Готовый перевод Claudia Gray - Hourglass / Клаудия Грэй - Песочные часы: chapter 1

Я с трудом дышала, грудь разрывалась от боли. Лицо охватил жар, пряди волос, влажные от пота, прилипли к шее. Болел каждый мускул.

Напротив меня стоял Эдуардо, один из лидеров Черного Креста, с колом в руке. Окружавшие нас охотники на вампиров - его разношерстная армия, одетая в джинсы и фланелевые рубашки, стоя по периметру, молча наблюдали за происходящим. Никто из них не поможет мне. Яркий свет придавал его фигуре зловещие очертания.

"Ну же, Бьянка, давай". Громкий голос Эдуардо раздался эхом по заброшенному хранилищу, отражаясь о бетонный пол и металлические стены. "Эта смертельная битва. Ты даже не попытаешься остановить меня?"

Если я попытаюсь отобрать оружие или сбить его с ног, то он сможет опрокинуть меня на пол. Эдуардо был быстрее, и у него были годы практики за спиной. Должно быть, он убил сотню вапиров - гораздо старше и могущественне, чем я.

Лукас, что же мне делать?

Но я не осмелилась оглянуться на Лукаса. Я знала, что как только я отвлекусь, битва будет окончена.

Отступив на пару шагов назад, я споткнулась. Ботинки, которые мне одолжили на время, были великоваты, и одни соскользнул с ноги.

"Неклюжая", - произнес Эдуардо. Он повертел кол между пальцами, наверное, прикидывая, с какой стороны нанести удар. У него была такая самодовольная улыбка, что мой страх уступил место ярости.

Я подхватила ботинок и с силой, на какую только была способна, бросила его в лицо Эдуардо.

Он с треском врезался ему в нос, и наша аудитория разразилась хохотом, некоторые даже запплодировали. Напряжение исчезло в мгновение ока, и я снова была членом команды.

"Хорошо", - сказал Лукас, когда ему удалось выбраться из толпы зрителей, положив руки мне на плечи. "Очень хорошо".

"Я точно не обладатель черного пояса". Мне все еще никак не удавалось восстановить дыхание. Тренировочные бои всегда выматывали меня, это был единственный раз, когда я не оказалась распростертой на спине на полу.

"У тебя хорошие инстинкты", - произнес Лукас, массируя мне болевшие мышцы шеи.

Вряд ли Эдуардо счел забавным то, что я попала ботинком ему в лицо. Он окинул меня свирепым взглядом. Выражение лица Эдуардо было бы еще более злым, если бы не ярко красный нос. "Хитрость хороша в тренировочном бою, но не думаю, что подобный фокус поможет тебе спастись в настоящей драке".

"Поможет, если противник не будет опасаться ее", - сказала Кейт, - "например, как ты сейчас".

Высказывание Кейт заткнуло Эдуардо, и он грустно улыбнулся. Официально они двое были лидерами Черного Креста, но, проведя с ними несколько дней, я поняла, что большинство людей считали, что последнее слово за Кейт. Казалось, Эдуардо не имел ничего против этого. Хотя отчим Лукаса отличался вспыльчивостью и раздражительностью по отношению к окружающим, он никогда не сомневался в правоте Кейт.

"Не важно каким способом тебе удастся добиться победы", - сказала Дана. "Можем мы, наконец, поесть. Бьянка, наверняка, очень голодна".

Я подумала о насыщенной горячей крови - самом изысканном деликатесе, который только можно придумать, и меня пронзила дрожь. Заметив, Лукас обнял меня за талию и притянул к себе настолько близко, насколько смог. Он прошептал: "С тобой все в порядке?"

"Просто голодна".

Его темно-зеленые глаза встретились с моими. Если он и испытывал некоторую неловкость по отношению к моей потребности в крови, но он меня понимал.

Но Лукас ничем не мог мне помочь. Пока нам было запрещено покидать убежище.

