Готовый перевод Three Days to Dead / Три дня к смерти: Глава 1

71:59
Я не могу вспомнить, как впервые умерла, но я отлично помню, как родилась во второй раз.

Ярко.

Пробуждение на холодном столе в морге, окруженным хирургическими инструментами и принадлежностями для вскрытия, под пронзительные визги ужаса судебно-медицинского эксперта, забыть невозможно .

Я спрыгнула со стола, мозг задумал движение за которым моё замороженное тело не вполне успело и сразу потеряло равновесие.

Мои колени было не согнуть; мои лодыжки одеревенели.

Приземлилась я на голое бедро, получив при этом потрясение от холода и кое-чего нового - от боли.

Резкая и жгучая, она пронзила мой бок и прошла вдоль до кости бедра, доведя до меня два факта: я находилась на полу, и я была совершенно голой.

Что-то металлическое звякнуло от падения на пол,
подошвы заскрипели по выцветшим плиткам пола, и крики удалились.

Вдалеке хлопнула дверь.

Тихий гул оборудования смешивался с шипением моего рваного дыхания.

Флуоресцентный свет ослепительно сверкал с серых креплений наверху.

Я почувствовала какой-то острый, горьковатый, совершенно незнакомый запах.

Мое ушибленное бедро напомнило о себе, как только я присела.

Комната наклонилась.

Край простыни свисал со стола с которого я упала.

Я обернула тонкую как бумага ткань вокруг плеч.

Это не сильно помогло от холода.

Стол коронера.

Голая.

Скальпель на полу.

Это что, святой, блин, ад?
Я пыталась восстановить свою потерянную память, надеясь на объяснение относительно того, почему я сижу голой задницей на полу морга.

Ничего.

Ноль.

Сознание обмотано толстым слоем ваты.

Никаких кинематографических вспышек памяти.

Моя грудь сжалась и я начала кашлять - влажный скрежет глубоко в легких.

Я выплюнула комок мокроты и продолжала кашлять, пока не начала думать, что грудь вот-вот вывернет наружу.

Когда судороги прекратились, я ухватила край стола и подтянулась.

Мои ноги ответили.

Колени согнулись.

Мне удалось встать, используя хирургический стол как опору, и уставивишись в его зеркальную поверхность я увидела себя.

И лицо незнакомки.

Занавес длинных, волнистых каштановых волос обрамляли изогнутый подбородок и широкие скулы.

Не моё.

Небольшое количество веснушек покрывали переносицу ее носа.

Определённо, не моё.

Я коснулась своей щеки, и незнакомка коснулась ее.

Всё не то.

Я была бледна, со светлыми волосами, голубыми глазами, и никаких веснушек.

И моложе.

Темноволосая женщина со следами уколов на левой руке и открытой, но начинающей заживать раной на внутренней стороне предплечья, не была Эвангелиной Стоун.

Она была кем-то другим.

Новая острая дрожь промчалась вниз по спинному хребету, образуя гусиную кожу на моей спине и плечах.

Вайет.

Я направлялась на встречу с Вайетом Трумэном.

Мы договорились встретиться на нашем месте рядом с депо.

Я пришла.

Ждала.

А дальше что?
Очевидно что-то плохое.

Я пристально осмотрела маленькую комнату для вскрытия трупа, с ее простыми серыми стенами и желтыми плиточными полами.

Две одинаковые койки стоят по обе стороны стока в полу.

Поднос для инструментов лежит вверх ногами на полу.

Стена с дверцами, приблизительно три на четыре фута каждая, за которой, должно быть, держали тела.

Сколько я там пробыла?
Почему я там была?
Вайет бы знал.

Он должен был знать.

Он знал все.

Он мой Оператор, это было его работой.

Знает ли он, где я ? Или, кто я, если уж на то пошло?
Напротив холодильной установки стоял письменный стол, а за ним дверь с табличкой "ДЛЯ ПЕРСОНАЛА".

Спотыкаясь, я начала двигаться, сжимая простыню вокруг своих плеч, мои конечности все еще болели.

Хромая я вошла в маленькую ванную, в которой находилась раковина, две кабинки, и ряд из четырех серых шкафчиков.

Я осмотрела каждый.

Из последнего шкафчика, открывшегося с ужасным скрипом, меня обдало умопомрачительным запахом старых теннисных туфлей.

Меня немного замутило.

Внутри шкафчика я обнаружила синие спортивные штаны размера XXL и огромную белую футболку.

Больше ничего полезного.

