Готовый перевод Exposure (Season 3) / Под прицелом (третий сезон): Episode Thirteen: Out of the Mouth of Babes

- Подвинься.

- Сама подвинься.

- Мне и так тесно.

- Бреннан, ты никогда не двигаешься. Я все мамочке расскажу.

Я закатываю глаза, не впечатленная угрозой Коллина.
- В последний раз, когда ты что-то "рассказал" мамочке, ты пнул ее в спину. Это ее расстроило. Мне не нравится, когда она расстроена. Так что перестань быть засранцем и подвинься

Коллин сдвигается чуть левее.
- Это все. Дальше я не могу.

- Да, да, - я откидываюсь назад и немного вытягиваюсь. Здесь реально тесно. И жарко. Я не представляю, как мы сможем оставаться здесь еще хоть какое-то время. Ну, если только мама не увеличит пространство, но ей уже не нравится, какая она большая. По крайней мере, так она говорит.

Коллин потирает руки.
- Итак, как ты думаешь, чем мы сегодня займемся?

Хороший вопрос. В последнее время все сильно изменилось. Мамочка с Мамой не все время вместе. Мама ненадолго уходит; иногда она берет с собой щенка. А Мамочка и тетя Брайан играют вместе днем. Они много поют. Хотя у Мамы голос лучше, чем у тети Брайана. Он просто громкий.
- Я не знаю, Коллин. Но единственный способ узнать - это разбудить Мамочку.

Он смеется.
- Мне нравится будить Мамочку, потому что тогда Мама тоже просыпается.

Да, Мама веселая.
- Ладно, ты знаешь, что делать.

Мы одновременно начинаем двигать руками и ногами во всех направлениях. Иногда я случайно задеваю Коллина.

- Эй, осторожней!

- Здесь темно, - дразню я.

- А-ага.

Мы продолжаем, пока Мамочка не толкает нас. Наша задача выполнена.

- Засыпайте обратно, - говорит Мамочка и гладит Коллина по спине. Счастливчик. У Мамочки нежные прикосновения.

Он прижимается к ее руке.
- Давай еще немного поспим, - говорит Коллин, зевая. Он такой послушный.

- Эй, вы двое, - говорит Мама, ее голос рядом. - Еще слишком рано вставать. Дайте своей Мамочке еще часик, хорошо? - она гладит меня по голове.

- Ладно, по-моему, звучит заманчиво, Коллин.

* * *

- Харпер, - говорит Мамочка, когда мы ложимся в качающуюся штуку. - У тебя все еще не сели батарейки?

- Ммм, chér, у меня никогда не садятся батарейки, - отвечает Мама голосом нашего щенка, который она иногда использует. - Я была прототипом для кролика Энерджайзер.

Бреннан чешет голову.
- Не понимаю. Почему это смешно? Почему Мамочка смеется?

Я пожимаю плечами.
- Я не знаю. Что такое батарейка? - внезапно Мамочкин животик становится ярче. Над моей головой появляется ярко-красное круглое пятно. - О, да! Бреннан! Пришло время играть в пятнашки, - я отталкиваюсь от какой-то маминой косточки и поднимаюсь к свету. - Ух ты!

Моя сестра вдруг тоже оживляется.
- Круто! Моя очередь, моя очередь!

Свет появляется рядом с ее рукой. Бреннан тычет в него локтем.
- Я поймала!

Он дважды мигает надо мной.
- Мой, мой! - я делаю комбо головой и кулаком.

- Харпер! - слышен голос Мамочки.

- Привет, мои сладкие малыши, - говорит Мама, прижимаясь к нам.

Я смеюсь и тыкаю в нее.

- Привет! - ей это нравится. Я знаю, что ей нравится, потому что она всегда тыкает меня в ответ.

Я снова смеюсь. Она веселая.

- Харпер! - снова говорит Мамочка.

Она всегда говорит это Маме. Я думаю, это означает "прекрати", потому что во второй раз, когда она это говорит, красное пятно света всегда исчезает

* * *

Мама и Мамочка снова повели нас фотографироваться. Что бы это ни значило. Все, что я знаю, это то, что встреча с Дуги может заставить Мамочкино сердце биться чаще. Я предпочитаю вести себя тихо, потому что, когда ее сердце бьется чаще, это значит, что с ней что-то не так. Мне не очень нравится, когда так происходит.

