Готовый перевод SeaBed / Морское дно: 07_combine

<file: txt/070.txt>

Перерыв на кофе

Я натягиваю одежду, которую подготовила с вечера, и выхожу из комнаты.

Солнечный свет просачивается сквозь восточные окна коридора. Оконные рамы и ветви дуба отбрасывают тени на красную ковровую дорожку.

— Доброе утро.

Открыв дверь кафетерия, я замечаю за стойкой Нанае.

Она оглядывается на меня через плечо, махнув в воздухе волосами.

— Доброе утро.

— Будете что-нибудь?

— Кофе с булочкой, если можно.

— Хорошо.

Я выбираю место, на которое попадает больше всего солнца. Стул оказывается тёплым.

Хотя я уже слышала его, пока расчёсывалась у себя в номере, но отсюда щебетание птиц на улице кажется ещё громче.

Выглянув в окно, я вижу стайку японских белоглазок, собравшихся вокруг лужи, окружённой опавшими листьями, скопившимися под одной из ветвей дуба.

Вот ещё одна птичка спархивает с высокой ветки прямо в воду.

Пока я разглядываю, как она полощет в луже свои крылышки, моих ноздрей достигает аромат кофе.

— Вы не привыкли к белоглазкам?

Нанае ставит передо мной чашку.

Снаружи она чёрная, а внутри жёлтая.

Я какое-то время наблюдаю, как белые пузырьки плывут по чёрной поверхности и собираются у краёв чашки.

— Спасибо.[l] Когда я жила в сельской местности, то часто их видела, но вот сейчас они для меня редкость.[l] Увидев их, я почувствовала ностальгию.

— Ну, они появляются тут довольно часто.

Нанае садится напротив меня и берёт свою чашку, над которой поднимается пар.

За этой туманной завесой я вижу её улыбку; она кажется возбуждённой.

— Вы, кажется, в хорошем настроении. Что-то случилось?

Я провожу пальцем по уголку губ.

— Да. Я училась заваривать особый кофе, как в кафе в городе, и сегодня у меня получилось очень даже неплохо.

— Это фильтр-кофе?

— Да.[l] С особым способом минимизированным временем заварки.

Нанае поднимает чашку к верхней губе и, вдоволь насладившись запахом, делает глоток.

— Да, очень хорошо, насколько я сама могу судить.[l] Я бы даже сказала, что мой кофе не уступает кофе из кафе.

Нанае делает ещё один глоток, и уголки её губ снова ползут вверх.

Я беру свою чашку, наслаждаясь её теплом.

Кофе чуть горьковат на мой вкус, но всё равно очень хорош.

— Нужно подливать горячую воду через выверенные промежутки времени и сразу большими порциями.

— Вот так — она начинает крутить в воздухе запястьем правой руки, демонстрируя мне, как именно это делается.

Одновременно она левой рукой пододвигает ко мне блюдо, на котором стоят маленькие вазочки с сахаром и сливками.

Я беру вазочку со сливками и добавляю немного в кофе, отчего на поверхности возникает белый мраморный узор. Я размешиваю его ложкой, пока он не исчезает полностью.

— Хм-м, — наблюдая за жестами Нанае, я замечаю девочку, которую видела вчера, идущую по каменной дорожке за окном.

Она появляется с восточной стороны здания и вскоре скрывается за западной.

— Что вы там увидели?

Нанае поворачивает голову и смотрит на сад.

— Ничего особенного.

— Хм-м?

Нанае вновь поворачивается ко мне и, чуть наклонив голову вперёд, делает ещё один глоток из своей чашки.

Я смотрю на её волосы, собранные в два хвоста, дрожащие над её плечами.

Она поднимает взгляд и встречается глазами со мной.

— Странно смотрится?

Она проводит рукой по волосам.

— Нет, вам идёт.

— Вам нравятся двойные хвостики? Если хотите, я могу и завтра оставить эту причёску.

— Такую причёску носила моя знакомая.

— А, понятно.

— Со спины вы очень похожи на неё, так что я даже немного растерялась.

Она допивает кофе и с едва слышным звоном ставит чашку на блюдце.

Нанае несколько мгновений разглядывает дно чашки, прежде чем посмотреть на меня.

— Хм-м...

— Что-то не так?

— Должно быть, она — очень важный для вас человек.

На мой озадаченный взгляд Нанае отвечает, что никогда особо не задумывалась над причёсками и не связывала их с конкретными людьми.

— Понятно, — говорю я.

<file: txt/071.txt>

Старая фотография

В комнате царствует звон посуды.

Нанае моет её позади стойки, напевая что-то и встряхивая головой в такт мелодии.

Я предложила помочь ей, но она отказалась, так что мне остаётся только сидеть на своём месте. Я чувствую, как меня одолевает сонливость.

Я поднимаю взгляд на висящие на стене фотографии.

На одной из них запечатлена тётя Нанае, улыбающаяся под дубом.

На другой — девушка, тянущая из колодца ведро.

На третьей — группа людей в униформе на фоне массивного современного особняка.

Мой взгляд задерживается на этой фотографии.

Входные двери выглядят знакомо.

— А, это?

Нанае, оказывается, вернувшаяся за столик, пока я рассматривала фотографии, указывает на ту, которую я разглядываю

— Старая фотография этого особняка, — говорит она, садясь на своё место.

Я поворачиваюсь к ней.

Полоса солнечного света, падающая прямо туда, где она села, заставляет Нанае прищуриться.

— Погода сегодня отличная.[l] Ах да, скажите мне, если решите вздремнуть. Я поменяю простыни в вашем номере.

— Спасибо, но я не собиралась, так что можете поменять их в любое удобное время.[l] Эм, на этой фотографии много людей... За этим кроется какая-то история?

Я снова перевожу взгляд на фотографию.

— Это групповая фотография всех сотрудников, сделанная при открытии гостиницы.[l] Очевидно, сначала хотели просто сфотографировать особняк после реконструкции, но в те времена фотография была редкостью, так что все пришли посмотреть, как это работает... и в результате они сделали групповое фото.[l] Между прочим, вот это я.

Нанае показывает на красивую женщину в кимоно, сидящую на стуле.

Ребёнок у неё на руках смотрит прямо на нас.

Нанае смеётся, когда я говорю, что она выглядит мило.

— Все дети милые.

— Да ладно вам, сходство до сих пор сохранилось.

