Готовый перевод The Desert Prince / Принц пустыни: Глава 43 - Песчаная буря

Глинистые равнины уступают место песку, наши следы медленно сметаются практически бесконечным ветром, который собирает песок в большие барханы, тянущиеся к горизонту. Шёлковое покрывало отсеивает большую часть частиц, но не их вкус. Мой рот полон песчинок

По мере нашего продвижения по дюнам, путевые столбы становятся все более непоследовательными, некоторые стоят так же высоко и четко, как при их постройке тысячи лет назад. Другие полузарыты в песке.

Прошло пятнадцать лет с тех пор, как кто-либо проходил этим путем и рассказал об этом. Пятнадцать лет ветра и песка. Мне страшно представить, что некоторые могли полностью исчезнуть, поглощенные дюнами.

Мы находим еще один наполовину зарытый столб до наступления ночи. Мы разбиваем лагерь вокруг его основания, которое всё еще предоставляет какую-то защиту, хоть и не такую, как, свободные от песка столбы.

Мы раскладываем переносные охранные круги вокруг животных и наших спальных мешков для дополнительной безопасности, но меня беспокоит ветер. Он сдувает песок прямо на метки, угрожая ослабить защиту. Мы чередуемся на посту до рассвета, регулярно очищая символы, но так далеко от цивилизации, демонов здесь немного.

Так продолжается ещё на протяжении двух дней, но к третьей ночи, мы оказываемся без какого-либо ориентира, на месте путевого столба стоит простой деревянный столб, полузарытый в песок, с указателем направления.

И словно этого было мало, поднимается сильный ветер, разнося песок и пыль повсюду. Мы ходим вдоль периметра переносного охранного круга очищая песок, но метки покрываются быстрее, чем мы успеваем их очистить. Мы пытаемся укрыться музыкой, но у Рожвах пересохло горло, а голос заглушен покрывалом. Мне приходится опустить свое покрывало полностью, чтобы играть на флейте, и каждый раз, когда я втягиваю воздух, я вдыхаю песок. Песок попадает на струны и смычок каманджа Арика. Он продолжает играть, но звук утопает в вое ветра.

Даже защита наших плащей начинает ослабевать, когда сдуваемый песок скапливается на нитях, делая метки неэффективными.

И среди воющего ветра и наших перекрикиваний, я слышу взывания песчаных демонов.

Рука инстинктивно тянется к луку, но я знаю, что это бесполезно. Мои руки и так трясутся, когда я целюсь в то, что пытается меня убить, и я не настолько хороший стрелок, чтобы учесть еще и такой ветер.

Вместо этого я сжимаю костяную рукоять маминого ножа, продолжая вглядываться в песок, который разносит ветром. Папа писал, что песчанные демоны так сильно похожи на дюны, что их почти невозможно увидеть обычным зрением. Я могу видеть их ауры с помощью своих ночных глаз, но они научились маскироваться с помощью песка, поднятого ветром. Мелкие частицы в воздухе отражают свечение, делая формы расплывчатыми и неясными. Невозможно определить, сколько их и насколько они близко.

Вдруг сеть меток вокруг нас оживает, раскрывая опасно большие пробелы в паутине, где песок накрыл метки.

Раздается крик Селены. Я оборачиваюсь, и вижу, как она спотыкается и падает назад, копьё выбито из её рук взмахом когтистой лапы песчаного демона, пытающегося прорваться через дыру в метках перед ней.

Я мгновенно снимаю лук с плеча, вставляю стрелу и стреляю, но, как я и опасался, ветер сбивает мой прицел, и стрела улетает в сторону, едва не задев в одну из лошадей.

— Селена! – Крикнул я, выхватывая нож и устремляясь к ней.

Я зря переживал.

Селена сжимает кулак и бьёт, её удар поражает демона, словно молнией. Происходит вспышка и демон отлетает назад. Я не понимаю, как это возможно, пока не замечаю украшения на её руке - комплект из пяти меченых серебряных колец, соединенных тонкими серебряными цепочками с драгоценным браслетом вокруг её запястья.

Демон быстро приходит в себя, готовясь к следующему прыжку. Но прежде чем он успевает атаковать, Селена быстро очищает ослабленные пластины с метками. Когда демон прыгает, он сталкивается с непроницаемой сетью меток и отлетает назад.

Но в воздухе летает много песка, и защита круга далека от идеала. Арик упрямо продолжает играть, пока Селена подбирает своё копье, глазами выискивая следующую брешь.

