Готовый перевод K.M. Neuhold - Rescue Me (Heathens Ink 1) / 1 К.М. Нойхолд - Стань моим спасением (Языческие Татуировки 1) (Языческие Рисунки 1): Chapter 17

Глава 17

Тейн

— Кажется, я не смогу, — говорит Мэдден. Вид у него такой, будто его сейчас либо стошнит, либо он сорвётся на бег.

— Малыш, это не расстрельная команда, это всего лишь мои родители. — Я беру его за руку, целую каждый костяшку и ободряюще сжимаю пальцы.

— Будь у меня выбор, я бы предпочёл расстрел.

Сердце болит за него: у Мэддена нет никаких ассоциаций с родителями, кроме боли и негатива. Но мои его полюбят, я уверен.

Весь последний месяц я старался чаще звонить маме. Я не стал говорить ей, что мы с Мэдденом расходились — назовите это принятием желаемого за действительное. И когда они запланировали визит, она постоянно спрашивала, познакомлю ли я их со своим парнем. Она была на седьмом небе от счастья. Я как раз мучительно соображал, как сказать, что мы сейчас не вместе, когда Мэдден пригласил меня на то свидание. Так что я увернулся от пули.

Я замечаю родителей, выходящих из здания аэропорта, ещё раз сжимаю руку Мэддена и спешу забрать у них сумки.

— Каждый раз, когда я тебя вижу, ты кажешься ещё более мускулистым, — упрекает мама.

— Нужно быть в форме, чтобы спасать кошек с деревьев, — шучу я, целуя её в щеку и обнимая отца.

— Ой, это твой парень? — Заговорщицки шепчет мама, заметив Мэддена, прислонившегося к моей машине.

— Да, это Мэдден, — подтверждаю я с гордой улыбкой.

— Красавчик, правда?

Я невольно смеюсь — отчасти от забавы, отчасти от облегчения. Не верится, что всё так просто. Какого хрена я ждал почти тридцать лет, чтобы им открыться?

— Да, красавчик, — соглашаюсь я.

Когда мы подходим, я вижу, как Мэдден на мгновение деревенеет, а потом выдавливает вежливую улыбку.

— Мэдден, я так рада знакомству! — Восклицает моя мама, игнорируя его протянутую для рукопожатия ладонь и вместо этого заключая его в медвежьи объятия.

— Э-э... здравствуйте... рад познакомиться, миссис...

— Только не вздумай называть меня так официально! Зови меня Барбара или просто «мама», — настаивает она, отчего лицо Мэддена становится пунцовым.

— Хорошо, Барбара, очень приятно. — Мэдден поворачивается к моёму отцу.

— Можно просто Боб, сынок. Приятно познакомиться. — Папа пожимает ему руку, и меня переполняет гордость. В этот момент я люблю своих родителей как никогда.

— Ну что, поехали домой? — Предлагаю я, закидывая сумки в багажник.

Как только я сажусь за руль, я тянусь через консоль и переплетаю свои пальцы с пальцами Мэддена. Он кажется чуть менее напряжённым, чем пару минут назад, но всё ещё натянут как струна. Уверен, уже через пару часов он поймёт, что от моих родителей ему нечего опасаться.

Мэдден

После ужина мама Тейна замечает на полке «Карты против человечества» и приходит в неописуемый восторг. Тейн очаровательно засуетился и попытался придумать сотню причин, почему нам не стоит в это играть, предлагая взамен любые другие игры. Но миссис... Барбару было не остановить. И вот я здесь: впервые знакомлюсь с родителями своего парня и слушаю, как его мать зачитывает вслух самые непристойные фразочки из колоды, смеясь так, что я начинаю всерьёз опасаться за свои внутренние органы.

— А это что значит? — Спрашивает она, вытягивая новую карту.

— Убейте меня прямо сейчас, — бормочет Тейн, закрыв лицо руками, пока мать показывает мне карту. Я давлюсь смехом, читая надпись: «дорожный вдув».

— Это... ну... в общем...

— Это когда делаешь минет человеку, который ведет машину, — вклинивается Боб с ответом.

— О, я и не знала, что это так называется. — Боб похотливо ухмыльнулся, и я чуть не скатился под стол в истерике.

— Всё, на сегодня хватит! — Тейн выхватывает все карты из рук родителей, пока я из последних сил пытаюсь отдышаться.

К тому времени, как Тейн убедил родителей, что пора спать, я уже взял себя в руки и мыл посуду, пока он проверял, всё ли у них есть в гостевой спальне.

Сильные руки обхватывают мою талию, когда я вытираю последнюю тарелку, и я расслабленно откидываюсь на грудь своего мужчины.

— Оставайся на ночь, — шепчет Тейн мне в плечо.

— Разве это не будет странно? Твои родители же здесь.

— Мне тридцать лет. Думаю, они догадываются, что у меня бывают «ночёвки» с моим парнем.

Я морщу нос: не хочется, чтобы его родители представляли, чем именно мы занимаемся наедине. С другой стороны, мне чертовски не хочется возвращаться в пустую постель.

— Ладно, останусь.

Я ставлю тарелку на сушилку, поворачиваюсь и целую Тейна в кончик носа, а затем позволяю ему увести меня наверх.

