Готовый перевод Claudia Gray - Evernight / Клаудия Грэй-Вечная ночь: Chapter Five

Обычно, если девушка собирается на свое первое свидание, то она очень требовательна к своему отражению в зеркале. Но когда вечером в пятницу наступило время поездки в Ривертон, Патрисия была так озабочена своей внешностью, что я могла спокойно прихорашиваться, оставаясь незамеченной. Она крутилась перед зеркалом в полный рост, изучая свое лицо и фигуру и пытаясь, впрочем безуспешно, найти несовершенства или напротив подтверждения своей красоты. "Ты прекрасно выглядишь", - сказала я. "Ты вообще что-нибудь ешь? Ты и так уже почти прозрачная".

"До осеннего бала осталось менее месяца. Я хочу выглядеть великолепно".

"Что хорошего в осеннем бале, если ты не сможешь получишь от него никакого удовольствия?"

"Таким образом, я смогу даже больше насладиться им". Патрисия улыбнулась мне. Она обладала способностью быть покровительственной и искренней одновременно. "Когда-нибудь ты поймешь."

Мне не нравилось, когда она разговаривала со мной свысока, но она была на моей стороны. Для свидания Патрисия великодушно одолжила мне мягкий свитер цвета слоновой кости, всем своим видом при этом показывая, что делает мне величайшее одолжение, несравнимое с тем, что кто-либо когда-либо делал для меня. Может, она и была права. Свитер подчеркивал мою, в целом, неплохую фигуру, которую полностью скрывала убогая школьная форма.

"Никто из твоих парней не идет? - спросила я, пытаясь собрать волосы в хвост на макушке. Не было никакой необходимости оъяснять кто именно имелись ввиду под словом "твои парни".

"Эрик идет на другую вечеринку на озере". Патрисия пожала плечами. Она все еще была в была в розовом атласном халате, а волосы были покрыты кружевным шарфом. Наверное, вечеринка не начнется раньше полуночи, раз она еще даже не начала готовиться. Большинство учителей будет в городе, сопровождая учеников. Так что ночь здесь будет отличной".

"Не думаю, что выражение "отличная ночь" вообще применимо к Академии".

"Но это и не означает, что они держат нас в клетке, Бьянка. И, кстати, эта прическа тебе совершенно не идет".

Я вздохнула. "Да знаю, сама вижу".

"Стой спокойно". Подойдя ко мне, Патрисия распустила неровные косы, которые мне с таким трудом удалось заплести, растрепала пряди. Затем Патрисия собрала мои волосы в мягкий узел основания шеи. Несколько беспорядочных, но очень красивых завитков обрамляли мое лицо именно так, как мне всегда хотелось. Видя разительные перемены в зеркале, я подумала, что так уложить мои волосы можно было только при помощи магии.

"Как ты это сделала?"

"Научишься со временем". Она улыбнулась, гордсь больше результатом своего труда, чем мною. "У тебя прекрасный природный цвет волос. Цвет свитера прекрасно его подчеркивает, так что тебе стоит больше их показывать. Видишь?"

Интересно, когда оттенок красного стал "великолепным цветом"? Я улыбнулась своему отражению, думаю, что пока мы с Лукасом будем встречаться, любое чудо возможно.

"Потрясающе", - сказала Патрисия, и я, наконец, поняла, что она имела в виду. Комлимент все еще не относился непосредственно ко мне, думаю, сама идея красоты имела для нее гораздо большее значения, чем я. Но она бы никогда не сказала, что я великолепно выгляжу, если бы этого не было на самом деле.

Робко и восхищенно, я уставилась на свое отражение в зеркале, рассматривая себя дольше, чем обычно. Если уж Патрисия нашла что-то красивое во мне, то возможно и Лукас тоже сможет.

"Великолепно выглядишь!" - воскликнул Лукас.

Я кивнула ему, стараясь поддерживать зрительный контакт, мы устремились сквозь толпу студентом, ринувшихся в автобус, отправляющийся в город. Автобус Академии не имел ничего общего с обычным школьным желтым автобусом, это был роскошный маленький шаттл вроде тех, которыми пользовались шикарный отели, должно быть они его арендовали специально для этого случая. Меня понесло первой волной, в то время как Лукас боролся за то, чтобы пробраться поближе к двери. В конце концов я смогла увидеть его улыбку из окна.

