Готовый перевод Anita Blake 19 - Bullet / Анита Блейк 19 - Пуля: 7

Сегодня ночью кровать была оформлена в красно-черных тонах.

Жан-Клод сменил все постельные принадлежности, включая полог, чтобы все цвета сочетались.

Я никогда не заставала момент, когда их меняли.

Я просто приходила и заставала все лазурным, или алым, или черным, или даже золотым и серебряным, или различные комбинации всех вышеперечисленных цветов.

Это было похоже на магию: всегда свежие, чистые простыни, и безукоризненная отделка.

Ашер остановился на полпути между дверью и кроватью.

Обернулся, глядя на нас. Его лицо с льдисто-голубыми глазами обрамляли золотые локоны.

На нем читалось нетерпение, но также и толика жестокости, которую я в нем ненавидела

Я поняла: что бы он ни собирался сказать или сделать - это будет неприятно.

Он сказал, что хочет всего этого, но намеревался сделать что-то, чтобы все разрушить.

Я хочу увидеть тебя обнаженной, - сказал он, и в его голосе было эхо того умения, которым обладал Жан-Клод - последнее слово, словно обласкало мое тело, бросая меня в дрожь.

Я ждала, что Жан-Клод что-то скажет, сделает, поможет мне.

Но это Ричард произнес: Ты сердишься, Ашер.

Ты говоришь, что хочешь меня, всех нас, но теперь ты сердишься и стараешься все саботировать.

Я ощутила какую-то нотку грусти в словах Ричарда, не огорчение, но глубокую, почти безмятежную грусть.

Я почувствовала руку Жан-Клода в моей руке, но он начал ставить свои щиты, отсекать связи между нами.

Я думаю, он боялся того, что должно было случиться.

Мы стояли в комнате с двумя мужчинами, которые чаще всего были склонны испоганить что-то хорошее в нашей жизни.

Что ты знаешь о том, что я собираюсь делать, Ульфрик? - спросил Ашер, и в его тоне чувствовалась насмешка. Он очень хорошо умел это делать.

“Это - то, что я сделал бы несколько месяцев назад.

Я - не ты, волчок.

Я пришел сюда, чтобы сделать лучше, а не хуже, Ашер.

Так что я расскажу вам всем одну историю.

Это долгая история? - спросил Ашер с заметным презрением.

“Немного,” сказал Ричард.

Тогда мы все должны присесть

Ашер подошел к кровати и лег посреди всех этих черных и красных подушек.

Его волосы пролились золотым потоком, обрамляя его, как картину.

Его изуродованная щека была прижата к одной из подушек, и он снова выглядел тем совершенным созданием, которое помогло Бель-Морт почти покорить Европу несколько веков назад.

Голубой атлас рубашки переливался на свету, булавка с сапфирами и алмазами у горла засверкала, когда он приглашающе похлопал по постели рядом с собой.
Давай, Ульфрик, сядь со мной.

Я не буду кусаться.

.

.

пока.

Он улыбнулся Ричарду той самой улыбкой, которую все гетеросексуальные мужчины не хотели бы увидеть на обращенном к ним лице другого мужчины.

Ричард рассмеялся.

Я прямо подскочила, а Жан-Клод рядом со мной еще сильнее застыл. Создалось впечатление, что отпусти я его руку, он бы просто исчез.

Большинство вампиров не способно на такое на самом деле, но самые старые из них могут застывать так тихо, что вы быстро вспоминаете о том, что это не живое существо, а нечто иное.

Живые человеческие существа ощущаются совсем не так, когда я держу их за руку.

Такие моменты, как этот, были напоминанием, почему я могла устоять перед его чарами так долго.

Его рука все еще держала мою, но ощущение было, словно держишь манекен.

Я выдернула свою ладонь, и он отпустил меня.

Он знал, что я испытываю в такие моменты. К тому же, это был один из способов защитить себя от того, что должно было произойти.

Двое мужчин, к которым его тянуло сильнее, чем к кому-либо, опять собирались разорвать наши сердца на части.