- Мамочка от этого вздрогнет. Она говорит, что это холодное.

- Но это всего на секунду, - возражает Бреннан. Ей нравится спорить.

- Бреннан?

- Что?

- Что такое холодный?

- Я не знаю.

- Должно быть, это что-то очень плохое, - предполагаю я.

- Почему?

- Ну, сама подумай. Мамочка вздрагивает и говорит, что холодно. Если Мамочка вздрагивает, значит, ей это не нравится. А раз ей это не нравится, значит, это плохо.

- Но иногда Мама заставляет Мамочку вздрагивать, и это не плохо, - Бреннан дергает себя за ухо.

- Мама, наверное, не холодная.

- Я не хочу когда-нибудь быть холодной.

- Не беспокойся. Мама с Мамочкой никогда не оставят нас холодными. Они так сказали. Они даже купили нам специальные одеяла, чтобы уберечь нас от этого холода, помнишь?

- Не-а, - я немного поворачиваюсь, потому что чувствую, как Мамочка ерзает. Это значит, что ей неудобно. - Что такое одеяло?

- Я не уверен, но это что-то важное, потому что у Мамочки оно, похоже, всегда с собой.

Я прислушиваюсь, потому что, когда доктор Дуги делает снимок, он всегда рассказывает Маме и Мамочке о том, что мы делаем. Иногда он говорит, что я делаю то, чего не делаю.

- Кевин, - о, это Мамочкин голос. Я люблю ее голос. От него мне становится очень тепло. - Ты можешь сказать, кто есть кто?

- Конечно, - доктор Дуги, кажется, хороший. Мамочка почти всегда расслабляется, когда он говорит с ней. Однажды он что-то сказал, и ее сердце забилось так быстро, что я думала, оно сломается. Но Мама отвезла ее домой и успокоила. Мама всегда может ее успокоить. - Похоже, Бреннан справа, а Коллин слева.

- Ну, будь я проклята, - говорит Мамочка.

Ой, божечки, это обойдется ей в доллар. Интересно, что такое доллар? Я знаю, что есть целый список слов, за которые Мамочка должна заплатить этот доллар. Мне нужно быть осторожнее с тем, что я говорю, потому что у меня нет никаких долларов.

* * *

Мне нужно выйти.

Мне нужно выйти.

Мне нужно выйти.

Я смотрю на Темную. Посмотри на меня! У меня уже в глазах желтая струя. Небольшая прогулка в парк была бы не лишней.

Мне нужно выйти. Сжалься уже!

Альфа что-то говорит и указывает на меня. Спасибо, спасибо тебе. Я подхожу и лижу ей руку в знак благодарности. По крайней мере, хоть кто-то меня понимает.

Темная подходит и надевает поводок мне на шею. Ей всегда нужна моя помощь, когда мы выходим на улицу. Хотя иногда она снимает его, чтобы я мог быстро бегать. Она довольно медлительная, потому что двуногая. За исключением тех случаев, когда у нее круглые скользкие лапы. Тогда она почти не отстает от меня.

Идем уже.

- Все, все, Кам, мы уже выходим. Успокойся.

Она странно лает. Единственное, что ей удается выговорить правильно, это мое имя. Я не знаю, почему Альфа не может научить ее лаять лучше.

Мы заходим в двигающуюся комнату, где встречаемся с еще одним двуногим и Фрицем. Он мой приятель.
- Привет, Фриц, - я обнюхиваю его. Осторожность никогда не помешает. Если он выглядит как Фриц, это не значит, что так оно и есть.

- Привет, Кам, - он тоже меня обнюхивает. - У тебя даже глаза желтые, приятель.

Я киваю и мотаю головой в сторону Темной.
- Она не хотела выходить. Ей не нравится уходить сейчас, когда Альфа так близка к появлению помета.

Фриц сидит на лапах своей двуногой.
- Кому ты рассказываешь. Моя двуногая не хотела ни на минуту оставлять своего двуногого в коробке.

- Коробка - это плохо. Маленькие двуногие, кажется, гипнотизируют больших двуногих, - дверь двигающейся комнаты открывается. Темная тянет за поводок, прося меня показать ей дорогу. - Мне пора, Фриц. Рад тебя видеть.

- До скорого!

Мы выходим на улицу, и Темная чешет меня за ушами.
- Ты был ужасно дружелюбен с Фрицем в лифте. Хорошо поболтали?