— Спасибо...[l] Сочту это за комплимент.

Она озорно улыбается.

Я снова смотрю на фотографию.

— Это мать вас держит, верно?

— Да. Мы похожи, правда?

Честно говоря, у нынешней Нанае куда больше сходства с женщиной в кимоно, чем с ребёнком.

Но всё же, несмотря на внешнее сходство, впечатление они производят совсем разное.

Женщина в кимоно своим невыразительным лицом напоминает скорее куклу, чем человека.

Она будто глядит в пустоту, а не в камеру.

Все остальные на фотографии сияют широкими улыбками, отчего её мрачный облик довольно сильно выделяется.

— Что вы разглядываете?

Голос Нанае возвращает меня к реальности.

— На этой фотографии все кажутся такими счастливыми.

Нанае тоже смотрит на неё.

— Да, экономика тогда была на подъёме, так что это может быть причиной...[l] Когда начинаешь так думать, это значит, что ты стареешь?

Её лицо омрачается.

— Да ладно вам, вы ещё молоды.

— Спасибо.[l] Сочту это за комплимент.

Улыбка возвращается на лицо Нанае.

Женщина с ребёнком на руках смотрит на нас с прищуром.

Все, кто её окружает, кажется, наслаждаются жизнью.

Хотя фотография чёрно-белая, ясно, что она сделана в солнечный день.

Наверное, как только снимок был сделан, завязался оживлённый разговор.

— Хорошая фотография.

Взгляд задерживается на женщине в одежде повара.

— Она похожа на женщину, которую я видела в библиотеке.

— Да, это моя тётя. Она сейчас работает здесь.[l] А у вас острый глаз.

Я смогла разглядеть сходство, хотя на фотографии она ещё совсем молодая.

На ней светлый фартук с оборками поверх тёмной рубашки.

— Она была поваром?

— Да, она была нашим шефом.[l] И у вас уже была возможность убедиться, что она в этом чертовски хороша.[l] В молодости она много времени провела в заграничных стажировках от Испании до Италии и Китая, Просто дайте ей продукты, и она приготовит вам что угодно.[l] Вот, взгляните на эти фотографии.

Чуть ниже висит пара фотографий, очевидно сделанных за границей.

Ещё более молодая, чем на групповой фотографии, тётя Нанае стоит на фоне витрины.

На металлической вывеске рельеф в форме рыбы и надпись "LOST GAST". Очень похоже, что это ресторан.

На другой фотографии она ест что-то, похожее на киви, перед массивными воротами замка.

— Впечатляет.[l] Но почему она вернулась?

— Моя мать наняла её, когда открывала эту гостиницу.[l] Насколько я знаю, они с детства были очень дружны.

— Понятно.

— Купить особняк и открыть гостиницу было их давней мечтой.[l] Моя мать копила деньги, пока тётя совершенствовала свои кулинарные навыки.[l] Когда я была маленькой, она рассказывала мне, сколько проблем и препятствий ей пришлось преодолеть.

— Должно быть, это оставило хорошие воспоминания.

— Да, в этом я уверена.[l] Она всегда улыбалась, когда рассказывала о прошлом. Хотя я слышала эти истории миллион раз.

Нанае смотрит вдаль, похоже, вернувшись мыслями в прошлое.

— А ваших фотографий здесь нет?

— Должна быть одна, сделанная, когда я была ещё ребёнком.

Нанае оглядывается вокруг в поисках упомянутой фотографии.

— А, вот она.

На фотографии маленькая Нанае с короткой стрижкой стоит на огромном корне какого-то большого дерева.

Над головой она держит сачок, а в другой руке клетку с живностью, которую она поймала.

— Похоже, вы росли довольно бойким ребёнком.

— Теперь мне как-то стыдно вспоминать об этом.

— Вы любите насекомых?

— Раньше любила.[l] Мне нравилось, как блестят на солнце бронзовки, а крылья бабочек казались мне просто прекрасными.[l] Я читала "Энтомологические воспоминания" Фабра, что только подливало масла в огонь.[l] Точнее, мне нравились все животные от птиц до рыб.[l] Ну, вы знаете, какими бывают дети. Они, как правило, очарованы всем, что движется.

— Я насекомых никогда не любила.

— А во что вы играли в детстве?

— В куклы.

— В одиночестве?

— Поначалу да.

— Хм-м.

— Если бы я жила в таком прекрасном месте, как это, то отважилась бы побольше гулять.

Маленькая Нанае была окружена деревьями, кустами и разной другой зеленью, почти как посреди девственного неизученного леса.

Рядом с древними, поросшими мхом деревьями из земли выпирали корни, достаточно толстые, чтобы их сами можно было принять за деревья, образуя естественный лабиринт достойный изучения.

Каждый уровень горной местности напоминал естественным образом возникший дом над водопадом, полном кристально-чистой воды.

— О, точно. Здесь поблизости есть горячие источники.[l] Хотите как-нибудь туда заглянуть?

— Отличная идея.

— Тогда пообещаем друг другу.

Нанае ставит на стол локоть и выставляет в мою сторону мизинец.

— Это навевает воспоминания.

Я поднимаю руку с колен и обхватываю её мизинец своим.

— Если я нарушу обещание, то проглочу тысячу иголок.
— Если я нарушу обещание, то проглочу тысячу иголок.

— И отрежу себе палец.
— Обещание нерушимо.

— А?
— Э?

В тот же момент часы в фойе начинают отбивать время.

— Ох, я и не думала, что уже так поздно.

— Вам нужно работать?

— Да.[l] Вы собираетесь задержаться здесь?

— У меня никаких планов нет.[l] Наверное, пока посижу здесь.

— Ясно.[l] Если захотите пить, можете брать всё, что есть за стойкой.

— Спасибо.[l] Удачи вам в работе.

Нанае кивает мне и уходит.

<file: txt/072.txt>

Шахматы

Нашедший дорожку внутрь порыв ветра треплет волосы Нарасаки, смотрящей на шахматную доску.

Послеполуденное небо окрашено в бледный сероватый оттенок.

Я вижу плотные облака, наплывающие из-за гор.

— Становится прохладно. Можно я закрою окно?

— Давай.

Отвечает Нарасаки, не отрываясь от доски и продолжая подпирать подбородок ладонью.

Последний проскользнувший в сужающуюся щель сквознячок издаёт высокий, похожий на пение флейты звук, который смолкает, как только я полностью закрываю створки.

