Готовый перевод Jane Davitt, Alexa Snow - The Broken Triangle (Square Peg 2) / Джейн Дэвитт, Алекса Сноу - Найти себя (Сломанный треугольник ( Я думаю, название относится к бильярду)) (Бар Квадратный Колышек 2): Chapter Three

— Боже мой, может, ты уже прекратишь? — Воскликнул Вин, раздраженный приставаниями Патрика.

— Я не могу поверить, что ты позволил ему уйти, — сказал Патрик уже не в первый раз. — Твоя настоящая любовь появилась, и ты смотрел, как он уезжает?

Вин застонал и уронил голову на барную стойку. — Ему нужно было сегодня идти на работу, — сказал он. — Мне нужно сегодня работать. Ради бога, это не какая-то сказка. Реальная жизнь действительно существует.

— Ла-ла-ла, я тебя не слышу.

— Меньше болтовни, больше работы. — Шейн поставил ящик бутылочного пива на стойку с таким стуком, что бутылки зазвенели, и строго посмотрел на них обоих. — Или я урежу вам зарплату за потраченное впустую время. Это звучит справедливо?

— В тебе нет ни капли романтики. — Патрик вскинул голову, воплощение драматизма, сама королева драмы. — Я всё еще слышу, как играют скрипки. — Он промурлыкал мелодию, которую Вин не узнал, и сделал несколько шагов, кружа воображаемого партнера в ограниченном пространстве. Танец закончился, когда он ударился локтем о пивную колонку. — Ой! Чёрт.

— Я рад, что вы двое снова вместе, — сказал Шейн, обращаясь к Вину и игнорируя болезненные всхлипы Патрика. — Как раз вовремя, если хочешь знать моё мнение.

Не стоило исправлять предположение Шейна, что Вин и Райли когда-то были парой. Вин ограничился улыбкой, которая непроизвольно расползалась все шире. Поцелуй, который он получил, когда Райли уходил несколько часов назад, был обжигающе горячим.
— Да, это здорово. Я встречаюсь с ним сегодня вечером. Вот почему я работаю в раннюю смену; Диана поменялась со мной местами. Она задолжала мне за вчерашнее.

— Если она уйдет, я могу сделать двойную смену, — предложил Патрик, все еще потирая локоть.

— Спасибо. — Казалось, прошла вечность с тех пор, как он видел Райли, и должны пройти часы, прежде чем он увидит его снова. Мысль о том, чтобы пригласить Райли на романтический ужин, заполнила голову Вина. Его разговоры о том, что реальная жизнь — не сказка, были попыткой убедить не только Патрика, но и себя. Вин был сумасшедшим, витающим в облаках от любви. Теперь он понимал, почему жизнь людей, казалось, вращалась вокруг парней, подруг и свадеб. Романтические жесты, на которые он годами закатывал глаза, оказались понятными, когда Райли возник в его жизни.

— Ты думал убрать это в ближайшее время, или мне следует дать тебе выходной без сохранения заработной платы и покончить с этим? — Спросил Шейн.

Вин понял, что стоял, зажав в руках две бутылки пива в руках слишком долго.

— Извини, — сказал он.

— Я знаю, что "извини". — Глаза Шейна были добрыми, что Вин видел нечасто. Последний раз это было в ту ночь, когда Шелли слегла с пищевым отравлением, и Шейну пришлось поднять её с пола в ванной и отвезти домой. — Я понимаю, что ты по уши в этом, но постарайся сосредоточиться на своей работе. По крайней мере, день пройдет быстрее.

Это был хороший совет, но, хотя он достаточно взял себя в руки, чтобы создать видимость того, что он делает что-то, мысли Вина упрямо возвращались к Райли. Ему нужно было задать ему так много вопросов. Они почти не разговаривали прошлой ночью, и оставалось заполнить пять пустых лет.

Он обменялся номерами телефонов с Райли, но не был уверен, где тот живет. Упоминалась квартира в мансарде, но таких было несколько, заводские помещения были выпотрошены и переделаны в модные жилые помещения. Далеко за пределами ценового диапазона Вина, и что-то в них его не устраивало, как, например, мебель в стиле шебби-шик с поддельными потертостями, которой увлекалась одна из его тётушек. Он предложил было отшлифовать и покрасить стол для нее, проведя пальцем по сколам и треснувшей отделке. Она на мгновение уставилась на него, разинув рот, а потом рассмеялась, сказав, что он совершенно новый, и она заплатила за то, чтобы он выглядел именно так.

Сегодня вечером он будет там, где не сможет поддаться этому сильному, настойчивому порыву возбуждения. Они будут разговаривать и узнавать друг друга как взрослые, равные, барьеры, казавшиеся такими непроницаемыми в старших классах, сойдут на нет. Райли по-прежнему был красив и популярен, по-прежнему происходил из богатой семьи, но он искал Вина, когда мог заполучить любого.

И насколько это невероятно?

Следующие несколько часов Вин провел как в тумане, пока Патрик не толкнул его бедром, выводя из задумчивости.
— Шейн сказал — и это прямая цитата — ты можешь отваливать и приводить себя в порядок для любовника. Если тебе понадобится помощь, чтобы помыть спину, просто свистни.

— Ты когда-нибудь перестанешь флиртовать?

— Я как акула. Они перестают плавать, они умирают. — Патрик пожал плечами, в его левом ухе блеснула серьга с искусственным бриллиантом, такая же фальшивая и сверкающая, как и его очарование. — Я живу, чтобы флиртовать и трахаться. В этом что-то не так? — Он принял вид святого, скромно опустив глаза. — Ты же знаешь, я никогда не сплю ни с кем в отношениях. У меня есть некоторые стандарты.

