Готовый перевод Meg Cabot "The Bride Wore Size 12" / Мэг Кэбот "Невеста носит 12 размер": 4 глава

- В какой ты комнате? - Бледное лицо моей начальницы выглядывает из щели между дверью и косяком, но ее голос звучит как удар хлыста.

Выглядя немного шокированной, Кейли автоматически отвечает:
- Комната 1412.

- Хизер, - рявкает Лиза. — Позвони ассистенту резиденции на

— ...четырнадцатый этаж. В процессе.

Я достаю список всех номеров экстренной помощи в здании, включая всех новых ассистентов резиденции, который напечатала сама. Я была довольна тем, что сократила этот список до карточки размером с бумажник (которую затем заламинировала), пока одна из новых ассистентов - сотрудница четырнадцатого этажа, по сути, Жасмин - не спросила язвительным тоном:
- Это ничего, если я выброшу ее после того, как введу номера в свой смартфон?

Представьте себе, какая это была наглость - предполагать, что список, над составлением которого я так усердно трудился (потому что, конечно, я раздала всем крошечные ламинированные копии размером с бумажник), был одноразовым!

Когда Жасмин уронит свой смартфон в дождевую лужу, сопровождая какого-нибудь студента в больницу (и что бы там ни говорили, такое иногда случается), как она узнает, кому позвонить из автомата неотложной помощи, чтобы ее забрали?

Удачи тебе в этом, Жасмин.

Лиза открывает дверь своего кабинета еще шире, и из-за ее ног вылетает маленький коричнево-белый щенок, который начинает возбужденно бегать по комнате, обнюхивая обувь каждого. Оба телохранителя принца Рашида достают из-под пиджаков оружие.

- Это собака! - Кричу я, набирая номер. - Трикки, иди сюда. Ребята, это Джек-рассел-терьер, он не представляет угрозы.

Пес подбегает ко мне за одним из лакомств, которые я держу для таких случаев — хотя раньше в них никогда не было оружия, — пока Хамад и его напарник расслабляются, но не без укоризненных взглядов в сторону моего босса.

Лиза даже не замечает этого.

- Амира дышит? - Лиза спрашивает Кейли, у которой все еще округляются глаза от удивления, откуда Лиза знает о ситуации с ее соседкой по комнате.

На самом деле этому есть хорошее объяснение: длинная металлическая решетка в нескольких дюймах от потолка, отделяющая кабинет Лизы от того, в котором находится мой стол. Предполагается, что решетка обеспечивает “свет и вентиляцию для сотрудников в приемной”, поскольку в приемной нет окон.

Но что это на самом деле делает, так это позволяет нам подслушивать разговоры друг друга.

Однако нам не повредит, если мы позволим студентам думать, что мы экстрасенсы (они никогда не заметят решетки), поэтому мы не утруждаем себя разубеждением их в этом.

- Мне кажется, она дышала. - Кейли, в отличие от всех остальных, смотрит на Лизу, а не на собаку, у которой весь зад дрожит от восторга, когда я передаю ему угощение одной рукой, а другой все еще сжимаю телефон. - Откуда мне знать?

- Ее рвало в постель? - Спрашивает Лиза. - У нее были синие губы?

- Конечно, она дышала, - говорит Шантель, соседка Кейли по комнате. - Я имею в виду, почему бы ей не дышать? У нее просто похмелье.

- Однако мы не проверяли цвет ее губ. Она была с головой укрыта одеялом. Мы просто потрясли ее, но она не проснулась. - Ниши присела на корточки перед собакой и, к ее удовольствию, почесала ее за ушами. - Боже мой, он такой милый. Как его зовут?

- Трики. - Я вешаю трубку. Обращаясь к Лизе, я говорю: - Голосовая почта. Жасмин не отвечает.

Лиза выглядит обеспокоенной, и не только из-за Амиры. Жасмин не является дежурным ассистентом резиденции, но все студенты-сотрудники должны быть “доступны” во время ознакомительной недели. Тот факт, что Жасмин не отвечает на звонки (особенно учитывая, что звонят из кабинета директора колледжа), вызывает беспокойство.

С другой стороны, это только первая неделя в колледже. Жасмин научится... особенно после того, как Лиза Ву поговорит с ней на следующем собрании персонала.

- Я же говорила вам, - с торжествующим видом произносит миссис Харрис. - Ее там нет.

- Я позвоню на ресепшн, чтобы дежурный ассистент резиденции проверил Амиру, - говорю я, игнорируя миссис Харрис, и набираю номер, - а также Жасмин.