К моменту когда другой демон находит дыру в метках, Селена уже стоит на его пути, встречая его лицом к лицу и вонзая своё копье в его горло. Метки оживают, и её аура начинает ярче светиться, когда магия от обратной отдачи поднимается вверх по её руке.

– В бездну это! – Арик бросает камандж и подбирает своё копьё и щит как раз, когда другой демон начинает испытывать метки. Он не ждет, пока подземник найдет брешь, он вонзает копье в плечо демона и опрокидывает его на землю. В него втекает магия, и он издает первобытный рев, который разносится по ветру.

Следующие несколько часов царит хаос. Арик и Селена ведут бой, бегая вокруг лагеря и отбрасывая песчанных демонов, ищущих дыры в сети. Селена молчалива и сосредоточена, но смех Арика, усиленным этим шумом, звучит пугающе, словно крик демонов.

Мне хочется помочь Арику и Селене, но я мало что смогу сделать, только помешать. Демон проникает через метки рядом с Рожвах, и я бросаюсь к ней, становясь на его пути, с высокого поднятым маминым ножом, как будто я знаю, как им пользоваться в бою. Тем не менее, подземник, должно быть, ощутил мощь этого оружия, потому что он с опаской отступает назад, шипя как кошка и показывая острые как бритвы когти и зубы.

Как и с другими, Рожвах не нуждается в моей помощи. – Отойди в сторону, кузен. – Она протягивает руку в мешочек с хора и вынимает зуб демона размером с мой средний палец, на поверхности которого вырезаны маленькие метки. Она указывает им на песчаного демона, перемещая палец, закрывая одни символы и открывая другие.

Молния вырывается из зуба, поражая демона в грудь и отбрасывая его обратно в ночь.

Это непросто осознать, но вместо этого я сосредотачиваюсь на том, что могу сделать, двигаясь вокруг периметра лагеря с высокой скоростью и используя маленькую щетку и очищая пластины с метками. Это помогает, но задача кажется бесконечной, так как ветер не становится слабее, и все больше и больше демонов привлекаются бурей.

Песчанные демоны редко бывают крупнее гончих, но я бы предпочел сразиться со стаей бешеных собак, чем с одной из этих быстрых, злобных созданий. С каждым ударом, который он наносит, аура Арика становится ярче, и его агрессия растет. Совсем скоро он и сам начнет выглядеть безумным. Он вонзает копье в песчаного демона, и когда тот не поднимается, оборачивается и видит Селену в боевой стойке, с копьем и щитом, готовую встретить атаку следующего из этих маленьких и мускулистых зверей.

Арик бросается на демона, отталкивая Селену в сторону. Там, где она ждала терпеливо с поднятым щитом, он отказывается от защиты в пользу разрушительного выпада копьем, которое пробивает броню демона и попадает в его грудь.

– Эй, что это было?! – Крикнула Селена. Арик игнорирует её, выкрикивая что-то невразумительное, снова и снова пронзая существо, метки на его копье горят от магии.

После этого мы все держимся от Арика на расстоянии. Он носится вокруг круга, вращая копьем в воздухе и нанося демонам удар за ударом. Его взгляд напоминает мне глаза Эллы Леслруб, когда Дети заперли её в Убежище.

Ветер со временем утихает, как и атаки, но Арик продолжает ходить вдоль периметра круга, словно животное, бормоча бессвязные слова себе под нос.

– Он меня нервирует, – аура Селены тоже пылает от украденной магии, и я чувствую её гнев. – Не могу перестать думать о том, как он меня оттолкнул, – резко прорычала она, сжимая копье, и я понимаю, к чему всё идет.

– Я поговорю с ним, – сказал я, прежде чем ситуация выйдет из-под контроля.

– Это следует сделать мне, – сказала Рожвах. – Я смогу до него достучаться.

– Да, может быть. Но он опьянен магией. Видел такое раньше. Если зайти слишком далеко, то не сможешь отличить друзей от врагов.

– Мой брат никогда бы не причинил мне вреда, – добавила Рожвах, но в её запахе чувствуется сомнение.

– Просто позволь мне поговорить с ним. Я не очень хорош в драках, но отлично умею уворачиваться от ударов.

Но я не становлюсь скользким, когда подхожу к Арику. Подсознательно я сжимаюсь, делая свою кожу более прочной, кости - тверже. От этого я чуть уменьшаюсь. Может Арик не будет чувствовать угрозу, или может он почувствует себя, как кошка, которая обнаружила мышь в амбаре.