— Это прозвучало бы благородно, если бы ты спросил их, встречаются ли они с кем-то, прежде чем расстегнуть их молнию.

Патрик ухмыльнулся, потеряв свой ореол, но всё ещё выглядя мило. — Эй, это дружеский трах, а не допрос. Если они не честны и не откровенны со мной, это их вина. И подумай об этом. Если бы я спросил, они бы солгали, так зачем портить момент?

Раздражённый, Вин покачал головой. Обычно Патрик забавлял его, но не сегодня. Он не хотел, чтобы его счастье было запятнано, а Патрик оставлял на нём грязные отпечатки пальцев. — Твоя логика такая же драная, как и ты сам каждый субботний вечер.

— Эй, я не согласен! Меня дерут каждую ночь! — Патрик похлопал Вина по плечу. — И, милый? Оставь стервозность мне. У тебя очень плохо получается.

Вин мог бы придумать около сотни различных возражений, но то, как Патрик на него наезжал, выводило его из равновесия. Это заставляло его чувствовать себя плохо, действительно заставляло, потому что он любил Патрика. Но он не был уверен, как долго продлится терпимость Шейна к тому, что появление Райли повлияет на его работу, поэтому он решил, что лучше воспользоваться этим сейчас.

Он написал Райли, когда получил подтверждение, что Диана может взять его смену. План состоял в том, что они собирались встретиться за ужином в семь в "Исиде". Этот ресторан обычно предназначался для шикарных юбилейных обедов или для людей, которые зарабатывали чертовски много денег, больше, чем кто-либо из друзей Вина. После того, как Райли предложил это, он решил, что воспользуется возможностью посмотреть, как живет другая половина. Он был готов сыграть роль человека, который постоянно посещает подобные места, и ему это нравилось.

Вин быстро принял душ, побрился и надел свою лучшую одежду. Слава богу, его друзья Девлин и Джини поженились в начале года и настояли на том, что они купят одежду для свадебной вечеринки в качестве подарка. Его участие в качестве свидетеля принесло ему костюмные брюки и рубашку, о которых он беспокоился всю ночь, что что-то на них прольется. Он сохранил их на память об особом случае, сомневаясь, что когда-нибудь наденет их снова. Теперь он был рад, что у него есть что-то подходящее.

Быстрый взгляд в зеркало убедил его, что он выглядит нормально, и он вышел через заднюю дверь в переулок за «Квадратным колышком», чтобы не слышать, что все остальные говорят о том, как он выглядит. Поездка через весь город в ресторан снова заставила его волноваться. Он ненавидел то, что его фургон был таким старым, хотя на тот момент он заменил почти всё, что могло сломаться, и старался думать о нём как о совершенно новой машине.

Он припарковался в квартале от ресторана и снова посмотрел на свое отражение в зеркале из чистой нервозности. Серьга в виде дракона, которая никогда не покидала его уха, хотя другие, которые он носил, часто менялись, привлекла его внимание. Она казалась какой-то неуместной. Незрелой. Он потрогал её, металл был прохладным, а форма знакомой. Он любил драконов, в детстве получал удовольствие от любой книги, в которой они были изображены, даже когда драконы были из тех, что опустошают окрестности. Они были волшебными, величественными, неотразимыми. И они могли летать, что было бы его предпочтительной сверхспособностью, если бы кто-нибудь когда-нибудь предложил ему такую. Он вписал инициалы Райли в свою татуировку с драконом, чтобы совместить две свои любимые вещи, три, если считать само нанесение татуировки.

Должен ли он вытащить болтающуюся серьгу? Он опустил руку. Ни за что. Он хотел, чтобы Райли понравилось, как он выглядит, но он не собирался притворяться кем-то другим. Это было не в его стиле и никогда им не было. И почему он думал, что Райли захочет, чтобы он изменился? Он решил не позволять неуверенности испортить вечер, но прогулка до ресторана была слишком короткой, чтобы успокоить его. Его сердце билось неприятно быстро, и он вспотел, влажное покалывание побеждало действие антиперспиранта.

— Вин! Эй, подожди.

Вин резко обернулся. Улыбающийся Райли шёл к нему, поднимая руку в знак приветствия. Его первой мыслью был благодарность за то, что ему не придется идти в ресторан одному, второй — что он хотел поцеловать Райли прямо в его улыбающиеся губы.

Он ограничился ответным взмахом и, когда Райли подошёл ближе, ухмылкой.
— Ты прямо подгадал.

— Идеально, — согласился Райли, окидывая взглядом Вина. — Ты выглядишь великолепно. Вау.

— Чересчур?

— Черный галстук был бы перебором. Ты именно то, что надо. — Райли улыбнулся. — Я вижу, мы собираемся пропустить десерт.

Губы Райли понимающе изогнулись, и Вину было всё равно, пропустят ли они весь ужин. Райли предложил вернуться к нему после того, как они поедят, и Вин знал, что произойдет, как только за ними закроется дверь.

Он изобразил на лице вопросительное выражение.
— Порции такие большие?

Райли фыркнул.
— Ты точно знаешь, почему мы это пропускаем.

Он был честен с Райли вместо того, чтобы поддразнивать.
— Да. Да, я знаю. Меня это устраивает.

— Круто. Ну давай же. Я хочу показать тебе, как там красиво внутри. — Райли рассказал Вину, что несколько раз ходил в ресторан на свой день рождения с родителями, но всегда представлял, что вместо этого пойдёт туда на свидание. Вин был более чем счастлив помочь осуществить его мечту.

