Готовый перевод Baccano! 1935-B: Dr. Feelgreed / Шумиха! 1935-B: Доктор Жадность: Глава 8: Бессмертный ученый без границ

Глава 8: Бессмертный ученый без границ

-­‐-­‐-­‐-­‐-­‐-­‐

1935 год.
Чикаго.

— Эй, нашли её?

— Нет, она исчезла. Как и её вещи.

Несколько человек лихрадочно бегали по опрятной лаборатории. Она находилась в штаб-квартире Небулы — корпорации, известной на весь запад. В этом отделении велась еще более засекреченная работа, чем в исследовании и разработке, а именно — изучение феномена бессмертия.

Члены исследовательсткой команды в отчаянии неслись с белыми лицами по коридорам небоскреба.

— Нехорошо. Она и вправду ушла?

— Однажды она так на полгода пропала.

Ученые заворчали, явно уже этого натерпевшись.

— Еще только этого не хватало вдобавок к тому, что происходит.

Мужчина не мог скрыть своего недовольства и нетерпения. Но как раз когда он собрался продолжить, его перебили.

— Она оставила записку!

— Где?!

— В... В приемной. Секретарь сказала, что сама не поняла, что там было написано...

— Почему она оставла её там?!

Ученые схватились за головы и обратились к тому, кто сообщил эту новость.
— Как ты узнал? Она ничего не написала про наш отдел?

— Эм, ну... — с сомнением начал тот, но внезапно позади него выскочил чрезвычайно оживленный пожилой человек.

— А, это потому, что записка предназначалась мне.

— П-президент?!

Перед ними оказался не кто иной, как президент корпорации Небула — Кэл Майбридж. Он был самым влиятельным и богатым человеком в здании, но на его покрытом морщинами лице играла озорная детская улыбка.

— Я взглянул на неё, и подумал, что каждому о ней знать ни к чему. Поэтому сам принес её сюда. Нельзя, чтобы сверхсекретная информация ходила тут по рукам.

Он говорил с легким чикагским акцентом, но это не особо помогло расслабиться его подчиненным.

Рене Парамедес Бранвилье, глава их отдела, исчезла.

Это был как минимум позорно.

Ученые, которые работали с ней, одновременно являлись и её охраной. Будучи бессмертной, она была бесподобным источником знаний и научных методик, но бесплатно это ей не далось.

Ей не доставало кое-чего важного для человеческого существа.

Более того, иногда она становилась настоящим тормозом и даже умудрялась буквально спотыкнуться о собственные ноги. Несколько ученых были приставлены к ней, чтобы та не сбежала и не растрепала секретную информацию, но на этот раз они облажались. Исчезновение Рене было настолько неожиданным, что ученые просто прозевали это.

Она пропадала и раньше, но даже Кэлу не удалось узнать, чем она в это время занималась. Они могли, конечно, попробовать узнать правду силой, но для них это было невозможно. В конце концов, Рене обладала настоящим бессмертием, а они — подделкой, которую она могла в любой момент поглотить. А если они посадят её за замок, это лишь задержит их исследование, так что Небуле оставалось просто закрыть на это глаза.

Хотя было такое впечатление, что Кэлу достаточно её существования.

— Вот записка.

Кэл достал из грудного кармана запечатанный конверт. Заметив, что печать уже сломана, ученые осторожно достали его содержание.

В следующий момент они онемели.

Записка была настолько простой, что это их обескуражило.

«Простите, президент. Я хочу проведать своих детей и бывшего ученика. Я давно с ними не виделась, так что не ждите меня несколько дней или недель (может даже месяцев). Проследите, пожалуйста, чтобы остальные не рассердились. Пожалуйста. Я беру отпуск за свой счет, так что проблем возникнуть не должно!»

— ... — ученых охватила тишина.

— Какого хрена, — наконец-то пробормотал один из них себе под нос, позволив политься и остальным жалобам.

— Ничего не понял. У неё дети есть? У Рене?!

— А папа кто?

— Какой еще «бывший ученик»?

