Готовый перевод Magic strikes / Магический удар: Глава 15+

После того, как мы с Джимом закончили с Сайманом, Джим оставил меня вместе с лошадью, принадлежащей Стае, возле моего дома. Мне хотелось вернуться обратно вместе с ним. Я хотела быть там, если Дерек придет в себя. У меня была эта абсурдная идея, что, если я буду рядом, это как-нибудь поможет ему.

Но этого не будет. Если бы я поехала назад с Джимом, мне бы так и не удалось поспать, а мне чертовски нужны были сон и еда. Жнецы вряд ли благосклонно отнесутся к потере одного из игроков своей команды. Если Сайману удастся выполнить свое обещание, они могут прийти за нами. Мне необходимо быть отдохнувшей и собранной. Поэтому я приняла душ, отскребая каждый квадратный дюйм своей кожи и волос ароматическим мылом, чтобы отбить запах ватаги Джима, съела кусок холодной говядины с черным хлебом, помидором и маленьким кусочком сыра, выпила таблетку столь ценного и дорогущего аспирина и вырубилась.

Меня разбудил звенящий телефон. Я оторвала голову от подушки и уставилась на него. Он все звонил и звонил, наполняя мою голову шумом. Включился автоответчик, и знакомый голос заставил меня сесть прямо.

— Кейт.

Карран. Ой-ёй. Двух часов сна не было достаточно, чтобы иметь с ним дело.

— Позвони мне, как только сможешь.

Я сняла трубку.
— Я здесь.

— Ты проверяешь свои звонки?

— Почему бы нет? Это избавляет меня от необходимости говорить с идиотами.

— Это оскорбление? — его голос понизился до глубокого рыка.

— Ты не идиот, — сказала я ему. — Ты просто смертельно опасный психопат с комплексом бога. Чего ты хочешь?

— Ты видела Джима?

— Неа.

— Он не звонил тебе?

— Неа, — но его головорезы хорошенько меня отделали.

— Что на счет Дерека?

— Ничего. Его я тоже не видела.

После небольшой паузы:
— Ты врешь.

Дерьмо.
— И с чего ты это взял?

— Ты не спросила меня, все ли хорошо с Дереком, Кейт.

Это послужит мне уроком, как вести щекотливые дипломатические беседы с самого утра.

— Потому что мне нет дела до этого. Ты сказал мне, что допустишь меня к расследованию. Ты пообещал мне полное содействие и возможность допросить твоих людей. Это было в пятницу утром. Сегодня воскресение. Прошло сорок восемь часов. Ты надул меня, Карран. Как обычно. Ты ждешь, что я брошусь бегом помогать вам, но драгоценная Стая не может сотрудничать с чужаками. То, что ты слышишь в моем голосе — это безразличие.
А также чушь собачья. Одна сплошная чушь.

— Это пустая болтовня.

Два-ноль в пользу Каррана.

— Это очень важно, Кейт. Джим бросил мне вызов. Он нарушил прямой приказ явиться со своей командой. Я не могу спустить подобного. У него есть семьдесят два часа, чтобы решить, что делать. После этого я должен буду его найти.

— Ты знаешь Джима многие годы. Разве он не заслужил того, чтобы ему доверяли?

— Только не в этом, — голос Каррана дрогнул. Альфа на мгновение исчез, и вместо него был простой человек. — Я не хочу, чтобы мне пришлось искать его.

Я сглотнула.
— Могу предположить, что ему тоже не хочется, чтобы ты его нашел.

— Тогда помоги мне. Расскажи, что ты знаешь.

— Нет.

Он вздохнул.
— Хоть на мгновение забудь, что это я. Отбрось свое эго. Я Повелитель Оборотней. Ты —
член Ордена. Ты должна подчиняться мне в этом расследовании. Я приказываю тебе раскрыть мне всю информацию. Делай свою работу.

Вот это уже было обидно. Я как только могла пыталась выполнить свою работу.
— Ты заблуждаешься. Я не должна подчиняться тебе. Мы с тобой на равных.

— Понятно. Джим сейчас с тобой?

