Готовый перевод Magic strikes / Магический удар: Глава 3+

— Кейт?

У меня великолепная реакция. Поэтому, хотя я и взлетела со стула, запрыгнула на стол и попыталась проткнуть горло непрошеному посетителю моего кабинета, лезвие замерло в двух дюймах от шеи Андреа. Ведь она — моя лучшая подруга, а тыкать ножиком в горло лучшим друзьям в обществе считается моветоном.

Андреа уставилась на черное лезвие метательного кинжала.
— Это было здорово, — сказала она. — Что же тогда ты можешь показать за доллар?

Я сердито нахмурилась.

— Страшно, но бакса не стоит.
Андреа уселась на угол моего стола. Невысокая смертельно опасная блондинка. Будучи полноправным рыцарем Ордена, она обладала личиком девочки-милашки, такие располагают к себе людей и заставляют их лезть из кожи вон, чтобы поделиться проблемами. Как-то я ходила с ней за покупками, и мы прослушали не меньше трех историй из жизни абсолютно незнакомых людей. Мне же никто никогда не рассказывал о своей жизни. Обычно люди просто убирались с дороги со словами типа: «Забирай всё, что хочешь, только уходи».

Конечно, если бы те незнакомцы знали, что Андреа может прострелить все точки в костяшке домино с расстояния в двадцать ярдов, они, вероятно, держались бы от нее подальше.

Андреа взглянула на папку, лежащую на моем столе.
— Я думала, у тебя сегодня выходной.

— Так и есть, — я спрыгнула вниз.
Я урвала часика три сна, притащилась на работу, чтобы навести справки по Полуночным Играм, и вскоре отрубилась на столе лицом вниз на открытой папке, несмотря на почти критическое содержание кофе в моем организме. Это объясняло тот факт, что я не услышала, как Андреа вошла в кабинет. Как правило, я не разгоняюсь до таких скоростей из состояния глубокого сна, если только внезапно меня не напугать.

Я потерла лицо, пытаясь стереть налет усталости. Пока я спала, кто-то залил в мою голову свинец, и теперь он с грохотом катался по черепу.
— Я ищу какую-нибудь информацию по Полуночным Играм.

К сожалению, оказалось, что папка по Играм страдает анорексией. Всего лишь три странички поверхностного обзора по структуре и никакой конкретики. Это значит, что имелась еще одна папка, большая и толстая, с красивым штампом СЕКРЕТНО на обложке, что делало ее вне зоны моей досягаемости. Когда дело касалось секретности, мой допуск был минимальным. Это был один из тех редких моментов, когда я сожалела о том, что не являлась полноправным рыцарем. Другими словами, получить в руки секретную папку было чуточку сложнее, чем достать рожок мороженного в христианском аду.

— Мне об этом мало что известно, — произнесла Андреа, — но один из моих инструкторов ходил туда до того, как турнир был объявлен вне закона. Я могу тебе немного рассказать о том, как это было раньше. За обедом.

— Обедом?

— Сегодня пятница.

Точно. Мы с Андреа всегда вместе обедали по пятницам. Обычно она подкарауливала меня в офисе и не оставляла иного выбора. По ее мнению, обед — это то, чем обычно занимаются друзья. Я все еще привыкала к мысли, что у меня может быть друг. Постоянные отношения — роскошь, которую большую часть жизни мне не позволено было иметь. Друзья прикрывают и защищают тебя, но они также делают тебя уязвимым, так как ты пытаешься сделать для них то же самое.

Мы с Андреа тесно работали во время всплеска. Я спасла ей жизнь, она спасла моего ребенка, Джули, которая в начале всплеска была уличной крысой в поисках матери, а в конце всплеска стала убийцей демонов, потеряв мать окончательно, но найдя чокнутую тётку Кейт. После всплеска, я ожидала, что мы с Андреа мирно разбежимся, но у Андреа были другие планы. Она стала моим лучшим другом.

Живот заурчал, сообщая, что я умираю с голоду. Еда и сон: без чего-то одного можно обойтись, но без того и другого одновременно – уже никак....

Я УСТАВИЛАСЬ НА ОГРОМНУЮ ТАРЕЛКУ С гирос (1).
— Я умерла и попала в Рай.

— Ты попала в Парфенон, — сказала Андреа, заняв место напротив меня.

— Действительно.
В рай я смогу попасть, только если взорву жемчужные врата.