Несколько дней назад моя школа Вечная Ночь подверглась нападению Черного Креста и была сожжена. Охотники знали, что Академия была пристанищем вампиров, местом, где им помогали адаптироваться в современном мире. Поэтому она и стала мишенью Черного Креста - группы смертоносных охотников на вампиров, которых специально обучали искусству убивать.

Но они не знали, что я не была одной из человеческих студентов, обучавшихся наравне с вампирами в Вечной ночи. Я была вампиром.

Ну, не совсем вампиром. Если бы у меня был бы выбор, я бы ни за что им не стала. Я была рождена от двух вампиров, и, несмотря на то, что я была живым существом, у меня были силы вампира и некоторые потребности.

Например, потребность в крови.

С момента атаки Вечной Ночи отряд Черного Креста изолировал себя от внешнего мира. Мы скрывались в одном из безопасных мест дислокации - назовем его хранилищем, в нем пахло старым деревом, а бетонный пол был покрыт масляными пятнами. Нам приходилось спать на раскладушках. Люди покидали убежище только во время патрулей окрестностей, чтобы вампиры, жаждущие отомстить после штурма школы, не напали на нас внезапно. Мы проводили все время, готовясь к будущим битвам. Я научилась управляться с острыми ножами, и однажды даже сама выстругала кол. А сейчас они начали учить меня драться.

Уеденение? Забудьте об этом. Мне было за счастье, что в туалете была дверь. Все это означало, что у Лукаса и меня почти не было шанса остаться наедине - и, хуже всего, что я не пила кровь уже четыре дня.

Без крови я стала слабее. Я стала голоднее. Невыносимая жажда все больше и больше охватывала меня, и если так будет продолжать дальше, я не уверена в том, что сделаю.

Несмотря на это я не могла выпить кровь перед кем-либо из Черного Креста, кроме Лукаса. Когда он видел, что я укусила другого вампира в том году в Академии Вечной ночи, я подумала, что он отвернется от меня навсегда; вместо этого, он справился с идеологическим внушением Черного Креста и продолжил любить меня. Я сомневалась, что большенство других охотников на вампиров будут готовы также изменить свои взгляды. Если кто-нибудь еще в этой комнате прямо сейчас увидел, что я пила кровь и узнал правду, я знала точно, что произойдет. Они все вместе прихлопнули бы меня в тот же момент.

Даже Дана, одна из лучших друзей Лукаса, который все еще хихикала из-за моей маленькой победе над Эдуардо. Даже Кейт, которая приписывала мне спасание жизни Лукасу. Даже Ракель, мой соседка по комнате со школы, который присоединилась ко мне в Черном Кресте. Каждый раз, когда я смотрел на любого из них, я должна была помнить: они убили бы меня, если бы они знали.

- Опять арахисовое масло , - сказала Дана, когда несколько из нас, сидело на полу возле раскладушек с нашим скудным обедом.
-Знаешь, кажеться, я помню, как мне нравилось арахисовое масло, когда давным давно.

"Арахисовое масло победило лапшу",- произнес Лукас. Дана застонала. В ответ на мой удивленный взгляд, он добавил "Какое-то время в прошлом году лапша была единственным, что мы могли себе позволить. Серьезно, в течение целого месяца мы ели только спагетти с маслом. Я не то чтобы в жизни к ним больше не прикоснусь, я их даже на дух теперь не выношу".

- Не все ли равно? - Ракель размазывала арахисовое масло по хлебу, как-будто это была икра. Она не прекращала улыбаться на протяжении четырех дней, с тех пор, как Черный Крест объявил, что они примут нас.
- Да, мы не обедаем в модных ресторанах каждую ночь. Какое это имеет значение? На самом деле мы занимаемся важным делом. Особо важным.

- В данный момент, мы прежде всего скрываемся на складе, поедая бутерброды с арахисовым маслом без желе три раза в день, - заметила я.

