Готовый перевод Song of the Summer King: Book I of the Summer King Chronicles by Jess E. Owen / Песня Летнего Короля: Первая книга Хроник Летнего Короля Джесс. Е. Оуэн: 1. КРАСНЫЙ КОРОЛЬ

СВЕЖИЙ УТРЕННИЙ ВОЗДУХ ПОДНЯЛ ОБЛАКА и чаек над мерцающим морем и рано вытащил одного молодого грифона из его берлоги. Слишком рано, как раз перед восходом солнца, когда запретная тьма всё еще окутывала острова.

Солнце неторопливо поднималось над морем, и Гард взмыл в небо, глубоко дыша, стараясь подняться как можно выше. Водная гладь закружилась под ним. Его мысли слегка мерцали в воздухе, и он подавил панику. Многие такую высоту назвали бы слишком большой.

Его крылья вытянулись и медленно расправились, чувствуя себя отделенными от тела. Ему пришлось наклониться, опуститься ниже и вдохнуть поглубже воздух. Ночь вспыхнула на краю его сознания. Его сны нахлынули с прошлой ночи. Кошмары о предстоящей охоте за посвящением. Охота - это солнечный знак?

Сны разлетелись словно вороны из разума Гарда. Он позабыл о изящности и сложил крылья, чтобы погрузиться. Его разум взорвался после трех вздохов, когда на вере он, ослепленный и задыхавшийся, начал падать к морю. Просторы неба простирались под ним. Просторы, куда можно было упасть и вновь нормально задышать.

Страх вцепился когтями в его мускулы. Охота, охота его преследовала. Во сне, он опоздал, пропустил ее и был изгнан из прайда. Но едва Гард опустился пониже, он осознал, что солнце еще не встало, еще сидело в море, и рассвет медленно пробегался по глади воды. Не так уже и много времени прошло.

Океан приближался к нему, и Гард громко визгнул, распугивая чаек на своем пути. С помощью крыльев и пернатого хвоста он подтолкнул себя вперед, и мускулы его забили тревогу.

Его гнездо-отец учил когда-то: "Нырять не опасно. Опаснее приземляться". Преисполненный чувств, он взмыл в небо, для маневров хвост повернув под углом. Тот вытянулся как у горной кошки, для баланса, и перья легли по всей длине, чтобы для облегчения полета могли развеваться на конце.

Гард парил выше в более мягком, теплом воздухе, всё еще высоко над землей.

Крохотные, яркие ветерочки врезались в его крылья и ударяли в мягкие перья его мордашки, принося запахи со всех островов. Грифон насладился влажным весенним воздухом, до сих пор смешанным с хладными порывами зимы, и устремился в разорванные, сбросившие с себя прошлой ночью дождь облака. Он летал достаточно высоко, чтобы видеть все Серебряные Острова, собранные в подобие задней грифоньей лапы, одиноко стоявшие в промозглом звездном море.

Орлиный крик разогнал его мысли и здесь, на такой высоте, звучал он как его имя.
Океан прокатился под ним. Грифон не должен был так далеко и высоко летать, но Гард только здесь, на ветру в небесной выси, ощущал себя свободным, и ему нужно было практиковаться летать высоко, чтобы не отставать от больших ровесников. Он начал опускаться к островам. Сегодня охота на одном из них определит его будущее.
— Гард!

Его имя. Тот, кто его звал, явно был обеспокоен. Уши Гарда дернулись, когда он прижал к себе длинные крылья и стал спускаться к гнездящимся скалам на рассветной стороне массивного Солнечного Острова. Не быстрое погружение, которое он планировал, чтобы очистить голову от мыслей, но прямое и стойкое.

Стыд за свою трусость шевельнулся. В следующий раз.

— Гард!

В этот раз он узнал голос и ответил. Под ним кружилось золотое пятнышко, похожее на огромного рыболовного орла, которым и не являлось.

Широкие бронзово-чёрные морды гнездовий сверкали в слабом утреннем свете. Гард вытянул когти вперёд, смеясь над ветром, что покусывал его длинные пернатые уши и пробегался по остаткам зимнего оперения на его боках и задних лапах. Он нацелился на золотого грифона, что кричал внизу.

— Ты опоздал!

— Еще нет, Кьорн! — засмеялся Гард своему золотому другу, и прежде чем тот осознал, что грифон скорости не сбавлял, он набросился на того с небес, и оба покатились к морю.

— Слезь! — Кьорн визгнул, поднимая голову и хватаясь за хвост, и попытался вырваться.

— Ты видел, как высоко я летал?

— Ты чертов гений. Гард, послушай!

Куча серых и золотых перьев упала у воды, помахивая крыльями. Их атаковали соляные волны. Кьорн вырвался и полетел прочь. Гард поднялся следом за ним.

