Готовый перевод James S. A. Corey - Babylon's Ashes (The Expanse 6) / Джеймс Кори - Пепел Вавилона (Экспансия 6): Глава 19: Па

Станция Япет находилась не на самом спутнике, а на замкнутой орбите вокруг него. Конструкция станции была устаревшей: две длинных противовращающихся стрелы, поддерживающие обитаемые кольца и центральный стыковочный узел в оси вращения. На поверхности Япета мерцали огни, отмечая нахождение автоматизированных станций в местах, где резали и дробили лёд. Они подлетали и по ходу приближения оказались в такой точке, из которой станция, спутник и окольцованная громада Сатурна между ними на экране казались одинакового размера. Иллюзия перспективы.

Доки были почти полностью забиты древними водовозами, которым раньше не давали заниматься разработкой спутника тарифы. Больше никто не взимал сборы, и все корабли, которые были в состоянии, пользовались этой возможностью. Буксиры на чайнике взлетали с поверхности или падали обратно на неё. Грузовые контейнеры, наполненные льдом, покрывали корпуса водовозов, как соляная корка. Администрация Япета не выступила ни за Марко и его Флот Освобождения, ни против них, но при этом не теряла шанса наплевать на ограничения со стороны Земли и Марса. Мичио следила за данными трафика и пыталась увидеть в них в первую очередь проявления свободы и независимости, нежели стремление схватить то, что можно схватить, и убежать, пока есть такая возможность.

Зазвучал канал связи. Запрос от диспетчерской Япета. Наверное, следовало дать Оксане ответить, но нетерпение было слишком сильным.
- Говорит Коннот, - произнесла она.

- Bien, Коннот. Япет bei hier. Мы ставим Хорнблоуэр на шестнадцатом причале. Через полчаса начинайте стыковку, да?

- Принято.

- Мы тут слышали, tús везете заключенных?

- Или беженцев. Первый экипаж Хорнблоуэра.

- Злятся там, да?

- Не сияют от счастья, - сказала Мичио. - Но отсеки, из которых им позволено будет выходить, они оценят. Ваши снабженцы сказали, что вы их примете.

- Могут найти контракт здесь, могут взять фрахт к Земле или Марсу. Можно хоть с беженцами их оставить, etwas подходит. Это уже будет их дело.

- Мы не хотели им вредить, - произнесла Мичио. - Но освобождать их пока не стоит.

- Ну, значит побудут гостями на станции, - проговорил диспетчер Япета. - Принято, добро. И... от себя, ага? Спасибо за снабжение. Гидропоника до черта перегружена с тех пор, как поставки с Земли закончились.

- Рады будем помочь, - сказала Мичио прежде чем закончить сеанс связи

Это было правдой. В груди теплилось мягкое чувство радости от того, что она смогла облегчить страдания людей. Хотя бы облегчить. Она бы пробыла на Рее дольше, вместо полета на Япет, но ее опыт подсказывал, что будет значить нехватка ресурсов гидропоники для станции вроде этой. Как минимум, ее поставки смогут обеспечить стабильность там, где без них была бы лишь неуверенность. Как максимум, они дадут жизнь там, куда пришла бы смерть.

Все могло бы быть иначе, если бы Поясу дали расти и становиться независимым. Но Земля и Марс удерживали все подобные усилия на привязи, связанной из почвозаменителей и комплексной органики. Сейчас, благодаря Марко, у Пояса появился бы шанс проскользнуть в игольное ушко будущего на самообеспечении. Однако вместо этого, благодаря Марко, они голодали и все шло к краху.

От него не было никаких вестей с тех самых пор, как она призвала ее корабли к неповиновению его приказам. Восемь кораблей из ее шестнадцати принесли ей присягу. Еще четыре приняли ее командование. Только Андо и Дэгни Таггэрт открыто воспротивились ее приказам и даже они не предприняли никаких действий. Все ждали, когда Марко скажет слово. Даже она ждала этого. И с каждым новым часом молчания все больше казалось, что его голоса они уже не услышат.

