Готовый перевод The Core (The Demon Cycle, #5) / Война с демонами 5 - Ядро: Глава 31 - Харденс Гроув

– Последняя путевая станция пала, – объявила мать Джоун.

Последняя, подумал Раген. Подобная формулировка подразумевала, что остальные уже пали, и эти новости не доходили до двора. После возвращения Рагена с юга, не было никаких вестей. О вестниках, которые отправлялись в район разрушенных станций, никто больше ничего не слышал.

Зал двора заполнил гул обсуждения, но, раз никто не решился выступить, Раген сделал шаг вперёд и поклонился. Юкор обречённо вздохнул, но махнул рукой, дав ему разрешение говорить.

– Его светлость, законный неограф Рассветного графства. – Джоун ударила своим посохом, и болтовня стихла.

– Есть ли выжившие? – Спросил Раген.

– Никого. – Рот Юкора превратился в жёсткую, прямую линию. Путевые станции сыграли важную роль в расширении его владений. Энджирс уже полностью принадлежал ему, кроме названия, и красийцы отступали перед его огненным оружием. Мечта о том, чтобы стать королём Тесы, которая была так близка ещё мгновение назад, ускользала из его рук.

Раген тщательно подобрал свои следующие слова.
– Ваше высочество, может быть пора подумать об эвакуации жителей Харденс Гроув.

– Нелепица. – Граф Брайян вышел вперёд, встав около Рагена. – Учитывая то, что дорога на юг перекрыта, Харденс Гроув является крупнейшим поставщиком продуктов в Милне, и их урожай едва пророс. И сейчас ты хочешь, чтобы мы просто отказались от него?

– Урожай вам важнее, чем жизни его жителей? – Раген знал, что многие при дворе владели инвестициями в Харденс Гроув, ответом станет да, но, как он и подозревал, никто не осмелился озвучить подобную мысль. – До новолуния всего несколько дней. Если подземники направятся к городским стенам, то Харденс не выстоит. Мы должны эвакуировать их.

– Ерунда, – отмахнулся Брайян. – Харденс Гроув пережил тысячу новолуний. Его метки сильны.

– Не настолько, как на путевых станциях его высочества, – сказал Раген. – У Горных Копий не было ни женщин, ни детей, ни урожая, который нужно было бы защищать, и всё же они пали. Какая же надежда есть у жителей Харденс Гроув?

– Какая надежда может быть у любого из нас, если мы бросим запасы на зиму? – Спросил Брайян. – И кто их примет? Харденс вмещает в себя более пятисот душ, неограф. Вы заполните ими Рассветное графство?

Триша скрестила руки на груди, и Раген понял, что у него было недостаточно полномочий, чтобы давать подобные обещания, но тогда Элисса вышла вперёд и легонько ущипнула её.

Графиня Треша мгновение смотрела на свою дочь, а затем таким же тусклым взглядом осмотрела комнату.
– Если остальные округа слишком жадны, чтобы принять на себя свою долю, то Рассветное графство сделает это за вас, и пусть Создатель рассудит нас.

– Это весьма щедро, Рассветная графиня, – сказал Юкор. – Но преждевременно. Граф Голд прав. Мы не можем бросить Харденс без борьбы.

Брайян удовлетворённо скрестил руки, и Раген стиснул зубы.
– Ваше высочество, возможно слова графа Брайяна кажутся вам разумными, но я не думаю, что кто-либо, кто не засвидетельствовал это лично, может справедливо оценить насколько опасными становятся подземники в новолуние.

– На том и порешим. – Юкор постучал металлическим наручем по подлокотнику своего трона, наполнив комнату лязгом. – Рассветный неограф будет командовать обороной Харденс Гроув.

Раген перевёл взгляд с Юкора на Брайяна, чувствуя, как вокруг него захлопывается капкан. Это с самого начала было их планом, и он сам шёл к им в руки.
– Я не солдат, выше высочество.

– Вы – неограф Рассветного графства, – сказала мать Джоун. – Связанный клятвой, поднять своё копьё, когда тебя призывает трон.

– Возможно, неограф думает, не отправить ли ему свою престарелую тёщу вместо себя, – предположил Брайян, и весь зал заполнился смехом.

Раген жёстко поклонился.
– Сколько Горных Копий будет у меня в подчинении?

– Я дам тебе двести человек, – сказал Юкор.

– Ваше высочество … – начал Раген.

– Ты можешь взять с собой своих собственных подданных, если тебе нужно больше людей, – прервал его Юкор. – Или ещё лучше, вооружить самих жителей Харденс Гроув.

– Действительно, – проговорил Брайян. – Сплоти крестьян, как твой приёмный сын сделал с энджирцами. Он защитил Лощину Лесорубов, имея менее ста человек, как говорят.

Раген сделал глубокий вздох, благодарный тому, что Йон не слышал этого.
– Как пожелает ваша милость.

***

Йон ждал их в карете, когда они вышли из дворца герцога.

– Я пойду с тобой, – сказала Элисса, как только карета отъехала от дворца.

– Поглоти меня Недра, если я допущу это, – возмутился Раген.