— Ты забыл о солнцеметке? — Кьорн снова был на треть больше Гарда, золотой как утро и с редкого лета синим глазами.

— Нет, — пролепетал Гард, заглатывая воздух. — Мне нужно было проветрить голову.

— Не стоило с этим так тянуть.

Гард засмеялся и опустился, чтобы схватить крылья Кьорна, но тот взлетел выше, избегая еще одной драки:
— Другие уже собрались.

— Но мы не собирались представляться, пока солнце не достигнет средней метки!

Кьорн вытянул когти:
— Она изменилась. Ты не слышал?

— Нет. Твой отец уже здесь?

— Мой отец король.

— Твой отец король, — подправил Гард, склонив уши к гнездовьям, когда они пикировали вниз. Грифоны перемещались на разных уровнях скал, переливаясь на свету, растягивая мышцы, поклоняясь утреннему солнцу. Гард и Кьорн плыли по воздуху над скалами к самому высокому утесу с видом на рассветную четверть моря.

— Нет, — ответил Кьорн. — Он еще не вернулся. Он полетел вдоль побережья, получать благословение Тира на охоту.

— Ну тогда я не опоздал, — под его перьями пробежали беспокойство и раздражение.
"И почему я не слышал об смене времени? Неужели кто-то, мать или Тира, сказал что-то, и я об этом забыл?"

Он прогнал тревогу, едва они заскользили вниз.

Подобно тёзке, Медный Утес сиял в свете рассвета. Плоский, травяной круг образовывал вершину утеса, резко впадавшего в море, и гора камней из Первой Эпохи красовалась на его краю. Для короля прайда, это было идеальным местом, где можно было стоять и говорить.

Или судить.

Они спустились вниз к широкому наклоненному лугу, что простирался вглубь земли, и вместе приземлились. Кьорн вступил на скалистый торф, а за ним и Гард.

Кьорн взглянул на то, как приземлился его друг, и взъерошился:
— Ты готов? Я думал, мы немного поупражняемся в драке утром.

Гард сложил крылья и склонил голову:
— Нужно было полетать.
Ощущения полета полностью выветрились, и его вновь наполнила тревога. В отличие от него, плохая инициативная охота могла для Кьорна могла закончится лишь недоумением со стороны, не изгнанием.
— Я готов, — сказал с надеждой Гард.

Он был одним из тех немногих оставшихся самцов прайда, кто королю Сверину приходился ни другом, ни родней. Теперь, став старше, грифону нужно было доказать свою преданность и полезность.
—Но я переживаю, — сказал Гард так, что его слышали лишь Кьорн и ветер.

— Я с тобой, брат, — Кьорн пристально посмотрел ему в глаза, — что бы ни случилось. Я сказал отцу, что не стану охотиться без тебя.

Гард приподнял уши и вытянул серое крыло. Кьорн же счастливо вспушился и протянул свое золотистое, затмевая его:
— Будь ветром подо мной, когда спокоен воздух.

Гард принял клятву брата по крыльям.

— Будь ветром надо мной, когда я лечу слишком высоко.

— Брат по выбору.

— Брат по обету.

— Клянусь моими крыльями, — сказали они вместе, — ты никогда не полетишь один.

— Кьорн...

— После охоты, — сказал Кьорн, складывая крыло, — ты покажешь мне, как ты так высоко летал, и это быстрое погружение...

— Если я еще буду здесь, — Гард пытался пошутить.

Кьорн клювом ударил Гарда по уху:
— Давай же.

Гард направился к королевским камням. Король еще не пришел, но три молодых грифона, сидевших в ряду под ними, ждали его появление. Медный самец, еще слишком молодой,чтобы охотиться, при виде Гарда обрадовался. С ним они обменялись нервными взглядами, и прежде чем серый грифон вспомнил имя мальца, тот обернулся и тихонько спросил у своего такого же медно-коричневого соседа:
— Правда ли, что король убил трёх волков на своей посвятительной охоте?

— Нет, — прежде чем медный мог сказать, прозвучал ответ. Все трое посмотрели на изумрудно-зеленого грифона, стоявшего первым в ряду. Он был на год младше Гарда и звали его Халвдэн. Сын Захвата. Гард выпрямил уши. Все три стоявших перед ним грифона были куда больше его, даже самый молодой, ибо наполовину, как их король Сверин, были Аезирами, прилетевшими через Ветроземское море. Из всех молодых в прайде, только Гард был коренным представителем Серебряных Островов, меньших, захваченных Ваниров.

Халвдэн продолжил, не переживая о том, что произносит имя правителя полностью:
— Сверина посвятили тогда, когда он и его отец взяли под контроль Серебряные Острова. Мы могли захватить огромного зверя, но король в итоге захватил королевство. Привет, Гард.

