Готовый перевод Magic strikes / Магический удар: Глава 24

ОН СИДЕЛ НА КРОВАТИ, ЕГО НОГИ БЫЛИ НАКРЫТЫ ГОЛУБОЙ простыней. Он был человеком, и цвет его кожи снова стал обычным. Его волосы всё ещё были темно-каштановыми. И это было всё, что осталось от прежнего Дерека.

Его лицо потеряло свою идеальную симметричность. Линии, которые были так отчетливо выражены раньше, стали толстыми и более резкими. Его черты приобрели неприятную грубость, и от верхней части рта до волосяной линии его лицо казалось немного неровным, будто раздробленные кости черепа не совсем срослись. Раньше, если он заходил в какой-нибудь бар, кто-нибудь обязательно бы присвистнул ему и сказал, что он слишком мил. Теперь же люди уставятся на свои напитки и будут шептать друг другу:"Этот парень прошёл через то еще дерьмо".

Он поднял взгляд. Тёмные бархатные глаза внимательно смотрели на меня. Обычно за важным спокойствием волка скрывалась доля озорного юмора. Теперь она пропала.

— Привет, Кейт.

Его губы двигались, но мне потребовалось немного времени, чтобы соединить низкий, скрежещущий голос с ртом Дерека.

— Поврежденные голосовые связки? — спросила я.

Он кивнул.

— Это уже невозможно исправить, — мягко сказал Дулиттл.
Он вышел из комнаты и закрыл дверь. Теперь мы с Дереком остались наедине.

Я присела на край кровати.
— У тебя голос как у настоящего злодея, — сказала я ему.

— Выгляжу я так же, — он улыбнулся. Эффект был ужасным.

— На тебе есть место, куда можно без проблем врезать?

— Зависит от того, кто это будет делать.

— Я.

Дерек вздрогнул:
— Тогда нет.

— Ты уверен? За последние пару дней у меня накопилось достаточно, чтобы выпустить пар. — Мой голос дрожал. Я пыталась сдержаться.

— Уверен.

Всё мое чувство вины, все мои переживания, все волнения, боль, сожаление, всё, что я тщательно складывала и убирала прочь в самые дальние уголки себя, чтобы продолжать действовать, все это выросло в непереносимое бремя. Я боролась, пытаясь сдержать его, но это было равносильно попытке сдержать прилив. Капля облегчения оказалась последней. Волна прорвала мою защиту и затопила меня.

Мой позвоночник словно превратился в кусок мокрой ваты. Я прижала руки к бокам, пытаясь удержать себя прямо и не свалиться. Твёрдый горячий ком застрял в горле. Сердце колотилось. Было больно, действительно больно, и я даже не могла понять, что именно у меня болело. Я просто знала, что боль была повсюду. Я чувствовала холод и жар одновременно, мне пришлось даже сжать зубы, чтобы они не стучали.

— Кейт? — взволнованный голос Дерека привлек мое внимание. Если я смогу говорить, я буду в порядке.

Если бы я могла заплакать и сделать что-нибудь подобное; я нуждалась и отчаянно хотела облегчения, но мои глаза были сухими, и эта волна билась во мне, причиняя мне боль.

Дерек оторвался от подушки и потянулся ко мне. Он побледнел, его новое лицо было твердым, как маска.
— Прости.

Он прижался лбом к моим волосам, его рука обхватила мои плечи. Я же оставалась в собственном мире боли, словно песчинка в шторме.

— Ты не можешь снова так поступить со мной, — мой голос прозвучал хрипло, как будто им не пользовались уже много лет. — Ты не можешь показать мне, что ты в беде, но не дать мне тебе помочь. Не позволить мне сделать хоть что-нибудь.

— Я больше так не буду, — пообещал он.

— Я не могу справиться с чувством вины.

— Я обещаю, что больше так не сделаю.

Все, кто был мне дорог, умерли, жестоко и болезненно. Моя мать умерла, потому что вонзила нож в глаз Роланда, так как он хотел убить меня. Ее забрали у меня еще до того, как у меня был шанс ее запомнить. Мой отец умер в своей кровати. Я даже не знал как и из-за чего это произошло. Он отослал меня на тренировку, три дня в лесу, только я и один единственный нож. Запах ударил мне в нос за десять ярдов до двери. Я нашла его в его собственной постели. Он уже весь раздулся. Его кожа лопнула, и жидкости начали вытекать из его тела. Он выпотрошил сам себя — меч все еще был зажат в его руке. Мне было пятнадцать.

