сказал, что они говорили о полицейской охране. На всякий случай. О, этот звонок последний. Нужно добраться до кабинета истории прежде, чем Аларих накажет нас всех.»

«Мы будем через минуту» сказал Стефан и небрежно добавил «А когда эти Снежные Танцы?»

«Тринадцатого числа. В пятницу вечером.» Сказала Сью, а затем вздрогнула. «О, мой Бог, в пятницу тринадцатого. Я и не думала об этом раньше! Но я тут же вспомнила еще кое-что, что хотела сказать вам. Сегодня утром я вычеркнула себя из списка баллотирующихся быть королевой снега. Это только поначалу казалось возможным. Это все.» Сью удалилась почти бегом.

В голове Стефана все перемешалось. «Бонни, что это за Снежные Танцы?»

«Ну, это и вправду Рождественские танцы, только у нас вместо Рождественской королевы – Снежная королева. После того, что случилось в День Основателей, они хотели отменить праздник, еще и этот инцидент с собаками вчера, но кажется, все в порядке.»

«В пятницу тринадцатого» мрачно произнес Стефан.

«Да» Бонни снова выглядела испуганной, казалась маленькой и неприметной. «Стефан, прекрати так смотреть! Ты пугаешь меня! Да что происходит? Что по-твоему может произойти на танцах? »

«Я не знаю» Но было что-то, о чем Стефан думал, но не говорил. У церкви Феллов не было еще не одного праздника, который бы был оставлен без внимания этой Другой Силой. И эти танцы, вероятно, будут последним праздником года. Но говорить об этом сейчас не было никакого смысла. «Пошли» сказал он, «Мы действительно опаздываем»

Он был прав. Аларих Зельтзман был у классной доски, когда они вошли. Это был их первый урок с ним в кабинете истории. Даже если он был удивлен тому, что они опоздали, то скрыл это безупречно и подарил ребятам одну из своих самых дружелюбных улыбок.

«Итак, вы тот, кто охотится на охотника» думал Стефан, садясь и изучая стоящего перед ним человека. «Но вы – что-то большее, чем просто охотник? Другая Сила, возможно?»

На первый взгляд, ничто в этом человеке не вызвало подозрения. Будучи учителем, он слишком долго носил эти песчаные волосы, имел ребяческую улыбку и упрямую жизнерадостность, которые создавали для окружающих впечатление полной безопасности. Но Стефан был осторожен с самого первого дня, как увидел этого человека с безобидной внешностью. Однако казалось маловероятным, что именно Аларих Зельтзман стоял за нападением на Елену или инцидентом с собаками. Никакая маскировка не смогла бы быть такой совершенной.

Елена. Сжимая под столом свою руку в кулак, он всячески пытался заглушить боль, просыпающуюся в его груди. Он не хотел думать о ней. Он смог прожить предыдущие пять дней только благодаря тому, что всячески старался не думать о ней. На это уходило большое количество времени и энергии. Сейчас он находился в худшем месте, в котором только мог оказаться, его абсолютно не заботило то, что преподавалось, и поэтому удерживать свои мысли было гораздо тяжелее. Заняться было нечем.

Он заставил себя дышать медленно, спокойно. Ей было хорошо; это было важно. Ничто иное действительно не имело значения. Но как раз, когда он сказал это себе, ревность будто шлепнула его, словно кнутом. Всякий раз, когда он думал о Елене теперь, он должен был думать о нем.

О Дамоне, который мог поехать, куда он хочет и делать все, что хочет…Даже быть с Еленой в эту самую минуту.

. Гнев горел в сознании Стефана ярко и холодно, смешиваясь с горячей болью в его груди. Он все еще не был уверен, что Дамон не был тем, кто жестоко бросил его, истекающего кровью и находящегося без сознания, умирать в этот заброшенный колодец. Он бы воспринял идею Елены о Другой Силе более серьезно, если был полностью уверен, что это не Дамон преследовал Елену в день ее смерти. Дамон был злым; у него не было никакого милосердия и сострадания …

И что он сделал такого, чег оне сделал я? В сотый раз спросил Стефан сам себя с укором. Ничего.

Кроме убийства.

Стефан пытался убить его. Он хотел убить Тайлера. В его памяти, холодный огонь гнева по отношению к Дэймону был подпитан, и он посмотрел в сторону стола в задней комнате.

Там было пусто. Хотя Тайлер выписался из больницы за день до этого, он не вернулся в школу. Тем не менее, не должно быть никакой опасности, что он вспомнит хоть что-нибудь из этого ужасного дня. Подсознательное желание все забыть будет сохраняться в течение долгого времени, пока кто-нибудь не захочет покопаться в голове Тайлера.

