Готовый перевод James S. A. Corey - Babylon's Ashes (The Expanse 6) / Джеймс Кори - Пепел Вавилона (Экспансия 6): Глава 46: Холден

- Знаешь, чего бы я предпочел? - заорал Алекс из кокпита.

- Чтобы мы могли свалить отсюда? - заорал в ответ Холден.

- Чтобы мы могли свалить отсюда. При нынешних показателях мы будем сидеть здесь со спущенными штанами, когда плохие парни вернутся, - сказал Алекс. - Есть причина, по которой их не называют "медленно атакующими кораблями".

Несмотря на то, что Наоми была пристегнута к амортизатору рядом с Холденом, она ответила через гарнитуру, поэтому ей, по крайней мере, не пришлось повышать голос. - Джамбаттиста - большой корабль, Алекс. Ты просто зажрался, потому что тебе не приходилось водить такую корову годами.

- Херня, - сказал Алекс. - Я бы облетел вокруг на Кентерберри за половину времени от этого.

По вздоху Наоми было ясно, что она близка к тому, чтобы с ним согласиться.
- Ну ладно, ты действительно хорош в своем деле.

На экране Джамбаттиста медленно соскальзывал в сторону кольца. Первая атака истребителей повредила что-то, из-за чего маневровые двигатели разбалансировались, поэтому сейчас львиная доля пилотирования включала в себя подкручивание корабля, чтобы удерживать основные двигатели в правильном положении для запуска. Но уже были видны факелы возвращающихся истребителей. Недолго до того, как торпедный шквал начнется снова, если только Свободный флот не воспользуется планом "пока не увидите белки их глаз"*. Враг разделился, закладывая дуги вокруг них почти на стоградусном векторе. Это было не так плохо, как могло бы быть. Если бы они потратили время, чтобы скоординироваться и совершить атаку с двух противоположных сторон, защита Джамбаттиста с Роси была бы почти невозможной. Но им пришлось бы отыгрывать векторы и занимать нужную позицию, и Джамбаттиста успел бы сбежать в кольцо до их прибытия. Похоже, им всем пришлось искать минимальную/максимальную точку в сложных кривых инерции, ускорения и кучи мертвых людей.

* "Не стреляйте, пока не увидите белки их глаз" - такая команда приписывается Уильяму Пресскоту, полковнику американской армии в "войне за независимость".

Главный привод Джамбаттиста запустился, стрельнул факелом, больше самого корабля, и Алекс загигикал, торжествуя.

- Насчет времени, - сказала Наоми. - Я сопоставила курс. Мы пройдем через двадцать минут.

Холден вызывал на связь Бобби. Потянулись долгие секунды, и он почувствовал, как что-то сжимается у него в животе. Соединение установилось, оборвалось, и снова восстановилось, пока Наоми говорила: "Один из них ускоряется, чтобы пройти через в ворота вместе с нами." Он вернется к этому позже.

- Мы пройдем через ворота в течение двадцати минут. Где вы находитесь?

Странная помеха ворот заставила ее голос звучать низким и жутким. Она тяжело дышала, и пока не начала говорить, он успел представить выстрел, который ее убил, и улетающее в пространство тело. Или дрейфующее вниз к поверхности инопланетной станции. Он почти переключился на Амоса, когда она заговорила.

- Амос удерживает позицию напротив врага, - сказала она. - Я почти уже вернулась к ним. У костюма кончилось ракетное топливо, поэтому я тут мчу к ним на своих двоих.

- Ты бежишь обратно в бой?

- Ну, назовем это быстрой передислокацией, - сказала Бобби, между вдохами, - но все в порядке. Они уже рядом. Большая металлическая дорога. Ведет прямо к ним.

- Хорошо. Мы обеспечим вам поддержку, как только сможем. Только не погибни до того, как мы доберемся.

- Ничего не обещаю, сэр, - сказала Бобби, и он бы поклялся, что слышал улыбку в ее голосе. Взрыв статики, и соединение упало.

- Хорошо, сказал Холден. - Что мы имеем?

- Они оба стреляют в нас, - сказала Наоми.