– Ты был прав, Арик, – произнес я, становясь за его спиной. Когда он поворачивается, я поднимаю пустые руки ладонями вверх. – Теперь никто не сможет отказать тебе в черном.

Арик смотрит на меня словно не узнает, делая большие глотки холодного ночного воздуха через покрывало.

– Здесь все друзья, да? – Я продолжаю приближаться, раскидывая руки в стороны. Его дыхание становится более ровным, и я расслабляюсь, но потом делаю лишний шаг и вхожу в его зону поражения.

Арик с криком делает взмах широким лезвие на конце своего копья. Он быстр, но я был на готове и принимаю скользкую форму, делая быстрый шаг назад, выходя за пределы его досягаемости. Арик вращает копьем вокруг меня, пытаясь задеть, всё время рыча. Под действием магии и адреналина у него хватает скорости поспевать за мной, и полагаю, что он достаточно силен, чтобы одолеть Олив Свиток в борьбе на руках. Одного его удара будет достаточно чтобы снести мне голову.

Но я не намерен вступать в схватку. Пока я остаюсь в скользкой форме и концентрируюсь только на защите, Арик сможет нанести не более чем поверхностный удар, который соскользнет с меня. Он атакует снова и снова, но я не даю ему магию для подпитки, и медленно его резкие движения начинают сжигать в нем избыточную энергию.

Это также оказывает влияние и на меня. Это была долгая ночь, и я не уверен, кто из нас выдохнется первым. – Это не ты, Арик, – пыхчу я, едва успевая увернуться от его удара копьем. – Это всё магия.

– Прими это чувство, брат, – крикнула Рожвaх, – и позволь ему пройти сквозь тебя.

– Или имей смелости выбрать себе соперника своего роста. – Селена шагает вперед, держа копье и щит на готове.

– Ты не помогаешь, – сказал я.

Арик реагирует на эту новую угрозу рычанием, поворачиваясь к Селене. На её лице проскальзывает намёк на улыбку, когда она становится на ноги, готовая встретить его. Все сошли с ума?

Прежде чем Арик успевает двинуться к Селене, Рожвaх встает перед ним и дает сильную пощечину.

Для красийских мужчин это ужасное оскорбление. Чаще всего это заканчивается дуэлью, которая приводит хотя бы к одной смерти. Ошеломленный, Арик отшатывается назад, качая головой.

Селен встает передо мной, держа копье на готове. – Оставайся за мной, Дар. Я опускаю руку к маминому ножу, и даже Рожвaх держит в руке кость демона.

Арик закрывает глаза на бесконечно тянущиеся секунды, а затем открывает их, что-то из его рассудка возвращается, когда он видит, как трое из нас смотрят на него.

– Бой окончен, Арик, – сказал я. – Мы победили.

Его взгляд застывает на мгновение на мне, затем он откидывает голову назад и начинает смеяться, поднимая свое копье в воздух.

(Разрыв)
Никто не спит. Арик и Селена стоят на страже, следя за друг другом так же, как и за песками. Оба остаются охваченными силой и нервничают. Арик все еще молчит. Селена, кажется, контролирует себя лучше, но я бы не хотел сейчас вступать с ней в спор.

Рожвaх выглядит измученной, её белые одежды покрыты пылью. С Ариком что-то не так, и я вижу, что она не знает, кому верить. Мне хочется ей помочь, но с приближением рассвета у меня появляются собственные проблемы.

Без тени обелиска, в котором можно было бы укрыться, я устанавливаю навес для Сумеречного Ветра и пристегиваю себя к седлу, тщательно накрывая себя со всех сторон и поднимая капюшон своего плаща на всякий случай. Я с унынием гляжу на своих друзей. Они не имеют ни малейшего представления о том, что сейчас произойдёт но, возможно, так будет лучше для них.

В тени и завернутый во множество слоев, восход солнца ощущается терпимо. От света моя кожа начинает зудеть, но я уже привык к этому ощущению.

Арик и Селена везет меньше. Сначала вскрикивает Селена, когда ихор демонов, покрывающий ее копье, щит и доспехи, начинает дымится, а затем вспыхивает пламенем. Она бросает свое оружие и пытается потушить огонь, и вскоре Арик начинает аналогичный танец.

Затем солнечный свет падает на них полностью, сжигая излишки магии, и они начинают вопить.

Это продолжается не долго. Самое худшее никогда не длится долго, особенно когда тебя озаряет свет. Просто острая вспышка боли, которая выбивает из тебя дыхания и оставляет после себя трясущимся. Селена и Арик через некоторое время замолкают, и после этого кажется, что все наши нити оборваны.