Закрыв окно, я возвращаюсь к столу, где меня встречает взгляд Нарасаки.

— Твой ход, — объявляет она.

Я тянусь к ферзю и, не садясь, съедаю её пешку.

Когда я ставлю свою фигуру на доску, раздаётся приятный звон.

Я сажусь, скрестив ноги, и снова беру книгу, которую читала.

Доска и фигура, привезённые Нарасаки, несколько меньше обычных и сделаны из стекла.

Вместо белого и чёрного цветов здесь прозрачное и непрозрачное стекло.

Нарасаки тянет было руку к коню, но на полпути останавливается.

Потом она тянется к одной из пешек, но рука снова останавливается и возвращается к подбородку.

Снаружи раздаётся пронзительный крик чёрного коршуна.

— По-моему, такой ход откроет тебе возможность нанести серьёзный ущерб.

— Да, но вряд ли этого будет достаточно, чтобы сломать твою оборону.

— Если пойдёшь сюда, то откроешь моим фигурам пространство для манёвра.[l] Если же атакуешь, сможешь забрать мою ладью.

Я немного наклоняю книгу, чтобы увидеть доску.

Новый крик коршуна разносится над горами.

Я смотрю в серое небо, но под таким углом птицы не вижу.

— Интересно, будет ли дождь?

— Хм-м, тогда, наверное, мне стоит это сделать.[l] По радио сказали, что во второй половине дня будет облачно и пройдёт кратковременный дождь.

Конь Нараски выдвигается вперёд и съедает мою пешку.

— Ты заметила какие-нибудь перемены в настроении после приезда сюда?

— Ничего особенного.

— Никакого беспричинного беспокойства или дурноты?

— Я совершенно спокойна.[l] Ты спрашиваешь об этом из-за надвигающегося дождя?

— Погода тут не при чём, это я так...

Противостояние на доске разворачивается так, как мы и предполагали.

Опять раздаётся птичий крик, но на этот раз гораздо ближе.

Подняв голову, я вижу на подоконнике синюю птицу.

— Да, здесь недостатка в птичьем пении нет.

— Похоже, они часто останавливаются здесь, когда летят зимовать.[l] В горах полно вечнозелёных деревьев, которые должны их привлекать.

— Перелётные птицы?[l] С трудом верится, что такие крошки действительно могут пересечь море.

— Я слышала, что они могут спать половиной мозга, закрыв один глаз.[l] Это позволяет им лететь без отдыха очень долго.

— Правда?

Нарасаки передвигает одну из своих фигур и с любопытством рассматривает птицу на подоконнике.

Кроха издаёт крик и несколько раз подпрыгивает на своих тоненьких ножках.

Услышав, что Нарасаки сделала свой ход, я снова опускаю взгляд на доску.

Ценой нескольких фигур ей удалось предотвратить окружение короля, и теперь она готовит ответную атаку.

Я тянусь к одной из фигур, которую мне не удалось вовремя отвести, но останавливаюсь.

Я понимаю, что если уберу её, то открою ферзю Нарасаки путь к сердцу моих позиций.

Нарасаки демонстративно поднимает одну бровь.

— Делаешь вид, что ни о чём не думаешь, но на самом деле ты коварна и расставила ловушки по всей доске.[l] Это так на тебя похоже.

— Ха-ха-ах, ничего подобного. Это просто совпадение.

<file: txt/072_2.txt>

Состояние

Я замечаю, что Нарасаки не отрывает взгляда от окна, и какое-то время мы вместе разглядываем птицу.

Судя по практически круглому туловищу, недостатка в питании в последнее время она не испытывала. Птица продолжает энергично махать крыльями.

Пару раз чирикает.

— Ты бы назвала это чириканьем или просто криком?

— Скорее, чем-то средним.

Нарасаки пытается подражать птичьему крику.

Мне несколько минут приходится сравнивать её потуги с настоящим голосом птицы.

— Кстати, сколько дней у тебя отпуск?

— Десять.[l] Здесь я собиралась провести около недели.

— Понятно.

— А у тебя?

— Примерно столько же.

Прежде чем ответить мне, Нарасаки достала из кармана пальто, висящего на стуле, блокнот с расписанием и несколько секунд его просматривала.

— Вижу, ты взяла его с собой.

— А, это?

Нарасаки делает жест рукой с блокнотом, но я качаю головой.

— Нет. То, что выглядывает из твоего кармана.

Я указываю на другой блокнот в её пальто.

Тот самый, в который она записывала результаты моих обследований.

— О... Я подумала, что он может пригодиться.

— Хм-м.

Сейчас моя очередь ходить.

Но вместо того, чтобы коснуться фигуры, я спрашиваю у Нарасаки то, о чём вчера спросить не смогла.

— Сегодня у нас времени хватает, так почему бы тебе не рассказать, что тебя беспокоит в моём состоянии?

— Хм-м, — Нарасаки пожимает плечами.

— Ничего серьёзного, честно.[l] Я просто немного поразмыслила над твоими симптомами.

— Поразмыслила?[l] Что это значит?

— Помнишь, я говорила, что они не мешают твоей жизни?

— Да.[l] Я держу свои галлюцинации в тайне от всех.

— Верно.[l] Я раздумывала над тем, какие именно галлюцинации ты видишь.[l] Такако, которую ты видишь у себя в голове, общается с людьми и прекрасно справляется со своей работой., так?[l] И всё это кажется естественным до такой степени, что ты не понимаешь, что что-то не так... Мне просто интересно, как это выглядит для тебя.[l] Кажется, будто внутри тебя существует другая реальность.

Нарасаки замолкает, переводя дыхание после длинной речи.

— Я не знаю, что на это ответить.

— Ну, я не знаю, что именно ты видишь, но, кажется, мы это уже обсуждали.[l] Меня больше интересует, как твоё сознание обрабатывает разговоры между воображаемой Такако и остальными твоими коллегами.[l] Понимание этого может пролить свет на твоё истинное состояние.

— Моё состояние?

— Да. Например...

Нарасаки кладёт свой блокнот на шахматную доску и начинает рисовать какую-то схему.

Она указывает на обведённое кружком слово "нереальное" и говорит, что это существует только у меня в голове.

— Это мир, где Такако по-прежнему рядом с тобой.[l] А реальность — мир, где ты помнишь, что её больше нет.