"Де-люкс", - рассмеялся Вик, плюхаясь на следующее за мной место. На нем была мягкая фетровая шляпа, напоминавшая 1940-е, вообщем-то, он выглядел довольно привлекательно, но тем не менее он был не тем, с кем я бы хотела ехать. Должно быть я сильно изменилась в лице, раз он толкнул меня локтем в плечо, сказав: "Не беспокойся. Я придержу место для Лукаса".

"Спасибо".

Если бы не Вик, то мне бы ни за что не удалось сесть рядом с Лукасом. Людям не удавалось достаточно быстро забраться в автобус, касалось, что около двух дюжин студентов - а это практически все дети, не принадлежащие к "типичным ученикам Вечной ночи" - стремились попасть в Ривертон. Учитывая то, насколько скучно было в городе, наверное, они просто хотели убраться подальше от школы, и в этом случае любое место подходило. Я знала, как они себя чувствовали.

Вик галантно уступил место Лукасу, которому, наконец, удалось пробраться в нашу сторону, но вряд ли можно было сказать, что свидание началось. Студенты, окружавшие нас, смеялись, болтали и кричали, радуясь тому, что им, наконец, удалось, покинуть территорию школы, порождающую клаустрофобию. Ракель сидела в нескольких рядах от нас, оживленно болтая со своей соседкой по комнате, должно быть мне удалось развеять ее страхи по крайней мере на время. Несколько людей бросали любопытные, но отнюдь не дружелюбные взгляды в мою сторону. Скорей всего, меня подозревали в причастности к той компании, учитывая то, что они ошибались, это было даже немного забавно. Вик присел на корточки напротив нас, стремясь рассказать об усилителе, который он собирался приобрести в музыкальном магазине в городе, работающем допоздна.

"Что ты собираешься делать с усилителем?" - проорала я, пытаясь перекричасть грохот от того, как автобус подпрыгивал на дороге к городу. "Они не разрешат тебе играть на электрической гитаре в комнате".

Вик пожал плечам, широко улыбнувшись. "Мне будет достаточно просто смотреть на нее. Знать, что у тебе есть нечто особенное. Что даст мне возможнось каждый день улыбаться".

"Ты и так всегда улыбаешься. Даже во сне". Несмотря на то, что Лукас явно дразнил Вика, был видно, что глубоко в душе, Вик ему нравится.

"Это единственный способ выжить, помнишь?"

Вик был полной противоположностью типичного представителя Вичной ночи и я решила, что мне он тоже симпатичен. "И так, что собираешься делать, пока мы будем в кино?"

"Обследовать местность. Слоняться по окрестностям. Чувствовать землю под ногами". Вик подмигнул. "Может встречу пару горячих красоток в городе".

"Лучше уж купи усилитель", - заметил Лукас. "Придется вмешаться, если ты притащишь с собой то, что подцепишь", - Вик серьезно кивнул, а мне пришлось спрятать улыбку, прикрывшись рукой.

Нам с Лукасом не удавалось остаться наедине до тех пор, пока мы не пошли по главной улице Ривертона в квартале от кинотеатра. Мы оба просияли, увидев что сегодня идет.

"Подозрение", - произнесла я. "Режиссер Альфред Хитчкок. Он гений".

"С Гарри Гантом в главной роле". Когда Лукас вопросительно взглянул на меня, я добавила: "У тебя свои приоритеты, у меня - свои".

Несколько студентов слонялись в фойе. Вряд ли их присутствие было обусловлено неожиданным возрождением популярности Гарри Ганта, скорее всего дело было в том, что в Ривертоне было не так уж много развлечений. Мы с нетерпением ждали начала фильма по крайней мере до тех пор, пока не увидели учителей, сопровождавших нас в кино.

"Поверь мне", - сказала мама - "мы также шокированы, как и ты".

"Мы думали, вы пойдете куда-нибудь поесть." Отец обнял маму за плечи, как будто это было их свидание, а не наше. Мы все стояли напротив рекламного стенда в фойе, Джоан Фонтейн в тревоге уставилась на нас, как будто она была на моем месте. "Поэтому мы и решили дежурить здесь вместо кафе".

Мама ободряющей добавила: "Еще не поздно полакамиться блинчиками. Мы не обидимся".

