Готовый перевод Pretty Little Liars - 5. Wicked / Милые обманщицы - 5. Грешная: 6. Emily’s Church Miracle

6
ЦЕРКОВНОЕ ЧУДО ЭМИЛИ

В понедельник вечером, после тренировки по плаванию, Эмили, тяжело ступая, поднялась по лестнице в спальню, которую она делила со своей сестрой Кэролин, захлопнула дверь и плюхнулась на кровать.

Не сказать, что тренировка была изнурительной, но она ощущала такую усталось, будто ко всем её конечностям привязали по кирпичу.

Она включила радио и покрутила колёсико настройки.

Проходя мимо новостной станции, она услышала знакомое, наводящее ужас, имя и остановилась.

- Суд над Йеном Томасом начнётся в пятницу утром в Розвуде, - быстрым, деловитым голосом проговорила диктор.

Не смотря на это, г-н

Томас твердо отрицает причастность к смерти Элисон ДиЛаурэнтис, и некоторые источники, близкие к офису окружного прокурора говорят, что его судебное дело даже не может выйти на судебный процесс из-за недостаточных улик.

Эмили села в кровати, чувствуя головокружение.

Недостаточно улик? Конечно, Йен отрицал жестокое убийство Эли, но как можно было верить ему? Особенно с показаниями Спенсер.

Эмили думала об онлайн интервью, которое она обнаружила несколько недель назад, что Йен дал изнутри тюрьмы графства Честер.

Он все время повторял: "Я не убивал Элисон.

Почему люди думают, что я убил ее? Почему кто-то сказал это?" Капли пота прилипали к его лбу, и он выглядел бледным и тощим.

В самом конце интервью, прямо перед окончанием записи, Йен выкрикнул: "Кто-то хочет, чтобы я был здесь.

Кто-то скрывает правду.

Они за это заплатят".

На следующий день, когда Эмили была онлайн, чтобы посмотреть интервью снова, клип таинственно исчез.

Она прибавила звук, ожидая, что диктор скажет что-нибудь ещё, но радиостанция уже перешла к информации о заторах на дорогах.

В дверь спальни мягко постучали.

Миссис

Филдс заглянула внутрь.

- Ужин готов.

Я сделала макароны с сыром по-домашнему.

Эмили прижала к груди своего любимого плюшевого моржа.

Обычно она могла в один присест проглотить целую кастрюлы маминых домашних макарон с сыром, но сегодня её живот вздулся и болел.

Я не голодна,-пробормотала она

Миссис

Филдс зашла в комнату, вытирая руки о фартук с рисунками циплят.

- "Ты в порядке?"
- "Угу", солгала Эмили, пытаясь собрать смелую улыбку.

Но в течение всего дня, она боролась с желанием разрыдаться.

Она старалась быть сильной вчера, когда они проводили ритуал прощания с Эли, но её сердцу была ненавистна мысль, что вот теперь, вдруг, Эли нужно считать мертвой, навсегда покинувшей их.

И это всё.

Конец

Финито.

Эмили даже сосчитать не могла, сколько раз у нее возникало нестерпимое желание сбежать из школы, поехать к дому Спенсер, откопать кошелёк Эли и никогда больше не спускать с него глаз.

Более того, снова находиться в Розвуд Дей было как-то... неловко.

Эмили весь день провела, прячась от Майи, потому что боялась, что придётся выяснять отношения.

А на тренировке по плаванию она всё делала на автомате.

Желание бросить плавание так и не покинуло её до конца, и она никак не могла от него избавиться, а её бывший парень Бен со своим лучшим другом Сетом Кардифом, продолжали поглядывать на неё с гнусной ухмылкой, злясь, очевидно, что её интересовали девочки, а не мальчики.

Миссис

Филдс поджала губы, делая ее "я не куплюсь на это" лицо.

Она сжала руку Эмили.

- Может пойдёшь сегодня со мной в церковь Святой Троицы на сбор средств?
Эмили недоверчиво подняла брови.

- Ты хочешь, чтобы я для чего-то пошла в церковь? - Насколько Эмили понимала, между католической церковью и лесбиянками существовала примерно такая же гармония, как между тканями в полоску и клетку.

- Отец Тайсон спрашивал о тебе, -

сказала Миссис Филдс.

- И не по поводу гомосексуализма, - она быстро добавила.

- Он беспокоится, как ты себя чувствуешь после всего, что случилось с Моной в прошлом семестре.

А на сборе средств будет весело - они собираются устроить немой аукцион и будет музыка.

Может быть тебе станет спокойней просто от того, что ты там.

Эмили склонила голову на плечо мамы, чувствуя благодарность.