Тот напряг крылья. Все знали, что Халвдэн был хвастуном; именно поэтому Гард избегал его большую часть времени. Но в этот раз это было невозможно.
— Попутного ветра, Халвдэн, — ответил грифон.

Халвдэн повернулся, словно не переживая о прибытии короля, чтобы увидеть Гарда и остальных двух грифонов.
— И тебе, Сын Сигрун..., — потом грифон прервался. Все знали имя матери Гарда. Но отца — нет. — Видел, как ты летаешь. Надеялся, что Сверин будет так поражен, что сможешь пропустить охоту? Или отец простит тебе твой недостаток?

Под перьями Гарда начало припекать:
— Я охочусь не хуже тебя.

— Ну разумеется, ты посеял страх в полевок Солнечного Острова! — Халвдэн взмахнул хвостом, раскрывая перья и демонстрируя все их цвета.
"Да у него даже хвост привлекателен," — подумал уныло Гард.

Между ними пробежал ветерок. Хладный травянистый дух Реки Ночного Потока дошел до них, и Гард позволил ему успокоить себя.
— Перепел и полевки, — продолжил Халвдэн, когда серый грифон не отреагировал на его первую издевку. — Слыхал, старый Кай и твоя сестра по гнезду заприметили кабана на Звездном Острове. Такой огромный зверь тебе все перья вырвет и уложит ими нору прежде, чем ты его в небо поднимешь.

— Я бы не летал, — Гард ощетинился, поднимая длинные перья, что были у него за ушами и на шее.

— Ты когда-нибудь видел такого зверя?

— А ты?

Халвдэн расправил крылья и сделал шаг вперед. Грифон помладше перед Гардом присел и почтительно расправил крылья, становясь между ними. Медный грифон постарше не вмешивался, и Халвдэн задрал голову:
— Если бы принц не умолял...

— Докажи это! — Гард присел, готовый прыгнуть и сражаться. Он знал, что Халвдэну он, вероятно, проиграет.

— Довольно! — закричал старший медный грифон, встав так, что его тень покрывалом накрыла Гарда. Пусть и будучи старше, он был высотой с Халвдэна. — Покажешь себя на охоте, юнец. Только не здесь.

Халвдэн застыл и сравнялся ростом со старшим грифоном, который почему-то казался Гарду знакомым.

Юнец насмешливо приподнял уши:
— Не думаю, что я должен следовать совету твоей семейки...

— Король летит, — сказал грифон постарше.
Халвдэн моргнул и вместе со всеми повернулся, приподнимая уши в сторону камней. Король прилетел со своего утреннего полета, размахивая гигантскими крыльями своими, преклоняя к земле траву, он приземлился на вершине своих камней.

Самый гигантский в прайде, Сверин, сын Пера, во всем был королем. На шее он носил золотое с изумрудным колье с блестящим кошачьим глазом и золотистые наручи на передних лапах, которые не покрывали разве что его черные когти. Трофеи, которые получил дед Сверина в войне с драконами на далеких арктических землях. Рассвет забрезжил на его медных боках, алых перьях и темно-багровой морде.

Гард и другие поклонились. Остальные грифоны бросили свои утренние дела и наблюдали за суждением.

— Халвдэн, сын Халльра, — зарокотал Сверин, не тратя ни минуты. Юнец сделал шаг вперед и раскрылся, изумрудным крыльям своим позволяя спасть с плеч и расправить его длинные полетные перья в дань уважения королю.

Гард прижал к своим бокам крылья.

"Блеклый, как воробей, да и полезным назвать нельзя. Халвдэн был прав. На что я вообще охотился помимо перепелки и полевки?"

Сверин с нежностью к Халвдэну отнесся:
— Твой отец - великий воин и друг. Твоя мать поступила мудро, избрав его. Если ты хотя бы наполовину проявишь себя, как он, я буду горд иметь тебя в своих рядах.

Халвдэн аж распушился, а затем пригладил перья и опустил голову:
— Надеюсь, я проявлю себя больше, чем на половину, мой Господин.
Он встал и сдвинулся с места, когда король махнул кончиком крыла.

Гард с надеждой и вниманием поднял уши. Халвдэну даже не нужно было ничего говорить. Возможно, все будет хорошо и у него. Затем шаг сделал и выпрямился и стоявший перед Гардом старший медный грифон.

Золотые глаза Сверина окутал хлад.

— Сын Видара, — пророкотал он.

Имя имело происхождение Серебряных Островов. Происхождение захваченных. Гард боролся с желанием съежиться и делал вид, словно он сделан из камня.

— Твой отец был Ваниром Серебряных Островов. Ты достаточно долго ждал, чтобы обрести честь.

— Думал, так будет лучше, — тихо сказал медный грифон. — Чтобы все успокоилось.

