Готовый перевод 雲のむこう、約束の場所 / Земля обетованная по ту сторону облаков: Глава о лете (часть 2)

Даже сейчас в глубине сердца у меня есть небольшая обида на Саюри.

Очевидным было то, что с приходом Саюри, наши отношения с Такуей стали довольно деликатными.

Я жил в посёлке Миммая города Сотогахама неподалёку от знаменитого упоминанием в легенде о Ёсицунэ храма Гикейдзи.

И хотя Такуя жил в десяти минутах ходьбы от моего дома, вплоть до средней школы мы были совсем незнакомы.

Дело было в том, что между нашими домами проходила граница школьных округов, поэтому нас определили в разные начальные школы.

Я ходил в начальную школу Миммая, а Такуя в начальную школу Имабецу.

Оттого нас нельзя было назвать друзьями детства.

Да и знакомы мы были лишь три класса средней школы.

И всё же, что сейчас, что тогда Такуя был и остаётся особенным для меня другом.

Перейдя в среднюю школу, мы оказались в одном классе. Так мы и познакомились.

В день вступительной церемонии каждый в классе кратко представил себя. По какой-то причине я совсем не запомнил, что говорил о себе Такуя.

Но я помнил, что причиной нашего знакомства явились самолёты.

Именно они в конце концов и сблизили нас.

Это было незадолго до начала летних каникул в июне.

Постоянная смена одних предметов другими успела изрядно наскучить мне, и оттого я раскрыл под партой авиационный журнал.

Внезапно я почувствовал как сзади что-то ударилось мне об голову.

"Чего тебе?",

- подумал я, повершувшись к своему соседу сзади, который уже было собирался запустить в меня ещё один кусочек ластика.

Увидев, что я развернулся к нему, нарушитель спокойствия остановился и многозначительно мне улыбнулся.

Я был очень удивлён, узнав в нём Ширакаву Такую.

Особо не выделяясь в толпе, он успел быстро стать звездой нашего класса вскоре после вступительной церемонии.

Таков был Ширакава Такуя.

С первых дней он спокойно завоевал популярность среди одноклассниц за счёт своей привлекательной внешности.

Помимо этого стоило вступительной церемонии отойти в прошлое и все начали подмечать зрелость Такуи.

Вокруг него словно была аура, притягивающая людей.

Он преуспевал и в спорте, и в учёбе.

Ходили даже слухи будто и вступительные*, и промежуточные экзамены Такуя сдал лучше всех в школе.

Позже я выяснил у самого Такуи, что это действительно было так.

"Неужели, в мире и правда существуют люди, которым подсильно всё?", -

удивлённо думал я, испытывая при этом неподдельное уважение к Такуе.

А он действительно был именно таким человеком.

Я же, как ни крути, не относился к числу людей, которым всё было по плечу.

И хотя у меня была увереность в себе, но как говорится "чёрного кобеля не отмоешь добела". Другими словами, было много вещей, которые мне не давались.

Поэтому, несмотря на нашу близость, мне казалось, что я и Такуя находимся на совершенно разных уровнях, и оттого не было никакого желания пытаться делать сравнения между нами.

Такуя совершенно внезапно ворвался в мой мир,

и я понятия не имел почему.

Как только урок закончился, Такуя тут же встал со стула и подошёл ко мне.

"Это ведь самолёты? Можно посмотреть?", - сказал он, указывая на выглядывающий краешек журнала.

Промычав что-то в ответ, я взял массивный сшитый втачку журнал и передал его Такуе.

Продолжая стоять, он держал журнал в одной руке, аккуратно, но ловко переворачивая страницу за страницей.

Всё же, чем бы ни занимался Такуя, он всегда выглядел безупречно.

"Мне очень нравятся самолёты с крыльями обратной стреловидности", - сказал он, -

"Возможно, наблюдение за ними весьма банальное хобби,

но в нём есть какое-то особое удовольствии и некий элемент непредсказуемости что ли".

"Я тебя понимаю. Вот!", - ответил я, -

"Например, F-FSW. Когда вижу его на фотографиях, ловлю себя на мысли, что он совсем не похож на привычный мне F-16, но это чувство отчего-то такое приятное".

"Точно, точно. Мне, например, кажется довольно интересным дизайн у Су-47".

"И у Thunderbird 2".