Это ни капельки не взволновало Ракель. “Это только часть жертвы, которую мы должны принести. Оно того стоит.

Дана с нежностью взъерошила короткие черные волосы Ракель. "Говоришь как новичок. Посмотрим, чтоты скажешь лет через пять". Ракель просияла от счастья. Она была в восторге от идеи быть членом Черного Креста не только в ближайшие пять, но и десять лет, а может и всю жизнь. После того, как в школе ее преследовали вампиры, а дома мучили приведения, единственным желанием Ракель стало отомстить всему сверхестественному. Несмотря на всю необычность сложившейся ситуации и постоянный голод в течение четырех дней, я никогда не видела Ракель такой счастливой.

"Через час выключаем свет", - крикнула Кейт. "Так что давайте заканчивайте все свои дела".

Как по команде Дана и Ракель одновременно запихнули в рот последние куски сендвичей и пошли в самодельный душ в задней части комнаты. Только несколким людям удастся помыться сегодня, а одному или двум счастливчикам достанется теплая вода. Интересно, они что будут драться за то, кто будет первым в очереди? Единственным решением было мыться одновременно.

Я была слишком измучена, чтобы раздеться, хотя моя одежда насквозь пропиталась потом. "Утром", - сказала я то ли себе, то ли Лукасу. "Помоюсь утром".

"Эй". Его сильная рука лежала на моем предплечье, согревая меня своим теплом. "Ты дрожишь".

"Кажется, да".

Приподнявшись, он сел рядом со мной. Рядом с высоким, подтянутым Лукасом я чувствовала себя маленькой и хрупкой. Его темные, отливавшие золотом волосы были похожи на бриллианты в этих ужасных условиях. От него исходило такое тепло, что мне казалось, будто я стою у камина зимой. Он обнял меня, и я положила свою раскалывающуюся голову ему на плечо и закрыла глаза. На мгновение мне удалось представить, что нас не окружают пара дюжин смеющихся и болтающих людей, что мы находимся не в сером уродливом хранилище, насквозь пропахшем резиной, и что в мире нет никого кроме меня и Лукаса.

"Я беспокоюсь о тебе", - прошептал Лукас мне на ухо.

"Я тоже беспокоюсь о себе".

"Не думаю, что изоляция продлится долго. Так что в скором времени мы сможешь найти тебе что-нибудь поесть, а потом я постараюсь придумать, что делать дальше".

Я прекрасно понимала, что он имел в виду. Мы собирались сбежать, как и планировали до нападения на Вечную ночь. Лукас хотел оказаться как можно дальше от Черного Креста также сильно, как и я. Но для того, чтобы организовать побег, нам нужны были деньги, свобода и возможность обсудить наши планы наедине. Так что единственное, что нам оставалось в настоящее время, это ждать.

Посмотрев на Лукаса, я увидела беспокойство в его темно-зеленых глаза. Я погладила его по щеке, почувствовав жесткую щетину. "Мы что-нибудь придумаем. Обязательно".

"Это я должен заботиться о тебе". Он продолжал внимательно смотреть на меня, как будто мог найти ответы на вопросы на моем лице. "А не наоборот".

"Мы можем заботиться друг о друге".

Лукас крепко обнял меня, и на несколько секунд мне захотелось, чтобы время остановилось.

"Лукас!" Голос Эдуардо отразился о бетон и металл. Оглянувшись, мы увидели его поблизости с руками, скрещенными на груди. Футболка Эдуардо была покрыта разводами от пота. Мы с Лукасом отпрянули друг от друга. Дело не в том, что нам было стыдно, просто никто не был способен так быстро убить романтическое настроение, как Эдуардо. "Я хочу, чтобы ты сегодня патрулировал окрестности".

"Я ходил две ночи назад", - попытался возразить Лукас. "Сегодня не моя очередь".