Блядство.

Что я сделал, чтобы так рассмешить вас, Ульфрик? - Ашер сейчас не поддразнивал, это ярость заставляла его глаза блестеть.

Ричард направился к постели, снимая на ходу джинсовую куртку, так что, когда он подошел вплотную к кровати, его верхняя часть тела обрисовалась под красной майкой.

Он явно не жалел времени на спортзал.

Я знала это, поскольку это было одним из немногих мест, в которых я его видела с лета.

Если вы можете отжимать маленький автомобиль, как он, в нормальном спортзале сложно подобрать подходящую программу.

Благодаря вампирской метке Жан-Клода я тоже была сильнее, чем должна была быть.

так что Мика, Джейсон и Натаниэль взяли меня в тренажерный зал, который был разработан для таких, как мы.

Ричард бросил куртку на изножье кровати и встал, глядя на Ашера сверху вниз.

Тот выдержал его взгляд с той же маской заносчивости, которая значила, что о чем бы он ни думал сейчас, он не настроен этим делиться.

Отчасти я понимала, в чем дело: никто из тех, кого волнуют красивые мужчины, не мог смотреть на Ричарда, и не хотеть его.

Я бросила взгляд на Жан-Клода.

Он был еще более замкнут, чем Ашер.

Отчаявшись дождаться от него помощи, я понятия не имела, что делать дальше.

Ричард повернулся к нам и протянул руку.

Вы к нам присоединитесь? - он улыбался, и совершенно не выглядел сердитым.

Я пожала плечами и подошла к кровати.

Я не собиралась замереть у дверей, как испуганный заяц.

Если все это скоро будет гореть синим пламенем, то меньшее, что я могла сделать, это забежать в горящее здание и попытаться спасти что-нибудь.

Я позволила Ричарду взять меня за руку и помочь мне забраться на кровать.

Она была достаточно высокой, чтобы я все время съезжала со скользких черных атласных покрывал.

Итак, когда мы забрались на кровать, Ричард усадил меня с ближней к двери стороны, а сам лег у ног Ашера, опираясь на подушки напротив него.

Я сидела, чувствуя себя немного напряженно, и в какой-то момент обменялась с Ашером одинаковым взглядом.

Он дал мне понять, что тоже не понимает, что, черт возьми, происходит.

Радует, что не только я была в полном недоумении.

Я сделала глубокий вдох, медленно выдохнула и откинулась на подушки, все еще полностью одетая, в том числе - в туфлях на каблуке и с оружием, так что это было не совсем комфортно. Но мы хотя бы до сих пор не поцапались друг с другом.

Своеобразный рекорд для нас четверых.

Жан-Клод смотрел на нас.

На миг он превратился почти в двумерную картинку, так он застыл, но потом все же ступил вперед, словно ожил.

Это было похоже на разницу между фото и видео.

На его лице расцвела легкая улыбка, и он весь стал - воплощенная легкость и изящество.

Он направился к нам так, как он, вероятно, входил в тысячи комнат на протяжении многих лет, улыбчивый, очаровательный, красивый, и все же полностью скрывающий то, что чувствует.

Он остановился у изножья, перебирая черно-красный полог.

В его взгляде светилось восхищение, но он покачал головой.

Это слишком хорошо, чтобы быть правдой, - сказал он.

Ричард кивнул.

Я вел себя как последний ублюдок. Мне очень жаль.

Мы все уставились на него, в том числе и Ашер.

Это поразило его настолько, что он даже забыл о том, как лежат его волосы, и его шрамы стали видны в приглушенном свете прикроватных ламп.

Извинения - чудесная вещь, мой друг, но простите старого вампира за вопрос: за что именно вы извиняетесь?
За то, что он сказал, - предположила я.

Когда мы с тобой впервые встретились, Анита, я только ушел от Райны и Габриэля.

Вампиры все еще говорят о Райне, старой Лупе вашей стаи, и Габриэле, экс-лидере верлеопардов.