— Да, он со мной. У нас тут дикий секс. И ты мешаешь.

Я повесила трубку.

Телефон зазвонил снова.

Автоответчик. «… не помогаешь, Ке…»

Я сняла трубку, подержала её секунду и положила. Я не хотела лгать Каррану. Даже если это было ради его же пользы. В данный момент я была не в состоянии придумывать на ходу какую-нибудь херню и обмениваться остроумными замечаниями.

В моей спальне был приятный полумрак, не считая узкого луча света, пробившегося сквозь просвет в моих занавесках, чтобы упасть прямо мне на лицо. Я надвинула на лицо подушку.

Я уже засыпала, подушка на моем лице заслоняла раздражающе настойчивый луч света, когда я услышала, как в моем замке повернулся ключ. Моя дверь открылась.

Единственный человек, у которого был ключ от моей квартиры, был управляющим дома, и он никогда бы не вошел без предупреждения.

Я заставила себя лежать тихо, расслабив руки и ноги. Я представила себе эту картину: моя торчащая задница в белых хлопковых трусиках, голова под подушкой. Не самая удачная поза для атаки.

Я лежала, вся во внимании, все мои чувства обострены до предела. Очень мягкие шаги приблизились к кровати. Ближе. Ближе.

Сейчас!

Я развернулась, ударив с размаха. Удар пришелся незваному гостю в среднюю часть туловища, извлекая определенно мужской стон, и тот упал на пол. Я спрыгнула с кровати и бросилась к своему мечу, но его не было там, где я его оставила. Я остановилась и увидела меч далеко под кроватью. Он оттолкнул его при падении.

Стальная рука схватила мою лодыжку. Я перевернулась на спину и лягнула его в плечо, вложил в удар всю свою силу.

Он простонал, и я увидела его лицо.
— Карран!
Я бы предпочла психопата-убийцу. О, постойте…

Секунда удивления стоило мне много: он прыгнул на меня, отбросил мою руку в стороны, как будто это было проще простого, и пригвоздил меня к полу. Его ноги обхватили мои. Держа мою правую руку у меня над головой, левую зажав между нашими телами, он наклонился, его лицо было в нескольких дюймах от моего, мое тело касалось его груди.

Он скрутил меня так, что я не могла двинуться ни на дюйм.

— Я думала, что это какой-то маньяк! — прорычала я.

— Я и есть он.

— Что ты здесь делаешь?

— Ищу Джима в твоей постели.

— Его здесь нет.

— Я это вижу.

Маленькие золотые искры плясали в его темно-серых глазах. Он выглядел безумно довольным собой и немного голодным.

Я попыталась вывернуться из-под него, но он лишь сильнее схватил меня. Это было словно бороться в смирительной рубашке, сделанной из горячей стали. В нем не было ни капли уступчивости. Пригвожденная его Звериным Величеством. Я еще никогда не опускалась так низко.

— Ты можешь уже отпустить меня, — сказала я ему.

— Ты мне разрешаешь?

— Да. Я обещаю не причинять тебе вреда.

Тень усмешки появилась на его губах. Он не собирался меня отпускать. И я не могла пересилить его. Черт.

— Тебе это нравится, не так ли?

Он мотнул головой вверх и вниз, на его лице расплылась белозубая улыбка.

— Как ты попал внутрь?

— У меня свои способы.

И тут меня осенило. Именно он заменил мне дверь два месяца назад, так как я была несколько занята пытаясь не умереть.
— Ты оставил себе ключ от моей квартиры. Ты сволочь. И часто ты сюда приходишь?

— Так, иногда.

— Зачем?

— Проверить, как ты. Экономит мне нервы, позволяя не сидеть перед телефоном и не ждать твоего звонка «приди и спаси меня».

— Тебе не нужно беспокоиться: таких звонков больше не будет. Я скорее сдохну, чем позвоню тебе.

— Это-то меня и беспокоит, — произнес он.

Его ноги крепко держали меня, его бедра были твердыми, будто вырезанные из дерева. Его грудь была прижата к моей. Если бы я повернулась слегка вправо, моя задница проскользила бы по его паху. Немного влево, и мое лицо уткнулось бы ему в шею.