Я сбросила простыню и натянула на себя найденную футболку. Она, конечно же, поглотила все мое тонкое тело.

Я была на несколько дюймов выше, чем раньше.

Моя грудь стала больше, а бедра - круглее - теперь я больше напоминала не белокурую сиротку, а весьма привлекательную девушку.

Кто-то явно поработал над моей внешностью.

Я скрутила свисающую ткань и обвязала её вокруг торса в узел.

Затем я надела спортивные штаны, но даже с завязками они были мне чертовски велики.

Это не имело значения.

Одежда просто необходима, чтобы выбраться отсюда.

Я обернула волосы в простыню, чтобы хоть как-то их высушить, после этого они стали понемногу оттаивать.

Штаны соскальзывали, и при ходьбе их приходилось поддерживать.

Красное отверстие выглядывало через верхнюю часть моего пупка, намекая на исчезнувший пирсинг.

Голоса из соседней комнаты заставили меня подпрыгнуть.

На цыпочках я подошла к двери и приоткрыла её, чтобы посмотреть что снаружи.

Сотрудница возвращалась, дико размахивая руками.

Короткие, рыжие волосы качались вокруг ее плеч каждый раз, когда она поворачивала голову.

Ее компаньон был пожилым мужчиной, одетым в хирургический халат, с седыми волосами и морщинами.

Он взял медицинскую карту висящую на каталке, которую я только что занимала, и просмотрел её содержимое.

“Трупы не оживают, Пэт,” сказал мужчина.

"Я знаю это, доктор Томас, но она была мертва.

Я была здесь, когда ее привезли рано утром.

Я вытащила ящик из секции, когда ее сосед по комнате приехал, чтобы опознать ее."

Сосед? У меня не было соседей.

У меня больше не было даже койки, чтоб упасть, теперь когда Оулкинс были мертвы, а их здание разрушено до основания.

“Она была все еще мертва, когда Джо переложил её мне на стол,” продолжала Пэт, “но потом мне позвонили по телефону.

Когда я вернулась и стянула простыню, она порозовела.

Я клянусь, я думала, что понимаю, что происходит, но потом она села.

“Понятно,” сказал доктор Томас, тоном, который ясно дал понять, что он ей не верит.

"Медицинский осмотр показал, что она умерла от сильной потери крови.

Как, вы полагаете, мог обескровленный труп сесть, а затем выйти из комнаты?"
Пат изумленно уставилась на него, открывая и закрывая рот, но при этом не производя ни звука.

"Последнее, что нам нужно," сказал доктор Томас, "это судебный процесс от семьи этой девушки, только из-за того, что мы положили тело не туда.

Таким образом, я предположу, что вы прекратите истерику и найдете её, или вы будете искать другую работу."

Доктор Томас развернулся на пятках и вышел через пару раскачивающихся дверей, оставив Пэт позади.

Она уставилась на замедляющиеся двери, медленно шаря руками по бокам.

“Я не сумасшедшая, ты, сукин сын,” сказала она понизив голос.

Эта девица - совсем не боец.

Затем всё её тело замерло.

Она медленно поворачивалась по кругу, исследуя комнату.

Ее голова метнулась в дальний угол, как будто она услышала шум.

Я задержала дыхание и ждала.

"Привет?" сказала она.

“Челис? Челис Фрост? Ты здесь?”
Челис Фрост? Я могла только представить как её дразнили, когда она была ребенком.

Вероятно, поэтому она (я?) подсела на наркотики.

Не то, чтобы я помнила такие вещи; у меня были только шрамы от уколов как доказательство.

И резаная рана. Чем дольше я на неё смотрела, тем более я была уверена в том, что открытое мясо срослось, стянув кожу ближе.

Заживление.

"Соберись, Пэт.

Это всего лишь сахар в крови. Вот и всё.

Он упал, вот тебе и мерещится."

Это было уже слишком.

Я зашла в комнату для вскрытия трупа, все еще сжимая края моих позаимствованных спортивных штанов, в попытке защитить свою скромность.

Дверь закрылась с громким стуком.

Пэт подскочила и обернулась.

Ее рот застыл открытым, а глаза расширились до невозможных размеров.

“Если это вам поможет,” сказала я, голосом, не знакомым для моих ушей, “Вы действительно не сумасшедшая".

Она сильно побледнела, затем упала в обморок, как мертвая.

Её голова подпрыгнула на плиточном полу с отвратительным стуком.

Я вздрогнула.

Она лежала неподвижно, ее грудь, медленно поднималась и падала.

