Готовый перевод The Wrong Side of Right / Оборотная сторона правды: 36

Глава 36
Пятница, 31 октября

Хэллоуин в старшей школе Пальметто

Или: Внимание! Внимание! Кейт Купер живёт в Южной Каролине!
4 ДНЯ ДО ВСЕОБЩИХ ВЫБОРОВ

Слава Богу, я решила не надевать в школу костюм на Хэллоуин, потому что утром 31 октября половина журналистов Южной Каролины узнали, где я скрывалась весь прошлый месяц.

Ещё подъезжая к парковке, я увидела толпу людей, притаившихся на школьной территории, чтобы не нарушать закон, но пройти от машины до кампуса я могла только мимо них. Я подумывала распушить волосы или надеть солнечные очки, несмотря на пасмурный день. Но, понимая, что обратного пути нет, я вскинула подбородок, проверила зубы в зеркале заднего вида и вышла из своего старого "Бьюика" с прямой спиной и дежурной улыбкой.

Я прошла половину их ряда, прежде чем они поняли, что я это я. Видимо, они не ожидали короткой стрижки. А затем меня оглушило звуковой волной: они повторяли моё имя снова и снова, выкрикивая разные вопросы. Я приветливо помахала, расфокусировав взгляд, и пошла дальше с бодрым видом, уж насколько получилось.

Прямо на границе школьной территории стояла шокированная Лили Хорнсби с крылышками, как у феи, поверх обычной одежды.

Я перестала улыбаться.
- Они нашли меня.

- И так всегда? - она глянула через моё плечо и закрыла лицо руками. - О господи, они и меня фоткают!

Она вся покраснела и пригнулась. Я не смогла сдержать смех.

- Смотри, тут всё просто, - сказала я, а затем обернулась и помахала фотографам. - Если они тебя нашли, просто улыбайся, маши и иди дальше. К этому привыкаешь, поверь мне.

Лили очень медленно развернулась. Её глаза были круглыми, как два блюдца. Также медленно она подняла руку и растянула губы.

- Улыбайся и маши, - повторила она, когда мы оказались в безопасности школьного холла. - Поняла.

• • •

Вечером, после завершения детьми обхода соседей со словами "сладость или гадость", я разговаривала с Пенни по телефону, доедая остатки сникерсов. А осталось много чего. Никто не подходил к нашей двери. Никто не мог прорваться через толпу журналистов вокруг нашего дома.

Как обычно, Пенни не стала ходить вокруг да около, а спросила в лоб:

- Тогда что ты там ещё делаешь?

Я пожала плечами.
- А где мне ещё быть?

- Дома. В Мэриленде.

Я положила в рот ещё один мини-батончик.
- Меня никто не приглашал.

- Ты же говорила, что Мэг звала тебя. Она записала тебя в ту шарагу.

- Фарнвелл. Это не такая уж шарага.

- Так почему ты не там?

- Отец меня не звал, - я вздохнула. - Ты не понимаешь, Пенни. Ты никогда не была ребёнком из неполной семьи, - она так долго молчала, что я поспешила добавить: - Не пойми меня неправильно, я рада, что у тебя полная семья. Тебе повезло. И хорошо, что ты не понимаешь, каково это.

Пенни ещё немного помолчала, прежде чем ответить:
- Ты помнишь Зака Бёргиса?

- Конечно, - ответила я, не понимая, к чему она его вспомнила. Зак был её парнем на протяжении года, пока не стал вести себя как полный придурок. Она лишилась с ним девственности летом перед моим отъездом.

- Через неделю после того, как я с ним рассталась, папа искал что-то в моей комнате и... нашёл пачку презервативов, - она резко сделала вдох, это для неё всё ещё тяжёлое воспоминание. - После этого папа не разговаривал со мной. Просто молча смотрел на меня, как будто я для него умерла. Избегал до самого ужина, на котором всё время пялился в тарелку или разговаривал с Эвой. И так каждый вечер. Я пыталась с ним поговорить, но он не шёл на контакт, и я ничего не могла с этим поделать.

Я была в шоке. Когда я была у них в гостях, мне показалось, что всё в порядке.

- В тот день, когда умерла твоя мама, - продолжала Пенни, и моё сердце сжалось. - Нам позвонили, и папа... Он вошёл в мою комнату, крепко меня обнял и застыл так надолго, что я запереживала. Он плакал... Оплакивал твою маму, конечно же, и сочувствовал тебе... Но мне кажется, что он плакал и из-за нас тоже. А затем постепенно всё вернулось в норму, - голос Пенни был напряжён. Я представляла, как она сжимает кулаки, чтобы сдержать слёзы. Она так часто делала в детстве. - К чему это я... Это всегда сложно. Отцы, дочери... Всем непросто. Это чистая правда. Но...