Всего несколько месяцев назад ее мать даже не говорила с ней, неговоря уже о том, чтобы пригласить ее в церковь.

Она так радовалась, что снова спит в своей уютной кровати в Розвуде, а не на раскладушке в продуваемом фермерском доме её сверхпуританских дяди и тёти, куда Эмили отправили, чтобы изгнать её так называемых "гомодемонов".

И она была так счастлива, что Кэролин снова спала в их общей спальне, и кроме того не шарахалась от Эмили потому что могла получить лесбийских микробов.

Вряд ли имело значение то, что Эмили больше не влюбленна в Майю.

Неважно было и то, что вся школа знала, что она лесбиянка, или что большинство порней ходили за ней по пятам, надеясь как-нибудь застать её целующейся с девчонкой.

Ведь всем известно, что лесбиянки только этим и занимаются.

Важно было то, что её семья изо всех сил старалась принять её такой, какая она есть.

На Рождество Кэролин подарила Эмили плакат олимпийской чемпионки Аманды Бирд в раздельном спортивном купальнике от TYR, чтобы Эмили могла заменить старый плакат Майкла Фелпса в крошечных плавках.

Отец Эмили подарил ей большую банку чая с жасмином, потому что прочитал в интернете, что "э, дамы, как ты" предпочитают чай, а не кофе.

Джейк и Бет, её старшие брат и сестра, скинулись и купили ей полное собрание "Секса в другом городе" на DVD.

Они даже предложили посмотреть несколько эпизодов с Эмили после рождественского ужина.

Их старания немного смущали Эмили, её передёргивало от мысли, что отец читает в интернете о лесбиянках, однако они делали её по-настоящему счастливой.

Такой кардинальный поворот в отношении к ней её семьи, внушил Эмили желание тоже прилагать больше усилий.

И, возможно, её мама была права.

Эмили лишь хотела, чтобы её жизнь вошла в пержнее русло и снова стала такой, как до событий, связанных с Э.

Её семья ходила в церковь Святой Троицы, самую большую католическую церковь в Розвуде, с тех пор, как она себя помнила.

Быть может, там ей станет легче.

- Ладно, - сказала Эмили, слезая с кровати.

- Я пойду.

- Хорошо.

Миссис.

Засияла Миссис Филдс

- Я ухожу через сорок пять минут.

С этим она бесшумно покинула комнату.

Эмили встала и подошла к большому окну в ее спальне, опираясь локтями на подоконник.

Луна поднялась над деревьями, тёмные кукурузные поля позади её дома были покрыты одеялом нетронутого снега, и толстый слой льда лежал на крыше соседского игрового домика с качелями, построенного в виде замка.

Внезапно что-то белое пронеслось сквозь ряд засохших кукурузных стеблей.

Эмили выпрямилась, ее нервы покалывали.

Она сказала себе, что это просто олень, но было невозможно знать это наверняка.

Потому что когда она прищурилась, там была только темнота.

Свято-Троицкая церковь была одной из самых старых церквей в Розвуде.

Здание церкви было выстроено из потрескавшегося и раскрошенного камня, а позади неё, на маленьком кладбище, надгробия были расположены так беспорядочно, что напоминали Эмили ряды кривых зубов.

В седьмом классе, где-то на Хэллоуин, Эли рассказала им страшную историю о девочке, которая мучила свою младшую сестру в её снах.

Она заставила Эмили и остальных на спор пробраться на это самое кладбище в полночь и проговорить "Кости моей мёртвой сестры" двадцать раз, не закричав и не убежав.

Только Ханна, которая могла бы голышом пробежать по школе Розвуд Дей, лишь бы доказать Эли, какая она крутая, смогла это сделать.

Внутри церкви пахло также, как помнила Эмили - странная смесь плесени, тушенного мяса и кошачей мочи.

Всё те же красивые, но немного пугающие витражи, изображающие библейские истории, тянулись вдоль стен и потолка.

Эмили размышляла о том, что, быть может, Господь, кем бы он ни был, сейчас смотрит на них и ужасается, что Эмили находится в таком святом месте.

Она надеялась, что он не нашлёт за это на Розвуд саранчу.

Миссис

Филдс помахала отцу Тайсону, приятному седовласому священнику, который в своё время крестил Эмили, обучил её десяти заповедям и подсадил на трилогию "Властелин колец".

Затем она взяла два кофе с буфетной стойки, установленной рядом с большой статуей Марии, и провела Эмили к сцене.

Когда они устроились за высоким мужчиной с двумя его маленькими детьми, Миссис

Филдс посмотрела музыкальную программу.

- Сейчас будет группа под названием Carpe Diem.

Как интересно! Ребята из группы - третьекурсники в академии Святой Троицы.

Эмили застонала.