— Я не одна из твоих поданных, — сказала я ему. Он был слишком близко, слишком жаркий и слишком реальный. — Я не выполняю твоих приказов, и уж тем более, мне не требуется твоя защита.

— Ммхм, — произнес он. Он очевидно нашел мое лицо невероятно увлекательным, потому что продолжал смотреть на меня, мои глаза, мои губы…

— Ты хоть раз приходил сюда, когда я была здесь?

— Иногда.

— Я бы услышала тебя.

— Ты работаешь по двенадцать часов и выматываешься, а я могу быть очень тихим.
Его хватка слегка ослабла. Я лежала смирно. Так и нужно — убедить его, что он в безопасности. Мы были не так далеко от ночного столика, и под столом на нижней полке лежал кинжал.

— Повелитель оборотней — мой личный озабоченный преследователь, прямо мечта любой девушки.

— Я не преследую тебя.

Я, не веря, уставилась на него.
— И как же ты это называешь?
— Я называю это контролем противника, чтобы он не навредил мне.

— И что еще ты делаешь, когда приходишь сюда? Читаешь мою почту? Копаешься в нижнем белье?

— Нет. Я не роюсь в твоих вещах. Просто прихожу иногда, чтобы убедиться, что ты все еще цела. Мне нравиться знать, что ты в порядке и спишь в своей кровати. Я ничего не украл...

Я вырвала левую руку из его руки и ударила локтем в его солнечное сплетение. Он резко выдохнул. Я рванулась за кинжалом и села на Каррана верхом, коленями прижав его руки, а кинжал приставив к его горлу.

Он лежал неподвижно.
— Я сдаюсь, — сказал он и улыбнулся. — Твой ход.

Хм. Я сидела верхом на Повелителе Оборотней в нижнем белье, держа кинжал у его горла. И что, черт возьми, мне делать дальше?

Взгляд Каррана остановился на моем плече.
— Это след от когтей, — произнес он, его голос стал более жестким. — Волчьих. Кто?

— Никто! — О да, блестящий ответ. Так он и поверил.

— Кто-то из моих? — Его глаза блеснули желтым, словно молния.

Ну, учитывая, что все оборотни Атланты были его, вопрос был риторическим.
— С каких это пор ты так озабочен моим благополучием? Мне кажется, ты не совсем понимаешь природу наших с тобой отношений. Ты и я, мы не сможем поладить. Ты же психопат, помешанный на контроле. Ты начинаешь мне приказывать, и я в ответ хочу убить тебя. Я же упряма, как осел, и ненавижу подчиняться. Я вывожу тебя из себя и ты пытаешь придушить меня.

— Один раз! Это было всего один раз!

— Одного раза хватило. Суть в том, что мы не можем нормально общаться. Мы...

Он выдернул руки из-под моих коленей, притянул меня к себе, не обращая внимания на кинжал, и поцеловал.

Его язык прошелся по моим губам. Меня охватил жар. Он запустил руку в мои волосы. Внезапно мне захотелось узнать его вкус. Он уже целовал меня раньше, прямо перед нашей битвой со Сталкером. Я вспоминала этот поцелуй последние четыре месяца. Он не мог быть настолько хорош, как в моей памяти. Я должна поцеловать его и изгнать наконец этот поцелуй из своих мыслей, чтобы никогда больше о нем не думать. Я раскрыла губы и впустила его.

О. Мой. Бог. Вселенная взорвалась.

Его вкус был возбуждающим, как хмельное вино.

Я утонула в нем, опьяненная его вкусом и его запахом, пленённая ощущением его твердого тела, охватывающего меня. У меня закружилась голова.

Целуй меня еще. Целуй меня снова. Целуй меня, Карран.

Какого черта со мной происходит?

— Нет! — я боролась с каменной стеной его груди. Он удерживал меня еще мгновение и отпустил меня с низким, голодным рыком. Я отпрыгнула от него и отошла на несколько шагов на нетвердых ногах. — Ты совсем спятил?

