Готовый перевод Flames of the Dark Crystal / Огни Тёмного Кристалла: Глава 15

Найя ждала Кайлана, пока он шел мимо модры Меры к очагу, пылавшему в центре павильона. Он забрался на каменную стену, сдерживавшую огонь, и поднял свою фирку. Единственная пронзительная нота заставила замолчать все голоса в павильоне. Даже ландстрайдеры остановились и обернулись, увидев силуэт маленького спрайтонского сказителя песен, остановившегося напротив огня.

В последовавшей тишине кто-то прошептал:
- Это Кайлан?

— Что он делает? — спросила модра Мера, пристально глядя в пространство рядом с Найей.

— Слушайте, — сказала Найя. - Слушайте и смотрите.

Как только он привлек всеобщее внимание, Кайлан опустил свою фирку. Очертания его плеч колебались в огне и жаре очага Спрайтона, выдавая легкую дрожь нервозности. Затем он поднял лютню и запел.

Позвольте мне рассказать вам песню о другом времени

О мире зеленом и добре, в эпоху чудес

Три Солнца пересекались наверху раз в тысячу трайнов

Три луны отражались в реке, протекающей под ними

Затем луч света упал с небес

И восемнадцать звезд спустились

Некоторые из спрайтонов замерли, чтобы послушать сказителя песен, в то время как другие остановились лишь на мгновение, чтобы обратить на него внимание, прежде чем вернуться к заточке копий и подготовке к битве. Но чем дольше Кайлан пел, тем сильнее становились его чары. Медленно, один за другим, спрайтоны останавливались и прислушивались.

Тысячу трайнов звезды наблюдали за землей

С мудростью огня, смерти и жизни

Затем Кристалл треснул в их нетерпеливых руках

Таким образом, наш мир раскололся, наступила эпоха раздора

Затем появились две расы: кроткие мистики

И жестокие скексисы

Сначала, пока Кайлан пел, Найя слушала его голос. Богатые слова в песне, но это были всего лишь они: слова, которые звучали в ее ушах, на нотах его лютни. Но, пока она слушала и смотрела, она чувствовала, как что-то начинается, как это всегда бывало, когда пел Кайлан. Слова и музыка держали друг друга. Они приближались и становились крепче, танцуя в ее голове. Тем самым они дали жизнь новым ощущениям. Найя видела свет урСкеков, спускающихся на Тра, чувствовала жар их сияния, прожигающего небо. Даже запах Зала Кристалла — пыли и металлической кислоты космоса, выжженной энергией, вырвавшейся наружу, когда Кристалл треснул, — наполнил ее ноздри, хотя она знала, что стоит далеко от замка и комнаты, воздух был полон деревьев и травы, и дым шёл из очага спрайтонов.

Мистики покинули замок и исчезли

Пока скексисы оставались с Кристаллом Истины

Они забыли мир по ту сторону звёзд, из которого их изгнали

Их глаза обратились к Тра, страстно желая власти и молодости

Они начали пить нектар цветов Тра:

Семи кланов гельфлингов

Скексисы питались нашей эссенцией, эссенцией гельфлингов

В глубине замка, над шахтой воздуха и огня

Где в боли и нужде его свет так мимолетен

Кристалл Истины висел испорченный и ужасный

Но когда гельфлинги узнали, что произошло:

Семь кланов поднялись на борьбу

О да, семь кланов организовали сопротивление

Теперь все спрайтоны слушали. Даже модра Мера. Они это видели, слышали, чувствовали запах. Все гельфлинги в шатре были очарованы заклинанием сказителя песен. Это было своего рода волшебство, непохожее ни на что другое. Возможно, подумала Найя, это магия, к которой гельфлинги были особенно восприимчивы, ведь, независимо от клана, песни были так же близки сердцам гельфлингов, как и их влийя.

Сифа были первыми в бухте Сера-На

Этри с Самоцветным-оком, и Далеко-Видящая с огненными волосами

Заглянули в очаг на корабле Омерии

Раздували огонь сопротивления свежим океанским воздухом

Дусаны были вторыми в темноте бури

Два брата, что были в ссоре: один капитан, один вор

Взялись за руки и подули в рог призыва

Огонь молнии воскресил великое Древо Благоключа

Увы, скексисы увидели, как распространяются огни гельфлингов

Они разрушили Камень-в-лесу. Они убили Аль-Модру

Вапра были третьими, в темноте ночи, что обрушилась на них

Пока теневик не взобрался на ледяные скалы у моря

Подняв Скрытую Луну на самую снежную высоту

Пусть ее послание надежды осветит дерево Путеводной звезды

Найя видела Онику и модру Этри на борту Омерии. Она чувствовала холодное электричество шторма над Благоключом, твердый песок хлестал ее по лицу в кромешной тьме. Мрачные глубины оазиса, где она и Амри нашли последние живые корни Дерева Благоключа, зарытые в грязи. Амри ведёт их сквозь бурную ночь к роще Путеводной звезды. Благородный голос Тавры, когда она разговаривала с вапрами и заверяла их, что не все потеряно. Что надежда была, несмотря на то, что с ними случилось.

