Готовый перевод Jim Butcher. Christmas Eve (Dresden Files) / Джим Батчер. Сочельник (Досье Дрездена): Christmas Eve

Для тех моих читателей, которые по какой-то причине сегодня не спят. Счастливого рождества, вы восхитительные чудаки. – Джим.

Это была ночь перед Рождеством, и во всем доме не шевелился никто, кроме меня и Мыша.

Я сидел в центре кривобокого круга из деталей, раскиданных вокруг меня на 180 градусов, и хмуро изучал инструкцию.
- Зачем им понадобилось писать инструкцию на двадцати различных языках, - едва не заорал я, - чтоб потом просто рисовать цифры, буквы и стрелки?!

- Гав, - сочувственно сказал Мыш. В нем было больше двухсот фунтов серого мохнатого терпения, и с людьми он ладил лучше меня.

Я вернулся к попыткам собрать этот дурацкий велосипед. Мэгги нужно научиться ездить на велосипеде. Большинство девочек выбрали бы розовый или фиолетовый велик. Но любимым цветом Мэгги был красный. Она настаивала, что красные в разы быстрее.

- Тут для сборки нужна ученая степень и команда НАСКАР, - мрачно пробормотал я.

Мыш вздохнул. Потом он ткнул носом мою руку, и я выронил деталь, которую пытался собрать. Затем подобрал другую деталь своей огромной терпеливой челюстью и протянул мне.

- И что мне с этим делать? - требовательно вопросил я. - Кроме как вытирать твои слюни, лось.

Мыш фыркнул и ткнулся носом в мою другую руку.

- Знаю, что ты хочешь помочь, - сказал я - Но эти две части никогда...

Детали щелкнули и легко соединились.

Хвост Мыша стукнул об пол.

- Никто не любит умников, - мрачно произнес я.

Хвост Мыша отбил чечетку, и он усмехнулся мне своей собачьей ухмылкой.

- Ты смеешься надо мной? - возмутился я.

Мыш чихнул.

Я вздохнул и потрепал его за ушами.
- Ладно. Если не можешь победить, присоединяйся. - Я поднял бумаги так, чтоб Мыш мог разглядеть. - Какая там следующая?

Мыш выбрал следующую деталь, и я принялся неуклюже с ней возиться, пока не поставил ее правильно. Затем мы осилили еще одну. Огонь в камине потрескивал и искрил. Единственный источник света.

Послышались тихие шаги, а затем появился Майкл Карпентер, крупный мужчина лет пятидесяти с плотным, мощным телосложением. На нем был удобный халат, подпоясанный поверх пижамы, а в руке он держал кружку с кофе. Он остановился в дверях своей гостиной и посмотрел на меня, тихо улыбаясь.

- Мэгги и Хэнк отключились около часа назад, - сказал он. - Так что у вас еще ночь впереди, чтобы закончить.

- Легко сказать, - пробормотал я.

- Я не пойду спать, - ответил он. Он отхлебнул гоголь-моголь из чашки. Его жена Черити варила жутко мощный моголь. - Это было бы просто несправедливо.

- Вы должно быть собрали миллион таких штук, - сказал я.

- Или два, - ответил он, кивая.

Я раздраженно обвел руками по сторонам.
- Ну и?

- О, - ответил он очень серьезным тоном, но глаза блеснули. - Гарри, мне бы и в голову не пришло отнять у вас это удовольствие. В этом и есть суть отцовства.

- Не спать всю ночь, издеваясь над собой, в попытках разобраться в этом идиотизме? - возмутился я.

- Не забудьте, на рассвете вас разбудят взбудораженные дети, - сказал он.

Я зарычал.

Майкл слабо улыбнулся.
- Не жалуйтесь, Гарри. Я достаточно привык к тому, как моя Молли появляется у моей кровати в 5 утра с чашкой подгоревшего кофе, который она сама приготовила. - Что-то грустное и уставшее залегло в уголках его глаз. - Это самая раздражающая вещь, по которой ты скучаешь, когда она исчезает.

Я вздохнул.

Я посмотрел на него.

- Большинство моих воспоминаний о папе связаны с Рождественским утром, - я сглотнул и опустил глаза на потенциальный велосипед. Так много мыслей было вложено в подготовку. Воплотить его в жизнь. - Я просто не хочу все испортить.

Сочувственная боль промелькнула на его лице.
- Гарри, - сказал он, - что ты помнишь лучше всего?

- Кофе, - мгновенно ответил я. - Папа разрешал мне пить кофе Рождественским утром. - Я улыбнулся, вспоминая. - Конечно, это было больше похоже на чашку молока и сахара с небольшим добавлением кофе, но для меня это много значило. Мы вместе готовили завтрак, а потом он садился рядом со мной и открывали мои подарки, и проводили весь день, играя с ними.

