Готовый перевод Cora Rose - Sem (Unexpected 2) / Кора Роуз - Сем (Неожиданность 2): CHAPTER THIRTEEN

Глава 13

Сем

От свечения компьютера у меня слезятся глаза, но к черту всё это. Мне нужно разобраться, что все эти штуки значат.

Мои пальцы набирают слово, и я сдерживаю ругательство, удаляя его и начиная сначала.

Вот, теперь всё правильно.

Я моргаю, глядя на предложение, и перечитываю его раз, другой, а затем и третий, прежде чем мой мозг успевает его обработать.

Чёрт, думаю я, потирая челюсть. Я такой ебаный идиот.

Просто наблюдая, как Колин и Мэгги разговаривают друг с другом сегодня, я почувствовал себя ничтожеством. Я не понял ни слова из того, о чём они говорили в своем видеоблоге. Ни единого чёртова слова.

На самом деле это не должно иметь значения, но я боюсь, что недостаточно умён для Мэгги. Что в конце концов я ему наскучу и он уйдёт.

Я всегда говорю Мэгги, чтобы он никому не позволял заставлять его чувствовать себя неполноценным, но, думаю, мне нужно подбодрить себя, потому что несколько часов назад я чувствовал себя как говно.

— Эй, — говорит Мэгги, прислонившись к стене и накинув одеяло на свои хрупкие плечи. — Что ты делаешь?

Мне следовало бы закрыть браузер, но я не могу оторвать от него глаз.

Он придвигается ко мне, сбрасывая одеяло на пол, и обнимает меня за плечи.

Мои щёки вспыхивают, когда он видит, что происходит на экране. Мне следовало закрыть его, но я этого не сделал.

— Детка, — мягко говорит он, наклоняя моё лицо к себе, заставляя меня посмотреть ему в глаза. — Так вот куда ты убегаешь по ночам?

Я сглатываю и отвожу взгляд.

— Эй, — говорит он, усаживаясь верхом на мои бёдра. — Эй.

Его руки обхватывают моё лицо, а большие пальцы касаются моих щёк. — Почему ты мне не сказал?

— Не хотел.

Он нежно целует меня в губы, и я не могу не открыться ему.

— Боже, мог бы ты быть ещё более совершенным? — Спрашивает он, облизывая меня изнутри.

Моя грудь вздымается от этих слов, и я позволяю им проникнуть в себя. Он всегда говорит мне комплименты. Я люблю это. Я начинаю к этому привыкать. Я жажду этого.

— Ты должен знать, что ты нравишься мне таким, какой ты есть... Тебе не нужно этого делать. Тебе не нужно это знать. Это не важно. Ты важен. Мы — вот что важно.

Он указывает на экран компьютера, и я поджимаю губы. — Я хочу научиться.

— Да? Хорошо, тогда я могу научить тебя. Почему бы тебе не попросить меня, и я смогу тебе помочь?

— Не хочу тебя беспокоить.

— Эй, ты не беспокоишь меня. Я хочу быть учителем, Сем. Позволь мне научить тебя. Ты учишь меня всему, что касается стрельбы и альпинизма. Чёрт, ты учишь меня многим вещам. Позволь мне помочь тебе в ответ.

У меня чертовски щиплет глаза. Я быстро моргаю. Срань. Он пристально смотрит на меня, и я знаю, что он видит. Он должен это видеть. Я даже не знаю, хочу ли я и дальше это скрывать.

— Хорошо.

Мэгги что-то бормочет себе под нос, и он прижимается своим сладким ртом к моему, его язык скользит по моему, и я не могу удержаться и притягиваю его ближе к себе. Его твёрдый, тонкий член касается моего, и я задыхаюсь в его рот. На вкус он такой сладкий и нетерпеливый. Он почти вибрирует от этого.

Как это может никогда не надоедать? У меня никогда в жизни не было столько секса.

Я встаю и несу его в комнату, осторожно опуская на кровать.

Он смотрит на меня, опьянённый нами.

Наклонившись, я провожу пальцем по изгибу его губ, а затем засовываю большой палец ему в рот. Он страстно посасывает его, его язык совершает с ним греховные действия. Мне даже не нужно представлять, что этот рот может сделать со мной. Мне больше не нужно ложиться спать, заставляя себя думать об этом. Я испытал это.

Это был чёртова мечта, ставшая явью.

— Чёрт, Мэгги, почему ты всегда так хорошо выглядишь?

Он тихонько мурлычет, протягивает руку и теребит свой член, беря мой палец чуть глубже в рот. И я знаю, что хочу этого. Хочу хотя бы попробовать. Потому что я мечтаю о будущем с Мэгги — о будущем, которое раньше казалось мне невозможным, но теперь, кажется, осуществимо.

— Я хочу, чтобы ты трахнул меня, — выпаливаю я хриплым от желания голосом.