— Хм-м, — я киваю, глядя на схему.

Ручка Нарасаки снова утыкается в "нереальное".

— Ты живёшь в этом мире по меньшей мере два года.[l] Чтобы избежать противоречий, ты изменила даты поездки и исчезновения Такако.

— Хм-м.

— Твоё текущее состояние, вероятно, где-то здесь.

Нарасаки указывает на нечто вроде тоннеля, связывающее два пузыря.

Чуть ближе к реальному, если быть точной.

— Ты восстановила воспоминания и возвращаешься сюда.[l] Но вернулась ещё не до конца. Пока нет.[l] Ты по-прежнему видишь маленькие фрагменты своего нереального мира, когда что-то это провоцирует.

— По крайней мере, так я интерпретирую твоё состояние.

— А провоцируют это предметы, напоминающие мне о Такако, верно?

— Я так считаю.[l] Лучший способ справиться с этим — провести достаточно времени в незнакомом месте, пока ты окончательно не вернёшься к реальности.

Я вдруг понимаю, что больше не слышу чириканья.

Я смотрю на окно; птица уже улетела.

Нарасаки тоже смотрит на опустевшее окно.

— Кстати, у тебя были какие-нибудь планы на эту поездку?

— Никаких.

— Хорошо.[l] Без планов ты можешь расслабиться, ни о чём не думая.[l] Разумеется, ты в любой момент можешь поразмять мозги, если тебе захочется.[l] Взгляд со стороны поможет тебе заметить в своей жизни что-то новое.

В это время я обычно работаю у себя в офисе.

Моргнув, я натыкаюсь взглядом на шахматные фигуры на столе.

Но сейчас я играю в шахматы с Нарасаки в месте, где никогда прежде не бывала.

Она безусловно права. Здесь я чувствую себя спокойнее, чем когда навещала её в клинике во время работы.

В конце года рабочий график у меня выдался довольно напряжённым.

В прошлом году мы получили много заказов, так что в последние его дни наш офис можно было назвать горячей точкой.

Если подумать, возможно я взяла слишком много заказов из-за того, что учитывала Такако, как часть рабочей силы.

Возможно, я, сама того не желая, сделала нечто плохое своим коллегам.

Кроме того, поскольку я поняла, что вижу вещи, которые не могут быть реальными, я пропускала работу, чтобы ходить в клинику Нарасаки.

Только тогда я начала понимать, что вижу галлюцинации уже не один год.

Тем не менее мне удалось до конца года выполнить все взятые на себя обязательства и восстановить часть повреждённых воспоминаний.

Перед моим мысленным взором всё это проносится за считанные мгновения.

Я сдерживаю вздох, на который Нарасаки реагирует лёгким кивком.

Если честно, просто невероятно, что этот фарс продолжался в течение двух лет и никто не упёк меня в психушку.

Я переключаюсь на то, что должна делать дальше.

— Ты говоришь, что в конце концов симптомы исчезнут сами по себе?

— Я так считаю.

— И ты считаешь, что у меня была конкретная причина и какая-то цель, чтобы придумать себе альтернативную реальность? Я правильно тебя поняла?

— Ну, если обобщить, то да, — уголки губ Нарасаки ползут вверх.

— Вижу, твой мозг снова работает на полную катушку.

— Спасибо.

— Тем не менее, ты должна оставить всё сложное мне и сосредоточиться на отдыхе.[l] Лечить — моя работа.[l] Если я узнаю что-то новое, сразу же тебе сообщу.[l] Тебя это устраивает?

— Да.

— В любом случае, я не стану говорить об этом, пока не появится что-то новое.[l] Ну а ты тем временем должна хорошенько насладиться отдыхом.

— Как скажете, доктор.

Нарасаки хихикает.

— Ты впервые назвала меня так.

— Вам это нравится... доктор?

Нарасаки скрещивает ноги и говорит, что ничего против не имеет.

После этого мы возобновляем игру и продолжаем играть, пока нам это не надоедает.

Сказав, что хочет осмотреть окрестности, Нарасаки встаёт и выходит из моей комнаты.

<file: txt/073.txt>

Серебряная закладка

Когда я смотрю на круглое окно в центре библиотеки, то вижу, что небо над ним совсем тёмное, хотя ещё только вечер.

Лампы на стенах загораются, прогоняя тени в центр помещения и углы потолка.

Теперь всё вокруг залито тёплым светом.

За столом в глубине помещения сидит девочка и читает книгу.

Она держит увесистый том обеими руками, поставив его вертикально на стол перед собой, из-за чего я не могу разглядеть её лицо.

Я иду между книжных шкафов, цокая каблуками по деревянному полу.

Даже когда я подхожу вплотную, девочка не отрывается от книги, полностью завладевшей её вниманием.

— Здравствуй.

Её плечи вздрагивают, когда я, подойдя сзади, обращаюсь к ней.

Она поворачивает голову и смотрит на меня снизу вверх бледными глазами.

— Твои родители не будут волноваться, если ты задержишься допоздна?

Ответом мне становится возмущённый взгляд.

Я вижу в её глазах огонёк недоверия, слишком сильный для её возраста.

Однако он вскоре угасает, и девочка снова утыкается в книгу.

— Ладно, ладно...

Стол перед девочкой завален разными книгами и блокнотами.

Она закрывает книгу и тянется к другому концу стола, тряхнув собранными в хвост волосами.

Подтянув к себе один из блокнотов, она открывает его и начинает что-то строчить по диагонали, полностью игнорируя разметку.

Я заглядываю в другой открытый блокнот и вижу схему какого-то здания с высоты птичьего полёта.

— Можно посмотреть?

Девочка, продолжая писать, бросает на меня быстрый взгляд и отвечает коротким кивком.

Я беру один из блокнотов и начинаю листать страницы.

Они заполнены планами гостиницы, включающими в себя не только главные размеры, но и мебель, и прочие мелочи.

— Вижу, ты посвятила этому много времени.

Присмотревшись, я понимаю, что все книги на столе связаны с историей особняка.

Также на столе лежит несколько старых информационных брошюр и газетных вырезок.

— Это твой школьный проект?[l] Никогда не видела, чтобы кто-то заходил так далеко ради простого домашнего задания.

— Это моё хобби.

— Вот как? Для наших дней это довольно необычное хобби.

