Готовый перевод Converting Words. Maya in the Age of the Cross (by William F. Hanks) / Преобразование слов. Майя в эпоху Креста (автор Уильям Ф. Хэнкс): 54. Gabriel de San Buenaventura, Arte de la Lengua Maya (1684)

ГАБРИЭЛЬ ДЕ САН-БУЭНАВЕНТУРА
ARTE DE LA LENGUA MAYA (ARTE ЯЗЫКА МАЙЯ - перев. с исп.) (1684)
По словам Каррильо (1872, 169), Габриэль де Сан-Буэнавентура родился во Франции и приехал на Юкатан из Испании, где принял францисканский обет. На Юкатане он достиг выдающегося мастерства в языке майя и занял должности difinidor habitual, настоятеля главного францисканского монастыря в Мериде и преподавателя языка майя. Согласно данным как на титульной странице, так и во вступительной части его arte (Акунья, ред. 1996), он занимал эти должности одновременно или достаточно близко по времени в течение девяти лет, прошедшими между составлением arte (1674 или 1675) и его публикацией (1684).

Судя по всему, лингвистическое наследие Сан-Буэнавентуры было весьма обширным. Каррильо говорит, что он написал основательный трёхъязычный словарь в трех томах (на языках майя, испанском и французском), который, как утверждается, хранился в монастырской библиотеке в Мериде, но, вероятнее всего, сгорел во время войны за независимость (1821).

Во вступительных материалах к arte Сан-Буэнавентуры содержится несколько персональных отзывов, основанных на репутации автора и признании его выдающихся способностей. 19 июля 1675 года цензура фрая Педро Аркеты из Мериды, Predicador y Difinidor habitual (проповедника и .... - перев. с исп.), называет его «Maestro de dicha Lengua» — «учителем данного языка» — и говорит об эрудиции и «поистине поразительном» порядке и искусности его работы.

Брат Хуан Гомес Бризеньо, сам Canónigo de la Santa Iglesia Cathedral de la Ciudad de Mérida de Yucatán (Каноник кафедрального собора Святой церкви города Мерида на Юкатане - перев. с исп.) и Examinador Sinodal en Lengua Yucatheca, «синодальный эксперт по юкатекскому языку», идет даже дальше. В своем aprobacion от 15 апреля 1676 года он выражает удовольствие, с которым читает работу и «открывает удивительную способность автора сводить к нормам и понятным правилам излишнюю расплывчатость языка (майя)». 10 марта 1684 года иезуит отец Франсиско Диас Пимьента признаёт, что не владеет языком майя, что, по всей видимости, необходимо для вынесения суждения о работе, однако всё же поддерживает её публикацию, опираясь на «общественную славу» автора. Самое восторженное одобрение Сан-Буэнавентуры принадлежит перу дона Альфонсо де Мондрагона в его обращении к Comissario General de las Provincias de la Nueva-España (Генеральный комиссар провинций Новой Испании - перев. с исп.) францисканского ордена (8 мая, 1684, Мексика).

Мондрагон говорит, что Сан-Буэнавентура
«à llegado à ser tan perfecto, y aventajado Maestro el Autor, que con la gloria de Inventor es el primero, que lo à reduzido à claras, breves, y generales reglas para todos utilissimas.»

достиг такого совершенства и превосходства в преподавании, что, обладая славой первооткрывателя, он первым свёл (язык) к ясным, кратким и общим правилам, чрезвычайно полезным для всех.
Пояснительное письмо Мондрагона является первым документом во вступительной части опубликованного труда.

Разумеется, он либо введён в заблуждение, либо сам вводит в заблуждение, когда называет Сан-Буэнавентуру создателем arte языка майя, понимаемого как краткое изложение языка. Либо он не знал о существовании arte Коронеля 1620 года, либо так, косвенным путем, он говорит о его несовершенстве. В любом случае Мондрагон не претендует на знание языка майя, а основанием его одобрительного высказывания служит слава фрая Габриэля как учителя.