"Все в порядке". Хотя перспектива провести свое свидание с родителями меня отнюдь не прельщала, что еще я могла сказать? "Оказывается Лукасу нравятся старые фильмы, так что все в порядке, не так ли?"

"Да, все нормально". На самом деле по Лукасу было незаметно, что все хорошо, он выглядел даже более растерянным, чем я.

"Если, конечно, ты не любишь блины", - добавила я.

"Нет, то есть да, я люблю блины, но старые фильмы мне тоже нравятся". Подняв подбородок, он как будто противостоял стремлению моих родителей напугать его. "Мы остаемся".

Мои родители вместо того, чтобы пугать, улыбнулись.

Я рассказала им за обедом в прошлое воскресенье о том, что мы с Лукасом собираемся поехать в Ривертон вместе. Я не стала сильно акцентировать на этом внимание, чтобы не шокировать их, но они ухватили суть. К моему удивлению и обегчению они не стали расспрашивать, просто переглянулись, решив для себя как реагировать еще до того, как я продолжила. Наверное, сложно осознать, что твой "чудесный малыш" уже с кем-то встречается. Вскользь отметив, что вроде Лукас хороший парень, папа спросил, не хочу ли я добавки макарон с сыром.

Короче говоря, какой бы негативной реакции Лукас не ждал, его ожидания не оправдались. Мама просто отметила: "Если вы будете стараться избегать нас - а я думаю, что именно так вы и поступите - мы на балконе, так как как раз туду большинство студентов и направятся".

Папа кивнул. "Балконы являются сильным искушением для подростков, приводя в действие сильное гравитационное притяжение, влияющее на безалкогольные напитки в их руках. Видел, как это происходит".

С непроницаемым лицом Лукас ответил: "Знаю, как совершается это достижение высшего юношеского мастерства".

Мои родители рассмеялись. Я вздохнула с огромным облегчением. Раз Лукас им понравился, то может они вскоре пригласят его на воскресный обед. Мысленно я уже представляла себе Лукаса всегда рядом с собой.

Лукас, напротив, абсолютно не был в этом уверен, он выглядел настороженно, ведя меня в фойе кинотеатра, но мне кажется, что его поведение по большей части являлось типичной реакцией парня на знакомство с родителями.

Мы выбрали места под балконом, чтобы мама с папой не могли нас видеть. Мы с Лукасом сели настолько близко друг к другу, что наши тела оказались практически под одним углом, а мои плечо и колено слегка касались его.

"Никогда так не делай", - произнес он.

"Чего не делать? Не ходить в кинотеатры на старые фильмы?" Я с интересом разглядывала позолоченный орнамент, украшающий стены и балкон, и темно-красный бархатный занавест. "Они действительно великолепны".

"Я не это имел в виду". несмотря на всю свою агрессивность, Лукас иногда бы очень застенчивым, но это проявлялось только по отношению ко мне. "Я никогда раньше, ну не ходил никуда с девушкой".

"Так это тоже твое первое свидание?"

"Свидание - неужели люди все еще пользуются таким словом?" Я бы очень смутилась, если бы он шутливо не подтолкнул меня локтем. "Я хочу сказать, что я никогда вот так вот ни с кем не проводил время. Гулять без давления со стороны, зная, что в ближайшие неделю-две никуда не уедешь, в новинку для меня".

"Создается впечатление, что ты никогда нигде не чувствовал себя дома".

"Нигде до настоящего момента".

Я скептически взглянула на него. "Вечная ночь стала для тебя домом? Дай-ка мне минутку".

Лука хитро улыбнулся. "А я не имел в виду Академию".

Слава богу, в тот момент погас свет. В противном случае я бы, наверное, сказала что-нибудь глупое вместо того, чтобы наслждаться моментом.

Подоздрение - один из фильмом с Кэрри Грантом, который я раньше не видела. Эта женщина, Джоан Фонтейн, вышла замуж за Кэри несмотря на его безрассудность и беспечное отношение к деньгам. Она поступила так именно из-за чудачеств Кэри Гранта, по ее мнению, игра стоит свеч. Лукаса моя точка зрения не убедила. "Ты не находишь ничего странного в его интересе к изучению ядов?" - прошептал он. "Для кого исследование ядов - хобби? Ну, по крайней мере, это очень странное хобби".