В ответ я слышу шуршание бумаги и скрип ручки.

Посмотрев вверх, я замечаю над круглым окном звёзды.

Я понимаю, что ручка уже не скрипит по бумаге.

— Ты живёшь неподалёку?

— Кто вы?[l] И почему вас это интересует?

Девочка раздражённо закрывает альбом с вырезками и тянется к одной из брошюр.

— Да так.[l] Просто взрослым свойственно волноваться за детей.

— Вот как?

Она продолжает листать страницы, но ручка пока остаётся без дела.

Я тоже переворачиваю страницу блокнота, который держу.

— О, кажется, планировка этой комнаты немного изменилась.

Я кладу блокнот на стол и указываю на комнату на втором этаже.

— Откуда вам знать?

— Это номер, в котором я остановилась.

Девочка с подозрением смотрит на меня через плечо.

По мере того, как снаружи темнеет, свет ламп становится ярче, освещая её лицо.

Её большие, чуть раскосые глаза, отливающие чёрным в искусственном свете, выражают куда больше эмоций, чем её немногословная речь.

Нос кажется слишком тонким для азиатки.

Губы, розовые, как цветочные лепестки, неприязненно поджаты.

Она сидит, прислонившись к спинке стула, несколько великоватого для неё. В её движениях чувствуется некоторая утончённость.

Девочка осматривает меня с ног до головы, и в конце концов её глубокие глаза останавливаются на моём лице.

— Солнце уже село.[l] Ты предупредила родных, что вернёшься поздно?

— Вы только за этим сюда пришли? — щурясь, говорит девочка.

Жестикуляцией она напоминает мне мою подругу.

— Я ищу пропавший предмет.[l] Ты не видела нигде закладку?[l] У неё сверху узор в форме клевера.

Перевернув несколько страниц альбома с вырезками, девочка подаёт мне закладку, которая там лежит.

— Я нашла её на столе возле окна.[l] Подумала, что может пригодиться, и положила в свою книгу.

— Спасибо. Моя подруга случайно оставила её здесь.

Сделанная из металла, эта закладка довольно весомая.

По краям у неё узор в форме плюща, а сверху отчеканен четырёхлистный клевер.

Когда я наклоняю её, на поверхности отражается оранжевый свет ламп.

— Кстати, насчёт твоих исследований... Ты говорила с женщиной, которая днём обычно сидит за стойкой?

Девочка берёт очередную брошюру и начинает её читать.

— Она работает в гостинице, которую ты изучаешь.[l] И уже очень давно, так что она наверняка может рассказать много такого, чего ты не найдёшь в письменных источниках.

Девочка продолжает молчать и возвращается к своим записям.

— Если хочешь, я могу попросить её поговорить с тобой.

— А взамен я сейчас должна пойти домой?

— Мне нравится эта идея.

Девочка закрывает блокнот.

— Тогда я пойду.

<file: txt/074.txt>

Разговор с Нарасаки

— Доброе утро, Сачико.[l] Погода сегодня чудесная, правда?[l] Почему бы нам на этот раз не устроиться тут? Смотри, как здесь тепло.

Я прижимаю ладони к вискам — голова трещит после вчерашней выпивки.

Нарасаки входит внутрь и проходит мимо меня, всё ещё сидящей на кровати в пижаме.

Она раздвигает шторы, и солнечные лучи касаются пальцев моих ног. [prcm][wm][clickskip enabled=false][msgoff][backlay][playse buf = 2 storage=se107.ogg][fbfscale_image storage="item07" page=back layer=base][trans method = crossfade time=800][wt][wait time=800][msgon][clickskip enabled=true]Пока я бездумно разглядываю свои ноги, Нарасаки передвигает столик с шахматной доской на самое солнечное место. Затем она берёт стул и садится к столу.

— Ты пообещала помочь мне убить время, пока не придёт пора идти к тёте Нанае-сан.

— Правда?[l] Не помню.

— Зато я помню.

— И откуда у тебя берётся энергия?

— Так, посмотрим... Помнишь, на чём мы остановились?

— Не имею ни малейшего представления.[l] Я что, должна была записывать ходы?

— Да я так, на всякий случай спросила.

— Я сейчас переоденусь.

Откинув в сторону прикрывающее ноги одеяло, я поднимаюсь с кровати.

За спиной слышится стеклянный звон расставляемых фигур.

В начале партии Нарасаки жертвует конём, чтобы оголить для атаки мой левый фланг.

Когда я её отбиваю, у нас складывается патовая ситуация.

— Вижу, ты наконец проснулась.

— Ты специально так рано заявилась?

Нарасаки ухмыляется.

— Это того стоило.

— Наверное.

— А вообще, я никогда бы не подумала, что ты так хорошо играешь в шахматы.

— Не так уж и хорошо.

— Но ты, кажется, привычна к этой игре.

— Одно время Такако была ей просто одержима. Она едва ли не заставляла меня постоянно играть с ней.

— Она играла лучше тебя?

— Поначалу я всё время проигрывала, но к тому времени, как бросили это дело, мы были практически на равных.

— О? А почему вы бросили играть?

— Такако это наскучило.

— Понятно.

Нарасаки улыбается.

— Если вы были равны, значит, если я выиграю, то стану лучшей.

— Не уверена.

— Почему это? — спрашивает Нарасаки, делая свой ход.

Она пытается отвлечь меня от игры разговором, или у её внезапно проснувшегося любопытства есть какая-то иная цель?

— Я всё время играла против одного и того же соперника.[l] Я знала её сильные стороны и выучила бо́льшую часть обычной тактики. Я почти всегда могла с лёгкостью предугадать, как пройдёт первая половина игры.[l] Но с новым соперником мне приходится следить за каждым ходом и готовиться к неожиданностям.

Нарасаки опускает голову и с задумчивым "понятно" передвигает фигуру.

Поскольку лица её я не вижу, то о значении этого "понятно" могу только догадываться.

Нахмурившись, я передвигаю свою фигуру.

Нарасаки свою.

Снова мой ход.

Судя по всему, конец партии не за горами.

— Кстати, когда я искала твою закладку, встретила в библиотеке девочку.

— С вьющимися волосами?

— Да.[l] Ты её знаешь?[l] Она сильно напоминает мне тебя в детстве.

— Вот как?

Нарасаки подпирает подбородок ладонью и впадает в глубокую задумчивость.

— И чем же мы так похожи?

