Готовый перевод Exposure (Season 4) / Под прицелом (четвертый сезон): Episode Three: Callings

- Я поймал! Я поймал! - кричит Кристиан, подпрыгивая и победно сжимая кулачок. - Тетя Келс!

Келс кивает и гладит его по голове.
- Я видела, Кристиан! Так держать!

- Я увидел, что он летит, протянул руку и поймал его, а Папа не поймал, и поэтому я выиграл!

Роби добродушно улыбается своему сыну, гордясь тем, что мальчик поймал дублон. Он серебряный. К счастью, у меня уже есть серебряный, так что у меня нет соблазна украсть его у моего племянника. Келс бы этого не поняла.

Дублоны Марди Гра - это большие металлические монеты без реальной денежной стоимости, которые изготавливаются для раздачи во время парадов и празднований Марди Гра. Дублон - один из традиционных «бросков», которые бросают в парад публики и других гуляк; другие броски включают бусы и мелкие безделушки.

В этом году мне немного трудно ловить маленькие монетки, которые бросают толпу. Коллин прижимается к моей груди в своем кенгурушнике. Я ни на секунду не забываю о его маленьком тельце перед собой. На Келс такая же экипировка с Бреннан. Я думаю, она специально дала мне Коллина, чтобы я была особенно осторожна. Никто из нас до сих пор не оправился от того ужаса, который он внушил нам в первые минуты своей жизни. Тем не менее, в его кунгурушнике полно бус, а у меня есть два дублона.

Чтобы соревнование было честным, мы заставили Роби носить Келли таким же образом. Рене пристроила Кларка на бедре, и большую часть времени держит за руку Кристиана. Боже мой, мы - ходячая реклама памперсов и товаров с улицы Сезам. Неужели всего пять лет назад мы с Роби шатались здесь, пьяные в стельку, и дарили женщинам бусы, чтобы они показали нам свою грудь?

Боже, боже, как все меняется.

Я наклоняюсь и целую Келс.

Она гладит меня по щеке и улыбается.
- А это за что?

- За то, что ты здесь, - это короткий ответ, но он охватывает практически все.

Мимо проплывает следующая платформа, и Кристиан изо всех сил пытается ее разглядеть.
- Папа! Возьми меня на руки!

Роби переводит взгляд вниз.
- Сынок, я не могу. Я держу Келли.

- Папочка! - возмущается малыш, топая ногой. Его младшая сестра важна, но не больше, чем наше соревнование.

Внезапно Кристиана поднимают в воздух и усаживают на сильные плечи. Он хватает голову, над которой находится, и запрокидывает ее, пытаясь разглядеть, кто его держит.
- Дедушка!

- Все верно, - уверяет его Папа, крепко держа сильные, брыкающиеся ножки. - Я держу тебя. Давай покажем твоему Папе и Tante Харпер, как выиграть это состязание!

Тут нет совсем никого на моей стороне?

* * *

- Передай джамбалайю, Харпер, - просит Люсьен.

Я наблюдаю за Харпер. Она пытается решить, то ли сначала зачерпнуть побольше, прежде чем передать ему, то ли проявить вежливость. Я решаю помочь ей решить эту дилемму, беру чашку и передаю дальше.
- Всегда есть еще, - шепчу я.

Она краснеет, пойманная на месте. Я целую ее в щеку и на мгновение прижимаюсь к ней носом. Слишком долгое для этой семьи мгновение, чтобы заслужить пару шутливых освистываний.

- Снимите комнату! - кричит Роби с другого конца стола. Он начинает кидать в нашу сторону зеленую фасоль, но Мамин суровый взгляд останавливает его.

Воскресный ужин во время Марди Гра - это большое событие здесь. Мы все вместе сходили на различные парады. Мы ловили бусы и дублоны. Мы слушали джаз. Мы гуляли часами. И вот мы дома. Семья.

И что это за семья! С прошлого года у нас появилось пять новых членов. Джейк и Стиви, Бреннан и Коллин, а также Келли - все они новички в безумии, известном как Кингсли. Кроме того, все они распределены между членами семьи. Келли у меня на руках, Бреннан у Кэтрин, Коллин у Мамы, Стиви у Папы, а Джейк у Элейн. Остальные одиннадцать внуков тоже сидят за столом.

Старший, Джозеф, сидит рядом с отцом и неосознанно подражает всем его привычкам. Хотя внешне он больше похож на свою мать, его манеры - от Жерара. Он так же несет ответственность за своих братьев и сестер, как его отец нес за нас. Эти двое мужчин были рождены, чтобы руководить. Я шутила над Жераром, когда сказала ему, что надеюсь, что однажды он станет судьей Верховного суда. Нам бы это тоже пошло на пользу.

Я так люблю быть здесь.

Было нетрудно - даже не возникло необходимости, на самом деле - убедить Харпер приехать на выходные на Марди Гра. Есть самолет, будем путешествовать. Мы вылетели в пятницу вечером и полетим обратно через пару часов.