В полученном состоянии я слышу как остальные следуют моему примеру. Они прикрывают свою кожу и неуклюже кормят своих скакунов из наших запасов . Пока лошади едят, они устанавливают навесы и ставят седла.

Я слышу вздохи облегчения, когда они взбираются на лошадей, но никто не проявляет никаких усилий двигаться. Я позволяю себе полностью уснуть.

(Разрыв)
– Эй, Дарин. – Разбудила меня Селена.

Свет ослепляет и щиплет, когда я открываю глаза, и я поднимая руку, чтобы хоть как-то скрыться от лучей.

– После восхода солнца было гораздо хуже, – сказала Селена. – У тебя так каждое утро?

Я пожимаю плечами. – Привыкнешь.

– Думаю, я никогда бы не смогла привыкнуть к такому.

– Да, – согласился я, – но если ты начнешь привлекать внимание, народ будет судачить, что в тебе кровь демонов.

– Люди часто несут ерунду, – сказала Селена. – Тебе решать, слушать их или нет.

Как будто это так просто, когда ты можешь слышать, как бабочка машет крыльями. Я мельком посматриваю на солнце над головой. – Думаю, утро мы потеряли.

– Не только только утро, – сказала Селен. –Не могу найти следующий путевой столб.

От этих слов я сразу выпрямляюсь. Я смотрю на знак, но он уткнулся в песок, стрелка наклонена. Нельзя понять, в какую сторону он указывал. Все вокруг выглядит иначе после ночной бури.

Паника сковывает мои мышцы, но я пытаюсь это не показывать. Пустынная дорога не идет прямо. Если мы сойдем слишком далеко с пути, мы можем потерять ее навсегда. Без ориентиров, чтобы нас направлять, мы можем пройти мимо Форта Красии на сотни миль и даже не узнать об этом.

Я прикрываюсь как могу и поднимаюсь на самую высокую дюну, используя компас и солнце, для поисков пустынной дороги среди песков. Я могу видеть на мили вокруг, но не замечаю следующего ориентира.

Один взгляд на мое лицо, когда я спускаюсь, говорит остальным всё, что им нужно знать. – Кто-нибудь помнит, в какую сторону указывал знак?

– Туда, – указала Селена. – Рядом с тем местом, где мы развели костер.

Я прищуриваюсь от солнечного света, всматриваясь в том направлении. – Ты уверена?

Селена выдыхает. – Думаю, почти уверена.

– Мы должны поставить наши жизни на это "почти"? – спросила Рожвах.

– Ты могла бы бросить свои кости, если бы у тебя они были, – буркнула Селена. Рожвах хмурится в ответ, но Селену не так-то просто запугать. – Не вижу, чтобы ты предлагала варианты получше.

Мне бы хотелось что-то добавить, но из-за погоды и демонов мы все сбились с пути. Арик достает свою карту, хоть без ориентиров она нам мало чем поможет. Большая ее часть пуста, с нечеткими обозначениями мест, где, по преданию, находятся древние руины.

– Красия на юго-востоке, – сказал я. – Ближе к горам, которые снабжают оазис водой. – Я сверился с компасом, и догадка Селены ничуть не хуже любой другой.

– Здесь нельзя оставаться, – сказал я. – Так что либо мы разворачиваемся...

– Нет, – отрезала Селена.

Я киваю. – Тогда это "почти" все, что у нас есть.

– Компас и смутное воспоминание могут быть точнее, чем догадки, – произнесла Рожвах,– но они всё равно могут увести нас достаточно далеко от нашей цели, где мы окончательно потеряемся в песках. У нас нет припасов, чтобы бродить по пустыне, надеясь, что удача укажет нам верный путь.

– Иди назад, если тебе страшно, – сказала Селена. –Но я не для того прошла такой путь, чтобы развернуться из-за того, что ветер опрокинул указатель.

– Нам нужно двигаться пока светло, – говорю я. – Мы должны уйти как можно дальше отсюда. Подземники всегда поднимаются в том же месте, откуда бежали от солнца. Предполагаю, что к ночи их будет целое множество.

– Что скажешь, брат? – Рожвах обращается к Арику, но ее брат смотрит вдаль с застывшим на лице блаженством. Я даже не уверен, что он слушает, пока он не шепчет ответ.

– Пусть приходят.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/85362/555088

Переводчики: lukumich