Грег умер на задании. Мы поругались за несколько недель до его смерти и расстались не очень хорошо. Он был разорван на куски, его тело было изуродовано, словно он попал в мясорубку.

Бран был заколот в спину. Он был почти бесмертным, но все же умер у меня на руках. Я так отчаянно пыталась сохранить ему жизнь, что чуть не превратила его в нежить.

Смерть будто приследовала меня, как жестокий и трусливый враг, дразня меня, откусывая по кусочку от краев моего мира, забирая тех, кто был мне дорог. Она не просто убивала, она истребляла. Каждый раз, стоит мне отвлечься, смерть забирает у меня очередного друга и уничтожает его.

Дерека это тоже коснулось. Часть меня была абсолютно уверена, что он умрет, как и все остальные. Я представила это так ярко, что могла увидеть себя, стоящей над его трупом.

Объяснять это все было бы скучно и больно.
— Я думала, ты умрешь, — произнесла я просто.

— Я тоже так думал. Мне жаль.

Мы долго так просидели. Наконец, когда шторм внутри меня утих, я пошевелилась, и Дерек отпустил меня и отвернулся, скрывая свое лицо. Когда он снова нам меня посмотрел, на его лицо вернулось выражение волка Стаи.

— Какие мы к черту крутые.

— Мы сильные, — сказал он скривившись.

— Расскажи мне об этой девушке.

— Ее зовут Оливия, — произнес он. — Ливи. Я встретил её на Играх. Она ускользнула, когда начались поединки, и мы поговорили. Она очень молода. У ее родителей есть деньги. Они любят ее, но она была несчастна.

— Бедная маленькая богатая девочка?

Он кивнул.
— Ливи никогда не знала своего настоящего отца. Ее мать вышла замуж за ее отчима, когда ей было два года. Она рассказала, что ее мать одевала ее как маленькую куклу. Они оба относились к ней как к драгоценному ребенку. Как будто она была особенной. А потом она повзрослела и поняла, что она симпатичная, но не более: не такая уж яркая, не такая уж талантливая, не наделенная магией. Она сказала мне, что сочиняла истории о своем отце как о неком волшебном принце.

— Она очень хотела быть кем-то большим? — предположила я.

Дерек кивнул.

Тяжело расти, веря, что ты звезда, и столкнуться с осознанием того, что только твои родители считают тебя такой.

— Она нашла себе "особого" богатого парня. Он ей даже не особо нравился, но он относился к ней, будто она небесное создание, как относилась к ней ее мать. Он привел ее на Игры, и они сбежали со Жнецами. Жнецы узнали ее. Джим сказал, ты уже знаешь о ракшасах. Так вот, они сказали ей, что она была такой на половину. Если она присоединится к ним, они позволят ей пройти через обряд, чтобы высвободить ее силу. Она сможет менять форму и летать, как они. Было лишь одно условие: если она начнет этот обряд, она уже не сможет остановиться.

У меня в животе появилось мерзкое чувство.
— Она согласилась?

— Да. — Дерек скривился. — Она сказала, что хотела вернуться в клубы, где зависали ее друзья, и показать им, на что она способна.

— Это мелко и глупо.

Он кивнул.
— Я знаю.

— Она завершила обряд?

— Еще нет, он долгий, занимает несколько недель. Они начали, поручая ей нечто незначительное. Убить несколько животных. Сначала ей это немного нравилось. Я могу сказать это по тому, как она это описывала — она была взволнована, горда собой. Она думала, что сильная. Но вскоре все стало намного хуже.

— На сколько?

— Они заставляли ее сделать нечто отвратительное. — Дерек передернул плечами. — Кое-что вероятно было нужно, но другое... Они заставляли ее пытать других ракшас, которых необходимо было наказать. Я не знаю, действительно ли этот обряд должен был что-то сделать. Мне кажется, они просто получали кайф, наблюдая, как она развращает саму себя. Она поняла, что больше не может это выносить.

— Только прекратить это уже нельзя, — сказала я.

