Готовый перевод Jim Butcher - Peace Talks / Джим Батчер. Мирные Переговоры. (Досье Дрездена - 16): Глава 18.

В последнее время у Карпентеров пустовало много спален, и я ввалился в старую комнату Дэниела. Оправившись от полученных травм и избежав серьезных проблем с законом, Дэниел вернулся в армию. Он был на базе где-то на юго-западе, женат, в ожидании первого внука в семье.

Было что-то ужасно одинокое в его старой комнате - плакаты на стенах с группами, о которых помнили уже только единицы. Одежда, висевшая в стенном шкафу, давно вышла из моды, преданно ожидая кого-то, кто уже бы в нее не влез. Кровать казалась слишком маленькой для человека, которого я знал, который сражался с настоящей тьмой и расплачивался за свое мужество, и, конечно же, она была слишком маленькой для мужа и отца, которым он стал.

Но держу пари, что это будет отличная комната для внуков, когда они будут навещать суетливых старых бабушку и дедушку Карпентер, скучных стариканов, которые никогда не делали ничего интересного.

Хах.

И, между прочим, она достаточно хороша для обеспокоенного, уставшего от мира чародея.

Я спал, недолго, но очень крепко, и проснулся от того, что маленькое личико находилось в двух дюймах от моего, а в окно струился послеполуденный солнечный свет.

- Привет, - сказала Мэгги, когда я сумел открыть один глаз.

- Мгмм, - сказал я самым нежным тоном, какой смог изобразить.

- Ты уже проснулся, - спросила она.

Я моргнул. Ушло где-то минут пять на это дело.
- По-видимому.

- Хорошо, - серьезно произнесла она. - Мне нельзя было тебя беспокоить, пока ты спал.
Она оттолкнулась от кровати и выбежала из комнаты.

Какое-то время раздумывал над этим, а потом услышал, как она топает по лестнице. Она несла большую коробку, завернутую в белую бумагу и перевязанную серебряным шнурком. Она хмыкнула и водрузила ее мне на колени, с той аккуратностью, которой обладали лишь маленькие дети и большинство животных.

Я вздрогнул и поймал коробку, предотвращая любые возможные травмы, и одурманено сел.
- Что это такое?

- Это оказалось на крыльце этим утром, - сказала Мэгги. - Мыш не считает, что там бомба или что-то такое.

Я посмотрел на коробку. Сверху была записка. Я взял ее и щурился, пока не смог разобрать почерк Молли.

Я ЗНАЮ, ОДНАЖДЫ ТЫ ХОТЕЛ ПОЛУЧИТЬ ЭТО. М.

- Хммм, - сказал я и открыл коробку, а Мэгги смотрела на меня с живым интересом.

- А-а-а, - разочарованно протянула она, когда я вытащил из коробки новый костюм. - Это всего лишь одежда.

- С одеждой все в порядке, - сказал я.

- Да, но это мог быть нож, или пистолет, или волшебный меч, или что-то еще, - Она вздохнула. - Ну, ты знаешь. Классная волшебная штуковина, которая поможет тебе бороться с чудищами. - Она взяла в руки серебристо-серый грубый шелк пиджака. - И ткань какая-то странная.

Я провел рукой по ткани, ощупывая.
- Насколько странная?

- Как-то... ощущается странно и выглядит чудно. В смысле, посмотри на нее. Ты видел что-то похожее по телеку?

- Это паучий шелк, - задумчиво сказал я. - Думаю, это костюм из паучьего шелка.

- Фу, - сказала Мэгги, отдергивая руку. Потом она решительно потрогала ткань снова. - Это так отвратительно.

- И он зачарован, - задумчиво произнес я. Я чувствовал тонкие потоки энергии, проходящие сквозь ткань под моими ладонями. Я на мгновение закрыл глаза и ощутил знакомые очертания своих собственных защитных формул, тех же самых, которые я использовал на кожаном плаще. Я научил Кузнечика основам зачаровывания снаряжения, используя свои максимально изученные формулы. Вероятно, она была единственным живым человеком, который мог так точно воспроизвести мою собственную работу. - Ага, видишь? Как только я надену его, он будет накапливать энергию тепла моего тела, моих движений и использовать ее, чтобы отразить внешнее воздействие.