"Да, он невероятно крут!", - ответил мне с улыбкой Такуя.

Его улыбка была наполнена доброжелательностью.

"А что ты думаешь о YF-22 и YF-23?"

Это были два истребителя, представленные на конкурсе по созданию истребителя нового поколения.

"Ну, мне по душе 23", - ответил я.

"Нравится V-образное оперение?"

"Точно! Как ты угадал?"

"Меня оно тоже привлекает".

Мы непременно подружимся.

В тот момент я уже окончательно убедился в этом.

Такуя вновь заговорил:

"Тебе похоже весьма нравятся самолёты".

Я ответил:

"Дома я строю модели самолётов. Пусть это всего лишь модели, но летают они хорошо".

"Да ладно?! Не шутишь?"

Такую сильно удивила моя фраза.

"Чего ж ты молчал?! Не против, если я сегодня же загляну их посмотреть?" -

резко наклонился ко мне Такуя, буквально лишив меня дара речи.

"Сегодня же... Но ведь у нас у обоих клубные занятия".

"Пропустим", - молниеносно ответил Такуя, -

"Никуда они не денутся, а вот желание посмотреть твои модели будет уже не тем. Признаться, не люблю это в себе. Так что как занятия закончатся, сразу отправляемся к тебе".

В итоге вместо того, чтобы пойти на занятия по стрельбе из лука, на которые я только успел записаться, мы с Такуей отправились ко мне домой. Его слова о мимолётности желаний произвели на меня неожиданно глубокое впечатление.

В этом плане мы были похожи.

Если мне что-то приходило в голову, я не мог найти себе покоя, если сразу же не претворял это в жизнь.

Тратить время на совершенствование идей было не про меня.

Я не мог успокоиться, если сразу не делал того, на что был настроен, и оттого вещи вроде еды, сна и домашней работы всегда отходили на второй план.

И хотя это оказывало определённое пагубное влияние, я не считал нужным менять свой темперамент.

Стоило мне только с дребезгом приподнять ворота гаража, находившегося на краю моего двора и больше напоминающего потрёпанный сарай, как глаза Такуи округлились и он произнёс: "Обалдеть!".

"Это по-настоящему невероятно!"

"Ты так считаешь?"

Думаю в тот момент я немного покраснел.

"Но по правде здесь вовсе не всё построено мной". Изначально гараж использовал мой дядя,

старший брат моего отца.

И хотя мы ни разу не встречались, я чувствовал к нему сильную близость.

Он как и я увлекался самолётами.

Дядя служил в воздушных силах самообороны Японии. В 73 году во время неразберихи, последующей за разделом Японии, он бесследно пропал.

Всё это произошло ещё до моего рождения.

Если он сейчас жив, то должно быть находится где-то в Союзе.

Из-за того, что дядя пропал, дом достался моему папе.

К тому моменту гараж уже был заполнен его сегодняшним содержимым.

Он был плотно набит моделями самых разных самолётов и запчастями к ним наподобие пультов и ручек управления, пропеллеров, лобовых стёкол, а также чертежами и самодельными деталями.

В гараже даже были токарный и сверлильный станки и пресс.

Оттого для меня это место было настоящей сокровищницей.

Я был единственный ребёнком в семье, а отец не испытывал особого интереса к самолётам, отчего мне удалось буквально заграбастать данное наследство себе.

В детстве я постоянно приходил играть именно в гараж.

Для меня он был словно моей комнатой.

Я проводил там практически всё своё время за исключением дней, когда сквозняк был настолько невыносим, что там невозможно было находиться.

И всё же там я мог воссоединиться с дядиной коллекцией.

Моё увлечение самолётами началось ещё до того, как я поступил в первый класс.

В школе же я постоянно был занят тем, что мастерил самолёты, вне зависимости от того был я на уроке труда или нет.

Иногда это были бумажные самолётики, иногда резиномоторные, а иногда самолётики, собранные из нескольких птичьих перьев.

Все законченные модели я либо выставлял на полке, либо пытался запустить.

Затем я перешёл к покупке и сборке радиоуправляемых моделей, а некоторое время спустя начал делать для них уникальные фюзеляжи, оставляя на месте лишь двигатели.

Они там были установлены не электрические, а мощные четырёхтактные ДВС.

Всё это было в прошлом году. На тот момент я был в 6 классе.

"И ты всё это собрал сам?.. Просто невероятно!".

