Готовый перевод James S. A. Corey - Tiamat's Wrath (The Expanse 8) / Джеймс Кори - Гнев Тиамат (Экспансия 8) | grassa_green, Kee, M0nt: Глава 42: Алекс (Kee)

Сценарий был важной частью плана, только вот Алексу он всё равно не нравился. Что ждёт их по ту сторону лаконианских врат? «Вихрь» мог затаиться прямо за кольцом и взрывать их по одному прямо по мере прохождения. По данным разведки линкор предпочитал держаться рядом с главной планетой, но кто его знает. Поскорее бы уже перейти.

В теории всё было здорово, но если вдуматься, объединенным силам пятидесяти трёх систем придется просочиться в медленную зону и перегруппироваться, прежде чем первый корабль сможет пройти в Лаконию, а потом нырять во вражеские врата по очереди и быстро, но так, чтобы не исчезнуть. План начинал немного нервировать.

– А здесь всегда так? – спросил Ян, их новый связист. Он родился и вырос на Фрихолде и за всю жизнь оказывался максимально близко к другой системе, только когда посещал «Станцию Дрейпер». – Каспар сказал, что раньше было иначе.

– Он прав, – подтвердил Алекс. – Было иначе.

Инопланетная станция в центре медленной зоны потемнела за прошедшие недели – остыла от солнечной белизны до угрожающего оранжевого оттенка. А оболочка пространства колец, обычно чёрная и безликая, всё ещё переливалась странными всполохами, которые, на контрасте со станцией, словно стали даже ярче.

– На связи «Освобождение», – донеслось из общего канала. – Завершили переход из Хамшалима.

– Принято, «Освобождение», – ответил Ян. – «Бенедикт», начинайте переход.

И через несколько секунд:

– Это «Бенедикт». Приняли, выдвигаемся.

Две сотни кораблей уже прошли. Как и «Роси», они стягивались к кольцу Лаконии. Остальные толпились снаружи своих врат, ожидая разрешения на переход. Чтобы не стать голландцем без контроля движения со стороны «Медины», им приходилось полагаться на сценарий Наоми, основанный на том, что несколько кораблей не должны переходить одновременно и на том, что поведение врат не изменилось.

Однако в медленной зоне теперь были и другие риски. Алекс помнил, как проходил вратами Солнечной системы впервые. Тогда пространство колец было местом тайн и ужасов, инопланетных артефактов и смерти. Позже оно стало казаться привычным и знакомым, прирученным за прошедшие годы. Но потом исчезла «Медина», и каждый раз, когда Алекс вспоминал, что здесь оказались возможны изменения, недоступные для понимания, эта едва зажившая рана снова начинала кровоточить. Руки сами тянулись к управлению, чтобы заставить корабль убраться из этого проклятого места как можно скорей. Он направлялся на битву с гораздо более сильным, но, по крайней мере, понятным врагом. Мысль о том, что путь к нему пролегает через пасть дракона, приводила его в нервное нетерпение.

Это было что-то сродни эгоизму. Но только если смотреть в ретроспективе.

– Это «Бенедикт». Завершили переход из Хамшалима.

– Понял вас, «Бенедикт», – подтвердил Ян. – «Чет Лам», можете проходить.

Алекс снова потянулся к управлению. Отпрянул.

– Нервничаешь? – спросил Ян, когда Алекс стал отстёгиваться от амортизатора.

– Пойду возьму чаю. Тебе принести?

– Не хочу, спасибо, – ответил Ян, и Алекс направился к лифту. Хотел бы он, чтобы корабль шёл под тягой. Не только для того, чтобы побыстрее убраться отсюда, но и потому, что в невесомости слишком легко передвигаться по кораблю. Прилагаемые усилия хоть отвлекли бы его от беспокойства. А так, словно чешется что-то, что не почесать.