Я знала, что она собирается сказать, но закрыла глаза, потому что мне нужно было это услышать.

- Ничего не выйдет, если не пытаться.

Я улыбнулась, скучая по своей подруге как никогда.
- Когда ты стала такой мудрой, Пенни?

Пенни хотела застонать, но вместо этого рассмеялась.
- Заткнись.

Я выбежала в коридор и столкнулась с дядей, который шёл в спальню.
- Барри? В следующий раз, когда позвонит папа... Я поговорю с ним.

Барри кивнул с серьёзным видом, но когда он повернулся, чтобы пойти дальше, я мельком заметила, как приподнялись уголки его губ.

• • •

Тем вечером сенатор не звонил. Как и следующим. И через день.

Я смотрела новости и понимала почему. Последние выходные перед выборами. Он был везде и сразу, мелькал повсюду, стараясь завоевать больше голосов.

Он будет занят вплоть до самых выборов. И я не в обиде.

Звонки от Энди компенсировали отсутствие звонков от сенатора. Сын президента ездил на машине с надписью "Лоуренса на второй срок".

- Я уже никакой, Квинн. Если нужно будет помахать рукой ещё хоть раз, она отвалится. Честное слово. Займи мне место за столом. Я угоню вертолёт и прилечу к тебе.

Возвращаясь из школы домой в понедельник, я со смехом вспоминала отчаяние в голосе Энди прошлым вечером, но стоило мне свернуть на нашу улицу, как то, что я увидела через лобовое стекло, мигом стёрло улыбку с моего лица.

Вся улица была оцеплена. По обе стороны квартала стояли полицейские машины, перекрыв дорогу. Между ними я не заметила никаких фургончиков прессы. На секунду у меня мелькнула мысль, что это Тесс вызвала копов. Но затем я увидела машину, припаркованную у нашего дома, и агентов секретной службы в костюмах, расхаживающих по периметру и говоря что-то в наушник.

Я с воплем хлопнула рукой по приборной панели. Каким-то образом Энди Лоуренс совершил невозможное и выполнил своё обещание, приведя с собой и всю службу безопасности.

И в этот самый момент он позвонил мне на новенький, одобренный Барри мобильник. Видимо, чтобы узнать, где я. Я ответила на звонок.

- Эндрю Эйч Лоуренс, я должна отдать тебе должное! Это лучший розыгрыш в мире.

- Ого, спасибо! Мне выдадут грамоту?

После короткого взгляда через окно с водительской стороны, полиция пропустила меня на территорию. Я свернула к дому чересчур резко, тормоза завизжали, когда я взволнованно остановила машину.

- Ты в хорошем настроении, - отметил Энди. Его голос звучал озадаченно. Видимо, он ещё не заметил, что я подъехала.

- А ты будешь хвастаться этим до конца жизни, да? - я не подошла, а подлетела ко входной двери и повернула ручку.

Но в гостиной оказался не Энди. Другой человек поднялся из кресла, в его взгляде были страх, надежда, тоска, нерешительность, прямо как тогда в июне.

Из моего телефона всё ещё доносились звуки.
- Так, Квинн, я тебя сейчас удивлю, но... - голос Энди, казалось, потух. - Я понятия не имею, о чём ты говоришь.

- Слушай, я... - пробормотала в трубку. - Я перезвоню.

На этот раз сенатор был одет не в деловой костюм. На неё была футболка поло и бежевые штаны, в которых, казалось, ему было намного удобнее. Насколько вообще могло ему быть удобно при таких обстоятельствах.

- Привет, - сказал он.

- Я дам вам пару минут, - Барри вылетел из комнаты так быстро, что я едва заметила, как мелькнула его нога, перед тем как закрылась дверь.

А всё, что я смогла выдать, было тихое:
- Привет.

Сенатор сел обратно в кресло, а я напротив него - в жёсткое, выцветшее кресло, которое очень любила Тесс.

Он открыл рот и тут же его закрыт. Брови были сведены вместе. Я уже начала бояться, что это будет очередной бессмысленный разговор, как прозвучал его голос, низко и отчётливо:

- Мне не нравится, на какой ноте мы прекратили общение, Кейт, - он наклонился вперёд, упираясь локтями в колени. - Мне не нравится, что мы вообще прекратили общение.

Я молча опустила глаза в пол. Мой пульс подскочил. Чувство вины и желание протеста накрыли меня одновременно, поэтому я не доверяла своему языку.

Когда я подняла взгляд, его голубые глаза смотрели прямо на меня, ожидая, когда я посмотрю на него. И я увидела то, что скрывалось за ними. Нечто настоящее. Несмотря на то, что нас окружала толпа охранников, а дядя с тётей, скорее всего, подслушивали из соседней комнаты, этот разговор показался мне самым личным из всех, что у нас с ним были.