Мэгги стонет вокруг моего пальца, а затем вынимает его изо рта.

— О, детка, ты уверен? — Спрашивает он, и я нервно сглатываю.

Я уверен? Да, чёрт возьми, да, я уверен. — Покажи мне, как сделать так, чтобы тебе было хорошо.

Он стонет, тянется к моим боксерам и стаскивает их. Они сползают к моим лодыжкам, и я снимаю их. Его руки скользят вверх по моим бёдрам, и мои мышцы напрягаются под его пальцами.

— Ну, я уверен, что всё будет хорошо, несмотря ни на что, потому что это ты, Сем.

— Прекрати нести подобную чушь, — стону я.

— Почему? Это правда. Это будет потрясающе. А теперь скажи мне, в какой позе ты хочешь, чтобы тебя трахнули в первый раз?

Я хватаюсь за свой член и поглаживаю его, наблюдая, как его веки опускаются от вожделения. — Я хочу смотреть на тебя, когда ты будешь внутри меня.

Глаза Мэгги начинают стекленеть, а его член дёргается. Ему это нравится. Нравится, что я хочу видеть, как он проникает в меня.

— Хорошо. Я буду лежать на спине. Таким образом, ты сможешь всё контролировать.

— Ты уверен? Я не хочу тебя раздавить, — бормочу я, но Мэгги не слушает. Он достаёт презерватив и смазку. Нетерпеливый, как всегда.

Он стоит на коленях на матрасе, прижимая меня руками, и я охотно ложусь. — Сначала на живот. Я собираюсь подготовить тебя.

Я делаю, как он говорит, а затем оглядываюсь через плечо. — Мне это нужно? Я носил пробки.

— Боже, я знаю, что носил. Это так горячо, — стонет Мэгги, а затем добавляет: — И да, нам нужно это сделать. Позволь мне смазать тебя. Я тоже хочу, чтобы тебе было приятно.

Я делаю, как он говорит, и изо всех сил стараюсь не кончить от ощущения, как его пальцы раздвигают меня. Я слышу, как он тяжело дышит, наслаждаясь тем, как хорошо я его принимаю.

— Боже мой, Сем. Твоя задница такая сексуальная.

Он наклоняется и прикусывает мою ягодицу. Я хватаюсь за спинку кровати и выгибаю бёдра назад, трахая себя его пальцами.

— Как часто ты носишь мою пробку?

— Каждый день. Я ждал этого.

— Боже, выходи за меня замуж, — бормочет он, и моё сердцебиение учащается. У меня сейчас будет сердечный приступ. Он это серьёзно? Скорее всего, нет. Его пальцы по самые костяшки у меня в заднице, и он, как правило, много болтает, когда возбуждён, несет всякую чушь и путает мне мозги. Но, чёрт возьми, мне это нравится. Мне действительно нравится эта идея.

Может быть, он попросит меня ещё раз.

Мы вместе всего несколько недель, а до этого мы были...…Я не уверен, кем мы были.

Но в данный момент, если бы меня спросили, я бы сказал «да», каким бы безумным это ни казалось.

— Ладно, я думаю, ты готов, — говорит он, его член уже одет в презерватив и готов для меня.

Я смотрю на него, и он ухмыляется мне. — Не хотел ждать, прежде чем надеть его. Поэтому я сделал это, пока был по уши в твоей заднице. Что я могу сказать, я многозадачен.

Я фыркаю, и весь юмор улетучивается, когда он ложится на спину и наблюдает за мной. Это оно. Я никогда в жизни не сидел на члене, и вот я делаю это для него... потому что хочу попробовать с ним всё. Потому что это что-то значит.

Я медленно сажусь на него верхом, обхватывая своими большими бёдрами его узкие бёдра, прижимаю руки к его груди и провожу пальцами по его соскам. Я напрягаю мышцы ног, чтобы не давить на него, но все моё тело дрожит от напряжения, и я знаю, что он это чувствует.

— Ты дрожишь, — говорит он, поглаживая меня по руке. — Мы не обязаны...

Я протягиваю руку назад, располагаю его член прямо у своей дырочки и опускаюсь на него.

— О, боже мой, — стонет он, выгибая спину на кровати. Я глубоко вдыхаю через нос, смирившись с жжением. Чёрт, это странно, но всё не так плохо, как я думал. И мой член, конечно, не делает различий. Он твёрдый, пульсирующий и обильно вытекает на грудь Мэгги, ожидающего, когда я пошевелюсь.

— Сэм, — стонет он, закатывая глаза, когда я полностью насаживаюсь на него. Он глубоко дышит, его грудь поднимается и опускается при прерывистых вдохах. Я провожу пальцем по рёбрам под его кожей, и мой взгляд затуманивается.