— Взглядом.

Она мгновение смотрит на меня и, будто подтверждая собственное заявление, произносит: "Да, вы и правда очень похожи".

<file: txt/075.txt>

Визит Козуе

Когда партия переходит в эндшпиль, Нарасаки начинает напевать песню из старого фильма — Daisy Bell.

Я наклоняю книгу и изучаю позицию.

— Сдаёшься?

— Ещё чего.

Фигуры продолжают со звоном перемещаться по доске.

Внезапный, раздражающий стук в дверь приводит мои мысли в полный беспорядок.

— Открыто.

Отвечает Нарасаки.

Я смотрю на наручные часы, но для обеда ещё рановато.

Дверь медленно открывается, и перед нами предстаёт похожая на куклу девочка.

На ней серая блузка и длинная синяя юбка.

Её подол всего сантиметров на десять выше земли.

Это та самая девочка, которую я встретила в библиотеке.

Она, не переступая порога, настороженно разглядывает комнату.

Она смотрит на меня, затем на Нарасаки, а потом на шахматную доску между нами.

— Вы не забыли своё обещание? — опустив взгляд на блокнот у себя в руках. Нарасаки отвечает, что она помнит.

— Я хотела кое-что узнать у здешней сотрудницы.[l] Вы сказали, что я смогу с ней поговорить.

Нарасаки наклоняется к моему уху.

Девочка хмуро смотрит на нас.

— Мы собирались встретиться с тётей Нанае-сан после полудня, верно?[l] Я бы хотела, чтобы эта девочка, если это возможно, пошла с нами.

Взгляд девочки упирается в лежащую на столе серебряную закладку, но заметив, что я проследила за ним, она переводит взгляд на меня.

— Я не против.

— Спасибо, — тихо говорит Нарасаки.

<file: txt/076.txt>

Нанае, работа в поле

— Хорошее здание, правда?

Нарасаки оглядывается через плечо.

Девочка, идущая за нами, держится на некотором расстоянии.

— Ну, это не удивительно.[l] Здесь была резиденция влиятельной семьи, пока дом после войны не продали и реконструировали.[l] Даже среди классических отелей непросто отыскать такой, который столь же близок к своему первоначальному облику.

— Понятно, — отзывается Нарасаки.

Я слышу, как девочка приглушённым голосом говорит: "Вижу, вы ничего не знаете".

Когда Нарасаки неловко улыбается, меня окликают с улицы.

Я выглядываю в окно и вижу Нанае в соломенной шляпе, прислонившуюся спиной к тележке.

В ней лежат маленькие лопатки, секатор и тому подобный инвентарь.

— Доброе утро, Сачико-сан.[l] Хорошая сегодня погода, не правда ли?

Она сдвигает шляпу на затылок и смотрит на меня.

— А? С вами Козуе-тян?[l] Не знала, что вы знакомы.

Нанае машет стоящей рядом со мной девочке.

Та отвечает на энергичное приветствие пустым взглядом.

— Чем вы занимаетесь?

— Просто ковыряюсь в земле.[l] Хочу собрать в поле немного овощей.

Она хлопает рукой по мешку с землёй в тележке.

— Ямс вас устроит?

— О, я его обожаю.[l] Но во второй половине дня обещали дождь.

— Знаю, знаю.[l] Но меня это не слишком беспокоит.[l] Погода в горах всегда переменчивая.[l] А чем вы занимаетесь, Сачико-сан?

— Мы собирались встретиться с вашей тётей.

— А, понятно.[l] Я только что прошла мимо неё в фойе, так что она, наверное, уже ждёт вас.

— Ясно, спасибо.[l] Тогда мы пойдём.

— Козуе-тян тоже идёт с вами?

— Да.

— Довольно странная компания у вас собралась.[l] Мне уже почти любопытно, ор чём вы там собрались поговорить.[l] В любом случае, за тётушку мою сильно не тревожьтесь. Её большое количество собеседников только обрадует.

— Рада это слышать, — говорит Нарасаки.

<file: txt/077.txt>

Польворон

Выйдя в фойе, мы сворачиваем в левый коридор и через несколько шагов справа видим лестницу, ведущую в подвал.

Мы по очереди спускаемся.

Нарасаки, идущая первой, останавливается на нижней ступеньке и открывает новую дверь.

В воздухе витает сладкий аромат сахара.

Оглянувшись, я вижу, как морщится Козуе.

Пройдя по короткому узкому коридору, мы оказываемся перед просторным помещением.

Переступаем через каменный порог, отделяющий его от коридора.

В центре помещения стоят круглый стол и три стула.

А также тётя Нанае в фартуке.

Она расставляет на столе тарелки.

— О, вы уже здесь?

Я кланяюсь, а Нарасаки говорит "здравствуйте".

Тётя Нанае здоровается и по очереди нас разглядывает.

— Простите, но я ещё не закончила.[l] Можете подождать за столом?[l] Я скоро вернусь.

И она уходит в другую комнату с подносом в руке.

За закрывающейся дверью я успеваю увидеть старенькую плиту.

Как и было сказано, я отодвигаю один из стульев и сажусь.

Козуе делает то же самое.

Нарасаки подходит к диванчику возле окна, смахивает скопившуюся пыль и со вздохом плюхается на него.

Стены в подвале каменные, а под потолком несколько окон с деревянными рамами.

Через окна видно дерево во дворе.

В углу комнаты, рядом с диванчиком, на котором устроилась Нарасаки, дверь, за которой находится ведущая во двор каменная лестница.

Козуе, севшая напротив меня, обводит комнату безразличным взглядом.

— Простите, что заставила ждать.

Я поворачиваюсь и вижу тётю Нанае, возвращающуюся из другой комнаты.

Она подходит к нам, вытирая руки фартуком.

— Нет, это вы простите, что отрываем вас от дел.

Я порываюсь встать, но тётя Нанае жестом останавливает меня.

— О, я вовсе не занята.[l] А если бы и была, хороший разговор для меня превыше всего.[l] Чем старше люди, тем мрачнее становятся их разговоры, так что я рада любой возможности провести время с вами, молодёжь.

Она подходит к столу и садится на последний свободный стул.

— Приятно познакомиться, меня зовут Акей Лили.[l] Называйте меня просто Лили, хорошо?

— Вы иностранка? — спрашивает Козуе.

— Нет, но долго жила заграницей.