- Как-то спокойно ты об этом говоришь.

Она взглянула на него. Ее улыбка была такой внезапной и яркой, что у него немного заныло сердце.
- Это ерунда в стиле "Аве Мария". Это даже не столько атака, сколько возможность дать нам самим облажаться.

- Понял. Ладно, об этом мы не волнуемся. А о чем волнуемся?

Наоми перекинула анализ перемещений преследователей со своего монитора на его. Ближайший к ним корабль изменил траекторию, а проецируемая кривая предсказывала, что он пройдет через кольцо в медленную зону через пять минут после того, как пройдут Роси и Джамбаттиста. Им не удавалось оторваться. Это было очень плохо.

- У нас есть план, как с этим справиться?

Алекс ответил по внутренней связи. - Я голосую за то, чтобы стрелять в них. - И спустя мгновение Кларисса, - Поддерживаю.

Холден кивнул самому себе. Ему все еще было странно слышать ее. Может быть, всегда будет.

- Ладно, давайте займемся прицеливанием.

- Уже сделала, пока ты разговаривал с Бобби, - сказала Наоми.

ОТО загудели на мгновение, затем замолчали. Отбитие атаки в стиле "Аве Мария". Холден потер руки о бедра. Скрестил пальцы. Вызвал тактический вид, чтобы увидеть кольцо и инопланетную станцию, Медину и быстро атакующие корабли.

- У нас ведь всего достаточно, чтобы защитить все что потребуется, даже если оба корабля последуют за нами, верно?

- Еще бы, - сказала Наоми.

При взгляде через внешние камеры, кольцо, казалось, стирало звезды, когда они проходили сквозь него. Алекс коротко и жестко включил томозную тягу, повернул нос по направлению к воротам и сужающемуся кругу звезд за его пределами. Джамбаттиста задрожала, поддала тяги, и снова задрожала, открывая оставшиеся люки. Из их вырывались точки шлейфов двигателей, меньше светлячков, по сравнению с широким, ярким пламенем привода Эпштейна ледокола. Холден смотрел, как горстка, а затем дюжина, а затем сотни светлячков направились в сторону Медины. АВП были близки к завершению их работы. Оставшиеся шлюпки разбредались, превращая себя в разрозненную, широкую цель. На этом расстоянии ОТО Медины были бесполезны, и Роси, вероятно, мог сбить любые торпеды. Но даже стреляя, они смогли бы уничтожить только горстку солдат, но не были способны справиться с всей армией.

Он попытался поднять узкий луч к входящему атакующему кораблю, но помехи кольца были слишком большими, поэтому он переключился на общую трансляцию. "Внимание приближающемуся атакующему кораблю," сказал он. Наоми посмотрела на него, с вопросом в глазах. Не с беспокойством или волнением. Она доверяла ему. "Это Джеймс Холден с Росинанта. Пожалуйста, прекратите выполнение своей задачи. Никто из нас не обязан это делать."

Он ждал. Тактический дисплей давал меньше информации, чем раньше. Теперь они знали о том, что происходит в Солнечной системе только по той информации, что просачивалось сквозь ворота. Атакующий корабль Свободного флота не ответил, но нырнул по направлению к ним.

- Они так не думают, Хосс, - выкрикнул Алекс. - Что мне сделать?

- Дай им шанс, - сказал Холден.

- А если они им не воспользуются?

- Значит не воспользуются, ответил Холден

Кольцо уменьшилось, когда они отвалились от него, и теперь они словно смотрели на воду через горловину глубокого колодца. Атакующий корабль на большой тяге шел к кольцу. Так же, как первая из двух волн шлюпок Джамбаттисты, отправившихся в свой путь к Медине и инопланетной станции, атакующий корабль проскочил через кольцо, запустил полдюжины торпед и взорвался в яркой вспышке магнитного сопла своего привода, когда Алекс выстрелил в него из рельсовой пушки Роси. Холден молча наблюдал за тем, как расширяющееся облако газа, которое было кораблем, полным мужчин и женщин, рассеялось и начало исчезать.