— Ты в порядке? — Спрашивает он, приоткрывая веки и глядя в мои слезящиеся глаза. — Это было слишком быстро. Ты должен быть осторожен, Сэм. Это не соревнование. Это должно доставлять удовольствие.

Мой голос дрожит. — Не, я не хотел ждать. Хотел почувствовать тебя внутри себя. Хотел тебя всего целиком. Скажи, что тебе это нравится. Скажи, что тебе нравится быть внутри меня.

Руки Мэгги обхватывают мои бёдра, и он улыбается мне. — Нравится. Мне очень нравится. Это необычно, потому что я никогда не делал этого раньше, но мне нравится, когда ты прижимаешься ко мне, и с тобой так хорошо. Всё, что ты делаешь, доставляет мне удовольствие.

Я прижимаю руку к его горлу, нежно сжимая его, и глаза Мэгги расширяются и темнеют от вожделения.

Я делаю глубокий вдох и приподнимаюсь всем телом, протаскивая его член по своему узкому проходу, пока он не оказывается прямо у моего входа, а затем снова опускаюсь на него.

Он стонет, произнося моё имя, и одного этого почти достаточно, чтобы довести меня до края.

Никогда в жизни я не думал, что мне так повезёт.

***

Мои руки скользят по волосам Мэгги, пока он спит. Он, совершенно обнажённый, лежит у меня на груди, и я удовлетворённо вздыхаю.

Звуки, которые он издавал раньше. Это было блаженство, просто слушать их. Мы сделаем это снова, хотя у меня болит задница при одной мысли об этом.

Чёрт, но мне это понравилось. Знать, что он был внутри меня, растягивал меня, метил меня.

В следующий раз я хочу, чтобы он трахнул меня без ничего. Хочу, чтобы он кончил в меня. Хочу чувствовать это ещё несколько дней после этого. Хочу, чтобы он признал меня своим.

Ёлки, я так облажался. Я так сильно его люблю. Он даже не понимает, что делает со мной.

Может, мне стоит просто похитить его и заставить выйти за меня замуж. Тогда он останется со мной навсегда.

Он вздыхает, прижимаясь ко мне, и издает очаровательные сонные звуки..

Я провожу пальцем по веснушкам у него на носу, а затем касаюсь его губ. Эти губы слегка припухли от того, что я прикусил их зубами.

— Мм, Сем, почему ты ещё не спишь? — Сонно спрашивает он.

Я оттрахал его так хорошо, что он даже не может открыть глаза. Чёрт, это радует пещерного человека внутри меня.

— Иди спать, — бормочу я, и он прижимается лицом к моей шее. Я чувствую, как его дыхание щекочет мою кожу, когда натягиваю простыни, укутываю их вокруг нас и, наконец, позволяю своим глазам закрыться.

На следующее утро Мэгги простонал моё имя, когда я набросился на него. Он проснулся возбужденный и твёрдый, а когда увидел меня на кухне, одетого только в фартук, набросился на меня. Я чуть не обжёг руку о плиту. Это того стоило, потому что прямо сейчас его ноги у меня на плечах, когда он извивается подо мной, прижавшись спиной к кухонному столу.

Боже, он так хорошо выглядит. Нуждающийся. Раскрасневшийся. Твёрдый.

Я протягиваю руку и обхватываю его за шею, притягивая к себе для непристойного поцелуя.

Мне нравится, какой он гибкий, как он может просто сгибаться пополам.

Он ахает, когда я вхожу в него в самый раз, и крепко сжимает мои руки.

— Сем. Сем. Сем.

Он повторяет моё имя, как будто я какой-то бог, и я удовлетворенно хмыкаю. Я чувствую, что он близок. Мне нравится смотреть, как он кончает. Нравится его запах.

— Ты собираешься это нарисовать? — Выдыхает он. — Собираешься нарисовать, как ты трахаешь меня?

— Да, чёрт возьми, — бормочу я, слегка приподнимая его бёдра и проникая в него.

— Я хочу рисунок тебя. О прошлой ночи. Когда ты был на мне. Когда я был внутри тебя.

— Чёрт, — бормочу я, врезаясь в него. Так близко. Так чертовски близко.

Но стук в дверь заставляет нас обоих замереть.

— Ты ждешь гостей? — Мэгги тяжело дышит, нетерпеливо ёрзая подо мной.

— Нет, — отвечаю я, медленно выходя из него и снова входя.

Его глаза закрываются, и он говорит: — Тогда не обращай на это внимания.

— Отличная идея, — бормочу я, врезаясь в него обратно.

Но чёртов стук продолжается.

— Убирайтесь к чёрту, — рычу я. Господи, я просто хочу кончить. Мэгги тоже. Он отчаянно этого хочет. Его член упирается ему в живот, и я хватаюсь за него. Мне нравится, как легко он ложится в мою ладонь. Он идеального размера.