Из вступительной части понятно, что Сан-Буэнавентура изучал язык майя после 1675 года, если не в предыдущие года, и что слава, которой он пользовался ещё до публикации arte, во многом была связана с его преподавательской деятельностью. Подобно Коронелю и Бельтрану, arte Сан-Буэнавентуры возник из опыта обучения миссионеров этому языку.20
Полное название arte Сан-Буэнавентуры, включая дату, место и издательство, указано на титульной странице (см. иллюстрацию 11):

ARTE DE LA LENGVA MAYA, Compuesto por el R.P.Fr. Gabriel de San Buena- ventura Predicador, y difinidor habitual de la Provincia de San JOSEPH de YUcAtHAN del Orden de N.P.S. FRANCISCO. Año de 1684. CON LICENCIA: En Mexico, por la Viuda de Bernardo Calderon.21 (ИСКУССТВО ЯЗЫКА МАЙЯ, автор Р. П. Фр. Габриэль де Сан-Буэнавентура, проповедник и difinidor habitual провинции Сан-ДЖОЗЕФ Юкатана, ордена Н.П.С. ФРАНЦИСКО. Год 1684. ЛИЦЕНЗИЯ: В Мексике, вдова Бернардо Кальдерона - перев. с исп.)

Процесс публикации arte Сан-Буэнавентуры растянулся почти на девять лет — самый первый документ получил aprobación, «одобрение», 19 мая 1675 года, а последний — licencia, «лицензия (на публикацию)» 11 мая 1684 года от señor provisor и vicario general Архиепархии Мехико.

В сравнении с этим работа Коронеля была опубликована очень быстро — за какие-то четыре месяца, начиная с его передачи в издательство в январе до 30 апреля 1620 года, с licencia (лицензия (на публикацию) - прев. с исп.) (см. главу 4 выше). Между этими двумя документами Сан-Буэнавентуры существуют еще семь: четыре — из Мериды и три — из Мехико. Примечательно, что между одобрением брата Алонсо Гомеса Бризеньо в Мериде от 31 июля 1676 года и цензурным заключением фрая Франсиско Диаса Пимьенты, также составленным в Мериде в марте 1684 года, прошло семь лет и пять месяцев. Сразу после этого рукопись была отправлена в Мехико, где быстро прошла все необходимые инстанции и была допущена к печати.

Иными словами, главный труд Сан-Буэнавентуры более семи лет пролежал без движения в Мериде. Что же произошло? Акунья (1996, 26) утверждает, что доминиканский епископ Юкатана, фрай Луис де Сифуэнтес-и-Сотомайор , поддержал публикацию и именно он передал работу ещё до апреля 1676 года, синодальному преподавателю языка майя Гомесу Бризеньо.

К сожалению, в том же году фрай Луис скончался, и на епископской кафедре его последовательно сменили два представителя светского духовенства. Акунья обоснованно предполагает, что они были менее склонны опубликовать работу францисканца, и, что примечательно, что следующим, кому рукопись была передана на рассмотрение, оказался иезуит. В данной ситуации, как я полагаю, напряженные отношения между ветвями церковной власти Юкатана сложились не в пользу процесса публикации.

Цензурное заключение фрая Педро де Аркеты от 19 июля 1675 года, возможно, проливает дополнительный свет на причины столь долгой задержки издания arte Сан-Буэнавентуры. Аркета изучил работу по просьбе фрая Альфонсо Малдонадо, францисканского архиепископа. Он отмечает, что в то время Сан-Буэнавентура занимал должность «Lengua y Guardian» основного францисканского монастыря в Мериде. Высоко оценивая ясность грамматических правил, Аркета отмечает::

Pues la dispocission, artificio, y traza, con que la dispone, es verdaderamente prodi- giosa, y si á esta tan conocida verdad se opusiere la malicia del tiempo, . . . diziendo que ya estaba escrito el Arte de la Lengua Maya, y que para que sirve haverlo reducido á este moderno estilo . . . (nunca juzga por demaciado lo que siempre puede ser provechoso).

Расположение материала, искусность и замысел, с которыми он выстраивает (грамматику), поистине поразительны; и если злоба нашего времени возразит против этой всем известной истины, (утверждая), будто Arte de la Lengua Maya уже было написано и нет нужды приводить его к современному стилю ... (никогда не следует считать излишним то, что может принести пользу).

Далее Аркета говорит, что духовные лица уже предпринимали попытки изложить arte языка, насколько позволяли их силы, однако работа Сан-Буэнавентуры устраняет путаницу и неясность. Зная, что за 60 лет до этого был опубликован и широко использовался arte Коронеля и что за этот период других artes более не издавалось, я предполагаю, что, по крайней мере, данная работа является одной из тех ранних artes, на которую ссылается Аркета.