— Вау. — Сдержанная элегантность заведения заставила Вина автоматически понизить голос. Всё сверкало, от деревянных полов до бокалов на столах. Скатерти были насыщенного тёмно-красного оттенка, а женщина, ожидавшая на стойке администратора, была одета во всё чёрное, её волосы были собраны сзади в низкий конский хвост, а зубы были потрясающе белыми, когда она улыбнулась им. Вин поймал себя на том, что задается вопросом, является ли обязательным требованием к сотрудникам отбеливать зубы.

— Здравствуйте, джентльмены. Добро пожаловать в «Исиду». У вас забронирован столик?

Вин на мгновение запаниковал, но Райли кивнул.
— Да. На фамилию Уэллс.

Она взглянула на свою книгу в кожаном переплете, проводя пальцем по записям.
— Вот она. Позвольте мне показать вам ваш столик.

Как только Вин уселся и официант, вызванный незаметным жестом хостес, предложил им меню, он забыл о своих нервах. . В меню не было цен, а половина блюд содержала ингредиенты, которые он не узнавал, или названия, которые он не мог произнести с уверенностью, но нога Райли подталкивала его под столом, напоминая о том, что было важно.

— Еда здесь невероятная.

— Похоже на то. — Вин наблюдал, как мимо прошёл официант с двумя тарелками салата, листья которого были воздушными и блестели от заправки. Он просмотрел меню. У него потекли слюнки при виде салата ромэн с коппой и рубленого Гран Падано, поданного с эмульсией халапеньо.

Ой.

— Я хочу заплатить за это, — выпалил он.

Райли покачал головой.
— Ни за что. Я пригласил тебя, и я плачу. На прошлой неделе я получил премию, так что это праздник. — Райли наклонился вперёд, положив локти на скатерть. Мама Вина отчитала бы его за это. — Двойной праздник, потому что я могу разделить его с тобой. Как насчет того, чтобы не обращать внимания на то, какое вино сочетается с тем, что мы заказываем, и взять шампанское? Будем бунтарями?

— Я не пью, но если ты хочешь, то конечно.

— По крайней мере, ты можешь выпить со мной по бокалу, — настаивал Райли. — Да ладно, не будь занудой.

— Я не зануда. Я никогда не пью. Честно, трезвым мне так же весело. И я всё равно за рулем.

Он приготовился к презрению или раздражению Райли, не то чтобы он позволил этому поколебать себя, но после долгой паузы Райли вздохнул.
— Ты такой другой, Вин. Все, кого я знаю, включая меня, регулярно напиваются. Не ты. Ладно, как тебе это? Мы покупаем самую дорогую газированную воду, которая у них есть, и притворяемся?

— Я люблю тебя.

Райли уставился на него, синева его глаз терялась в приглушенном освещении, жар в них ярко вспыхивал.
— И это тоже другое.

— Я знаю, что не должен говорить этого так скоро. Вероятно, есть правила, например, я должен подождать несколько месяцев или что-то в этом роде. Вероятно, есть куча правил для всего, о чём я ничего не знаю. Я собираюсь всё сделать неправильно.

Вин хотел бы заставить себя заткнуться, но раньше ему это никогда не удавалось.

— Не так уж и плохо, — сказал Райли, качая головой. — По-другому.

— По-другому иногда плохо. — Вин твёрдо встретил взгляд Райли.

— Это не так. Просто всё по-другому. И это облегчение — узнать, что то, как устроены эти свидания, не всегда будет таким же. Я уже начал задумываться. — Райли действительно выглядел успокоенным; от этого Вин почувствовал себя лучше. — Ты мне действительно нравишься, если этого достаточно.

Что было не то же самое, что любовь, но все равно заставило Вина почувствовать тепло удовольствия.

— Всё в порядке. Ты не обязан отвечать тем же.

Райли улыбнулся.
— Наверное, отвечу. Дай мне пару недель. — Он, казалось, был готов продолжить разговор, но подошел официант, чтобы принять их заказы на напитки, и к тому времени, когда Райли попросил газированную воду, Вин почувствовал себя ещё более неуравновешенным.

— Извини, — хрипло сказал он. — Не очень хорошо получается.

— Всё в порядке. И я тоже никогда этого не делал, помнишь? Мы выясняем это вместе.

— Ты делал это с девушками. Много раз.

Райли выдохнул, выпуская отработанный воздух, как будто сбрасывал с себя ношу.
— И я притворялся каждую секунду. Пытался обмануть себя, что это работает, хотя это было не так. Я целовал девушку и ждал, понимаешь? Ради искры, покалывания, жара. Которые так и не появились. Ожидание всё не кончалось. И, по большей части, я тоже.

Ему было трудно скрыть сухость в голосе, когда он вспомнил толпу девушек, вьющихся вокруг Райли.
— По большей части.

— Минет с закрытыми глазами может сделать своё дело. — Райли покраснел, возясь с сервировкой, передвигая столовые приборы на дюйм в сторону, затем обратно. — Это было не то, что мне было нужно.

— Это наверное было...

— Если ты скажешь «кончей»...

Смеясь, Вин поднял руки.
— Я обещаю, что не буду каламбурить. Послушай, я понятия не имею, что это за блюда в меню. Поможешь мне?

Вин увидел удивление в глазах Райли, но он с готовностью кивнул.
— Конечно. Давай разберём всё, и в большинстве заведений практически то же самое. Начнем с закуски? Супа или салата? Как насчет основного блюда? Мясо, рыба, вегетарианское?