— Это Макс, — произносит чей-то голос, и Мэгги замирает, в панике вытаращив глаза.

— Чёрт. Чёрт. — Он шлёпает меня по рукам, и я неохотно отстраняюсь от него.

Мой член ноет, но он немного сдувается из-за того, каким расстроенным сейчас выглядит Мэгги. Ненавижу видеть его расстроенным.

— Секундочку! — Зовёт Мэгги, исчезая в спальне.

Разочарованно вздохнув, я снимаю презерватив, выбрасываю его в мусорное ведро и следую за Мэгги в спальню.

Я натягиваю боксеры и сажусь на кровать, пока он лихорадочно одевается.

— Как ты думаешь, они нас услышали? — Спрашивает он, и его руки слегка дрожат.

— Не знаю. Ты такой шумный, — бормочу я, и Мэгги закатывает глаза, глядя на меня.

— Боже. Я не хочу сейчас иметь дело ни с кем из них. — Он бросает на меня взгляд, а затем говорит: — Надень хотя бы какие-нибудь штаны. Ты должен спрятать это чудовище подальше.

Я бросаю взгляд на свой наполовину твёрдый член и вздыхаю. — Всё, что захочешь.

Мэгги протягивает руку и берёт меня за подбородок. — Чего я хочу, так это чтобы ты трахнул меня прямо сейчас, чтобы я провёл с тобой все утро, но это невозможно. Не раньше, чем он уйдёт.

Он наклоняется и запечатлевает поцелуй на моих губах, прежде чем броситься к входной двери. Я хватаю с пола свои брюки и натягиваю их. Я спешу, потому что мне не нравится мысль о том, что Мэгги будет там со своим братом без меня. Я должен быть рядом, чтобы защитить его, чтобы он был в безопасности.

Я перехожу в гостиную и вижу на кухне Мэгги, который протягивает бутылки с водой Максу, и ещё двух мужчин, которые, как я предполагаю, являются его братьями. Все трое похожи друг на друга.

И под этим я подразумеваю, что они выглядят как придурки с одинаковыми глазами, волосами и телосложением. Клоны.

Я прислоняюсь к стене и скрещиваю руки на обнажённой груди, слегка напрягая её, чтобы они знали, что со мной лучше не связываться. Я крупнее их. Я мог бы взять их всех, если бы захотел.

— Это тот парень? — Спрашивает один из них Макса, который лишь настороженно смотрит на меня и кивает.

— Да.

Двое других его братьев, которых я никогда раньше не видел, кивают мне. Я просто прищуриваюсь, глядя на них.

— Сем, — нервно произносит Мэгги. — Ты уже знаком с Максом. Это Мэтт и Митч.

Я просто смотрю на них. Они переминаются с ноги на ногу, а затем переводят взгляд на Мэгги. Мне не нравится, как они смотрят на него, от этого мне хочется вышвырнуть кого-нибудь прямо из окна.

— Итак, — говорит Мэгги, прочищая горло. — Что вы здесь делаете? Вы никогда не навещаете меня. — Он смотрит на каждого из своих братьев, нервно теребя рубашку.

Они наблюдают за ним, а затем переводят свои взгляды на меня. — Неподалеку поселился друг. Мы подумали, что стоит заехать и пригласить тебя на завтрак.

— Мы уже поели, — говорю я, сжимая руки в кулаки.

— Это то, чем вы занималась, когда мы постучали в дверь? — Спрашивает Митч с ухмылкой. — Потому что это прозвучало так, будто кого-то трахали. Наверное, тебя, да, Мэг.

Мэгги рассказал мне о своих братьях однажды ночью, лёжа в постели. Его пальцы чертили узоры на моей груди, когда он сказал мне, что Митч самый подлый. Как он из кожи вон лез, чтобы унизить его словами, все время притворяясь, что это просто шутка.

Мэгги отступает ещё дальше, а я отталкиваюсь от стены и подхожу к нему. Мне хочется прижать его к себе и унести прочь. Подальше от их уродливых, полных ненависти взглядов и слов.

— Отойди, — бормочу я, прижимаясь грудью к спине Мэгги.

Я кладу одну руку ему на плечо, а другую на бедро, и он вжимается в меня.

Макс, Митч и Мэтт смотрят на мои руки, лежащие на их брате, но я отказываюсь их убирать. Если им это не нравится, они могут уйти. Их всё равно сюда не приглашали.

— Я думаю, вам всем, наверное, стоит уйти, — говорит Мэгги таким тихим голосом. — У нас есть планы. Я позвоню вам, и мы сможем встретиться в другой раз.

Я прищуриваюсь, глядя на его братьев, которые просто пожимают плечами и слоняются по квартире, вместо того чтобы уйти. Как будто они здесь хозяева. Я ненавижу, когда они здесь всё портят.