Они заставляли некоторых из свиты Бель-Морт выглядеть просто добряками, а они вовсе не были добрыми, - сказал Ашер.

Ричард кивнул.

Они оба были настоящими сексуальными садистами.

Причем с уклоном в сторону серийных убийц, - добавила я.

Ашер повернул голову, чтобы взглянуть на меня..

Я слышал, что ты убила их обоих, когда они пытались снять порнофильм об изнасиловании и убийстве, с тобой и Габриэлем в главных ролях.

Думаю, этот рассказ уже перерос в легенду.

Я отрицательно покачала головой.

Может, детали приукрашивают, но в основном все верно.

Меня пробрала дрожь.

Габриэль и Райна были парочкой из ада, и мне здорово повезло, что я смогла убить их и спасти остальных.

Габриэль оставил мне шрамы, которые придется носить до конца жизни.

Ашер протянул руку и взял мою ладонь.

Я рад, что вы их убили.

Мы все рады этому, - заметил Ричард.

Они не такая уж потеря, - добавил Жан-Клод.

Как я уже сказал, когда я встретил Аниту, я только что ушел от них.

Они пытались сделать меня более доминантной версией Натаниэля, но просто еще одной их игрушкой.

Они не понимали, что ты никогда не станешь таким, - проговорил Жан-Клод.

Ричард кивнул.
- Я пробился на более высокие позиции в стае, чтобы иметь больший выбор, и однажды даже выбил дерьмо из Габриэля.

Но это не помешало Райне снова и снова пытаться сделать мне больно, любым способом.

Она заставила нашего Ульфрика, Маркуса, отдать меня Жан-Клоду.

Я сражался за доминирование в стае, чтобы не попадать в постели тех, к кому я не хотел бы попасть, а затем она отдала меня вампиру, чья сила заключается в сексе.

Райна сказала, что ты в конце концов соблазнишь меня и она все-таки увидит нас вместе.

Я был Мастером города уже тогда, Ричард, и я бы не позволил ей сделать это со мной - или с тобой.

Ричард сменил позу. Его сильные, загорелые руки обняли колени, заставляя бицепсы вздуться.

Теперь я это знаю, но она была моей Лупой на протяжении шести лет.

Я верил ей.

Я смотрел на Жан-Клода, как на еще одного человека, который пытался развратить меня.

Теперь я понимаю, что он попал в ту же ловушку, что и я, но я не мог этого знать тогда.

В его глазах читалось беспокойство.

Я села, не выпуская руки Ашера, и потянулась, чтобы коснуться Ричарда.

Это заставило его улыбнуться мне, но он обратил свой обеспокоенный взгляд к Жан-Клоду.

Ты один остался жив.

Почти каждый раз, как я смотрел на тебя, я думал о них.

А потом я обвинил тебя в том, что ты украл у меня Аниту.

Теперь я знаю, что сам подтолкнул ее к тебе.

Я заставил ее смотреть, как пожираю Маркуса.

н выпрямился, словно понял, что до сих пор пытался свернуться в клубок.

Затем сжал мою руку и посмотрел на меня.

Я сделал все для того, чтобы в первый раз, когда ты увидела меня в звериной форме, это было пугающим и ужасным.

Я сожалею об этом.

Ты ненавидишь быть оборотнем.

Ты хотел, чтобы я тоже это возненавидела.

Он кивнул головой.

Это так. Просто я в тот момент не понимал, что именно делаю.

Ваш врач, должно быть, имеет очень широкие взгляды, - сказал Жан-Клод.

Ричард посмотрел на него.

Мой терапевт? Да, у нее широкие взгляды.

Но у нас не было бы такого прогресса, если бы Анита не смогла перебороть свой гнев прошлым летом.

Одним из элементов триумвирата силы было то, что вы разделяете часть себя, а не только часть своей силы с другими.

Я получила ardeur и жажду крови Жан-Клода.

От Ричарда я заимела зверя, и вкус к плоти.