— Салат, и я бы хотел посмотреть, какие у них вегетарианские блюда. Я ем мясо и рыбу, когда я куда-то выхожу, но в основном потому, что в остальном выбор очень ограничен.

— Это звучит банально, но их изысканные макароны с сыром — одно из блюд, которыми они славятся, и есть чили с чёрной фасолью, если ты хочешь пикантности. — Райли наклонился и указал на блюдо в меню.

Вин прочитал описание. Он часто готовил чили, размешивая огромную порцию и замораживая порционно, но клал ли он когда-нибудь на дно миски пирог с полентой и посыпал чипсами из сладкого картофеля? Нет.

Появился официант с их напитками, на его лице играла приятная улыбка.
— Вы готовы сделать заказ или хотите ещё немного времени?

Райли обменялся вопросительным взглядом с Вином, затем ответил за них обоих.
— Мы готовы.

Вин сделал глоток воды, пузырьки лопались у него на языке, яркие и холодные, долька лайма подпрыгивала у него на губах. Он был готов сделать заказ, но не был уверен в том, что последует за едой. Райли не торопил его, но Вин хотел дать Райли больше, чем кто-либо когда-либо получал, а не меньше.

Он отбросил свои опасения. «Живи настоящим моментом», — сказал ему однажды Патрик. Большинство советов Патрика были подозрительными, но Вин мог оценить достоинства этого утверждения.

Еда была вкусной, но из-за Райли, сидевшего по другую сторону стола, Вину было трудно сосредоточиться на ней. Было слишком легко увлечься наблюдением за тем, как зубцы вилки скользят между приоткрытыми губами Райли, как время от времени ненадолго показывается язык Райли и как двигается его горло, когда он глотает. Вин знал, что были моменты, когда он пялился на него, но он был уверен, что тот не возражал, потому что их взгляды неоднократно встречались во время еды, и, наконец, Райли потянулся и взял его за руку.

— Давай уйдём отсюда, — сказал Райли, и Вин кивнул.

Официант вручил Райли счёт, даже не взглянув на Вина. Это задело, но у Вина было острое зрение, и он мельком увидел ошеломляющую сумму. Один прием пищи стоил столько, сколько его мама потратила бы на то, чтобы прокормить семью в течение недели. Это было восхитительно, но стоило ли оно того?

— Помни, мы празднуем. — прошептал Райли ему на ухо, когда они уходили.

— Да. — Запоздало спросил Вин, — За что был бонус? Что ты делаешь? Ты сказал, что работал на своего отца, а он работал в строительстве?

— Ты говоришь так, как будто он каменщик, — поддразнил Райли, обнимая Вина за плечи. — Что я сделал, так это собрал команду для работы, благодаря которой реконструкция городского музея была выполнена вовремя и в рамках бюджета. Я думаю, это спасло директора музея от увольнения, — задумчиво добавил он. — Может, это и не так уж много, но...

— Много. — Вин не был в музее со времен экскурсии в восьмом классе, но он следил за сагой о реконструкции в местной газете. Два подрядчика не уложились в сроки и были заменены, а архитектор пригрозил подать в суд на город, хотя Вин не был уверен, в чём дело. Если усилия Райли помогли решить проблему утечки денег, то Вин понимал, почему люди должны быть благодарны. — Им нужен был специалист по мозаике для стены, изображающей историю города, да?

— Марио-Бесфамильный? С ним было кошмарно иметь дело, но он гений. Да, он один из тех, кого я пригласил на работу. У него репутация трудного человека, и он соответствует ей, но если правильно гладить его эго, то он нормальный.

— Это всё, что ты гладил? — Вин постарался обратить это в шутку. По правде говоря, ему претила мысль о том, что Райли может с кем-то встречаться во имя работы, но он не хотел, чтобы это прозвучало ревниво.

Райли покатился со смеху.
— Боже да! Он древний. Шестьдесят, шестьдесят пять лет. — Они шли по тротуару, болтая, направляясь к месту, где Вин оставил свой фургон. Райли остановился на пешеходном переходе. — Моя машина внизу. Если я объясню тебе, как проехать, ты последуешь за мной ко мне домой? Рядом с многоквартирным домом есть гостевая парковка. Я встречу тебя там, потому что иначе ты не сможешь попасть внутрь. Охрана сумасшедшая. Можно подумать, там живет королева долбаной Англии.

Вин всё обдумал. Если он попросит поехать на машине Райли, и оставит фургон здесь, Райли рано или поздно придётся подвезти его обратно. Позже, если повезет, но усложнять ситуацию сейчас не стоило.
— Конечно, — решил он. — Я последую за тобой. Это похоже на тест.

— Тест? — Райли казался удивленным.

— Караванинг. Знаешь, за некоторыми людьми легко уследить, а другие проезжают на жёлтый свет и оставляют тебя на красный или же бросают тебя. — Вин наклонил голову влево и задумчиво посмотрел на Райли. — Я думаю, с тобой легко.

— Буду считать, что это комплимент, — сказал Райли и наклонился для быстрого поцелуя, прежде чем передать указания и отправиться за своей машиной.

— Ты не шутил, — сказал Вин десять минут спустя, когда они входили в здание через боковой вход.

— Насчёт охраны? Да. Хотя это милое местечко. Не такое старомодное, как там, где живут мои родители, более новое и блестящее, но мне нравится. А надо мной живёт пожилая пара, такая тихая, что кажется, будто в квартире никого нет. — Райли нажал кнопку лифта и взялся за галстук Вина, чтобы притянуть его ближе. — Кстати, ты хорошо выглядишь. На случай, если я не упоминал об этом.