— А мы не можем немного потусоваться? — Спрашивает Мэтт. — Мы беспокоились о тебе.

— Я в порядке. Как видишь.

Макс прислоняется к стене, потягивая воду. — Ты уверен?

— Конечно, — говорит Мэгги, а затем, когда его брат отворачивается, смотрит на меня.

— Я хочу, чтобы они ушли, — шепчет он. — Ты можешь заставить их уйти, Сем?

Но прежде чем я успеваю сделать то, о чём он просит, Мэтт опускает взгляд на что-то на столе Мэгги.

— Что это за хрень? — Рявкает он, в замешательстве сдвинув брови.

Он поднимает набросок обнаженного Мэгги, который я нарисовал давным-давно, и машет им в воздухе. — Кто нарисовал это извращённое дерьмо?

— Положи это, — выдыхает Мэгги, делая шаг вперёд и внезапно останавливаясь. Ненавижу, каким неуверенным он выглядит.

Я сжимаю кулаки и шагаю через комнату. — Я нарисовал его. Положи его нахуй.

Мэтт бросает взгляд на рисунок и протягивает его мне. Я делаю движение, чтобы положить его на место, когда Митч издает мерзкий смешок.

— Я, блядь, так и знал. Вся эта гейская одежда которую ты носишь втайне. Я же говорил тебе, Мэтт. Мэгс — законченный педик. — Он хлопает Мэтта по плечу, а затем переводит взгляд на Мэгги, который побледнел. — Ты берёшь это в задницу, братан? Этот громила тебя пялит? Ты всегда был тряпкой...

Я даже не думаю, мой мозг отключается, и я просто взмахиваю рукой. Мой кулак попадает Митчу прямо в челюсть. Острая боль пронзает мою руку, когда он резко запрокидывает голову. Я оцепенел от боли, адреналин бурлит во мне. Поэтому я делаю это снова, целясь на этот раз в нос. Он трескается, и Митч воет, когда кровь стекает по его подбородку.

Он ошеломлён. Как и все они. Они хулиганы, которые никогда не ждут, что кто-то даст сдачи.

Что ж, я, нахуй дам отпор.

Я сожгу мир дотла, если Мэгги попросит меня об этом.

— Какого черта, чувак? — Кричит Мэтт, подходя к брату, а затем в ужасе оборачивается на меня. — Это была шутка.

— Это было ни хрена не смешно, — огрызаюсь я. Затем я замахиваюсь рукой для апперкота и нокаутирую Мэтта прямо под подбородок.

Его рот с лязгом захлопывается, и он отшатывается, опрокидывая лампу, стоящую на столике. Она падает на пол и разбивается вдребезги.

И тут начинается настоящий ад.

Они втроём навалились на меня, нанося удары кулаками, пинками, царапая. Это чертовски больно, на моём теле появляются синяки, но я не сдаюсь, просто продолжаю бить кулаком по их уродливым грёбаным мордам.

Кровь покрывает мои ладони, предплечья, губы. Я чувствую её на вкус.

Медь. Металлическая.

Мои кулаки движутся вслепую, я ударяю по ним, давлю на них. Я в ярости. Эти слова. Их глаза. Бледное лицо Мэгги.

Я ничего не вижу. Я дикарь.

И тут я слышу это.

Щелчок, крик и глухой удар.

Обернувшись, я вижу, что Мэгги держится за щеку, по лицу у него течет кровь. Он смотрит на меня широко раскрытыми глазами. Ох блядь, я, должно быть, случайно его ударил.

Он в ужасе.

Я, должно быть, похож на ебаного монстра.

Я и есть монстр.

Я прерывисто вздыхаю, когда его братья подходят к нему вплотную. Макс властно кладёт руку на плечо Мэгги.

— Какого черта? Ты ударил его, чувак. Он вдвое меньше тебя. — Макс сплёвывает, его глаз наполовину заплыл, и я отступаю назад, чуть не спотыкаясь о собственные ноги.

Мэгги отталкивает своего брата и направляется ко мне, но я снова отшатываюсь. Его хорошенькое личико начинает опухать и покрываться синяками из-за меня.

Я, блядь, причинил ему боль.

— Я... — Выдыхаю я. — Мне так жаль....

— Нет, — шепчет Мэгги прерывающимся голосом. — Это был несчастный случай. Это не твоя вина. Я не должен был пытаться схватить тебя. Я просто хотел, чтобы все остановились.

Я открываю рот, чтобы заговорить, но не могу даже дышать. моё зрение затуманивается. Я задыхаюсь и, чёрт возьми, вот-вот потеряю сознание.

Только не перед ними.

Не здесь.

Я заставляю свои ноги двигаться и проталкиваюсь мимо них всех. Распахнув дверь квартиры, я, спотыкаясь, выхожу наружу. Воздух горячий, почти влажный. Солнце обжигает мою кожу, и я горю от этого, но мои ноги не останавливаются.