Покраснев, Такуя зашёл внутрь и стал жадно рассматривать всё вокруг.

Его выражение лица было как у ребёнка в игрушечном магазине.

А ещё точнее как у меня, стоило мне оказаться в магазине авиамоделей.

Это было весьма необычное зрелище.

Обычно Такуя вёл себя по-взрослому спокойно,

и раньше я всегда считал его человеком невозмутимым, несуетливым и полным просветления подобно Будде.

Оттого эта новая сторона Такуи изрядно удивила меня и одновременно заставила почувствовать к нему невероятную симпатию.

Хотя нет, симпатия это не то слово.

В тот момент я безнадёжно влюбился в Такую.

Он же спокойно разгуливал по гаражу, и, показывая на разные модели, спрашивал меня о них.

На что я, естественно, с охотой отвечал,

рассказывая о том, когда была построена та или иная модель, о чём я думал, собирая их и каких трудов мне это стоило.

Ну или, например, сколько месяцев у меня уходило на постройку некоторых моделей и как я доставал для них детали.

Мне безумно хотелось рассказать кому-нибудь о построенных мною моделях, и ещё больше найти человека, который смог бы по достоинству оценить их.

Наконец я достал сконструированный в прошлом году радиоуправляемый самолёт. Вручив Такуе пульт управления, я вынес самолёт на просёлочную дорогу, после чего мы запустили его.

Вокруг нашего дома не было ничего кроме раскиданных частных домом, отчего там было удобно запускать авиамодели.

Как только самолёт поднялся в воздух, мы с Такуей одновременно радостно закричали.

При запуске моделей у меня возникал невероятный эмоциональный подъём, состояние, к которому я вряд ли смогу когда-нибудь привыкнуть.

Каждый раз тело наполняла дрожь.

То как твоё творение, жёсткая пара крыльев вздымается в воздух.

Каждый раз запуская модели в воздух и наблюдая за ними, я испытывал необычные чувства.

К спине подкатывало возбуждение.

Без особых объяснения Такуя быстро разобрался в управлении и свободно повелевал парящим самолётом.

С небес до нас доносился пронзительный звук его жужжащего двигателя.

Самолёт, который можно было удержать двумя руками, то взлетал высоко в небо, то переходил в бреющий полёт, нежно маневрируя меж оранжевых облаков.

Помимо этого в тот день можно было хорошо различить виднеющуюся с острова Эдзо башню.

Стоило Такуе направить самолёт на север, как сложилось впечатление, что тот пытается обвиться вокруг башни, уверенно поворачивая вокруг её силуэта.

Приподняв взгляд, я сделал глоток свежего воздуха и почувствовал как круглое словно линза небо начало стремительно овладевать моим сердцем.

"Работаешь сейчас над чем-нибудь? Что дальше планируешь построить?",

- спросил Такуя, присев на стул перед кульманом в гараже.

На что я, будучи занятым пультом управления, расплывчато произнёс в ответ: "Ага...".

"Я пока что занят разработкой и не приступил к сборке.

В голове крутится пара непростых идей.

Но как конкретно их воплотить не знаю, так что особых надежд на их реализацию нет".

"Секретные разработки?".

"Не секретные..."

Я немного постеснялся продолжить фразу.

"По правде я хочу изменить авиастроение".

"Изменить? Как в случае с F-14?"

"А, да. Это бы тоже было здорово...", - сделал паузу я, думая, что мои дальнейшие слова лишь рассмешат Такую, но затем набрался смелости и разом произнёс:

"Я бы хотел построить необычный самолёт, похожий на X-крыл из "Звёздных Войн".

Такуя не засмеялся, но было видно, что он был удивлён.

"Думаешь полетит?"

"Я же говорю "похожий".

Если просто скопировать его, понятно, что не полетит.

Я не это имел в виду... Как бы получше выразиться.

Я хотел сказать, что было бы круто, если бы мой самолёт мог изменять форму прямо в воздухе".

"Вот как..."

"Да вот только с аэродинамической точки зрения это мало возможно. Но у меня есть кое-какие идеи".

Я положил обратно на полку пульт управления и, подойдя к Такуе, взял в руке оставленную на кульмане тетрадь.

В ней я зарисовывал идеи, приходящие мне в голову.