Я оглядываюсь по сторонам. Я не вижу Фрица. Я дергаю ее за поводок. Давай, Темная, пойдем на траву. У меня есть потребности.

* * *

Мне нравится место с большой травой. Каждый день я привожу сюда Темную, и мы встречаемся с друзьями. Все двуногие стоят в одном конце и лают друг на друга. Иногда они пьют черную воду из маленьких мисочек для лап. Мне не нравится темная вода. Однажды я попыталась попить немного у Темной, и она случайно пролила мне на нос. Вода обожгла меня и заставила чихнуть. Зачем двуногая пьет горячую воду? В этом нет никакого смысла. Альфа пьет что-то, приготовленное с горячей водой, но она кладет в туда золотую сладость. Иногда она дает мне немного. Мне нравится золотая сладость. Хотя у меня от нее язык становится липким. Это особое лакомство, которое дает мне только Альфа.

Я бегу за Хлоей наперегонки к дальнему дереву. Мне нравится Хлоя. Она настоящая милашка. У нее мягкая, всегда чистая шерстка и самый красивый ошейник. Он сверкает.

- Кам, у твоей Альфы уже был помет?

Девушкам всегда нравится говорить о помете.
- Пока нет. Скоро. Держу пари, скоро она начнет искать какое-нибудь теплое местечко.

- Ты позволишь ей использовать твою кровать, да?

Я чешу нос.
- Не думаю, что она туда влезет.

- Она такая большая?

- Нет, моя Темная больше. Но у Альфы будет большой выводок.

Хлоя смотрит на Темную. Она скалит зубы на другую двуногую. Для них это означает не то же самое, что для нас.
- Довольно мило, что твоя Альфа привела домой Темную, чтобы играть с тобой.

- Ага, она появилась у нас дома через пару дней после меня. Я думаю, это потому, что Альфа знала, что у нее будет помет, который я буду защищать. Поэтому она хотела, чтобы мне тоже было весело. Ну, мне не на что жаловаться. Темная довольно хороша для двуногой, - из всех двуногих в "месте с большой травой", моя - самая лучшая. Хлоя это знает, так что мне не нужно доказывать ей это.

Мы с Хлоей оба смотрим на ее двуногого. Ему нужно проводить здесь больше времени и бегать с нами. Этот двуногий в коробке реально гипнотизирует его.
- Она уже умеет держать мяч? - спрашивает Хлоя.

Я печально качаю головой. Мне немного стыдно за отсутствие прогресса в этой области.
- Она продолжает выбрасывать это. Я приношу ей пожевать, а она снова выбрасывает. Иногда мне приходится приносить его ей несколько раз, прежде чем она сможет удержать его в лапах.

- Однажды она научится.

Все наши двуногие начинают лаять на нас.
- Они, должно быть, хотят домой.

Хлоя вздыхает.
- Казалось бы, они уже давно должны были запомнить дорогу назад. Мы же водим их сюда и обратно каждый день.

Я не отвечаю. Когда ты прав, ты просто прав.

* * *

Это был довольно спокойный день. Мамочка очень устала, поэтому мы с Коллином старались вести себя хорошо. В основном Мамочка лежала и гладила нас. Она продолжает говорить о том, что хочет поехать в Новый Орлеан. Я спросила Коллина, значит ли это, что мы в Старом Орлеане, но он не знает.

Мамочка рассказывала нам сегодня забавные истории. Есть одна, которая особенно странная. Она называется "Зеленые яйца с ветчиной". Обычно ее нам рассказывает Мама, но сегодня рассказывала Мамочка.

- Мне нравится.

Коллин смотрит на меня со своей стороны нашего места.
- Она смешная. Мне нравится, когда Мамочка смеется.

Когда Мамочка смеется, это заставляет нас подпрыгивать. Однажды она так сильно смеялась над чем-то, что сделала Мама, что мы с Коллином чуть не поменялись местами.
- Что смешного в зеленых яйцах?

- Я не знаю. Что такое яйца?

Засчитано.
- Что такое Сэм?

(Обсуждение детской книги американского детского писателя и мультипликатора доктора Сьюза, впервые опубликованной 12 августа 1960 года, в которой главный герой Sam-I-Am предлагает безымянному мужчине тарелку зеленых яиц с ветчиной, а тот все время отказывается - прим. пер.)

- Эй!

- Что? - я слегка вздрагиваю. Напугал меня, заорав так громко.