Рядом с ней Амри смотрел с той же гордостью, что и Найя, глаза светились таким же трепетом. Это была их история. Где они вошли в бесконечную песню Тра. Поднявшие сопротивление Семи Кланов, зажигатели Семи Костров. Посланники Огры.

Найя попыталась найти Гурджина среди толпы. Он стоял напротив павильона с группой спрайтонов в форме замковых стражей. К ее удивлению, он посмотрел на нее. Не в гневе, а с той же надеждой, которую она чувствовала.

Она выдохнула, перестав задерживать дыхание.

«Мне очень жаль», — подумала она. Сказала, мысленно. Она не знала, достаточно ли сильна их мысленная связь, пока между ними существовал такой разрыв. Разрыв, который она хотела исцелить. Она не знала, услышал ли ее брат, пока он не опустил голову.

«Мне тоже очень жаль».

Она улыбнулась и повернулась обратно к Кайлану. Сказитель песен играл на лютне, но заколебался, когда его глаза встретились с Найей. До этого он пел о прошлом и их успехах, но теперь наступила важная часть. Та часть, о которой они говорили, где его песня должна переплести мечты с настоящим и показать спрайтонам, что может принести будущее.

Она встретилась с ним взглядом и кивнула.

Я знаю, что ты сможешь это сделать, сказала она ему без слов. Должно быть, он понял ее, потому что кивнул в ответ и запел:

Скексисы поручили поднять свои копья

Клан Спрайтон был четвертым на холмистых зеленых равнинах

Они слушали, они были мудры, очищаясь дымом от своих страхов

Они видели путь впереди, освещенный всеми семью синими кострами

Таким образом, четыре из семи огней Гельфлинга одержали победу

Более половины там, где не было ничего

Шепот поднимался, как дым, когда Кайлан стоял у огня очага в Чащобе Сами и пел спрайтонам о делах, которые они совершили, хотя бы в его воображении. Найя почувствовала, как пальцы вдохновения щекотали ее спину, когда Кайлан рисовал картину своего героического клана, смелого и мудрого, взявшего в свои руки свое будущее, несмотря на то, что над их головами навис скипетр Императора скексисов. Несмотря на то, что случилось с соседним кланом в Камне-в-Лесу.

- Может ли такое случиться? - Найя услышала, как воин-спрайтон спросил своего товарища.

- Если бы клан Спрайтон присоединился к остальным, это стало бы поворотным моментом, — ответил другой. - Но если мы этого не сделаем…

— Тсс, — прошипел еще один. - Пусть он закончит!

Кайлан описывал уже не воспоминания, а надежду на будущее. Дальше было то же самое; мечта одного сказителя песен о том, что может быть еще впереди, которой он поделился со своим народом через мыслеобраз песни.

«Пожалуйста, позвольте им увидеть», – взмолилась Найя. К Тра и к Кристаллу. Может быть, и Кайлану тоже. Именно его надежда руководила их воображением сейчас. Это была его вера в то, как все может быть. Его слова в его песне. И его воспоминания сформировали послание, которое они отправили на лепестках Священного Древа. На этот раз ему предстояло рассказать песню, которая была в его сердце.

Гроттаны были пятыми, в глубоких пещерах, которые когда-то назывались домом

Под Священным Древом, что сдерживало Потемнение

Затем появились мерцающие огни — они были уже не одни

И Потемнение было изгнано их призрачным пламенем

Шестыми пришли Дренчены, из-под Великого Смерта в болотах Сога

Когда свирепая дочь модры наконец вернулась

Она помогала разжигать костры с пятого по первый

И когда она вернулась домой героем, горел синий огонь

Найя вздрогнула, когда Кайлан пропел слова о ней. Ее триумфальное возвращение к Великому Смерту. Она вступает в золотисто-зеленый свет, наполнявший Гленфут теплом. Ее мать и отец ждут, ее сестры ныряют с ветвей огромного дерева клана Дренчен, чтобы встретить ее. Ее клан собирается под бдительной тенью Великого Смерта, её клан готов. Они верят в нее. Протягивая руки навстречу её рукам, обхватывая пальцами запястья друг друга, сплетая лес рук в единое целое.

Видение было настолько ошеломляющим, что она не заметила руку Амри в своей, пока он не сжал ее.

— Так и будет, — тихо сказал он. Решительно. - Так и будет.