– Я нужна тебе, – сказала Элисса.

– Пойдёшь куда? – Спросил Йон.

Раген проигнорировал его вопрос, не отводя взгляда от Элиссы.
– Милн нуждается в тебе сильнее. Это лишь начало. Демоны возьмут город в осаду. Кто-то должен остаться здесь и начать подготовку.

– Эй! – Вскрикнул Йон. – Кто-нибудь расскажет мне, что тут вообще происходит?!

– Все путевые станции разрушены, – сказала Элисса. – Через три дня наступит новолуние, и Юкор решил послать Рагена, командовать обороной Харденс Гроув.

– Обороной? – Растерялся Йон. – Невозможно успешно оборонять подобное место в новолуние. Нам нужно вывести этих людей.

Элисса впивалась взглядом в Рагена.
– Даже не вздумай там умирать.

Раген облегчённо выдохнул.
– Что ты хочешь от меня услышать, Лисса? Я не Создатель. Когда-нибудь что-нибудь убьёт меня. Или тебя. Но это не должно мешать нам жить, по совести. Я нужен жителям Харденс, а Рассветному графству нужна ты. Закон гласит, что мы можем собрать ополчение. Йон и его лесорубы могут остаться, и обучать …

– В Недра всё это, – оскалился Йон. – Ты же не думаешь, что отправишься в Харденс Гроув без нас.

– Это не твоя битва, Йон, – сказал Раген.

– Эта война касаетсявсех. Так сказал сам Избавитель. Меня не волнует, куда ты отправишься, хоть в сами Недра. Пока я рядом, мы с лесорубами вернём тебя назад.

Раген хотел спорить и дальше, но он знал, что не сможет переубедить этого человека, и он не мог отрицать, что чувствовал себя спокойнее, зная, что Йон Грэй будет рядом, когда грянет бой.

– Этого недостаточно, – сказала Элисса. – Вам не защитить Харденс Гроув с двумя сотняим Горных Копий, и меньше, чем двадцатью, лесорубами.

– Я уже позаботился о подкреплении, – сказал Раген, когда карета въехала во внутренний двор их поместья.

Гильдмастер Малькум был закован в броню, которую он не носил уже почти двадцать лет, стоя во главе двадцати Вестников и ещё сотни охранников караванов. У всех были отполированные доспехи, и длинные копья из меченой стали.

Немного в стороне стоял Дерек с группой Метчиков. Они больше привыкли к тихой мастерской, чем к открытой дороге и голой ночи, и копья в их руках выглядели немного неловко, но Раген знал, что их вклад в оборону будет более весомым, чем от воинов, если они хорошо справятся со своей задачей.

Лейтенант Уорон ожидал рядом с сержантом Гэймсом.

– Ты уверен, что справишься, друг? – Спросил Раген. – Ты едва вернулся живым.

– Мы выжили лишь благодаря тебе, – сказал Уорон. – Юкор вызвал добровольцев из Горных Копий. Каждый человек, которого ты спас, идёт с нами.

С этими мужчинами Раген разговаривал в перерыве между приёмом при дворе, и ждал, что они придут.

Но он не ждал увидеть здесь Кирина.

Герольд стоял во дворе, окружённый группой учеников, обсуждающих сложные переходи музыки Шестипалого. Раген подошёл к нему, и Кирин прекратил играть.
– У нас нет не так много времени, чтобы полностью всё отрепетировать, гильдмастер.

– Юкор уволит тебя, если узнает …

– Я ушёл в отставку, – прервал дальнейшие слова Кирин. – Я иду с вами.

Раген почувствовал, как комок застрял у него в горле. Меньше месяца назад он презирал этого человека. А теперь … он взглянул на его учеников. У некоторых в глазах застыл страх.
– Действительно ли они готовы?

– Я даже не могу честно сказать, что я готов, – признался жонглёр. – Моя жена думает, что я обезумел. Но пятнадцать лет, я приписывал себе заслуги Арлена Тюка. Ночь, мои ученики избили его за то, что он осмелился рассказать правду толпе.

Несколько учеников опустили глаза, но не стали ничего отрицать.
– Я видел на дороге то же, что и вы, – продолжал Кирин. – Демоны идут. Мы начали это вместе, когда мы привезли сюда Арлена Тюка из Тиббетс Брука. И история требует, чтобы закончили мы её тоже вместе.

– Ничто не закончится, – сказала Элисса. – Если вам покажется, что вы не сможете больше удерживать оборону после первой ночи новолуния, то вывозите оттуда людей, и ведите их в Милн. Мне плевать сколько их, наш дом сможет вместить их всех.

– Я не мученик, – сказал Раген. – Я не собираюсь умирать из-за гордости Юкора.

***

– Раген, – сказал Амон Гроув. – Хвала Создателю, ты пришёл. Демоны клюют метки, словно курица семечки. Пол город готовы всё бросить, после того, что произошло с первой путевой станцией.

Раген кивнул, но не спешился, разворачивая Сумеречного Танцора так и сяк, осматривая область.
– Думаю до этого ещё дойдёт, Амон.