Он прислушался к себе, ожидая испытать какое-то чувство удовлетворения от победы, но в основном это казалось абсурдным. Медленная зона, ворота, даже простые человеческие корабли, чьей заботой они зашли так далеко. Все это было чудом. Вселенная была наполнена тайнами, красотой и благоговением, и все, что им удалось сделать, было вот этим. Преследованием друг друга с целью посмотреть, кто быстрее сдохнет.

Все в медленной зоне - Джамбаттиста, его облако атакующих кораблей, Станция Медины, Росинант - на мгновение будто встало на паузу. Запрос на соединение от Бобби прервал его размышления, и он принял его.

- Мы здесь в безопасности, - сказала Бобби. Она все еще тяжело дышала. - Враг сдался.

-Мы взяли их живыми?

- Лишь некоторых, сказал Амос

- Они бились, даже после того, как это стало безнадежным, - сказала Бобби. - Мы тоже некоторых потеряли.

- Мне жаль, - сказал Холден, и был немного удивлен, заметив, насколько это верно. В такие моменты обычно говорят другое. - Хотелось бы, чтобы был другой путь.

- Да, сэр, -сказала Бобби. - Я собираюсь приглядеть за помещением пленников в транспорт, но есть ещё кое что, о чём тебе следовало бы знать.

- Да?

- Здесь внизу Свободного флота нет. Люди, защищавшие сеть рельсовых пушек, Марсиане.

Холден переваривал эту информацию. - Которые устроили переворот? Люди Дуарте?

- Они ничего не говорили, это только мое предположение. Но это может быть важно.

- Проследи, чтобы они были в безопасности, и им оказали медицинскую помощь, - сказал Холден.

- Уже работаю над этим, - сказала Бобби и сбросила соединение.

Холден переключил свой монитор на внешние камеры и перемещал вид, пока не увидел Джамбаттиста, инопланетную станцию и, - так далеко, чтобы она казалось кусочком металлической стружки, невидимую без усиления Роси - станцию Медина. Он сплел пальцы и оперся на них подбородком, включил идентификационные маркеры для всех шлюпок и лодок-ловушек, и наблюдал, как на дисплей исчезает под облаком бледно-зеленого текста, снова выключил маркеры и уставился в черноту. Он чувствовал песок в глазах. Было похоже что сумма всего беспокойства и напряжения, которые он испытывал во время прохода через кольцо, наконец сложилась. И превратилась во что-то другое.

- С тобой все в порядке? - спросила Наоми.

- Я тут думал о Фреде, - сказал он. - Вот это? Это было то, что он делал. Вел армии. Брал станции. Такая была его жизнь.

- Он от этого ушел, - сказала Наоми. - Когда решил попытался заставить людей говорить, а не стрелять друг в друга. Вот что он за собой оставил.

- Ну что ж, давай посмотрим, как это работает, - сказал он. Он установил камеру, нашел положение перед экраном, и приглаживал пальцами волосы, пока не стал выглядеть немного лучше. Все еще измотанным, усталым. Но чуть лучше. Он настроил систему на трансляцию.

"Станция Медина. Это Джеймс Холден с Росинанта. Мы здесь для того, чтобы забрать контроль над станцией, медленной зоной и вратами у Свободного флота. Если вы действительно этого хотите, мы можем потратить некоторое время на уничтожение ваших ОТО и торпедных массивов, пока они не перестанут работать, а затем приземлим на вас все эти шлюпки. У нас много людей с оружием. Я полагаю, у вас тоже. Мы все можем поубивать друг друга, но я бы предпочел сделать все дела, не потеряв больше никого. Сдавайтесь, сложите оружие, и я обещаю гуманное отношение к структуре командования Свободного флота и к любым другим пленникам."

Он пытался представить что-то еще. Нечто большее. Внушительную речь о том, что все они один вид, что они могут оставить след в истории, если захотят. Что они могут объединиться и сделать что-то новое, и все, что потребуется тогда, это просто начать делать. Но все слова, которые он мог придумать, казались фальшивыми и неубедительными в его уме, поэтому вместо этого, он отключил трансляцию и стал ждать, чтобы увидеть, что произойдет.