— «Я беру отпуск за свой счет, так что проблем возникнуть не должно»... Ну конечно! Она что, гордится этим? За такое увольняют!

— Похоже, природа решила одарить её бюстом вместо мозгов.

— Ага.
— Согласен.
— Более или менее.

— Честно говоря... Я завидую её кавалеру...

Пока Кэл с улыбкой выслушивал жалобы, они внезапно приняли другой оборот. Когда они наконец-то высказались, он хлопнул в ладоши, дабы приковать к себе их внимание.

— Окей, окей, теперь вам ясно, что произошло?

— Президент...

— Для начала, Рене отправилась по моему приказу в Англию. Ясно?

— ...Да, сэр?

Ученые понятия не имели, что значит «для начала», и машинально согласились.

Заметив это, Кэл вздохнул и продолжил:

— Всё написано в письме. Да. В этом самом. «Проследите, пожалуйста, чтобы остальные не рассердились».

— А-ага.

— Я справился со свой задачей — вы не злитесь, потому что Рене отправилась в Англию по моему приказу.

— А?

До ученых наконец-то дошло, на что он намекал.

— Вот и всё. Мы с Рене пошутили над вами. Неплохо вышло. Не переживайте о ней и возвращайтесь к работе. Когда она вернется, мы об этом забудем. Договорились?

— А, эм...

Ученые переглянулись, не в состоянии угнаться за ходом мыслей старика.

— Договорились?

Кэл прищурился, но не потерял своей улыбки. Атмосфера вокруг него похолодела, а его голос обрел вес, словно напомнив им, с кем он говорят. Ученые поспешно выкинули из головы оставшиеся жалобы.

Внезапно они вспомнили, что этот дружелюбный человек не просто так сидел в кресле президента их компании. Он был выдающимся предпринимателем, который умудрился создать эту компанию из ничего.

— ...Д-да, сэр. Рене в Англии.

— Н-надеюсь, она привезет сувенир!

Улыбки ученых были натянуты, но Кэлу этого хватило. Он кивнул, и холодная атмосфера развеялась, словно ничего не произошло.

— Прекрасная мысль. Я и сам жду не дождусь. Желательно, что-нибудь сексуальное.

Рассмеявшись над своей непристойной шуткой, он помахал ученым и ушел.

Когда самый влиятельный человек в компании вышел из комнаты, ученые тяжело вздохнули. Затем они взглянули на письмо, словно вспомнив что-то, и нахмурились, подумав о своей начальнице.

— ...Куда она отправилась?

— В смысле, она даже не привыкла к тому, что осталась без глаза. Еще чаще начнет спотыкаться...

<=>

В то же время.
На поезде.

Железная дорога свободно опоясывала Америку с одного берега до другого.

В пассажирском вагоне экспресса из Чикаго в Нью-Йорк свое время коротала некая женщина.

— Там, та-дам да-там~♪

Подвернув ноги под сидение, она покачивала ими в такт своему напеву. Эта беззаботная женщина путешествовала в одиночку, но при более близкому рассмотрению она выделялась куда более необычной особенностью.

Один из её глаз, скрытыми за линзами очков, явно был фальшивым.

Когда у нее отобрали его во время некоего инцидента, она решила заменить его любопытным стеклянным глазом.

Вместо зрачка с радужной оболочкой на нём был изображен известный мультяшный персонаж. Он приковывал к себе внимание, но простота этого зрелища легко лишала её собеседников каких-либо тревог по отношению к женщине.

За окном мимо неё мчались города и великолепные пейзажи, но она, похоже, уже устала за ними наблюдать, и теперь её взгляд бродил по купе.

— Там-дадада. Там, та-да. Та-да-да-дам~♪

Поначалу она действительно напевала известную ей мелодию, но в какой-то момент уже не могла вспомнить все ноты. Когда она начала мурлыкать себе под нос, её бездельничеству пришел конец.

Под такт её пению в дверь раздался стук.

— Да, я здесь!

Она прекратила петь и дала слегка странный ответ.