Старик ахнул.
– Ты привёл почти столько же солдат, сколько у нас жителей. Говоришь, этого будет недостаточно?

– Я говорю, что было бы мудро начать собирать вещи, если нам придётся второпях убираться отсюда, – сказал Раген. – Ничего тяжёлого. Только еду и одежду. Если нам придётся уходить, то мы должны преодолеть расстояние до форта за один день.

– Ночь, – пробормотал Амон.

– Это не самое худшее. – Раген соскользнул с лошади и достал карту из своей седельной сумки, разворачивая её так, чтобы Амон видел.

– Урожай едва пророс, – сказал Раген. – Это делает нашу работу легче. Нам понадобятся ваши пахари, чтобы нарисовать великую метку на ваших полях.

Амон наклонился, сильно прищурив глаза, а затем внезапно расширил их.
– Это же уничтожит половину урожая!

– Двадцать семь процентов, согласно нашим оценкам, – уточнил Дерек.

– Неужели, только двадцать семь? – Амон вскинул руки. – Ну тогда всё просто прекрасно, не так ли?

– Если мы не пожертвуем этими двадцатью семью процентами, то не останется никого, чтобы ими воспользоваться по назначению, Амон, – сказал Раген. – Я здесь не для того, чтобы выступать перед городским советом. У меня есть предписание от самого Юкора, что я могу использовать ваших людей, как угодно, чтобы укрепить город. Сделайте нам обоим одолжение и облегчи мне эту задачу, хорошо? Мы напрасно тратиим дневное время.

Амон посмотрел на Йона и колонну солдат.
– У нас не большой выбор, не так ли?

Равномерно расположенные меченые столбы в полях и садах создавали прекрасную сеткой, и метчики быстро подготовили по ним великую метку, направляя плуги харденцов. Охранники караванов Малькума следовали за ними, заполняя борозды порошкообразным известняком, белый цвет которого резко контрастировал с тёмной почвой. Они сделали всё, что могли, но Раген мог с уверенностью сказать, что их оценка потери урожая, была неоправданно низка.

В это же время, лейтенант Уорон и Горные Копья, рыли около внешнего ограждения, таким образом, они могли вести огонь из относительно безопасных позиций. Внутренняя стена была просто достаточно высока, чтобы с неё можно было вести огонь, если им придётся отступить.

***

Они работали три дня, каждую ночь ожидая, что демоны нанесут удар.

Они ждут новолуния, догадался Раген.

Третья ночь была началом цикла, и, когда солнце опустилось за горизонт, Раген и Йон поднялись на колокольню Святого Дома, чтобы взглянуть на их оборону. Великая метка была остра и чиста, впитав в себя невообразимую мощь, но хватит ли её?

– Я знаю, что ты чувствуешь, – проговорил Йон, наблюдая, как Раген вышагивает вперёд, назад.

– Думаешь? – Нервно спросил Раген. – Я не уверен, что сам знаю.

– Словно у тебя зуд, от которого ты не можешь избавиться, – сказал Йон. – Страх, и переполняющее тебя нетерпение, чтобы всё скорей началось.

– Немного, – признался Раген. – Но что, подземников вообще не заботит Харденс Гроув? Что, если они соберутся ударить по стенам Милна, пока мы здесь гоняемся за феями из глинянных горшков?

Йон пожал плечами.
– Этот разговор ничем тебе не поможет. Я понимаю, ты волнуешься, но люди смотрят на тебя, прямо сейчас.

Раген снова посмотрел вниз. Не на оборону города, а на мужчин и женщин, работающих там. Несколько пар глаз смотрели на него.

Он выпрямился, заставив себя выглядеть увереннее, чем он чувствовал на самом деле.
– Что бы сделал Арлен?

Йон усмехнулся.
– Сказал бы одну из своих речей о том, что все мы Избавители, или ещё какую-нибудь ерунду подобную этой.

– Ты не веришь в это? – Спросил Раген.

Йон снова пожал плечами.
– Г-н Тюк всегда был скромным лесорубом. Народ понимает это. Он любил говорить, что мы можем что-то изменить, потому что Создатель знает, что можем. Но существует только один Избавитель.

Последний лучик света ускользнул, и метки на шлеме Рагена активировались, а его глаза, заметили в меточном свете, как демоны начинают материализовываться.

– Я никогда не выступал с подобными речами. – Раген повернулся и направился к лестнице. – Каждый и так знает свою роль.

***

– Пригнитесь! – Закричал Раген.

Когда Горные Копья рассеялись, молодая ученца метчика нарисовала ударную метку, которая разрушила валун, прежде чем он успел ударить по великой метке, и повредить линию. Несколько защитников не уйти вовремя, и попали под ударную волну, получив увечья от обломков камней.

Раген ещё не видел, к чему привело действие молодой женщины, но она замерла, в ужасе уставившись намужчин, которых ранило её заклинание, слишком глубоко уйдя в себя, чтобы увидеть, как другой демон мчится к ней.

– Кара! – Раген поднял свой стилус, но её раздавили, прежде чем он успел нарисовать метку. Метчики всё лучше и лучше владели мастерством использования магии хора, но у них ещё не было боевого опыта.