Наоми выскользнула из амортизатора, поплыла к лифтовой шахте и вниз по ней. Через пару минут она вернулась с грушей с чаем. Скользнула обратно в амортизатор. Они ждали. Холден знал, что если ожидание затянется, ему придется начать атаку. Лодки не были рассчитаны на большее, чем просто перелетать от одного корабля к другому. Скоро они начнут терять воздух и топливо, и выходить из строя. Но, может быть, еще пару минут...

Ответ пришел. Четкий, незашифрованный радиосигнал, такой же открытый, как и его требование о капитуляции. Женщина в форме Свободного флота плавала в очень знакомой комнате. Картины на религиозную тематику, на стене позади нее, были похожи на символы из повторяющегося сна о насилии, крови и потерях.

Может быть, в этот раз все случится иначе.

"Капитан Холден. Я - капитан Кристина Хуан Сэмюэльс из Свободного флота. Я соглашусь на капитуляцию при условии, что вы гарантируете безопасность и гуманное отношение к моим людям. Мы оставляем за собой право записывать и транслировать действия по вашей посадке, чтобы гарантировать, что все человечество будет свидетелем вашего поведения. Я делаю это по необходимости и из верности своему народу. Свободный флот - это военная рука людей Пояса, и я не буду жертвовать жизнью своих людей и прочих гражданских лиц станции Медины, если от этого не будет никакой выгоды. Но я сама буду выступать сейчас и всегда против тирании внутренних планет, эксплуатации и медленного геноцида моего народа."

Она отсалютовала в камеру, и сообщение закончилось. Холден вздохнул, и снова начал вещание.

- Звучит неплохо, - сказал он. - Мы скоро будем. - Он прекратил трансляцию.

- Серьезно? - подал голос сверху Алекс. - Звучит неплохо, мы скоро будем?

- Офигею я в конец с этой работой, - отозвался Холден.

Голос в интеркоме был голосом Клариссы: - А я думаю, это было мило.

--//--

Захват станции Медина занял двадцать часов, начиная с посадки первых кораблей АВП, и заканчивая последним оперативником Свободного флота, запертым в камере. Следственный изолятор Медины был не очень большим, поэтому его зарезервировали для высших должностных лиц - командного состава, начальников отделов, офицеров безопасности и агентов. Остальные - главным образом техники и специалисты обслуживания - были заключены в своих каютах с дверями, заблокированными системой станции. То есть, в конечном итоге Холденом. Он не мог не чувствовать себя так, будто отправил тысячу человек в их комнаты, подумать над своим поведением.

Он организовал свой командный пункт в центральном офисе безопасности в барабане. Спиновая гравитация была не такой высокой, чтобы это беспокоило Наоми, и было нечто успокаивающее в том, что он мог развалиться в кресле, пока они смотрели новостные ленты с Земли. Бобби Дрейпер, теперь действующая глава службы безопасности Медины, растянулась на своем столе, подняла ноги, заложила руки за голову, и выглядела так же безмятежно, как выглядела с тех пор, как она и Амос снова взошли на Роси. Один рукав был подвернут, и яркий, воспаленный ожог кольцом охватил ее локоть - отметина от сорвавшегося гермозамка ее костюма. Она осторожно потерла его. Погладила. В ее реакции на насилие было что-то нервно посткоитальное. Алекс и Амос были в соседней комнате, где Наоми прочесывала станционные логи с инженером АВП по имени Костас, споря о чем-то, что касалось йогурта и черных бобов. Только Кларисса не перешла на станцию, и Холден не стал спрашивать, почему. У него были достаточно плохие воспоминания о Бегемоте *. Он даже не мог представить, какие остались у нее.

* Бегемот - предыдущее прозвище мормонского корабля поколений, который стал станцией Медина.

В новостной ленте Гаага выглядела как избитая, пропитанная коричневым цветом версия самой себя. Небо над зданием ООН было белым, с дымкой, но не темным. И Авасарала стояла без подиума. Ее ярко-оранжевый сари выглядел как флаг победы.