Мэгги выглядела скептичной.
- Ладно. Зачарованный жучиный бронированный костюм лучше, чем просто костюм, полагаю.

- Да, точно, - сказал я. Я проверил коробку. Она содержала все дополнительные элементы, включая пуговицы и запонки, а также гербовое кольцо на мизинец в сверкающих темно-синих опалах, любимых Зимним Двором.

Кольцо пульсировало накопленной силой, с тугими завихрениями магической энергии. Я ощущал ее своей кожей, словно миниатюрное солнце. Я осторожно положил его в карман, потом передумал и надел. Если мне нужна эта вещь, то скорее всего понадобится она мне безотлагательно.
- Это тот же самый материал, из которого сделаны плащи Стражей. - Я отложил костюм и на мгновение нахмурился. - Итак, Молли хочет сделать моим нарядом заявление.

- О том, что ты не боишься пауков? - спросила Молли. - Я имею в виду, что бы это еще могло значить?

Я поджал губы.
- Знаешь... Я не уверен.

Так значит, появились какие-то новые подводные течения, но никто об этом не говорит. Это нормально, когда имеешь дело с Мэб, с Молли я привык к более открытому общению. Только... принятие мантии Зимней Леди дало моему бывшему Падавану много власти, и независимо от того, говорим мы о сверхъестественном мире или любом другом, больше власти означало больше обязательств, больше ответственности. Возможно, у Молли больше не было полной свободы воли в обычном понимании.

Да и Мэб любит свои секреты. Если она хочет их хранить, не уверен, что у Молли есть возможность рассказать мне о них.

Ну, а может у меня просто паранойя.

Что ж. Я достаточно преуспел в деле выживания, так что моя паранойя оправданна. Может, оформить страховой полис не такая уж плохая идея.

- Папа? - просила меня Мэгги. - Что такое? Ты смотришь вникуда уже около трех минут.

Я моргнул
- Не могла бы ты сбегать и сказать Майклу, что мне нужен его кабинет для одного личного звонка? - спросил я ее.

- Хорошо, - сказала она и вскочила с энергией ребенка, выбегающего из дома в солнечный день. Мыш неуклюже поднялся на ноги, нежно ткнулся мне в лицо своим большим слюнявым ртом и побрел за ней.

Я беспомощно огляделся по сторонам, вытер лицо одеялом, достал бумажник, обнаружил, что он пуст, и начал рыться в карманах в поисках мелочи.

***

Я оделся и сделал звонок из по-спартански обставленному кабинета Майкла. Как только я закрыл тяжелую деревянную дверь, звуки телевизора в гостиной и стук дерева о дерево, доносящиеся с заднего двора, практически стихли.

- Это Дрезден, - сказал я, когда он ответил.

- О боже.

- Мне нужна помощь, - сказал я.

- В чем?

- В добром деле.

Голос его звучал скептически.
- Ах. Это.

- Есть симпатичная девушка.

- Это мне нравится.

- С ней нельзя ничего делать, - сказал я.

- Теперь мне это нравится меньше.

- В деле или нет?

- Плата обычная, - сказал он.

- Я украл только кучу камней.

Он фыркнул.
- Тогда найди кого-то другого.

- Мужик, ты меня убиваешь.

- Только если это ради благого дела. Расскажи мне об этой девушке.

Я рассказал ему, где найти Жюстину и как она выглядит.

- Ты же понимаешь, что она явно роковая женщина?

Я выгнул бровь.
- Она... типа не такая.

- Ну-ну, - сказал он.

- Она не такая.

- Клиент всегда прав. Какой результат ты хочешь?

Я слегка вздрогнул. Лично для него не имело значения, прошу я ее убить или спасти. Но чем больше у меня было опыта в этом мире, тем больше я приходил к мысли, что чудовищность или ее отсутствие было намного менее важно, чем то, сдержит ли монстр свое слово.

Этот сдержит.