Он вдруг осознал, что он смотрел на пустой стол Тайлера с прищуренным и задумчивым взглядом. Как только он посмотрел в сторону, он поймал на себе взгляд человека, который пристально за ним наблюдал.

Мэтт быстро отвернулся и склонился над своей книгой по истории, но Стефан успел заметить его выражение лица.

Не думай об этом. Ни о чем вообще не думай, говорил сам себе Стефан и пытался сконцентрироваться на лекции Аларика Зальцмана о войне белой и красной розы.

5 декабря - Понятия не имею сколько времени, примерно начало второй половины дня.

Дорогой дневник,

Утром Дамон вернул мне тебя. Стефан не захотел, чтобы я возвращалась к Алариху на чердак. Я пишу его ручкой. Мне больше ничего не принадлежит, ну, по крайней мере, я не могу пользоваться привычными вещами — тетя Джудит заметит, если я их заберу.Прямо сейчас я сижу в амбаре за пансионом. Я не могу войти в помещение, где спят люди, если меня туда не пригласили. Животные, по-моему, не в счет — тут несколько крыс спят под сеном, и сова под крышей. Сейчас мы не обращаем друг на друга внимания.

Я очень стараюсь не впадать в истерику.

Я пытаюсь отвлечься и пишу сюда — занимаюсь чем-то знакомым, привычным, нормальным. С той только разницей, что теперь вряд ли что-то в моей жизни будет нормальным.

Деймон говорит, я привыкну быстрее, если отброшу старую жизнь и начну новую. Похоже, он думает, что я неизбежно отключу эмоции, как он. Он говорит, я рождена быть охотником, и нет смысла делать что-то наполовину.

Я охотилась на оленя прошлой ночью. Оленя, потому что он создавал очень много шума, когда терся рогами о ветки деревьев, бросая вызов другим мужчинам. Я выпила его кровь.

Все, что я читаю в этом дневнике, — это грустный рассказ о том, что я постоянно искала что-то родное и естественное для себя. Но не ЭТО. Такая новая жизнь неестественна. Мне страшно подумать, во что я превращусь, если назову родной ЭТУ жизнь.

О, господи, как же мне страшно.

Сова практически белая, особенно когда расправляет крылья и становится видна их внутренняя сторона. Сзади она выглядит золотистой. Но в действительности у нее только немножко золотистого вокруг мордочки. Прямо сейчас она сосредоточенно глядит на меня, потому что я издаю звуки, пытаясь не заплакать.

Забавно, что я все еще могу плакать. По-моему ведьмы не могут.

Пошел снег. Я заворачиваюсь в плащ.

Елена прижала блокнотик к телу и закуталась в куртку до подбородка. Было очень тихо, слышалось только дыхание спящей живности. Снаружи так же бесшумно шел снег, накрывая землю плотным белым одеялом. Елена уставилась перед собой остекленевшими глазами, не замечая слез, катившихся по щекам.

"И Бонни Маккал и Кэролайн Форбс, Пожалуйста останьтесь после занятий на минуточку" Сказал Аларик, как только прозвенел последний звонок

Стефан нахмурился,когда он увидел Вики Бенет, зависавшую у кабинета истории, и её застенчивые глаза"Я сейчас по брожу где-нибудь," оказал он значимый вклад в ответ Бонни, которой кивнул. он согнул в предупреждении бровь, и она ответила с добродетельной улыбкой. Её взгляд поймав меня ясно говорил о том, сто надо подождать с бродилками

Выйдя, Стефан только надеялся, что она сможет придержаться совета...

Ему пришлось посторониться, чтобы пропустить Викки Беннет, но он тут же налетел на Мэтта, который выходил из другой двери и пытался выскользнуть в коридор как можно скорее.

Стефан схватил его за руку, не задумываясь. "Мэтт, подожди".

— Отстань от меня, — Мэтт попытался вывернуть руку. Он посмотрел на нее очень удивленно, как будто не понимая, почему из-за этого нужно так нервничать, хотя каждая мышца его тела сопротивлялась захвату Стефана.

— Я просто хочу поговорить. Одну минутку, хорошо?

— У меня нет этой минутки, — сказал Мэтт, но наконец его глаза, чуть менее синие, чем у Елены, уперлись во взгляд Стефана. В глубине их была пустота, как у человека под гипнозом или под влиянием какой-то Силы.

Тут до Стефана дошло, что никакой другой Силы, кроме его, здесь не было. Просто человеческий мозг сам ушел в такое состояние, когда столкнулся с чем-то необъяснимым. Мэтт просто выключился.