Но постучавшийся мужчина тому не удивился и лишь сказал:

— Конечно. Я уже знаю. Можно войти?

— Хм? Ээм, я знаю твой голос... О! Элмер!

— Нет.

— Чтооо?!

Мужчина проигнорировал удивленное восклицание, открыл дверь купе и вошел внутрь. На его голове плотно сидела шляпа-котелок со шнурками, которые были завязаны под его подбородком. Он выглядел довольно молодо, но строгое поведение легко набрасывало ему несколько лет.

Увидев его женщина хлопнула в ладоши.

— О, Арханджело! Надо же! Неужели тебе весело вот так сбивать меня с толку?

На первый взгляд трудно было сказать, что она удивлена, но мужчина просто вздохнул.

— Профессор Рене. Хотелось бы понять, как вы умудрились спутать меня с Элмером.

— Хм? А, я подумала, что Элмер просто притворился тобой... Иначе как-то скучно выходит.

— Прошу прощения за свою пресность. К сожалению, мне придется украсть у вас еще несколько минут.

— О, правда? Пожалуйста, присаживайся!

Рене Парамедес Бранвилье бросила свой взгляд на пустое сидение. Арханджело осторожно закрыл дверь и медленно сел напротив неё.

Рене невозмутимо за ним наблюдала. Она сбежала из компании и села на этот поезд в тайне ото всех, но, слушая его, она ни разу не задумалась, как они оказались в одном и том же месте, в одно и то же время.

— Профессор Рене. Я обязан отчитать вас за ваше поведение в течение последних несколько десятков лет.

— Д-да? Что я сделала?.. Ой, Арханджело, ты вечно такой страшный! Улыбайся почаще!

— Вы не Элмер, не подражайте ему. Разве что вы пытаетесь сгладить удар, но в этом случае я отказываюсь менять выражение своего лица ради вашего удовольствия.

— Эм, ну... У тебя страшное лицо. Мне это не нравится.

Осознав, что разговор стоит на месте, Арханджело слегка кашлянул и безжалостно перешел к делу.

— Профессор Рене, что вы делаете? Внезапно отправились в Новый мир, сбросили заботу о Ники на леди Лукрецию, присоединились к корпорации, создали огромное количество новых бессмертных.

Несмотря на сердитый голос Арханджело, Рене ответила вопросом на вопрос.

— ...Ээм, зачем спрашивать, если уже знаешь ответ?

— ?

— Ты спросил, что я делаю, а потом сам же ответил. Я оставила Ники в руках Лукреции и изучаю бессмертие в лаборатории Небулы...

— ...

Арханджело глубоко вздохнул и помассажировал уголки своих глаз.

— Тогда позвольте переформулировать вопрос. Почему вы это делаете?

— Почему..? Ну, я хочу продвинуться в своих исследованиях... А, ты переживаешь, что люди узнают о бессмертных? Всё будет хорошо. Ученые Небулы хранят секреты гораздо лучше меня, так что если что-то выплывет наружу, они тут же это прикроют!

Словно опечалившись ответом, Арханджело опустил свой взгляд.

— Совсем не изменилась.

Эта эмоция исчезла с такой же скоростью, с которой появилась, и он хладнокровно заговорил о прошлом.

— Уже прошло несколько сотен лет с тех пор, как мы с профессором Далтоном обрели бессмертие, но... Вы так и не научились чувствовать страх. Что ж, бессмертным это редко требуется.

— Что ты имеешь в виду?

Рене не притворялась дурочкой. Она действительно не понимала, к чему он клонит.

Бессмертный мужчина медленно поднялся на ноги и положил правую руку на голову Рене.

Те, кто получил от демона эликсир бессмертия, прекрасно понимали значение этого жеста. Единственная возможность убить бессмертного — это «поглотить» его правой рукой другого бессмертного.

Однако Рене лишь удивленно моргнула, не сводя глаз с Арханджело.

— В чём дело, Арханджело?

— ...

Он простоял так несколько секунд, пока, наконец, не убрал руку. Его лицо застыло.