"Потому что это мой отец", - поняла я. Не кандидат в президенты. Человек.

- Эллиот покинул кампанию, - сказал он.

- Я знаю, - голос вернулся ко мне. - Я видела новости...

- Честно говоря, Кейт, - перебил он. - Думаю, я тоже покину.

Я заёрзала в кресле, растерявшись.
- Но выборы уже завтра. Ты не можешь просто отказаться.

- О, я появлюсь. Сделаю всё, что в моих силах. Я в долгу перед всеми, кто меня поддерживает. Но я пытаюсь сказать, что... Что бы ни произошло, я буду в порядке.

Он потянулся ко мне и взял меня за руку.

- Мы все будем в порядке.

Держаться за него было приятно, но я отстранилась, всё ещё чувствуя себя неловко. Он поморщился, задумался на мгновение и кивнул, как бы понимания.

- Я должен за многое извиниться. Одного разговора не хватит. Но я хочу начать со слов, что я понимаю, что потерял из виду самое важное. Не только тебя, но и Мэг, и Грейси, и Гейба, - он поднял брови. - Даже Эвелин, наверное.

Я слабо улыбнулась в ответ.

- Ты это знаешь, - продолжал он. - Ты высказала мне это в лицо. Но чего ты не знаешь, Кейт, так то, что это началось давно.

Он прикусил губу, не зная, как продолжить. Чувствуя, что ему нужно дать время, я сложила руки на коленях и ждала.

- Я встретил твою маму во время моей первой кампании, - сказал он, и комната вокруг покачнулась. - Она изучала политологию. Не знаю, говорила ли она тебе, но тогда она хотела сама пойти в политику и кампания стала для неё возможностью поучиться. И в то же время... - он просиял, вспоминая что-то хорошее, но в то же время он говорил с некой грустью. - Она была идеалисткой, каких я ещё не встречал. Не пойми меня не правильно, я тоже мечтатель. Я боролся за свои идеалы, как крестоносец, с самого первого дня. Но по сравнению с ней я был пустым местом.

Его улыбка померкла. Он посмотрел на себя с отвращением, прежде чем продолжить.

- И она была настоящей красавицей, Кейт. Без капли преувеличения. Меня тянуло к ней, а её ко мне. Мы были вдали от дома и... позабыли обо всём.

Он покачал головой, увидев мою реакцию. Уж не знаю, какую - шок, завороженность, страх.

- Я хочу, чтобы ты знала: я никогда не переставал любить Мэг. Она работами часами, преподавая в университете, пока сама работала на диссертацией, и она не собиралась рушить свою карьеру, чтобы броситься за мной и тратить всё своё время ради победы на местечковых выборах. Я уважал её за это, честно. И скучал днём и ночью. Но... - он сглотнул, на лбу выступил пот. - В то же время влюбился в твою маму. Устоять было невозможно.

Мне пришлось отвести взгляд. Я хотела знать правду и жадно ловила каждое слово, хоть мне и было обидно за Мэг. Если уж выбирать, мы бы все хотели родиться в любви, правда? Но сейчас сидеть здесь и слушать это было ужасно. Слишком много откровений, даже для меня.

- Это не оправдание, - сразу пояснил он. - И было бы ложью сказать, что на этом всё. Правда в том, что я воспользовался положением. Мне было тридцать. А твоя мама тогда была ещё совсем ребёнком.

Я посмотрела на него, собираясь возразить, но его брови были высоко подняты:

- Она была всего на пару лет старше тебя сейчас, Кейт.

- Ладно, - признала я. - Это немного кринж.

Он рассмеялся. Но быстро сдулся.

- Я стыдился всей этой истории. Стыдился её. Я отвернулся от неё, а она решила жить дальше, и я больше не искал с ней встречи. Конечно, это было необходимо, чтобы сохранить брак, но... - он указал на меня, и я кивнула, понимая. - Кем бы я ни был до этого, того человека уже нет. Я говорил себе, что прежний я был слабаком. Он оступился: не сдержал своих обещаний, и даже хуже того - он предал свои цели и идеалы, над которыми столько работал. Я говорил себе, что теперь буду двигаться только вперёд, делая то, что нужно для цели, не отвлекаясь по сторонам. Но знаешь что? - он резко выдохнул. - Я не шёл к цели, не следовал идеалам. Я просто побеждал.

Его голос был полон горечи. Он заламывал руки, как будто рвал себя на части. Я взяла его за руку, чтобы остановить.

- Ты сделал много хорошего для людей, - сказала я. - Я видела это своими глазами. Тебе не всё равно, ты искренне заботишься о них - и этим могут похвастаться далеко немногие.