- А откуда мы знаем, что ты Бреннан, а я Коллин?

- Потому что так сказал Дуги.

Мой брат чешет свой зад.
- Он так сказал?

- Да, помнишь тот раз, когда ты дергал за свою третью ногу?

- Я не дергал! - Коллин опускает взгляд и смотрит на нее. - Она не сильно выросла. Я начинаю беспокоиться.

- У меня ее вообще нет.

Он поднимает на меня широко распахнутые глаза.
- Ты не боишься? Что если она важна?

- Насколько она может быть важной, если ее у меня нет?

- Ха, я как-то не думал об этом с такой точки зрения.

Ну конечно, нет.

* * *

Отлично!

Две прогулки за один день!

Я живу на широкую ногу! Я тяну Темную за поводок, и она быстро догоняет меня. Она надела свои круглые скользкие лапы, так что нам не приходится идти так медленно. Мы мчимся вдоль лесной тропы, обгоняя множество двуногих.

Мы приближаемся к двуногому с большой блестящей коробкой, когда Темная тянет свой поводок, прося меня остановиться. Она, должно быть, уже устала. Двуногие не очень-то выносливые. Я останавливаюсь и возвращаюсь, чтобы проверить, как она.

Темная подходит и лает на двуногого с блестящей коробкой. Ей нравится этот двуногий.

Мне тоже.

Он дает ей мясной рулет. Я наблюдаю, как она обмакивает мясо в соус и кладет сверху что-то очень вонючее. Может быть, мясо испортилось?

Я принюхиваюсь.

По мне, так все в порядке.

Темная смотрит на меня и скалит зубы.
- Ты бы тоже хотел, Кам? Келс не разрешает нам есть хот-доги дома, поэтому мы должны покупать их, когда есть возможность, верно? И то, чего она не знает, ей не повредит.

Я понимаю, о чем лает Темная, когда она протягивает и мне немного мясного рулета. Она, должно быть, не беспокоится о качестве моего, потому что не намазывает его так, как свой.

Мы сидим на траве и перекусываем.

Мне нравится выводить Темную на прогулки. Альфа самая лучшая, но со своим будущим выводком она двигается еще медленнее, чем раньше. Я так взволнован по поводу щенков. Я давно хотел, чтобы у меня были братья или сестры, с которыми можно поиграть. Я надеюсь, им будет нравиться беситься, как это делает Темная. Иногда мы оба держимся за разные концы веревки и часами дергаем ее туда-сюда. Однажды она тянула ее так сильно, что таскала меня взад-вперед по полу. Это было весело.

Альфа налаяла на нее за это.

Темная тоже с нетерпением ждет щенков. Она почти так же защищает Альфу, как и я. Иногда она даже пугает меня.

Однако она не пугает Альфу. Это забавно. Когда Темная находится рядом с Альфой, она не такая свирепая. Она часто обнажает зубы, но затем облизывает Альфу и почесывает ее. Альфе это нравится. Иногда Темная так отвлекается на свое облизывание, что мне приходится нести караульную службу в одиночку.

Боюсь, Темную не очень хорошо дрессировали, когда она была щенком.

Альфе не нравится, когда я так же сильно облизываю ее. Я думаю, именно поэтому Темная - ее пара. Иногда мне грустно, что у меня тоже нет пары.

Может быть, когда-нибудь.

* * *

- Небеса, я на небесах, - поет Мама. Ей нравится петь Мамочке. И нам. почти каждый раз, когда она поет, мы с Коллин засыпаем. Иногда я думаю, что именно этого она и добивается. - И мое сердце бьется так сильно, что я едва могу говорить.

Мама сегодня двигается больше, чем обычно. Иногда она двигается так быстро, что я натыкаюсь на Коллина.

- Перестань прикасаться ко мне, - предупреждает он.

- Я не прикасаюсь к тебе.

- Прикасалась.

- Не прикасалась.

- Прикасалась.

- И я, кажется, нашла счастье, которое искала, - напевает Мама. - Когда мы вместе гуляем, танцуем щека к щеке.

Внезапно нас обоих подбрасывает, когда Мамочка падает назад. Мы с Коллином кричим и хватаемся за все, за что можно ухватиться. К сожалению, все, что у нас здесь есть - это мы сами и веревки, привязанные к нашим животикам.