"Мужчины, которые так выглядят, не могут быть убийцами", - настаивала я.

"Тебе никто нигода не говорил, что ты слишком быстро начинаешь доверять людям?"

"Заткнись". Я толкнула Лукаса в бок, просыпав наш попкорн.

Кино мне понравилось, но больше всего мне, конечно, понравилось быть рядом с Лукасом. Удивительно, как много мы могли сказать друг другу без слов - просто взглядом или соприкосновением рук, когда он переплетал свои пальцы с моими. Большим пальцем он рисовал маленькие круги на моей ладони, и этого жеста было достаточно, чтобы заставить мое сердце биться быстрее. Интересно, на что похожи его объятия?

В итоге я оказалась права. Выяснилось, что Кэри изучал яды, чтобы совершить самоубийство, тем самым избавив бедную Джоан Фонтейн от многочисленных долгов. Она настояла на том, что вместе они со всем справятся, и они уехали. Лукас покачал головой, когда шли последние титры. "Это не настоящий финал. Хитчкок планировал, что этого парня признают виновным. Но продюсеры заставили его сделать концовку, которая понравится зрителям, дав Кэри Гранту еще один шанс".

"Я не согласна. Финал - именно такой, каким был задуман", - настаивала я. Зажегся свет. Наступил короткий перерыв перед вечерним сеансом. "Давай еще куда-нибудь сходим, а? У нас еще есть немного времени до отъезда автобуса".

Лукас взглянул наверх, и я понаяла что он непротив убраться куда-нибудь подальше от сопровождающих в виде моих родителей. "Пойдем".

Мы пошли вдоль небольшой главной улицы Ривертона, где, казалось, каждый открытый ресторан или магазин были заполнены студентами Академии. Мы с Лукасом незаметно прошли мимо них в поиске того места, в котором нам обоим хотелось бы побыть, - места, где бы мы остались одни. Сама мысль о том, что Лукас хочет побыть со мной наедине волновала и пугала одновременно. Был прохладный вечер, осенние листья шуршали под ногами, когда мы шли по тротуару, смотря украдкой друг на друга и переодически обмениваясь фразами.

В конце концов, достигнув автобусной остановки, означавшей конец главной улицы, мы обнаружили старую пиццерию, выглядевшую так, как будто ее не ремонтировали с 1961 года. Вместо того, чтобы заказать целую пиццу, мы взяли пару кусков с сыром и содовую и сели за отгороженный столик, покрытый красно-белой скатертью. На столе стояла бутылка кьянти, обепленная толстым слоем воска от свечи. Музыкальный автомобиль в углу играл что-то из песен Элтона Джона, сочиненных еще до нашего рождения.

"Мне нравятся такие места", сказал Лукас. "Они настоящие. Не такие как те, в которых специально группой продумано все до сантиметра".

"Мне тоже". Даже если бы Лукас сказал, что ему нравится есть баклажан на луне, я бы не раздумывая согласилась. Хотя в тот момент я сказала правду. "Можно расслабиться и побыть самим собой".

"Побудь мной". Лукас рассеянно улыбнулся своей личной шутке "Так будет проще".

Я знала, что он имел в виду.

Мы были практически одни в пиццерии за исключением четверых парней, на столе у которых стоял пустой кувших из-под пива. Судя по их футболкам, покрытым пылью от штукатурки, они пришли сюда прямо со стройплощадки. Я не особенно возражала против того, что парни громко смеялись над своими шутками. Благодаря им у меня появлялась возможность наклониться поближе к Лукасу.

"И так, Кэри Грант", - начал Лукас, посыпая свой кусок красным перцем. "Он похож на парня твоей мечты, а?"

"Он король грез, не так ли? Я без ума от него с тех пор, как увидела его в Каникулах, мне было пять или шесть".

Я думала, что Лукас, как поклонник кино, согласится со мной, но не поддержал меня. "Большинство старшеклассниц влюблены в кинозвезд или телеведущих".

Откусив кусочек пиццей, мне пришлось иметь с крайне неприятной ситуацией - тянущимся сыром. Справившись наконец, я пробубнила с набитым ртом: "Мне много актеров нравится, но неужели есть люди, которым безразличен Кэри Грант?"