— Совсем не изменилась. Спустя столько времени я начинаю уважать вашу неспособность опознать смертельную опасность, — произнес он, спокойно сев на место.

— Ээм, почему ты меня не съел? — спросила Рене.

Беззаботный голос Рене на секунду его обескуражил.

Купе первого класса охватила тишина, сопровождаемая грохотом поезда, который мчался по рельсам. Если бы вагон в какой-то момент не вздрогнул, он бы сидели здесь вечно.

Наконец, тишину прервал Арханджело:

— ...Вы хотите умереть? — холодно спросил он.

Рене никак не отреагировала.

— Хмм, нет, наверное. Это больно.

— Тогда не сидите на месте, когда я пытаюсь вас убить, — дал он чрезвычайно очевидный совет.

Рене на секунду задумалась и медленно ответила:

— Ну~ По-моему, «смерть» отличается от «поглощения» бессмертным.

— Неужели?

— Думаю, мою жизнь — уникальное существование — обеспечивает не моя воля, а сумма всех воспоминаний. Это не назовешь научной гипотезой, а для алхимика это вообще прозвучит ересью, но... Ээм, хм, я пытаюсь сказать... Даже если ты меня поглотишь, я не умру. Я не имею в виду душу или еще что похожее... Мои воспоминания никуда не денутся, верно? —

объяснилась Рене, иногда спотыкаясь о слова.

— Время от времени, когда я просыпаюсь после долгого сна, я задумываюсь, не изменилась ли я, пока спала. Ответ на это — и да, и нет. Может быть, тот, кто вчера хотел съесть торт, и тот, кто сегодня хочет салат, это два разных человека. Клетки нашего тела меняются каждую секунду, и единственное, что остается неизменным — это воспоминания, которые хранятся в них.

— Что вы имеете в виду?

— Вот, чем для меня является ритуал поглощения. Даже если наши воспоминания сольются воедино, Арханджело, это всего лишь станет новым опытом. Ты останешься собой, но в то же время и станешь мной... Ээм... Я не могу подобрать нужные слова...

— Нет, я более или менее понял.

Арханджело громко вздохнул и равнодушно продолжил, не выражая своими словами какую-либо конкретную эмоцию.

— Как я и подумал, вы не меняетесь. Это одновременно радует и настораживает. Что бы вы ни делали, вас вечно преследуют оплошности и неудачи. Так что понимаю, как это всё приняло не самый приятный оборот. Но зачем вы окружили себя злом своего же калибра?

— Злом?

— Простите мою грубость, профессор Рене, но увидев, чего вы добились ради Небулы, мне трудно назвать их чем-либо еще.

Арханджело не пытался смягчить свои слова. Рене в замешательстве склонила голову в другую сторону.

— А, понимаю... Согласно современным моральным стандартам, моя работа выглядит противоречиво.

— Боюсь, не только по современным...

— Теперь ясно. Кажется. Если это настолько плохо, мне может помешать полиция и другие правоохранительные органы. Боженьки, спасибо, что потратил столько сил, чтобы предупредить меня, Арханджело! Если бы до меня не дошло...

— ...

Поблагодарив его, Рене улыбнулась, но Арханджело лишь сузил свои глаза.

Он перевел взгляд на мчащийся за окном пейзаж и пробормотал себе под нос:

— Я собирался уничтожить Небулу, если они заставляют тебя это творить, но, похоже, я ошибся в своем суждении.

Уничтожение одной из самых крупных корпораций мира было непростым делом, но Рене даже не подумала, что тот блефует. Она не стала его перебивать.

— Воистину повезло, что мне не придется делать из них врага. Если вам еще есть о чем сказать, рад буду услышать. Иначе...

Он услышал что хотел и, поднявшись на ноги, собрался открыть дверь. Как раз перед тем, как выйти, он снова бросил взгляд в окно и добавил кое-что, пока у него было время.

— Кстати, профессор Далтон передал вам привет.

— Профессор Далтон! Мы так давно не виделись! Как он?

Мужчина проигнорировал вопрос Рене и просто передал сообщение.