Я даже не знаю, как добрался до дома, но, спотыкаясь, вваливаюсь внутрь и сгибаюсь пополам, прижимая покрытые синяками руки к животу.

Они пульсируют.

Меня рвёт, но ничего не выходит. Внутри у меня пустота.

Дрожащими пальцами я провожу по лицу и глубоко вдыхаю.

Я даже не знаю, кто я теперь.

Я причинил ему боль.

Я оставил его с ними.

Я смотрю в зеркало и вижу своё окровавленное лицо. Я вытираю его дрожащей рукой, и кровь размазывается по моей коже.

Я всё равно никогда не был для него подходящим.

Я знал это, но всё равно остался.

Я причинил ему боль.

Он никогда больше не будет мне доверять.

Даже я себе не доверяю.

Ему лучше без меня.

Я должен отпустить его.

На этот раз я должен держаться подальше.

***

Магнус

Он здесь. Я чувствую его в своей квартире. Он бродит повсюду, как призрак. Он ушёл от меня три дня назад, и с тех пор я его не видел, но всё ещё чувствую его присутствие.

Это были самые долгие три дня в моей жизни. С тех пор, как он исчез, я сотни раз проходил через пять стадий горя. Сейчас я снова в депрессии.

У меня звонит телефон, и я вижу, что это мамино сообщение. Я даже не читаю его. Просто удаляю его и ложу телефон назад.

Они все могут катиться к чёрту. Мне нечего им сказать. Все они пытались связаться со мной, но мне не нужно их дерьмо. Если я их больше никогда не увижу, я не против. Сем был моим домом, а теперь всё это рассыпалось в прах, потому что они просто не могли заниматься своими ебаными делами.

— Эй, — говорит Колин, постукивая рукой по столу, возвращая меня в настоящее. — Ты в порядке? Я могу прийти в другой раз. Ты не выглядишь... просто кажется, что с тобой что-то не в порядке.

Он бросает взгляд на желтеющий синяк на моей щеке, и я потираю его. Вчера он перестал пульсировать, но каждый раз, когда я смотрю на него, это печальное напоминание о том, что его больше нет. Я бы хотел, чтобы он уже исчез.

Я раздражённо выдыхаю и тру свои усталые глаза. — Извини. Наверное, я не в настроении работать. У меня в голове полный сумбур.

Колин протягивает руку и сжимает мою. — Ты ничего о нём не слышал?

— Нет, — шепчу я. — Я пытался дозвониться до него миллион раз, но он просто переключался на голосовую почту. Я поехал к нему на стоянку, но фургона там не было... — Уф, я провожу руками по волосам и смахиваю слёзы. — Он никогда не думал, что достаточно хорош для меня. Думаю, это вывело его из себя. Не думаю, что он когда-нибудь вернётся. Его брат сказал, что он в Колорадо.

Колин убирает свою руку с моей и потирает подбородок. — Чёрт. Но он любит тебя, верно?

У меня сжимается грудь, и я потираю ее. — Мы никогда... мы никогда не говорили об этом.

Взгляд Колина встречается с моим, и он наклоняется чуть ближе ко мне. — Эй, то, что вы никогда не произносили этих слов вслух, не делает их неправдой. Просто понаблюдав за вами пару раз в одном месте, я понял, что он обожает тебя. Его взгляд всегда был прикован к тебе. Он не мог отвести взгляд.

Острая боль пронзает мой живот, и я закрываю глаза, превозмогая её — Я тоже так думал, но он тоже бросил меня... вот в чём дело. Нельзя бросать человека, которого любишь.

Я думаю о стопке бумаг, оставленных на моём кухонном столе три дня назад. Мои рисунки. В ту ночь я спал беспокойно, ворочался с боку на бок. Потом я услышал это, щелчок открываемой двери, тихое шарканье ног, но двигался слишком медленно. Когда я вбежал в гостиную, он уже ушёл. Бумаги рассыпались по твердой поверхности, словно издеваясь надо мной. Он никогда не хотел расставаться с ними, и всё же они были там.

Это был отвратительный символический жест.

И я немного возненавидел его за это.

Что бы ни говорил Колин, как бы сильно Сем меня ни обожал, он не вернётся.

— Могу я дать тебе совет? Исходя из прошлого опыта...

Я киваю и смотрю в его добрые глаза.

— Иногда не стоит ждать, пока что-то произойдет. Жизнь слишком коротка.

Я приподнимаю бровь и наклоняю голову. — Это загадочно. Хочешь рассказать подробнее?

— Ты хочешь, чтобы он вернулся?

— Да. — Мой голос звучит так тихо.

Колин откидывается на спинку стула и говорит: — Хорошо, если он не придёт к тебе, ты пойдёшь к нему. Найди его и заставь выслушать тебя.