— Да. Она попросила меня о помощи. Я сказал, что помогу ей, но в одиночку я не справлюсь Это должна быть сделка, чтобы Стая могла вмешаться. Она согласилась рассказать нам все о ракшасах и о Бриллианте. Она сказала, что какой-то таинственный мужчина заключил с ними договор. Они должны заполучить Волчий Бриллиант и использовать его против Стаи. Она обещал рассказать все об этом, если мы ее вытащим, — вздохнул он. — Почти все, что было дальше, ты знаешь. Я пошел с этим к Джиму, он сказал нет и отстранил меня. Я пошел к Сайману, чтобы украсть билеты, отдал тебе записку, нашел транспорт и направился к месту встречи, чтобы забрать ее. Когда я пришел туда, они уже ждали меня. По крайней мере, это был хороший бой.

— Она была там?

Он кивнул.

— Что она сделала?

— Она смотрела, — сказал он.

— Она не пыталась помочь? Не протестовала?

Он покачал головой.

— Расскажи мне о бое.

— Они прыгнули на меня, четверо на одного. Во мне оказалось два осколка после первого удара. Затем последовали другие. Чезаре, тот здоровяк с татуировками, наблюдал за всем. Чернила соскользнули с его тела и превратились в змей с несколькими головами. Их укусы жгли, как лед. Больше рассказывать нечего. Я сражался. Я проиграл. Это больно.

Чезаре должен сдохнуть.

— Ты все еще собираешься отправиться за девушкой? — спросила я, хотя уже знала ответ.

— Как только я буду достаточно силен. Осталось уже недолго. Док говорит, что вирус в моем теле был подавлен, но все равно размножался в моем теле, пока осколки были внутри. Теперь я поправляюсь с рекордной скоростью. Я буду на ногах через несколько часов.

— Ты ведь понимаешь, что она не любит тебя? — я сохраняла спокойствие в голосе.

— Я знаю это, — он сглотнул. — Для завершения обряда, она должна съесть человеческого ребенка. Она сделает это, потому что слаба, и тогда уже не будет пути назад.

— Если бы вы поменялись местами, она бы не сделала для тебе то же самое. Она использует тебя.

— Не важно, что делает она. Важно, что делаю я.

Он цитировал меня. Мило. Тяжело спорить с своими собственными словами.

Я боялась того, что должна была сказать, но так было нужно.
— Спасая ее, не вернешь своих сестер.

Он поморщился.
— Тогда я был слаб. Я не мог ничего сделать. Я пытался, но не мог. Теперь я сильнее.

И вот что вышло. Четыре года заточения с одичавшим отцом, который насиловал, пытал и ел своих собственных детей одного за другим, и беспомощный Дерек ничего не мог с этим сделать. Он видел своих сестер в лице Ливи. Он не мог сдаться, так же как и я не могла отказаться от своего долга по крови. Он будет продолжать, пока ракшасы не убьют его.

БОЛЬНОЙ РЕШИЛ, ЧТО ЕМУ ПОРА ПРОЙТИСЬ, и я подставила ему свое плечо. Вместе мы смогли добраться до кухни, где Джим, Дали, Дулиттл и Рафаэль ели шоколадные печенья. Дали, сидя рядом с Джимом, держала в руках еще одну чашку кофе.

По другую сторону стола Рафаэль играл с ножом. Добрый доктор, справа от него, выглядел как человек, пробежавший марафон, и которому сказали, что он должен бежать его снова. Он увидел Дерека и его глаза расширились.
— Да поможет мне Бог, мне придется самому убить тебя, парень. Почему ты не в постели?

Дерек усмехнулся. Дали поморщилась. Глаза Дулиттла стали еще больше. Джим сдержался, а Рафаэль улыбнулся.

Я усадила Дерека на стул.
— Почему вы всегда собираетесь в кухне?

Дали пожала плечами.
— Это там, где есть еда.

Джим взглянул на меня.
— Мы должны получить Бриллиант.

— Согласна. Бриллиант слишком опасен для Стаи. Ракшасы намереваются использовать его как оружие против вас, — я стащила печенье из миски. — Мы должны добыть этот Бриллиант. А еще — голову Чезаре.

Они посмотрели на меня.

— Почему голову, — спросил Дулиттл.

— Потому что ее легко переносить, и я могу пытать ее очень долго, — я что, сказала это вслух? Я проверила их лица. Да, сказала.

— Как ты собираешься пытать его голову? — спросила Дали.

— Ты воскрешаешь его и заставляешь заново пережить свою смерть.

Джим кашлянул.
— Мы не можем украсть Бриллиант и не можем купить его.

