Готовый перевод Pale Blue Dot: A Vision of the Human Future in Space / Голубое пятнышко: Взгляд на космическое будущее человечества: Chapter 1: You are here / Глава 1: Вы находитесь здесь

Астрономы единогласно заявляют, что жизнь всей Земли, которая нам кажется бесконечным, по сравнению с величием Вселенной выглядит не более чем крохотной точкой.
- Аммиан Марцеллин. 330 - 395, последний из известных римских историков, в "Хронике событий".

Корабль на всех парах улетал от Солнца, со скоростью 40 000 миль в час. Но в начале февраля 1990 года его настигло срочное сообщение с Земли.

        Он покорно развернулся назад, к теперь уже далеким планетам.

Нацеливая сканирующую платформу то на один участок неба, то на другой, корабль сделал 60 снимков и в цифровом виде сохранил их в своей памяти.

Затем, не спеша, в течение марта, апреля и мая, данные передавались на Землю.

Каждое изображение состояло из 640 000 отдельных элементов ("пикселей"), подобно точкам на изображении в газете или на картине художника-пуантилиста.

Удалившись от Земли на 3,7 миллиарда километров, так далеко, что один пиксель посланный кораблем со скоростью света добирался до Земли 5½ часов.

Изображения могли бы быть получены и раннее, но огромные радиотелескопы в Калифорнии, Испании и Австралии, принимавшие эти едва доносившиеся звуки с окраин Солнечной Системы, были также ответственны и за корабли, бороздящие пространства космоса, включая Магеллан, летевший на Венеру, и Галилей, проделывавший свой извилистый путь к Юпитеру.

        Вояджер 1 был намного выше плоскости эклиптики, поскольку в 1981 году он тесно прошел мимо Титана, гигантской луны Сатурна.

Её сестра, станция Вояджер 2, была направлена по сложной траектории в плоскости эклиптики, и поэтому она была способна выполнить свои знаменитые исследования Урана и Нептуна. Две роботизированных станции Вояджер исследовали совместно четыре планеты и, почти, шестьдесят спутников.

Они являют собой триумф инженерной человеческой мысли, как одни из величайших достижений Американской космической программы.

Они сохранятся в учебниках истории даже тогда, когда очень многое о нашем времени будет забыто.

       Работоспособность Вояджеров гарантировалась только до встречи с Сатурном.

Я думал, что будет хорошей идеей, если, сразу после Сатурна, аппарат в последний раз опрокинет свой взгляд домой.

Я знал что, Земля с такого расстояния для Вояджера будет практически не заметна.

Наша планета будет просто маленькой точкой, одиноким пикселем, среди многих других точек света которые являют собой близлежащие планеты и отдаленные на большие расстояния звезды.

       Он стал своего рода иконой нашего времени.

       Даже при высоком разрешении телескопа на борту Вояджера, с этого расстояния планеты видны всего лишь как нечеткие и смазанные точки света.

Они похожи на планеты, которые мы видим невооруженным глазом с поверхности Земли — светящиеся точки, ярче, чем большинство звезд.

       Из-за отражения луча Солнца от корпуса космического корабля, кажется что Земля находится в луче света, будто у этого маленького мира есть какое-то особенное значение.

Но это всего лишь игра геометрии и оптики.

Солнце испускает такие лучи равномерно во всех направлениях.

Если бы фотография была сделана немного раньше или немного позже, Земля не была бы выделена солнечным лучом.

       Но почему цвет лазурный? Синий частично исходит от морей, частично от неба.

Пока вода в стакане будет прозрачной, она будет поглощать немного больше красного света чем синего.

       Взгляните ещё раз на эту точку. Это здесь. Это наш дом. Это мы. Все, кого вы любите, все, кого вы знаете, все, о ком вы когда-либо слышали, каждый когда-либо существовавший человек прожил свою жизнь на ней. Все наши радости и страдания, тысячи самоуверенных религий, идеологий и экономических доктрин, каждый охотник и собиратель, каждый герой и трус, каждый созидатель и разрушитель цивилизаций, каждый король и крестьянин, каждая влюблённая юная пара, каждая мать и каждый отец, каждый подающий надежды ребёнок, каждый изобретатель и путешественник, каждый духовный учитель, каждый продажный политик, каждая «суперзвезда», каждый «верховный лидер», каждый святой и грешник в истории нашего вида жили здесь — на пылинке, висящей в луче солнечного света.

       Земля — очень маленькая сцена на необъятной космической арене. Вспомните о реках крови, пролитых всеми полководцами и императорами, чтобы, в лучах славы и триумфа, ненадолго стать хозяевами части этой песчинки. Вспомните о бесконечных жестокостях, совершаемых обитателями одного уголка этой точки над едва отличимыми от них обитателями другого уголка. О том, как часты их разногласия, о том, как жаждут они убивать друг друга, о том, как горяча их ненависть.

       Наши позёрства, наша воображаемая значимость, иллюзия о нашем привилегированном положении во вселенной пасуют перед этой точкой бледного света. Наша планета — одинокая крупинка в огромной окружающей космической тьме. В нашей безвестности, во всей этой бесконечности, нет и намёка на то, что помощь придёт откуда-то извне, чтобы спасти нас от самих себя.

       Земля пока — единственный известный мир, ютящий жизнь. Нашему виду больше некуда переселяться — по крайней мере, в ближайшем будущем. Побывать — да. Поселиться — ещё нет. Нравится вам это или нет, на данный момент Земля — наш дом.

       Кто-то сказал, что астрономия прививает смирение и воспитывает характер. Наверное, нет лучшего доказательства глупости человеческого тщеславия, чем этот далёкий образ нашего крошечного мира. Для меня, он подчёркивает нашу обязанность быть добрее друг с другом, беречь и лелеять бледно-голубую точку — единственный дом, который мы когда-либо знали.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/7990/24076

Переводчики: Deimos, naivenples, folk_fox