От этого совета у меня замирает сердце. Легче сказать, чем сделать. Он сейчас совсем в другом штате. Он даже своим братьям не сказал, куда именно направляется. Мне пришлось бы прочесать весь Колорадо, чтобы найти его. Моему разбитому сердцу не хватит на это терпения. Я хочу, чтобы он вернулся ко мне сейчас. Не завтра. Не на следующей неделе. Сейчас.

— Посмотрим, — бормочу я, чувствуя себя ужасно измученным. Мой дух был разбит, растёрт в пыль. Я в замешательстве.

— Не сдавайся. Возможно, он просто расстроен и ему нужно время.

— Да. Я просто... — Мои слова обрываются, и я вздыхаю. — Спасибо, что пришёл. Мне так жаль, что я был бесполезен. Обещаю, в следующий раз я буду более полезен проекту.

— Не нужно извиняться. Я понимаю. После того, как мы с моим бывшим расстались, я несколько дней не вставал с постели. Я бы сказал, что у тебя дела идут намного лучше, чем у меня.

Я выдавил из себя лёгкую улыбку и поднялся со стула. — Эй. Пока ты не ушёл, у меня есть для тебя книга. На прошлой неделе я нашёл её в библиотеке. Думаю, она тебе понравится.

Я иду в свою спальню и роюсь в куче одежды, которую не удосужился сложить. Я сделаю это позже, когда найду в себе силы. Сейчас, кажется, ничто не имеет особого значения.

— Где ты, чёрт возьми, пропадаешь? — Ворчу я, сбрасывая кучу одежды на пол.

И тут я слышу это.

— О, — говорит Колин с удивлением в голосе, — Сем. Привет. Магнус в спальне. Позволь мне сходить за ним...

Книга забыта. Она может оставаться похороненной целую вечность. Я двигаюсь так быстро, что ударяюсь носком о край кровати. Ногу пронзает боль, но я не обращаю на неё внимания и проскальзываю в гостиную. Мои глаза широко раскрываются, когда я смотрю на Сема, стоящего в дверях. Чёрт, он хорошо выглядит. Измученный, усталый, с тенями под глазами и несколькодневной щетиной на лице, но такой чертовски сексуальный.

Эти голубые глаза переводят взгляд с меня на Колина, и его лицо становится пепельным. Эти голубые глубины слегка тускнеют.

О, чёрт.

Нетнетнетнетнет.

— Сем, — выдыхаю я, приближаясь к нему, как к дикому животному. Я протягиваю руки, мой голос спокоен, а он просто отступает назад, отчаянно качая головой.

— Чёрт. Я не должен был...…Чёрт... Прости.

Я отчаянно тянусь к нему, но он прячет руку за спину. От того, что он уклоняется от меня, моё сердце учащенно бьется в груди.

— Даже не смей нахуй, — ворчу я, снова протягивая к нему руку, но он обходит меня стороной.

Он с трудом сглатывает. — Мне нужно...

Он начинает отодвигаться от меня, и я кричу: — Не смей нахуй снова убегать! — Мне всё равно, кто меня слышит. Я отчаянно хочу, чтобы он остался. Нам нужно всё обсудить. Ненавижу, что не могу выговориться. Я просто хочу, чтобы он остался.

Колин подходит ко мне сзади, и я мысленно проклинаю его. Я хочу, чтобы он просто ушёл. Измученный взгляд Сема переводится с Колина на меня, и он прочищает горло, медленно отодвигаясь.

— Это.... Мне необходимо…Прости, — шепчет он, а затем отворачивается от меня. Его длинные ноги несут его вниз по лестнице, и я даже не задумываюсь дважды о том, что мне нужно сделать. Я просто бросаюсь вдогонку.

Мои босые ноги шлёпают по земле, когда я спотыкаюсь о асфальт парковки. После этого они будут разодраны, но мне всё равно.

— Сем! — Кричу я, ускоряя движение ног, но он быстрее меня. Я никогда не догоню его. Он уходит всё дальше и дальше, и у меня щиплет глаза. В груди все горит. У меня начинает сводить бок.

Блядь.

Внезапно моя нога на что-то натыкается, и острая боль пронзает ступню. Я громко вскрикиваю и резко останавливаюсь. Взглянув вниз влажными глазами, я вижу, как из-под моей кожи сочится кровь.

— Чёрт, — говорю я, поднимая ногу и видя, что снизу торчит осколок стекла. — БЛЯДЬ!

Внезапно Сем оказывается передо мной, прижимаясь ко мне. Его лицо перекошено, волосы в беспорядке падают на глаза.

— Мэгги, — выдыхает он, и затем я оказываюсь в его сильных объятиях, прижатый к его груди. Его походка отрывистая, а затем он переходит на бег, неся меня обратно к моей квартире. Я прижимаюсь к нему, вцепившись в его рубашку, сжимая её в кулаке. Боль в ноге почти забывается, когда я прижимаюсь лицом к его шее, вдыхая его запах.