— В чем дело? Ты забыла о «даже если ты будешь последним мужчиной на земле»?

— Выметайся!

Он остался лежать на моем ковре, развалившись, как ленивый кот, с самодовольной ухмылкой.
— Ну и как тебе?

— Так себе, — соврала я. — Ничего особенного. Вообще. Как целовать брата.

Моя голова все еще кружилась. Мне хотелось прикоснуться к нему, провести руками по его футболке, коснуться пальцами его твердых, как камень, рук... Я хотела вновь почуствовать его губы на своих губах.

Нет! Никаких прикосновений. Никаких поцелуев. Нет. Просто нет.

— В самом деле? Ты поэтому обвила руками мою шею?

Сукин сын.
— Это было временное помешательство.
Я указала на дверь.

— Ты уверена, что не хочешь, чтобы я остался? Я приготовлю тебе кофе и спрошу, как прошел твой день?

— Убирайся. Сейчас же.

Он издал преувеличенный вздох и вскочил на ноги без помощи рук. Чертов хвастун.

Он протянул мне кинжал рукоятью вперед.
— Ты хочешь его обратно?

Он заставил меня выпустить кинжал. Я никогда еще не выпускала оружия из рук, если только это не было умышленно.

Я выхватила кинжал из его пальцев и проводила его до двери, держа клинок между нами. Карран открыл дверь и задержался на пороге.
— Семьдесят два часа, Кейт. Это все, что я могу дать Джиму. Он знает это, и он также знает, что я его ищу. Теперь и ты это знаешь.

— Я поняла, — прорычала я.

— Ты уверена, что не хочешь поцеловать меня на прощание, детка?

— Как насчет ударить тебя на прощание в горло?

Я захлопнула дверь, прислонилась к ней и опустилась на пол, чтобы оценить ситуацию. Повелитель Оборотней. Лев Атланты. Сэр «Всё-будет-по-моему». Раздражающий, выводящий из себя, опасный ублюдок, пугающий меня до ужаса и развязывающий мне язык, пока я не начинаю нести, что угодно, забывая об ограничениях.

Он поцеловал меня. Нет, точнее он признал, что вламывается в мою квартиру и смотрит, как я сплю, прижал меня к полу и поцеловал. Я должна была сломать ему нос. А вместо этого я поцеловала его в ответ. И мне хотелось большего.

Я попыталась посмотреть на все под другим углом. Я сказала ему, что никогда не пересплю с ним. Он сказал, что это случится. Для него это было игрой, и он просто пытался выиграть. Кое-кто рассказал мне однажды, что если поставить в ряд всех бывших любовниц Каррана, ты сможешь устроить парад. Он пытался сделать меня еще одной зарубкой на столбике его кровати. Если я сдамся, я буду лишь сноской среди вереницы его подружек: Кейт Дэниелс, Следователь Ордена, с которой его Пушистое Величнство трахался какое-то время, пока ему не надоело, и он не занялся чем-то поинтереснее, разрушив её репутацию.

В открытую встречаться с Карраном было было бы профессиональным самоубийством. Агенты Ордена должны быть беспристрастны по определению. Никто не станет иметь со мной дело, если я пересплю с предводителем оборотней. Еще важнее то, что, когда Карран потеряет интерес к тому, что я могу предложить, он возьмет мое сердце, размажет его кувалдой в кровавое месиво, вернет мне то, что останется, и уйдет без всяких сожалений.

Я всё это понимала и все равно хотела его. Он притягивал меня, словно чертов магнит. Я хотела его сильнее, чего кого-либо в моей жизни. На те несколько мгновений он заставил меня почувствовать себя в безопасности, ощутить себя нужной, необходимой, желанной, но это была лишь иллюзия. Мне нужно было взять себя в руки.

Чем больше я об этом думала, тем больше меня это бесило. Он считал, что уже захомутал меня. Его Величество уже давно ждало резкое пробуждение.

Я зарычала и пошла одеваться.