Стефан аккуратно напомнил:— Я про субботнюю ночь.

— Я не представляю, о чем ты говоришь. Блин, я же сказал, что мне надо идти.По глазам Мэтта было видно, что он будет сопротивляться до конца, но Стефан почувствовал, что нужно попробовать еще раз.

— Я не виню тебя за то, что ты не в себе. На твоем месте я вообще бы взбесился. И я знаю, как это — не хотеть думать, особенно когда мысли сводят с ума.Мэтт качал головой, а Стефан оглянулся. Коридор был практически пуст, и Стефану вдруг захотелось рискнуть. Он понизил голос:— Но, возможно, тебе будет интересно узнать, что Елена проснулась и теперь ей…

— Елена мертва! — заорал Мэтт, привлекая всеобщее внимание. — Я же просил отстать от меня!!Он толкнул Стефана, да так неожиданно, что тот отлетел к другой стене, практически растянулся на полу. Мэтт даже не обернулся, быстро удаляясь по коридору.

Пока не приуспела Бонни, Стефан просто пялился на стену. Там висел плакат с фотографией танцующих на Снежном балу, и, прежде чем девочки вышли, Стефан успел его досконально изучить.

Несмотря на все то, что Кэролайн сделала ему и Елене, Стефан не чувствовал к ней ненависти. Ее каштановые волосы висели безжизненными прядками, лицо осунулось, сама девушка ссутулилась, утратив привычную горделивую осанку.

— Все нормально? — спросил он Бонни, когда они поравнялись

— Конечно. Аларик просто знает, что мы трое — Викки, Кэролайн и я — прошли через многое, и он хочет, чтобы мы знали о его желании поддержать нас, — заявила Бонни, но ее щенячий восторг относительно учителя истории выглядел несколько искусственным. — Ничего лишнего мы ему не сболтнули. На следующей неделе у него в доме опять будет собрание, — бодро добавила она.

Замечательно, подумал Стефан. Обычно он не преминул бы съехидничать по этому поводу, но сейчас было не до этого.— Вон Мередит, — сказал он.

— Наверное, она нас ждет, — а хотя нет, она спускается в сторону кабинета истории. Забавно. Я ее предупреждала, что жду здесь.

Более чем забавно, подумал Стефан. Он только краем глаза успел заметить ее, когда она заворачивала за угол, и это потрясло его. Мередит явно что-то просчитывала, выражение лица было сосредоточенным, походка — осторожной. Она явно хотела остаться незамеченной.

— Она вернется через минуту, когда увидит, что нас там нет, — предположила Бонни, но Мередит не появилась ни через минуту, ни через две, ни через три. Она объявилась через десять минут и очень испугалась, увидев, что Стефан с Бонни ее ждут.

— Простите, задержалась, — спокойно извинилась она, и Стефан позавидовал ее самообладанию, одновременно ломая голову над тем, что же за всем этим стояло. В общем, когда они уходили из школы, только Бонни была в настроении трепаться без перерыва.

— Ты же пользовалась огнем в прошлый раз! — сказала Елена.

— Это потому, что мы искали Стефана, конкретное существо, — пояснила Бонни, — а в этот раз мы предсказываем будущее. Если бы это было твое собственное будущее, я бы просто погадала тебе по руке, но мы пытаемся выяснить нечто глобальное.

В комнату вошла Мередит, осторожно неся китайскую чашку, наполненную водой до краев. В другой руке она несла свечу.— Я принесла все, что нужно,сказала она.

— Друиды считали воду священной, — объяснила Бонни, когда Мередит наконец поставила чашку на пол и девушки уселись в круг.

— Эти друиды, по-моему, все подряд считали священным, — добавила Мередит.

— Тихо. Поставьте свечу в подсвечник и зажгите. Я вылью расплавленный воск в воду и по форме, в которой он застынет, узнаю ответы на ваши вопросы. Бабушка использовала расплавленный свинец, но она говорила, что ее бабушка лила расплавленное серебро, и вообще заверила меня, что воск будет в самый раз.Мередит зажгла свечу, Бонни оглянулась кругом и глубоко вздохнула.— Что-то мне все страшнее и страшнее становится, — пожаловалась она

— А ты не бойся, — мягко попросила Елена.

— Да я не боюсь таких ритуалов, просто противно будет, если в меня кто-нибудь вселится.

Елена нахмурилась и хотела что-то сказать, но Бонни продолжала.

— Так, не отвлекаемся. Выключи свет, Мередит. Подождите немного, пока я настроюсь, и задавайте свои вопросы.