А вот другие голоса... О, их было в достатке. Независимые добывающие суда с Титании нуждались в запчастях для двигателей. У грузовика с экипажем-семьей из двадцати человек разлетелась силовая установка двигателя Эпштейна и они легли в дрейф. Веста переводила население на протеиновые пайки в ожидании обещанного Мичио гуманитарного груза с едой, который все никак не прилетал. Станция Келсо в припадке иррационального альтруизма отправила гуманитарную помощь на Землю и теперь испытывала нехватку воды и гелия-3 для реакторов.

Многовековые технологии и прогресс позволили человечеству создать место для себя в вакууме и радиации космоса, но ничто не преодолеет энтропию, идеологию или отсутствие правосудия. Миллионы кожаных оболочек, заполненные соленой водой и минералами, которые были человеческими телами, разбросанными по всему поясу, по-прежнему нуждались в еде, воздухе и чистой воде, энергии и укрытии. Способах удержаться от утопления в собственном дерьме или не сгореть от их отработанного тепла. И в результате харизмы Марко и ее собственного идеализма она стала ответственной за все это.

Но здесь она положила новое начало. Вместо того, чтобы навсегда улететь во Врата, теперь грузы Хорнблоуэра накормят Япет и дадут им возможность помочь другим. Коннот с другими кораблями их маленького конвоя не занимались дотошным распределением. Они брали на себя добычу гуманитарного груза и его доставку в места, где он будет общедоступен. Остальным займется рынок и общинная природа самого Пояса.

Она надеялась, что этого достаточно.

Оксана, на своем посту, рассмеялась. Это было не веселье, а какое-то изумленное недоверие.

- Что? - Спросил Эванс.

Оксана покачала головой. Мичио знала ее достаточно долго для того, чтобы прочесть этот жест и ощутить отголосок стыда от этого. "Не на дежурстве." Для Оксаны всегда было особенно важным соблюдать грань между семейными чувствами в семейное время и работой экипажа во время дежурств. Для Мичио это тоже обычно было важным, но на фоне ожидания стыковки и ужаса ожидания новостей от Марко, любое отвлечение внимания становилось подарком судьбы.

-Что случилось, Оксана? - спросила Мичио.

- Просто что-то странное в новостях из Цереры, сэр - сказала она.

- Ну, вряд ли это нас сейчас сильно заденет. Давай на экран.

- Да, сэр, - отозвалась Оксана и приборная панель Мичио сменилась профессиональным новостным видеорядом с бегущей строкой внизу экрана и фильтрами сбоку. С экрана на нее глядело искреннее, открытое лицо Джеймса Холдена. На секунду Мичио снова оказалась на Бегемоте, но она сразу сбросила с себя это наваждение. Как давно забытые запахи и вкусы из детства, Джеймс Холден нес с собой отголосок вины и страха, эхо произошедшего насилия.

Пока Холден говорил, изображения на экране сменяли одно другое: жутко старый астер с веселыми глазами; две девушки: молодая и постарше, хлопавшие друг друга в ладоши, играя в какую-то игру вроде батбат или шин-син; одетая в рабочую одежду темнокожая женщина с сосредоточенным выражением на лице, около гидропонического резервура, такого длинного, что он видимо изгибался вместе с изгибом корпуса станции. "Меня зовут Джеймс Холден и я хотел бы познакомить вас с несколькими людьми, которых я встретил здесь, на Церере. Хотел бы, чтобы вы услышали их истории. Чтобы узнали их немного лучше, как, например, членов вашего экипажа или ваших соседей. Я надеюсь, что частичка этих людей останется в вашем сердце так, как она нашла свое место в моем".

- Что за херня? - со смехом в голосе спросил Эванс. - Типа: "Посмотрите, как мило танцуют эти астеры, они стараются для вас"?

- Не, это же Холден, - произнесла Оксана. - А он из АВП.

- Мда, en serio?

- Из АВП Джонсона, - поправила Мичио. - А еще он работает на Землю. И на Марс.