Боже, он так хорошо пахнет. Я скучал по нему.

Не уходи. Не оставляй меня снова.

Моё дыхание прерывается, и я начинаю всхлипывать, когда он входит в квартиру и осторожно усаживает меня на кухонный стол. Я сжимаю в кулаке его рубашку, а он протягивает руку и вырывает её у меня из пальцев. Его прикосновение обжигает, когда я хватаюсь за него.

Лицо Сема вытягивается, он замечает моё разбитое состояние и протягивает руку, чтобы смахнуть слёзы с моих щек, но затем быстро убирает руку. Он прижимает её к боку, снова и снова сжимая в кулак.

Он даже не хочет прикасаться ко мне. Как это возможно, если всего несколько дней назад он не мог оторвать от меня своих рук?

— Ты не мог бы... — Сем поворачивается к Колину и судорожно сглатывает.

Какого черта он всё ещё здесь? Почему он просто не уйдёт? Он всё портит.

Сем прерывисто выдыхает и говорит: — Ты проследишь, чтобы о нём позаботились? Ты ведь сделаешь это, правда? Позаботься о нём. Ради меня?

Колин кивает, а затем говорит: — Почему бы тебе не остаться? Я могу уйти. Он хочет, чтобы ты остался.

— Нет... нет. Я правда не могу. Пожалуйста.

Колин прочищает горло и кивает, широко раскрыв глаза. Я едва могу разглядеть его из-за слёз, застилающих мне глаза.

— Не уходи нахрен, — шепчу я, прерывисто дыша. У меня перехватывает горло, и я протягиваю руку, но хватаю только воздух.

Сем отводит взгляд, делая шаг назад. — Так будет лучше. Мне не следовало приходить, прости. Я просто... скучал по тебе. Но тебе лучше уйти, Мэгги. Мне нужно идти.

Я вытираю свой соплящий нос и отчаянно трясу головой. — О чем, чёрт возьми, ты говоришь? Почему ты не хочешь понять? Так не лучше. Ты не оставишь меня с Колином. Ты прекрасно можешь позаботиться обо мне. Я хочу, чтобы ты позаботился обо мне, Сем.

Челюсть Сема двигается взад-вперёд, и на мгновение мне кажется, что он передумает, но потом он просто качает головой и делает ещё шаг назад. Он поворачивается к Колину и тихо говорит: — Пожалуйста, проследи, чтобы он обратился к врачу. Рана выглядит глубокой.

— Не смей, блядь, уходить, — кричу я срывающимся голосом. — Если ты уйдешь, всё кончено. Ты слышишь меня? Кончено.

Сем смотрит на меня остекленевшими глазами и проводит рукой по лицу. — Ты все равно всегда был слишком хорош для меня. Это бы долго не продлилось — А потом он поворачивается и исчезает.

Тихий всхлип вырывается из моих губ, и я сжимаю грудь. Если раньше моё сердце было разбито, то теперь я понял, что я ошибался.

Нет, теперь моё сердце уничтожено.

Я сворачиваюсь калачиком на столе и шевелюсь, только когда Колин относит меня в постель.

***

Проснувшись посреди ночи, я ковыляю на кухню и вижу, что Колин наконец-то ушёл. Он остался со мной, перевязал мне ногу и пообещал завтра отвести к врачу. Я не обращал на него внимания, уткнувшись лицом в подушку и закрыв глаза. Меня не волнует моя нога или поход к врачу. Пусть они все катятся к чёрту.

Я шиплю, когда моя пятка касается пола. Это приятное напоминание о том, что я жив, хотя внутри чувствую себя мёртвым.

Протянув руку, я беру стакан с водой, наполняю его и выпиваю залпом, позволяя воде успокоить боль в горле. Несколько капель стекают у меня по подбородку, и я просто позволяю им это. Я в ужасном состоянии и не знаю, что делать.

Прислонившись лбом к холодильнику, я глубоко дышу, борясь с внезапно накатившей волной тошноты. Я не могу поверить, что он появился, а потом снова бросил меня. Насколько всё было бы по-другому, если бы здесь не было Колина? Остался бы Сем и поговорил бы со мной?

Меня слегка подташнивает, и я дышу через нос. Когда волна тошноты отступает, я наклоняю голову, и мой взгляд падает на лист бумаги, который шуршит на кухонном столе. Я подскакиваю и разглаживаю его.

— Пусть твои планы будут темны и непроницаемы, как ночь, а когда ты начнёшь действовать, обрушивайся как удар молнии. «Искусство войны.»

Не сдавайся.

Жизнь слишком коротка.

Иди и приведи его.

~Колин.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/88271/591617

Переводчики: Aida_Winter