"Вот тебе не пугать никого," пробормотала я

Голос Челис был более глубоким чем мой.

Он был сильным, как будто я могла криком разбудить покойника.

Нечаянный каламбур.

Я присела рядом с Пэт и проверила ее голову, но не нашла раны.

Только маленькая шишка.

Не каждый день кто-то видит оживший труп.

Аналогично, что не каждый день человек становится ожившим трупом.

Мне было определённо хуже, поэтому я сделала первое разумное, что пришло мне на ум.

Я украла ее теннисные туфли.

Я уже черт знает сколько прошла босиком.

Белые полотняные тапочки, в отличие от одежды, плотно облегали мои ноги и немного согревали ледяные пальцы.

Я подошла к столу мед-эксперта.

На журнале записей стояла картонная коробка с этикеткой "Вещи", окруженная беспорядочно разбросанными папками, обрывками бумаги и прочей офисной всячиной.

В коробке я обнаружила кучу конвертов из оберточной бумаги, каждый отличался толщиной и весом.

Я искала, пока не нашла тонкий, с именем “Челис Фрост”, напечатанным на передней стороне.

Я разорвала его и вывернула содержимое на стол.

Вывалилась пара запечатаных полиэтиленовых пакетов.

В первом было золотое кольцо - пропавший из пупка пирсинг, а во втором - пара серебряных сережек.

Не было ни бумажника, ни документов.

Ни обрывка информации говорящего мне о том, кто была эта цыпочка Челис, кроме неудачного имени.

Мне нужен был адрес, или хотя бы номер телефона.

Я вламывалась в морги в прошлом, обычно чтобы проверить изувеченные тела на признаки нападения зомби, так что это не было неизвестное мне окружение.

Я сорвала её карту с ножки стола.

Челис Фрост, двадцать семь лет.

Она жила в квартире на Парксайд Ист, в одном из последних "красивых" районов города.

В карте был также и номер её телефона.

Пэт сказала, что "моя-ее-соседка по комнате" опознавала труп Челис.

Она была дома? Она ответила бы мне, если бы я звонила? Или она разволновалась и упала бы в обморок, как старая надежная Пэт?
Единственной вещью, которую я действительно хотела, был мобильный телефон.

На столе Пэт был телефон, но когда я до него добралась, я не смогла вспомнить ни одного номера куда позвонить.

Даже номер Вайета.

Я должна знать его номер.

Я набирала его тысячи раз.

Но нет, небольшой участок моего мозга, отведенный для этой строчки цифр был пуст.

Это плохо.

Я оторвала кусок бумаги от одной из папок и записала адрес и номер телефона.

В моей экстра-мешковатой одежде не было карманов, поэтому я засунула бумагу в позаимствованные ботинки

На глаза попалась ежедневная газета.

Игнорируя заголовки о завышеных ценах на бензин, я проверила дату.

Двадцатое мая.

"Двадцатое," проговорила я, пробуя это на слух.

"Май. Двадцатое."

Нет.

Это должно была быть ошибка.

Мой мозг работал нечетко и мои воспоминания были затуманены, но я знала, что я хотела встретится с Вайетом тринадцатого мая.

Это день, когда был атакован клан Оулкин. Всё гнездо было уничтожено из-за меня.

Все изменилось ночью: за два дня до этого мои партнеры и я подверглись нападению свороы вампиров-полукровок.

Мои напарники погибли, я - нет.

Другие Охотники пришли за мной, за моей головой, и я убежала.

В конце-концов я ушла к Оулкинам - мирному племени оборотней, перевоплощающихся в хищных птиц.

А потом меня нашли, а Оулкинов убили.

Это не имело смысла тогда, не имеет смысла и сейчас.

Я сдалась и решила обернуться назад.

Перестать убегать.

Перестать видеть как убивают других.

Убили ли меня в процессе этого? Челис умерла прошлой ночью, но когда умерла я? Что произошло за последние семь дней? И почему, к чертям, я вернулась? Интуиция подсказывала мне, что кто-то напортачил.

Вы бы не напортачили с заклинанием реинкарнации, если бы организовали все как надо, и хотя моё новое тело было сильным и молодым, оно было нетренированным.

Не готовым к физической, болезненной сути моей предыдущей работы Охотника на нечисть, и к заданиям, которые мне предстояли.

Челис Фрост не могла быть их лучшим выбором - кем бы "они" ни были.

Кто-то должен был быть там, чтобы поприветствовать меня, когда я проснулась.

Вместо этого, я рылась в вещах мертвой женщины, пугала до смерти несчастных коронеров, надеясь что смогу убраться отсюда так, чтоб меня не поймали.