- Скрытое наблюдение. Проследи, чтобы с ней ничего плохого не случилось.

- Я шпион или телохранитель?

- Да.

- Ох. Ты запутался.

Я совершенно точно не запутался.
- Я совершенно точно не запутался, - абсолютно уверенно заявил я. - Я... просто мне нужно больше информации, прежде чем я смогу начать действовать.

- Ну-ну, - сказал он. Только еще более раздражающе. - Оппозиция?

- Неизвестна, - сказал я.

Он какое-то время молчал.

- Тебе, - сказал он.

- Ага.

- Сейчас.

- Ага.

- Здесь.

- Ага.

- О, - сказал он. - Супер.

- Если я заполучу легкую работенку, позвоню на биржу труда.

- Я не лезу в политику, - сказал он. - Добрые дела обычно вне ее.

- С этим я разберусь, - сказал я. - Твоя забота - только о девушке и ребенке. Она беременна. Просто убереги их от опасности.

- А, - сказал он, как будто я только что упростил ему жизнь. - Правила ведения боя?

- Что ж, я думаю, ты должен...

- Вопрос с подвохом, - сказал он и положил трубку.

Я посмотрел на телефон.

Потом я залез в карман, вытащил долларовую купюру, которая затерялась в кармане во время прошлой поездки в прачечную и нынче превратилась в скомканный кусок псевдодерева. Я положил ее в конверт, запечатал и написал на нем розовым фломастером "Грей". Я положил его в карман. Молодец, Гарри, возьми с полки пирожок.

Потом я встал и вышел.

***

Баттерс был очень подвижным маленький парнем - быстрым, прыгучим, с горящими глазами.

Человек, следовавший за ним по двору Карпентеров, был больше похож на медведя - огромного, сильного и слишком быстрого для его размеров. Он полностью побрил голову, и его кожа цвета темного шоколада была покрыта капельками пота, а яркое послеполуденное солнце беспричинно играло на его мускулах. Саня был ростом и телосложением полузащитника НФЛ, и зубы его обнажались в широкой усмешке всякий раз, как он вступал в бой.

Пока я смотрел, двое мужчин встали лицом друг к другу, держа в руках куски дерева, с виду напоминающие самурайские мечи. Баттерс держал свой двумя руками высоко над головой. На коротышке были спортивные очки, майка и облегающие спортивные штаны. Он был похож на главных героев старых гонконгских фильмов - тонкий, гибкий, жилистый, с подтянутой мускулатурой, с основным упором на скорость и рефлексы.

Саня, одетый в потрепанные синие джинсы и байкерские ботинки, повращал тренировочным мечом одной рукой, сделал пару взмахов и встал в фехтовальную стойку перед Баттерсом, чуть вне его досягаемости, убрав свободную руку за спину.

- Ты стал гораздо плавнее, - сказал Саня глубоким рокочущим голосом с сильным русским акцентом на гласных.

- Но все еще не быстрее, - сказал Баттерс. А потом его тренировочный меч расплылся, устремляясь к Сане. Саня перехватил его парирующим ударом, хотя его мускулов и массы Баттерса было достаточно, чтобы этого не делать. Его ответный удар скользнул вниз по рукояти тренировочного меча Баттерса так быстро, что я услышал, как он попал по большому пальцу Уолдо. Он взвизгнул и отскочил назад, тряся этой рукой - но не потеряв своего тренировочного оружия.

- Плавность всегда лучше скорости, - сказал Саня, отступая назад и поднимая руку, знаменуя паузу в тренировке. - Плавность - это техника. Изящество. Плавность позволяет думать во время боя.

- А это имеет большое значение? - спросил Баттерс.

- Главное, - сказал Саня. - Драка - это наименее цивилизованная вещь, которую можно сделать. Интеллект не создан для борьбы. Ты уже бывал в драках, da?

- Да. Это ужасно.

