Готовый перевод Evan Winter «The Fires of Vengeance» / Эван Уинтер «Пламя отмщения»: Глава первая. Неоспоримый

- Куда мы идем? - спросил Тау Одаренную, которая нашла его у больничной койки Джабари.

Она подтолкнула его и направилась в покои, сказав, что Королева готовится к встрече с нескольким дворянами и что Нья хочет, чтобы он тоже был там.

Ответ был не утешительным. Было уже поздно, и хотя опыт Тау с полуночными встречами был ограничен, он не мог себе представить, что это что-то хорошее.

Оказавшись в его покоях, Одаренная убедила его надеть мечи из чешуи дракона и доспехи чемпиона, которые дала ему королева.

Черные клинки, насаженные на рукояти отцовского и дедовского мечей, сидели по бокам как влитые, но доспехи из черно-красной кожи в стиле Ингоньямы заставляли его чувствовать себя неуютно.

Дело было не в форме и не в качестве доспехов. Последний подарок королевы был чудом, которое давало Тау большую свободу передвижения и гораздо большую защиту, чем его старый гамбезон. Его беспокоил не вид доспехов, а его предназначение.

Надев их, он становился защитником королевы. Это давало знать всем омехи, что он один из лучших, и Тау не питал иллюзий относительно того, что подумают об этом Вельможи.

- Чемпион, - с дрожью произнесла Одаренная, оглядывая его с ног до головы. - Чемпион Соларин.
Она вздернула подбородок.
- Я Одаренная Танди, но... раньше была Высшей Мирянкой, - сказала она с гордостью, хотя Тау не был уверен, было ли это связано с ее нынешним положением или с какой-то странной оценкой того, от чего она сбежала.

Ему все еще было трудно примириться с мыслью о том, что Одаренный, когда-то были Меньшими. Женщина, стоявшая перед ним, выглядела сильной, сытой, а ее мантия была безупречной.

Сама ее сущность казалось чем-то иным, чем у Меньших, в добавок грация и уверенность, с которой она двигалась, ее гладкая не обветренная кожа и легкость, с которой она показывала свою красоту.

Меньшие так не поступали. Они хоронили все свое я, то чем являлись глубоко внутри, потому что привлечение внимания к себе среди Вельмож было быстрым способом напомнить о том, где они на самом деле находились

- Они подумают, что я не имею права носить его, - сказал он, и его мысли вырвались наружу прежде, чем здравый смысл смог их сдержать.

- Они ошибаются.

- Как ты можешь так говорить?

- Я говорю это потому, что если бы существовал способ отвергнуть тебя, они бы это сделали, - сказала онаа. - Единственный способ забраться так далеко, как ты, учитывая, что они о нас думают, это стать неоспоримым, - она махнула ему рукой.
- Следуй за мной.

Двигаясь быстро, они прошли по коридорам, миновав нескольких стражников, каждый их которых отдавал честь Тау, их военные инстинкты, отвергали любые сомнения, которые они могли иметь относительно человека, носящего доспехи Ингоньямы.

Танди привела его в незнакомую и пустую часть Замка Стражей, где стены не были украшены гобеленами или картинами, а полы были голыми и отражали эхо их шагов. Проведя его до конца коридора, она остановилась перед дверью, которая была немного выше Тау и была укреплена бронзовой рамой.

- Мне жаль твоего друга, Малого Вельможу, который сгорел, - сказала она, явив на свет ключ, спрятанный в безделушке на ее ожерелье, и открыла дверь. - Я слышала, он спас много жизней.

- Так и есть, - сказал Тау.

За дверью была узкая лестница, ведущая вниз, в темноту, и Одаренная Танди повела их дальше.

- Минутку, леди Одаренная, - сказал Тау, стараясь скрыть страх в голосе, глядя вперед. - Ты хочешь, чтобы я пошел в туннели под замком?

Женщина в мантии посмотрела на него через плечо.
- Пойдем, чемпион, - сказала она. - Визирь ждет.

Тау сделал шаг назад.
- Я думаю, мне нужно знать больше о том, что мы делаем и почему, или она может немного подождать.

Танди наклонила голову и моргнула. Она не была похожа на других Одаренных, которых он встречал. Большинство из них выглядели аскетично и сурово, но лицо Танди было круглым, у нее были большие глаза и рот, легко расцветавший в улыбке. Она выглядела молодой, честной и полной надежд.

- Туннели - лучший способ пройти через крепость незамеченным, - сказала она.

- А к чему нам быть незаметными? Мы в опасности?

Она расплылась в своей легкой улыбке, не выходящей за пределы ее губ.
- Да.