Это предположение усиливается чрезвычайно детальными совпадениями между двумя artes, начиная с общей подачи материала до примеров предложений. Тем не менее, несмотря на очевидное наличие данных из arte Коронеля в работе Сан-Буэнавентуры, Сан-Буэнавентура никогда не упоминает и не признает Коронеля ни прямо, ни косвенно. Более того, в Мехико рукопись была представлена с утверждением, будто это первый труд подобного рода.

Не могло ли случиться так, что arte Коронеля переписывался столько раз, что его авторство постепенно растворилось в более широком, анонимном корпусе лингвистических исследований языка майя reducido? По меньшей мере, эти обстоятельства указывают, что вокруг публикации нового arte существовали политические трения. Некоторые трения касались ветвей власти местной Церкви, а некоторые были межпоколенческими.

В таблица 13 перечислены документы, которые описывают этот интригующий процесс в том порядке, в каком они помещены во вступительной части издания 1684 года. Этот порядок не совпадает с хронологией самих документов, и определить принцип их расположения не представляется возможным.

Во вступительной части содержится обширная дополнительная информация о дейктической подготовке arte, распространении манускрипта и обстоятельствах его публикации. Мы узнаем, например, что одна из функций difinidor (см. главу 2) состояла в том, чтобы изучать и давать заключение на подобные работы по просьбе архиепископа. Соответственно, фрай Хуан де Торрес, difinidor habitual францисканцев на Юкатане, докладывает, что прочитал работу дважды и пришел к выводу, что она достойна публикации (19 мая 1675 года, Мерида).

Всего лишь два месяца спустя фрай Педро де Аркета, predicador y difinidor habitual, дает свое суждение также по приказу фрая Альфонсо Малдонадо, архиепископа (19 мая 1675 года, Мерида). Таким образом, высшее руководство провинциального ордена — difinidores и сам архиепископ — осуществляют непосредственный надзор за процессом печати. Также по этим документам становится понятно, что наиважнейшей для его существования была педагогическая функция arte.

Автор не только вырабатывал свои лингвистические выводы в процессе преподавания грамматики, но и сам arte оценивался прежде всего как учебное пособие. Хуан Гомес Брисеньо, синодальный учитель языка майя, специально говорит, что arte Сан-Буэнавернтуры может оказаться полезным как для желающих изучать язык майя из других мест, так и для жителей Юкатана, которые хотят исправить грубость своей речи. Нормативная сила arte ярко проявляется в том, что именно этот труд служит основным руководством в преподавании, а его правила проводят границу между «варварским» и «цивилизованным» употреблением языка. И здесь вновь слышится отголосок понятия policía..

В этих текстах содержатся два интересных заявления, которые касаются испанской концепции языка майя. Высказывая свое sentir (мнение - перев. с исп.), фрай Агустин де Ветанкур отстаивает значимость обучения Слову Божьему на коренных языках. Он отталкивается от сходства с Европой, где в Испании Слово Божие изучается на испанском языке, во Франции — на французском, и так в каждой стране — на родном языке ее жителей.

Он предполагает, что это необходимо для полного постижения тайн веры и, к тому же, значительно более действенно. Вступительное письмо Мандрагона к Лузуриаге, начальнику военно-торговой службы францисканцев Новой Испании, сравнивает язык майя с самим Словом Божием. Язык майя, как он говорит, «tan proprio, que aun sus vozes explican la naturaleza, y propriedades de sus objetos, que parece fue el mas semejante al que en los labios de nuestro primero Padre diò a cada cosa su esencial, y nativo nombre» — язык «настолько естественный, что даже его слова раскрывают природу и свойства обозначаемых ими предметов; кажется, будто он ближе всего к тому (языку), которым на устах нашего первого Отца каждой вещи было даровано её сущностное и изначальное имя».

И хотя, по всей вероятности, он совсем не знал языка майя, Мандрагон отлично описал идею прозрачности, которую мы увидели в словарях: монахи воспринимали язык майя как стройный и экономный по своей структуре, и их переводы максимально используют данные особенности.