— Его можно получить только в Играх, — сказал Рафаэль. Очевидно, Джим быстро ввел его в курс дела.

— У тебя есть идеи? — спросил меня Джим.

— Турнир начинается послезавтра. Это командное соревнование. Сайман поможет нам попасть на них.

— Почему ты думаешь, что он пойдет на это? — спросил Джим

— Вопрос в том, как эти осколки камня попали к ракшасам? Кто-то помогает им. Кто-то, у кого есть доступ к камню. Сайман ненавидит их. Они угрожали ему, напали на него и унизили, убив его минотавра.

Дали ожила:
— У него был минотавр?

— Ага. Он притащил его сюда из самой Греции, а Март убил его ровно за 10 секунд. Сайман ненавидит Жнецов, — улыбнулась я. — Но он не так уж много может им сделать. Когда он узнает, что кто-то снабжает Жнецов осколками, он будет в бешенстве. Мы предлагаем ему две вещи: шанс выступить против Жнецов на Ринге и возможность обнаружить кто внутри Совета помогает им и почему. Он не упустит этого.

— Хорошо, — сказал Джим. Я поняла, что он уже просчитал все это в своей голове. Зачем ему нужно было, чтобы именно я сказала это вслух?

— А что на счет Ливи? — спросил Дерек.

— Они очень самонадеянны, — я взглянула на Дали для подтверждения. Она кивнула. — Как только они узнают тебя, они решат, скорее всего, что мы пришли на турнир, чтобы спасти Ливи, и они выставят ее напоказ, чтобы раздразнить нас. Это наш единственный шанс, так как мы никоим образом не можем штурмовать их летающий сарай и выжить при этом.

— Они должны быть слишком уверены, чтобы пойти на это, — сказала Дали.

— Как только мы начнем все это, пути назад не будет, — произнес Джим. — Жнецы будут внутри, Карран снаружи. Если кто-то хочет отказаться, сейчас самое время это сделать.

На кухне повисла тишина. Они обдумывали это.

Джим потянулся за спину и протянул мне телефон, стоявший на столешнице. Я набрала номер Саймана. Он в тот же миг поднял трубку. У меня ушло меньше минуты, чтобы рассказать о нашем предложении.

Мрачная тишина повисла на другом конце телефона.

— Насколько ты в этом уверена? — спросил он наконец.

— У меня на руках пять осколков и два трупа, — сказала я ему. — Ты можешь их изучить, если хочешь. Ты можешь провести нас на Игры?

— Времени очень мало, — сказал Сайман. — Но да. Я могу. При условии, что я буду "Камнем".

— Договорились.

— Вам понадобятся семь бойцов.

Я сделала жест рукой, что мне нужно кое-что записать. Все, кроме доктора, начали искать карандаш.

— Я за всю свою жизнь не видел такую коллекцию идиотов, — покачал головой Дулиттл. — Если вы собираетесь участвовать в этом безумии, вас всех убьют. Тогда не приходите плакаться ко мне.

Это было бы интересно.

Дали протянула мне карандаш. Бумага так и не появилась, я начала писать на скатерти.

— Стратег, Камень, Праща, Мастер Меча, Щит, Нож и Заклинатель. Все они должны быть у входа на Игры к девяти часам вечера. Мы будем изолированы на протяжение всех Игр. Если ты зайдешь туда, выйти уже не сможешь, Кейт. Ты не сможешь передумать и вернуться домой. Ты будешь драться, пока сможешь.

— Я поняла.

— Вам нужно название.

Я прикрыла трубку рукой на мгновение.
— Нам нужно название команды.

— Охотники, — предложил Рафаэль.

— Храбрые Рыцари Меха, — сказала Дали.

— Группа Справедливости, — сказал Джим. — Лига Справедливости уже занята.

— Глупцы, — Дулиттл покачал головой.

— Глупцы, — сказала я в трубку.

— Глупцы? — переспросил Сайман.

— Да.

— Тогда, все будет устроено. Персонал?

— С нами будет доктор, — сказала я.

— Нет, не будет! — заявил Дулиттл.

— Очень хорошо, — речь Саймана была отрывистая. — Запомни, все члены команды должны быть там к девяти. Не опоздайте.

Я повесила трубку.

Джим взглянул на список.
— Этот урод будет Камнем. Кейт, ты возьмешь на себя Мастера Меча. Дерек?