— Странно, — тихо произносит Козуе, но больше вопросов не задаёт.

— Да?[l] А мне нравится моё имя.

Лили натягивает на лицо кислую мину, притворно обижаясь.

Заметив, что я высматриваю возможность представиться самой, она поворачивается ко мне.

— А вы Сачико-сан, верно?[l] Я слышала о вас от Нанае.[l] После возвращения из Рима она всё время твердила, какая вы красавица.[l] Она так обрадовалась, когда узнала, что вы приедете в гости.

— Хм-м? — задумчиво протягивает Нарасаки.

— Может она и выглядит взрослой, но в душе остаётся ребёнком.[l] Она не доставила вам никаких проблем?

— Вовсе нет.[l] Наоборот, это я доставила ей проблемы, и ей пришлось за мной присматривать.[l] Я считаю, из неё получилась отличная хозяйка гостиницы.

— Это точно, — вставляет Нарасаки.

— Рада это слышать.[l] О, а вас я видела в библиотеке.[l] Вас зовут, м-м...

Лили ласково улыбается Козуе.

Козуе отвечает пустым взглядом.

— Ты забыла, зачем сюда пришла? — подгоняет её Нарасаки.

— Козуе.

Козуе смотрит на Нарасаки и наконец называет своё имя.

— Да, точно, Козуе-сан. Теперь я вспомнила.[l] А я Лили, работаю в этой гостинице.[l] Приятно познакомиться.

Лили кладёт руку на голову Козуе, отчего девочка недовольно кривится.

— А за той дверью кухня? Я чувствую, как оттуда чем-то вкусно пахнет.

Лили поворачивается ко мне.

— Да, вы правы.[l] Узнав, что у меня будут гости, я решила вспомнить старые навыки выпечки, но ничего толком не получается.[l] Я всё подготовила заранее, чтобы подать угощение с пылу с жару, но... похоже, за эти годы я потеряла хватку.[l] О, не волнуйтесь, со вкусом всё в полном порядке, в этом я уверена... Вы любите сладости?

— Да.

Я смотрю на диванчик.

Лили тоже переводит взгляд на Нарасаки.

— Я предпочитаю их острой пище.[l] Уверена, они отлично пойдут с чаем.

— Безусловно, — Лили улыбается и поворачивается к Козуе.

— А вы, Козуе-сан?

— Не знаю.

Лицо Козуе становится озадаченным.

— Это моё любимое иностранное печенье.[l] Уверена, вам тоже понравится.

Лили смотрит на часы на стене.

— Оно должно допечься к тому времени, как эти старые часы пробьют два.[l] Просто подождите ещё немного, хорошо?

— Это испанское печенье?

— Да, верно.[l] Откуда вы знаете?

— Я видела в кафетерии фотографию вас в испанской пекарне.

— А, понятно. Это навевает воспоминания. Я проработала там два года.

— Эта пекарня принадлежала семейной паре. Они заботились обо мне так, будто я была их собственной дочерью.[l] Я собралась с духом и отправилась за границу, но найти хорошую работу было не так-то просто.[l] У меня была рабочая виза, но я не знала языка.[l] Когда мои сбережения иссякли, я случайно наткнулась на эту пекарню.[l] Муж говорил по-английски, так что мы могли общаться.[l] Я объяснила ему, что приехала в Испанию учиться кулинарии, но у меня нет никаких связей... и у меня закончились деньги.[l] И он предложил мне жить и работать у них.

— Вы отправились за границу учиться кулинарии?

— Да. Я хотела узнать о национальной кухне разных стран.[l] После Испании я также побывала во Франции и в Германии.[l] Но я всегда собиралась в конце концов вернуться в Японию и работать в этой гостинице.

— Вы не думали остаться за рубежом?

— Я пообещала матери Наны-тян, что мы вместе откроем и будем управлять гостиницей.

— Матери Нанае-сан?

— Верно. Кажется, это было во время одной из наших школьных поездок. Мы были просто очарованы гостиницей, в которой остановились в Киото.[l] До сих пор помню всё так, будто это было вчера.[l] Её внешний вид, любезный персонал, замечательная еда... Всё было настолько чудесно, что казалось, будто я раньше срока попала на небеса.

Нарасаки широко улыбается.

— Думаю, мне знакомо это чувство.[l] Однако, насколько я помню, гостиницы в Киото — это по большей части традиционные японские деревянные здания.[l] Это не оказало на вас никакого влияния?

— Нас очаровала таинственная внутренняя атмосфера. Казалось, будто мы вернулись назад во времени.[l] Мы были вольны выбирать из всех вариантов в мире, поэтому решили сделать нашу гостиницу похожей на ту, что нам понравилась больше всего.[l] Нана-тян унаследовала любовь Мики к западному антиквариату.[l] Я тогда тоже была увлечена легендами о старинных западных особняках.[l] Нам также понравилось, как были спроектированы кафетерий и библиотека.[l] Но прежде всего нам повезло, что этот особняк изначально принадлежал семье Мики.[l] Она унаследовала его после смерти бабушки, а затем мы переделали его в соответствии с нашим вкусом.

Козуе, которая со скучающим лицом рассеянно рассматривала комнату, вдруг поднимает голову.

— Кстати, Козуе, разве ты пришла сюда не для того, чтобы узнать об особняке? — спрашивает Нарасаки.

— Правда, что до того, как этим местом завладели вы, здесь была больница?

Лили, получив наконец возможность поговорить со своей соседкой, поворачивается навстречу её горящему взгляду.

— Я думала, об этих слухах все уже давно позабыли.[l] В каком-то смысле вы правы: до войны здесь был санаторий.[l] Но он всё равно принадлежал семье Фудзисака.[l] В то время его хозяином был врач, и он чувствовал, что обязан предоставить некоторые из комнат пациентам, которым требовалось длительное лечение.[l] Я слышало, что были времена, когда вместе с ним в особняке жило более десяти пациентов.

Козуе слушает историю Лили в полной тишине.

Я слышу, как бьют старинные часы в фойе.

— Думаю, печенье уже должно быть готово.[l] Давайте продолжим этот разговор за чашкой чая.

Козуе бросает быстрый взгляд на часы на стене.

Лили встаёт.

— Я помогу.

— Спасибо.

— Я поднимаюсь и вслед за Лили иду на кухню.

