Готовый перевод Doctor Who - Sick Building / Доктор Кто - Больное здание: Глава четырнадцатая

Они не ушли слишком далеко, только приблизительно на пятьдесят метров вглубь замерзшего леса.

Им удалось, однако, установить непроницаемый барьер из деревьев между ними и границей владений Тирмэнна.

Они присели там, в подлеске, и были сбиты с ног, когда прогремел взрыв.

У Барбары и Тостера не было даже момента, чтобы понять, что они находились далеко от дома, в котором они прожили всю жизнь.

Теперь они переступили за границу Дома мечты.

Теперь они были снаружи, в ужасной дикой метсности.

Странная идея прошла через микросхемы Барбары, но продержалась там не слишком долго.

Когда они снова могли видеть, и посмотреть на крушение с расстояния, прежде роскошная усадьба стала кошмарным местом.

Густой черный дым прокатился по жемчужно-серому небу.

Потребовалось несколько минут, чтобы шум и эхо утихли.

Доктор поднялся.

Марта схватила его за руку.

- Подождите! Вы должны быть осторожными... - Барбара ужаснулась тому, что они намеревались броситься назад к судну.

- Держитесь подальше от него! Оно может взорваться!
Марта сказала:
- Мы должны посмотреть, выжил ли кто-нибудь.
- Шанс слабый, я считаю, - сухо сказал Тостер.

- Мы все-таки должны попытаться, - настаивала Марта.

Среди всего этого беспорядка и бедствия, она все еще знала свою работу и свою роль.

В самом деле, в бедствиях, подобных этому, она знала свою роль.

- Я не думаю, что Тирмэнн мог вообразить подобное в своих самых диких мечтах...
Марта перебила его:
- Посмотри!
Люк открылся.

- Они выжили при падении! - казалось, восхищенно закричал Доктор

Он пошел вдруг через тлеющий торф и провалившуюся землю.

Марта последовала за ним, вздрагивая от высокой температуры.

Доктор, конечно, был очарован и не испуган всем этим.

Это был Солин, который спускался, покачиваясь, с погнутого трапа.

Он тяжело упал на руки Доктора и потерял сознание.

Марта помчалась ему на помощь.

- Солин... вставай, давай.

Ты должен помочь нам, - Марта мягко потрясла его.

- Твои мама и папа... где они? Они живы?
Доктор уже знал ответ на это.

Он толкнул Марту.

Она посмотрела и задохнулась.

Тирмэнн вышел из своего корабля.

Он был высоким и гордым, со струившимися лохмотьями плаща позади.

Он нес на руках разрушенное тело своей жены.

Аманда была обмякшей и сокрушенной, и очевидно ей нельзя было помочь.

- О, нет... - прошептал Солин.

Он отвернулся, пока Доктор побежал туда, чтобы помочь Эрнесту Тирмэнну с его ношей.

Старик зарычал.

- Убери от неё свои руки! Не дотрагивайся до неё! - он продолжил равномерно отходить от обломков своего корабля.

- Я никому не позволю дотронуться до её тела.
Марта нерешительно заколебалась, когда Тирмэнн проходил мимо неё и Солина.

Он слегка обратил на них внимание.

- Отец... - выдохнул Солин.

- Куда ты несешь мать? - Тирмэнн остановился и повернулся, чтобы посмотрет на сына.

На его лице были черные и зеленые прожилки.

Были ожоги и порезы на всем его смертельно бледном теле.

Он моргнул, и ему потребовалась минута, чтобы узнать своего единственного сына.

- Я несу её домой, - наконец сказал Тирмэнн.

Марта смотрела на разбитую фигуру Аманды.

Она знала, что Доктор бросился вперед и встал за её спиной, и она знала, что он тоже смотрел на сломанное тело женщины.

Марта еле сдержала крик от того, что увидела.

Половина женского лица была потеряна.

Она треснула, как у прекрасной фарфоровой куклы.

Под ней была чернота и серебрянные электрические схемы.

С шипевшими зелеными искрами.

Аманда Тирмэнн была киборгом.

- Она робот? - прошипела Марта.

- Не совсем, - сказал Доктор.

- И она не была такой сначала.