Жан-Клод приобрел немного жесткости от меня. Я не была уверена в том, что он получил от Ричарда, и что Ричард - от него, но от меня Ричарду достался лишь гнев.

Я имела возможность питаться гневом, как Жан-Клод - похотью.

Я могла кормиться от секса, но мне было сложно получать пищу от страсти, как от эмоции.

Гнев я понимала очень хорошо.

Многие годы это была моя основная эмоция.

Прошлым летом я обнаружила, как отозвать ярость от Ричарда.

Это было единственное, что мы делили друг с другом, и один из нас знал, как этим питаться.

Другой голод во мне был желанием плоти, крови и секса.

Вы можете насыщать голод, но вы не можете насыщаться от голода.

Я забрала свою руку, и Ричард позволил мне это.

Я откинулась обратно на постель рядом с Ашером.

Вампир продолжал держать меня за руку, и мы снова стали рассматривать Ричарда.

- Я не знал, насколько гнев мешает мне прощать, или искать ответы на свои вопросы, пока Анита не смогла накормить его и забрать у меня.

Гнев был почти как другой зверь внутри, но полная луна не приносила никакого облегчения.

Это ужасный образ жизни, Анита.

Я пожала плечами.

- Ты привык к ней.

Он покачал головой, его волосы рассыпались по плечам.

- Это не так.

Это убивало меня.

У меня были проблемы с презрением к самому себе, но гнев все только усугубил.

- Мне очень жаль, - сказала я.

Я не хотела добавлять к этому ничего, но потом вспомнила, как недосказанности портили нам жизнь прежде, если позволить им догонять нас и бить в спину.

- Гнев ушел, Ричард, я понимаю, - сказала я, - но презирать себя... в этом весь ты.

Ты ненавидел то, что ты оборотень.

Ты расстался со мной потому, что я лучше чувствовала себя в окружении монстров, чем ты.

- Моя очередь извиниться еще раз, - сказал Ричард.

Его плечи расслабились, и он откинулся на подушки.

Я не могу перестать быть оборотнем.

Это все равно что перестать быть человеком.

Это то, что я есть.

Я могу перестать быть Ульфриком, но я все равно буду принадлежать к стае, и быть ее вожаком лучше, чем быть одним из последователей.

Мне нелегко досталось это знание.

Я зверь зова Жан-Клода, и третья колонна триумвирата силы, который дает ему возможность держать город и обладать достаточным количеством сил, чтобы все были в безопасности

Он посмотрел на Жан-Клода

- Ты хороший Мастер города, Жан-Клод.

Я не понимал, что Мастер города - как хозяин бизнеса.

Если босс - сумасшедшая сука, то она нанимает еще более сумасшедших сотрудников, и все становится безумнее и безумнее.

Николаос была таким Мастером.

Анита убила ее, чтобы спасти всех нас, но это ты взял город под свой контроль и заставили все работать лучше, чем когда-либо.

Ты управлял всеми вампирскими заведениями в городе многие годы.

Ты был финансовым лидером с самого начала.

- Спасибо тебе, mon ami.

- Нет, все лидеры оборотней считают, что все стало в тысячу раз лучше, когда вы встали во главе города.

Жан-Клод наклонил голову.

- Я сделал все, что в моих силах.

- Именно так, и Анита тоже сделала все, что могла.

Есть только один человек, который не помог упрочить это положение - и это я.

Я провел последние несколько лет, ужесточая контроль над волками, как тиран, а попытавшись сделать некоторые послабления, чуть не заставил некоторых из моих доминирующих волков бросить мне вызов в борьбе за лидерство.

Я извинился перед Сильвией за это.

Теперь она мой заместитель, и она заслужила это положение, поддерживая меня.

Я не видела его почти четыре месяца, и вдруг он сидит здесь и говорит такие вещи, которые я уже не ожидала от него услышать...

Все это было слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Должно быть, я напряглась, потому что Ашер стал поглаживать тыльную сторону моей кисти своими пальцами.

- Я всегда желал, чтобы ты понял это, Ричард, - сказал Жан-Клод, - но, признаю, я уже потерял всякую надежду на это.