В том, как он смотрел на наши ладони, было что-то болезненное, словно он позволил себе надеяться, позволил себе чувствовать впервые за долгое время.

- Ты не представляешь, как с тобой сложно, Кейт, - сказал он, и я попыталась отстраниться, но он удержал за руку. - Не из-за тебя. Ты была идеальной. Ты всё ещё идеальная. Умная, добрая, смелая. Но ты очень напоминаешь мне... - он не смог договорить.

В горле пересохло. Я сглотнула.
- Её.

- Нет, - он моргнул. - Меня. Того, кем я когда-то был. Того, кто всегда боролся за друзей, даже когда это было рискованно. Кто ставил чужие интересы превыше своих. Того, кто... - он издал горький смешок. - Кто наделал много ошибок.

Я покраснела, но губы всё же дёрнулись в улыбке.
- Это немного похоже на меня.

- Это очень похоже на меня. Я не был готов посмотреть на себя со стороны, но теперь вижу. И я хочу, чтобы ты это знала.

Я задумалась на секунду. Было ещё кое-что, что мне нужно было спросить.

- В том интервью с Шоной Уэллс... - я поджала губы, смутившись своего признания, что я смотрела его. Он кивнул, подбадривая. - Мэг сказала, что накануне первой кампании вы пытались завести ребёнка?

Я не стала договаривать, но очень ярко вспомнила. В интервью они говорили, что у них ничего не получалось. Они посчитали, что тогда просто ещё не пришло время, потому что волею судьбы сначала должна была родиться я. Это один из многих фрагментов интервью, который я пересматривала снова и снова: отчасти, чтобы понять, что они хотели этим сказать, и отчасти, чтобы провести больше времени с Куперами, даже если они были всего лишь картинкой на экране.

- Это всё правда, - выражение сенатора дало понять, что он отвечает на невысказанный вопрос. - Мы много об этом говорили. И, знаешь, я бы хотел, чтобы твоя мама была ещё жива. Это несправедливо по отношению к ней. Но мы с Мэг чувствуем, будто ты с самого начала должна была быть частью нашей семьи. Даже после рождения Грейс и Габриэля... В каком-то смысле мы всегда ждали тебя. И вот как оно всё оказалось. Теперь же... - он набрал в лёгкие воздуха. - Нам понадобилось время, чтобы взглянуть на вещи таким образом. Пережить шок. Когда мы впервые узнали о тебе, то не могли мыслить ясно. По крайней мере, я не мог.

По его глазам я поняла, что он извиняется. Значит, Нэнси сказала правду. Он хотел замять эту историю. И теперь стыдился этого.

Возможно, он запаниковал тогда в июне. Возможно, это всё было слишком для него, и поэтому он, отключив чувства, обратился к политической стратегии, пока Нэнси не вразумила его. Честно говоря, я и сама думала, что он будет отрицать до последнего. Для меня стало огромным шоком приглашение в Вашингтон.

Теперь я знаю правду. Сердце сенатора было не на месте, мысли в раздрае. Ну и что? Я вижу, какой он сейчас. Человек, сидящий передо мной.

Мои пальцы дрожали, поэтому я спрятала их под коленями.
- В интервью ты также сказал, что быть отцом важнее, чем быть президентом.

Я надеялась, что это не прозвучало упрёком. Я больше ни в чём его не обвиняю.

- Я говорил правду. Но... Сейчас я понимаю это намного лучше. Надеюсь, когда-нибудь я смогу извиниться перед тобой так, как ты это заслуживаешь. И надеюсь, что ты дашь мне на это шанс.

- Ну... - я вскинула брови. - Я знаю, с чего можно было бы начать.

Он увидел, как я повеселела, и улыбнулся.
- Прости меня, Кейт.

Он смотрел меня - грустный, взволнованный и полный надежды.

- Ты правильно сказал, - после долгой паузы ответила я.

Он растерянно наклонил голову. Я сделала вдох.

- Что бы ни случилось, с нами всё будет в порядке.

Он просиял, сжал мои ладони и встал, протянув мне руку.

- Через двадцать минут мне нужно быть в аэропорту. Все уже ждут тебя на самолёте - Гейб, Грейси, Мэг. Ты поедешь со мной? - он убрал руки в карманы брюк и нервно перекатился с носка на пятку. - Я хочу, чтобы в день голосования ты была с нами, Кейт. Мне нужно, чтобы моя семья была рядом. Вся моя семья.

В моей голове пронеслись новости о том, как проходили выборы в прошлые годы. Как правило, устраивались торжественные мероприятия, а значит, мне нужно платье. Моё сердце забилось быстрее от одной мысли.

- Что мне взять с собой? - спросила я.

Он улыбнулся.
- Всё.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/76868/441327

Переводчики: Darlar