- В этом нет необходимости, - быстро говорит Сара. - Я схожу. - Она поворачивается к Кейли, которая, кажется, единственная, кто беспокоится о своей соседке по комнате... или, может быть, она все еще в шоке от очевидных способностей Лизы читать мысли. - Я ассистент по вопросам жилья в этом колледже. Это моя работа, как и мисс. Ву и мисс Уэллс, чтобы помочь в подобных вопросах.

Можно было бы предположить, что высокомерие Сары проистекает из желания загладить свою предыдущую оплошность с матерью Кейли — и, возможно, из—за того, как она вела себя с принцем Рашидом, - но правда в том, что она в основном живет ради таких моментов, как этот, поскольку она учится на магистра психологии.

Направляясь к двери, Сара бросает через плечо:
- Лиза, почему бы тебе не подняться наверх и не вернуться в постель? У нас с Хизер все под контролем.

Как и у Сары, должность директора резиденции - предполагает, что жилье включено. Лиза получает бесплатную комнату и питание — двухкомнатную квартиру на шестнадцатом этаже, которую она делит со своим мужем Кори и, конечно, Трикки, - в дополнение к зарплате, которая ненамного больше моей, но я должна сам оплачивать аренду.

Или я бы так и поступила, если бы не жила бесплатно на этаже в особняке моего домовладельца в обмен на ведение его бухгалтерии... или, по крайней мере, жила, пока у нас не завязались романтические отношения. Я по-прежнему веду его бухгалтерию, но теперь живу в этом особняке бесплатно.

- Мисс Ву. - Миссис Харрис видит возможность для импровизированной встречи с кем—то из начальства — даже если ее лицо выглядит мертвецки, - и вмешивается, прежде чем Лиза успевает исчезнуть. - Возможно, нам с вами следует поговорить наедине...

Лиза качает головой, как будто все голоса звучат как назойливое жужжание мух у нее в ушах.

- Не сейчас, - говорит она.

Миссис Харрис выглядит озадаченной.
— Но...

-Я сказала, что не сейчас.

Часы Rolex сделал шаг вперед, чтобы заговорить со мной, но, услышав тон Лизы, быстро отступил назад.

- Гэвин, это я, - говорю я, когда студент-служащий, работающий на стойке регистрации в вестибюле, поднимает трубку. - Не мог бы ты, пожалуйста, взять универсальный ключ от четырнадцатого этажа? Сара поднимется через минуту, чтобы одолжить его. И не видели ли вы где-нибудь Жасмин?

- Кто такая Жасмин?

Гэвин - один из моих самых надежных сотрудников по работе и учебе, но он появляется только тогда, когда говорит, что собирается, а иногда даже тогда, когда его меньше всего ждут, но в то же время он больше всего нужен.

К сожалению, он не всегда умеет быть внимательным, когда на самом деле выполняет свою учебную работу, а именно работает в центре Фишер-холла, на стойке регистрации, куда жильцы приходят, чтобы получить почту и посылки, сообщить о проблемах и одолжить ключи, если они заперлись в своих комнатах. Гэвин стремится к карьере режиссера, а не в сфере гостеприимства, и это заметно.

Я вздыхаю.
- Жасмин - одна из новых ассистенток резиденции, Гэвин. Помнишь? Она работает на четырнадцатом этаже. Вы встречались с ней на летучке студенческого персонала в прошлые выходные.

- Как бы там ни было. - Это любимое словечко Гэвина. - На том вечере было пять девушек по имени Жасмин. Она горячая азиатка Жасмин, которая учится на врача? Или горячая индианка Жасмин, которая учится на юриста Или она горячая белая Жасмин, которая изучает коммуникацию? Или...

- У тебя что, нет девушки, Гэвин? - Перебиваю я.

- Конечно, есть, - говорит он. - Джейми - самая привлекательная девушка в этом общежитии, я имею в виду в резиденции. После тебя, конечно, Хизер. Но это не значит, что все Жасмин, которые здесь живут, тоже не привлекательные. Видишь ли, я мужчина, который ценит женщин. Женщины всех рас, размеров, — он многозначительно понижает голос, — и возрастов тоже, если ты понимаешь, что я имею в виду, Хизер.

Я сглатываю.
- Знаешь что, Гэвин, прекрасно понимаю. Просто дай Саре главный ключ от четырнадцатого этажа, когда она поднимется туда, пожалуйста.