Мы сидели на втором этаже, в озелененной части маленького греческого ресторана под названием «Парфенон». Этот садик представлял собой патио на свежем воздухе, и с нашего столика за железной перекладиной мне была видна оживленная улица. Единственным недостатком этого местечка была мебель. Столы были деревянные и достаточно приличные, но вокруг них стояли неудобные металлические стулья, привинченные к полу, а это означало, что я не могла нормально следить за дверью.

Я схватила мясо со своей лепешки. Мысленно я все время возвращалась к слегка улыбающемуся Дереку на ночной парковке. За последние несколько часов во мне начало нарастать беспокойство.

Я зашла в тупик. Помимо Дерека, который отказывался что-либо рассказать, единственными, кто мог пролить свет на эту ситуацию, были члены Стаи. Возможно, был способ поднять с ними данный вопрос, не выдавая факты об эффектной выходке Дерека, но я была слишком глупа, чтобы что-то придумать. И учитывая недавнюю смерть, они захотят узнать все. Если я хоть что-то скажу про Саймана или про Игры, Дерека накажут. А если я ничего не скажу, он будет рисковать своей шкурой, выкинув что-нибудь идиотское.

В купе с головной болью все эти размышления испоганили мне настроение. Почем знать, может в записке Дерека сказано «Жди меня в гостинице "Knights Inn". Я купил разноцветные презервативы». Конечно, там также могло бы быть написано и «Сегодня я убью твоего брата. Держи кастрюлю наготове.»

Мне нужно было лишь прочитать эту чертову записку. Если бы я только не дала слово, что не буду этого делать. В мире магии слово имело вес. Когда я обещала, я своё слово держала.

Кроме того, нарушить своё слово значило бы предать доверие Дерека. В действительности любое моё действие было предательством: я не могла прочитать записку, я не могла спросить никого о записке и я не могла отказаться передать эту чертову записку. Как же мне хотелось вот прямо сейчас отвесить ему хорошенький подзатыльник.

В довершение всего мои звонки копам из Подразделения паранормальных явлений не дали никакой полезной информации. На углу улицы Мертвого Кота и Понс де Леон было найдено расчлененное тело женщины. В ней опознали члена Стаи и дело было передано оборотням. Конец истории.

Я взглянула на Андреа.
— Полуночные Игры.

Андреа кивнула.
— Один из моих наставников бывал там. Игры проводятся в Арене — это что-то типа бункера. Ими руководит Совет, в который всегда входит семь членов. Бóльшую часть денег они получают от ставок на бойцов. Есть и индивидуальные бои, но самое крутое — командные турниры. Они проводятся раз в год. Участие принимают четырнадцать команд. В каждой по семь бойцов, и у каждого своя особая роль.

— Семь — любимое число у всех, не так ли? — я жевала свою еду. Семерка имела какое-то мистическое значение. Не такое как тройка, но все-таки большое: семь мудрецов Греции, семь чудес Света, семь дней недели, цветик-семицветик*, семь поэтов Муллаката (2)… Понятия не имею, что это значит, если вообще значит. Возможно, создатели турнира просто хотели обосновать его в нумерологии.

— Мой наставник сражался в качестве стрел…
Андреа посмотрела на улицу и замолчала. Её глаза сузились. Она выглядела сосредоточенно, словно ястреб, нацелившийся на толстого голубя. Если бы у нее в руках было ружье, я бы забеспокоилась, что она собирается кого-то подстрелить.

— Ты не поверишь!

Я проследила за её взглядом и увидела Рафаэля. Вергиена плелся по улице — высокий парень с угольно-черными волосами, одетый в джинсы и черную футболку. Руки в карманах, за плечами рюкзак. Он увидел, что мы смотрим на него и замер. Все верно — ты попался.

— Я думаю, он меня преследует, — Андреа бросила на него свирепый взгляд.

Я помахала Рафаэлю и знаком позвала к нам.

— Что ты делаешь? — проскрежетала Андреа сквозь стиснутые зубы. Её лицо побледнело, и я почти видела слабые очертания пятен на руках.

Рафаэль попытался слабо улыбнуться и направился в нашу сторону, нацелившись на двери Парфенона.

— Хочу узнать, известно ли ему что-нибудь про Полуночные Игры. Он расскажет всё, что угодно, если ты позволишь ему с нами посидеть. Мне кажется, ты ему действительно нравишься.

Номинация «преуменьшение года». Рафаэль был безнадежно влюблен в Андреа. Во время всплеска, когда она чуть не умерла, он из шкуры вон лез, заботясь о ней.

— Ага, — в одно слово Андреа уместила столько презрения, что я замолчала.

В нашей дружбе это была тема, где я ступала по тонкому льду, и возможность провалиться в ледяную воду была велика.
— Тебе он, правда, не нравится?