Что-то врезалось в Рагена, выбив воздух из груди, и опрокидывая его наземь. В это же мгновение его обдуло ветром от пролетевшего мимо валуна.

Йон слез с него, с лёгкостью подняв Рагена в его стальной броне на ноги.
– Может лучше тебе покинуть линию фронта. Демоны приметили тебя.

Действительно, каждый раз, когда Раген показывался, подземники, казалось, фокусировались на нём. Они знали, что должны сосредоточить своё внимание на метчиках, но даже Дерек не привлекал столько внимания, сколько Раген. Он закутался в меченый плащ и медленно отступил, пока не добрался до барьера Кирина и его учеников, стоявших перед внутренней стеной.

Три великие метки, окружающие Харденс Гроув, были уничтожены, и каждая следующая была перед предыдущей. Демоны намеренно ослабили свою защиту, открыв широкую область атаки, вместо узких, хорошо защищаемых коридоров. Они не были готовы сделать полномасштабный рывок к стене, но всё же, защитники подвергались сильному давлению.

Горные Копья прекратили стрелять, оставив боеприпасы для защиты внутренней стены. Половина из них прикрепила штыки и присоединились к ближнему бою, в то время как остальные заняли позицию на стене.

Сотни харденцов последовали примеру воинов, и используя подручные инструменты, с выкрашенными на них боевыми метками, помогали добивать раненых подземников.

Обратная связь магии уже начала оказывать на них воздействие. Амон Гроув больше не облокачивался на свои грабли. Старик, размахнувшись, опрокинул наземь полевого демона даже легче, чем его младшие собратья, оказавшиеся в подобной ситуации. Метки на зубцах грабель, проникли в живот демона.

Младшие харденцы становились всё более самоуверенными, когда сила ночи заполнила их, вступая в активные схватки. Раген, возможно, мог назвать их храбрецами, но он знал, что это была смесь страха, адреналина и магии демонов. Смесь, которая могла убить людей, если они недостаточно сильны, чтобы справиться с ней.

Ударная волна магии обрушилась на группу защитников. Ни один не был серьезно ранен, но, когда они поднялись на ноги, некоторые из них замерли, а затем затем повернули оружие на своих товарищей. В основном это были Горные Копья, что стреляли в Вестников, сражавшихся верхом, но и обычные люди стали поворачивать свои грабли и мотыги на соседей, которых они знали всю свою жизнь.

Раген видел, что с жертв слетели головные уборы, который защищали их разум. Он осмотрел окрестности, но вокруг не было никаких признаков мозгового демона. От одного этого взгляда его голова закружилась … спутались мысли.

Он встряхнул голову, поднял свой стилус и нарисовал метку, вызвав ветер, направленный на порошкообразный известняк, который был выгреблен из, нынче не активной, великой метки. Ветер поднял облако пыли, и среди него просматривалась гуманоидная форма, размером не больше молодого мужчины, с выпуклой, конической головой.

– Мозговой демон! – Закричал он, и быстро нарисовал электрическую метку, активируя её таким количеством магии, сколько мог вместить его стилус.

Вспышка молнии обрушилась на демона. Мозговика отбросило на спину, выжигая область вокруг него. Дерек и трое других метчиков присоединились к атаке, но им помешал полевой демон, рванувшийся вперёд, и вырастающий с каждым шагом. Его чешуя утолщалась, превращаясь в твёрдый панцирь каменного демона, когда он встал над своим хозяином и принял на себя все атаки, дав ему время восстановиться.

– Сконцентрируйте огонь! – Закричал Раген.
Стрелы и арбалетные болты, воткнутые в спину мимика, делали его похожим на ежа. А пули Горных Копий вызвали паутину трещин в броне, замороженной морозными метками метчиков.

Раген опустошил резерв своего стилуса одним последним ударом, разбивая черепаший панцирь, которую сформировал мимик, но к этому времени было уже слишком поздно. Подле остатков тела мимика не было никакого признака его хозяина.

Мозговик сбежал с поля боя.

Изменение в поведении демонов было на лицо, их тактика вернулась к животной свирепости, возобладав над организованным нападением, как раз, когда их сопротивление Кирину и его ученикам ослабло.

Жонглёры увеличили темп игры, усиливая путаницу возникшую на поле боя, и Йон, Малькум, и Уорон, решили воспользоваться этим преимуществом, совершая короткие вылазки за пределы великой метки, оставляя после себя убитых или изувеченных демонов.

Это выкупило им немного времени, но этого было недостаточно. В ближайшее время мозговик придёт в себя, и вернётся к управлению рядами противника. Ещё час, и им придётся отступить, чтобы удерживать внутреннюю стену.

Дерек перехватил его, когда он миновал ворота.
– Я отослал метчиков, отдохнуть. Они уже слишком измотаны. – Он едва удержал свой стилус в дрожащих пальцах. – И мы тоже.

Раген кивнул. Он, тоже чувствовал боль, от слишком частого использования магии. Он вытащил свои часы. Ещё час и небо посветлеет, заставив мозговых демонов бежать. Два, и даже самые наглые демоны начнут рассеиваться.

