Готовый перевод Dragon Reborn / Возрождённый Дракон: Chapter 20. Visitations

Посещения

Вошедшая в комнату женщина, облачённая в белый шёлк с серебром, закрыв за собой дверь, прислонилась к ней и обратила на Мэта взгляд своих глаз, таких тёмных, какие он видел впервые в жизни. Она была столь прекрасна, что дыхание Мэта едва не прервалось: чёрные, как ночь, волосы удерживались тонко сплетённой серебряной лентой, а поза её была исполнена той грации, с какой иные девицы отдаются танцу. Мэт решил было, что встречал её и прежде, но тут же отбросил эту мысль. Никто бы не смог позабыть такую женщину, как эта.

- Полагаю, что как только вы вновь прибавите в весе, вам, быть может, и не стыдно будет себя показать, - сказала она, - но сейчас, вероятно, вам следовало бы что-нибудь надеть.

Мэт ещё миг продолжал смотреть на неё, затем внезапно он понял, что стоит перед ней голый.

С пунцовым лицом он проковылял к кровати, обернул вокруг себя одеяло, как плащ, и, не сумев плавно сесть, плюхнулся задом на край постели.
- Простите за... я имею в виду, я... ну то есть, я не ожидал... я... я...

Мэт сделал глубокий вдох. - Прошу прощения за то, что застали меня в подобном виде.

Продолжая ощущать, как горят его щёки, юноша на мгновение захотел, чтобы Ранд, кем бы он теперь ни был, или хотя бы Перрин оказались здесь и дали ему дельный совет. Уж им-то, похоже, всегда удавалось поладить с женщинами. Даже девушки, которые знали, что Ранд чуть ли не обручён с Эгвейн, не могли от него глаз отвести и, казалось, считали медлительность Перрина деликатной и привлекательной.

Мэт же, как бы он ни старался, пред девушками всегда ухитрялся выставить себя дураком. В точности, как сейчас.

— Я не собиралась являться к вам подобным образом, Мэт, но так сложилось, что я находилась здесь, в... Белой Башне,

— она улыбнулась, словно это название её забавляло, — по другим делам, и мне захотелось сложить о вас всестороннее впечатление. Мэт вновь залился румянцем, и покрепче затянул вокруг себя одеяло, но незнакомка, казалось, вовсе не пыталась его поддразнивать. Двигаясь изящнее лебедя, она плавно подошла к столу.
- Вы голодны. Зная их методы, этого следовало ожидать. Не забывайте съедать всё, что они вам дадут. Вы удивитесь тому, как скоро вам удастся вернуть свой вес и восстановить силы.

- Простите, - неуверенно сказал Мэт, - я с вами знаком? Не в обиду сказано, но мне кажется... что я вас знаю.

Она не сводила с него взгляда до тех пор, пока он не принялся стеснительно ёрзать. Такая женщина вправе ожидать, что её запомнят.

- Вероятно, вы меня прежде видели, где-нибудь, - сказала она наконец. - Можете называть меня Селин. — Она чуть склонила голову набок; по-видимому, она ждала, что Мэт узнает это имя.

Оно и впрямь вызвало отклик в глубинах его памяти. Мэт счёл, что ему, должно быть, доводилось слышать его прежде, но не смог бы сказать, когда или где.
- Селин, вы ведь Айз Седай?

- Нет, - сказала она тихо, но с неожиданным пылом.

Лишь теперь Мэт повнимательней присмотрелся к посетительнице, сумев на сей раз разглядеть не только её красоту. Почти одного с ним роста, стройная, да к тому же сильная, судя по тому, как она двигалась. Мэт затруднился бы указать её возраст - на год ли она старше него, на два, или на все десять, - но щёки её были гладкими. Ожерелье из полированных белых камней и плетёных серебряных нитей гармонировало с широким поясом её наряда, однако кольца Великого Змея она не носила. Отсутствие кольца не должно было его удивить - ни одна Айз Седай никогда не сказала бы прямо, что ею не является, - и всё же он удивился. В самом воздухе вокруг неё витала уверенность в себе, осознание собственного могущества, не уступающего власти любой королевы, и ещё нечто большее, - всё то, что для Мэта связано было с Айз Седай.

— Но вы же вовсе не послушница, верно? — Он слышал, что послушницы носят белое, но в её отношении этому никак не верилось. <i>Да рядом с ней Илэйн выглядит как прислуга.</i> Илэйн. Ещё одно имя всплыло в памяти.

- Едва ли, - промолвила Селин, скривив уголок рта. - Давайте просто предположим, что я - некто, чьи интересы совпадают с вашими. Эти... Айз Седай намереваются использовать вас, но, я думаю, вам это, по большому счёту, придётся по вкусу. И вполне устроит. Ведь нет нужды убеждать вас стремиться к славе.

- Использовать меня? - Мэт припомнил свои соображения по этому поводу, хотя он думал тогда про Ранда: что Айз Седай намерены использовать Ранда, а не его. <i>У них не может быть треклятых планов на меня. Свет, ведь не может!</i> - Что вы имеете в виду? Я никому не важен. И не нужен никому, кроме себя. Какая такая слава?

- Я знала, что вас к ней потянет. Больше всех - вас.

При виде её улыбки у Мэта закружилась голова. Он взъерошил рукой волосы. Одеяло соскользнуло и Мэт поспешил поймать его прежде, чем оно успело бы упасть на пол. - Послушайте, я им без надобности. - <i>А как насчёт того, что я трубил в Рог?</i> - Я всего лишь фермер. - <i>Быть может, они думают, что я каким-то образом связан с Рандом. Нет, Верин говорила...</i> Он не был уверен, что именно говорила Верин или же Морейн, однако Мэт полагал, что большинство Айз Седай о Ранде ничего и знать не знают. И юноша желал бы сохранить такое положение дел до тех пор, по крайней мере, пока он не окажется далеко отсюда. - Я простой сельский труженик. Я хочу лишь кое-что повидать в этом мире, да и вернуться на ферму к моему па.
<i>Что она имеет в виду, говоря о славе?</i>

Селин так покачала головой, будто слышала его мысли. - Вы намного более важны, чем когда-либо могли себе представить.