- Так от чего же все отказываются на время Великого поста? - спрашивает Мама.

Внезапно за столом воцаряется тишина. Как убежденный агностик, я никогда не соблюдала все, что предписано постом. Я всегда смеялась над своими друзьями по колледжу, которые отказывались от добрачного секса во время Великого поста. Забавно, но я всегда считала, что это неправильно. Я также не понимаю, как отказ от Hershey's или Häagen Dazs на месяц поможет мне лучше понять Бога. Хотя это помогло бы мне связаться со своей внутренней стервой во время ПМС.

Жерар очаровательно улыбается. Ему задают этот вопрос дольше всех в семье.
- Наша семья, - имеется в виду он сам, Кэтрин и их четверо детей. - Будет ходить на утреннюю мессу еще и по средам.

Мама, кажется, довольна ответом.

Я тоже не могу не восхищаться этим. Все, что для этого требуется - это встать в семь утра на мессу. Никаких обещаний хорошо себя вести или менять что-то в своем характере. Умно.

Следующий - Жан.
- Мы решили помочь нескольким пожилым парам в нашем районе. Я буду подстригать их газоны, в этом мне поможет Чарльз, а Элейн и другие дети будут помогать им по дому, - он сажает Джеффри, своего младшего сына, к себе на колени. - Хотя этот молодой человек, вероятно, будет участвовать больше для развлечения.

Мама кивает, снова довольная ответом.
- Люсьен?

Он выглядит очень гордым собой.
- Джейк и Стиви очень хотят купить новые игрушки для детей, которые все еще живут в их прежнем детском доме. Поэтому мы собираемся поговорить со многими компаниями о пожертвованиях для детей.

Это Маме подходит.
- Роби?

- Мы отказываемся от шоколада.

Мама неодобрительно приподнимает бровь.
- И?

Рене закатывает глаза и качает головой.
- Мама, мы тоже собираемся ходить на мессу по средам. Мы решили присоединиться к Жерару и Кэтрин, чтобы делать это как одна семья.

Это работает.

- Харпер?

Ой-ей. Это будет интересно.

- Да, Мама?

- Кто-то попаааал, - нараспев протягивает Роби.

Харпер бросает в него булочку.

- Как мы должны научить детей не делать этого, если ты так делаешь? - встревает Люк. Вопрос задан шутливым тоном, но в глазах Мамы нет веселья.

- Прости, Мама, - бормочет моя супруга. Единственный человек, который когда-либо заставлял ее съеживаться, как трусишку - это ее мама.

- Итак, mon Coeur?

Я решаю быть милой и спасти ее.
- Мама, Харпер решила отказаться от ругательств на время Великого поста.

- Tres bien!

Возмущенные голубые глаза впиваются в меня взглядом.
- Келс, - рычит Харпер.

- Так будет дешевле, милая.

* * *

Есть свои преимущества в том, чтобы встать среди ночи, чтобы позаботиться о малышах. Поскольку я хорошо вздремнула днем во время обратного перелета в Нью-Йорк, я совершенно не расстроена, что встала вместе с ними и дала Харпер поспать. Однако теперь у меня есть две проблемы. Первая - я полностью проснулась. Вторая - Харпер крепко спит.

К счастью для Харпер, я знаю, как решить эту маленькую проблему. Интересно, вспомнит ли она об этом утром?

Забравшись обратно в постель и прижавшись к ней всем телом, я обнаруживаю, какая она вся такая теплая и обнаженная. Да, это прекрасно. В данный момент она лежит спиной ко мне. Через минуту или две я смогу сказать, насколько хорошо будут восприняты мои планы.

Я придвигаюсь еще ближе к ней, обнимаю ее за талию и нежно провожу ладонью по ее животу, покрывая нежными поцелуями плечо. Она тихо мычит и слегка сдвигается, прижимаясь ко мне.

Я улыбаюсь. Сообщение получено и принято к сведению. Она переворачивается на спину и улыбается, не открывая глаз и не делая никаких других движений. Мммм, мне так нравится, когда она просто сдается на мою милость.

* * *

- Ты запала мне в душу, - напеваю я. - Ты запала мне глубоко в сердце. Так глубоко в моем сердце, что ты действительно часть меня, - я качаю своих малышей на руках, медленно кружа их. - Ты запала мне в душу.

Харпер напевает песню I’ve Got You Under My Skin Фрэнка Синатры - прим.пер.

Коллин смеется и бьет Бреннан кулаком по носу. Бреннан протестующе вскрикивает, затем отвлекается жеванием собственных пальцев, забыв о травме.

- Я бы пожертвовала всем, что бы ни случилось, чтобы вы были рядом... - от этих слов у меня перехватывает дыхание, и я больше не могу петь. Я шмыгаю носом и сглатываю комок в горле. Я целую волосы Пушистика, потом Бреннан, и приказываю себе не плакать. Они здесь, в моих объятиях, целые, невредимые, счастливые.