– Удерживайте стену! – Закричал он, рисуя метку, чтобы его слова разошлись по всему городу, пока он мчался обратно на передовую. – Рассвет близок! Стойте за ваши дома, за ваши семьи, и тогда все мы увидим солнце!

– Скальный! – Закричал один из охранников. Раген взбежал вверх по лестнице на смотровую площадку, ловя взглядом скального демона, готовившегося к броску. Он поднял свой стилус, но волна головокружения настигла его, и метка смазалась. Камень врезался в ворота, согнув раму и вырывая одну из петель. Ворота оказались частично подвешены, смятые, с одной стороны.

Горные Копья открыли огонь, когда подземники рванулись в прореху между меток, но они не смогли бы долго удерживать проход.

– К воротам! – Закричал Раген. Он сунул стилус в карман под бронёй, и запрыгнул на Сумеречного Танцора, взяв в руки копьё и щит.

Кирин и его ученики направились к ним, но рвущихся демонов нельзя было удержать их музыкой. Они пробили ослабленные ворота, срывая оставшиеся петли под общим весом.

Вместо этого они переключились на другую мелодию, наполненную резкими, несогласованными нотами, которые сбивали демонов с толку, пока защитники перезаряжались.

Раген потерял счет времени, пока сражение продолжалось. В стене открылось ещё несколько брешей, и он перемещался на Сумеречном Танцоре от одной, до другой, сплачивая мужчин.

В небе начало светать, когда им уже пришлось покинуть стену, и отступить к городской площади, где метки всё ещё держались. Музыка жонглёров оказывала большее воздействие в небольшом пространстве, и демоны, бегущие между мечеными зданиями, были лёгкими целями.

Но затем каменный демон схватил кусок щебня, и бросил, попав Рагену прямо в грудь. Его броня выдержала удар, но он слетел со спины Сумеречного Танцора и почувствовал, как плечо вышло из сустава, от удара об землю

В его ушах стоял звон, когда он изо всех сил пытался подняться, опираясь на великого боевого коня, который защищал его. Но затем, сквозь всю какофонию звуков, он услышал звук, наиболее красивый, что он мог когда-либо себе вообразить.

Закукарекал петух.

Рассвет наступил.

***

Раген клацнул челюстью, дернувшись в руках Малькума и Дерека, когда Йон резко дёрнул и повернул, вправив плечо обратно в сустав.

Раген выплюнул ватную перчатку, чувствуя на языке масло, пот, кровь и ихор.
– Ночь, Йон! Когда ты успел выучиться тайнам травниц?

Йон пожал плечами.
– Никогда не учился. Дом, полный мальчиков, сам по себе заставит тебя узнать пару вещей об костях.

– Создатель, – застонал Раген.

– Тебе очень с ним повезло, – сказал Малькум. – Травница Харденс и её ученики сейчас немного заняты.

– Как скоро мы можем сможем отправиться в путь? – Спросил Раген. – У нас совсем нет лишнего времени.
Вестник, верхом, мог покинуть Харденс Гроув на рассвете и достигнуть Милна к обеду, но харденцы были истощены, разбиты, и в основном пешие. Им повезёт, если они успеют добраться до города к сумеркам.

– Мы грузим раненых на повозки, – сказал Малькум. – Уверен, что сможешь ехать?

Раген кивнул.
– Я справлюсь.

– Настоящий мужик, – сказал Малькум. – Твой чудовищный жеребец выглядит сильным, как всегда. Если ты примешь жёсткий темп, ты можешь успеть …

– Нет, – сказал Раген. – Я не оставлю этих людей на дороге. Сумеречный Танцор не единственный жеребец, способный восстанавливать сили от убийства демнов, мечеными копытами. Скажи паре вестников скакать вверх по дороге галопом. Один к герцогу, другой к Элиссе. Скажи им, что мы покидаем Харденс Гроув.

***

Раген возглавил потрёпанную процессию, плетущуюся по дороге, не взявшей с собой ничего, кроме воды и одежды на их телах. Позади них, город, который был их домом в течение нескольких поколений, лежал растоптанный, разрушенный, и горящий.

Дети, слишком молодые, и пожилые люди, слишком медленные, чтобы соответствовать общему темпу, цеплялись, где они могли, к тележкам, везущим раненых. Раген подталкивал народ идти так быстро, как они могли, но сумерки наступили до того момента, как они достигли города.

Стены Милна всё ещё стояли, но они были потрёпаны. Повсюду у основания были разбросаны обломки камня. Метчики свисали на страховочных ремнях со смотровых площадок, восстанавливая поврежденные метки. Воздух вонял подземниками, оставленными гореть на солнце.

Вдалеке Раген услышал Вечерний Звонок. Он обернулся к утомлённым беженцам.
– Ускорьте шаг. Они не станут держать ворота открытыми вечно, и не впустят внутрь тех, кто будет не за стенами города!

***

– Ворота закрываются! – Закричал страж, когда Раген въехал в город во главе харденцов.