Но Тирмэнн - гений, помнишь? Ему нравилось переделывать вещи.

Ему нравилось улучшать все, что он только мог.

Естественность была недостаточно хороша для старого Тирмэнна.

Так вот, что он сделал со своей женой... Он сделал её лучше.
- О, Боже мой, - сказала Марта и вдруг поняла, что они должны перестать говорить об этом ради пользы Солина.

Теперь Солин повернулся к ним.

- Она сделала это.

Она вернула нас вниз.
Доктор поднял брови.

Солин кивнул.

- Домовая добралась до нее.

Держала её под контролем дольше чем когда-либо.

Теперь это чудовище добралось до них обоих.

Теперь отец не покинет это место.
- Я вижу, - сказал Доктор.

- Но я должен попытаться помочь им.
- Что? - сказала Марта.

- После того, как он собирался оставить нас здесь? Ты все еще собираешься помочь ему?
Доктор криво и печально улыбнулся ей.

- Конечно.

Все одна попытка.

Ты знаешь, каков я.

Теперь, Марта.

Ты отвечаешь за всех находящихся здесь.

Отведи их в лес.
- Ты не можешь вернуться в Дом мечты, - сказала она, посмотрев на сцену крушения позади них.

- О, я думаю, что могу... - пробормотал Доктор.

И затем он исчез, бросившись назад к парам дыма и хаосу.

Марта быстро повернулась к Солину.

- Пойдем со мной.

Доктор сделает для твоих родителей все, что в его силах.
Солин резко кивнул.

Он выглядел мрачным, опустошенным, потрясенным.

- Я думаю слишком поздно.
- Пойдем! - настояла Марта и взяла его за руку.

***
Изумленный Эрнест Тирмэнн стоял в обломках своего Дома мечты.

Он пристально оглядел расколотые и разрушенные стены и разбившиеся, осыпавшиеся стекла.

Трудно было узнать комнаты, в которых жили он и его жена, в которых рос их сын.

Он блуждал, по-видимому бесцельно, с дергающимся и тлеющим телом его жены на руках.

Она ушла.

Он знал это.

Он ничего не мог сделать, чтобы восстановить в ней даже подобие жизни.

И кроме того, это было слишком поздно для всех них.

Теперь он видел это.

Все мониторы все еще работали, показывая ту же самую картину.

Прожорливый Зоб полз по их долине.

Мерзкое зрелище.

Тирмэнн не мог вообразить чего-нибудь хуже, чем Зоб.

Когда оно приблизилось, он был загипнотизирован этим огромным пустым ртом.

Он не жевал, не скрежетал, и даже не выглядел особо свирепым.

Он просто пожирал.

Он засасывал все в себя.

- Вот к чему все пришло, любовь моя, - обратился Тирмэнн к своей мертвой жене.

- Все, над чем мы работали.

Все это будет пожрано этим дьявольским чудовищем.

Немного часов осталось теперь.

Ждать недолго.
Пустые глазницы жены Тирмэнна плюнули искрами, как будто отвечали, насмехаясь.

- Тирмэнн! - раздался голос Доктора.

Профессор стоял, покачиваясь, как будто не замечал Повелителя времени, вошедшего в разрушенную комнату.

Доктор осторожно подошел к Тирмэнну.

- Ты должен пойти с нами.

Это твой единственный шанс.
- Моя жена... - сказал Тирмэнн.

- Все.

Я не могу... Я не могу взять все это с собой, не так ли?
Доктор печально покачал головой.

- Нет, ты не можешь.

Но ты можешь спасти себя.

И своего сына.

Ты можешь делать лучшую вещь на свете, Эрнест.

Ты можешь продолжать жить.
- Жить? - язвительно сказал старик.

Ты не можешь представить, что я перенес.

- Прекрати жалеть себя, человек! Думай о том, что случилось!
Тирмэнн застонал.

- Теперь ничто не имеет значения.
Внезапно он оглянулся и сказал:
- Где роботы? Они покинули нас?
Доктор тяжело вздохнул.

- Пойдем со мной.

Я помогу тебе.

Я уведу тебя отсюда.
Тирмэнн задержал на нем сверкающий взгляд.