И по крайней мере один из них нуждается в смене подгузника.

- О-ля-ля! - я направляюсь к лестнице и натыкаюсь на Келс в прачечной. С тех пор, как родились два наших ангелочка, мы стираем по несколько раз в день загружаем полную стиральную машинку. Келс слышит, как мы приближаемся, что не так уж и сложно определить, когда оба малыша громко кричат от всего сердца, и выходит нам на встречу.

- Харпер, - она забирает Бреннан из моих объятий. - Ты же знаешь, что я начинаю нервничать, когда ты вот так ходишь с ними обоими.

Я хмурюсь. Моя жена слишком много беспокоится. Эти двое были в полной безопасности в моих объятиях. И так будет всегда.
- Все в порядке, chér. Папа ронял меня несколько раз, и все со мной в итоге в порядке.

Келс приподнимает бровь.
- По большей части.

Я поднимаю Коллина и нюхаю его подгузник. Он чистый. Я самодовольно улыбаюсь Келс. Она сделала неправильный выбор.
- Пойдем, мужичок, почитаем книжку.

- Я это запомню, Харпер Ли.

Я усмехаюсь, но не сбавляю шага.

* * *

Я барабаню пальцами по столу. В видеомагнитофоне крутится фрагмент, спродюсированный Жак. Он ужасный. Я борюсь с желанием спуститься к ней в кабинет и подливать ей кофе, пока она хоть немного не протрезвеет. Что, на самом деле, не дало бы мне ничего, кроме очень бодрой пьяной женщины. Но, даже когда она трезвая, я все равно сомневаюсь, что в ней много таланта. А чтобы спасти этот сюжет, нужно быть очень, очень талантливой.

Отлично. Сверхурочная работа на полночи. И для меня, и для Даны. Хороший редактор - это замечательно. Особенно когда она натуралка, счастлива в браке и ни капельки не заинтересована в прогулках на темную сторону.

Что еще хуже, у меня до сих пор нет хорошей истории в работе. Обычные весенние спортивные скандалы в NCAA, больше слащавых сюжетов с "Оскаре", чем можно впихнуть в эфир, и мы снова бомбим Ирак, но, похоже, ничего особенного там не происходит. Лэнгстона может хватить удар, если я в ближайшее время что-нибудь не придумаю.

Звонит мой телефон, и я съеживаюсь. Количество звонков с угрозами и ненавистническими комментариями уменьшилось, но с ними еще не покончено насовсем. Я действительно начинаю уставать от этого. Я также совершила ошибку, загуглив наши с Келс имена. Это привело меня на какую-то публичную доску с сообщениями. А потом я допустила еще большую ошибку, прочитав всю ту чушь, которая там была написана. Боже мой, неужели люди не понимают, что они несут? Какой-то псих даже предложил проанализировать наш брак и сделав это, заключил, что мы на грани развода. И пофиг, что мы с ним даже никогда не встречались. Люди иногда бывают такими придурками.

- Кингсли, - мне удается говорить вежливо, несмотря на мое внезапно испортившееся настроение. Общение с идиотами всегда делает меня несчастной. Хотелось бы верить, что у людей в их жизнях должны быть занятия поинтереснее, чем тратить время на то, чтобы покритиковать нас. По-видимому, нет.

- Харпер?

Я узнаю голос, он знакомый, но я не сразу понимаю, кому он принадлежит.
- Да.

- Это Кора.

Меня охватывает чувство вины. Мне давно следовало связаться с ней и Тенью.
- Я так рада тебя слышать! Мы с Келс думаем обо всех вас каждый день. Наши малыши так уютно спят под одеялами, которые нам подарила ваша семья. Как и мы с Келси, если уж на то пошло.

- Звучит очень тепло, - поддразнивает Кора.

Она не знает и половины всего, но я воздерживаюсь от излишней информации.
- Да, так и есть. Как поживают Джонни и мальчики?

- Растут, как сорняки. Хотя Джонни, кажется, становится шире, а не выше, - она смеется над своей шуткой, но быстро успокаивается. - Тебе нужно приехать к нам, Харпер.

Еще больше чувства вины.
- Я знаю. Я хочу поскорее вывезти малышей из дома, чтобы они со всеми познакомились...

Кора прерывает меня, удивляя.
- Дело не в этом, Харпер. Тебе нужно приехать к нам.

Ладно, я предполагаю, что случилось что-то не хорошее, и она не собирается сообщать мне об этом по телефону.
- Насколько срочно?

- Мне очень неудобно просить тебя об этом, Харпер, но ты единственный человек, кому мы можем доверять. Что ты делаешь завтра?