– Если ты закроешь ворота прямо перед этими людьми, и то я сброшу тебя со стены! – Закричал на него Раген. Харденцы хлынули через ворота, но колонна утомлённых людей всё ещё тянулась по дорогк. Небо темнело с невероятной скоростью.

– Приказ Юкора, неограф, – оправдывался охранник.

Раген сплюнул. Самые медленное и уязвимые плелись в конце, но узкий проём, что оставили закрывающиеся ворота не давали ему помочь проскакать к ним на Сумеречном Скакуне. Он ненадолго забылся, попытавшись спешиться с коня, и его раненая рука взорвалась от боли, расслабив хватку.

Йон поймал его в свою гигантскую руку.
– Полегче.

– Отправьте харденцев в моё поместье, – сказал он Дереку и Йону. – Там не слишком много место, но этого хватит, чтобы укрыть их на ночь. Утром мы разберёмся с остальным.

– Куда направишься ты? – Взволнованно спросил Йон.

– Вернусь, чтобы помочь отставшим, – сказал Раген.

– И много ты сделаешь, с такой-то рукой?

– Возможно, не очень, – признал Раген, – но увидев, что Рассветный неограф снаружи, может быть охранники дважды подумают, прежде чем закрывать ворота прямо у людей перед лицом.

Раген пробился через толпу, к воротам. Охранники попытались преградить ему дорогу, но Йон подошёл к нему, отпихивая их в сторону, словно детей.

Снаружи, среди харденцов, росла паника. Воины, что ехали верхом, Вестники Малькума, Метчики Дерека и Горные Копья Уорона ехали первыми, везя с собой столько женщин и детей, сколько могли. Повозки, разработанные специально для длительного путешествия, и сильно перегруженные, передвигались ползком. Одна бедная кобыла, в одиночку тащившая телегу, полную раненых, рухнула наземь.

Йон осторожно разрезал ремни, освобождая её от тележки, и не пожалев времени, милостиво опустил топор на голову бедного зверя. Затем, он обернул ремни вокруг своей груди, и сам начал тянуть повозку.

Раген двигался вдоль линии, поторапливая людей, и упрашивая их идти, как можно быстрее. Дальше по дороге лежал старик с седой бородой, со склонившимся около него мальчиком, который умолял его подняться.

– Иди дальше, – сказал мужчина мальчику. – Разыщи свою мать и сестёр внутри.

– Так не пойдет, седобородый, – сказал Раген. – Мы никого не бросим тут.

– Я подвернул лодыжку, – сказал старик. – Пожалуйста, я прошу, забери моего внука внутрь.

Раген нахмурился, взглянув на мальчика. Он подумал, сможет ли он нести его, и одновременно поддерживать старика. Раген присел на корточки, немного сместив голос, подражая акценту харденцов.
– Запрыгивай ко мне на спину, мальчик. Словно белка, быстрее.

– Я не уйду без тебя, дедушка! – Заревел мальчик.

– Я тоже, но мы сможем добраться до города вместе, только если ты поторопишься, и послушаешь меня! – Рявкнул Раген. Мальчик подскочил, и запрыгнул к нему на спину. Раген взял здоровой рукой старика подмышку.

– Не думай, что я … – начал седобородый.

– Закрой рот и вставай, – прервал его Раген тем же самым тоном, что он использовал на мальчике. Это так же хорошо сработало со стариком, и кряхтя, Раген встал, поднимая их обоих.

– Ай! – Вскрикнул старик, вздрагивая с каждым шагом.

– Упадёшь в обморок, когда мы будем внутри, – сказал Раген.
Другие мчались к ним на помощь, но солнце уже зашло за горизонт. И в любой момент, демоны могли появиться. Он взглянул на ворота, но его люди, даже Уорон и Горные Копья, заблокировали их, сохраняя открытыми, пока последний человек не прохромал через них.

Неподалёку, с земли начал куриться туман, постепенно принимая форму.
– Быстрее! – Закричал Раген, чистый ужас, придал новую силу его ослабшим конечностям. Он рванулся, неуклюжим движением, почти таща мужчину на себе, пока Кэл, и Нона Лесорубы не достигли его. Кэл снял мальчика со спины, а Нона забросила старика себе на плечо, словно это был мешок яблок.

Охранники на стенах трубили в рог, и изо всех сил пытались закрыть ворота. Раген бросил взгляд назад, пока бежал, небольшие подземники уже полностью сформировались, став полевым и огненным демонами, рванувшись к воротам. Он потянул стилус из потайного кармана под бронёй, и замедлил бег достаточно сильно, чтобы нарисовать быструю серию меток в воздухе.

Это была его не первая ночь, но магия, словно кипящей водой обожгла его кожу. Он скрипнул зубами, и впитал достаточно магии, чтобы активировать метки, понимая, что от этого зависят их жизни.

Демоны врезались в барьер, словно в кирпичную стену. Он не продержится долго, но это выкупит достаточно времени, чтобы дать последнему харденцу пройти через ворота, и захлопнуть ворота позади них.