Его ответ только еще больше разозлил Эдуардо. "С каких это пор ты стал ныть, что сегодня не твой черед? Ты ведешь себя как ребенок на игровой площадке, которому не достались качели!"

"С тех самых пор, как ты перестал вести себя по-честному. Отвали, ладно?"

"Или что? Побежишь как мамочке? Кейт хочет, чтобы ты доказал преданность общему делу. Мы все хотим".

Он явно намекал на меня. Лукас нарушил столько много правил Черного Креста, чтобы мы могли быть вместе, в том числе и тех, о которых остальные даже не подозревали.

Лукас не собирался сдаваться."Я ни разу не выспался после пожара. Я не собираюсь торчать ещё одну ночь в сточной канаве , выжидая неизвестно чего".

Глаза Эдуардо сузились от гнев. "В любую секунду вампиры могут напасть на нас..."

"И чья это вина? После того как ты выкинул этот фокус с нападением на Академию Вечной Ночи..."

"Фокус?"

"Остановитесь". Дана встала между Лукасом и Эдуардо. Она только что вышла из душа, и от нее исходил запах дешевого мыла. Ее длинные косы падали на тонкое, промокшее полотенце, обернутое вокруг шеи. "Остыньте, ладно? На случай, если ты неправильно посчитал Эдуардо, я напомню, что сегодня моя очередь караулить. В любом случае я не чувствую себя настолько уставшей, как Лукас".

Эдуардо терпеть не мог, когда ему перечили, но он не мог отказать добровольцу. "Поступай как знаешь, Дана".

"Почему бы мне не пойти с Ракель?", - предложила она, мягко переводя разговор на другую тему. "Эта девчонка очень хочет принимать более активное участие в делах".

"Ракель слишком неопытна. Забудь об этом". Дав понять, что разговор окончен, он зашагал прочь.

"Спасибо", - сказала я Дане. "Ты уверена, что не слишком устала?"

Она усмехнулась. "Ты что думаешь, что я буду завтра с трудом волочить ноги, как Лукас сегодня? Не дождешься".

Лукас притворился, что ударил ее по руке, а она подыграла ему. Они часто вели себя подобным образом, никогда не имея при этом намерений причинить друг другу вред. Я подумала, что должно быть Дана - лучший друг Лукаса. Только лучший друг может выйти вместо тебя на дежурство, учитывая, что придется провести бессонную ночь по колено в грязи.

Вскоре все вокруг начали готовиться ко сну. Единственное, что отгораживало мужскую половину от женской, создавая иллюзию уединения, была кипа старых простыней, развешанных на веревке для белья. Нас с Лукасом разделяла только эта импровизированная граница из тонкой хлопчатобумажной ткани. Иногда его близость успокаивала меня, а порой хотелось завыть от тоски.

Это не навсегда, пыталась я убедить саму себя, переодеваясь в футболку, которую мне одолжили для сна. Пижама, в которой я сбежала, была полностью уничтожена пожаром. У меня осталась единственная собственная вещь, с которой я не расставалась даже в душе, - обсидиановый кулон, подаренный родителями. Брошь из черного янтаря, купленная Лукасом на нашем первом свидании, я убрала в маленькую сумку, которую мне выдали. Я никогда не считала себя меркантильной, но потеря практических всех личных вещей стала для меня ударом. Поэтому я так бережно хранило то малое, что у меня осталось.

Как только Кейт произнесла; "Гасим свет", кто-то моментально щелкнул выключателем. Я закуталась в тонкое одеяло армейского образца. Спать на этой чертовой раскладушке было очень неудобно, но я так вымоталась, что уже не обращала ни на что внимание.

Слева от меня спала Ракель. Я была рада, что она наконец-то может спать спокойно после того, что происходило с ней в Вечной Ночи.

По правую руку за непрозрачной белой развевающейся простыней, был Лукас.