На лицо Андреа опустилась тень.
— Я не хочу стать его ЭСС-ЯЕНТ.

— И что это означает?

— Это странное существо я еще не трахал.

Я поперхнулась кусочком гирос.

Именно этот самый момент Рафаэль и выбрал, чтобы появиться в дверях. Взбешенная или нет, Андреа следила, как он приближается к нам, и я тоже решила взглянуть. Я практически вывихнула плечо, извернувшись на своем месте так, чтобы углядеть хоть что-нибудь. Он двигался с легкой грацией оборотня, которую можно сравнить с врожденной элегантностью, свойственной танцорам высшего уровня или мастерам единоборств. Его черные волосы до плеч двигались при каждом его движении, поглощая солнечный свет.
Его кожа была смуглой, а лицо… В нем было что-то интересное. В его чертах, взятых по отдельности, не было ничего примечательного, но все вместе они складывались в чрезвычайно привлекательное лицо. Он не был красавцем, но притягивал взгляд, как магнит, а глаза его, глубокие и пронзительно синие, излучали свет.

Ты смотришь на Рафаэля и думаешь о сексе. Он даже не относился к типу мужчин, которые мне нравились, но я ничего не могла с собой поделать.

Рафаэль остановился в нескольких футах от нашего столика, не зная, что делать дальше.
— Привет. Андреа. Кейт. Не ожидал вас здесь увидеть.

Я повернулась к столику и услышала, как хрустнуло в спине. Это мне наука.

— Садись, — прошипела Андреа.

Рафаэль осторожно одной рукой опустил свой рюкзак, взял единственный свободный стул и сел, выглядя при этом немного напряженно. Андреа уставилась на улицу. Вместе они смотрелись как две противоположности: Андреа была ростом пять футов два дюйма, с короткими светлыми волосами и слегка загорелой кожей, а Рафаэль был под шесть футов ростом, кожа цвета кофе с морем сливок, черными волосами и насыщенными глазами.

— Итак, что в рюкзаке? —
спросила я. Специалист по светской беседе — это обо мне.

— Портативный м-сканер, — сказал Рафаэль, — забрал в магазине. Он там лежал еще со всплеска — они не могли протестировать его, посмотреть, рабочий ли он, пока не пришла магическая волна.

Когда речь шла об м-сканерах, слово «портативный» было условным. Самый маленький весил около восьмидесяти фунтов. Хорошо быть вергиеной.

Андреа встала.
— Я пойду за десертом. Кейт, хочешь что-нибудь?

— Нет, — сказала я.

— А ты?

— Нет, спасибо, — произнес Рафаэль.

Она зашагала прочь.

Рафаэль посмотрел на меня.
— Что я делаю не так?

Я замерла с кусочком лепешки в руках.
— Ты меня спрашиваешь?

— Мне некого больше спрашивать. Ты знаешь ее. Вы ведь подруги.

— Рафаэль, у меня в жизни никогда не было постоянного парня. У меня уже больше года как не было секса. И ты знаешь, насколько хорошо закончилась моя последняя попытка устроить личную жизнь. Думаю, ты там был, так ведь?

— Да. Я был тем парнем с ружьем.

Я кивнула.
— Думаю, мы оба согласны, что я — худший вариант, кого можно спросить о том, как наладить романтические отношения. Я не знаю, что тебе сказать.

— Ты знаешь Андреа.

— Не настолько хорошо.

Рафаэль выглядел удрученным.
— Мне никогда на это не требовалось столько времени, — тихо сказал он.

Я посочувствовала. Он чах по Андреа уже два месяца. Для вергиены, или боуда, как они назывались, такое долгое ухаживание было неслыханным. Боуда были неугомонными. Они любили секс, много секса, с множеством партнеров. В стае боуда доминировали женщины, и из того, что я поняла, Рафаэль был довольно популярен, как из-за его терпения, так и из-за статуса сына Тётушки Би, альфы боуда. И его внешность гарантировала, что ему не придется слишком долго ходить за обычной женщиной, прежде чем они захотят устроить ему тест-драйв.

К сожалению, Андреа не была обычной женщиной, как не была и боудой. Вирус ликантропии, который и отвечал за появление оборотней, воздействовал на животных также как и на людей. В очень редких случаях получившееся существо становилось звероморфом - тем, кто начал свою жизнь зверем и получил способность обращаться в человека. Большинство звероморфов оказывались стерильными, умственно отсталыми и жестокими, но порой появлялся такой, который мог функционировать в человеческом обществе достаточно хорошо, чтобы не быть убитым на месте. И еще реже подобные особи могли давать потомство.