На камбузе он вытащил ручной терминал. В исходящих осталось сообщение, помеченное, как черновик. Алекс зацепился одной рукой за поручень, ногу воткнул в уступ и задумался, медленно подбрасывая терминал, закручивая его в воздухе, как вертушку. Дисплей, считывая ориентацию, мерцал, пытаясь подстроиться. Через несколько секунд, Алекса начало раздражать и это. Он подхватил устройство и открыл сообщение. На экране появилось его собственное лицо. Из динамика раздался его голос.

– Кит. Я собираюсь сделать кое-что довольно рискованное. Может статься, я не вернусь. С тех пор, как я делал подобное в последний раз, я много думал о тебе. Я знаю, мы с твоей мамой не очень ладим, и, наверное, я был для тебя не таким хорошим отцом, каким мог быть...

Он остановил воспроизведение, долго смотрел на застывшую картинку, потом удалил без отправки. Может ли одно сообщение оправдать все принятые решения? Ничего нового он Киту не откроет. Если план Наоми сработает, Алекс вернётся и лично скажет всё, что должен. А если нет, возможно, Киту лучше вовсе не получать послания от своего мятежника-отца.

Мимо прошли Белинда и Джона, окружённые скрытым, но заметным всем вокруг сиянием людей, искренне наслаждающихся друг другом. Ну, у них впереди ещё долгие часы до того, как всё завертится. Алекс помнил время, когда и сам утешался подобными доводами. Они синхронно кивнули и Алекс кивнул в ответ, сделав вид, что ни о чём не подозревает. Лёгкий роман на корабле это даже благо, если не вредит делу. Холден с Наоми долгое время оставались негласным центром притяжения команды «Роси», хотя и стали причиной того, что с потерей Холдена всё развалилось на части.

Теперь остался только сам Алекс и Наоми, но они снова делали что-то опасное, почти как в старые времена.

Зазвонил ручной терминал. Наоми, легка на помине.

– Адмирал?

– Хватит и капитана.

– Ага, ладно. А то чувствовал себя не в своей тарелке.

– Так. Я собираюсь толкнуть речь.

– Речь?

– Громогласную, воодушевляющую войска адмиральскую речь.

– Забавненько, – засмеялся Алекс.

– Без шуток, всё серьезно, – одёрнула его Наоми безо всякой серьезности. – Ещё три транзита и флот будет в сборе. Я разослала всем кораблям групповые задания и подумала, что должна толкнуть речь для экипажа. Бобби же так делала?

Алекс задумался.

– Ну да, вроде того.

– А я так надеялась, что ты скажешь «нет».

– Мандражируешь?

– Настолько, что наверное предпочла бы, чтобы в меня стреляли.

– Ну, если всё пойдёт по плану, сможешь точнее определиться с предпочтениями. Успокоил?

– Вот даже не знаю.

– Ладно, сейчас подтянусь на своё место.

Алекс в последний раз глотнул из груши с чаем, выбросил остатки в переработчик и оттолкнулся, направляя себя к центральной лифтовой шахте и лётной палубе. Беспокойство уходило, уступало место чему-то новому, пока не имевшему названия. Возбуждению. Или страху.

Когда Алекс добрался до амортизатора, Ян уже закончил координировать движение. Парень казался мрачным: губы сжаты, кончики пальцев выплясывают на краю монитора, словно ищут, чем заняться. Алекс пристегнулся и показал ему большой палец, не подразумевая ничего конкретного, кроме общей эмоциональной поддержки.

На палубу вплыла Наоми. В черном комбинезоне, который выглядел как форма, хотя ею и не был. На тёмном фоне её пепельные волосы уже не выглядели старыми. Наоборот, это смотрелось круто: серьезное и сосредоточенное лицо, сильные и плавные движения. Она уселась в амортизатор, взывала на экран станции тактическую сводку, просмотрела представленные там данные. Её корабли. Её флот. Все глаза на летной палубе теперь устремились на неё. Она взглянула на Яна.

– Открыть внутреннюю трансляцию, – скомандовала она.

– Да, капитан.