— Щит, — сказал Дерек. — Боец защиты.

— Ты уже сможешь сражаться через два дня?

Он улыбнулся. Дали снова поморщилась и сказала:
— Ты должен перестать так делать.

— Ты должен стать Стратегом, — сказала я Джиму. — У тебя больше всего опыта.

Осталось еще три.

Нож Рафаэля коснулся списка.
— Нож, — произнес он. — Быстрый боец.

— Ты уверен? — Спросила я Рафаэля.

— Если большинство из вас выживет, Карран сдерет с вас шкуру, — произнес Дулиттл.

— Это то, что всего в тебе люблю, Доктор, — ухмыльнулся Рафаэль. — Ты относишься к тем, у кого "стакан наполовину полон". И вокруг все солнечно и прекрасно.

— Он не шутит, Рафаэль. Ты не должен этого делать, — посмотрела я на него.

Улыбка Рафаэля стала шире.
— Я — боуда, Кейт. У меня нет принципов и нет чести, но если кто-то хоть пальцем тронет одного из нас, я убью его.

— Я тронут, — сострил Дерек. — Я и не знал, что ты так беспокоишься обо мне.

— О тебе? Да плевать я хотел, — Рафаэль выглядел немного выбитым из колеи. — Нет, я беспокоюсь о ней. Они пытались убить ее на парковке.

— С каких это пор боуды так обожают меня.

— С тех пор как ты привезла к нам одну из нас во время всплеска, чтобы она не умерла, — ответил Рафаэль. — Никто бы не сделал для нас этого. Даже остальные кланы. Можешь спросить кота.

Джим ничего не сказал.

— Я беру на себя Ножа, — Рафаэль вновь ткнул в список. — Анрэа возьмет Пращу. Не спорь, Кейт. Она пристрелит нас обоих, если мы не возьмем ее с собой.

— Андрэа — рыцарь ордена, — сказала я. — Я не думаю, что она может сражаться.

— Никто из нас не может, — возразил Рафаэль и потянулся к телефону.

— Тогда остается Заклинатель, — сказал Джим.

Мы уставили на эту строчку. Заклинания. Очевидно, что требовался маг.
— Среди твоих людей есть кто-нибудь?

Джим покачал головой.

— Тебе следовало спросить, где все его люди, — лицо Дулиттла скривилось в отвращении. — Давай. Скажи ей.

Джим выглядел так, словно не хотел рассказывать мне что-либо.

— Где Бренна?

— На крыше, приглядывает за округой, — сказал Джим.

— А остальные? — Если подумать об этом, я не видела никого из них с тех пор, как мы покинули Юникорн Лейн.

— Очевидно, возле Августы появилась группа диких оборотней, — Дуллитл бросил яростный взгляд на Джима. — Я слышал это по радио. Город на пороге паники. Только это странные дикие оборотни. Спокойные. Хотя они, возможно, и совершили некие шокирующие действия, расчленив животных на самом виду перед фермой, семья самого фермера все проспала. Удивительно, что никто из людей не пострадал.

Я чуть не засмеялась. Ни один дикий оборотень не станет нападать на домашний скот, если рядом находится человеческая добыча. Они жаждали именно человеческого мяса.

— Они отвлекают на себя внимание, — сказал Джим.

Рафаэль прервал разговор с Андреа, издав короткий, характерный для гиен смешок.
— Это лучший план, который ты смог придумать?

— Очевидно, он считает Каррана полным болваном, — Дулиттл покачал головой.

— Я возьму Заклинателя, — проговорила Дали.

На кухне внезапно стало очень тихо.

— Я могу это сделать. Меня обучали.

— Нет, — отрезал Джим.

— У вас больше никого нет, — Дали упрямо поджала губы. — Я не хрупкий цветок. Я справлюсь.

— Что ты можешь? — спросила я.

Она выпрямилась.
— Я создаю проклятия.

— Это не игра. Ты можешь умереть на этой Арене, — сердито заметил Джим.

— Я не играю, — огрызнулась Дали в ответ.

Через дверь вбежала Бренна.
— Карран!

Вот дерьмо.

Все вскочили на ноги.
— Как близко? — прорычал Джим.

— В двух кварталах и быстро приближается. Он идет прямо к нам.

— Через заднюю дверь! Быстро! — приказал Джим. — Кейт...

Я замотала головой.
— Возьми Дерека и иди. Он не сможет вытащить вас из Арены. Я задержу его. Идите!

