Готовый перевод Whispers and the Roars / Шепот и крик: Глава 5

Глава пятая

Кейди

Он неправ.

Я ненавижу себя.

И они точно ненавидят меня.

Он единственный из немногих людей, кто меня не ненавидит.

Я чувствую недоверие в их глазах. Беспокойство о том, что эта бедная девочка поставит их в неудобное положение в их большом богатом мире. И так и будет. Дело в том, кто я. Сегодня вечером в какой-то момент не важно как сильно я буду стараться, я сделаю из себя дуру и из всех здесь.

Йео знает это и все равно ему плевать.

Что заставляет мое сердце обливаться кровью.

Ему следовало держаться от меня подальше.

Ужин до сих пор шел гладко, слава Богу. Йео отвлекает меня постоянным прикосновением ко мне. Его успокаивающее присутствие помогает мне сконцентрироваться на нем, а не на всем том, что меня окружает. На всем, что во мне. Вокруг меня.

- Чем ты сейчас занимаешься, Кейденс?

Я подпрыгиваю от ее слов и перевожу взгляд на ее красивые зеленые глаза. Ее улыбка натянутая, и мне не нравится, что ей приходится притворяться быть милой со мной. По крайней мере Флетчер не притворяется. Может быть, он и отец-засранец Йео, но я знаю, как с ним себя вести. Всегда. И это место полностью отражает грязь на подошвах его дорогих бездельников.

Все взгляды устремлены на меня, все ждут моего ответа. Но у меня язык одеревенел во рту. Я протягиваю руку к теперь уже пустому бокалу вина и вместо этого предпочитаю полный стакан воды. Как только я опустошаю половину стакана, я перевожу взгляд с Флетчера к Пэтти. - Ерундой.

Одна из близняшек хихикает над моим замечанием, и по шее разливается жаркий румянец. Йео наклоняется, запечатлевает нежный поцелуй на щеке, и шепчет: - Расслабься. Расскажи им о Кире.

На это я позволяю напряжению покинуть мои плечи. - Мм, я обучаю нескольких соседских детей игре на пианино. Кира моя лучшая ученица. У нее прекрасный слух к музыке и она хорошо реагирует на мою критику. - Я закусываю губу и посылаю Йео нервный взгляд. Его теплые шоколадного цвета глаза сверкают обожанием, которое придает мне силы, которые мне нужны, чтобы продолжить. - Дела пошли в гору. Я учу почти каждый вечер, но сейчас лето, и вместо занятий, вероятно, мне придется чем-то заполнить дни. Спасибо, мм, за то, что спросили, Пэтти.

В этот раз она действительно мне улыбается. Ее настоящая улыбка красивая.

- Я пыталась уговорить девочек на несколько занятий, прежде чем они уедут в колледж, но...

- Мам, фу. Нет. - Лейси кривит губы с отвращением и посылает Ларни тайный взгляд, понятный только близнецам.

- Убери телефон, - приказывает Баркли, рыча, затем обращает на меня изучающий взгляд. - Бреннан сказал, что на прошлой неделе он видел тебя на Пятой улице. Ничего кроме наркодилеров и шлюх там нет. Не очень безопасная часть города для хорошенькой молодой леди.

Йео напрягается рядом со мной, и я паникую. Салфетка у меня на коленях что только не переживает, когда я тереблю ее и дергаю, безуспешно пытаясь разорвать ткань пополам. - Я не ходила на Пятую улицу. Кроме того, офицер Джо сказал мне, что это плохая часть города. В основном я остаюсь дома.

Баркли пожимает плечами, будто не обвинял меня в чем-то ужасном. - О каком Джо ты говоришь? Бреннан в качестве детектива там уже три года, и я никогда не слышал, чтобы он упоминал о нем.

Я хмурюсь. Офицер Джо лучший коп в Моргантауне. Именно он обещал мне, что все будет хорошо. Что он позаботится обо мне во что бы то ни стало.

- Офицер Джо работает в другом отделе, - говорит Йео, стиснув зубы. - Бреннан идиот. Иди к черту, парень. - Его предупреждение к брату громкое и четкое. Баркли смеется и затем окунается в оживленный рассказ о том, как новый отель сломался за считанные недели. Очевидно, он совладелец. Очевидно, он спал со всеми в номере-люкс. Очевидно, он был назван в его честь.

Я сдерживаю смешок, вспомнив, что Боунз однажды сказал о Баркли.- Этот человек так беспокоится, как бы угодить отцу, что оправдывает свое имя. - Он начинает противно лаять, как собака. - Гав! - Затем он воркует. - Лэээээээй. - Это заставило меня вспомнить неловкий момент, когда я появилась у Йео, когда была подростком, и искала его. Баркли обозвал меня разными словами и высмеял меня. Когда я убежала домой в слезах, именно Боунз придумывал оскорбление за оскорблением в адрес брата Йео, и в итоге превратил мои слезы в неконтролируемый смех.