***

Кошмары и бессонница стали мучить меня гораздо реже, но совсем не исчезли. Меня накрывает лёгкое дежавю, когда я обнаруживаю себя смотрящим «Золотых девочек» в три часа ночи на диване Тейна. Но теперь я не чувствую того безнадёжного, грызущего страха, что раньше — и это прогресс.

Я вздрагиваю от звука шагов позади. Оборачиваюсь: в дверях стоит мама Тейна, выглядящая на редкость бодрой для трёх часов ночи.

— Простите, я вас разбудил?

— О нет, у меня проблемы со сном всю жизнь, — отмахивается она и садится рядом со мной. — О, «Золотые девочки»! Обожаю этот сериал.

— Я тоже, — соглашаюсь я.

Мы сидим в уютной тишине какое-то время, прежде чем я решаюсь спросить:

— Вам правда всё равно, что ваш сын — гей? — Выпаливаю я. Я понимаю, что не все родители такие, как мои, но мой опыт подсказывает, что в лучшем случае это будет неловкое, вынужденное принятие.

— Конечно, а почему должно быть не всё равно? — Барбара кажется искренне удивлённой и даже немного обиженной моим вопросом.

— Ну, я уверен, вы надеялись, что он женится на милой девушке и подарит вам кучу внуков. А тут вдруг он знакомит вас с бойфрендом. Это же шок.

— Это было неожиданно, — признаёт она. — Но нам важно только одно — чтобы Тейн был счастлив. Хотя от внуков я бы всё равно не отказалась. — Она многозначительно толкает меня локтем, и мы оба смеемся.

— Может быть, когда-нибудь... — Она улыбается моему задумчивому тону, и мы снова погружаемся в комфортное молчание, прерываемое смехом над шутками в телевизоре.

***

Тейн

Я просыпаюсь и застаю Мэддена и маму за совместным приготовлением завтрака. Эта сцена вызывает у меня целую бурю нежных чувств: они обмениваются кулинарными советами и смеются. Папа присоединяется к нам как раз в тот момент, когда Мэдден рассказывает маме о «Радужном доме» и занятиях рисованием с детьми.

— Бедные дети, не могу поверить, что кто-то может вот так выбросить собственного ребёнка на улицу. — Мама качает головой. — Нам тоже надо найти такое место, где можно было бы помогать волонтёрами, — говорит она папе.

Тот кивает, прихлёбывая кофе.

— Ну что, у вас есть планы на сегодня? — Спрашиваю я. Обычно родители приезжают со своим списком дел, а я просто иду следом.

— Мэдден сказал, что хочет свозить нас...

— Тсс! — Мэдден обрывает её на полуслове.

Я приподнимаю бровь, переводя взгляд с одного на другого.

— Это сюрприз, — объясняет Мэдден.

— Сюрприз, о котором ты рассказал моей маме?

— Ну да. Мы несколько часов смотрели сериал и разговорились, — пожимает он плечами. — Я хочу, чтобы ты удивился.

— Ладно, — соглашаюсь я.

***

После завтрака и душа мы загружаемся в машину Мэддена и едем в неизвестном направлении. Я пытаюсь угадать цель поездки, но на каждую догадку Мэдден только смеётся и качает головой.

Через двадцать минут он сворачивает с шоссе в районе того самого ночного клуба. Я кошусь на него, проверяя реакцию. Он понимает, что мы совсем рядом? Мы просто проедем мимо?

Я удивляюсь ещё больше, когда он делает все повороты, ведущие именно к клубу. Он даже не вздрагивает, включая поворотник прямо перед парковкой.

— Что мы здесь делаем?

— Это то, что я должен тебе показать.

— Ты в порядке? — Я внимательно слежу, нет ли признаков паники.

Мэдден смеётся, ставя машину на паркинг.

— Я в норме. Честно говоря, в первый раз, когда я сюда вернулся, у меня была жуткая паническая атака.

— В первый раз? Ты часто здесь бываешь?

— Ага. Пойдём, покажу. Мэдден берет меня за руку и ведет за угол здания, родители следуют за нами. Как только мы выходим из-за угла, я вижу это. У меня буквально отвисает челюсть.

— Потрясающе... Ты сам это сделал? — Я отступаю назад, чтобы охватить взглядом всю картину. Вся стена здания превращена в огромный мурал. Сердца, радуги, изображения самых разных пар в объятиях. А внизу крупными буквами выведено: #loveisthecure (#любовьэтолекарство - прим. перев.).

— Мне помогли, — признается Мэдден.

— Кто?

— Наши парни, конечно. И куча детей из «Радужного дома». Недели три назад я связался с владельцем клуба, ему идея понравилась. И вот, мы собрались вместе и создали красоту на месте боли.

— Это невероятно, — повторяю я.

— Рад, что ты не сидишь в соцсетях, иначе сюрприз был бы испорчен — это фото сейчас во всех трендах.

Я достаю телефон: и правда, хэштег в топе, тысячи людей по всей стране репостят мурал и пишут, что хотят сделать нечто подобное в своих городах.

— Ты самый удивительный мужчина из всех, кого я знаю.

Мэдден краснеет и закатывает глаза, пытаясь перевести тему, но я вижу, как много для него значат эти слова.

Родители тоже вдоволь повосхищались муралом, а потом мы все вместе решили, чем заняться дальше — просто погулять по центру города.

И когда рука Мэддена лежит в моей руке, кажется, что в этом мире всё наконец-то встало на свои места.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/88475/594377

Переводчики: Aida_Winter