- Da, - ответил Саня. - Трудно пройти тест, когда какая-то вонючая тварь тычет тебя лицом в вонючую подмышку. - Он осторожно прислонил тренировочный меч к стене маленькой мастерской Карпентеров, а затем взял старую, поношенную кавалерийскую саблю с обмотанной проволокой рукоятью в потертых кожаных ножнах. - Трудно много думать в бою, - сказал Саня. Он ткнул большим пальцем в свой бицепс. - Мускулы могут быть полезным инструментом - или мертвым грузом, - сказал Саня. - Он ткнул себя большим пальцем в лоб. - Но это самое опасное оружие.

Баттерс на мгновение задержал взгляд на гораздо более крупном мужчине.
- Да, каждый имеет такое.

- Совершенно верно, - сказал Саня. - Опасное место, планета Земля. Опасные животные, люди. - Его ухмылка стала еще более волчьей. - Будь более человечным, чем следующий парень. И возьми в руки Меч.

Баттерс приподнял бровь.
- Эм. Ты уверен, что хочешь играть с ними? В смысле, с ними нет права на ошибку.

- Всегда нет права на ошибку, - спокойно сказал Саня. Он вытащил старую саблю. Каким бы изношенным ни было оружие, его зазубренный клинок сиял на солнце ярко и правдиво. Эспераккиус, меч надежды, пел яркую, тихую песню силы, которую я ощущал на своем лице и груди, как солнечный свет.

- Чувак, - сказал Баттерс. Он отступил в сторону и полез в старую сумку, лежавшую на земле неподалеку. - Я не знаю, что эта штука сделает с Эспераккиусом.

Саня раскатисто рассмеялся.
- Я тоже. Но верь.

Баттерс нахмурился.
- Но что, если...

Русский покачал головой.
- Если существует меч, против которого я не могу устоять, я должен знать.

- А что случилось с верой? - спросил Баттерс.

Саня бросил на Баттерса недоуменный взгляд, прежде чем улыбка вернулась на его лицо.
- Полагаю, я не возражаю против веры в отсутствии знания, - сказал он. - Но знания тоже хороши, da?

- Da, - твердо сказал я.

Оба мужчины посмотрели на меня, удивленные моим присутствием. Они просто были заняты. Баттерс, нахмурившись, пару раз подкинул рукоять Фиделаккиуса.
- Ты уверен?

- Стоит узнать, не так ли? - спросил я. - В мире повсюду носятся с зачарованными мечами. Они были главным видом вооружения достаточно долгий срок. Судя по тому, что я слышал, узнать как использовать Силу среди этой кучи стали, весьма разумно. Если то, что случилось с Мечом Веры, представляет собой серьезную эскалацию,меняющую игру, было бы хорошо знать.

- Ну, я не хочу, чтобы Бог кричал на меня, если я сломаю Его вещь, - Баттерс вздохнул.

- Это если он есть, - сказал Саня.

Баттерс непонимающе посмотрел на Саню и сказал:
- Ты очень странный человек.

- Da, - весело согласился Саня. Затем он поднял меч, снова принявшись за дело, и сказал: - En garde.

Баттерс поморщился. Но его ноги приняли боевую стойку, и он поднял Фиделаккиус. Он внимательно оглядел соседние дома, чтобы убедиться, что никто не стоит во дворах, подглядывая, и сказал:
- Только не долго. Ладно?

- Da, da, - сказал Саня.

Баттерс мрачно кивнул один раз, и раздался гул силы и вспышка дополнительного солнечного света, когда сверкающее лезвие меча Веры выскочило из его разбитой рукояти. Мягкий, колеблющийся аккорд призрачной хоровой музыки следовал за каждым движением клинка, когда Баттерс поднял его в защитное положение над головой.

- Всегда с высокой защитой, - прокомментировал Саня.

- Все выше меня, - заметил Баттерс.

Затем он замахнулся Мечом Веры на руку Сани.

Саня двигался плавно, прямо парируя и направляя силу стали Меча в его руке против оппонента.

Вспыхнул свет, будто от зеркала проезжающего автомобиля отразилось солнце, и призрачная хоровая музыка на мгновение стала громче и интерсивнее. От соприкосновения оружий полетели искры, и в том месте, где они соприкоснулись, вспыхнул свет, такой белый и чистый, что мне показалось, будто подобного ему не видели по меньшей мере несколько миллиардов лет. Может быть, с тех пор, как Кто-то сказал: “Да будет свет.”