Жаль, что Боунза сейчас здесь нет.

Он точно знал бы, что сказать.

Как справиться с Баркли.

- Ну, - объявляет Флетчер и потирая живот, протягивает руку к бокалу вина. - Теперь, когда мы пережили ужин без происшествий, - его взгляд переходит ко мне, затем задерживается на Йео - я просто хотел поздравить моего самого младшего брата с его достижениями. Йе, твоя семья гордится тобой. Прежде у нас в семье никогда не было врачей, и я знаю, что все невероятно счастливы. Я тут поделился с твоей матерью идеей, и мы решили вместо дома или машины или денег подарить тебе здание за твои успехи. что ты хотел бы открыть частную практику. Мы хотим помочь тебе в твоих стараниях. Поэтому на следующей неделе мы вместе отправимся и найдем что-нибудь, что тебя устроит. Мы рады, что ты дома, сын.

Он поднимает свой бокал, и все следуют его примеру. Я поднимаю наполовину пустой стакан с водой дрожащей рукой.

- Доктору Андерсону. Может быть, он поможет всем крякающим уткам в Моргантауне, - выпаливает Дин громким и немного невнятным голосом. Елена, его девушка, хмурится на его тост, сконфуженно встретившись со мной взглядом.

Близняшки начинают тихо хихикать. Я бросаю взгляд на свою еду, к которой я едва притронулась, и пытаюсь не слушать их голоса. Эвелин и Пэтти ругают их. Йео грубо разговаривает с братом, произнося слова так резко и быстро, что я даже не разбираю их. Я чувствую проницательный взгляд Флетчера, пронзающий меня. В горле поднимается желчь, заставляющая меня вырвать руку из руки Йео.

- Я, ммм, я..., - я осекаюсь, стоя на подкашивающихся ногах. Все вокруг меня темнеет. Все, о чем я могу думать, - это как убраться подальше от этого стола. Подальше от их насмешливых и презрительных взглядов. - Дома появилось срочное дело. Я должна уйти.

Не дожидаясь чьего-либо разрешения, я убегаю, по дороге копаясь в сумочке. Мне нужен Боунз. Он заберет меня из этого гребаного места. Когда я нахожу телефон, я сжимаю его в тисках, выходя из прохладного ресторана и делаю глубокий вдох, вдыхая воздух теплого позднего весеннего вечера.

Я пытаюсь найти свой центр. Чтобы успокоиться, черт возьми, но все происходит наоборот. Меня поглощают воспоминания. Они вцепляются в меня и тащат меня в объятые пламенем глубины бездны.

Я просыпаюсь от кошмара, и чувствую кожей холод. Но она липкая и влажная. Затем я понимаю, что проснулась от крика, а не от кошмара. Мама и папа ссорятся в гостиной. Сквозь тонкие картонные стены слышно каждое слово. Я закрываю ладонями уши и стараюсь избавиться от их звуков. Звуков бьющегося стекла. Плача и крика. Ругательств.

- Ты мигай, звезда ночная..., - шепчу я, пытаясь заглушить их рев. - Где ты, кто ты —.

- ТЫ ЧЕРТОВА ШЛЮХА! - кричит папа прямо за дверью.

Я вскакиваю и пробираюсь к спинке кровати, натягивая одеяло до подбородка. Когда на прошлой неделе я спросила свою няню, что такое чертова шлюха, она дернула меня за локоть и отшлепала меня. Я была сбита с толку, почему у меня неприятности. Все, что я хотела знать, - это почему папа все время называет так мою маму.

- Норман, - умоляет мама, - ты разбудишь Кейденс. Шшш.

Мамочка не знает, что я уже проснулась. Тем не менее, мне хочется, чтобы папочка был потише. Мне не нравится, когда он кричит на нее обзывает нехорошими словами.

- Может быть, ей нужно узнать, какая ты шлюха! - орет он. - Скорее всего, она вырастет и станет точно такой же, как ты. Раздвигая ноги перед половиной гребаных соседей. Черт, она хоть моя?

Мамочка всхлипывает, и я дрожу.

Конечно, она твоя. Посмотри, как она...ты знаешь, что..., - она не договаривает.

- Что она, так же как и я, больная на всю голову? - говорит он с хохотом, полным ненависти. - Ну конечно! Нам же приходится жить с тобой! Мы сходим с ума из-за твоего гребаного дерьма!