Мама ловит Мамочку, которая начинает смеяться.
- Харпер! Беременную женщину нельзя удерживать в "падающей" позе.

Нас с Коллином все еще кружит. Я чуть не перевернулась вверх тормашками.
- Убери свою ногу с моего лица, - я отталкиваю ее.

- И куда мне ее деть?

- Туда, где она была раньше.

Он смотрит вниз.
- Там теперь твоя нога.

Ха, так и есть.
- Хорошо, давай сделаем это вместе, - я кладу руку ему на плечо и толкаю, двигая своими плечами, пытаясь заставить Мамочку дать нам еще немного места. Здесь действительно становится слишком тесно.

- Ой! - протестует Коллин, возвращаясь на свою сторону.

- И без тебя знаю.

- Мне нужно присесть на минутку, Харпер, - говорит Мамочка.

Отлично, пожалуйста, сядь.

- Все хорошо, chér?

- Да. Просто я думаю, двойняшкам это не сильно понравилось, - она начинает потирать то место, где я толкаю ее изнутри.

- Нет? - Мамин голос звучит ближе. Почему она может так делать, а Мамочка нет? - Простите, мои малыши. У всех там все в порядке?

- Мы в порядке, Мама, - отвечает Коллин. Чтобы доказать это, он стукает Мамочку в бок.

- Ооо! - восклицает Мамочка. - Вот, Харпер, дай мне свою руку. И скажи что-нибудь.

- Что-нибудь.

Мамочка смеется.
- Баблбеска! Двойняшкам.

- Привет вам там, внутри.

- Привет! - кричим мы в ответ. Коллин дает Маме "пять" там, где она надавливает на него.

Теперь Мамина очередь смеяться.
- Они, определенно, очень активные. Я не могу дождаться, когда увижу их, Келс, и подержу на руках.

Коллин пинается.
- Я тоже хочу увидеть Маму!

Он такой маменькин сынок.
- И Мамочку тоже, - соглашаюсь я.

- Как ты думаешь, как они выглядят? - спрашивает Коллин.

- Я не знаю.

- Готов поспорить, они большие. Огромные! - Коллин разводит руки далеко друг от друга.

Я об этом не думала.
- Почему?

- Потому что они такие громкие.

* * *

Я просыпаюсь и потягиваюсь. Что меня разбудило? Я зеваю и прислушиваюсь. Мамочка с Мамой разговаривают. Они часто это делают. Мне нравится их слушать. Их голоса теплые и мягкие, и я чувствую себя счастливым.

Я закрываю глаза.

- Я огромный выброшенный на берег кит.

- Вряд ли, дорогая. Ты потрясающе красивая женщина, беременная двойней... и готовая скоро родить.

- Так ты согласна?

Я открываю один глаз. Хочу послушать, как Мама будет выпутываться из этого.

- Воспользуюсь пятой поправкой.

(Пятая поправка к Конституции США. Она гласит, что лицо, обвиняемое в совершении преступления, имеет право на надлежащее судебное разбирательство, не должно привлекаться к ответственности дважды за одно и то же нарушение и не должно принуждаться свидетельствовать против себя - прим.пер.)

Они обе смеются. Мне нужно запомнить эту "пятую" штуку. Возможно, она мне понадобится в будущем, когда у меня будет собственная жена. Я действительно думаю, что у меня должна быть жена. Они кажутся довольно замечательными.

- Родная, ты почти завершила это дело. Ты на финишной прямой. Через пару недель у нас будет двое прекрасных детей, которых мы будем любить и баловать. И все потому, что ты произвела их на свет.

- Ты милая.

- Я знаю.

Они снова смеются. Они много смеются вместе. Может быть, именно поэтому мы все так счастливы.

- Я тут думала о Коллине, - говорит Мама.

Ладно, теперь они полностью завладели моим вниманием. Что там насчет меня?

- Да? О его будущей футбольной карьере?

Что такое футбол? Что такое карьера?

- У меня уже есть для него маленькая форма, - говорит Мама. - Но я не об этом. Я думала о том, что будет после его рождения.

- И?

- И ты знаешь ту маленькую процедуру, которую проделывают с большинством мальчиков.

Мамочка смеется, низко и раскатисто, немного похоже на Щенка.
- Ты можешь сказать это, Харпер.

- Ладно, ладно. Обрезание, - сейчас она говорит, как Щенок.

- Видишь, не так уж и сложно. И что насчет него?