На экране Холден протягивал грушу с пивом дедуле, который выглядел старше музейного экспоната. Щеки астера уже были немного порозовевшими, но голос звучал на удивление внятно: "На станции тогда было пять мальчишек на одну девчонку, и это только по статистике".

- Ты ходила с ним, да? - спросила Оксана - Там, в "медленной зоне"?

- Ну было дело, - буркнула Мичио. - А еще он спит с матерью Филипа Инароса. Марко не смог кое-кого убить - вот как раз его.

- И вот он прямо так открыто Самому Ему заявляет где он сейчас? - удивилась Оксана. - Слабоумие или отвага?

- Не знаю, мне ли судить, - начала Мичио и в эту секунду на нее напал страх. Сперва она даже не поняла причины, а затем осознала, что она видела. В бегущей строке внизу экрана, уже уползающее из вида. "...к Ведьма Эндора". Она потянула бегущую строку обратно. "Корабль, уничтоженный Флотом Освобождения, идентифицирован как "Ведьма Эндора".

Она стала переключать на нужный канал. Экран моргнул. Холден и старик-астер смеялись о чем-то, связанным со станцией на Церере до того, как ей придали вращение, но она уже не слышала их. На ее экране теперь было изображение, дополненное симуляцией, снятое обзорным телескопом. Корабль на мощной тяге, линии огня ОТО, изгибающиеся вслед за маневрами уклонения. Судя по форме изгиба корабль шел почти на десяти g. На экране не было видно от чего уклонялся корабль, а торпеда, которая прорвалась сквозь огонь ОТО была слишком быстрой для глаза. Корабль дернулся, начиная вращаться, и расцвел огненным цветком взрыва. "Пока неясно", - говорил диктор, - "почему силы Флота Освобождения атакуют собственные корабли, однако, согласно данным, направления выхлопов других замеченных вражеских кораблей также не свидетельствуют об атаках на позиции Объединенного Флота..."

- Эм, сэр? - произнесла Оксана и Мичио поняла, что сказала что-то вслух.

Она увидела взгляд Оксаны, уважительный и жёсткий. И Эванса — мягкий и встревоженный. Её команда и её семья.

— Мы получили ответ от Марко, — сказала она.

--//--

— Изменение языка — это изменение мышления, так-то, — сказал Хосеп. Он, как и она, был одет в комбинезон. Только он был пристёгнут к амортизатору. Комплексная схема вполне наглядно показывала обстановку в системе. Корабли, лояльные к внутрякам, толпились вокруг Земли, Марса и Цереры и были отмечены красным. Флот Освобождения, верный Марко — голубым. Её горстка пиратов и идеалистов — зелёным. Независимые корабли и станции — Ганимед, Япет — были белыми. А золотая пыль надо всем этим показывала, где Марко зарыл в пустоте свои сундуки с сокровищами.

- Разум построен на аналогиях, - продолжал Жосеп, не требуя, впрочем, от нее участия в разговоре. - Изменения эпох, изменения границ и рамок. То, что раньше было внутренним против внешнего - превращается в связанное против несвязанного. Флот Освобождения. Объединенный флот. Те, кто сбросили цепи против тех, кто сковывает себя цепями в единстве.

Открыто выступить против Марко один на один не было разумным. Слишком много у него было кораблей, а обращения Мичио к Розенфельду, Доузу и Санджрани не удостоились какого-либо ответа. Хотя и отвергнуты они тоже не были. Пока что Марко был единственным, кто называл её предателем. Остальные, как она предполагала, лишь следовали его указаниям.

Но в краткосрочной перспективе это слабо помогало.

Она рассчитывала маршруты и траектории для своих зелёных кораблей, по дугам, которые позволили бы им держаться вне пределов практической дальности действия гнева Флота Освобождения и при этом продолжать доставлять припасы туда, где потребность в них была острее всего. Это напоминало решение математической головоломки, не предполагающей, что это решение будет каким-то оптимальным. Поиск наименее плохого ответа из всех.