- Нет! - спорит мама.

Воцаряется тишина, когда я слышу хруст. И затем пронзительный вой. - У меня идет кровь!

Смелость, я даже не знала, что она у меня есть, заставила меня выбраться из кровати и выйти за дверь спальни. Мама стоит на коленях в гостиной, ее ночная рубашка наполовину сорвана с ее дрожащего тела, обнажив ее грудь. Папа стоит над ней, руки сжаты в кулаки, а он тяжело дышит, как монстр. Кровь покрывает мамину руку. Ее безумные глаза встречаются с моими. У меня такое чувство, что у нее есть супер сила и молча велит мне вернуться в свою комнату. Я чувствую ее слова в своей голове. Иди, детка. Иди назад в кровать. Но я не иду. Вместо этого я бегу к папе и дергаю его за запястье.

- Папочка, у мамы идет кровь, - говорю я ему, глаза застилают крупные слезы.

Он вскидывает голову, чтобы посмотреть на меня. Раньше он никогда не выглядел таким напуганным. Я чувствую его вонючий запах пива, смешанный с чем-то сладким. Я чувствую, будто меня сейчас стошнит.

- Ты такая же шлюха, как и твоя мамочка? - язвит он, его губы изгибаются вверх, будто он думает, что я противная. У меня болит сердце от взгляда на его лице.

- Что такое шлюха?

Мама плачет сильнее, но мой взгляд прикован к папиным сердитым глазам. Он сидит на диване перед мамой и держит ее за волосы. Когда он поворачивает ее голов ко мне, он произносит. - Вот это шлюха. Ты шлюха, Кейди?

Я смотрю на мамины красивые голубые глаза, покрасневшие от слез. Ее темные волосы растрёпаны как и у меня. Любой скажет, что я похожа на нее. - Да, папочка. Я шлюха, как мама. - Я смело вздираю на него подбородок.

Его глаза сверкают, как у соседского питбуля Бутча, когда я ворую остатки бекона на завтрак. Голодные. Почти пугающие. По крайней мере от Бутча меня всегда отделяет забор. Между мной и отцом забора нет.

- Так я и думал, - невнятно произносить он. - Сходи найди аптечку первой помощи и принеси сюда. - Его голос смягчается, и я молюсь, чтобы он прекратил так относиться к маме. Я бегу от него. Как только я нахожу аптечку, я несусь назад в гостиную, где мама все еще сидит на коленях перед папой.

- Подойди, сядь мне на колени и приведи в порядок свою мамашу-шлюху, - указывает он мне, хлопая себя по бедрам.

Мама начинает плакать сильнее, кивая головой, но я широко улыбаюсь ей. В этот раз у меня у одной есть секретные силы. Я говорю себе, что смогу помочь ей и папе. Когда я забираюсь ему на колени, он садит меня так, чтобы я была к ней лицом. Он ласково гладит мне волосы, пока я играю роль доктора для мамы.

Я смотрю через плечо и улыбаюсь папе, который улыбается в ответ.

Видишь, я исправила это.

Повернувшись к маме, я заканчиваю, делая так, чтобы ей стало лучше.

Я всех делаю счастливыми.

Когда воспоминания рассеиваются, я чувствую себя слегка дезориентированной. Мне хватает минуты, чтобы понять, что я стою перед рестораном, ожидая, что я уеду отсюда. Я дрожу всем телом, так как прошлое тяжестью висит в воздухе. Я так сильно скучаю по маме. Она была милой и красивой. Слишком молодой, чтобы покинуть этот мир. Моя мама не была даже старше, чем я сейчас, когда она оставила меня. Жгучая боль пронзает меня и хватает за сердце.

Гребаный Норман

Как будто просто мысли о нем могли заставить его материализоваться, я содрогаюсь от любой угрожающей мысли о нем. Вместо этого я стараюсь думать о том, что делает меня счастливой.

Йео.

Пианино.

Пресли, Агата, Боунз, тетя Сюзи и офицер Джо.

Уискерз.

Мороженое с ароматом радуги.

Бетховен и Джастин Тимберлейк.

- Уходи отсюда, Кейди, детка. Я дам знать Йео, что ты ушла, - заверяет меня Боунз, его голос меня успокаивает. - И не беспокойся о Нормане. В тот момент, когда я доберусь до его заднице, я ему кишки выпущу. Это долбаное обещание.

Может быть, Боунз и сумасброд большую часть времени, но когда он дает "долбаное обещание", я знаю, что он не остановится, пока он не выполнит то, что обещал.

Я даже не оборачиваюсь, чтобы поблагодарить его, прежде чем совершить побег.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/68458/357674

Переводчики: eugenia1124