— Упоминал, — успокоил его Вин. — Но мне нравится слышать это снова. Я не похож на ребёнка, наряжающегося в одежду своего отца?

Райли поморщился.
— Нет, ни в малейшей степени.

— Я думаю, это действительно прозвучало жутковато. — Он сказал бы больше, но как только они оказались в лифте, Райли поцеловал его, и это был их первый поцелуй наедине за весь вечер. Лифт остановился на следующем этаже, двери раздвинулись, открывая пустой коридор, но Вин потерялся в нежном прикосновении губ Райли, поцелуй поначалу был очаровательно неуклюжим, их рты не совсем совпадали.

Двери закрылись, и Вин отстранился.
— Мы снова едем?

— Может быть. Мне всё равно. — Райли покачал головой. — Нет, мне не всё равно. В лифте установлены камеры наблюдения.

— Правда? Чёрт. — Они всего лишь целовались, но Вин вспыхнул от смущения при мысли о том, что какой-нибудь охранник будет хихикать над ними.

— Это важно, потому что это означает, что я не смогу отсосать у тебя. Или узнать, каково чувствовать твой рот на мне, и поверь мне, я много думал об этом.

— Я не... — Голос Вина затих, когда Райли нажал на кнопки, чтобы они снова начали ехать. Что он мог сказать? Он тоже думал об этом.

Его первые мгновения в квартире Райли, вместо того, чтобы провести их ртом на его члене, он провел с ртом открытым, бродя по комнате в оцепенении. Белый ковер? Кто так делает? Конечно, явно не Райли выбирал его. Он как-то боялся спрашивать.

— И кухня. — Райли жестом указал на неё. — Хочешь пива? О боже, извини, нет, конечно, не хочешь. Стакан воды?

— Всё нормально. — Вин окинул взглядом блестящие деревянные шкафы, плиточный пол кремового цвета и приборы из нержавеющей стали. Это место было похоже на рекламу жилья для богатых людей. — Дай угадаю. В ванной есть джакузи.

— Нет, только гидромассажная ванна. Но достаточно большая для двоих. — Вопрос, похоже, озадачил Райли.

Вин провёл пальцем по кварцевой столешнице, гладкая поверхность была прохладной под его пальцами, на ней не было ни липкости, ни крошек. Она сияла тусклым блеском, сочетание цветов напоминало о латте, насыщенный коричневый с завитками, которые повторяли оттенок напольной плитки. Комната — чёрт возьми, наверное, всё это место — было оформлено по единому проекту, а не собиралось по кусочкам на протяжении многих лет. У него защекотало в носу, как будто он чем-то заболел, но он подумал, что это из-за освежителя воздуха, которым пользовался Райли. Он не узнал аромат, но он был сладким и цветочным.

— Твой дом похож на картинку из журнала. Как тебе удаётся поддерживать его в таком виде?

— Мне — нет. Уборщице — да. — Райли прислонился к стойке и скрестил руки на груди, его брови приподнялись, когда он заметил непроизвольную гримасу Вина. — Подожди, я угнетаю обедневшие массы или что-то в этом роде, нанимая кого-то, чтобы поддерживать порядок, когда у меня самого нет на это времени? Донна была уборщицей у моей мамы с тех пор, как мне исполнилось двенадцать. Она великолепна. Мать-одиночка, трое детей — и да, я знаю их имена — и она говорит, что я один из её лучших клиентов, потому что я сам за собой убираю. В основном.

— Извини. — Вин указал на квартиру, пытаясь передать то, что он чувствовал, взмахом руки. — Ты видел мою квартиру. Ты знаешь, насколько по-разному мы живём.

— Я не долбаный миллионер, — сказал Райли, и боль в его голосе стала резче. — Ты мог бы позволить себе такое жилье, если бы у тебя была приличная работа. В конце концов, это квартира, а не дом, и местоположение перспективное, но не полностью облагороженное. Тем не менее, это отличная инвестиция; этот район созрел для развития.

С таким же успехом он мог говорить на суахили.

— Хорошо, — сказал он, не желая выглядеть полным идиотом. — Да, я знаю. Это своего рода сюрприз. Я этого не ожидал.

— Я мог бы показать тебе кое-что, что тебе понравится, — сказал Райли. — Как ты относишься к спальням?

— Мне нравятся спальни, — сказал Вин и последовал за Райли по коридору в спальню с огромной кроватью, покрытой пуховым одеялом.

— Ванная вон там, — сказал Райли, указывая рукой. — На случай, если она тебе понадобится. Рядом с гостиной есть ещё одна, но хорошо, что эта так близко.

Вин поймал себя на том, что задается вопросом, скольких мужчин Райли приводил сюда. Думать об этом было нехорошо, потому что это заставляло его чувствовать себя неловко. Есть сотни подходящих парней, которые подошли бы Райли больше, чем он сам, — парней, которые не вытаращили бы глаза во время экскурсии по его квартире, например.

— Пока что всё нормально.

— Да? — Райли почесал нос, его румянец усилился. — Это испортит настроение, если я признаюсь, что нервничаю? Обычно я был пьян, когда делал это. Не падал с ног и не блевал в стельку пьяный, но... — Он замолчал, глубоко вздохнул и снова почесал нос, достаточно сильно, чтобы покраснела кожа. — Послушай, что я бормочу. До этого все всегда было быстро и безлично. Не то чтобы было так уж много раз, но, занимаясь этим в клубе или у них дома, мы оба накачивались, ну, это снимало напряжение. Теперь я у себя дома, с тобой, и всё по-другому. Это важно. И я волнуюсь внутри на случай, если то, что я не могу заткнуться, не является достаточной подсказкой.