- Самые свободные из всех свободных - это мы. Самые разобщенные из всех разделенных, - не останавливался Жозеп. - Ну и потому - самые связываемые. Объединенные нашими обязательствами к нашей общности, так? Ян в ине, разгорающийся свет во тьме. Так должно было быть. Это навроде закона мироздания. Термодинамика смыслов - это вот мы. Shikata ga nai - с этим ничего не поделать. Такие свободные, что у нас не остается иного выбора. Так направлена была мысль Бога. Минимумы и максимумы сотканные в кружево. Как кожа, выдубленная интерпретациями.

Мичио переключилась с тактического дисплея на личные файлы, потянулась, повернулась, придерживая свое тело за поручень, к койке. Жозеп глазел на нее, сияя ребяческой радостью. Его зрачки заполнили всю радужку и глаза выглядели черными.

- Мне надо сделать кое-что, - произнесла она. - Все будет в порядке, если оставить тебя ненадолго без няни?

Жозеп хихикнул:
- Я был гражданином собственного мозга еще когда ты была только в планах, нянечка-невеста. Могу плавать в вакууме и жить вечно.

- Лады, - сказала она и установила свой пароль на замки ремней безопасности койки. - Я оставлю слежение за твоими жизненными показателями включенным. Попробую прислать Лору посидеть тут с тобой.

- Скажи, чтобы принесла свой набор го. У меня выходит играть лучше, когда я под кайфом.

- Обязательно передам, - сказала Мичио. Жозеп взял ее за руку, нежно сжимая ее пальцы. Это значило что-то - нечто очень глубокое и неощутимое, и, видимо, непостижимое незамутненным рассудком. Все, что она могла различить - любовь в этом жесте. Она убавила свет, включила мягкую музыку - арфа и столь совершенный женский голос, что он, по ее предположению, был искусственным - и оставила его в одиночестве. По пути к мостику она отправила Лоре сообщения и получила ответ. Жозепу, скорее всего, не нужна была сиделка, но лучше все же перестраховаться. Она рассмеялась над собой, ставя ногу в опору: такая осторожная в мелочах, такая безрассудная в больших делах.

Бертольд сидел в кресле, где обычно сидела Па. Из его наушников раздавалась музыка, дисплеи с состоянием корабля сияли радостным зеленым светом. Все было в порядке, если не вглядываться слишком уж далеко.

Он с улыбкой кивнул ей, когда она втискивалась в кресло, где обычно сидела Оксана. Ей все еще было непривычно находиться на корабле, сделанном по марсианскому проекту. Он весь был каким-то слишком уж точным, но она не могла с точностью сказать из-за чего именно. Весь слишком военный, строгий и прямой. Она не могла отделаться от мысли, что это из-за проектировщиков, выросших при постоянной гравитации, тянущей их вниз, но, наверное, это была не вся правда. Наверное, он был просто сделан очень по-марсиански, потому что весь Марс был сделан так. Не просто спор внутряков с астерами, а спор неподвижного и угловатого с плавным и свободным.

– Как дела? Всё хорошо? – спросил Бертольд, когда она извлекла тактическую схему.

- В порядке. Но Жозеп захотел немного кайфа, а то, что я хочу сделать, плохо сочетается с нетрезвым мистицизмом.

Она почувствовала укол совести, как только сказала это, хотя и понимала, что Бертольд вряд ли воспримет ее раздражительность сильнее, чем это того стоит. Тем не менее, если семья начнет рассыпаться в то же самое время, как рассыпается все вокруг - она этого не выдержит. Ей нужна была ее опора.

Хорошо что у неё она была .

- Можно мне тоже...? - начал Бертольд, и она отправила изображение и на его экран. Все корабли, все их направления движения. Точку, где один из кораблей нашел свой конец. Здесь, на экране, было человечество, во всем своем потрескавшемся и расколотом великолепии. Она продолжила анализ. Вот план по возвращению четверти утерянных ресурсов, но предполагавший потерю двух ее кораблей. Вот план по доставке лишь десяти процентов, но не туда, где в них больше всего нуждались. Вот план по сохранению всех кораблей в целости, но это и только.