— Он сказал: «Не бойся жадничать», — выражение лица Арханджело так и не изменилось, так что было невозможно определить, понял ли он сам значение этих слов.

С другой стороны, Рене один раз моргнула и улыбнулась.

— Но у меня есть планы. Например, я жду не дождусь, когда смогу проведать своих дочек.

При упоминании дочек Арханджело помрачнел, но Рене это даже не заметила.

Стоя перед дверью, он медленно повернулся к Рене.

— ...Я слышал, что Хью Лафорет вырвал ваш правый глаз.

Холодное выражение на его лице вдруг легко выдало его эмоции. Он произнес имя Хью с чрезвычайной ненавистью, но даже это пролетело мимо внимания Рене.

— Ну, нужно же было как-то свести счет. Хотя он мог бы и не заходить так далеко!

— Раз он так опасен, не стоит ли от него избавиться?

Такое впечатление, словно Арханджело был готов на такие же жуткие действия, за которые ранее упрекнул Рене.

— А? Почему?

— Что ж... Я считаю, что студент, который смеет поднять руку на учителя, заслуживает наказания, профессор Рене.

До сего момента его лицо было напряжено, но теперь оно и вовсе лишилось эмоций.

На этот раз бранить стала Рене.

— Не надо, Арханджело. Вы с Далтоном тоже учителя Хью, помнишь? Что бы ни произошло, мы должны стоять за ним горой, — сказала Рене, словно отчитывая ребенка. Арханжело позволил себе расслабиться.

Он медленно дал ей уважительный кивок, открыл дверь и вышел в коридор.

<=>

Оказавшись в коридоре вагона, и закрыв за собой дверь, безмятежная улыбка Арханджело застыла, и он пробормотал:

— Хью Лафорет... — от одного звучания этого имени в нём просыпалась скрытая ненависть.

Это был лучший студент в своем классе, который ранее учился в Третьей библиотеке.

Получивший бессмертие алхимик, прямо как он сам.

А также человек, который без намека на любовь наложил руки на женщину, которую Арханджело поклялся защищать.

Человек, который считал её экспериментом; который даже не собирался о ней заботиться.

'Позвольте мне вмешаться. Позвольте мне определить, кто из затаившихся бессмертных представляет угрозу Рене.

Надеюсь, что Хью окажется среди тех, кого я обязан уничтожить.'

Арханджело поклялся, что любым способом защитит Рене. И именно поэтому ему пришлось от нее отдалиться.

Поэтому, новость о том, что она родила, потрясла его.

Он знал, что и для нее это был эксперимент, но не мог просто смириться с этим.

'Если бы...

Если бы я не убрал свою руку, мог бы не сдержаться.

Мог бы спутать желание остаться с ней навсегда за желание поглотить её.

Хью...

Как тебе удалось не переступить границу?'

Его желание защитить Рене ни разу не поблекло.

Как и личная неприязнь к Хью. Ему оставалось лишь уйти прочь, купаясь в этих сложных эмоциях.

Вместе со своим глубоким сожалением, что не смог сделать шаг вперед первым.

<=>

Попрощавшись со своим старым знакомым, Рене продолжила напевать себе под нос, достав из сумки обвернутый тканью предмет.

Она развернула её, обнажив небольшую бутылочку.

Внутри нее в прозрачной жидкости плавал человеческий глаз, извивающийся в воде, словно медуза, прислонившись к одной из стенок.

— Там-да-да-да, там та-там~♪ Похоже, мы и вправду едем в Нью-Йорк.

Наблюдая за глазом, она задумалась о своих дальнейших планах.

— Плюс, можно убить двух птиц одним выстрелом и собрать данные о подопытных Мист Волла!

Она говорила об этом с таким же энтузиазмом, как и о встрече с дочерьми. Этот алхимик не видел разницы между долгом перед работой и личными желаниями. Продолжая напевать и наблюдать за глазом, она улыбнулась.

Понятия не имея, что в эта улыбка была как никогда не кстати.

-----

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/69344/367018

Переводчики: Roxxy