Судя по всему - скучаю по жене и детям. Мне не хочется их оставлять, но я не думаю, что смогу взять их с собой, ведь Келс должна вернуться на работу на этой неделе. Теперь у нас на службе круглосуточная охрана, так что я знаю, что могу спокойно оставить их. Я снова постукиваю пальцами по столу, понимая, что мне нужно быстро дать ответ. В прошлый раз, когда я была там, мы тоже получили отличную историю. Сейчас Лэнгстон просто будет носить меня на руках за подобный сюжет. К тому же, я присоединилась к племени Коры, когда была там в последний раз. Черт возьми, я не думаю, что есть какой-то изящный способ отказать в этой просьбу.
- Увидимся завтра. Вероятно, я доберусь до резервации только к середине дня.

- Тебя уже будет ждать отличный кофе.

* * *

- Ты должен доверять ей, Ричард, - говорю я Лэнгстону, нашему исполнительному продюсеру, в то время как мы с Брайаном заканчиваем распаковывать мои вещи в моем новом кабинете. Удивительно, на что был готов пойти телеканал, чтобы удержать меня на борту хотя бы еще на какое-то время. Я надеюсь, что мои рейтинги будут высокими, когда я вернусь в эфир.

- Я всецело доверяю ей, Келси, но дело не в этом. Дело в том, что она не может вот так срываться и уезжать каждый раз, когда у нее шило в заднице появилось, - он засовывает руки в карманы брюк и прислоняется к дверному косяку.

- Это тебе дорого обойдется, - бормочет Брайан, унося пакет с подгузниками во второй прилегающий кабинет, который был переоборудован в маленькую детскую для малышей. В данный момент они очень счастливо дремлют там, давая нам с Брайаном столь необходимый перерыв.

Я вижу, какой сердитый взгляд бросает исполнительный продюсер на Брайана. Это ему тоже дорого обойдется.

- Вообще-то, она может, и она будет это делать. Ты знаешь ее достаточно долго, чтобы понимать это, - я пытаюсь найти свою записную книжку в куче хлама, сваленного на моем столе в ожидании, когда его разберут.

Он разочарованно вздыхает, а затем садится на мой диван.
- Черт возьми, Стэнтон, неужели ты вообще никак не можешь ее контролировать?!

Я выпрямляюсь рядом со столом и пристально смотрю на него.
- Я могу влиять на нее, Ричард. Не контролировать. У меня нет желания контролировать Харпер. И любой, у кого есть минимальная мозговая активность, понимает, что пытаться контролировать Харпер Кингсли - все равно что пытаться обуздать торнадо.

- Не поспоришь, - бормочет он, уставившись на свои руки. Наконец, он поднимает взгляд, и я понимаю, что мы подошли к самому важному. - Ты собираешься уволиться?

Наконец-то! К сути этого скромного визита.
- Я обдумываю это.

- У тебя есть другие предложения?

- На самом деле, да. И довольно много, - это не ложь. Когда прошел слух, что я, возможно, ухожу "на пенсию", я начала получать предложения из самых неожиданных мест. Некоторые из них были бы очень прибыльными, и в то же время, позволяли бы мне делать практически все, что я хочу и когда я хочу.

- Мы можем что-нибудь сделать, чтобы удержать тебя у нас? Руководство канала поддерживает тебя на все сто десять процентов. Им действительно все равно, что вы с Харпер были… эммм... ну... - он запинается, не зная, как закончить.

- Раскрыты? Это то слово, которое ты искал? Вытащены из шкафа, чтобы весь мир увидел нас как лесбийскую пару?

- Точно, - говорит он, краснея. - Ну, теперь все знают, и какая нахрен разница? Вы делаете свою работу, и делаете ее хорошо.

- Конечно, сейчас они говорят так. Но что произойдет, если мои рейтинги упадут ниже нуля, когда я вернусь в эфир, и люди не захотят смотреть сюжеты репортерши-дайка?

- Они не думают, что это произойдет. Они провели несколько опросов, и, похоже, никто не видит в этом никакой проблемы, - он слегка улыбается мне. - Кроме того, ты не похожа на дайка.

- Судишь по собственному опыту? И как много лесбиянок ты знаешь лично?

Он пожевывает внутреннюю сторону губы.
- Ладно, ты меня раскусила, - он встает и потягивается. - Сделай мне одолжение, не делай ничего необдуманного или глупого. Мы постараемся сделать для тебя все, что в наших силах.

Я вздыхаю и потираю глаза.
- Я обещаю делать то, что лучше для моей семьи, меня и "Вызова". Большего я обещать не буду.

- Это именно то, что я ожидал от тебя услышать. Я бы не стал ожидать от тебя меньшего.

- Я ценю это. Это много значит для меня. Ты же знаешь, что я не кину ни тебя, ни шоу на произвол судьбы.

- Именно это мне в тебе и нравится, Келси. Ты настоящий профессионал, - он качает головой, поднимаясь на ноги. - Я не понимаю, как тебе это удается.

- Это не так просто, как кажется.