- Оставь меня, Доктор.

Просто уходи! - Доктор начал удаляться.

Он не мог силой заставить старика принять помощь.

- Сервоприводы! Рабы! Где вы? - зарычал Тирмэнн.

Он начал кричать:
- Вы нужны своему хозяину!
Доктор повернулся, чтобы уйти.

Тирмэнн сошел с ума.

Он больше ничего не мог сделать для него.

Он ушел, ни разу не обернувшись.

Остальные должны сейчас быть в лесу.

И им действительно нужна его помощь.

Пока Доктор уходил из Дома мечты, Тирмэнн вопил, стенал и скрежетал зубами.

- Мои рабы! Мои игрушки! Дети мои - где вы? Неужели вы покинули меня теперь?
Доктор ушел слишком далеко, чтобы услышать, что Домовая снова заговорила.

- Типичный Тирмэнн, - раздался её пустой, озлобленный голос, отражавшийся от руин дома.

- Ты не замечаешь иронии, не так ли?
- Какой иронии? - устало сказал Тирмэнн.

- Ты все время готовился оставить своих роботов позади.

Он был похож на загнатого отчаявшегося зверя.

Который рычал, зажатый в углу своего логова.

- Мне нечего сказать тебе.

Ты уничтожила мою жену.

Ты намеревалась убить меня и моего сына...
Изображение на большом экране замерцало, и Прожорливый Зоб сменился кое-чем ненамного лучшим: вздымающимися, яростными зелеными языками пламени Домовой.

- Ты хочешь, чтобы я завершила свое дело? Ты хочешь, чтобы я убила тебя?
Тирмэнн с невероятной ненавистью оглянулся на сверкающее лицо.

- Да, я хочу.
- А твой сын?
- Я... не знаю, где он.
- Разве тебе не кажется, что уж ты то должен знать?
Тут Тирмэнн почти сломался.

Но он собрался с духом и выпрямился.

- Ничего об этом.
- Довольно, - сказала Домовая.

- И ты и я окажемся лицом перед нашей гибелью, поскольку это предначертано нам.

Вместе.
Тирмэнн почувствовал себя физически восставшим от этих слов.

Его желудок замутило от болезни.

Его раны заныли со свирепым ликованием.

Кровь вскипела в его жилах и он закричал на Домовую:
- Никогда! Я буду бороться с тобой до конца... Я собираюсь причинить тебе боль...
- О, неужели? - засмеялась Домовая.

- Это действительно стоит того? Осталось всего несколько часов, до того, как это место будет разрушено?
- О, это того стоит, - сказал Тирмэнн.

- Ненависть.

Месть.

Горькая злоба.

Это всегда стоило того.
Пламя затрещало, задумалось, и наконец задрожало от смеха.

- Тогда ладно, мой хозяин, - злобно сказала она.

- Позволь нам сражаться на смерть.

Это поможет провести время.

Я согласна.
Домовая казалась сконцентрированной, а черные дыры её глаз зло сузились.

Тирмэнн услышал удары сзади.

Он подпрыгнул и развернулся кругом.

Домовая не теряла времени впустую.

Что она послала за ним? Сервоприводов? Не вопрос.

Тирмэнн был готов к битве.

Он был готов погибнуть, сражаясь с его же собственными созданиями... Ему было все равно.

Вдруг он замер, примерзший к месту, когда он увидел, что - или точнее, кого - Домовая послала сражаться с ним.

- Неееееет, - застонал Тирмэнн, ужаснувшись.

Его мертвая жена сидела, выпрямившись на кроваво-красном шезлонге.

- Эрнест, - сказала Аманда необычайно металлическим голосом.

- Иди ко мне, Эрнест, любовь моя...
- НЕЕЕЕЕЕЕЕЕТ! - взвыл Тирмэнн на Домовую.

Смех супер-компьютера пронзительно зазвенел в его ушах.

Теперь Аманда стояла.

Она ужасно покачивалась в сторону своего мужа.

И он только что понял, что должен сражаться с ней.

Сделать это, или сдаться Домовой.

И это было тем, к чему Эрнест Тирмэнн все еще не был готов.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/9000/27396

Переводчики: MMP1995