Затем мужчины разошлись. Саня отвел клинок в сторону и внимательно осмотрел его, но сталь была блестящей, яркой и неизменной.

Баттерс нахмурился. Затем он повернулся к старому пню во дворе, к которому крепились остатки старой наковальни. Примерно половина наковальни исчезла, как будто ее отрезали под углом. Баттерс на секунду задержал взгляд на наковальне, перевел дух и взмахнул Мечом Веры. Раздался вой от меча, каскад искр, а затем кусок наковальни толщиной с обеденную тарелку упална землю, где раскаленный металл быстро разжег небольшой костер в сухой летней траве.

Баттерс взвизгнул, схватил ближайшую бутылку с водой и потушил огонь с громким шипением, топотом и небольшим облачком пара.

Лицо Сани, тем временем, осветилось еще более яркой версией его обычной улыбки, и когда он снова перевел взгляд на Баттерса, глаза его ярко засияли.

Баттерс настороженно посмотрел на выражение лица оппонента и потом медленно улыбнулся.
- Да, - сказал он. - Окей.

И, не говоря ни слова, два Рыцаря бросились друг на друга с высоко поднятыми Мечами.

Мечи снова столкнулись, только теперь все было по-другому. Саня больше не доминировал в битве, преимущество было у Баттерса. Эспераккиус метался и кружился, и скользил, но как бы Саня не был быстр со своим клинком, стальной меч не был невесомым.

Фиделаккиус, Меч Веры, был.

Баттерс продолжал атаку абсолютно безжалостно, не давая русскому передышки, постоянно наступая ему на пятки. Саня начал отступать всерьез, парируя и отбивая атаки как мог - что случалось редко, перед лицом натиска Баттерса.

Рослый русский споткнулся о пятигаллонное ведро, аккуратно поставленное рядом с открытым краном для воды, перекувырнулся назад и едва успел вскочить на ноги, чтобы поймать клинком Эспераккиуса Меч Веры. Он расхохотался, когда Баттерс безжалостно отбросил его назад, и его мерцающая сабля перешла почти в полную защиту.
- Это даже несправедливо! Это замечательно!

Баттерс издал ответный смешок, и когда он это сделал, Саня сжульничал. Высокий рыцарь пнул ногой часть лужайки Майкла прямо в лицо Баттерсу, и тот отпрянул назад. Саня пошел на риск и рванул, и время было выбрано удачно. Он подобрался ближе, держа клинок за спиной Баттерса, и ударил его по голове свободной рукой.

Он недооценил скорость реакции маленького парня. Баттерс двигался чисто инстинктивно, сверкающее лезвие его меча метнулось в сторону.

И прямо сквозь запястье Сани.

Здоровяк закричал и упал на колени, согнувшись пополам, скрывая запястье.

- Саня! - крикнул Баттерс. Какое-то мгновение он с ужасом смотрел на сияющий меч, а потом бросил его. Лезвие мелькнуло и исчезло, когда рукоять отскочила от лужайки. Затем он побежал к здоровяку.

Я повернулся к дому и заорал: "Врача!". Потом я присоединился к Баттерсу рядом с Саней.

Здоровяк раскачивался взад-вперед, его сильно трясло, мускулы на спине и плечах резко выделялись.

- Ого, нас предупреждали, а мы не слушали, - пробормотал я. - Сколько рук мы видели улетающими?

- Я знаю, - сказал Баттерс с ужасом в голосе. - Саня, да ладно тебе. Дай мне посмотреть.

- Все в порядке, - процедил Саня сквозь зубы. - Для сабли нужна только одна рука. Все еще могу быть Рыцарем.

- Господи, какой же я идиот, - сказал Баттерс. - Я вообще не должен был доставать эту штуку, если тут не было зла. Дай взглянуть, чувак.

- Не вини себя, Уолдо, - серьезно сказал Саня. - Я не считаю себя христианином, но у них хорошие представления о прощении. Я прощу тебя, брат.

Я резко встал и скрестил руки на груди, выгнув бровь.