Раген послал остальных вперёд, и поднялся на стену с Уороном, Гэймсом, и Йоном. Вид, открывавшийся сверху, был мрачным. Каменные демоны уже полностью сформировались, и бродили в поисках камней, достаточно больших для броска. Метки усилили каменные стены, но их сила была не безгранична. Достаточно плотная атака разрушит эту защиту.

Но горные копья не дали им шанса. Приблизившись на расстояние для броска, они попадали в радиус атаки тяжёлых пушек, размещённых на стене. Железные пушечные ядра были усилены метками, и Раген следил взглядом, как одно из них ударило в грудь каменному демону, и опрокинуло его на спину. Существо всё ещё пылало в меточном свете, но его аура уже умерла.

Раген посмотрел на запасы боеприпасов. Груды были не очень высоки, и многие из снарядов были разбиты и обожжены, очевидно, что их подобрали, и подлатали после прошлой ночи.

Другой скальный демон занёс руку, чтобы метнуть, но расчет пушек, поспешно прицелился, и выстрелил, промахнувшись. Раген подождал, пока демон не достигнет середины броска, а затем осторожно нарисовал ударную метку, приводя её в действие, как раз, чтобы выбить камень из его лапы. Однако, отдача встряхнула его, словно от удара в живот.

Демон споткнулся, а затем перевернулся, пытаясь восстановить равновесие, и давая орудийной команде достаточно времени, чтобы прицелиться, и отправить двенадцать фунтов меченого железа ему в спину.

Тем не менее демонов становилось всё больше. Они материализовались в таком количестве, что затмевало даже тех, что были посланы уничтожить Харденс Гроув. Раген повернулся к Йону.
– Нам нужно вернуться в поместье.

Сумеречный Танцор и гигантский мустанг Йона легко догнали беженцев. Подземники не могли материализоваться через обработанный камень, а метки на крышах формировали довольно эффективную сеть против ветряных демонов. Они должны были быть в безопасности на мощеных улицах, но звук рога начал звучать со всех сторон.

– Что происходит? – Спросил Йон.

– Демоны проникли в город, – сказал Раген.

– Как это могло произойти? – Спросил Гэймс. – Мы же только что были на стене, и она держалась.

– Я не знаю, – сказал Раген, – но держи своих людей наготове.

Уорон кивнул, выкрикивая команды. Его люди были так же истощены, как и харденцы, и у них кончились боеприпасы. Если им придётся сражаться, то в ход пойдут штыки и мышцы.

Звук рога звучал всё чаще, вспышки света появлялись тут и там, когда демоны начали проверять метки отдельных домов и зданий.

– Что во имя темноты ночи … – Раген не успел закончить предложение, как улица перед ними обрушилась вниз. Харденцы и солдаты падали вниз, вместе с булыжниками и грязью. Раген, Йон и Уорон остановились, как раз вовремя, чтобы избежать ловушки.

Орда подземников роилась внутри ямы, ловя падающих на них несчастных людей, и разрывая их на куски.

– Они в старой канализационной системе! – Закричал Раген.

– Разве они не запечатаны и защищены? – Спросил Уорон.

– Да, – подтвердил Раген. – После последнего раза демоны уже пробовали провернуть эту уловку. Или Юкор поскупился на обслуживание, или же мозговые демоны нашли способ обойти оборону.

Дерек и Малькум стояли по ту сторону разлома, с большой частью беженцев.
– Продолжайте двигаться! – Крикнул Раген. – Мы вас нагоним!

Демоны начали карабкаться по стенам воронки, и Раген сильно натянул поводья Танцора, напрвившись в другой переулок, чтобы обойти разлом, и встретиться с группой Дерека. На следующей улице так же образовалась яма, и подземники лились из неё рекой.

Раген обернул уздечку вокруг запястья его травмированной руки, позволив Танцору реагировать на движение его ног. Он вытащил свой стилус и нарисовал метку, создавая временную печать на верхней части воронки. Это усилие нагнало на него дремоту, но он пнул Сумеречного Танцора, и жеребец прыгнул вперёд, растоптав пару полевых демонов по пути, своими мечеными копытами.

Демоны пытались нарушить опеку на отдельных зданиях, но гильдия Рагена сделала их работу хорошо. Без горных и деревянных демонов — слишком большой, чтобы войти через коллекторы — чтобы разбить через стены и двери, были загнаны в угол меньшие демоны.

Это не принесло особого облегчения, поскольку подземники быстро поняли тщетность своих попыток, и последовали за более легкой добычей, беженцами, бегущими к холму, на котором, молился Раген, стены его дома всё ещё были в безопасности.

По крайней мере, пока не было признаков мозгового демона. Подземники охотились с животным безумием, не холодным расчетом. Принцы-демоны, казалось, не желали рисковать своими шкурами понапрасну в то время, как большая часть обороноспособности города осталась неповрежденной.

Появился отряд Горных Копий, стреляющий из своего огненного оружия шахматными очередями, чтобы дать другим время перезарядиться. Их обычные пули проходили сквозь демонов, убив некоторых, но большинству причиняя не больше, чем обычное беспокойство, а не ранение. Эти люди не были испытаны боем против подземников, как стрелки Уорона. Они впустую потратили выстрелы попадая в нежизненноважные области, и несколько раз даже задевали беженцев своим беспорядочным огнём.