- Я не хочу делать это с Коллином.

Делать со мной? Мне не нравится, как это звучит.

- Хмм. Хорошо. Почему?

- В этом нет необходимости. И, что ж, иногда случаются плохие вещи.

Какие вещи, Мама?

Мне страшно.

Стоит ли мне разбудить Бреннан?

- Харпер!

- Так и есть! Да ладно, наш собственный телеканал снял сюжет о бедном парне, которому случайно отрезали всю штучку целиком. Семья воспитывала его как девочку, и он был совершенно не в себе. Я не хочу, чтобы был даже малейший шанс, что может случиться что-то подобное.

Быть воспитанным, как девочка? Нет!

Что такое девочка?

- Это один случай из миллиона.

- Один - это уже довольно много. Кроме того, хм... ну...

- Что?

- Так случилось, что я знаю, что ни одному из мужчин Кингсли этого не делали.

- Ох, я бы не стала это проверять.

- Надеюсь, что нет. У нас с Роби как-то зашел разговор по этому поводу. Я имею в виду, ты же не хотела бы, чтобы нашего сына дразнили его кузены Кларк и Кристиан, нет ведь?

Кто такие Кларк и Кристиан?

- Мой Кристиан слишком милый, чтобы сделать это. Кроме того, я не против решения не делать этого, Харпер. Я тоже провела кое-какие исследования по этому поводу.

- Да? Потрясающе. Спасибо.

Отлично, значит, они не собираются ничего со мной делать.

Думаю, это хорошо.

Хотел бы я знать наверняка. Я думаю, все прояснится, когда мы с Бреннан родимся. Я не совсем понимаю, что это значит, но Мамочка и Мама, похоже, в восторге от этого события. Если они думают, что это хорошо, значит, так оно и есть.

Я зеваю.

Кажется, мне нужно еще немного поспать.

Спокойной ночи, Мама. Спокойной ночи, Мамочка. Спокойной ночи, Бреннан.

* * *

Свежий воздух! Наконец-то!

Альфа, похоже, не хотела сегодня никуда выходить. Писклявый все время заставлял ее лечь. Если у нее скоро будет помет, ей нужно начать искать теплое местечко для них. Ей нужно безопасное место, где никто не сможет их найти, когда она будет рожать щенком.

Думаю, я видел хорошее местечко. Я тяну Альфу за поводок. Она никогда не найдет его без меня. У двуногих не очень хорошее зрение или обоняние. Иногда я удивляюсь, как они вообще находят еду и распознают друзей и врагов.

- Кам, притормози, - лает мне Альфа, натягивая поводок, чтобы привлечь мое внимание. Я оглядываюсь. Она тяжело дышит. Надеюсь, она не надумает прямо здесь и сейчас производить потомство. Я смотрю на Писклявого.

- Давай я буду держать его, Келс.

- Спасибо, Брайан.

Он берет поводок Альфы и кладет свою лапу под ее.
- Почему бы тебе не присесть на минутку? Я дам Каму немного выплеснуть свою энергию. И принесу тебе воды. Хорошо?

Альфа подходит к какому-то дереву и садится. Я прижимаюсь носом к ее животу и принюхиваюсь. Нет. Щенки, кажется, пока не собираются появляться. Я лижу лапу Альфы.

- Я тоже люблю тебя, Кам, - Альфа чешет меня за ушами, и мой хвост сильно бьется о землю. Она всегда знает, где мое слабое место.

- Давай, Кам, - Писклявый хочет побегать.

Я смотрю на Альфу, ожидая разрешения.

Она скалит на меня зубы и машет лапой на Писклявого.
- Валяй. Повеселитесь!

Мы с Писклявым оставляем Альфу и выходим на большую лужайку. Никого из моих друзей сейчас здесь нет. Сейчас не то время, в которое мы обычно встречаемся. Писклявый быстро устает и снимает с меня поводок.

- Лови мяч, Кам, лови мяч! - он берет ярко-красный мяч и бросает его далеко в сторону.

Я недоуменно смотрю на него. Почему двуногие все время теряют свои жевательные игрушки?

- Давай, принеси его, Кам!

Я смотрю через поле, где в траве лежит мяч. Он его не видит что ли? Почему он сам не идет за ним?

- Давай! - Писклявый начинает махать лапами.