Между четвёртым и пятым классом, родители отправили её в христианский лагерь Лонг Пайнс.

У Джеффри Кейна, одного из её вожатых, была группа, и они играли в лагере в прощальную ночь.

Они пели песни группы Creed, и Джеффри строил такие по-идиотски кривые рожи, как будто на него только что снизошло божественное прозрение.

Она могла представить, что собой представляет группа из католической школы с названием Carpe Diem.

Звонкие аккорды начали заполнять комнату.

Часть сцены была им не видна из-за большого усилителя, поэтому Эмили видела только парня с растрёпанными грязными волосами, игравшего на ударных.

Музыка продолжалась, и чем дальше, тем больше она становилась похожа на эмо-рок, нежели на музыку Creed.

А когда вокалист запел первый куплет, Эмили удивилась: его голос звучал... здорово.

Она протиснулась мимо стоявшего рядом мужчины и его детей, чтобы лучше видеть группу.

Перед микрофоном стоял худощавый парень, на его груди висела медового цвета акустическая гитара.

Одет он был в поношенную серо-жёлтую футболку, чёрные джинсы, и точно такие же тёмно-красные кроссовки Vans, как на Эмили.

Это был приятный сюрприз - она-то ожидала, что певец будет клоном Джеффри Кейна.

Девушка рядом с Эмили начала беззвучно подпевать.

Прислушавшись к словам, Эмили сразу поняла, что группа играет её любимую песню Аврил Лавин "Никого нет дома".

Она слушала её снова и снова, когда летела в Айову, чувствуя себя той запутавшейся, опустошённой девчонкой, о которой пела Аврил.

Когда группа закончила песню, вокалист отошёл от микрофона и стал разглядывать толпу.

Его ясные, голубые глаза приземлились на Эмили, и он улыбнулся.

Внезапно её пронзил электрический разряд, начавшись с головы, он пронёсся по всему её телу до самых ступней.

Ощущение было такое, как будто в её кофе накачали в десять раз больше кофеина, чем положено.

Эмили тайком огляделась.

Её мама отошла к кофейной стойке поговорить с подругами по хору, миссис Джемисон и миссис Харт.

-

-

Несколько пожилых женщин сидели выпрямившись на скамьях, словно на церковной службе, и недоумённо смотрели на сцену.

Отец Тайсон стоял около исповедальни, согнувшись от смеха, потому один пожилой человек только что рассказал что-то забавное.

Было поразительно, что никто не заметил произошедшего.

До того момента она лишь дважды испытывала такое ощущение, будто её ударила молния.

Первый раз - когда в седьмом классе поцеловала Эли в её домике на дереве.

Второй раз - когда прошлой осенью целовалась с Майей в фотокабинке Ноэля Кана.

Вероятно, это была всего лишь реакция на сегодняшнюю изнурительную тренировку по плаванию.

Или аллергия на новый вкус энергетического батончика, который она съела перед тренировкой.

Вокалист поставил гитару на подставку и помахал толпе.

- Меня зовут Исаак, а это Кит и Крис, - сказал он, указывая на членов своей группы.

- Сейчас мы прервёмся ненадолго, но скоро вернёмся.

Встав, Исаак снова посмотрел на Эмили и шагнул в её сторону.

Сердце Эмили заколотилось, она подняла руку, чтобы помахать ему, но в этот момент ударник уронил одну из своих тарелок.

Исаак повернулся к группе.

- Вот болван, - смеясь сказал Исаак, стукнул ударника кулаком по плечу и пошёл за остальными ребятами через бледно-розовую занавеску за импровизированные церковные кулисы.

Эмили сжала зубы.

Зачем она помахала?
- Вы его знаете? - раздался за её спиной завистливо звучащий голос.

Эмили обернулась

Две девушки, одетые в униформу Свято-Троицкой академии - белые блузки и плиссированные черные юбки - смотрели на нее.

Ох,нет - ответила Эмили.

Девушки, довольные, снова повернулись друг к другу.

- Исаак в моём классе по математике, - похвасталась блондинка своей подруге.

- "Он такой таинственный.

Я даже не знала, что у него есть группа.

- У него есть девушка? - шёпотом спросила её тёмноволосая подружка.

Эмили переминалась с ноги на ногу.

Это была Католическая школа версии Ханны Марин: очень худой, с длинными, блестящими волосами, идеальным макияжем, и соответствующими сумками Коуч.

Эмили коснулась собственных слабых, вьющихся от хлора волос, и погладила свои брюки-хаки, которые были ей велики как минимум на один размер.

Ей вдруг стало жаль, что она совсем не накрасилась, хотя обычно она обходилась без макияжа.

У неё не было никаких причин соревноваться с этими девчонками.