– Цельтесь в голову и грудь! – Кричал Уорон. Он дал сигнал своим людям, чтобы те добивали раненых демонов своими штыками, прежде чем их раны успеют зажить, и они поднимутся снова.

Но огненное оружие приводило подземников в бешенство, и Горные Копья не были готовы к подобной дикости. На солдатах были новые шлема, но из-за огненного оружия, они носили устаревшую броню. Их иссиня серая униформа обагрилась кровью.

Полевые и огненные демоны разбегались по стенам, плевались огнём, и прыгали на солдат, оказываясь прямо посреди них. У мужчин не было времени прикрепить штыки штыки, и они начали кричать, когда демоны рвали их плоть когтями и зубами. Одному человеку оторвали ногу, другого подожгли, сильный жар демонического огня заставил боеприпасы в его карманах сдетонировать. Его разорвало на части, разбросав ошмётки по земле, но хотя огненный демон всего лишь стряхнул с себя остатки и встал на ноги, солдат этого сделать не мог.

Раген выбрал момент, чтобы нарисовать водную метку, и запустить её в демона. От магии его голова закружилась, а желудок скрутило, но это стоило боли, когда чешуя демона зашипела и начала парить, пока магия вытягивала воду из окружающего воздуха. Раген пнул своего коня, уезжая прочь, когда демон начал корчиться и вопить.

Он мчался по улицам, возвращаясь к маршруту, которым Дерек вёл беженцев. Они разыскали конных Вестников, и вместе повели людей, по самой разрушенной улице. Кирин укрыл их своим музыкальным щитом, как мог. Многие из смежных зданий были повреждены, и демоны в полной мере воспользовались ослабленными метками.

Мужчина и женщина с криком выбежали с одного из зданий, и у каждого был младенец на руках. У них по пятам бежала группа полевых демонов.

– Йон! – Закричал Раген.

– Понял! – Крикнул Йон, пиная своего коня. Кэл и Лари, направились за ним, и эти трое лесорубов начали рубить демонов, дав семье время присоединиться к беженцам.

И это продолжалось до тех пор, пока стены поместья Рагена наконец то не появились в поле зрения. Демоны цеплялись за стены, но сила меток отбрасывала их назад снова и снова. Даже с самого конца колонны, Раген видел Элиссу на смотровой площадке, ярко пылающую магией, когда она рисовала яркие серебрянные метки своим стилусом, разбивая ряды подземников, и расчищая для них дорогу.

Ворота открылись, и слуги Рагена, вышли наружу с длинными мечеными копьями. Они удерживали оборону, отгоняя демонов ударами копий, чтобы дать беженцам возможность проникнуть во внутренний двор.

Харденцы, Вестники, Метчики и солдаты заполнили почти каждый дюйм пространства за стенами, но, когда ворота с лязгом закрылись позади них, они наконец были в безопасности.

Раген позволил себе свалиться с коня.

***

– Они всё ещё прибывают! – Кричал один из охранников со стены.

Раген пытался стряхнуть с себя навалившуся темноту, и подняться, но Элисса, рисуя метку, лечившую его руку, толкнула его обратно.

– Не трать на меня столько времени, Лисс, – сказал Раген. – У меня есть …

– Ты должен отдохнуть, иначе от тебя не будет никакой пользы.

Как он ни хотел этого признавать, но Элисса была права. Двор вращался у него перед глазами, а мышцы горели от слишком частого использования магии. Однако, Раген всё равно пытался сопротивляться.
– Метки не смогут продержаться против такого количество. Если они подкопают улицу снаружи …

Элисса тяжело толкнула его вниз. Она была полна магии, и обращалась с ним словно с ребёнком.
– Я с этим разберусь.

Она позвала Маргрит.
– Простыни. Все. Чем белее, тем лучше.

Маргрит не стала подвергать сомнению этот странный запрос, хотя Раген не мог понять, для чего они ей могут понадобиться.

Элисса нарисовала звуковую метку своим стилусом, стократно усиливая свой голос.
– Все присутствующие, взгляните себе под ноги! Встаньте на выведенные линии на земле! Если вы в закрашенном разделе, то задерите руки в воздух! В противном случае сядьте на землю!

Из-за испытанного ужаса, люди не стали подвергать сомнению её приказы, и быстро встали на закрашенные булыжники, формируя великую метку. Элисса и метчики переместились во двор, расталкивая, и пододвигая людей к правильным позициям.

Метка уже начала мерцать, когда слуги принесли из дома белые простыни.

– Те, кто стоит, возьмите простыни, и задержите их над головой! – Кричала Элисса.

После этого, великая метка быстро вспыхнула, впитывая окружающую энергию и зажигая ауры людей вдоль линий. Усталость махом слетела с их лиц, и они выпрямились, увеличивая резкость линии.

Снаружи, демоны взвыли, когда магия загорелась, а затем были отброшены барьером, пока наконец не не убежали в город в поисках более лёгкой добычи.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/73142/409784

Переводчики: ComradCat