Наоми кашлянула. Звук эхом пронёсся по кораблю.

– Говорит Наоми Нагата, – начала она. – Скоро мы совершим наш транзит в Лаконию. В самое сердце вражеской территории. Все мы видели, что «Буря» сделала с объединенным флотом внутренних планет. Я знаю – эта картина и сейчас стоит у вас перед глазами. У меня тоже.

– Но сегодня всё будет иначе. Мы не смогли остановить «Бурю», когда она вторглась в Солнечную систему…

«Но отоварили её чуть позже», – выкрикнул кто-то палубой или двумя ниже. В ответ раздались одобрительные смешки и гиканье, но Наоми проигнорировала их.

– Мы не станем пытаться остановить «Вихрь». Мы попытаемся его загнать. Как именно это будет происходить, зависит от того, что мы найдем за вратами. Точная тактика определится на месте. Но основная стратегия уже определена: мы разрушим строительные платформы –.тот инструмент, с помощью которого Дуарте создал «магнетары», эсминцы вроде «Шторма» и антивещество. Всему этому придёт конец, как и имперским амбициям Лаконии. Вот чем мы займёмся.

– Каждый корабль флота сыграет свою роль. Самая опасная миссия – атака на платформы. Если всё сложится, это сделаем мы. В нашу боевую группу войдут: «Шторм» из Фрихолда, «Кассий» из системы Сигурта, «Куинн» и «Многоликий Князь» из Хазы. Всего пять кораблей, но мы будем не одиноки. Каждая боевая группа, каждый корабль, каждый член каждого экипажа будет стоять за нашими спинами.

– Битва будет долгой. Она будет тяжелой. Но мы победим. Если хотите есть, ешьте сейчас. Нужно в гальюн, у вас пять минут. А потом мы выдвигаемся.

Под восторженные вопли одобрения она отключила канал. В невесомости нельзя величественно откинуться в амортизаторе, но Алекс был почти уверен, что если бы было можно, она бы так и сделала. Он активировал управление, выбрал уже загруженный профиль курса и набрал ей сообщение.

ОТЛИЧНО ВЫСТУПИЛА. ВСЁ КАК НАДО.

Сообщение всплыло на её мониторе. Она слегка улыбнулась и через несколько мгновений прислала ответ.

НЕНАВИЖУ ПУБЛИЧНЫЕ РЕЧИ. ПРОСТО НЕНАВИЖУ. В СЛЕДУЮЩИЙ РАЗ ТЫ БУДЕШЬ ВЫСТУПАТЬ.

ОБЕСПЕЧЬ МНЕ СЛЕДУЮЩИЙ РАЗ, – набил он. – И ВЫСТУПЛЮ.

Она не засмеялась, лишь слегка хихикнула. Но это уже была победа – заставить её настолько расслабиться. Странно было видеть её в роли Бобби и сознавать, что он, оказывается, считает это ролью Бобби, а не Холдена. Интересно, какие ещё изменения прошли мимо его внимания.

– Хорошо, – сказала Наоми достаточно громко, чтобы услышал экипаж палубы. – Время пришло. Алекс?

– Так точно, кэп, – отрапортовал Алекс. Он включил внутрикорабельное предупреждение об ускорении, выждал двадцать секунд, позволяя отстающим занять амортизаторы, и швырнул «Роси» вперёд. Под спиной прожался гель, принеся приятную прохладу, и он понял, что улыбается. На дисплее высветился путь к вратам, в голове снова всплыл вопрос, насколько плохо может оказаться на другой стороне, и, пока страх сгинуть в медленной зоне таял, страх перед переходом в Лаконию снова начал расти.

Позади вспыхнул факел привода другого корабля. «Шторм». А за ним «Куинн». И «Кассий». Они просчитали всё до секунды. Алекс ощутил укол и всплеск сока в жилах. Для него ускорение было тяжёлым, но для астеров – для Наоми – оно покажется адом.