"Хотя я и согласен с тем, что данный факт ужасен, но давай посмотрим правде в лицо: большинство наших ровесником даже не слышали никогда о Кэри Гранте".
"Это настоящее преступление". Я попыталась представить выражение лица миссис Бетани, если бы я предложила изучать историю кино в качестве факультатива. "Мои родители старались познакомить меня с фильмами и книгами, которые нравились им еще о моего рождения".

"Кэри Грант был звездой первой величины в 1940-х, Бьянка. Он делал фильмы 70 лет назад".

"И с тех самых пор его фильмы показывают по телевизору. Нет ничего сложного в знакомстве со старыми картинами, надо просто захотеть".
Лукас колебался и я почувствовала, что надо срочно сменить тему. Но я опоздала, Лукас уже произнес: "Ты говорила, что родители перевели тебя в Вечную ночь, чтобы ты могла увеличить круг знакомств и расширить твой кругозор. Но мне кажется, что большую часть времени они провели, стараясь максимально сузить твой мир."

"Не поняла?"

"Забудь, что я сказал". Он тяжело вздознул, уронив корку пиццы на тарелку. "Мне не стоило сейчас поднимать эту тему и портить тебе настроение".

Может быть стоило спустить все на тормоза, так как меньше всего на свете мне хотелось спорить с Лукасом в наш первый вечер. Но я уже не могла остановиться. "Нет, я хочу понять. Что ты вообще знаешь о моих родителях?"

"Они сослали тебя в Академию, которая фактически единственное место на земле, куда не проник 21 век. Ни сотовых телефонов, ни радио, интернет есть только в компьютерном классе на четырех машинах, ни телевизоров, практически никаких контактов со внешним миром..."

"Эта школа - закрытое учебное заведение, полностью отрезанное от всего мира!"

"Они хотят отделить тебя от внешнего мира. Поэтому-то и научили тебя любить вещи, которые нравятся им, а не девочкам твоего возраста".

"Я сама решаю, что мне нравится, а что - нет". Я почувствовала, как щеки вспыхнули от гнева. Обычно такие разговоры заканчивались слезами, но в этот раз я твердо решила не позволить себе разрыдаться. "Но ты тоже фанат Хитчкока. И старые фильмы тебе нравятся. Значит родители тоже управляют твоей жизнью?"

Лукас перегнулся через стол. Его немигающие темно-зеленые глаза не отрываясь смотрели на меня. Мне бы хотелось, что Лукас смотрел на меня вечно, но этот взгляд пугал меня. "Однажды ты попытаешься сбежать от своей семьи. Отказаться от всего, что раньше было частью твоей жизни".

"Все будет как должно".

"Я думаю, ты должна что-то предпринять. Наверное, ты права по поводу того, что есть что-то странное в Вечной ночи. Прислушайся к себе и прекрати безоговорочно слушаться родителей".

Лукас не могу сказать этих вещей. Если бы его сейчас слышали мои родители... - нет, я даже думать об это не хочу. "Ты не имеешь права критиковать моих родителей только из-за того, что в этой школе есть что-то странное. Ты ведь их даже практически даже не знаешь. И я не понимаю, почему тебя так заботит этот вопрос".

"Потому что...", - Лукас запнулся, как будто слова застряли у него в горле. Медленно, с трудом он произнес: "Меня волнует это, потому что мня волнуешь ты".

И зачем только он это сейчас сказал? Я покачала головой. "В этих словах нет никакого смысла".

"Привет". Один из рабочих, бросив мелочь в музыкальный автома, покачиваясь, направлялся в нашу сторону. "По-моему, ты причиняешь этой малышке беспокойство".

"У нас все порядке", - поспешила заверить я. Случай был совершенно неподходящим для проявления рыцарсого благородства. "Честное слово".

Лукас повел себя так, как будто даже не слышал, что я сказала. Он смерил парня взглядом, резко сказав: "Тебя это не касается".

Эта фраза произвела ээфект спички, брошенной в бензин. Рабочий, шатаясь, подошел ближе, и все его друзья встали. "Ты считаешь, что можешь обращаться с девушкой в обществе подобным образом, а мне не должно быть до этого никакого дела?"

"Он не обижает меня!" Хотя я все еще была очень зла на Лукаса, но ситуаций выходила из-под контроля. "Ребята, здорово, конечно, что вы готовы вступиться за женщину, но у меня все хорошо".