Огонь зажжется. Несмотря на все остальные сомнения, именно за это она держалась крепче, чем когда-либо.

- А потом… - прошептала она.

Песня Кайлана привела их к шестому костру. Ближайшее будущее — ближе, чем казалось возможным, словно оно мчалось к ним.

Но никто не знал, что произойдет, когда зажжется седьмой огонь, и все кланы взяли на себя обязательство противостоять скексисам. Казалось, всякий раз, когда они спрашивали, что произойдет, когда зажгутся все семь огней, им никогда не отвечали. Ни Огра, ни Видящая-Далеко, ни сама Тра. Так долго Найя верила, что костры пробудят в гельфлингах величайший дух — волю дать отпор и победить скексисов. Теперь она знала, что это не их будущее, но, как и Модра Мера, она изо всех сил пыталась найти новый путь. Новую цель, на которую можно настроиться.

Найя пристально посмотрела на Кайлана, стоящего перед огнем очага Спрайтона. Возможно, спустя столько времени ответ найдется у сказителя песен.

Оставался только один огонь, пока все не зажглись навсегда.

Все взгляды обратились к руинам Камня-в-лесу

Там объединяются кланы гельфлингов

Там светят костры гельфлингов

Пламя снооттиска, выгравированное на священной стене

И там падут лорды скексисы

Она видела это, пока он пел, ясно, как день и ночь. В руинах Камня-в-Лесу собрались гельфлинги. Песня Кайлана рассказывала об разрешении раздора, о том, как пламя разных кланов слилось в единый огонь. Тот, который пылал так ярко, что мог заглушить тени скексисов. Не оружием и войной, а светом и песней, в гармонии со своим миром.

Огонь был далеким, в их будущем, но Найя могла его слышать. Ощутить это, как присутствие близких гельфлингов в другой комнате. И она знала, что, когда придет время, пламя будет таким ярким и чистым, что его свет достигнет самого Кристалла.

Лютня Кайлана звенела в тяжелом воздухе, резонируя так, словно песня вот-вот закончилась. Затем с решимостью мастера он сыграл последний припев:

Что ж, все началось, когда раскололся Кристалл

Это баллада сказителя песен об объединении гельфлингов

Все было тихо, все безмолвствовало. Пока модра Мера не вышла вперед с копьем в руке.

- Это пророчество или просто песня? — спросила она громким голосом, в котором тоже был нехарактерный благоговейный трепет. Кайлан не ответил, слишком тяжело дыша, чтобы говорить. С широко раскрытыми глазами Модра Мера повернулась к Найе и снова спросила по-другому:
- Это правда?

Найя протянула руку ладонью вверх.

- Может быть, — сказала она.

Модра Мера посмотрела на руку Найи, затем на свою, где она держала копье. Найя затаила дыхание, гадая, настал ли именно этот момент. Момент, как в случае с Модрой Этри или Эримоном из клана Дусан, момент, когда предводительница спрайтонов передумает.

Кайлан спрыгнул с очага и подошел к ним двоим, где они стояли в окружении спрайтонов в центре павильона Чащобы Сами. Модра Мера вздохнула с болью.

- Найя. Кайлан. Я понимаю, что вы пытаетесь сделать.

- Вы сказали нам, что не видите другого будущего, — сказала Найя. Это граничило с перебиванием, но она не могла вечно прикусывать язык. Она повысила голос, надеясь, что все гельфлинги в шатре услышат ее просьбу к их модре: - Итак, Кайлан показал вам его! Будущее в его сердце. Теперь вы видите? Можете ли вы представить, какое будущее может быть у гельфлингов, если к ним присоединятся спрайтоны?

- Я могу увидеть версию будущего, если мы последуем по пути, но если клан Спрайтон обернётся против скексисов и зажжет этот — этот огонь сопротивления — это будет всего лишь один шаг. Пути расходятся снова и снова, — сказала модра Мера.

- Поэтому мы держим глаза и уши открытыми, — сказал Кайлан. - А когда пути расходятся, мы смотрим и слушаем. И выбираем путь, который приведет нас к будущему, к которому мы стремимся. Какое-то время мы можем идти одни, и в такое время легко заблудиться. Но я верю, что, если мы будем слушать и петь одну и ту же песню, эти пути сойдутся. Станут одним путём. Достаточно широким, чтобы мы все могли идти по нему бок о бок. Вместе.

Модра Мера больше не сердилась, в ее пронзительных темных глазах теперь не было ни капли раздражения, ни тени страха.

- Боюсь, вы двое не понимаете, насколько огромен мир, по которому вы идете, — сказала она с коротким вздохом. Это было дыхание матери, чьи дети выросли, модры, которая видела опасность в их будущем, но не знала, как ее остановить. Она положила руки на плечи Кайлана.