Джим подхватил Дерека на руки как ребенка и вышел. Остальные последовали за ним, включая Дулиттла. Они пробежали вниз по лестнице, прямо мимо Джули, которая как раз вышла в коридор, ее лицо выглядело так, будто она на нем спала. Я схватила ее за плечо.
— Выходи через заднюю дверь и спрячься где-нибудь поблизости, пока не увидишь, как я выхожу.

Она вышла без единого слова. Вот это моя крошка.

Я ЗАКОНЧИЛА ВОЗИТЬСЯ С ОДЕЯЛОМ И ПОДУШКОЙ, размещая их на полу так, будто на них кто-то спал. Я отступила, оценивая свою работу. Довольно неплохо. Я вытащила Убийцу и отошла. Одного фута от одеяла вполне хватит...

Дверь сорвалась с петель и влетела в комнату, в проеме показался Карран. Его зубы были обнажены в рыке, а его глаза были безумными. На нем были фирменные спортивные штаны и футболка Стаи. Плохо. Очень плохо. Спортивные штаны означали, что он собирается сменить форму. Карран в своей боевой форме оборотня был моим самым жутким кошмаром.

Карран обнажил клыки.
— Кейт.

— Что тебя так задержало?

— Где они?

Я выгнула бровь.
— Почему я должна тебе это говорить?

— Кейт, не заставляй меня принуждать тебя к ответу. — Мускулы на его бедрах напряглись, натягивая ткань штанов.

— А что стало с твоим планом по соблазнению? Или тебе хватает храбрости подойти, только отбросив мой меч под кровать, чтобы я не могла его достать?

Он преодолел комнату в один прыжок. Я подпрыгнула и пнула его прямо в воздухе так сильно, как только могла. Будто бы на кирпичную стену налетела. Он приземлился на сооруженную постель. Одеяло провалилось, и он упал в клетку для диких оборотней, стоявшую в большом углублении в полу.

Я захлопнула крышку. Сложны замок щелкнул, закрываясь, и я задвинула толстый засов на место, закрывая его окончательно.

Карран выпутался из одеяла. На его лице была чистая ярость. Он взялся за прутья и отскочил.

Я присела на краю пола и потерла ногу. Она онемела после удара. Я должна была поблагодарить Джули за эту идею. Она дважды чуть не упала в эту клетку.

Он зарычал и крепко схватился за прутья. Я должна была отдать ему должное — он выдержал пять полных секунд. Прутья погнулись под его давлением, но все же держались. Они были сделаны, чтобы выдержать ярость обезумевшего оборотня, с клетке было достаточно серебра, чтобы сжечь кожу на руках оборотня. Когда Карран отпустил прутья, на его ладонях остались серые полосы.

Карран выругался.
— Это не удержит меня.

Без сомнений. Хорошо, что я не собиралась закрывать его здесь надолго, просто немного задержать. Чувствительность к ноге еще так и не вернулась.

Золото полыхнуло в глазах Каррана. Его голос превратился в звериный рык.
— Отопри её.

Силы в его глазах была так велика, что я боялась, мое сердце остановится.
— Нет.

— Кейт! Освободи меня.

— Ни за что.

— Когда я выберусь, я заставлю тебя пожалеть об этом.

Я нахмурилась.
— Когда ты выберешься, я буду в Арене на Полночных Играх, торопясь, вполне возможно, прямиком на тот свет. Я буду жалеть о многих вещах, но об этой клетке — уж точно нет.

Карран отступил. Ярость исчезла с его лица. Он просто подавил ее, надевая спокойное выражение словно шлем. Это всегда меня пугало, и этот раз не стал исключением.

— Очень хорошо, — он сел, скрестив ноги, на пол клетки. — Ты не убежала, значит хочешь поговорить. Я готов выслушать твое объяснение.

— В самом деле, Ваше Величество? Так хорошо, что Вы снизошли до нас. Я постараюсь не использовать длинных слов и говорить медленно.

— Ты зря тратишь мое время. Я знаю, что Джим предал меня, а ты покрываешь его. Это твой шанс ослепить меня своим великолепием или сбить меня с толку своей чушью. Другого шанса у тебя не будет. Когда я выберусь, я буду не в настроении слушать кого-либо.