- Боже, Саня, - сказал Баттерс. - Это был несчастный случай. Мне так жаль. Я... - Он внезапно нахмурился. - Эй!

Глубокий голос Сани перешел в булькающий смех, который поднимался откуда-то от пальцев ног и прокатился по животу и груди, прежде чем, наконец, выплеснуться изо рта. Он поднял пальцы своей "искалеченной" руки и пошевелил ими, все еще смеясь.

- О, - пробормотал Баттерс. - Ох, ох, ох. Ты придурок.

Саня поднялся, все еще смеясь, провел рукой по бритой голове. Он подошел к брошенным ножнам. Он достал тряпку из небольшого футляра на поясе ножен, вытер саблю и аккуратно убрал ее.
- Я так не думал.

- Думал что? - спросил я.

Он пожал плечами.
- Это был инстинкт. Я не чувствовал, что мне угрожает опасность от этого меча.

- Инстинкт? - вопросил Баттерс. Он снова запустил руку в копну своих волос. - Ради Бога, мужик. Если бы ты ошибся...

- Не ошибся, - с улыбкой ответил Саня.

Баттерс раздраженно фыркнул и схватил рукоять Фиделаккиуса, но лицо его было озадаченным.
- Что только что произошло?

- Очевидно, он не смог его порезать, - сказал я. - Вопрос в том, почему. - Я осмотрел задний двор. Честно говоря, было очень мало шансов, что кто-то увидит большую часть того, что происходило. Между розовыми кустами, посаженными вдоль заборов, несколькими кустарниками, огромным деревом и настоящим частным забором на заднем дворе, было не так уж много мест, откуда можно подглядывать. Майкл все спланировал заранее.

И, словно эта мысль вызвала его, он вышел через заднюю дверь дома, тяжело хромая, с тростью и ремнем от большой аптечки, перекинутой через плечо. Он замедлил шаг, изучая язык тела каждого, и вопросительно посмотрел на меня.

- Саня нас разыграл, - сказал я.

- Не смог удержаться, - хмыкнул Саня. - Вы такие провинциальные простачки.

Я ударил его кулаком по руке, в то время как Баттерс пнул его по голени. Это только заставило его снова рассмеяться.

- Что случилось? - спокойно спросил Майкл.

Баттерс рассказал ему.

- Хах, - сказал Майкл, поднимая брови. - Ты когда-нибудь прикасался к лезвию меча?

- Господи, нет, - сказал Баттерс. - В смысле... да брось, нет. Просто нет.

- Но он уже резал людей прежде, - сказал я. - Так ведь?

- Да, - начал было Баттерс. Затем его голос затих. - Нет. Не людей. Он рубил монстров.

Мы вчетвером на мгновение задумались.

- Что ж, - сказал я. - Зажигай его. Попробуем.

- Думаю, нам придется это сделать. - Баттерс вздохнул. Он поднял меч, просто держа его лезвием вверх, и тот ожил с хоровым гулом.

Не колеблясь ни секунды, Саня протянул руку и вложил ее прямо в свет лезвия.

Абсолютно ничего не произошло. Лезвие просто вошло в его плоть, а затем продолжилось с другой стороны, как будто не было никакого препятствия.

- Странно, - выдохнул Баттерс. Он протянул руку и проверил его мизинцем, а потом сунул в луч и всю ладонь. - Хм, - сказал он. - Просто немного тепло.

Майкл был следующим, спокойно вложив туда руку с первой попытки.
- Интересно.

- Моя очередь, - сказал я и ткнул обожженным указательным пальцем левой руки в лезвие. Было тепло, неприятно пекло, но терпимо, как будто мыть посуду под струей горячей воды. Я ощущал сырую энергию меча, которая буквально кипела накопленным потенциалом, как будто сила звезды могла быть заточена в физическую форму.

- Но он все равно режет вещи, - сказал я. Я махнул рукой в сторону разрезанной наковальни. - Он сделал это всего пять минут назад.

Майкл на мгновение поджал губы. Затем он посмотрел на меня и сказал:
- Сохранение энергии.