- О, вот и она, - говорит Гэвин своим обычным голосом. Я слышу скрежет металлического шкафчика, в который мы запираем все отмычки — кроме строительного ключа, который хранится в коробке в нижнем ящике стола Лизы, — затем голос Сары на заднем плане:
- Спасибо, Гэвин.

- Хорошо, - говорю я, когда Гэвин снова берет трубку. - А теперь сделай одолжение, позвони дежурному ассистенту - Я смотрю на расписание, прикрепленное к доске объявлений рядом с моим столом. - Это Говард Чен. Скажи ему, чтобы поднимался в четырнадцать двенадцать и встретился с Сарой из-за, возможно, заболевшей студенткой.

- Ладно, я так и сделаю, - скептически говорит Гэвин, - но ему это вряд ли понравится.

- Что значит, ему это не понравится? Мне все равно, если ему это не понравится, это его работа, у него нет выбора.

- Я знаю, - говорит Гэвин. - Я просто хочу сказать, что некоторое время назад мне пришлось позвонить старине Говарду по поводу блокировки, и Говард был очень зол из-за этого. Он говорит, что чувствует себя неважно.

Я бросаю взгляд на Лизу, затем понижаю голос до шепота:
- Что ж, передай Говарду от меня, что он может смириться с этим. Он получает бесплатное проживание и питание в течение всего года, но должен дежурить всего пару дней в месяц. У Лизы желудочный грипп, ей приходится быть здесь с девяти до пяти каждый день, дежурить в здании по ночам, и все же она добралась до работы.

- Похоже, сегодня у многих ассистентов проблемы с гриппом, - уклончиво говорит Гэвин и вешает трубку.

- Чего?

Как только моя трубка опускается на рычаг, часы "Rolex" оказываются на мне, как сливочный сыр на рогалике.

- Извините, я вижу, у вас сейчас много дел, и мне очень не хочется вас беспокоить, но как насчет Списка ожидания на смену комнаты, о котором вы упомянули?

Устав от этого, я выдвигаю нижний ящик стола и достаю стопку ярко-оранжевых бланков.

- Вот, - говорю я. - Дайте своему сыну одно из них.

Начинается небольшой бунт, когда очередь устремляется вперед, руки жадно хватаются за форму.

Я понимаю, что, вероятно, мне следовало раздать их раньше, но когда здание так долго называют Общежитием смерти, как Фишер-Холл, требуется некоторое время, чтобы привыкнуть к тому факту, что оно внезапно стало местом, где люди действительно хотят жить.

- Вот, пожалуйста, мисс, - говорит часы Rolex несколько минут спустя, возвращая мне заполненный бланк, казалось, не испытывая при этом никаких угрызений совести, хотя всего несколько минут назад я объяснила, что заполнять его должны только студенты. — И могу я задать еще один вопрос...

Все, что угодно, лишь бы избавиться от него.
- Конечно.

Он понижает голос.
- Я уверен, вы постоянно это слышите, но вам кто-нибудь когда-нибудь говорил, что вы выглядите точь-в-точь как поп-певица Хизер Уэллс?

Он выглядит таким искренним, его пухлое лицо сияет, что я понимаю, что он не разыгрывает меня. Он действительно понятия не имеет. У меня на столе нет таблички с именем или чего-то подобного.

- Нет, - отвечаю я с улыбкой, принимая бланк из его рук. - Никто никогда не говорил мне этого раньше. Но спасибо. Приму это как комплимент.

- О, это так, - уверяет он меня. - Такая красивая девушка. Моя дочь любила Хизер Уэллс. У нее есть все ее диски. Она до сих пор иногда их слушает. Там была одна песня... — Он никак не может вспомнить название.

- Сахарная лихорадка?

- Это та самая песня! Такая запоминающаяся. О, черт. Теперь я буду напевать ее весь день.

Я киваю.
- Трудно выбросить это из головы.

- Ну что ж, - говорит он с застенчивой улыбкой. - Спасибо. Когда люди говорили мне, что жители Нью-Йорка злые, я понимал, что они все врут. Я еще не встретил ни одного злого человека.

Я улыбаюсь ему.
- Не все мы плохие.

Вскоре мой кабинет опустел — за исключением миссис Харрис, ее дочери и соседок по комнате, и, конечно, принца и его телохранителей.

- Могу ли я чем-нибудь помочь? - спрашивает принц с королевским озабоченным видом.

- Можешь идти обедать, - сухо говорит Лиза. - Это тебя не касается.