- Даже не сомневаюсь, - он останавливается на пути к выходу и бросает на меня последний взгляд. - Что бы ты ни решила делать, я поддерживаю тебя и уважаю. И то, и другое.

* * *

Нью-Мексико выглядит так же. Полагаю, так было с незапамятных времен, плюс-минус пара ледников, пересекших пустыню. Я опускаю стекло и вдыхаю прохладный воздух. Здесь пахнет иначе, чем в Нью-Йорке. В Нью-Йорке, по-моему, чаще всего пахнет собачьей мочой. Кам каждый день добавляет свою порцию. Я скучаю по своему псу.

Я вздыхаю и бросаю взгляд на Джеффа, моего телохранителя. Он просто улыбается в ответ и возвращает свое внимание к книге, которую читает. Он довольно приятный парень, но не очень хороший собеседник.

Говорят, что Монтана - край большого неба, но Нью-Мексико явно может составить ему конкуренцию. Даже когда мы поднимаемся все выше, что в Нью-Мексико означает больше деревьев вокруг, над нами по-прежнему раскидывается чистое голубое небо. Поездка из Альбукерке немного затянулась из-за слишком большого количества строительных работ на шоссе, но я благодарна за ограничение скорости в сто двадцать километров в час там, где это физически возможно. Вряд ли в Нью-Йорке установят такой лимит в ближайшее время.

Проезжая мимо очередного казино на территории резервации, я удивляюсь, почему у моей названой семьи нет такого. Что бы вы ни думали об азартных играх, для многих племен они, безусловно, стали прибыльным предприятием. Хотя существует множество ужасных историй о неприятностях, возникающих из–за распределения - или нераспределения – этого дохода. Кажется, нам никогда не удается поступить правильно по отношению к Коренным Жителям. Я знаю, что распределение происходит внутри организации владельцев, но ведь это мы ставим их в ситуацию, когда они вынуждены зависеть от доходов казино. Это такой позор.

* * *

Я подъезжаю к Культурному Центру Навахо, и меня охватывает чувство дежавю. Кора Бингил, моя приемная сестра, стоит, прислонившись к перилам. Она одета почти так же, как тогда, когда я увидела ее в первый раз: джинсы, фланелевая рубашка и кожаная куртка. Мне кажется немного ироничным, что она носит ковбойские сапоги. Несмотря на зиму, ее лицо и руки загорелые. Одной из них она перекидывает свою блестящую черную косу через плечо, а второй приветственно машет мне.

Я очень рада ее видеть. Жаль, что Келс и дети не здесь. Келс отказалась лететь сюда, не зная, что здесь происходит. У нее слишком много дел в Нью-Йорке, чтобы просто взять и уехать. Я очень надеюсь, что у меня здесь получится чертовски отличный сюжет, иначе Лэнгстон оторвет мне голову. Могу только представить, с чем Келс пришлось разбираться из-за моего внезапного отъезда. Прости, милая. Я постараюсь загладить свою вину. Я заглушаю двигатель и вылезаю из внедорожника, наслаждаясь приятным хрустом в спине после долгой поездки.

Кора спускается с крыльца, чтобы поприветствовать меня.
- Харпер, я так рада снова тебя видеть. Келси не смогла приехать с тобой?

- Нет, не в этот раз. Но я привезла с собой нового друга, - я жестом показываю на Джеффа, который тоже вылезает из машины.

Услышав это, Джефф поднимает голову и улыбается. Он совсем не похож на парней из Всемирной федерации рестлинга. Он похож на ковбоя из рекламы Мальборо, и я уверена, что именно поэтому агентство решило, что именно он поедет со мной в Нью-Мексико. Конечно, у ковбоя Мальборо нет кобуры с Глок 40, пятнадцати сантиметрового ножа на поясе и Берсы 380 в кобуре на лодыжке. Я даже не хочу знать, что у него в маленькой черной спортивной сумке, которую он повсюду таскает с собой.

Кора достаточно сообразительна, чтобы понимать, что это не совсем точное описание, но у нее хватает такта не уточнять это.
- Рада с вами познакомиться. Надеюсь, вы не возражаете против того, что вам придется спать на раскладушке.

Джефф качает головой.
- Нет, мэм. На самом деле, это может быть даже лучше, чем то, на чем я обычно сплю.

* * *

- Так что тут у вас происходит? - спрашиваю я Кору. Мы на кухне, двое ее сыновей ползают по своей маме, а я сейчас очень скучаю по своим малышам. Без них мои руки кажутся пустыми. Ну, по крайней мере, это не та острая боль, которая была пару недель назад, когда я не была уверена, что когда-нибудь смогу снова обнять их. Мои Коллин и Бреннан всего в нескольких часах полета отсюда.

- Я не хочу, чтобы это стало или выглядело проблемой для индейцев, - Кора ловит Бена Джозефа, когда он пытается нырнуть на пол головой вперед. Она похлопывает его по попке и ставит на кухонный кафель. - Осторожнее, сынок. В прошлый раз было больно, помнишь? - в ее голосе звучит та нотка ласкового раздражения, которая бывает только у родителей. Или у владельцев собак.