— Нам не нужно ничего делать, кроме как разговаривать. — Это было безумно, насколько счастливым он стал, узнав, что был первым мужчиной, которого Райли привёл сюда. — Узнаем друг друга получше.

— Но мы знаем друг друга, — сказал Райли. — В этом-то и дело. Я знаю, кто ты, и я знаю тебя много лет. Ты не можешь вешать мне лапшу на уши, что ты тот, кем не являешься, потому что я знаю правду. Не то, чтобы ты стал это делать. Ты никогда не считал нужным заниматься таким. В школе все воздвигали эту стену, всю в блеске, и прятались за ней, но ты был на виду, носил столько чёрного, сколько тебе позволяли. Ты был честен. Я могу тебе доверять. И если ты думаешь, что я хочу поговорить больше, чем заняться сексом, извини, что разочаровываю тебя, но я уже всё выговорил.

Это заставило Вина выдвигать теории и сценарии, объясняющие значение, которое Райли придавал честности и доверию. Это, конечно, были хорошие качества, но парней их возраста обычно больше интересовали менее безупречные качества.

По словам Патрика, большие члены и выносливость были первыми в списке.

С вопросами придется подождать. Райли уговорил себя снова стать уверенным в себе, и Вин без труда истолковал блеск в его глазах. Пришло время отбросить сомнения в себе и приступить к программе. Это не так уж сложно сделать. Он наслаждался прошлой ночью, и эта будет намного лучше.

Воцарилась тишина, они разделись, их взгляды встретились, жар нарастал с каждым предметом одежды, упавшим на пол. Вин сжал свой член ладонью, привычное прикосновение своей руки к нему обнадёжило его, и сделал шаг вперед, обхватив рукой эрекцию Райли, сравнивая едва уловимые различия в толщине и ощущении.

Райли наклонил голову и укусил Вина за шею, давление его зубов заставило Вина вздрогнуть в ответ.
— Да. Так. Ты такой чертовски горячий.

Вин скоро кончит, но он будет готов на второй раунд почти сразу.
— Это ты горяч. Ты удивительный. Не мог бы ты лечь, чтобы я мог посмотреть на тебя?

— При условии, что рано или поздно ты планируешь сделать что-то большее, чем просто смотреть. — Райли откинул одеяло и лёг на кровать, выставляя себя напоказ, чтобы Вин мог насладиться.

У Райли были широкие плечи с россыпью веснушек на них, плоский живот с намёком на шесть кубиков и узкая талия. Его лобковые волосы представляли собой светлое облако, и у Вина чесались пальцы, чтобы погладить его и узнать, настолько ли оно мягкое, как кажется. Он застонал, когда Вин забрался на кровать, его член дёрнулся, словно жаждал ласки.

— Тсс, — сказал Вин. — Я доберусь туда.

Он наклонился и поцеловал бедро Райли — не член, пока нет — прежде чем скользнуть рукой вниз по внутренней стороне бедра. Райли задрожал.
— Прикоснись ко мне.

— Я прикасаюсь к тебе, — сказал Вин неискренне. Он знал, что Райли не имел в виду прикосновение к колену или поглаживание свода стопы, но Вину нужно было изучить его тело. Ему нужно было напомнить себе, как это сделал Райли, что они действительно знают друг друга.

Он смотрел порно, дрочил, фантазировал, но всё это было таким плоским по сравнению с реальностью. Прикосновения к себе и близко не шли с тем трепетом, с которым он проводил рукой по бедру Райли и чувствовал, как напрягаются мышцы, силу под гладкой кожей. И изображения, так механически трахающиеся на экране его компьютера, бормочущие слова ободрения по сценарию, не доносили до него запах возбуждённого мужчины с каждым вдохом. Запах Райли, уникальный, такой интимный, которым делились таким образом, вызвал у Вина желание обратиться к источнику. Он провёл языком по складке кожи в верхней части бедра, которую ласкал, и зарылся носом в этот светлый пушок волос.

Быстрые подъемы и опадания груди Райли были столь же красноречивы, как любые громкие крики о большем.

— Вин, не будь грёбаным дразнилкой. — В голосе Райли звучало раздражение. — Если ты не хочешь отсосать мне, подрочи.

Вин откинулся на пятки, приходя в себя от удовольствия.
— У нас что, крайний срок? К чему такая спешка?

— Это секс. Тебе не обязательно, чтобы это продолжалось долго. Я кончаю, ты кончаешь. Одинаково приятно, если это займет пять минут или пятьдесят.

По опыту Вина, хотя он и ограничивался дрочкой, это было неправдой. Иногда, конечно, он был так возбужден, что едва обхватывал рукой свой член, прежде чем кончить, удовольствие было таким сильным, но он научился растягивать сеанс, раскачиваясь в расслабленном захвате своих изогнутых пальцев, играя со своими яйцами, пока они не становились настолько чувствительными, что царапанье ногтём заставляло его застонать.

Кончая после этого, он растягивался на кровати, тупо уставившись в потолок.

— Я не смогу дотянуть до пятидесяти, не с тобой, но мы даже до пяти не добрались.

Райли прикрыл глаза рукой и застонал. Это был нехороший стон.
— Я такой мудак.

— Нет, ты не мудак. — Вин поколебался, затем убрал руку Райли от его лица. — Ты не мудак. Немного нетерпелив, но в данных обстоятельствах я не думаю, что это неразумно.

— Я тороплю тебя.