— Я разговаривала с твоими родителями много трайнов назад. Когда твоя мать уходила строить свою усадьбу со стоунвудцем. Я говорила ей, что это опасно. Но она влюбилась в стоунвудца, покинув равнины, которые были ее домом. Покинула свой клан. Она не слушала меня. Она сказала мне, что если не покинет Чащобу Сами, то проведет остаток своих лет, желая этого. Затем она ушла, и вместе они построили дом на границе Темного Леса. Там, где ты родился, Кайлан. И в течение многих лет я думала, что, возможно, я ошибалась.

— А потом пришел Охотник, — сказал Кайлан непоколебимым голосом. - И после того, как я переехал жить к вам в Чащобу Сами, я много лет думал, что ты права. Но, модра Мера, послушай и пойми. Наша жизнь меняется каждое мгновение. Ты была не права, пытаясь остановить мою мать, и ты не ошибалась в те годы, когда она и мой отец счастливо жили на краю Темного Леса. Правильное и неправильное меняются или не существуют вообще. Я покинул Чащобу Сами с чувством, будто опозорю весь свой клан, потому что не умею бросать камень и веревку. Я вернулся как сказитель песен, который распространил весть о предательстве скексисов на лепестках Священного Древа и отбился от скекМала Охотника камнем из бола дренченов.

В тихом павильоне заиграл рог.

Найя сглотнула. Солдаты, которые стояли молча, слушая Кайлана, обернулись по сигналу тревоги. Послышались звуки других рогов, пока чаща вокруг деревни не завибрировала от этого звука. Она уже слышала крики солдат, отдающих друг другу приказы. Поднимающих копья и щиты. Черные силуэты их оружия прорезали свет боевых факелов, пылая горячим и красным.

Сначала Найя задалась вопросом, не вернулась ли это скекСа. Но потом она поняла, что заметили не скексиса. Найя услышала знакомые барабаны, стук деревянных копий и тяжелые шаги.

- Дренчены? — спросил Амри, поворачивая уши в стороны.

— Дренчены, — согласилась Найя с замиранием сердца.

Кайлан отвел взгляд от модры Меры и обвёл глазами павильон, как будто он мог встретиться взглядом с каждым спрайтоном, который стоял там, одетый для боя, даже когда силы дренченов вошли в чащу. Повернув уши, Найя услышала их шаги, доносившиеся из леса, окружавшего деревню, различила звон тревожных колокольчиков и одного из спрайтонов, дующего в рог.

- Мы сами творим свою судьбу, — сказал Кайлан спрайтонам. - Каждым шагом, который мы делаем, мы заявляем о своем будущем. И теперь мы все должны действовать сообща. Вовремя, двигаясь к завтрашнему дню, о котором мы, возможно, сможем только мечтать.

Никто не ответил. Модра Мера взглянула на Кайлана, Сказителя Песен, и все в ней смягчилось в такт каким-то эмоциям, которых Найя не могла до конца понять. Это было что-то вроде гордости и что-то вроде беспокойства. Беспокойство и пробуждение, слившиеся воедино. Кайлан положил свои руки поверх её рук, которые все еще лежали на его плечах.

- Призови спрайтонов опустить копья, — сказал он. - Призови спрайтонов сейчас, чтобы они избегали приказа скексисов. Восстаньте, отказываясь сражаться друг с другом…

Его прервало бряцанье доспехов. Трое стражей, запыхавшись, ворвались в крайний угол павильона, выбежав из леса.

- Без ландстрайдеров мы не сможем их сдерживать — модру Лаэсид и её свиту из двадцати воинов, вооруженных бола, копьями и сетями!

Найя сдержала холодок. Они еще не завоевали расположение клана Спрайтон, а теперь… Модра Мера пристально посмотрела на Найю и Гурджина. Им предстояло подвергнуться настоящему испытанию.

- Ты говоришь, что мы создаем наше будущее. Я хочу быть уверена в нашем. Если я призову спрайтонов сложить оружие против дренченов, мы окажемся уязвимы. Но ты говоришь, что можешь убедить свою мать прекратить нападение на скексисов, которое навлечет на всех нас их гнев. Убедите ее отказаться от призыва к войне и присоединиться к сопротивлению другим гельфлингам. Ты все еще думаешь, что сможешь?

- Да, — без колебаний сказала Найя.

Модра Мера подняла подбородок, царственная и суровая. Она отпустила плечи Кайлана и посмотрела на вход в деревню. Найя увидела тени воинов, идущие через лес, и огромную змеевидную спину огромного летающего угря.

— Что ж, хорошо, — сказала модра Мера сквозь стиснутые челюсти. - Тогда докажи это.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/86615/567639

Переводчики: Elatosa