- Что ты имеешь в виду?

- Я узнала кое-что об одном члене нашего племени. Это должно выйти наружу, должно быть рассказано, но я не хочу, чтобы это была история о мужчине из племени Навахо... Я хочу, чтобы это было просто о неком мужчине или о мужчине из Нью-Мексико... Понимаешь о чем я?

- Да, но, Кора, я не могу контролировать то, что могут осветить другие репортеры. Я также не смогу скрыть тот факт, что он из навахо. Я могу только пообещать, что напишу сбалансированную историю. Если ты хочешь, чтобы кто-то рассказал в истории только то, и так, как тебе нравится, то я для этого не подхожу.

Она качает головой.
- Я не хочу этого, Харпер. Я просто не хочу, чтобы все смотрели на это только как на проблему индейцев. Нам больше не нужно такого.

- Я могу понять желание защитить семью.

- Я не хочу защитить его. Я хочу, чтобы он надолго сел в тюрьму, - Кора протягивает Бену Джозефу крекер, чтобы он не грыз стул. Она качает головой и крепче обнимает Джона за то, что он такой хороший мальчик. - Но здесь есть и хорошие люди.

- Я знаю. Так ты расскажешь мне, в чем дело?

- Рано утром. Ты все еще встаешь рано?

- Шутишь? У меня теперь есть двойняшки. Я вообще почти не сплю.

* * *

Это был очень длинный день. И не было похоже, что он закончится в ближайшее время. Я уже собиралась уходить, когда мне на стол бросили последние правки сценария. Так что, Брайан отправился на поиски сэндвичей для нас.

Но, прежде чем я займусь делами компании, мне нужно уладить небольшое личное дело в виде моего очень ворчливого сына, который сейчас требует свой ужин. Я устраиваюсь поудобнее на диване и готовлюсь его покормить, держа под рукой одеяло на случай, если кто-нибудь заглянет к нам. Я не против делать это в присутствии Харпер или Брайана, но я бы никогда не смогла избавиться от жутких ощущений, если бы зашел Лэнгстон. Кроме того, я думаю, что от одного взгляда на кормление ребенка, у него взорвалась бы голова.

Конечно, телефон звонит в тот момент, когда мы оба только поудобнее угнездились.
- Вот так всегда и происходит, да, малыш? - моего сына, похоже, не смущает тот факт, что мне придется встать, чтобы взять трубку. - Да-да, ты просто продолжай, я справлюсь. Не беспокойся о старушке маме, - я хихикаю, когда мы с некоторым трудом поднимаемся с дивана и направляемся к моему столу. Даже когда я сажусь в свое кресло, я обнаруживаю, что мой мальчик даже не шелохнулся и ни на секунду не отвлекся от своего занятия. Я протягиваю руку и нажимаю на кнопку громкой связи.

- Алло?

- Келс? Милая, все в порядке? Я уже начала волноваться, - голос Харпер звучит немного напряженно.

- Я в порядке, родная. Пушистик ужинает и довольно долго не позволял мне подойти к телефону. Как там Нью-Мексико?

- Очень одиноко без вас троих рядом.

- Так что там? Намечается хороший сюжет?

- Я еще не знаю.

- В смысле, ты еще не знаешь? Харпер, Лэнгстон уже закатил истерику из-за твоего отъезда. Тебе лучше нарыть там историю, и чертовски хорошую, или не утруждай себя возвращением в Нью-Йорк, потому что он тебя убьет.

- Прости, если он устроил тебе...

- Харпер, не переживай за меня. Я уже большая девочка и могу за себя постоять. Кроме того, сейчас канал делает все возможное, чтобы я была безмерно счастлива и всем довольна.

- Родная, если моя поездка сюда не увенчается успехом, я попрошу тебя выбить для меня помилование. Билл Клинтон раздавал их, как конфеты на Хэллоуин, так что я не вижу причин, почему бы тебе не получить одно для меня.

- Очень смешно, но моей партии сейчас нет в Белом доме. Очевидно, я вложила деньги не в ту партию и не в тех адвокатов. Итак, что ты уже успела узнать?

- Я узнала только то, что чем бы это ни было, Кора не хочет, чтобы это плохо отразилось на навахо.

Я делаю глубокий вдох. Я знаю, что Харпер на самом деле чувствует себя частью этого мира, и в некоторых отношениях это меня очень беспокоит. Сейчас я переживаю за ее способность создать непредвзятую историю, когда речь идет о ее названной семье.
- А что, если это будет так? Ты сможешь снять эту историю? - озвучиваю я свое беспокойство.

- Что за вопрос, Келс? Конечно смогу.