Он следил за статусом привода, за маневровыми двигателями. Они переходили намного быстрее, чем обычно, и любая ошибка манёвра могла сбить их с курса и выбросить в пустоту за край медленной зоны. Он не знал, будет ли это достойной смертью, но выяснять не собирался.

Без слежения через телескоп тысяча километров диаметра кольца сжалась до пятнышка, остающегося на мониторе, пока они не пересекут его. Почти перед тем, как зарегистрировался переход, «Роси» стрельнул маневровыми двигателями. Амортизаторы даже не зашипели, они лязгнули, рванув вправо и резко вернувшись назад. Поле зрения Алекса немного затуманилось по краям, когда кровь в его мозгу взболтало инерционным сдвигом.

Первым делом враги. Радар «Роси» уже сканировал систему, телескопы высматривали шлейфы приводов, радиостанция искала транспондеры лаконианских кораблей. Пять отметок было обнаружено сразу, но идентифицировано, как корабли Транспортного Союза с законным бизнесом в системе. В Лаконии имелось не слишком много точек интереса: мир слишком новый, чтобы обзавестись таким же количеством человеческих станций, как в Солнечной системе. И всё же несколько уже было. На ледяной луне возле единственного газового гиганта располагалась научная станция. На каменистой планете, одной из внутренних, уже лет пять добывали титан. Ходили слухи, что Дуарте отдал одну из карликовых планет размером с Цереру под какой-то крупный художественный проект, который находился на стадии реализации. Первого настоящего врага «Роси» обнаружил почти на полпути к домашней планете империи. Пара эсминцев класса «Шторма» ускорялась в сторону врат. А ещё дальше, рядом с планетой, безошибочно угадывалась тепловая и энергетическая сигнатура линкора класса «магнетар».

Алекс с трудом подтянул пальцы к панели управления, встроенной в амортизатор, и напечатал:

ВРАТА НЕ ОХРАНЯЮТСЯ. ОНИ НАС НЕ ЖДУТ.

Через пару минут Наоми ответила.

ИЛИ НЕ МОГУТ ПРЕДСТАВИТЬ, ЧТО КТО-ТО ОКАЖЕТСЯ НАСТОЛЬКО ТУПЫМ.

Не будь так трудно дышать, он бы рассмеялся. От самых врат они шли на восьми g. Он испытывал перегрузки и потяжелее, но тогда он был моложе. «Шторм», «Куинн», «Кассий» и «Многоликий» шли позади, их общие траектории образовывали узкий веер. А из ворот в нормальное пространство вышел первый из линкоров класса «доннаджер» и лёг на вектор, отличный от их собственного. На модели Наоми медленно опускался уровень энергетического порога, показатели массы, энергии и безопасности. Когда цифры опустились до безопасных значений, прибыл второй линкор. Световая задержка от кольца до материнской планеты составляла почти три часа, а потому всё, что наблюдал «Роси», уже стало прошлым. Но ещё это значило, что на ближайшем лаконианском корабле узнают об их прибытии только часа через полтора, а в самой Лаконии – через три. Алекс не отключал тягу. К моменту, когда последует хоть какая-то реакция, их флот должен рассыпаться по всей системе настолько широко, насколько вообще возможно.

Если сравнивать с футболом, у Лаконии имелся вратарь мирового класса и пара профессиональных нападающих, а против них выступала команда Наоми, состоящая из четырёхсот учеников начальной школы, и трёх футбольных фанатов-беспредельщиков класса «доннаджер». Любое прямое столкновение стало бы победой Дуарте. Очевидно, лучше избегать таких столкновений, пока Наоми не решит, что они готовы.

Алекс переключился на изображение с телескопа и бросил взгляд на удаляющиеся врата. Они стали уже крошечными, но факелы проходящих кораблей, похожие на новорождённые звёзды, различались отчётливо. А дальше настоящие звёзды и широкий, красивый мазок галактического диска. Того же самого, более или менее, что и всегда.