Я нахмурился, а потом понял, что он имел в виду.
- О. Да, держу пари, ты прав. В этом есть смысл.

Баттерс покачал головой.
- В чем есть смысл?

- Законы вселенной, - сказал я. - Материя и энергия не могут быть созданы или уничтожены. Все, что ты можешь - это изменить их.

- Конечно, - сказал Баттерс. - Какое это имеет отношение к Мечу?

Я нахмурилcz, пытаясь придумать, как объяснить.
- У всех Мечей есть... какая-то сверхъестественная масса, да? Представитель их власти в мире и их роли в нем. Понятно?

- Конечно - медленно ответил Баттерс.

- Когда Меч был уязвим и Никодимус сломал Фиделаккиус, он не уничтожил его, - сказал я. - Может быть, он не смог его уничтожить. Может быть, все, что он мог сделать - это изменить его. Теперь, по идее, для него, он хотел изменить его на что-то нефункциональное. Но Мечи - одни из самых мощных артефактов, которые я когда-либо видел. Вещи с такой силой, как правило, сопротивляются изменению, точно так же, как вещи с большой массой трудно перемещать.

- Ты хочешь сказать, что Меч дал отпор, - сказал Баттерс.

- Он говорит, - твердо сказал Майкл, - что ключевым словом в Мече Веры никогда не был Меч.

Я бросил на Майкла укоризненный взгляд.
- Я говорю, что даже сломленная, сверхъестественная сила Меча Веры все еще имела ту же цель - поддерживать веру и защищать беспомощных от зла. Даже... находясь в состоянии изменения, уязвимый к повреждениям, он все еще пытался найти способ выполнить свое предназначение. Я думаю, что когда ты прикоснулся к нему, Баттерс, он заглянул в твое занудное-презанудное сердце и увидел способ, которым он смог бы продолжать это делать.

- Что? - c благоговением произнес Баттерс, глядя на сверкающее лезвие.

- Меч взглянул на тебя, - задумчиво произнес Саня, - и увидел джедая. Увидел способ продолжать борьбу. Так он стал световым мечом.

- Более могущественным чем обычный стальной меч, - сказал Майкл. - Но в то же время и менее.

Я кивнул.
Потому что баланс должен сохраняться. Он не мог стать сильнее, чем был на самом деле. Но и слабее тоже не мог.

- Теперь он больше влияет на духовный мир, чем до того, как был разрушен, - сказал Майкл. - Поэтому на физический мир будет оказывать меньше влияния.

Я покачал головой.
- Не на физический мир. На мир смертных. С нарезкой стали на слайсы все в порядке. Но с людьми он больше не взаимодействует.

- Как он определяет разницу между людьми и монстрами? - спросил Баттерс.

- Это может быть что-то вроде резонанса с определенными видами энергии. Злые существа склонны источать негативную энергию - черную магию. Вполне возможно, что меч реагирует на это. Я имею в виду, я не могу придумать никакого способа заставить это работать, но у кого-то умнее и лучше, чем я, может не быть этой проблемы. - Я откинулся назад, размышляя. - Или бритва Оккама, - медленно проговорил я. - Может быть, потому, что он знает разницу.

Майкл нахмурился.
- Гарри?

- Рыцари темного динария несут по одной серебряной монете Иуды с падшим ангелом внутри, - сказал я. - Вы, ребята, их... противоположность. Каждый из вас носит меч с гвоздем от распятия... - я ободряюще махнул рукой.

- С ангелом внутри, - выдохнул Баттерс.

В маленьком кружке воцарилась ошеломленная тишина.

- Баланс, - сказал я. - Думаю, он знает, потому что он знает, Баттерс.

- О Боже, - прошептал Баттерс. - Однажды я случайно его постирал.

Саня издал утробный смешок.

Майкл снова прикоснулся к лезвию Фиделаккиуса, более трепетно.
- Ангелам не позволено вмешиваться в жизнь смертных и их свободную волю, - сказал он. - Если ты прав, Гарри... этот клинок света является прямым выражением воли ангела. Он не может посягать на свободу воли смертного. Он может бороться только со злыми существами, которые пытаются сделать то же самое.