Майкл отхлебнул моголь и задумчиво кивнул. Потом он улыбнулся мне и сказал:
- Думаю, у вас все получится.
Он слегка наклонил голову, словно прислушиваясь к комментарию, доносящемуся из наушника. Он фыркнул и покачал головой.

- Что? - осторожно спросил я. Оглядел комнату, проверяя на предмет всякого невидимого ангельского присутствия и потребовал, - Что?

- Спойлеры, - пробормотал бывший Рыцарь. - Счастливого Рождества, Гарри.
И он, прихрамывая, вышел из комнаты.

Я покосился ему вслед, чувствуя, что меня каким-то образом одурачили. Затем я пробормотал что-то мрачное о двуличности паладинов, отставных или нет, и вернулся к попыткам разобраться с велосипедом. Я сфокусировался на деле так же тщательно, как готовился к любому своему заклинанию. Это всего-навсего детский велосипед. Он не идет ни в какое сравнение с могучим интеллектом Чародея Белого Совета.

К тому же мне помогает Мыш.

Я достаточно долго занимался этим, пока поа улице не пролетел внезапный порыв ветра, такой холодный, что он хлынул в трубу, такой сильный, что пламя замерцало и задрожало, прежде чем снова вспыхнуть. Я резко поднял голову, когда мои чародейские чувства сказали мне, что сила пришла в движение. Пламя в камине вновь погасло, погружая комнату в полнейший мрак. Затем оно вспыхнуло вновь, весело танцуя зелеными, синими и фиолетовыми огоньками.

А надо мной стояла Королева Воздуха и Тьмы.

Королева Мэб сегодня была с меня ростом - он менялся в зависимости от ее настроений и намерений. Ее кожа была белой словно иней, губы темными как замороженная шелковица, а волосы словно сделаны из первых снежинок, падающих в девственном воздухе. Она была потрясающе красива, бессмертна, обладала силой полубогини, была бесспорной королевой злых фейри - и она была моим боссом.

- Мой рыцарь, - промурлыкала она, склоняя голову.

Я не был уверен, что предусматривает протокол для таких ситуаций, так что я слегка наклонил голову и сказал: - Добрый вечер.

- Хранитель, - произнесла Мэб. Перед Мышом она склонила голову еще ниже.

Я не получаю никакого уважения, вообще никакого.

Мыш серьезно посмотрел на Мэб. Его хвост перестал вилять. Но в ответ он дважды стукнул лапой по полу.

Мэб рассмотрела круг деталей вокруг меня, склонив голову набок.
- Заклятие?

- Да. Типа того, - сказал я, почесывая затылок. - Надеюсь, вы здесь не для того, чтобы призвать меня на работу.

- Не будь смешным, - сказала она. - Сегодня Рождество.

Я поднял брови.
- Рождественский дух? У вас?

Она слегка вздернула подбородок.
- Рождество относится к царству Зимы, не так ли?

Я издал легкий смешок.
- Да, думаю, так и есть. Но я думал, что у вас есть люди для этого.

- Есть, - сказала Мэб., - И все же, - она нахмурилась, как бы сосредоточившись, чтобы убедиться, что правильно повторила фразу, - Начальнику не следует проводить слишком много времени в офисе. - Она сделала паузу, чтобы перевести дыхание, а затем сказала: - я принесла тебе подарок.

Кажется, моя челюсть отскочила от колена, прежде чем упасть в кучу деталей.
- Что?

- В этом году ты участвуешь в празднике, - сказала Мэб. - У меня есть обязательства перед моими подданными.

- Что? - повторил я.

Она вынула одну руку из-за спины и протянула мне маленький подарочный пакетик цвета зимнего льда, усыпанный веселыми серебряными снежинками.

Я уставился на пакетик.
- Он взорвется? Или попытается меня сожрать?

- Не будь занудой, - вздохнула Мэб.

- Фейри не дарят подарков, - заявил я. - Что это за фокус?

- Это не фокус, - ответила она. - Я не дарю тебе подарок. Я исполняю перед тобой свое обязательство.

Я почувствовал, как улыбка коснулась уголка моего рта.
- Обязательство, да? Предлоложим, я не приму его?

Примерно на десятую долю секунд в ее глазах мелькнуло обиженное выражение.
- Это будет твой выбор. Как и последствия.

- Что ж. Это первый раз, когда меня угрозами заставляют принять Рождественский подарок, - сказал я.

Я взял пакетик. Внутри была драгоценная шкатулка. Внутри шкатулки лежало простое кольцо, которое не налезло бы мне и на мизинец. Оно было изготовлено из какого-то серебристого, опалесцирующего металла. Я провел по нему кончиком пальца. Оно гудело от заключенной в нем энергии.

- Мощно, - сказал я. - Что оно делает?

- Оно предназначено твоей дочери, - ответила Мэб. - И оно даст ей силы.

Я захлопнул коробку и уставился на Мэб.
- Прощу прощения?