ТАБЛИЦА 13 Вступительная часть Arte Сан-Буэнавентуры (издания перечислены в порядке появления)*

May 8, 1684, Mexico. To N.R.mo M. Fr. IVAN de LVZVRIAGA, Comissario General de las Provincias de la Nueva-España de la Serafica Orden de N.P.S. Francisco. Etc. Signed by B.L.P. de V. R.ma Su m.r y mas afecto Capellan D. Alonso de Mondragon. (8 мая, 1684, Мехико. Его Высокопреподобию, досточтимому отцу брату Ивану де Лусуриага, генеральному комиссару провинций Новой Испании Серафического ордена нашего святого отца Франциска и проч. Подписано: с благоговейным почтением к Вашему Преосвященству, Ваш покорнейший и преданный капеллан дон Алонсо де Мондрагон - перев. с исп.)
May 19, 1675, Mérida (convento de N. Señora de la Asumpcion). APROBACION del R.P.Fr. Juan de Torres Difinidor habitual de la Santa Provincia de S. JosEPH de Yucatan del Orden de N.P.S. FRAnCIsCo. (19 мая, 1675, Мерида (монастырь Святой Сеньоры де ла Асумпсьон). УТВЕРЖДЕНО Преподобным Отцом Хуаном де Торресом, difinidor habitual Святой Провинции Святого Иосифа Юкатанского Ордена нашего святого отца Франциска. - перев. с исп.)

March 20, 1684, Mexico. SENTIR del R.P.Fr. Augustin de Vetancurt, Exlector de Theologia, Predicador jubilado, Chronista Appostolico de la Provincia del Santo Evangelio, Vicario, Cura Ministro de la Iglesia Parrochial del Sr. S. Joseph de los Naturales de Mexico. (20 марта, 1684, Мехико. СУЖДЕНИЕ преподобного отца фрая Агустина де Ветанкурта, бывшего лектора теологии, почётного проповедника, апостольского хрониста провинции Святого Евангелия, викария и приходского священника церкви святого Иосифа для коренных жителей Мехико - перев. с исп.)

March 16, 1684 [n.p.]. El Ex.mo Señor Virrey desta Nueva-España, vista la aprobacion concedio su
licencia por su decreto de 16 de Março de 1684. (16 марта, 1684 [б.м.]. Его Превосходительство вице-король этой Новой Испании, ознакомившись с одобрением, выдал лицензию своим указом от 16 марта 1684 года - перев. с исп.)
March 10, 1684, Mérida. Casa Profesa de N. Compañia de Jesus. CENSURA del R.P. Francisco Diaz Pimienta de la Compañia de JEsUs. (10 марта 1684 года, Мерида. Дом ордена Общества Иисуса. ЦЕНЗУРНОЕ ЗАКЛЮЧЕНИЕ преподобного отца Франсиско Диаса Пимиенты из Общества Иисуса. - перев. с исп.)

May 11, 1684 [n.p.]. El Señor Provisor, Governador y Vicario General deste Arçobispado, vista la aprobacion concedio su licencia por auto de 11 de mayo de 1684 ante Bernardino de Amezaga Notario Publico. (11 мая, 1684 [б.м.]. Главный Провизор, губернатор и генеральный викарий этого архиепископства, ознакомившись с одобрением, выдал лицензию указом от 11 мая 1684 года Бернардино де Амезага, нотариусу - перев. с исп.)
April 15, 1676, Mérida. APROBACION del Br. Juan Gomez Brizeño, Canonigo de la Santa Iglesia Cathedral de la Ciudad de Merida de Yucatan Examinador Sinodal en Lengua Yucatheca. (15 апреля, 1676, Мерида. УТВЕРЖДЕНИЕ Брата Хуана Гомеса Бризеньо, канонига кафедрального собора Санта-Иглесиа в городе Мерида-де-Юкатан, синодального экзаменатора по юкатекскому языку - перев. с исп.)

July 31, 1676, Mérida. APROBACION del Br. Alonso Gomez Brizeño Cura Beneficiado por el Real Patronato del Partido de S. Tiago de Yucatã. (31 июля, 1676, Мерида. ОДОБРЕНИЕ брата Алонсо Гомеса Бризеньо, приходского священника, назначенного по королевскому патронату округа Святого Иакова на Юкатане - перев. с исп.)
July 19, 1675, Mérida. CENSVRA del R.P.Fr. Pedro de Arqueta Predicador, y Difinidor habitual desta Santa Provincia. (19 июля, 1675, Мерида. ЦЕНЗУРА Преподобного Отца Педро де Аркета, проповедника и difinidor habitual этой Святой Провинции - перев. с исп.)