- Люди могут быть злыми, - сказал Баттерс. - Он бы разрезал Чака Мэнсона?

- Люди могут быть злыми, - сказал Майкл. - Могут быть добрыми. Они могут выбирать. Это то... что делает нас людьми. - Он покачал головой. - За эти годы я научился распознавать присутствие зла. Истинная тьма очень отличается от простой ярости, ужаса, жадности или жажды мести. Я встречал лишь горстку смертных, которые были по-настоящему злыми. Никодимус и ему подобные.

Я кивнул.
- Ангелы мыслят абсолютами. Ты должен быть чертовски абсолютным, чтобы квалифицироваться как зло - или добро - по их стандартам. Вот почему они так любят Майкла.

Майкл пожал плечами и кивнул.

- Так... - сказал Баттерс. - Какой из всего этого вывод?

- Твой Меч бесполезен против смертных, - тихо сказал я. - Это лучше, чем что-либо в борьбе с монстрами, но если один из них наймет громилу из людей, этот парень устроит тебе взбучку.

Саня хлопнул Баттерса по плечу, сдвинув его на шесть дюймов, и предложил:
- Пора раздобыть автомат Калашникова.

- Фантастика, - пробормотал Баттерс. Он убрал меч и вздохнул. - Должны ли мы... типа, поговорить с ним или что-то вроде? Я чувствую, что был очень груб все это время.

- Вежливость никогда не помешает, - сказал я.

- Ты это в какой-то книге вычитал, чародей? - невинно спросил Саня. - Наверное, очень, очень давно?

- Если в клинках и есть ангелы, то они уже давно этим занимаются, - успокаивающе сказал Майкл Баттерсу. - Я уверен, что они понимают наши пределы.

- Но они бы нам сказали, верно?- Спросил Баттерс. - Я имею в виду, если это правда, то это кажется довольно важным. Они бы нам сказали. Так ведь?

Майкл пожал плечами.
- Уриил не особенно свободен в информировании. Он ведет войну. Войну. Это означает оперативную безопасность.

- Но почему? - спросил Саня. - Что бы изменилось, если бы знали?

Я пожал плечами.
- Эй, я всего-то пытаюсь объяснить, почему у Баттерса безопасный меч.

Баттерс просиял.
- Я вроде как понимаю, да?

- Я буду придерживаться стали, - сказал Саня. - И свинца, конечно же.

Я взглянул на солнце.
- Адские колокола. Мне пора выдвигаться. Вечером планируется вечеринка, знаменующая начало мирных переговоров.

- Что ты хочешь, чтобы мы делали, Гарри? - спросил Баттерс.

Я на секунду задумался, а потом положил руку на плечо Баттерса.
- Я все еще работаю вслепую. Но вы же Рыцари Креста. Если я что-то придумаю, то позвоню тебе и сообщу подробности. А до тех пор делайте то, что вы делаете, и мы будем надеяться, что выйдет как нужно.

Баттерс неуверенно посмотрел на меня.

- Da, это хороший план, - сказал Саня. Он хлопнул меня по плечу так сильно, что я подумал, не обратиться ли мне к мануальному терапевту. - Дрезден до сих пор выполнял больше Рыцарской работы, чем ты. Это хороший план. Чародей знает, о чем говорит.

- Нет, на самом деле, не знаю, - сказал я. - В этом и проблема.

- Но ты знаешь, что не знаешь, - сказал Майкл. - Что весьма мудро.

Я фыркнул.
- Если осознание собственной невежественности является мерой мудрости, то я долбаный Соломон, Уолтер Кронкайт и Судья Джуди в одном лице.

Саня изобразил из своих пальцев квадрат, обрамляя мое лицо, как фотограф.
- Мне всегда казалось, что ты больше похож на Джуди.

Я попрощался с Рыцарями, нынешними и бывшими, погладил Мыша, обнял Мэгги, сказал ей, что люблю ее и чтобы она вела себя хорошо, и вышел.

Пора на вечеринку.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/80059/485246

Переводчики: alice_all_right, Irochka