Не то чтобы Эмили нравился этот парень, Исаак.

Тот электрический разряд, пробежавший по её телу и всё ещё ощущавшийся в кончиках пальцев, было просто... случайностью.

Вспышкой.

Да, именно так.

Как раз в этот момент, Эмили почувствовала, как кто-то похлопал её по плечу.

Она вздрогнула и обернулась.

Это был Исаак.

И он улыбался ей.

- Привет.

- Ум, привет, - ответила Эмили, стараясь не обращать внимание на трепетание в груди.

- Я - Эмили.

- Исаак.

Находясь рядом с ним, можно было уловить запах апельсинового шампуня из Body Shop, того самого, которым уже несколько лет пользовалась Эмили.

- Мне понравилось, как вы спели "Никого нет дома", - сказала Эмили, прежде чем смогла себя остановить.

- Эта песня мне очень помогла пережить поездку в Айову.

- В Айову? Кажется, жизнь там - не сахар, - пошутил он.

- Я как-то раз ездил туда с моей молодёжной группой.

- А ты зачем ездила?
Эмили помолчала в нерешительности, почёсывая затылок.

Она чувствовала, что девчонки из католической школы уставились на неё.

Наверное, не нужно было упоминать Айову и говорить, что она ассоциируется у неё с песней об отчаянии и безысходности.

- Да так, в гости к родственникам, - ответила она наконец, вертя в руках крышку от кофейного стакана.

- Мои дядя с тётей живут рядом с Де-Мойном.

- Понятно, - сказал Исаак.

Он шагнул в сторону, чтобы пропустить промчавшуюся мимо стайку дошкольников, игравших в салки.

- Я тебя понимаю, мне эта песня тоже близка.

Меня высмеивали, когда я впервые начал петь о девушке, но я думаю, что песня относится ко всем.

Это похоже на ... все те чувства "Где я могу вписаться?" И "Почему я не могу найти с кем поговорить?" Я думаю, каждый чувствует, это время от времени.

- Я тоже, - согласилась Эмили; ей было приятно, что кто-то разделял ей чувства.

Она взглянула через плечо на мать.

Она продолжала увлечённо болтать со своими подругами и кофейной стойки.

Это было кстати - Эмили не была уверена, что может сейчас справиться с пристальным вниманием своей матери.

Исаак барабанил пальцами по изношенной церковной скамье рядом с ними.

- Ты не учишься в Святой Троице.

Эмили покачала головой

- В Розвуд Дей.

- А.

Исаак смущённо опустил взгляд.

- Слушай, мне через минуту надо возвращаться на сцену, но может быть хочешь как-нибудь потом поговорить о музыке и ещё о чём-нибудь? Пообедать? Погулять? Короче, сходить на свидание.

Эмили чуть не захлебнулась своим кофе.

Сходить на... свидание? Она хотела уточнить, что не встречается с парнями, но мышцы у неё во рту словно не понимали, как надо произносить такие слова.

- Гулять в такую погоду? - выпалила она взамен и показала на небольшие сугробы, красовавшиеся на витражных окнах.

"Почему бы и нет? "Исаак пожал плечами.

- Можем пойти на санках покататься.

У меня есть пара надувных санок, а за Холлис есть прекрасный холм.

Эмили удивлённо раскрыла глаза.

- Это тот большой холм за химическим корпусом?
Исаак отбросил волосы со лба и кивнул.

- Он самый.

- Я раньше постоянно таскала туда своих подруг.

Одни из самых дорогих сердцу Эмили воспоминаний касались тех дней, когда она, Эли и остальные катались на санках с холма Холлис.

Эли считала катание на санях тупым после шестого класса, хотя и Эмили никогда не находила никого, кто хотел идти с ней.

Сделав глубокий вдох, Эмили сказала:
- Я с удовольствием пойду с тобой кататься на санках.

Глаза Исака блестели.

- Отлично!
Они обменялись телефонными номерами, а девчонки из Святой Троицы смотрели на них, разинув рты.

Когда Исаак помахал на прощанье и Эмили отошла к своей маме и её подругам по хору, она стала задаваться вопросом, на что же она только что согласилась.

Она не могла просто пойти на свидание с ним.

Они собирались кататься на санях просто как друзья.

Когда она в следующий раз его увидит - выведет его, так сказать, из заблуждения.

Однако, наблюдая, как Исаак идёт через толпу, то и дело останавливаясь, чтобы поговорить с другими ребятами или людьми из его прихода, она не была уверена, что хочет быть просто друзьями.

Внезапно, она вообще перестала понимать, чего хочет.

.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/10603/33479

Переводчики: LadaN, Karamella_lie, brunette0899, SerenaS

dasna, veraFox, Sallisha