Андреа была сангнатом: ребенком гиеноморфа и боуда. Она скрывала это от всех: от оборотней, потому что кто-нибудь мог убить её согласно древнему глубоко укоренившемуся предубеждению, и от Ордена, потому что, как только они поймут, что она оборотень, ее исключат их своих рядов. Технически, будучи оборотнем, Андреа подчинялась власти Каррана, а Орден требовал абсолютной преданности. До сих пор Карран не поднимал этот вопрос, но он мог передумать в любой момент.

Насколько мне было известно, внутри Стаи только клан боуда, Карран, Джим, Дерек, Дулиттл и я знали, кем была Андреа. И мы все тихо сговорились оставить всё так, как есть, даже не обсуждая данного вопроса.

— Ты и правда хочешь совета? — спросила я.

— Да.

— Попробуй меньше думать как боуда, и больше как мужчина.

Он ощетинился.
— И какого черта это должно значить? Боуда — то, кем я являюсь.

Я собрала с тарелки хлебом последнее пятнышко цацики.
— Она — рыцарь Ордена. Академию Ордена заканчивает лишь один из восьми зачисленных. Она очень трудилась, чтобы быть человеком. Стань ей другом. Поговори с ней. Узнай какие книги она читает, какое оружие любит… Кстати о книжках, я могу рассказать тебе кое-что особенное об Андреа, но это будет не бесплатно.

— Что тебе нужно?

— Полуночные Игры. Всё, что ты знаешь.

— Да легко, — Рафаэль улыбнулся, — ты первая.

— Как я узнаю, что ты не останешься в долгу?

— Андреа поднимается по лестнице. Я слышу её. Пожалуйста, Кейт, — он выдал свою версию щенячьих глаз, и я чуть не свалилась со стула.

— Прекрасно.
Кейт Дэниелс, специалист по переговорам. Если у тебя есть ценные сведения, выдай их первому встречному сексуальному парню без каких либо ответных гарантий.
— Лорна Стерлинг. Она пишет романы о паранормальном. Андреа без ума от нее. У нее в кабинете под столом стопка ее книг. И у нее не хватает номера четыре и шесть.

Рафаэль вытащил из рюкзака ручку и записал на предплечье.
— Лорна?

— Стерлинг. Книги четыре и шесть. В их поисках Андреа неделями изводит вот тот книжный магазин на углу.

Андреа появилась из-за двери с молочным коктейлем и тарелкой нарезанных персиков. Ручка исчезла в рюкзаке Рафаэля.

Я направила на Рафаэля тяжелый взгляд.
— Выкладывай.

— Полуночные Игры запрещены, — сказал он, — прямым указом Повелителя Оборотней, ни один член Стаи не может принимать участие, помогать или делать ставки в Полуночных Играх.

— И всё? Это всё, что у тебя есть?

Он пожал плечами. Было ещё кое-что, я видела по его лицу. Он скрывал что-то от меня. Ублюдок. Я посмотрела на Андреа. Помоги же мне.

Она взяла персик, откусила от него маленький кусочек и медленно облизала свои губы. Рафаэль словно превратился в охотничью собаку, заметившую фазана.

— С чего это их запретили? За этим кроется какая-то история?
Андреа откусила еще один кусочек персика и снова облизала губы.

— Да, кроется, — пробормотал Рафаэль. Мне было почти жаль его. Интересно, а это сработает с… Я ухватилась за эту мысль и растоптала её до того, как она успела забить мою голову всякой ерундой.

Андреа улыбнулась.
— Как интересно. Хотелось бы послушать.

Рафаэль понял, что происходит.
— Это не то, что можно рассказывать посторонним.

— Очень жаль, — Андреа пожала плечами и посмотрела на меня. — Ты готова идти?

— Всегда готова, — я потянулась за сумкой.

— Полагаю, не будет вреда, если разок рассказать, — сказал Рафаэль.

Я оставила сумку.

— В 2024 турнир был ещё легальным, и соревнования подошли к битве между Некро Лордами и Семёркой Андорфа. Андорф был огромным вермедведем, две тысячи пятьсот восемьдесят фунтов в форме зверя. У него лапы были больше моей головы, —
Рафаэль развел руками, описывая лапы размером с огромный арбуз. — Здоровый, злобный, грязный ублюдок. Любил драться. Собрал хорошую команду, но к тому моменту их осталось только четверо: Андорф, волк, крыса и моя тётя Минни.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/70768/381055

Переводчики: darien24688, Arissia