- Некоторые из лидеров оборотней вмешались, я думаю, это можно так назвать

Они заставили меня понять, что я ставлю под угрозу их всех.

Что, нанося вред лучшему Мастеру города, которого они когда-либо знали, я причиняю вред всем.

Я напомнил Рафаэлю, что самым главным табу для всех его веркрыс было кормить Николаос, так как же он мог опуститься до того, чтобы отдать крыс вам в качестве пищи.

Ричард опустил глаза, стараясь не встречаться взглядом ни с кем из нас.

- Рафаэль сказал: " Николаос потребовала отдать ей мой народ.

Жан-Клод никогда не просил, я предложил, потому что каждая стая, которая находится рядом с Жан-Клодом и Анитой, получает силу.

Они не крадут нашу силу, они всем помогают становиться сильнее.

Я долго думал о том, что он сказал, и это была правда.

Вы оба помогли всем вокруг вас стать лучше.

Я попытался вспомнить, помогал ли я кому-нибудь стать лучше, или сильнее в последние несколько лет, и вы знаете, что?
Он колебался, так что я сказала:
- Что?

Он одарил меня быстрой улыбкой.

- Я помогал детям, которых учил, но вне своей работы я не помогал никому, даже самому себе.

- Это замечательно, мой друг, - сказал Жан-Клод , - но все же я должен спросить.

Почему вы здесь сегодня вечером? Зачем вы пришли?
- Рафаэль сказал мне, что предложил бы свою собственную плоть и кровь вместо меня, если бы это помогло сделать Сент-

Луис более безопасным местом для его народа.

Я знаю, что лебединый царь, Донован Рис, уже кормит Аниту на регулярной основе, а его лебеди дают кровь вампирам.

Мика и его леопарды с Анитой, и через нее - с вами.

Каждый пытается превратить нас в цельную сплоченную команду с вами в качестве ее главы - кроме меня.

- Громкие слова, Ульфрик, - сказал Ашер, - но как я недавно понял, слова ничего не стоят на самом деле.

Ричард посмотрел на вампира.

- Я работаю над собой, Ашер, и тебе нужно сделать то же самое.

- Что ты имеешь в виду? - оскорбился тот.

- Это означает, что ты раздражен!

Ты хочешь, чтобы Жан-Клод любил только тебя, а он не может.

Я тоже хотел, чтобы Анита любила меня одного, и чтобы мы оба перестали быть частично монстрами.

Ни один из нас не получил того, что мы хотели.

Потому лучше заняться тем, что у нас есть.

- Mon Dieu, вы слишком хороши, чтобы быть правдой, Ульфрик, и слишком скучны.

Я выдернула свою руку из руки Ашера.

Он посмотрел на меня.

- Ты же сам хотел Ричарда, но в то же время умудряешься сердиться, что не можешь быть здесь наедине с Жан-Клодом, или Жан-Клодом и мной.

Тебя раздирает злость и противоречия, и ты будешь придираться к нам, пока все опять не пойдет прахом.

Ты всегда так делаешь, когда сердит, и раньше тоже так поступал.

Ашер сел на кровати.

- Таким образом, потому что я не провел последние четыре месяца, занимаясь психотерапией, я должен быть изгнан из постели?

Но пока кое-кто лечил голову, я здесь работал в качестве его заместителя.

- Я знаю, Ашер, и мне жаль, что меня не было здесь, чтобы помочь, - сказал Ричард.

Ашер протиснулся между нами и попытался встать с кровати.

Ричард схватил его за руку.

- Отпусти меня, волк, - зашипел Ашер.

- Я думал, ты хотел моих прикосновений.

Это остановило вампира и заставило его посмотреть в лицо мужчины.

Он опять сделал так, чтобы волосы скрывали одну сторону его лица, когда они смотрели друг на друга.

- Я хочу.

- Тогда куда это ты собрался?

Ашер посмотрел на руку Ричарда, которая не давала ему уйти.