К семи часам я добралась до офиса. Орден занимал простое прямоугольное здание, без отделки, кирпичное, прочное и, когда магия была на подъеме, защищенное защитными заклятиям так сильно, что целая дивизия Военного Подразделения по Сверхъестественной обороне могло хоть несколько дней ломиться в него. В городе должно было быть еще одно здание, современная штаб-квартира, но мое звание не было достаточно высоким, чтобы знать его расположение.

Я поднялась на второй этаж, открыла дверь и вошла в холл. Длинный и серый, он тянулся в длину, как узкий серый тоннель, в конце которого виднелась черная дверь. Геральдический лев из полированной стали становился на дыбы в центре двери, обозначая её как офис рыцаря-покровителя, главы отделения и моего непосредственного начальника.

«Доброе утро, дорогая» — раздался голос Максин в моей голове.

— Доброе утро, Максин, — произнесла я. Технически мне достаточно было лишь подумать об этом, если бы я сконцентрировалась достаточно сильно, чтобы Максин могла услышать меня, но я предпочитала говорить вслух. Я могла захватить разум нежити и раздавить его, как вошь, но в телепатии я была полная бестолочь. Я нырнула в свой офис, ожидая увидеть двухфутовую стопку бумажной работы, но мой стол был чист. Девственно чист. Никаких стопок.

— Максин? Куда делись все мои папки?

«Рыцарь-покровитель решил освободить твое расписание.»

— Это хорошая новость или плохая?

«Орден ценит твою работу. Особенно что касается твоей работы до поздней ночи».

Всё стало ясно. Тед показывал мне свое неофициальное одобрение заняться Полуночными Играми. Не будет никакого расследования. Тед и так знал об Играх столько, сколько человек вообще способен узнать. У него лишь не было средства или повода заняться ими. Теперь я давала ему уникальную возможность. Он бросал меня в гущу Игр, как палку в колесо. Я была достаточно способной, но при этом меня можно было пустить в расход. Любую публичную проблему, которую я могла вызвать, можно было списать на мой неофициальный статус. Я не была рыцарем. У меня нет соответствующей подготовки. Орден будет отрицать любую осведомленность о моих действиях, назовет меня импульсивной и некомпетентной и вышвырнет меня вон.

Андреа появилась у меня на пороге, вошла внутрь и закрыла за собой дверь.
— Рафаэль звонил. Видимо, сверху по цепочке спустился приказ. Любого члена Стаи, кто посмеет напасть на тебя, будет ожидать очень неприятная встреча с Карраном.

Я подняла ручку в притворном салюте.
— Ура. А я даже и не знала, что я хрупкий цветок, нуждающийся в защите Его Величества.

— На тебя напали?

— Ага. Я вела себя хорошо и даже никого не убила.

Андреа присела на стул для посетителей.
— Что происходит?

Я встала и активировала заклятие. Тусклые оранжевые глифы зажглись на полу, сплетаясь в сложные узоры. Стена оранжевого света поднялась вверх, запечатывая дверь. Это было заклятие моего опекуна, который использовал его, чтобы обезопасить комнату. Люди рассказывали рыцарям-прорицателям секреты, которые обычно доводится услышать лишь исповеднику или психиатру. Заклинание Грега защищало комнату от прослушивания, подглядывания и посторонней магии. Даже телепатия Максин не могла пробиться сквозь него. У меня ушел месяц усердного изучения глиф на полу, чтобы понять как он это сделал.

Я открыла ключом верхний ящик стола, вытащила папку и положила её на стол.
— Принеси клятву.

Андреа подняла свою руку вверх.
— Я не раскрою информацию, которую получу, пока сообщивший ее не даст мне на то дозволения. Я не буду использовать эту информацию для личных целей даже под давлением или принуждением, даже для защиты себя или других от неминуемого физического вреда. Клянусь своей честью как рыцарь Ордена.