Перелистнув пару страниц, я открыл место, относящееся к трансформирующемуся самолёту и затем показал его Такуе, развернув тетрадь на кульмане.

"У меня есть пару задумок насчёт концепции дизайна. Но основная проблема заключается в механизме управления. Как бы я не старался, получается слишком усложнёно. Таким мне его не построить".

"Слушай. Не против, если я воспользуюсь твоим карандашом?", -

произнёс Такуя после того, как пристально рассмотрел тетрадь, после чего достал из подставки B карандаш.

Найдя чистую страницу, он стал бегло что-то чертить на ней.

"Что ты там делаешь?"

"Пожалуйста, подожди немного".

Я попытался мельком глянуть, что именно рисовал Такуя в тетради, но заметив меня, он тут же прикрыл лист рукой.

Похоже, ему не особо нравилось, когда кто-нибудь наблюдал за процессом его работы.

"Что думаешь?"

Такуя развернул перед мной тетрадь, и я наконец смог увидеть, что именно он в ней чертил.

Моей следующей реакцией было изумление.

В тетрадке была нарисована система управления.

Поскольку Такуя начертил её спонтанно, некоторые детали отсутствовали и выполнена она была небрежно, но стоило мне прочитать оставленные им комментарии, как я понял, что его дизайн был одновременно весьма практичным и инновационным.

Его задумка заключалась в том, чтобы одновременно с изменением формы, система управления смещала центр тяжести, и таким образом выступала в качестве механизма стабилизации.

Дизайн Такуи был невероятно элегантен.

Какое-то время я просто молчал, после чего взглянул Такуе в глаза:

"... Если взяться всерьёз, это вполне возможно построить".

"Так и задумывалось", -

беспечно ответил Такуя.

Я был мягко говоря удивлён.

Будучи полностью уверенным в своих навыках авиа моделирования, я и подумать не мог, что может найтись взрослый человек, уже не говоря мой сверстник, который сможет сравниться со мной в этой области.

И вот нашёлся такой человек, кто смог в мгновение ока решить проблему, над которой я бился уже несколько месяцев.

"Да кто же ты такой?",

- наконец воскликнул я изумленно.

"Мой отец участвовал в проектировке схожего самолёта.

Поэтому я много научился у него и даже сам занимался резкой металла.

Не хочу хвастаться, но теперь соревнования вроде "Робокона" кажутся мне детскими играми".

"Обалдеть!", - в этот раз эти слова принадлежали мне, а не Такуе, -

"Ты что гений?.."

"Продолжай, продолжай. Похвалы мало не бывает", - лицо Такуи искривила тщеславная улыбка, и он засмеялся.

Какое-то время я ещё находился под впечатлением, но затем кое-что заметил и сказал: "Вот только...".

"Да, есть одно "но"".

У идеи Такуи был один недостаток,

который он естественно осознавал.

Я сделал глубокий вздох и сказал:

"Будет невозможно уместить такой сложный механизм в небольшую модель..."

"Ты прав".

Сборка предложенного Такуей механизма требовала высокой точности, которую нереально было достичь в масштабах модели.

"А вот с настоящим самолётом могло бы получиться..."

, - непроизвольно произнёс я и тут же вздрогнул.

"Точно. Если собирать такое, то лучше в натуральную величину. Тогда можно будет вмонтировать компьютер и использовать его как элемент управления", -

сказал Такуя как само собой разумеющееся.

Настоящий самолёт...

Меня поразило осознание того факта, что до сегодняшнего дня у меня ни разу не возникало мысли о постройке настоящего самолёта,

что было странно.

Однажды я построю настоящий самолёт...

Действительно. Ведь это вполне возможно.

Мысль об этом ещё никогда так не возбуждала и не пьянила меня.

"Слушай, я бы хотел кое-что обсудить с тобой", -

обратился ко мне Такуя. Я, встряхнув головой, посмотрел в его сторону:

"Да?".

"В конце летних каникул ведь будет школьный фестиваль? Может нам что-нибудь подготовить к нему?".

"Да, было бы неплохо".

Это была хорошая мысль.

Возможно, я немного устал от того, что всё планировал и делал в одиночку.

Я поинтересовался:

"Но что именно ты предлагаешь подготовить?".

"Ну", - Такуя многозначительно улыбнулся, -

"Как насчёт построить то, что нам ещё не приходилось?".

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/75941/480808

Переводчики: daniel1024