Я срываюсь с места и бегу за игрушкой. Надеюсь, он не потеряет ее снова. Может быть, я поношу ее сам, чтобы он снова не потерял ее, пока не заберу Альфу домой.

Когда я поднимаю мяч, я бросаю взгляд на Альфу. То, что я вижу, заставляет меня выронить мяч Писклявого. Моя шерсть встает дыбом, и я ощетиниваюсь от гнева.

Двуногий пытается напугать мою Альфу. Я принюхиваюсь. И тоже это делаю.

- Отойди от нее! Отойди от Альфы! Вали! Вали! Вали! - кричу я, перебегая поле. Я перепрыгиваю через дерево, на котором она сидит, и приземляюсь у ее ног.

Большой двуногий отшатывается, теряя равновесие. От него пахнет желтой водой, которую иногда пьет Темная. Я ненавижу этот запах.

- Отойди! - снова предупреждаю я.

- Хороший щенок!

Я обнажаю зубы и огрызаюсь на него, когда он пытается дотронуться до моей головы. Я встаю между ним и Альфой. Никто не причинит вреда моей Альфе или моим младшим братьям и сестрам.

- Отвали! - я показываю ему больше зубов.

- Брайан! - гавкает Альфа.

Вонючий двуногий пятится, когда другой двуногий начинает подбегать, услышав мой лай. Он лает еще одному двуногому, сидящему верхом на храпуне, чтобы он тоже подошел к нам.

- Тебе лучше уйти! Трус! Уходи! - продолжаю кричать я.

Он прислушивается к моему совету и уходит так быстро, как только может.

Только потому, что одна угроза миновала, это еще не значит, что Альфа в безопасности. Я все еще чувствую запах ее страха. Я прижимаюсь к ней спиной, чтобы она почувствовала себя лучше. Внимательно наблюдаю за приближающимся двуногим. Я скалю на него зубы. Храпун удерживает двуногого на приличном от нас расстоянии.

Они могут оставаться там, где стоят. Альфа со мной в безопасности.

- Тише, Кам, - гавкает мне Альфа. - Брайан, дай мне его поводок.

Я слышу щелчок и понимаю, что Альфа снова привязала свой поводок ко мне. Хорошо. Теперь она будет рядом со мной, если нам придется убегать.

Храпун смотрит на травянистое поле, по которому убежал плохой двуногий.
- От него пахло.

- Он хотел обидеть мою Альфу.

- Все в порядке, малыш, - Альфа гладит мою шерсть, благодаря меня. - Ты молодец! Ты такой храбрый пес!

Я немного расслабляюсь, чувствуя, что Альфе стало лучше. Я принюхиваюсь. Да, ей лучше.

Двуногий делает шаг вперед, я бросаю на него предупреждающий взгляд.

- Мэм, вы можете убедиться, что ваша собака не укусит меня?

Я тихо рычу, предупреждая его. Мой взгляд не сработал, раз он лает на Альфу.

- Все в порядке, Кам. Это офицер полиции. Он здесь, чтобы помочь нам. Будь хорошим мальчиком, - Альфа гладит меня еще сильнее. Она снова находит то место у меня за ухом.

- Я знаю его, - говорит Храпун, поворачивая свою большую голову в сторону двуногого. - Он не причинит вреда твоей Альфе.

- Пусть лучше даже не пытается.

- Кам, - лает Альфа.

Я тихо сижу и наблюдаю. Любой, кто сделает неверное движение, узнает, что я, может быть, и молод, но у меня уже выросли зубы.

Альфа прижимается щекой к моей шерсти, поглаживая мою грудь.
- Ты просто замечательный, Кам.

Теперь я пахну как Альфа.

Мне это нравится.

* * *

Темная входит туда, где сидим мы с Альфой. С самого происшествия сегодня днем, Альфа держится поближе ко мне. Это хорошо. Я тоже не хочу, чтобы она была далеко от меня. Мне не нравится, когда кто-то пугает мою Альфу.

Что так вкусно пахнет?

Я смотрю на лапы Темной.

Ох божечки.

У меня текут слюнки.

Вот что так вкусно пахнет.

Темная протягивает мне полоску мяса.
- Хочешь, Кам? За то, что был таким хорошим мальчиком с Келс сегодня?

Принять это - означает отойти от Альфы.

Я облизываюсь.

И остаюсь на месте.

Темная смотрит на Альфу, обнажая зубы.
- Я думаю, кое-кому не хочется отходить от тебя, Келс.