- Харпер, - я делаю еще один глубокий вдох. - Прости меня. Ты же знаешь, что я переживаю, когда речь заходит о Коре и семье. Вся эта ситуация почти такая же плохая, как если бы кто-то отправил тебя в Новый Орлеан писать статью о коррупции в судебной системе. Ты бы не смогла этого сделать...

- Положись на меня, Келс. Я справлюсь, обещаю, - ее голос смягчается, и я думаю, что она, возможно, понимает причину моего беспокойства.

- Я доверяю тебе, Харпер.

* * *

Наконец, добравшись домой незадолго до одиннадцати, я завариваю нам чай, пока Брайан укладывает двойняшек в их кроватки. Это определенно был тяжелый вечер, но я слишком устала, чтобы сразу лечь спать.

Еще есть фактор Харпер. Фактор того, что ее нет дома. Терпеть не могу часами лежать, пытаясь уснуть, в нашей постели без нее. В конце концов, я, вероятно, буду спать на диване.

Устраиваясь поудобнее, я включаю телевизор и вижу, что моя мать опять засветилась сегодня в новостях. Брайан, входя, стонет и занимает свое обычное место на полу между диваном и кофейным столиком.

- За что эта супер-сучка сегодня получила эфирное время? - спрашивает он, отхлебывая чай и впиваясь взглядом в изображение моей матери.

Я почесываю лоб.
- Честно говоря, я не особо поняла. Какая-то чушь о том, что она пыталась защитить своих внуков от главной беды общества.

- О, она наверно имела в виду меня.

- Тебя?

- Ага. Ты же знаешь, я носитель гейского вируса, который передается гейскими клопами, - поддразнивает он.

- Так вот от кого я заразилась? А я-то думала, что была лесбиянкой еще до того, как встретила тебя.

- О, ты и была. Лесбийские вши и гейские клопы - это две разные вещи.

Я смеюсь так, что чай чуть не выливается у меня из носа.
- Прошу прощения?

- Ну да. Ты не знала что ли? Лесбийские вши передаются между вами, девочками, при прикосновении. Однако гей-инфекция передается воздушно-капельным путем, и мы распространяем ее при дыхании. Вот почему люди больше боятся геев, чем лесбиянок. Так что, очевидно, она пыталась защитить детей, и особенно Коллина, от гей-инфекции.

Я протягиваю руку и глажу его по плечу.
- Ты такой балбес.

- Да, это грязная работа, но кто-то же должен ее делать. Кстати, о грязной работе, видела бы ты, какой беспорядок устроил твой сын, - я замечаю, что Брайан незаметно наклоняется и выключает звук телевизора. - Он умудрился опрокинуть на нас бутылочку детской присыпки, когда я готовил его ко сну.

- Он в порядке?

- О, с ним все в порядке, но ему это не очень понравилось. Он чихнул. Ты же знаешь, когда он чихает, он издает звуки, похожие на мышиный писк.

- Ему три месяца. Будь к нему снисходительней. У него крошечный носик.

* * *

Мы с Корой едем в ее потрепанном старом пикапе. Я всегда чувствую себя как в загоне для свиней, когда выхожу из кабины, потому что красная грязь Нью-Мексико прилипает ко всем открытым участкам кожи. Где видно, что всего несколько минут назад я принимала душ? Полчаса назад мы покинули отель и направились на север, в сторону Кубы. Сейчас раннее утро, и мы обе потягиваем кофе. Кора приготовила тортильи на завтрак. Они нереально вкусные. Я хотела бы есть их каждый день.

Я оставила Джеффа в резервации. Во-первых, Кора не очень-то хотела, чтобы он был с нами. Она доверяет эту историю мне, но, очевидно, больше никому. К счастью, я сомневаюсь, что он понадобится мне здесь. У этих людей есть гораздо более серьезные поводы для беспокойства, чем то, с кем я сплю. Кроме того, именно моя здешняя семья первой признала нас с Келс супружеской парой.

Мы поворачиваем на восток, к Таосу, и поднимаемся все выше в горы. Вдоль двухполосного шоссе приютились маленькие городки, которые едва видны с дороги и о которых можно узнать только по церковным колокольням, выглядывающим из-за деревьев. Я замечаю множество вывесок на шоссе, указывающих на магазины, торгующие керамикой и одеялами.

У одного из таких указателей мы поворачиваем. Кора проезжает около тридцати метров по дороге, прежде чем съехать на обочину и вырубить двигатель. Это точное описание того, как старый грузовик шипит, пытаясь уцепиться за жизнь, пока, наконец, не замолкает.
- Нам придется пройти остаток пути пешком.

Я соскальзываю со скамейки, которая тут в роли сиденья, и выхожу из машины. Прижимая ладони к спине, я разминаю мышцы.
- Ты уже расскажешь мне мне, что происходит? - я лезу в кузов грузовика и достаю маленькую камеру, похожую на те, что я использовала, когда работала на "Тру ТВ".

- Я узнала об этом два дня назад. И сразу же позвонила тебе.