Тремя часами позже вражеские эсминцы отключили приводы. Учитывая световую задержку, можно было предположить, что они обнаружили вторжение в своё пространство и среагировали, а Алекс сейчас видел свидетельство реакции. Он задавался вопросом, отключили ли они двигатели, как только увидели, что прошёл «Роси», или потребовалось несколько нежданных факелов, высветивших их врата, чтобы заставить их занервничать. Специально озаботившись, он мог бы даже произвести вычисления и узнать точный ответ на свой вопрос. Но и без подсчетов он знал, что известие об их появлении ещё не дошло до Дуарте и столицы Лаконии, хотя это произойдёт уже очень и очень скоро.

В соседнем амортизаторе хрюкнул Ян. На мгновение Алекс испугался, что ему стало плохо. Некоторые люди испытывали трудности при первом продолжительное ускорении с высоким g. Но следом пришло сообщение от Наоми.

СБРОСЬ ТЯГУ. ДЛЯ НАС ПЕРЕДАЧА.

Алекс сбросил тягу до половины g. Вокруг послышались всхлипы и вздохи облегчения. Он и сам всхлипнул немного.

– Кефилви, – скомандовала Наоми. – Запусти сообщение.

– Да, капитан, – ответил Ян. – Перекинуть на вашу станцию?

– Думаю, нам всем будет интересно.

На мониторах возникла женщина чуть старше самого Яна, с острыми чертами лица, бледными губами и одетая в синюю форму Лаконии. Она сморщила лоб скорее в смущении, чем в тревоге.

«Это капитан Кеннеди Ву с лаконианского эсминца «Пылевая Мгла» к неопознанному эсминцу с эскортом. Вы совершили несанкционированный и незапланированный переход в пространство Лаконии. Пожалуйста, немедленно отключите двигатели. Если вам нужна помощь…»

Кто-то позади Кеннеди тревожно вскрикнул. Алексу послышалось что-то вроде «это Шторм» или «там Шторм». В следующее мгновение смущение на лице лаконианского капитана сменилось страхом и гневом. Алекс попытался поставить себя на её место. Украденный корабль, уничтоживший гордость её флота, убивший бессмертного, теперь появился там, где ему не место. Алекс, не хуже Наоми понимавший, что все запасы антивещества истрачены на «Бурю», наблюдал, как посерело от страха лицо капитана Кеннеди, не знавшей этого.

«Внимание, «Грозовой Шторм». Немедленно отключите двигатели и передайте мне контроль. Любая попытка приблизиться к Лаконии будет рассматриваться как акт нападения и встретит незамедлительное и…»

Вскрикнул другой голос. На этот раз Алекс расслышал лучше. «Ещё корабли. Ох, какой здоровый.» Вероятно, они заметили переход одного из «доннаджеров». Капитан Кеннеди оглянулась назад, проверила что-то на другом мониторе и сообщение оборвалось.

– Ну, – сказал Алекс. – Теперь они нас заметили.

– Тяжёлый у Высокого Консула Дуарте намечается денёк, а? – высказался Ян.

Наоми вызвала тактический дисплей. Вся обширность системы Лакония свелась к кучке кораблей, входящих через врата, выглядевшей на экране маленьким жёлтым пятнышком.

– Приказы? – спросил Алекс.

– Первым делом они рванут к «Шторму», – сказала она. – На небольшой тяге подтяни нас к газовому гиганту. Организуйте мне луч связи с капитаном Селлерс на «Гарсиа и Васкес». Пусть выглядит так, что мы собираемся драться, а «Неве Авивим» пусть на всех парах облетает вокруг, словно мы задумали взять их в клещи. Как только эсминцы клюнут на это, мы всё изменим.

– Есть, – ответил Ян.

Там, позади, новый корабль прошёл во врата. Сотни факелов двигателей, выгибаясь мелкими или широкими кривыми, разлетались в разных направлениях, словно пыль на ветру.

Осада Лаконии началась.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/76221/434516

Переводчики: Kee