- Боюсь, что это не так, - говорит принц. - Я знаком с этой молодой леди, о которой идет речь. Она очень... любезна.

Я замечаю, как Шантель и Ниши обмениваются взглядами, опускаясь на колени рядом с Трики, который купается в их внимании. Дружелюбный! они в восторге произносят это одними губами. Они не могут насытиться красотой принца и его королевскими манерами.

Я, наверное, единственная в этой комнате, кто сразу же подумал, что принц говорит в ином смысле. Она не провела в своей комнате ни одной ночи за всю неделю. А насколько принц знаком с Амирой?

- Может моя машина вам пригодиться? - спрашивает он. - Она довольно вместительная. Возможно, она поможет доставить молодую леди в больницу?

- Для этого у нас и есть машины скорой помощи, - холодно говорит Лиза. Его королевские манеры впечатлили не больше, чем Сарины - Мы вызовем скорую, если понадобится. - Она, кажется, понимает, как гроздно это звучит, и добавляет более мягким тоном: - Я ценю ваше предложение, но это наша работа - справляться с подобными ситуациями. Вам не нужно вмешиваться... Шираз.

- Не могу сказать, что меня все это удивляет - Возможно, миссис Харрис это и не удивило, но, похоже, она наслаждается этой драмой. — Когда ты сказала, что Амира не вернулась домой прошлой ночью, я поняла, Кейли, что должно было случиться что-то подобное...

- Но мы же на самом деле не знаем, что вообще произошло, не так ли? - Перебивает Лиза, и в ее голосе снова звучит злоба. Она слегка покачивается на ногах, как будто ковровое покрытие качается у нее перед глазами, но ей удается держаться прямо. - Так что давай отложим суждения на потом, ладно?

- Да, мам, - говорит Кейли, прищурившись, глядя на мать.

- Но я действительно не думаю, что Кейли должна мириться с таким стрессом, особенно когда начинаются занятия. - Миссис Харрис такая хитрая, когда берет в руки одно из своих лакомств. Она не собирается отпускать его, несмотря ни на что. - Как все это беспокойство скажется на ее оценках?

- Мам, - резко говорит Кейли. - Я в порядке. А что такого? Прошлой ночью Амира немного переборщила с вечеринкой, и теперь она... подожди. — Кейли, прищурившись, смотрит на мать. - Так вот почему ты здесь? Ты пришла пожаловаться на Амиру? Боже мой, я не могу тебе поверить. Мне нравится моя комната, мама, и мои соседи по комнате. Я сейчас учусь в колледже. Почему ты не можешь позволить мне жить своей собственной жизнью?”

- Извините, - говорит Лиза, и ее лицо внезапно приобретает зеленоватый оттенок. Она бросается обратно в свой кабинет, захлопывая за собой дверь. Благодаря металлической решетке мы можем отчетливо слышать, почему ей нужно было извиниться.

- Бедняжка, - комментирует Карл с верхней ступеньки лестницы, цокая языком. - Многие заболевают желудочным гриппом. Моим ребятам пришлось сегодня утром протирать два туалета. Мойте руки. - Карл по-дедовски размахивает дрелью. - Это единственный способ предотвратить распространение инфекции.

Все, включая телохранителей принца, опускают глаза на свои руки. Даже Шираз выглядит так, словно потерял часть своего самозваного хладнокровия.

- Что ж, - говорит он, пятясь к двери, - если я здесь ничем не могу быть полезен, мне лучше уйти. Без обид, но я не могу позволить себе заболеть прямо сейчас. У меня есть билеты на Открытый чемпионат США в эти выходные. Не играю, а просто наблюдаю, — заметив взгляды, которыми обмениваются его телохранители, он добавляет более глубоким, притворно серьезным тоном, - К тому же, учитывая нагрузку на курсах, которые я собираюсь пройти, я знаю, что отец хотел бы, чтобы я оставался здоровым во время учебы...

- Мы пойдем с тобой, - говорит Ниши, неохотно отпуская Трики и поднимаясь на ноги. - У нас нет причин оставаться здесь, верно? Ты ведь позаботишься об Амире, если что-то случится?

- С Амирой все в порядке, - заверяю я ее, - но, конечно, мы позаботимся о ней, если что-нибудь случится.

Это мое (сверхактивное) воображение, или принц, похоже, испытывает такое же облегчение, услышав это от меня?