Звучит не очень хорошо.
- Что это, Кора? Что делает этот парень? - спрашиваю я, когда мы начинаем идти вдоль дороги. Я замечаю, что Кора старается держаться ближе к деревьям, чтобы ее не было видно.

- В Нью-Мексико всегда были проблемы с нелегальной иммиграцией. Не только из Мексики, но и из всех латиноамериканских стран. Люди просто пересекают границу через Мексику. Граница в Хуаресе не очень хорошо защищена, и людям часто удается ее пересечь.

- Так это все из-за нелегальных иммигрантов? - я должна признать, что разочарована. Иммиграция - острая проблема, но, поскольку Буш и Фокс - друзья, я надеюсь, что в будущем наши границы станут более гуманными.

- Да, но не только. Я приехала сюда на этой неделе, чтобы купить одеяла. Питер Найтхорс - член нашего племени, хотя и не живет в резервации. Но несмотря на это, нам приятно поддерживать его бизнес. Когда я зашла, то не нашла Питера в магазине и пошла искать его. Я открыла дверь, ведущую на ткацкую фабрику, и там увидела их.

- Нелегалов?

- Это были маленькие дети. В основном девочки.

А вот это уже интересно.
- Девочки? Без родителей? Без семей?

Она многозначительно качает головой.
- Я видела то, что видела.

За следующим поворотом дороги мы видим перед собой здание. Оно большое и имеет Г-образную форму. Передняя часть здания используется как демонстрационный зал / магазин, а задняя часть - это то место, где, по словам Коры, находятся ткацкие мастерские. Мы держимся за деревьями и обходим здание с тыльной стороны, чтобы, надеюсь, подойти к нему незамеченными. Оказавшись там, я достаю камеру и проверяю ее. Я также проверяю свой мобильный телефон – он полностью заряжен, но в роуминге. Да и пофиг. Если то, что рассказывает Кора, подтвердится, Лэнгстон с радостью оплатит все расходы.

Мы подкрадываемся к зданию, и я почти уверен, что нас никто не заметил. Я отмечаю, что все окна расположены высоко, и мы не сможем заглянуть внутрь, не взобравшись на что-нибудь. В конце есть пара дверей, которые, как я вижу, заперты на цепочку. Как бы то ни было, Питер серьезно нарушает некоторые правила пожарной безопасности. Я делаю снимок цепочки и двери.

Мы продолжаем двигаться вокруг здания. Когда я замечаю пустой деревянный ящик в нескольких метрах от себя, я подтаскиваю его к стене и поднимаюсь достаточно высоко, чтобы заглянуть в окно.

Кора была права.

Я поднимаю камеру и с ее помощью завершаю визуальный осмотр комнаты. В дальнем конце - ряд детских кроваток, раковина и унитаз. Такой, каким я бы никогда не воспользовалась. В другом конце - ряд ткацких станков. Я насчитала девятнадцать девочек и четырех мальчиков. Все они заняты работой, шьют великолепные одеяла с яркими узорами для богатых туристов. Даже Кэти Ли этого не делала. Я снимаю эту сцену еще несколько минут. Затем я спускаюсь вниз и вижу встревоженную Кору.

- Ну что?

- Уверена, что это нарушает парочку законов о детском труде.

- Что нам делать?

- Давай отойдем за деревья и обсудим, - быстро и тихо мы возвращаемся под прикрытие деревьев. Я достаю телефон. Прежде чем я успеваю набрать какой-либо номер, моя рука замирает, когда я слышу звук, который ни с чем нельзя спутать - звук затвора ружья.

- Кора. Что ты здесь делаешь? - спрашивает мужской, хриплый от многолетнего курения голос.

Мы обе медленно оборачиваемся и оказываемся лицом к лицу с высоким мужчиной, который держит в руках самое большое долбаное ружье, которое я когда-либо видела в своей жизни. Я уверена, что это как-то связано с тем, что оно направлено прямо мне в лицо.

* * *

Я переворачиваюсь на другой бок и беру телефон, прижимая трубку к уху под одеялом.
- Алло? - боже, который час? Кажется, что еще слишком рано. Особенно учитывая, что Коллин полночи не спал, вычихивая детскую присыпку и капризничая.

Я слышу приглушенные голоса, но не могу разобрать почти ничего из того, что они говорят. Я пытаюсь еще раз.
- Алло?

Немного проснувшись, я смотрю на определитель номера рядом с телефоном. Это сотовый Харпер.
- Харпер?

По-прежнему никакого ответа, только повышенные приглушенные голоса. Что-то не так. Что-то очень серьезное и очень не так. Я внимательно прислушиваюсь, вскакиваю с кровати и достаю из сумочки мобильный телефон.

Я слышу, как какой-то мужчина кричит: "Брось его!", затем раздается выстрел, а потом тишина.

- Харпер!

Продолжение следует...

<гаснет свет>

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/71507/387237

Переводчики: Vertigemoon