"Держись от нас подальше", - процедил сквозь зубы Лукас. В его голосе просквозила нотка неестественной напряженности, которую я никогда не слышала раньше. По спине пробежал дрожь. "Она тебя не касается".

"Ты думаешь, ты ее хозяин или что-то в этом роде? Так что ты можешь с ней обращаться как тебе вздумается? Ты напоминаешь мне свинью, за которую вышла замуж моя сестра". Казалось, рабочий разозлился еще сильнее. "Ты думаешь, что я не поступлю с тобой так, как с ним, сними розовые очки, молокосос".

В отчаянии я огляделась вокруг, ища взглядом официанта или хозяина магазина. Родителей. Ракель. Кого угодно, кто смог бы остановить ссору до того, как пьные рабочие избили бы Лукаса. Их было четверо, и их внешний вид явно говорил о том, что драка для них не в диковинку.

Я даже представить себе не могла, что Лукас начнет первым.

Он двигался настолько быстро, что движения превратились в неясное расплывчатое пятно. Рабочий начал медленно отползать к своим друзьям. Лукас так молниеносного ударил противника кулаком, что мне потребовалось время, чтобы осознать: о, господи, он же ударил кого-то.

"Какого черта?" Один из рабочих стал наступать. Лукас , молниеносно увернувшись от удара, через секунду уже был в противоположном углу, толкнув противника с такой силой, что было удивительно, как ему удалось удержаться на ногах.

"Эй!", - окликнул сорокалетний мужчина в фартуке, заляпанном соусом, войдя в зал. Мне было все равно кто это - владелец, шеф-повар или Папа Джон - я была так рада его видеть, как никого другого. "Что здесь происходит?"

"Все в порядке!. Ну, да, с моей стороны не хорошо было лгать, но в тот момент это не имело никакого значения. Я выскочила из-за стола и стала пятиться к двери. "Мы уже уходим".

Рабочие и Лукас продолжали сверлить друг друга взглядами, как будто их самым большим желанием было продолжить драку, но, к частью, он последовал за мной. Как только за нами захлопнулась дверь, я услышала бормотание владельца про детей из этой чертовой школы.

Как только мы оказались на улице, Лукас повернулся ко мне. "С тобой все в порядке?"

"Нет, благодаря тебе!" Я быстро зашагала в сторону главной улицы. "Что с тобой случилось? Ты начал драку без какой-либо видимой причины!"

"Он первый начал!"

"Нет, он начал ругаться, а ты ударил!"

"Я защищал тебя".

"Он тоже так думал. Может, он и был пьян, и не слишком правильно себя повел, но тем не менее он не хотел обидеть меня".

"Бьянка, ты не понимаешь, насколько опасен реальный мир".

Каждый раз Лукас повторял одно и то же - как будто он был значительно старше меня. Его отчаянное желание научить и защитить меня трогало до глубины души. Но в этот раз его поведение разозлило меня "Ты поступаешь так, как будто все знаешь, но при этом ведешь себя как круглый идиот, затевая драку в четырьмя парнями! И я видела как ты дрался. Очевидно, это далеко не первый раз".

Идя рядом со мной, Лукас невольно замедлил шаг, будто мои слова шокировали его. Я была права. Лукас участвовал в драках и не раз.

"Бьянка..."

"Лучше промолчи" - оборвала я. Дальше мы в полной тишине шли к автобусу. Его уже окружили студенты, большинство из которых держали в руках пакеты с покупками или содовую.

Лукас сел рядом со мной, видно все еще надеясь поговорить, но я скрестила руки на груди и демонстративно уставилась в окно. Вик плюзнулся на сидение напротив нас и поинтересовался "В чем дело, ребята?" Взглянув на наши лица, он добавил: "Эй, вы выглядите так, как будто самое время рассказать вам одну из своих бесконечных историй".

"Великолепный план", - бросил Лукас.

Приняв слова Лукаса за согласие, Вик начал рассказывать о досках для серфинга и командах, о странных идеях, которые у него периодически возникали. Он, не останавливаясь, болтал до самого нашего возвращения в школу. Благодаря Вику, мне удалось избежать разговора с Лукасом, а Лукас в свою очередь тоже молчал.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/10071/31156

Переводчики: yagodka_malinka