- Спасибо, - говорит Кейли, благодарно улыбаясь мне. Однако взгляд, который она бросает на мать, совсем не похож на благодарный. - Я позвоню тебе и папе позже, мама, - добавляет она ледяным тоном.

- До свидания, миссис Харрис, мисс Уэллс, сэр, - говорит принц, вежливо кивая матери Кейли, мне и даже Карлу, который в ответ отдает честь своей дрелью. - Надеюсь, вам стало лучше, - обращается он к Лизе через металлическую решетку. Ее единственным ответом был стон.

Что бы еще ни говорили о наследнике трона Калифа, он неизменно вежлив. Он, Кейли и остальная их свита начинают выходить из моего кабинета, как раз в тот момент, когда в него входит высокий, потрясающе красивый мужчина с густыми темными волосами и пронзительными голубыми глазами.

Всякий раз, когда Купер Картрайт входит в комнату, я всегда поражаюсь, что при виде него все остальные женщины поблизости не падают в обморок, как хотелось бы мне. Возможно, они просто лучше скрывают тот ошеломляющий эффект, который оказывает на них его суровая мужественность. Миссис Харрис даже не смотрит в его сторону, что меня совершенно сбивает с толку, поскольку он, кажется, излучает тестостерон в своих нескладных джинсах и просторной спортивной куртке, чего никогда не удавалось принцу Рашиду.

С другой стороны, мы все знаем, как миссис Харрис относится к сексу, так что, думаю, это неудивительно.

Купер молча наблюдает за принцем и его свитой, пока, когда они уходят, он не спрашивает:
- Его королевское высочество, ОВС, я так понимаю?

- Он предпочитает, чтобы его называли Шираз, - поправляю я Купера. - Потому что его лучше подавать охлажденным.

- Приятно осознавать, что он осваивается, - сухо говорит Купер, опускаясь на кушетку для посетителей.

Только Трикки приветствует Купера так, как, по моему мнению, его следует приветствовать... и поприветствовал бы его сам, если бы нас не окружали наблюдатели. Пес бросается на диван, кладет лапы Куперу на грудь и с энтузиазмом начинает облизывать языком "пятичасовую тень" Купера (несмотря на то, что сейчас обеденное время).

- Ого, - говорит Купер, безуспешно пытаясь отбиться от приставаний собаки. - Я тоже рад тебя видеть, Трикс, но могу сказать, что один из нас не почистил зубы сегодня утром, и это был не я.

Миссис Харрис, по-прежнему не замечая моего жениха, говорит мне:
- Отец Кейли уже едет сюда. Он говорит, что за те деньги, которые мы платим — более пятидесяти тысяч долларов в год, — у Кейли должна быть соседка по комнате, которая серьезно относится к учебе.

Я поднимаю брови.
- Миссис. Харрис, я уже говорила вам, что у нас нет других комнат...

- Вот почему мы хотим поговорить с кем-нибудь из начальства. Она кивает на закрытую дверь кабинета Лизы. - Не с мисс Ву. С ее начальником. Директором жилищного управления.

- Миссис Харрис, - говорю я тоном, который не могу сдержать от резкости. - Я буду рада направить вас в жилищное управление, где вы сможете записаться на прием к доктору Стэнли Джессапу, директору распределению жилья, но прежде имейте в виду, что я сама позвоню ему в офис, чтобы сказать, что ваша дочь стояла передо мной всего пять минут назад и сказала, что ей нравится ее комната и соседи по комнате, и попросила, чтобы вы позволили ей жить своей собственной жизнью.

Лицо миссис Харрис порозовело. Я уличила ее в блефе, и она это знает. Купер, тем временем, улыбается, уткнувшись в мех Трики. Ему нравится, когда я командую родителями. Он говорит, что это его заводит. Я надеюсь, он сможет держать себя в руках, пока мы не выйдем из здания и не сядем в такси до "Plaza", где у нас будет встреча с нашим организатором свадеб, на которую так трудно попасть.

- Кейли поступила в Нью—Йоркский колледж, — продолжаю я, - в один из лучших колледжей в стране - “лучший” - это перебор, но он, безусловно, один из самых дорогих, - потому что она явно очень умная. Как родитель, вы должны начать доверять ей в том, что она сама справится со своими проблемами, и позволить ей самой принимать решения. Лично я думаю, что они будут замечательными, не только потому, что она посещает прекрасный колледж и в восемнадцать лет уже является совершеннолетней, но и потому, что ее вырастила замечательная мама. Вы, миссис Харрис. У Кейли будут отличные успехи в колледже, потому что вы были для нее примером для подражания. Вы дали ей крылья, необходимые для полета. А теперь, почему бы вам не позволить ей расправить их?