Это была просто дьявольская клятва. Больше всего людей вылетало из Ордена из-за нарушения этой клятвы, чем из-за любой другой проверки силы воли. После того, как тебя избивали, топили, хлестали плетью и прижигали раскаленным железом, большинство людей готовы были сказать что угодно, лишь бы прекратить пытку. На моей спине была бледная полоска кожи — напоминание о встрече с раскаленным железом. Это подтверждение того, что я прошла. Я знала, что у Андреа был такой же шрам. Мы обе будем помнить секреты, которые поклялись сохранить на этом испытании, до конца наших дней и никогда их не выдадим, даже в мимолетной мысли.

Я протянула ей папку. Она пробежала глазами по страницам и взглянула на меня. Я рассказала недостающее, включая визит Каррана.

Андреа моргнула несколько раз.
— Дерьмо. Полное дерьмо.

— Дерьмо полное тоже подходит.

— Глава отдела безопасности Стаи ставший "одиночкой", Дерек при смерти, а ты стала избранницей Повелителя Оборотней.

— Джим не одиночка; он просто в данный момент не подчиняется приказам.

— Это и значит стать одиночкой!

Ну ладно, с этим придется согласиться.
— И к сведению, я не избранница Каррана.

Андреа покачала головой.
— С какой ты планеты? Он тайком пробирается в твою квартиру, чтобы поправить тебе ночью одеяло. Это желание защитить. Он считает тебя своей избранницей.

— Он может считать все, что ему хочется. Еще не значит, что это должно быть правдой.

Глаза Андреа расширились.
— До меня только сейчас дошло: ведь он обращается с тобой как с альфой оборотней. Ты столкнулась с ухаживанием по нечеловеческим правилам. Он уже просил тебя приготовить ему ужин? Ужин — это очень серьезная штука.

— Нет, не просил.
Скорее ад замерзнет, чем я буду готовить для Каррана.
— Подумай, я не оборотень, и он уже встречался с людьми до этого.

— В том то и дело, — сказала Андреа, постукивая пальцами по столу, — прямой флирт — это вызов. Именно так мужчина-альфа будет обращаться с женщиной-альфой. У них все сосредоточено вокруг борьбы за власть и преследовании, с нежностью у них не очень. Я понимаю, это звучит запутанно, но это скрытый комплимент с его стороны.

— Он может взять этот комплимент и засунуть его туда, где не светит солнце.

— Можно я буду цитировать эту фразу, ссылаясь на тебя?

— Да пожалуйста. Я не для того работала так много, чтобы стать его мимолетным капризом.

Я потянулась, чтобы положить папку обратно в ящик, и мои пальцы коснулись старой книжки в мягком переплете. Принцесса-невеста. Той ночью в Саванне, когда он почти поцеловал меня, он читал эту книгу, и когда я сказала ему уйти, он ответил «Как пожелаешь».

Андреа нахмурилась.
— Так что ты решила? Ты собираешься исчезнуть на какое-то время?

Я кивнула.
— Я должна разобраться в этом, и не могу этого сделать, пока Карран дышит мне в спину.

— Помощь нужна?

— Да. Я собираюсь подать запрос на анализ образцов серебра для сравнения с компьютерной базой данных. Процесс может занять день или два. Если бы ты могла их забрать…

Андреа взмахнула руками.
— Ну, конечно, я это сделаю. Я имела в виду помощь в том, чтобы пристрелить кого-нибудь.

— О. Не сейчас. Но я позвоню, если понадобиться пустить пулю в чью-нибудь голову.

— Позвони непременно. И постарайся, чтобы тебя не убили.

— Постараюсь.

Мы посмотрели друг на друга.

— Так как это было? — спросила она. — Целоваться с Карраном?

— Я не могу позволить ему вновь поцеловать меня, потому что, если это случится, я с ним пересплю.

Андреа моргнула.
— Ну, — произнесла она наконец, — по крайней мере, ты знаешь свою позицию.

Я позвонила Джиму и ушла из офиса. Я слонялась туда-сюда в утренней суете. Никто за мной не следил. Наконец я остановилась у киоска с жареной курицей.

Гленда улыбнулась мне. Полная женщина с медовыми волосами, когда-то она проводила ночи, мучимая фантомами змей. На это ушла неделя, но мне все-таки удалось найти причину, скрывающуюся на её чердаке и убила её. Теперь же мне досталась улыбка и куриные крылышки.