"Освобождение Медины значит больше, чем освобождение одной станции от насильственной тирании," говорила она, достигнув кульминации полуторачасовой речи. "Это означает возобновление пути ко всем колониям и всем мирам, которые Свободный флот пытался отнять. Это также воссоединение с движущей силой истории, и доказательство того, что дух человечества никогда не поклонится страху и жестокости. И да, так как вы все так хорошо себя вели, я отвечу на несколько вопросов. Такеши?"

Худой репортер в сером костюме поднялся, словно тростник над рядами его профессионального братства.

- Дерьмо, - сказал Алекс с порога. - Еще остались где-нибудь журналисты, или она там всех у себя собрала?

- Тсс, - зашикала Бобби.

"Мадам Генеральный секретарь, вы говорите, что нападение на Землю было не военной операцией, а разоблачением преступного заговора. Теперь, когда вы захватили пленных, как вы поступите с ними?"

"Заговорщики будут доставлены на Луну и им будут представлены адвокаты," сказала Авасарала. "Следующий вопро.."

"Только с Медины? Или с Паллады и Европы тоже? Разве это не создаст нагрузку на судебную систему?" - продолжал давить серый человек.

Улыбка Авасаралы стала приторной. - О, сейчас этого парня вздрючат, - сказала Бобби.

- О да, - согласился Холден.

"Обработка всех займет некоторое время," - сказала Авасарала. - "Но должна сказать, что стоит винить в задержке сам Свободный флот. Если они хотели ускоренного судебного процесса, им не стоило взывать столько поводов для судебных разбирательств. Следующий вопрос. Линдси?"

- Она не должна позволять им так себя выдаивать, - сказала Бобби, пока белокурая женщина, занявшая место серого мужчины, спрашивала что-то о восстановлении и роли АВП. - Они же ее сожрут.

- Это самая большая и недвусмысленная победа, которую мы одержали против Инароса, - сказал Холден. - От всего остального он отбрыкивался и бежал. Или оставлял нас на карачках, ползающих и обезвреживающих его ловушки. Даже тема с Титаном выглядит так, как будто она обошлась нам дороже, чем ему. Земле нужна победа. Черт, Марсу нужна победа. И я рад, что эта одна из тех, где на нашей стороне сражались и Астеры.

- Но если она будет слишком усердствовать в восстановлении, будет еще хуже, когда мы снова потеряем Медину.

Холден оглянулся. - Почему ты думаешь, что мы потеряем ее?

- Потому что мне пришлось уничтожить рельсовые пушки, - сказала Бобби. - Удержание этого места предполагает, что мы будем его защищать. Мы этого не можем. Мы сломали защиту. Если мы сможем достать дюжину кораблей с такими пушками, как у Роси, или может, пару линкоров класса Доннаджера, мы продержимся. Но пока мы будем это делать, не сложно догадаться, что Инарос погрузит каждую запасную гранату и каждую пулю в любые корабли, которые у него есть, и примчится сюда, чтобы пнуть нас под зад. И то, если его покровитель за кольцом в Лаконию уже не отправляет корабли MCRN, которые он украл, чтобы сделать тоже самое.

Комок в животе Холдена, который ослабил пару узлов с тех пор, как он вошел в Медину, снова подтянулся.
- О... - сказал он. - Так. А у нас есть план на такой случай?

- Будем биться как демоны, и надеяться, что плохие парни потратят на наше убийство так много времени, что не успеют закончить восстановление, до того как Авасарала и Ричардс пришлют сюда следующих.

- О...

- Мы были обречены с той минуты, как я взорвала этот реактор. Что, конечно, не умаляет всего достоинства ситуации. И это прекрасный холм*.

* Этот не тот холм, на котором я хотел бы умереть - военное выражение, означающее, что достижение желаемого результата обойдется слишком дорогой ценой.

- Э, что?

Бобби посмотрела на него, удивленная, что он не узнал идиому.
- Прекрасный холм, чтобы умереть.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/69608/369744

Переводчики: Kee, p_zombie