— Помню твоего отца.

—Я не помню, мой Господин, — голос медного грифона был все таким же пустым. — Моя мать - охотница твоего клана и кузина твоего отца.

И Гард все вспомнил. Четыре зимы назад Сверин изгнал грифона за то, что тот летал ночью, что было запрещено их богом света, Тиром. Изгнание всегда ставило выживание под вопрос. Зимой - только смерть. Изгнанник был отцом этого грифона.

— Почему ты не нашел времени со мной все обговорить? — ударил хвостом король. Огромный медный грифон поднял голову и выпрямил уши.

— Я не летал ночью, мой господин.

— В тебе течет его кровь. Ты должен был просить чести. Прощения. Искупления, — повысил голос король. — Или ты боялся?

— Нет! — фыркнул медный самец, с волнением поднимая крылья свои. Гард старался оставаться самим спокойствием, но взглядом зацепился за младшего грифона, отползавшего назад.

Владыка голову свою опустил, сверкая золотом в глазах:
— Ты трус, сын клятвопреступника, что сейчас пытается подняться в глазах и найти место в прайде. Мне нужна сила. Храбрость. Преданность.

— Но я предан тебе! — в голосе грифона таилась угроза. Он расправил крылья и припал к земле.

— Никогда больше ты не будешь охотиться и летать в моих рядах, сын Видара. Твоя кровь отравлена предательством твоего отца и пренебрежением моим законом.

Тишина.

Пытаясь набрать воздуха через его сжавшееся горло, Гард ахнул. Грифона изгнали прежде, чем он получил шанс поохотиться?

Медный грифон с паникой безумного орла уставился на короля:
— Что вы сказали, мой Господин?

— Покинь прайд. Ты мне не нужен.

— Моя мать, брат...

— Без тебя им будет лучше.

Гробовая тишина опустилась на камни, и Гарду мгновение казалось, что медный грифон ускориться и бросит вызов самому королю. Его крылья шелохнулись. Грифон повернулся к мальцу позади него. Потом встретился мордой к морде с королем и преклонился. Шок поразил кожу Гарда.

— Как пожелаете, мой Господин. Я не достоин прайда.

Но Сверин больше не слышал его слов. Он отвернулся от грифона и посмотрел на небо, словно медного самца больше не существовало. Гард моргнул, последовал примеру короля и краем уха услышал, как тот малец позади него прошептал имя изгоя. Должно быть, они были братьями.

— Попутного ветра, — прошептал старший, потом поднялся с земли и устремился в небо. Гард опустил клюв на землю, даже не поднимая глаз. Его сердце разбило оковавший тело хлад, и в животе забурлил жар. Если так обошлись с полукровкой с нечестивым отцом, что будет с ним?

В выси кричали чайки, и Гарду показалось, что одна из них кричала от боли. Пока не оказалось, что это была грифонесса, разрывавшая утро своей безжалостной болью. Сверин одарил собравшихся взглядом и вновь замолчал. Молодой медный грифон за Гардом попятился назад. Потом, непонятно почему, посмотрел на соседа. Гард набрал воздух в грудь и заставил себя ободряюще кивнуть. Никогда он еще не видел, чтобы Сверин изгонял кого-либо, даже не давая им шанса поохотиться.

— Второй сын Видара, — пророкотал король.

— Меня... меня звать Эйнарр, мой господин, — голос молодого грифона дрожал. Гард вздохнул, мысленно желая ему быть сильным.

— Ты слишком молод, чтобы славу искать.

— Я честь ищу, после... — и Эйнарр замолчал. Что ему еще сказать? Его отца изгнали, брата только что тоже на его глазах. Гард сделал шаг вперед, словно придавая Эйнарру больше сил.

— Как и думал, — король уставился на молодого грифона своими хладными золотистыми глазами. — Твоему брату следовало бы поучиться такой храбрости, как у тебя.
Его хвост колыхнулся, взгляд не шевельнулся. Тишину гробовую прерывали разве что волны, разбивавшиеся об скалы.
— Можешь охотиться, — прозвучал наконец король. — Надеемся, в тебе больше от матери, нежели от отца.

— Спасибо, мой господин, — выдохнул Эйнарр. — Мой король.
Он преклонился перед ним и, развернувшись, устремился прочь от взгляда владыки. Гард сопроводил его взглядом. Одного изгнали. Двоих оставили. И почему он только думал, что будет легко? Полет с Кьорном сделал его слишком уверенным в своих силах. Одно перо короля излучало больше свирепости, нежели когда-либо всё тело Гарда.

Набирая воздуха в легкие, он собрался с мыслями и поднял взгляд.

Сверин смотрел на него.

В ожидании.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/78882/463461

Переводчики: Soul_of_Immortal, Little_Nightmare