— Вроде того. — Были времена, когда Вин ненавидел то, что ему всегда приходилось быть таким честным. — Я никогда этого не делал. Я долго ждал, понимаешь? Я не хочу оборачиваться и удивляться, как всё это произошло так быстро. Я хочу запомнить всё это.

Райли перекатился к нему и коснулся тёплыми губами его бедра.
— Не обращай на меня внимания. Я не хочу, чтобы ты оглядывался назад и думал, как всё могло быть так здорово, если бы я не толкал тебя на то, к чему ты не был готов.

— Я готов, — заверил его Вин. — Сделай несколько глубоких вдохов. Я обещаю, что ты не будешь все ещё лежать здесь завтра утром и гадать, когда же, чёрт возьми, я тебе подрочу.

Приподнявшись, Райли поцеловал его, скользнув рукой, чтобы обхватить член Вина. Он нежно сжал его, и Вин выдохнул прямо в губы Райли.
— У меня есть идея, — прошептал Райли. — Ложись вот так. Не делай ничего, чего не хочешь. Просто попробуй это.

Вин лежал на боку, лицом к члену Райли. Он был налит кровью, жаждал его, а кожа выглядела такой нежной, что ему захотелось прикоснуться к ней. Он сделал бы больше и без подсказок, но рот Райли влажно сомкнулся на кончике его члена, восхитительно горячо посасывая, что заставило его сделать то же самое.

Райли, как и Вин, был необрезанным, но крайняя плоть Райли была опущена, обнажая раздвоенную головку его члена. Узкая щель дала вкус, который распространился по ищущему языку Вина и заполнил его рот горьковато-солёным.

Нетерпеливый, без всяких колебаний, он заёрзал на кровати и услышал протестующий стон Райли, когда его колено ударило Райли в грудь. Он отстранился и пробормотал извинения, на которые не получил ответа. Разговора, очевидно, не получится, и, учитывая, что Райли вытворял со своим ртом, Вин не мог жаловаться.

Он устроился поудобнее, двигаясь с осторожностью, которая лишила его возбуждения остроты. Что было хорошо после всех его разговоров о том, что нужно действовать медленно.

Как только член Райли оказался во рту Вина, Райли воспринял это как сигнал, что все системы работают. Вин поперхнулся, подавившись, когда Райли быстро задвигал бедрами, загоняя свой член слишком глубоко, чтобы Вин мог с комфортом справиться с ним. Его рот наполнился слюной, немного потекло по щеке, а затем на одеяло. Вин попытался привести руку в такое положение, чтобы можно было вытереть лицо, но, лёжа на боку, Райли все еще трахал его в рот короткими, сильными ударами, и это было нелегко.

Райли посасывал член Вина сильнее, и казалось, что его язык был везде одновременно. Это было слишком приятно. Вин попытался сосредоточиться на скольжении члена Райли между своими губами и на том, как найти ритм своего дыхания, который соответствовал бы толчкам Райли. Это работало секунд двадцать или около того. После этого ничто из того, о чем он думал, не могло отсрочить неизбежное. Он даже не мог предупредить Райли, не с полным ртом члена. Его первый раз, когда он сосал член.

Это была мысль, которая подтолкнула его к краю, его кульминация был бурной и быстрой и не совсем приятной, потому что он пытался не подавиться. Райли обхватил его член, кончиками пальцев дразня его яйца, в то время как Вин застонал от облегчения и удовольствия.

— Сейчас кончу, — пробормотал Райли, уткнувшись в его бедро несколько мгновений спустя. — Боже, Вин.

Скользкая, слегка горьковатая жидкость хлынула в рот Вина. Он изо всех сил старался не подавиться, но был близок к этому. Он отстранился прежде, чем Райли закончил, и заставил себя сглотнуть, затем вытер рот рукой.

На вкус это было неприятно. Так и должно быть? Выплюнуть это казалось грубостью, но это определенно было его первым побуждением. Он провёл языком по зубам и несколько раз сглотнул, пытаясь смыть вкус.

— Ты в порядке?

— Да. Конечно. — У него текло из носа. Вин шмыгнул носом и решил перестать выглядеть крутым. — Ээ, ты сказал, что здесь есть ванная?

— Вон там. Ты уверен, что с тобой всё в порядке?

Вин колебался. Он не мог поцеловать Райли. Не с его губами, покрытыми слюной и спермой. Он не хотел осквернять Райли, и он не хотел попробовать подобную смесь на губах Райли. Он ограничился тем, что ободряюще похлопал Райли по ноге, и соскользнул с кровати.

После того, как он помочился и прополоскал рот, а затем умылся, он почувствовал себя лучше. Он изучал свое отражение, проверяя, не застряли ли у него между зубами комочки или еда, но, казалось, с ним всё было в порядке. Пряди черных волос, достаточно длинные, чтобы спадать ниже плеч, прилипли к его мокрому лицу, и он вытерся толстым белым полотенцем.

Его член тоже был влажным, и он подставил ладонь под кран и дочиста ополоснул его. Вытерев его полотенцем, он отправился на поиски корзины. Он все еще искал, когда Райли постучал в дверь.

— Войдите! — Взволнованный, всё еще с полотенцем в руке, Вин открыл дверь, когда Райли потянулся к ручке. Они не столкнулись, но в итоге между ними осталось совсем немного места.

Райли вопросительно посмотрел на него.
— Не из тех, кто любит обниматься? Я тоже, но я знаю, что некоторые парни увлекаются этим, и я вроде как подумал, что ты будешь одним из них.