Он немного расслабился, но сказал:
- Твой терапевт, должно быть, прописала тебе неплохие таблетки? Это единственная причина, почему ты можешь быть так спокоен.

Ричард улыбнулся.

- Нет, на оборотней не действуют подобные препараты.

Наш организм слишком быстро их перерабатывает.

- Тогда ты тем более не можешь говорить это всерьез. Если ты убегал от Аниты, которую любишь, и Жан-Клода, к которому тебя тянет, ты не можешь вот так запросто терпеть мои прикосновения.

- Есть пределы тому, что ты можешь со мной делать, это правда. Но я разделяю некоторые из эмоций Жан-Клода и его воспоминания.

Я помню любовь к тебе, Ашер, и у меня есть тело, которое может это сделать.

Я вытаращилась на Ричарда, а затем на выражение на лице Ашера.

Я никогда не видела вампира таким удивленным.

Он засмеялся, дикий, резкий звук.

- Ты предлагаешь то, в чем Жан-Клод отказал мне?
Ричард улыбнулся.

- Я думаю, это будет почти на пределе моей новоявленной уверенности в себе, но я предлагаю попробовать.

Теперь ты достаточно силен, чтобы заполучить собственную территорию с Нарциссом; оставаясь здесь, ты делаешь Жан-Клода сильнее, что делает нашу территорию более безопасной.

- На что ты готов пойти, чтобы я остался, Ричард? - в его голосе снова звучала насмешка.

Ричард потянул его назад одной рукой.

Ашер позволил ему.

Ричард откинулся на подушки, и привлек мужчину к себе, прижав к своей груди.

Ашер касался только его груди, но это уже было больше, чем я когда-либо видела у него с другим мужчиной, не считая Жан-Клода.

Ричард обхватил своими сильными руками вампира и обнял его.

- Я же оборотень, нам нравится спать в большой теплой куче тел.

Ашер погладил пальцами голые руки Ричарда.

Ричард откинулся еще дальше на подушки, сильнее прижимая его к себе.

Ашер наклонил голову и коснулся губами загорелого, мускулистого предплечья.

- Только не кусаться, пока нет, запомни это, - сказал Ричард, но поднял вторую руку и начал перебирать волосы мужчины.

Я обменялась ошарашенным взглядом с Жан-Клодом.

Затем протянула ему руку.

- Ущипни меня, потому что это должно быть сон.

Жан-Клод кивнул.

- Ты читаешь мои мысли, ma petite.

Ашер потерся щекой о плечо Ричарда, как кошка, словно ставя метку.

- Присоединяйся, Жан-Клод, тут тепло и так вкусно пахнет...

- Не стой столбом, - поддержал его Ричард. - Иди к нам.

- Извини, Ричард, но мне сложно поверить в такие перемены, - сказала я.

- Значит, ты мне не доверяешь? - поинтересовался он.

Ашер ласкал и целовал его руку.

- Не говорят ли: "Дареному коню в зубы не смотрят"?

- Типа того, - выдавила я.

- Чего же ты ждешь, Анита? Или ты не хочешь ни одного из нас? - он посмотрел на меня над рукой Ричарда, используя все чары своих прекрасных глаз.

Хочу ли я их обоих? Да, и очень сильно.

Я обернулась к Жан-Клоду, который все еще стоял рядом с кроватью, наблюдая за ними.

Я протянула руку Жан-Клоду.

- Если ты доверяешь, то и я буду.

- Я доверяю, - прошептал Жан-Клод.

- Когда я понял, как по-идиотски я вел себя по отношению к вам обоим, я думал послать цветы, но, кажется, в мире недостаточно роз чтобы уравновесить то, что я чуть не натворил

Он приподнялся и у Ашера невольно вырвался протестующий стон, когда он убрал свою руку.

Ричард взялся за свою футболку и стянул ее одним плавным движением.

- Я решил, что это будет лучше, чем цветы.

Ашер заколебался, глядя на него.

Ричард снова притянул его к своей груди, так, как он лежал прежде.

