Міхась Зарэцкі. Кветка пажоўклая / Михаил Зарецкий. Увядший цветок
→Пажоўклі...
0 Завяли...
→І не вытрымалі палкага сонца.
0 И не выдержали пылкого солнца.
→Але глыбока ўраслі карані ў атрутна-гнілую глебу, набраклую лёкам смяртэльным.
0 Но глубоко вросли корни в ядовито-гнилую почву, набрякшую смертельным лекарством.
→І нямала было такіх кветак, што прыцягнуліся к сонцу Кастрычніка, што
закрасавалі ў ім цветам жывым, пышна-дзейным.
закрасавалі ў ім цветам жывым, пышна-дзейным.
0 И не мало было таких цветков, что притянулись к солнцу Октября, что зацвели в нём цветом живым, пышно-действенным.
→Так. Кветка пажоўклая. І таму адляцела, адпала ад дрэва жыцця, зволіла месца здароваму, свежаму.
0 Да. Увядший цветок. И поэтому отлетела, отпала от дерева жизни, освободила место здоровому, свежему.
→- Кветка пажоўклая...
0 - Увядший цветок...
→Успомніліся словы Арончыка:
0 Вспомнились слова Арончика:
→А тое, што было, адлятала некуды ўдалеч, здавалася даўно-даўно прамінулым, ахіналася туманам зыбучым.
0 А то, что было, отлетало куда-то вдаль, казалось давным-давно прошедшим, окутывалось зыбким туманом.
→І лягчэй рабілася на сэрцы. Узнімалася бадзёрасць, смага да гэтага сумятлівага, пярэстага жыцця, поўнага здаровага, магутнага руху.
0 И легче становилось на сердце. Появлялась бодрость, жажда этой суетливой, пёстрой жизни, полной здорового, могучего движения.
→А мо так лепей? Для яго лепей, бо разарвала тыя ліпучыя путы, павучынне тое атрутнае, што хмелем спавівала волю яго, што цягнула ў прыгожую, але грузкую, дрыгвяную багну.
0 А может так лучше? Для него лучше, потому что разорвало те липкие путы, паутину ту ядовитую, что хмелем пеленала его волю, что тянула в красивую, но болотистую, вязкую трясину.
→Гарадскі тлум канчаткова яго ацвярозіў, вярнуў да звычайнай жыццёвай свядомасці. І побач з глыбокім жалем зарадзілася ўнутры нібы здаволенне нейкае.
0 Городской шум окончательно его протрезвил, вернул к обычному жизненному сознанию. И рядом с глубокой жалостью зародилось внутри как будто довольство какое-то.
→У вачах у яго Булановіч убачыў слёзы. Не адказаў нічога. Адвярнуўся й пайшоў. Ішоў усё шыбчэй і шыбчэй, быццам хацеў уцячы ад гэтага недарэчнага чалавека, ад гэтага дома, ад усяго таго, што перажыў тут, што асадкам гнілым асела на сэрцы.
0 В его глазах Буланович увидел слёзы. Не ответил ничего. Отвернулся и пошёл. Шёл всё скорее и скорее, будто хотел убежать от этого нелепого человека, от этого дома, от всего того, что пережил здесь, что осадком гнилым осело на сердце.
→- Вы не ратавалі яе, вы не здолелі... А якая яна была добрая!..
0 - Вы не спасли её, вы не смогли... А какая она добрая была!..
→А Абшарскі гаварыў яму з сумным дакорам:
0 А Обшарский говорил ему с грустным укором:
→І злосць узнялася на Абшарскага. Дурная, прыкрая злосць. Злаваў на Абшарскага за тое, што ён усё ведае, што ён таксама, а мо яшчэ больш, шкадуе яе, што ён таксама любіў яе. І сам адчуваў Булановіч, што злосць гэта нядобрая, брыдкая, але не мог яе пераадолець.
0 И злость поднялась на Обшарского. Дурацкая, досадная злость. Злился на Обшарского за то, что он всё знает, что он тоже, а может и ещё больше, жалеет её, что он тоже любил её. И сам чувствовал Буланович, что злость эта нехорошая, противная, но не мог её преодолеть.
→Гэта яна напісала. Гэта яе апошнія словы. Але адкуль узяў гэту запіску Абшарскі?
Як яна магла трапіць яму?
Як яна магла трапіць яму?
0 Это она написала. Это её последние слова. Но откуда взял эту записку Обшарский? Как она могла попасть к нему?
→«Згубіла сваё месца ў жыцці. Дык навошта жыць? М.Гарнова»
0 "Потеряла своё место в жизни. Так зачем жить? М.Гарнова"
→Сам таго не прыкмячаючы, Булановіч падышоў да дзіцячага дома. З сяродку яго вылучаўся вясёлы, бязрупатны гоман дзяцей. А на ганку сядзеў пануры Абшарскі. Ён спаткаў Булановіча сваім цяжкім, нерухомым поглядам. Булановіч дагадаўся адразу, што Абшарскі ўжо ведае. Ён падышоў да яго, моўчкі прывітаўся. Абшарскі комчыў у руках нейкую паперку. Потым даў яе Булановічу, і той прачытаў:
0 Сам того не замечая, Буланович подошёл у детскому дому. Из его среды выделялся весёлый, безропотный гомон детей. А на крыльце сидел понурый Обшарский. Он встретил Булановича своим тяжёлым, неподвижным взглядом. Буланович сразу догадался, что Обшарский уже знает. Он подошёл у нему, молча поздоровался. Обшарский комкал в руках какую-то бумажку. Потом дал её Булановичу, и тот прочитал:
→Булановіч не ўважаў ні на што. Углыбіўся, утуліўся ў сябе, прыслухваўся к таму, што дзеецца там, унутры. Стараўся ўяўляць сабе Гарнову, будзіў у думках вобраз яе. І калі паўставала на ўваччу - прыгожая, смутная, - тады ахапляў пякучы жаль. Не верылася, што няма яе. Здавалася - яшчэ стрэнуцца яны, яшчэ будзе тое чароўнае, ружовае, што было дасюль, што аздабляла жыццё.
0 Буланович не обращал внимания ни на что. Углубился в себя, прислушивался к тому, что делалось там, внутри.Старался представлять себе Гарнову, будил в мыслях её образ. И когда восставала она в глазах - красивая, грустная, - тогда охватывала жгучая жалость. Не верилось, что её нет. Казалось - ещё встретятся они, ещё будет то волшебное, розовое, что было до этого, что украшало жизнь.
→Вакол купалася ўсё ў палкім сонечным свеце. Усё ззяла жыццём - вечна маладым, вечна прыгожым, усё пыхала маладосцю і сілай.
0 Вокруг купалось всё в пылком солнечном свете. Всё светилось жизнью - вечно молодой, вечно красивой, всё вспыхивало молодостью и силой.
Резюме
- Пол:
- женщина
- Родной язык:
- белорусский
- С нами:
-
с 10 января 2014 г.
(4664 дня)
Не является членом клуба. - Деятельность:
-
153 версии перевода
с общим рейтингом 0