— Все в порядке. Просто приспосабливаюсь. Ты знаешь. Всё как-то ново, и, думаю, мне нужна была минутка. — Вин знал, что звучит по-идиотски, и ноги у него дрожали. — Хотя я был бы не прочь прилечь.

— Да, конечно. Давай. — Весь заботливый, Райли подвёл его обратно к кровати и скользнул рядом с ним, откинув одеяло. — Я рискую показаться назойливим, но как ты себя чувствуешь?

— Я в порядке. — Вин не был раздражен; он оценил заботу Райли. — Честно. Немного ошеломлён.

— Я могу что-нибудь сделать? Я могу принести тебе стакан воды. Или чая? Думаю, у меня есть чай. — Райли уже собирался встать.

Вин схватил его за запястье.
— Я не хочу чая. Останься здесь и составь мне компанию.

Снова ложась, Райли принял более удобное положение на боку и положил руку на бедро Вина. Оно было приятным на ощупь, тёплым.

— Останься на ночь, — прошептал Райли ему на ухо, сопровождая это поцелуем. — Еще не поздно. Мы можем посмотреть фильм или поиграть в игру. Всё, что ты захочешь. Или мы могли бы просто остаться здесь.

У Вина была ранняя смена, но по большей части его работа была связана с поздними вечерами или ранним утром. Паб открывался в одиннадцать, и, если не ожидалось доставки, проживание в помещении означало, что он обычно мог поспать приличный час. После пожара, который едва не уничтожил бар, Шейн и Бен оба нервничали, когда ночью никого не было поблизости, но этот раз не будет иметь значения; Вин был уверен в этом. Сытый хорошей едой, с всё еще приятно гудящими нервными окончаниями, он не хотел одеваться и менять дружеское общение на одиночество.

— Конечно. Звучит здорово. Ночевать, я имею в виду. — Будет ли он храпеть? Храпит ли он? Последний раз, когда Вин делил с кем-то постель, был на вечеринке с ночёвкой в доме его двоюродного брата, и ему было десять.

Райли провёл пальцем по татуировке на левом плече Вина, темные резкие линии и изгибы подчеркивали драматизм происходящего. — Это должно было быть больно.

— В хорошем смысле. — Вин не хотел говорить о своих чернилах, не тогда, когда двойственность Райли была очевидна. — Тебе завтра рано вставать?

— Боже, да. Папа настаивает, чтобы мы были там раньше всех. Подавали пример. Это хорошая идея, если только у меня нет похмелья, в этом случае она отстой.

— И часто такое случается? — Вин не осуждал пьющих людей — это сделало бы его лицемером, учитывая, где он работал, — но ему было любопытно.

— Что, похмелье? — Райли пожал одним плечом. — Не совсем. Иногда, наверное. Я не слежу. Каково это — работать в баре?

— Здесь гораздо меньше драмы, чем ты думаешь, со всем этим алкоголем и симпатичными парнями-геями. — Вин подтянул подушку под голову, затем провёл кончиками пальцев по груди Райли. — Но большинство из них следят за потреблением калорий, так что не так уж много вечеров, когда нам приходится разнимать ссоры или что-то в этом роде.

— Преимущества работы в гей-баре перед работой в баре для натуралов.

— Наверное. После пожара мы были закрыты так долго, месяцы за месяцами, и я подрабатывал неполный рабочий день в других барах по всему городу, подменяя людей. Совершенно по-другому к ним отношусь. Мне приходилось выслушивать придурков, отпускающих комментарии о геях, и не говорить им, что они придурки, как я бы сделал, если бы был в «Колышке».

— Твои боссы поддержали бы тебя?

Вин кивнул.
— Полностью. Натуралы приветствуются, но малейший признак проблем — и их выгоняют. Шейн не валяет дурака. Он невысокий, но крепкий, и у него такая манера смотреть на людей, которые ему не нравятся, что у них яйца съёживаются. Или, по крайней мере, так я слышал. — Он ухмыльнулся. — Это может быть слух, который он пустил.

— Так ты был там в ночь пожара?

Клубящийся в воздухе дым, испуганные голоса и вонь пепла на следующий день сложились в ужасное воспоминание. Вин не доверял себе, чтобы говорить об этом без пафоса, поэтому он ограничился ещё одним кивком.

— Должно быть, это было отстойно. — Райли нежно погладил его по спине. — Нет, я понимаю. Нам не обязательно говорить об этом.

— Хорошо. Я не знаю, смогу ли я. Не сейчас. В другой раз. — У него не было эмоциональной энергии. Рискуя быть обвинённым в обнимании, Вин придвинулся ближе к Райли, пока его рот не прижался к его ключице. — Ты приятно пахнешь.

— Да? Ты тоже.

Они лежали вместе, болтая и обнимаясь, около часа или около того, затем некоторое время смотрели телевизор в спальне. Когда пробило полночь, Райли выключил телевизор и спросил: — Ты всё еще остаешься? Потому что, я думаю, мне лучше немного поспать.

Это был намёк, что ему следует уйти? Вин заколебался, но ему было тепло в постели рядом с Райли, и он хотел провести ночь, просыпаясь, чтобы слышать дыхание Райли, достаточно близко, чтобы дотронуться.
— Если ты не возражаешь.

— Это если ты не возражаешь. Это мой будильник разбудит тебя в шесть тридцать. И я предупреждаю тебя сейчас, я не жаворонок. — Зевнув, Райли потянулся, чтобы выключить свет, затем поправил одеяло, прежде чем снова улечься. — Тебе что-нибудь нужно?

— Нет. Я в порядке. — В тот момент у Вина было всё, что ему было нужно.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/86840/569258

Переводчики: Aida_Winter