В тишине полутемной комнаты Елена смотрела, как мерцает пламя на опущенных ресницах Бонни и на серьезном лице Мередит. Она увидела собственные руки, сложенные на коленях, — их неестественная бледность оттенялась чернотой свитера и леггинсов, которые одолжила ей Мередит. Потом она опять уставилась на танцующее пламя.

— Готово, — сказала Бонни и осторожно взяла свечу.

Елена крепко сцепила пальцы и тихо, чтобы не нарушать атмосферы, спросила:— Кто в Феллс-Черч — Другая Сила?

Бонни наклонила свечу, чтобы пламя оплавило края. Расплавленный воск стек в чашу и застыл в форме круглых капель.

— Вот этого я и боялась, — прошептала Бонни. — Нет ответа. Попробуй задать вопрос по-другому.

Огорченная Елена откинулась назад, вонзая ногти в ладони. Заговорила Мередит.

— Мы можем найти эту Силу? И победить ее?

— Это уже два вопроса, — пробурчала Бонни и опять наклонила свечу. На этот раз воск застыл в форме неровного кольца

— Это единство! Символ людей, держащихся за руки! Это значит, что мы все победим, если будем вместе!

В голове у Елены щелкнуло. Это были практически те же слова, что она говорила Стефану и Дамону. У Бонни сверкали глаза, они улыбнулись друг другу.

— Смотри! Ты все еще льешь воск, — вмешалась Мередит.

Бонни быстро выпрямила свечу и опять заглянула в чашу.Последняя капля застыла в форме тонкой прямой линии.

— Это меч, — медленно выговорила она. — Он означает жертву. Мы справимся вместе, но придется принести жертву.

— Какую жертву? — переспросила Елена.

— Понятия не имею, — ответила Бонни, но ее лицо подергивалось. — Это все, что я сейчас могу сказать. — Она поставила свечу обратно в подсвечник.

— Фуууу… — выдохнула Мередит и встала, чтобы включить свет. Елена тоже встала.

— Ну, по крайней мере мы знаем, что сумеем ее победить, — сказала она, подтягивая леггинсы, которые были ей велики в длину.Она мельком окинула взглядом свое отражение в зеркале. На Елену Гилберт, самую модную девушку в школе, она больше не тянула. Одетая во все черное, с растрепанными волосами, она выглядела бледной и… опасной, как меч в ножнах.

— В школе меня не узнают, — с горечью прошептала она. Как бы странно это ни было, она беспокоилась от того, что пропускает школу, — а все потому, что не могла туда пойти. Она так долго была королевой, все время что-то организовывала, что теперь ей было сложно представить, что ноги ее быть не должно в школе.

— Ты можешь перевестись куда-нибудь, — предложила Бонни. — Ну, я имею в виду, закончить учебный год там, где тебя никто не знает. Как зделал Стефан.

— Не уверена, — сегодня, после одинокой ночи в амбаре, у Елены было странное настроение. — Бонни! А можешь взглянуть еще раз на мою руку? Можешь предсказать будущее, мое собственное будущее?

— Я даже не уверена, что помню всю эту дребедень, которой учила меня бабушка, но я попытаюсь, — согласилась Бонни, — и уж лучше бы я больше не увидела темных незнакомцев, с тебя, по-моему, достаточно.Она хихикнула, беря вытянутую ладонь Елены.— Вспомни, Кэролайн все спрашивала, что ты будешь делать с двумя? Теперь хочешь выяснить, да?

— Просто прочитай мою ладонь, ладно?

— Хорошо. Ну вот, линия жизни… — поток профессиональных терминов у Бонни как будто иссяк, не начавшись. Она с ужасом уставилась на ладонь подруги. — Она должна продолжаться вот до сих пор… но сейчас она обрывается!

Они с Еленой молча переглянулись, и то же мрачное предчувствие закралось и в душу Елены. Тут вмешалась Мередит.

— Конечно, она короткая! Она и должна быть такой, после того как Елена утонула.

— Да, это, конечно, от этого, — прошептала Бонни. Она отпустила руку Елены, и та медленно откинулась назад.— Все нормально, — сказала Бонни увереннее.

Елена опять уставилась в зеркало. Оттуда на нее смотрела красивая девушка, но в глазах у нее была грустная мудрость, которой не было у прежней Елены Гилберт. Вдруг она поняла, что подруги смотрят на нее.

— Это, конечно, от этого, — легкомысленно сказала она, улыбнувшись одними губами.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/6844/20740

Переводчики: Ms_Ket, zukzuchara, Alenochka, Sunnysonkin

love_story, kittysweet, Defricate