В конце этой длинной речи, которую, должна признаться, я написала на поздравительной открытке и произнесла на этой неделе уже раза четыре, я одариваю миссис Харрис своей самой ослепительной улыбкой, той самой, от которой, по словам Купера, он с ума сходит. Я заметила, что это тоже часто сбивает с него спесь.

К сожалению — или к счастью, поскольку мы находимся в кабинете, — на этот раз не происходит ни того, ни другого. Миссис Харрис также не снимает брюки и носки.

Но она действительно выглядит тронутой.

- О, - говорит она, достает из сумочки салфетку и промокает ею уголки глаз. - Это так мило с вашей стороны. Мы с ее отцом так старались с ней. Знаете, у нее есть младший брат, и мы не позволим ему поехать на Гаити строить дома для "Хабитат для человечества", хотя это такое достойное дело, потому что он просто не проявил такой же ответственности, как Кейли. Но, с другой стороны, говорят, что мальчики взрослеют не так быстро, как...

К счастью, у меня в кабинете звонит телефон, прежде чем она успевает продолжить. Я вижу на определителе звонящего, что это Сара.

- Прошу прощения, - извиняюсь я перед миссис Харрис. - Я должна ответить на это. Может быть, мы могли бы поговорить в другой раз?

Миссис Харрис понимающе кивает и одними губами благодарит вас за все, а я поднимаю трубку и говорю:
- Здравствуйте, кабинет директора Фишер-холла, чем я могу вам помочь?

- Я знаю, ты знаешь, что это я, - говорит Сара. Ее голос звучит странно сдавленно. - Мама Кейли все еще сидит там?

- Да, это Хизер Уэллс, - говорю я, лучезарно улыбаясь миссис Харрис, когда она машет мне из дверей моего кабинета, направляясь к выходу.

- Вот дерьмо, - говорит Сара. - Я не могу поверить, что она все еще там. Все плохо, Хизер. Очень, очень плохо.

Я продолжаю улыбаться, но теперь, когда миссис Харрис, наконец, ушла, перевожу взгляд на Купера. Он почесывает Трики за ушами, но когда замечает выражение моего лица, его пальцы замирают, а взгляд прикован к моему.

- Действительно? - Я спрашиваю. Несмотря на то, что миссис Харрис ушла, я сохраняю деловой тон. За дверью все еще толпятся люди. - Насколько все плохо?

- Это несправедлив”, - говорит Сара. Теперь она плачет. - Занятия еще даже не начались, Хизер. Занятия еще даже не начались.

Позади себя я слышу, как открывается дверь кабинета Лизы. На этот раз я не думаю, что это из-за того, что она что-то подслушала, потому что я придерживаюсь нейтральной точки зрения в разговоре.

Я думаю, что мой новый босс, возможно, действительно обладает каким-то экстрасенсорными способностями.

- Хизер? - Тихим голосом спрашивает Лиза. - Что случилось? Это Сара?

Я киваю, беру ручку и опускаю взгляд на календарь, лежащий на моем столе. Я медленно начинаю вычеркивать обед с Купом и Перри. Обед с невероятно эксклюзивным и дорогим свадебным организатором определенно отменяется.

- Сара, - говорю я в трубку. - Сделай глубокий вдох. Что бы это ни было, мы с этим справимся...

- Я ничего не понимаю. - бормочет Сара в трубку. - Я только вчера вечером видела ее за ужином. Она была в порядке. Мы ели фалафель. Вчера вечером мы вместе ели фалафель в кафе. Как она может быть мертва?

Я хмурю брови. В словах Сары нет никакого смысла.
- Ты ужинала с Амирой, соседкой Кейли по комнате, вчера вечером в кафетерии?

- Нет! - Сара всхлипывает. - Не с Амирой! С Амирой все в порядке, мы ее осмотрели, она в порядке, просто у нее похмелье или что-то в этом роде. Я говорю о Жасмин, ассистентке с четырнадцатого этажа. Ты велела мне заглянуть к ней, и когда мы постучали, а она не открыла, мы вошли в ее комнату, чтобы убедиться, что с ней все в порядке, потому что я услышала, как играет музыка. Зачем ей было оставлять музыку включенной, если ее не было в комнате? Что ж, она здесь, но с ней не все в порядке. Она мертва, Хизер. Она мертва!

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/88469/594069

Переводчики: Missti