Настало время перебраться в квартиру Челис, за наличными и сменой одежды.

Может быть по пути я даже вспомню номер телефона Вайета.

Я только надеялась что её соседей по квартире не было дома.

Одна вечеринка в день была моим пределом.

Из ящика стола я выудила кольцо в виде буквы Р, на котором висело как минимум дюжина разных ключей.

Один из них был пластмассовым сверху со знакомым выгравированным логотипом.

Ключ от машины.

Бинго.

"Черт возьми, кто вы?"
Мужской голос отозвался эхом в тесной комнате.

Я развернулась на одной ноге, опустила плечи и сжала кулаки.

По крайней мере, это то что я сделала будучи в своем уме.

В реальности, ослабленные конечности запутались и я споткнулась сделав два шага вперед, и подняв руки как пьяный нидзя.

Доктор Томас только что вошел в комнату, и стоял держа в руке папку с выражением смятения не его морщинистом лице.

Никому не удавалось подкрасться ко мне в течении нескольких лет.

Даже гоблину, сделанному по технологии стелс.

Я должна была услышать скрип дверной ручки и спрятатся прежде, чем кто нибудь увидет меня.

Но я слушала ушами кого-то другого - ушами, не тренированными годами выживания делающими их чуткими.

Нерешительность сковала меня - не то состояние в котором я люблю находиться.

Доктор Томас перенес свое внимание с меня на растянувшееся тело Пэт, его гусеничные брови поднялись высоко на его узкий лоб.

"Пєт?" Его внимание вернулось ко мне и его глаза расширились.

“Что вы сделали с ней ней?”
Его голос дрожал.

Он не набросился на меня и не попытался помочь Пэт, что говорило о полной бесхарактерности за пустыми угрозами.

Я думала поведать ему правду, но на самом деле не хочу
идти против своей совести.

"Я не трогала её," сказала я, что было очень правдиво.

Дальнейшее, было правдивым не настолько.

"Я заблудилась."

Он уставился на меня, не вполне доверяя.

Его внимание блуждало, вероятно принимая во внимание странное состояние одежды.

Остановилось оно на моей правой руке.

Я посмотрела туда и застонала.

Пластиковый идентификационный браслет, вероятно одетый когда тело доставили в морг, всё ещё висел на моем запястье.

"Проклятье," сказала я, дергая за крепление.

Оно не сдавалось.

"Это невозможно," сказал он.

Я улыбнулась.

“Что невозможно? Холодная мертвая девочка, возвращающаяся к жизни? Доктор, если бы вы только знали половину вещей, которые происходят в этом городе после наступления темноты, вы бы крича убежали бы на юг и никогда не оборачивались назад."

Он продолжал смотреть, цвет, медленно покидал его лицо.

Лучше пусть задает мне вопросы прежде, чем он сделает что-то сумасшедшее например заорет прося помощ или упадает в обморок.

"Я не думаю, что вы знаете в каком направлении отсюда Шелби Стрит, не так ли? Я капельку дезориентирована."

Он указал большим пальцем правой руки себе за плечо - смутное направление в лучшем случае - и что-то проворчал.

Я быстро воспользовалась его скептицизмом и направилась к двери.

Передумав, я развернулась и забрала со стола ключи Пэт.

"Подождите," сказал доктор Томас.

"Не могу, простите."

"Вы были мертвы."

Его жалобный тон дал мне передышку.

Для кого-то устрашающего всего пять минут назад, он выглядел как заблудившийся ребенок.

Это заставило меня захотеть вытащить его из этой проблемы.

"Сделайте себе одолжение," сказала я, преодолевая расстояние между нами тремя длинными шагами.

"Скажите себе что кто-то вломился и украл тело.

Вам будет проще спать по ночам."

Он моргнул.

Я качнулась и двинула его в нижнюю челюсть.

Удар сотряс мой кулак и плечо - Челис определенно не была бойцом - но Томас свалился как подкошенный.

Двое людей потерявших сознание в течении нескольких минут не было отличным началом дня.

Хотя, обдумывать последствия времени не было.

Мне надо было найти прежнего Оператора, не зная откуда начинать искать в городе с полумиллионным населением. А если кто-то еще из окружения Челис Фрост знал, что она умерла, тогда мне предстоял очень насыщенный день.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/9513/29183

Переводчики: realgaa, Kritinka, Finita, Ugroza

mjb, kaprizna9, Firefairy, Jarjavelli

Miss_Dior