*Эти девять документов напечатаны без нумерации страниц или листов. Факсимиле и критическую транскрипцию см. в издании Акуньи (1996). Два документа с пометкой [место не указано], по всей вероятности, были составлены в Мехико.

До критического издания arte Сан-Буэнавентуры под редакцией Акуньи (1996) единственной доступной копией arte была переизданная работа 1888 года (тиражом в 76 копий) под редакцией Хоакина Гарсии Икасбальсеты. Гарсия Икасбальсета при сотрудничестве с Кресенсио Каррильо добавляет только список ошибок в конце текста, не давая более никаких комментариев. Акунья воспроизводит изначальный текст 1684 года в факсимильном издании (1996) и дополняет многочисленными комментариями в своей транслитерации.

Оригинальное печатное издание изобилует орфографическими и пунктуационными ошибками. Более того, нумерация страниц в нём крайне непоследовательна. Листы вступительной части вовсе не пронумерованы. Сам arte, который следует после вступительной части, начинается со страницы 1. Каждая из первых девяти страниц пронумерована, но после девятого листа идут пять страниц без номера, очевидно, вставленных позже по времени, поскольку за ними следует страница 10.

Однако, в действительности, числа с 10 по 41 обозначают листы, а не страницы. Сочетание типографских ошибок и непоследовательной нумерации страниц говорит о том, что издательство, печатающее оригинальную работу, было не подготовлено к такому проекту. Трудно представить, что текст редактировал кто-то, владевший языком майя. В дальнейшем я поэтому ссылаюсь на издание Акуньи (1996), используя его систему нумерации страниц.

Arte Сан-Буэнавентуры настолько похож на arte Коронеля, что трудно представить, что он не скопировал Коронеля, отдавая себе отчет в этом или нет. Общая структура обоих artes практически идентична, хотя Сан-Буэнавентура добавляет краткую справку о звуках языка майя, которая отсутствует в arte Коронеля, к тому же он модифицировал некоторые таблицы и описал более длинный список частиц.

Как бы ни хвалили arte Сан-Буэнавентуры его почитатели, данная работа вносит лишь незначительные изменения в базовый труд Коронеля и сохраняет ту же латинскую и кастильскую традицию, которую мы наблюдали у Коронеля. Примеры предложений не одинаковые, однако есть существенное дублирование, особенно в языковых формах, иллюстрирующих спряжение, типы форм и «исключения».

Также достаточно часто встречаются примеры из религиозной жизни, и, в самом деле, arte Сан-Буэнавентуры завершается кратким описанием языка, употреблявшегося при совершении таинств, включая рукописи на латинском и языке майя, которые не были переведены на испанский. В общем, влияние латинского языка ощущается больше в arte Сан-Буэнавентуры, чем в работе Коронеля.

Сан-Буэнавентура использует латинские склонения, чтобы различить падежи в языке майя, хотя, как он сам замечает, существительные этого языка не имеют окончаний в склонениях (Акунья, 1996, 58). Иногда он формулирует грамматическое правило на латинском языке. Например, при обсуждении притяжательных местоимений он отмечает, что форма множественного числа первого лица сокращается с са до с, когда ставится в начале слова, начинающегося с гласной буквы.

Он относится к этому, как к случаю sinefala ‘синкопа (гласных)’, следуя правилу латинского языка, которое он констатирует как «vocalem rapuere alia subuente latini» ‘латиняне убирали гласную, когда за ней следовала другая гласная’ (61). Обсуждая случай орфографической вариативности использования [y] и [i], он опускает его, как необязательное правило, говоря,
«Et de contingentibus non datur regula» ‘для случайного не существует правила’ (62).

В разделе, посвященном частице ti ‘к, для, от, у, и т. д.’, он предлагает латинский пример «Domine, doce nos orare», что в переводе: Yumile, cambeç on ti payal chi ‘Господь, научи нас молиться’ (136).

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/87871/587685

Переводчики: sv_smolenskaya