Она издала раздраженный звук.
- Не такую силу, чародей, - сказала она. - Если ты отдашь ей кольцо, на срок до следующего полудня она будет иметь определенную власть над силами зимы. - Она вздохнула. - И еще оно будет играть музыку.

Я прищурился: - Какую музыку?

Мэб наклонилась, открыла коробочку и любезно коснулась кольца. Оно тот час же зажужжало и комната заполнилась вихрем музыки, и женский голос запел "Сегодня ночью снег сияет белым на горе…".

Я захлопнул коробку, прерывая звучание и уставился на нее. Вполне возможно, что я уже слышал эту песню достаточно, чтобы у меня зачесались зубы.

- Теперь я понимаю, - сухо сказал я.

- Не за что, - ответила она.

- Чисто из любопытства, - сказал я. - Есть ли вероятность, что она сможет заморозить чье-то сердце и превратить его в ледяную статую?

Мэб выглядела озадаченной.
- Таковы силы в мультфильме. Я должна была обмануть ее?

Я потер переносицу.
- Понял. Мы найдем какое-то спокойное и тихое место, чтобы поиграть с этим подарком.

- Убедись, что она узнает, кто дал его ей, - молвила Мэб.

Затем огонь вновь потух. Когда она разгорелся вновь, он был был золотым и веселым, каким ему и полагается быть, а Мэб исчезла.

- Пусти меня! - тихо изрек я пустому месту, где она только что была. - Отведи домой! За что ты преследуешь меня!

Пасть Мыша распахнулась в ухмылке.

- Серьезно? - сказал я. - Ты читал Рождественскую песнь?

Хлопхлопхлопхлоп.

- Ну да, - сказал я. - Давай вернемся к работе.

Что мы и сделали. Мы продолжали до тех пор, пока мокрый снег внезапно не застучал снаружи по окнам, а тихий снегопад не превратился в тихий хор щелчков и хлопков. Вновь налетел порыв ветра, и вдруг раздался щелчок открывающегося замка в двери.

Парадная дверь дома Карпентеров медленно и тихо отворилась, и в комнату с мороза зашла высокая молодая женщина с белокурыми волосами и румяными щеками, закутанная в длинное стильное зимнее пальто.

- Молли, - улыбнулся я.

Моя бывшая ученица, а теперь еще и технически мой босс, просияла, пересекла комнату и крепко меня обняла, на что я ответил тем же.

- Счастливого Рождества, Гарри, - сказала она.

- Счастливого Рождества, Моллс, - сказал я. - Скажи, что это не ты надоумила Мэб на подарок Мэгги.

- Это Сарисса, - ответила она. - Она показала Мэб кино.

Я попытался представить Мэб за просмотром мультика Дисней. Ей не нравился Дисней - ни компания, ни человек. Дисней, по мнению Мэб, нанес слишком много вреда старым сказкам о фэйри, затерев все нелицеприятные их части. Согласно Мэб, это ослабило человечество перед лицом сверхъестественных сил, когда они наконец узнали, что настоящие злые феи совсем не такие, как обещал Дисней.

Попытка представить ее за просмотром музыкальных номеров вызвала у меня головную боль.

Я наклонил голову и сказал:
- Ты здесь, чтобы сделать мне подарок?

- Неотъемлемая часть обязанностей Зимней Леди, - произнесла она с улыбкой. Она порылась в своем пальто и достала серебрянный конверт, украшенный белыми снежинками. Она вручила его с величественным и легким поклоном. - Он немного символичен, но я думаю, что тебе понравится.

Я открыл конверт. Внутри был лист бумаги. Исписанный огромным количеством чисел.

- Что это? - спросил я.

- Итоговый счет всех медицинских счетов за прошлое лето, - ответила она, голос ее стал тише и рассудительнее. - Всех, кто пострадал. Все оплачены.

Я не хотел думать о мирных переговорах.

Боль. Так много боли.

- Что насчет похорон? - спросил я. Мой голос был полон горечи.

Молли долго молчала, прежде чем ответить, нежно.
- И это тоже.

Я склонил голову набок.

Я считал вдохи и выдохи.

- Извини, - сказал я. - Ты так добра, и я просто...

- Не надо, - ответила она. - Это должно причинять боль, Гарри. И я рада, что тебе больно. Это означает, что ты - это все еще ты.

Я посмотрел в сторону комнаты, где Мэгги и младшие Карпентеры уснули за просмотром фильмов.

- Иногда, - прознес я, - я не могу поверить, насколько я высокомерен. Если бы не ребенок...

Молли наклонилось и резко стукнула меня по макушке костяшкой пальца. Я посмотрел на нее и нахмурился.
- Эй.

- Прекрати, - сказала она. - Этой не твой выбор, что события пошли таким чередом. Ты сделал все, что было в твоих силах, чтобы никто не пострадал. И ты сильно всем рисковал, у всех на виду после битвы. Это помогло куче людей.

- Людей, которые бы в первую очередь не пострадали, если бы...

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/77896/452886

Переводчики: alice_all_right