Первые два поворота в освещенных факелами туннелях он был в порядке, но после этого, когда выход остался далеко позади, конечности Тау начали дрожать, а во рту пересохло. Он скрыл свое беспокойство от Одаренной, не желая показаться слабым, но дурнота заставила его оступиться и он привалился к ближайшей стене.

- Чемпион?

- Я в порядке, - сказал он, словно с кашей во рту. - Не люблю маленькие пространства.

- Могу я помочь? - спросила она.

Он отмахнулся от нее и прищурился.
- Со мной все будет в порядке, - сказал он, представляя себя на открытом воздухе в горах Керема. - Я могу это сделать... - пробормотал он, отталкиваясь от стены, когда раскат грома громыхнул так громко, что с потолка туннеля посыпались куски кладки.

Тау упал на пол и спешно прижался спиной к стене, пока его сердце бешено прыгало в груди, как лягушка, потревоженная палкой.

- Это просто шторм, - сказало Одаренная, опускаясь на колени рядом с ним и протягивая ему руку. - Туннели с виду грубоваты, но они не обрушатся. Я обещаю.

Тау уставился на нее, но не увидел Одаренной Танди. Он вспомнил последний раз, когда кто-то пытался утешить его в этих туннелях. Он вспомнил Зури и отметил, что буря бушевала с той ночи, когда он потерял ее. Он никогда не слышал, чтобы они продолжалась так долго, и подумал, что даже небеса скорбят вместе с ним.

- Позволь мне помочь, - сказала Одаренная.

Как и у Зури, ее глаза были карими, но это была единственная их общая черта.

- Мне это не нужно, - сказал он, и хотя Танди выглядела так, будто сомневается в этом, у нее не было возможности ответить.

Нья, выглядевшая так, будто не спала несколько дней, показалась из-за дальнего угла туннеля.

- Одаренная Танди, ты опоздала, - сказала пожилая женщина, заметив их обоих, а затем, ведя себя так, как будто было совершенно нормально найти Тау сидящим на заднице в туннелях Крепости Стражи, поздоровалась с ним.
- Добрый вечер, чемпион.

- Визирь, - сказал Тау, не сводя глаз с ее лица, чтобы не видеть, как пол скользит взад и вперед.

- Ты ужасно выглядишь, - сказала она.

- Солнце упрекает огонь в жаровне из-за того, что в хижине жарко, - сказал он.

Одаренная усмехнулась, Нья повернулась к ней, и Танди сделала вид, что прочищает горло.

- Это происходит каждый раз? - спросила Нья, возвращаясь к нему. - Вас всегда беспокоят закрытые пространства?

- Это неудобно, но могло быть и хуже, - парировал он. - Я мог быть детенышем.

В туннелях было жарко, но температура, казалось, упала от взгляда который бросила на него Нья.

- Знаешь ли ты, чемпион, почему присутствие и цель детеныша раскрываются столь немногим? - спросила она.

- Потому что это неправильно, - сказал он, поднимаясь на ноги.

- Это потому, что бессильные, не имея ни понимания, ни опыта того, сколько реальная сила может спасти или уничтожить, думают слишком узко. Они видят вещи либо правильными, либо неправильными, но мир и цели тех, кто в нем обитает, искажаются, недооцениваются, когда сводятся к такой базовой бинарности.

Тау покачал головой и, проверяя равновесие, сделал шаг в сторону Ньи.
- Неправильно - это неправильно - сказал он.
В попытке узнать, что находится за углом у нее за спиной, он увидел, что всего в нескольких шагах туннель заканчивается закрытой дверью.
- Он ведь там, не так ли?” - спросил он.

- Повернись, - сказала Нья, указывая в сторону, откуда он только что пришел. - Мы идем туда.

Он не был готов уйти.
- Они разумны, не так ли? Вот почему они могут держаться за Одаренных, когда их Увещевают. Они разумны, и вы поймали одного из них в ловушку под землей и держите за запертыми дверьми почти столько же, сколько мы живем на этой земле.

Визирь встретился с ним взглядом.
- Ты мыслишь слишком просто и ошибаешься в последнем пункте.
Она скрестила руки на груди и отступила в сторону.
- Двери к нежеланной правде редко запираются, так как очень немногие хотят смотреть в лицо тому, что стоит за ними.

Нья не думала, что он войдет. Она думала, что он не желает видеть цену их выживания, но Тау знал чего оно стоит и страдал. Он был там, беспомощный, вынужденный смотреть, как Зури отдает свою жизнь, чтобы спасти других, и будь он проклят, если не сможет, хотя бы стоять в присутствии существа, которое ее убило. Поэтому, даже не бросив последний взгляд в сторону визиря, он шагнул вперед и толкнул незапертую дверь.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/81083/493362

Переводчики: fenix996