— Джим не предавал тебя. Он боготворит землю, по которой ты ходишь. Точнее они все это делают, и я даже не знаю, почему. Это величайшая тайна вселенной. Но никто не предавал тебя. Он сделали это, чтобы не вовлекать тебя.

Я рассказала ему все. Всю историю целиком. Он же не сказал ничего. Просто сидел и слушал меня, спокойно и без эмоций.

— Ты закончила? — спросил он в конце.

— Да.

— Тогда позволь мне убедиться, что я понял тебя правильно. Мой начальник службы безопасности умышленно и преднамеренно нарушил мой первой закон, потому считал, что знает все лучше меня, втянул в это одного из моих лучших людей и позволил изувечить его, избить и почти убить. И он ничего мне об этом не сказал?

Львиный рык вибрировал в его голосе.

— Затем он убедил тебя прикрыть его ослушание, и вы вместе напали на группу мифических убийц, раздувая конфликт между ними и Стаей, вместо того, чтобы снизить нанесенный вред. И теперь он и еще трое других умышленно вновь нарушают мой закон, выставляя это напоказ перед тысячами людей, чтобы я уж точно не смог это умять, даже если бы я этого хотел, что конечно не произойдет. Я прав?

— Ну как бы да. Это звучит намного хуже, когда об этом говоришь ты.

Он отклонился назад, сделал глубокий вход и медленно выдохнул. Если бы клетка развалилась в тот самый момент, просто переполненная его яростью, я бы не удивилась.

— Карран, этот камень очень опасен. Я считаю, что Роланд и есть Султан Смерти, и если я права, значит вы стали слишком сильным, чтобы он вас игнорировал. Он будет продолжать пытаться уничтожить вас. Волчий Бриллиант в руках ракшас - это большая проблема, но еще большей проблемой он станет, если попадет в руки Ордена. Ракшасы не очень умны. А Роланд - гений. И дело не только в нем. Если Орден получит камень, они смогут скопировать его магию и уничтожить ею ваших людей. Это ключ к геноциду вашего народа.

— И почему ты так беспокоишься об этом?

— Потому что я не хочу, чтобы вам навредили. Любому из вас. Моя лучшая подруга — сангнат. Они в одно мгновение загонят в нее осколок. Андреа может и не любит свою звериную суть, она может отвергать ее, но это должен быть ее выбор.

Заставить себя произнести следующие слова было все равно, что закатить в гору камень, размером с дом.
— Мне следовало прийти к тебе. Я бы сделала это, если бы мы не нашли способ излечения. В любом случае, мне жаль. Я пыталась помочь друзьям. У меня их не так много и ... если бы ты видел Дерека. Я думала, он умирает. Я уже представляла, как хороню его тело. Тебе бы пришлось убить его, если бы он одичал и ... Я не хотела увидеть, как тебе будет больно от этого. — Я отвернулась. — Джули выпустит тебя из клетки через час.

Он ничего не сказал, пока я выходила из комнаты. Просто сидел в клетке, а его глаза при этом светились неистовым гневом

Снаружи Джули появилась из своего укрытия между зданиями и подбежала ко мне.

— Повелитель Оборотней заперт в клетке наверху. Вот, — я протянула ей большой стальной ключ. — Вставь его в замочную скважину, поверни на четверть, а затем сними верхний засов, чтобы открыть дверь. Карран знает, как ее открыть, он подскажет тебе. Подожди один час, прежде чем выпускать его. Это очень важно, Джули. Не подходи к нему раньше срока, потому что он обманом заставит тебя открыть клетку. Поняла?

Она кивнула.

— После того, как сделаешь это, если он позволит тебе уйти, позвони по этому номеру, — я протянула ей кусочек бумаги. — Это телефон тетушки Би. Объясни, что ты одна. Кто-нибудь придет и заберет тебя.

— Я хочу пойти с тобой.

— Я знаю. Мне жаль, но ты не можешь. Это нехорошее место, я могу не выбраться оттуда в целости, — я обняла ее. — Один час.

— Один час, — подтвердила она.

Я пошла за лошадью, привязанной на парковке. Слишком поздно до меня дошло, что Карран нашел нас быстрее, чем за три дня. Ну прекрасно. Я сомневаюсь, что он потребует от меня выполнения сделки. Не после нашей последней встречи. И даже если он это сделает, и у меня получиться выжить в этой заварушке, подать ему ужин голой будет последней из моих проблем.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/70768/381037

Переводчики: darien24688, MzHyde