Альфа чешет мне голову.
- Мой герой.

- Эй! А я как же?

Альфа прижимает меня к себе. Я кладу голову ей на живот и слушаю ее щенок. Они там всегда заняты.

- Тебя не было со мной сегодня в парке, когда какой-то пьяный парень начал вести себя слишком агрессивно. Это не ты перепрыгнула через скамейку и не приземлилась передо мной, напугав его до полусмерти. И это не ты держала полицейского на расстоянии, когда он пришел на помощь, - Альфа прижимается ртом к моей шерсти. - Это был Кам. Мой герой.

Темная странно смотрит на меня. Я не думаю, что ей нравится, когда ее пара вот так складывает свои лапы на меня. Она снова протягивает мне мясо.
- Да, он твой герой.

Я понимаю, что у меня есть выбор. Я решаю взять лучшее из обоих миров и не злить Темную. Я поворачиваю голову и быстро облизываю лицо Альфы. Затем подбегаю к Темной, выхватываю мясо из ее лапы и иду к своей кровати.

Темная занимает мое место в лапах Альфы.
- Мне неприятно это говорить, Келс, но твой герой только что променял тебя на кусок стейка.

Альфа прижимается ртом ко рту Темной.
- Ты бы никогда так не поступила, да?

- Нет, не ради стейка. Но, может быть, ради маминых креветок по-креольски...

* * *

- Мне нравится, когда Мамочка так делает, - смеется Коллин.

- Я тоже, - соглашаюсь я. Я концентрируюсь. Я хочу молока. Я знаю, что Мамочка меня не разочарует. Она никогда этого не делает. Чего бы мы ни захотели, она дает нам.

- Mon Dieu, Келс! Как ты можешь есть это и запивать молоком? - спрашивает Мама.

Лучше спросите, почему Коллин захотел лимскую фасоль и мороженое.

- И что я должна пить в такой час, Таблоид?

- И то верно. В три часа ночи никто не будет слишком разборчивым.

- Нет, потому что, если кто-то станет слишком разборчивым, то этому кому-то придется отправится за чем-нибудь другим.

- Молоко очень полезно для тебя, родная. Пей, - смеется Мама. Она, должно быть, тоже любит молоко.

- Я не могу дождаться, когда вернусь домой, - Мамочка гладит меня по спине, разговаривая с Мамой. О, это приятно, и меня клонит в сон. - Я действительно соскучилась по всем и жду с ними встречи.

В этом Новом Орлеане, должно быть, много людей, о которых Мамочка с Мамой постоянно говорят. Я знаю, что мы скоро поедем туда, чтобы родиться. Почему мы не можем сделать это там, где мы сейчас?

- Эй, Коллин?

- Да? - он смотрит на меня и икает.

- Как думаешь: Мама говорит, что мы - две новые маленькие жизни. Поэтому мы должны ехать в этот Новый Орлеан, чтобы родиться?"

- Возможно. Может, это правило такое.

Я на мгновение задумываюсь над этим, а затем заказываю спагетти. Почему Мама сейчас рычит, как щенок?

- О, Келс, дорогая, я люблю тебя, но это просто нездорово!

* * *

- Бреннан, как ты думаешь, что будет после того, как мы родимся?

- Это будет хорошо.

- Почему ты так думаешь?

Бреннан пожимает плечами.
- Потому что Мамочка с Мамой так говорят.

- Я с нетерпением жду встречи с ними. Мамочка очень хорошенькая.

- Откуда ты знаешь?

Я вздыхаю.
- Потому что Мама всегда так говорит.

- Это правда, - Бреннан поднимает руки над головой и потягивается. - Я с нетерпением жду, когда у меня будет больше места для передвижения. Мама говорит, что у нас будет своя комната, над которой она сейчас работает.

- Значит она будет больше этой, - соглашаюсь я. - Раз Мама в ней помещается, чтобы работать. Я хочу посмотреть на Щенка.

- И на тетю Брайана!

- Как ты думаешь, сколько еще мы здесь пробудем?

Бреннан меняет позу.
- Я не думаю, что долго, Коллин. У нас здесь заканчивается место.

- Но мы ведь будем вместе, да? Я не хочу быть один.

- Сто процентов. Мы же семья. А семья всегда остается вместе.

<гаснет свет>

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/71506/387221

Переводчики: Vertigemoon