- Выглядит, как разделяющаяся амеба, - сказал Бертольд. - На вид не очень.

- И впрямь ужасно, - согласилось Мичио, просматривая следующий сценарий. - Все так глупо, так жестоко, так расточительно.

Бертольд вздохнул. Когда они поженились Мичио было глубоко влюблена в него и Надию. С тех пор их общие страсти смягчились, что она ценила больше, чем секс. Это доверие позволяло ей говорить то, что она видела, о чем она думала. Пусть она услышит твердую правду, произнесенную в ее собственном голосе. - Если мы собираемся это сделать, мне придется делать то, что мне не нравится.

- Ну, мы же знали на что идем, да?

- Мы не знали деталей всего этого.

- Все так плохо?

Вместо ответа она сменила одну из переменных в тактическом расчете. Новые варианты открывали то, чего не было ранее. Вытащить шестьдесят процентов без потерь. Обеспечить ресурсами пять станций, находящихся ближе всего к коллапсу и не дать Марко подойти к Япету. Открыть и, возможно, сохранить контроль пути к Ганимеду, как минимум на несколько недель. Бертольд нахмурился, пытаясь выяснить, что изменилось и как она этого добилась. Увидев, он крякнул.

- Ну, это из разряда мечты, - сказал он.

- Не совсем, - ответила Мичио. - Это лишь соглашение и двое врагов, готовые соблюдать его пока их интересы совпадают.

- Соглашение подставить спину Мяснику станции Андерсон.

- Ну, в общем да, так. Но я его знаю. Я не буду доверять ему, такой ошибки я не допущу. Он воспользуется нами, если сможет. Было бы глупо не поступить с ним так же. Если бы только Марко не сделал нас своим главным приоритетом, то все было бы несколько иначе, но он гонит на всех парах к нашим кораблям.

- Задела его гордость, sa sa?

- Нам нужно только, что бы Объединенный флот согласился не стрелять в нас, и мы не будем стрелять в них и это открывает зоны, где Марко не последует за нами. Безопасные гавани.

- "Безопасные" - в смысле "под защитой пушек Фреда Джонсона". В ожидании, когда он направит их на нас.

- Я знаю - сказала Мичио. - И с Джонсоном это время наступит. Когда это произойдет, нас там не будет. -

- Плохой план, капитан, - сказал Бертольд, но его голос был мягким. Он уже все понял.

- Да. Лучший из тех, что у меня есть.

Он вздохнул. - Да.

- Ну - сказала она. - Мы могли бы поступить как Марко. -

- Не думаю, что мы могли бы - сказал Бертольд.

- Я тоже.

- Что насчет самих станций и кораблей, которые мы уже снабжаем? У них могут быть пушки, могут быть люди, умеющие ими управлять.

- Отказать в помощи, если они не согласятся сражаться и умереть за нас? - спросила Мичио. - Дать им сдохнуть с голоду, если откажутся? Нет, дай я закончу. Я не говорю "нет" ведь. Я спрашиваю. Что хуже? Шантажом заставить их стать к нам на службу или договориться со сраным Фредом Джонсоном?

Бертольд прижал ладонь ко лбу. - Третьего варианта нет?

- Благородно сдохнуть, - ответила Мичио.

Бертольд засмеялся, но затем прекратил. - Это зависит от того, чего захочет Мясник.

- Это так», сказала Мичио. - Поэтому мы должны спросить его. -

- Ну, бля... - проговорил Бертольд. Она видела в его глазах отражение своего собственного страха, и гнева, и унижения. Он знал чего ей стоило хотя бы просто рассмотреть подобный вариант. И ту беспощадность, которую она проявляла к себе в тисках необходимости. - Я люблю тебя. Ты это и так знаешь. Всегда.

- И я тебя. - она сказала

- Не слишком-то много нам нужно было, чтобы начинать рисковать собой, да?

- Оказалось достаточным всего лишь родиться на свет, - ответила Мичио, беря управление связью и наводя коммуникационный луч на Цереру.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/69608/369717

Переводчики: glorioust, p_zombie, M0nt, ser3141

vesea