Я попыталась представить, как он выглядит, лежа на раскладушке. В своих фантазиях я прокрадывалась на цыпочках к его постели и ложилась рядом. Но мы были не одни. Вздохнув, я с сожалением оставила эту идею.

Четвертую ночь подряд я мечтала о Лукасе, и осознание того, что он так близко, а я не могу его даже коснуться, было ужасно.

Мама с папой в порядке, уговаривала я себя. Я слишком хорошо помнила, как пламя и едкий дым заполнили окружающее пространство. Огонь - единственное, что может убить вампира. Но у родителей были века жизни за спиной, наверняка, они бывали в передрягах и похуже этой. Мама рассказывала мне о Великом пожаре в Лондоне. Если ей удалось выжить тогда, то удалось и сейчас.

Но на самом деле она не выжила в том пожаре. Она была смертельно ранена, и мой папа "спас" ее, обратив в вампира.

Хотя в последний время у меня с родителям были не очень хорошие отношений, больше всего на свете я не хотела, чтобы они пострадали. Мысли о том, что они могут быть ранены, приводили меня в отчаяние.

Я беспокоилась не только о них, но и о Вике. Смог ли он выбраться из горящей школы? А Бальтазар? Будучи вампиром, он становился мишенью для Черного Креста или его мстительной сестрички-психопатки, Черити, которой почти удалось остановить меня, Лукаса и Ракель, когда мы пытались сбежать из Академии. А что с бедным Ранульфом? Он был таким тихим и немногословным, что я с трудом могла представить, что охотники из Черного Креста могли убить его.

Я не знала, что с ними случилось. И могла никогда не узнать. Когда я выбрала Лукаса, я знала на что я иду. Но это не значит, что мне нравилось рисковать собой.

У меня заурчало в желудке, жажда крови становилась все сильнее.

Застонав, я перевернулась на другой бок на раскладушке, мечтая о том, чтобы побыстрее уснуть. Сон - был единственным спасением от страха и голода по крайней мере на несколько часов.

Мне снился цветок, я потянулась за ним, но стоило мне только дотронуться коньчиками пальцев до лепестка, как он почернел и завял.

"Не для меня", прошептала я.

"Нет. для тебя есть кое-что получше", - промолвил призрак

Как долго она была рядом? Мне показалось всегда. М находились на территории академии Вечной Ночи, когда тучи стали сгущаться над головой. Гаргульи смотрели на нас сверху вниз с огромных каменных башен. Порывы ветра разметали мои темно-рыжие волосы. Сорванные бурей листья пролетели сквозь зеленовато-голубую тень привидения. Она вздрогнула.

"Где Лукас?". Я знала, что он там, но не могла вспомнить откуда мне это известно.

"Внутри".

"Я не могу войти туда". Дело было не в моем страхе, по какой-то неизвестной мне причине я не могла войти в школу. И тут я поняла почему. "Этого не может быть на самом деле. Академия сгорела в огне. Сейчас ее не существует".

Привидение покачало головой. "Когда ты говоришь "сейчас", что ты имеешь в виду?"

"Подъем!"

Так начиналось каждое утро. Не успела я и глазом моргнуть, пытаясь вспомнить сон, который уже начал улетучиваться, Ракель уже вскочила с койки. "Давай, Бьянка".

"Еще только завтрак", - проворчала я. Ради тоста с арахисовым маслом, по-моему, совершенно не стоило торопиться.

"Не в этом дело, что-то случилось".

Полностью сбитая с толку, с трудом поднявшись, я обнаружила что все охотники Черного Креста были уже на ногах. Судя по моей усталости, вряд ли уже наступило утро. С какой стати он подняли нас с постели посреди ночи?

Нет, только не это.

Вбежав, Дана прокричала: "Все к оружию, немедленно"

"Вампиры", - прошептала Ракель. "Они пришли".

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/11481/36651

Переводчики: yagodka_malinka, airini, Chernyava, NastyaMistiKa

Anonimka