Ашер извернулся и для пробы положил руку на голый бок.

Ричард протянул руки, одну ко мне и одну к Жан-Клоду.

- Я всегда могу позвонить флористу, если Вы не забракуете эти извинения

Его слова были шуткой, но лицо оставалось серьезным.

- Но я надеялся, что это как нельзя лучше скажет: "Я обложался, и прошу прощения" лучше, чем что бы то ни было.

- Если ты на самом деле имеешь это в виду, то все будет хорошо, - сказал Жан-Клод.

- Если ты не серьезно, - сказала я, - и снова подведешь нас, то это будет конец, Ричард.

Я не могу позволить тебе все время так резать нас.

Ашер положил голову на голый живот мужчины, его рука обнимала все полуобнаженное тело.

- О, ради Бога, перестаньте говорить и присоединяйтесь к нам.

Он не скинет штаны только ради меня одного.

Я рассмеялась, просто не могла ничего с собой поделать.

Ричард не разделил моего веселья.

Он провел рукой по волосам мужчины, потом захватил их в горсть, заставляя его запрокинуть голову назад.

На мгновение я увидела лицо Ашера.

Я знала это выражение, эти расширенные зрачки, почти несфокусированный взгляд, слегка приоткрытые губы.

Я видела его на лице Натаниэля достаточно часто, и пару раз ловила его в зеркале.

Этот взгляд говорил, что Ашер из доминирующего стал подчиняющимся, переключился от боли, внезапности и силы в руках Ричарда.

Ричард использовал волосы Ашера, чтобы подтянуть его поближе, и теперь они смотрели друг на друга.

Я видела, как напрягаются мышцы его предплечья.

Ашер издал короткий звук, и, хотя его спровоцировала боль, это не был стон боли.

Это был хороший звук.

Я слышала, как Жан-Клод время от времени добывал подобные из Ашера, и когда-то даже мы с Натаниэлем добились его, работая вместе.

- Я доминант и не буду под кем-то, так что, если кто-то и потеряет свои штаны - это буду не я

Ричард подтащил мужчину еще ближе, используя этот болезненно-приятный захват.

Затем Ричард опустил лицо к вампиру и сказал:
- Я не еда.

Я не добыча.

Я - Ульфрик из клана Thronnos Rokke, и в следующий раз, если ты забудешься, я причиню тебе боль

Последние слова он прошептал чуть ли не в губы другого человека, достаточно близко, чтобы поцеловать.

Он использовал на Ашере свою красоту так же, как использовал ее на мне.

Красота может быть таким же разрушительным оружием, как и любое другое.

Ричард выпрямился, выпустив Ашера так резко, что тот упал на колени другого мужчины.

Ашер упал и остался пассивно лежать, золотые волосы закрывали его лицо.

Ричард посмотрел на Жан-Клода и меня.

- Я убегал не только от того, чтобы быть оборотнем или зверем зова Жан-Клода.

Если бы боль и удовольствие ничего не означали для меня, Райна никогда не смогла бы меня соблазнить.

Я обвинял ее в том, что она сделала меня извращенцем, но она не выдумала эту часть меня, она просто освободила ее

Он положил свою большую руку на голову Ашеру и погладил его волосы.

Мужчина задрожал даже от столь малого прикосновения

- Я не хочу секса с Ашером, но мне нравится причинять ему боль.

Заставлять его хотеть меня, и отказывать в том, что он хочет, мне тоже нравится

Он положил голову на спинку кровати и закрыл глаза, а когда открыл их, они стали темно-янтарными.

- Это мне очень сильно нравится.

Выражение его глаз заставило меня покрыться мурашками.

Жан-Клод коснулся моей руки, и я аж подпрыгнула.

- Ma petite, мы присоединимся к ним?

Я только кивнула, потому что даже сказанное вслух "Вау" прозвучало бы недостаточно круто для описания того, кто лежал в кровати, глядя на нас янтарными волчьими глазами.

.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/9097/27771

Переводчики: leyka, Olenochka, inn140, kunal