Козуе, продолжая сидеть, поднимает с пола сумку, ставит её на колени, достаёт оттуда набитую документами папку, открывает её и кладёт на стол.

Сумка у неё, кажется, матерчатая, и на ней вышиты кувшинки.

<file: txt/078.txt>

Старые истории об особняке

Позднее разговор целиком переходит в руки Козуе и Лили, начавших обсуждать особняк.

Лили приносит старый план и расстилает его на столе.

Козуе указывает на места, вызывающие у неё интерес.

— Почему этот колодец в таком неудобном месте?

— В западном крыле была задняя дверь.[l] Но её перекрыли, когда расширяли кафетерий.[l] Впрочем, к тому времени им уже никто не пользовался.

Дальше она указывает на крышу.

— С чем связан этот дымоход?

— Вы замечаете самое интересное.[l] Он связан с плитой в этой комнате.[l] Вы видели спиральную лестницу в фойе, верно?[l] Он проходит через неё и выходит на крышу.[l] Изначально он был связан с ванной.

— Хм-м.

Её рука на миг замирает, а потом тянется к белой фарфоровой тарелке с печеньем польворон²⁰, стоящей на столе, берёт одну штучку и отправляет в рот.

Выглядит польворон как обыкновенное прямоугольное печенье, но текстурой напоминает чинсуко²¹ по-окинавски. И ещё от него явственно пахнет корицей.

Печенье буквально тает во рту.

Ну, за исключением твёрдого миндаля, хрустящего на зубах.

Корица и миндаль образуют сбалансированную смесь вкусов и запахов. Если честно, я никогда раньше не пробовала ничего подобного.

Лили рассказала нам, что польворон придумали в Испании, в Андалусии.

Козуе слизывает с пальцев сахарную пудру, допивает чай и с лёгким звоном ставит чашку на блюдце.

Затем она смотрит на часы.

— Спасибо, это было очень познавательно.

— Не за что.

— Вы не против, если я ещё раз приду с вами поговорить?

— Можете приходить когда угодно.[l] Мои двери всегда открыты для таких милых гостей.

Ответом на слова Лили становится равнодушное лицо Козуе.

— Вы были бы ещё милее, если бы чуть больше улыбались, — ничуть не смутившись говорит Лили.

Козуе на несколько секунд останавливается, видимо, обдумывая эту идею, а потом сгребает все свои вещи в сумку и идёт к выходу.

— Можете приходить в любое время.

Козуе, не оборачиваясь, поднимается по лестнице и пропадает из виду.

— Пойду провожу эту принцессу.

Нарасаки тоже поднимается на ноги.

Мы с Лили остаёмся вдвоём.

— Наверное, она хочет стать дизайнером или архитектором.[l] Отрадно видеть, как кто-то упорно идёт к своей цели уже в столь юном возрасте.

— Согласна.

— Она быстро соображает и мотивации ей хватает... Будь она чуть дружелюбнее, стала бы любимицей учителей.

На этом Лили замолкает.

Мне кажется, что она собиралась раскрыть причину такого поведения Козуе.

Как говорила Нарасаки, у всех свои обстоятельства.

— Возможно, вы ей нравитесь, но она не умеет выражать свои чувства.

— Мне кажется, вы могли бы дать ей хороший совет.

Лили держит чашку за ручку, хотя и не поднимает её со стола.

— Нана-тян сказала мне, что вы работаете в дизайнерской компании.

— Да.

— Что это за работа?

Мне часто задают этот вопрос.

— Мы выполняем все требования клиентов, какими бы они ни были.

— Вы делаете рекламу для журналов или телеканалов?

— Если этого требует проект.

— Я считаю, что это развивающаяся отрасль.[l] Радио, газеты, телевидение... В наши дни ими пользуются почти все.[l] Ваша нагрузка должна увеличиваться с каждым днём, или я ошибаюсь?

— Вы правы, в последнее время нам поступает больше заказов.[l] Тем не менее, у большинства крупных компаний есть налаженные связи со старыми рекламными агентствами, поэтому сравнительно молодые компании, как наша, в основном получают только местные, небольшие проекты.

— О, так на самом деле эта отрасль не нова.

— Реклама существует уже больше ста лет.

— Понятно.

— Вы интересуетесь рекламой?

Лили машет рукой перед лицом.

— Нет, просто эта тема всплыла, когда я разговаривала на днях с одним человеком.[l] Жизнь здесь, в глухих горах, оставляет достаточно времени для раздумий.

— Ясно.

Лили улыбается, и мои губы сами собой растягиваются в ответной улыбке.

<file: txt/079.txt>

Вечер

Я слышу, как старинные часы отбивают очередной час.

— Думаю, мне пора идти.

— О, я и не думала, что уже так поздно.[l] Эм, подождите секундочку.

Лили скрывается на кухне и возвращается с маленькой корзинкой, полной выпечки, разложенной на салфетке с цветочным узором.

— Возьмите это с собой.

— Большое спасибо.[l] Я обязательно воспользуюсь этим для ночного перекуса.

— Корзинку можете отдать Нане-тян, когда она заглянет к вам.

— Спасибо.[l] И чай, и печенье были очень вкусными.

— Мне давно не выпадало возможности пообщаться с новыми людьми.[l] Буду рада ещё поболтать, так что не стесняйтесь.

— Хорошо.

Я кланяюсь и иду к выходу.

— Сачико-сан.

— Да?

— Я думаю, вы очень нравитесь Нанае.[l] Она с детства работает в этой гостинице, и из-за того, что она увлекалась антиквариатом и работой в поле, у неё никогда не было друзей её возраста.[l] Не могли бы вы стать её первой подругой?

— Мне тоже очень весело проводить с ней время.

— Ясно. Полагаю, я зря волновалась на этот счёт.

Лили одаривает меня самой тёплой улыбкой, которую я видела у неё сегодня.

— Ах да.

Она снова меня останавливает.

— Я забыла об этом сказать, но я знаю архитектора, который занимался реконструкцией здания.[l] Полагаю, Козуе-тян будет интересно пообщаться и с ним тоже.[l] Не могли бы вы передать ей это, когда увидите её?

— Разумеется.

— Ну тогда до встречи.

Я снова кланяюсь, а Лили машет мне на прощание.

— Простите, что столько раз вас останавливала. На этот раз я закончила, обещаю.

— До свидания.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/72768/399582

Переводчики: mamavl

Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0