Я протянула десять баксов.

— Хочешь разменять по пятеркам?

— Неа. Мне нужен телефон.
Этот разговор не подходил для офиса.

Гленда поставила телефон на прилавок, проверила на наличие гудка и сгребла мою десятку.

Я позвонила в Башню, представилась отстраненному женскому голосу в телефоне и попросила Повелителя Оборотней. Менее, чем через пятнадцать секунд Карран был на линии.

— Я собираюсь скрываться вместе с Джимом.

Тишина на другом конце телефона была определенно мрачной.
Возможно, он подумал, что его суперспособности в поцелуе свели меня с ума. Черта с два. Я не дам ему убить Дерека. Эта ноша ему была не нужна.

— Я тут обдумывала сегодняшнее утро, — произнесла я, пытаясь изо всех сил казаться спокойной и рассудительной, — я поручила управляющему сменить мои замки. Если я еще раз поймаю тебя в своей квартире, я подам официальную жалобу. Я взяла от тебя еду, под принуждением, но все же я ее взяла. Ты спасал меня раз или два, и ты видел меня практически голой. Я поняла, что ты расцениваешь эту ситуацию по стандартам оборотней, и ты ожидаешь, что я упаду перед тобой на спину с раздвинутыми ногами.

— Не обязательно, — его голос был такой же спокойный, как у меня, — ты можешь упасть на руки и колени, если тебе так больше нравится. Или прислониться к стене. Или на твоем кухонном столе. Я думаю, я даже позволю тебе быть сверху, если ты будешь достаточна хороша.

Я не скрипнула зубами — он бы это услышал. Я должна быть спокойной и рассудительной.
— Мое слово — нет.

— Нет?

— Я не буду падать перед тобой, не будет никакого секса, никого "нас с тобой".

— Я хотел поцеловать тебя, когда мы были в твоем доме. В Саванне.

Какого черта мое сердце бьется как сумасшедшее?
— И?

— Ты выглядела испуганной. Это не было той реакцией, на которую я надеялся.

Будь спокойной и рассудительной.
— Ты льстишь самому себе. Ты не такой уж и страшный.

— После того, как я поцеловал тебя этим утром, ты снова испугалась. Сразу после того, как ты выглядела так, словно вот-вот растаешь.

Растаю?

— Ты боишься, что между нами может что-то быть.

Ого. Я пыталась осознать эту новость.
— Каждый раз, когда я думаю, что ты уже достиг предела заносчивости, тебе удается превзойти его. На самом деле, твой эгоизм подобен Вселенной — он все время расширяется.

— Ты думала о том, чтобы затащить меня в постель этим утром.

— Я думала о том, чтобы ткнуть в тебя кинжалом и убежать с криком. Ты ворвался в мой дом без разрешения и всю меня обслюнявил. Да ты чокнутый! И не смей говорить мне, что почуял запах моего желания; я знаю, что это чушь.

— Мне не нужно было чуять твой запах. Я мог сказать это по твоему мечтательному взгляду и по тому, как твой язык ласкал мой рот изнутри.

— Наслаждайся этим воспоминанием, — выпалила я, — это последний раз, когда такое случилось.

— Можешь играть в свои игры с Джимом. Я найду вас обоих, когда ты мне понадобишься.

Заносчивый сукин сын.
— Я скажу тебе вот что — если ты найдешь меня раньше, чем истекут эти три дня, я приготовлю тебе этот чертов ужин и подам его тебе голой.

— Обещаешь?

— Да. Иди ты на хрен.

Я бросила трубку. Ну, что ж. Это было очень рассудительно.

С другой стороны прилавка пожилой грузный мужчина таращился на меня, как будто у меня на голове выросли рога.

Гленда вручила мне деньги, которые я ей дала.
— Вот это был разговорчик. Это стоило десяти баксов.

Я встала как раз вовремя, чтобы увидеть подъезжающую Бренну, ведущую в поводу еще одну лошадь.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/70768/381070

Переводчики: darien24688