И уж конечно, более важны, чем полагают эти так называемые Айз Седай. Вы <i>можете</i> обрести славу, если вы достаточно сообразительны, чтобы не доверять им.

- Уж вы-то им точно не доверяете, судя по вашим словам. - <i>Так называемые?</i> У Мэта возникла догадка, но он никак не мог заставить себя её огласить. - Вы не... ? Вы...?
Не пристало бросаться обвинениями подобного рода.

- Приспешница Тёмного? - насмешливо договорила Селин. В её голосе не было гнева, лишь издёвка и презрение. - Одна из этих жалких последователей Ба'алзамона, уверенных, что он дарует им бессмертие и власть? Я ни за кем не следую. Есть лишь один человек, с которым я могла бы стоять рядом, но уж никак не плестись вслед за ним.

- Конечно же, нет, - нервно рассмеялся Мэт. <i>Кровь и пепел, Друг Тёмного сам не назвал бы себя Другом Тёмного. Но, если она всё же из них, то у неё может быть припасён отравленный кинжал.</i> Он смутно припомнил женщину, одетую, как принято среди благородных, Приспешницу Тёмного со смертоносным кинжалом в тонкой руке. - Я вовсе не это хотел сказать. Вы выглядите... Вы выглядите, как королева. Вот, что я имел в виду. Мне обращаться к вам - Леди?

- Мэт, Мэт, вы должны научиться доверять мне. О-о, я тоже буду использовать вас - вы слишком подозрительны, особенно после владения тем кинжалом, чтобы мне пытаться это отрицать, - однако мой патронаж принесёт вам богатство, власть и славу. Я не стану вас принуждать. Я всегда считала: хочешь, чтобы мужчина себя проявил — убеждай его, а не принуждай.

Эти Айз Седай даже не подозревают, как вы важны; он, в свою очередь, будет пытаться отговорить или убить вас, я же могу дать вам то, чего вы хотите.

— Он? — резко переспросил Мэт. <i>Убить меня? Свет, они же охотятся не за мной, а за Рандом. Откуда ей известно про кинжал? Хотя, вся Башня, наверное, знает.</i>

— Кто желает убить меня?

Селин поджала губы, словно и так уже сказала слишком многое.
- Вы знаете, чего вы хотите, Мэт, и я знаю это так же хорошо, как и вы. Вы должны выбрать, кому выгоднее довериться. Признаю, я собираюсь использовать вас.

Айз Седай никогда не признаются ни в чём подобном. Я приведу вас к богатству и славе. Они же станут держать вас на поводке до самой смерти.

- Вы многое мне поведали, - сказал Мэт, - но как я могу знать, что всё это правда? Откуда мне знать, что вам можно доверять больше, чем им?

— А вы послушайте, что они вам говорят и о чём умалчивают. Разве они вам скажут, что ваш отец приезжал в Тар Валон?

— Мой па был здесь?

— Да, мужчина по имени Абелл Коутон, а с ним и другой мужчина, которого звали Тэм ал'Тор. Как я слышала, они всем здесь мозолили глаза, добиваясь аудиенции, требовали сообщить, где вы и где ваши друзья. А Суан Санчей отправила их обратно в Двуречье с пустыми руками, даже не дав им знать, что вы живы. Скажут они вам об этом, покуда вы их прямо не спросите? Может, даже и тогда не скажут потому, что из-за этого вы можете попытаться удрать домой.

— Мой па думает, будто я мёртв? — медленно спросил Мэт.

— Можно сообщить ему, что вы живы. Я могу позаботиться об этом. Выбирайте, кому доверять, Мэт Коутон. Признаются ли они, что прямо сейчас Ранд ал'Тор пытается вырваться на волю, а одна из них, та, которую зовут Морейн, гонится за ним? Скажут ли они вам, что Чёрные Айя наводнили их драгоценную Белую Башню? Или расскажут хотя бы, как они намерены использовать вас?

- Ранд пытается убежать? Но... - Может, она знала, что Ранд провозгласил себя Возрождённым Драконом, а может и нет, но от него она этого не услышит. <i>Чёрные Айя! Кровь и распроклятый пепел!</i> - Кто же вы, Селин? Если вы не Айз Седай, кто вы тогда?

Она улыбнулась, пряча за улыбкой свои тайны.
— Просто помните: у вас есть и другой выбор. Вам вовсе не обязательно быть марионеткой Белой Башни или становиться добычей Ба'алзамоновых Приспешников Тьмы. Мир гораздо сложнее, чем вы можете себе представить.

До поры до времени ведите себя так, как желают эти Айз Седай, но помните, что у вас есть иной выбор. Обещаете?

— Что-то я не вижу, чтобы мне предоставлялся особый выбор, - сказал Мэт безрадостно. - Наверное, я так и поступлю.

Взгляд Селин стал пронзительным. Дружелюбие сползло с её голоса подобно старой змеиной коже. - Наверное? Я к вам вот так пришла и любезничала тут не для того, чтобы услышать "наверное", Мэтрим Коутон. - И она протянула свою тонкую руку.

Ладонь Селин была пуста, и стояла она посреди комнаты, но Мэт отпрянул прочь от её руки, словно она была занесена над ним с кинжалом. Он не смог бы указать тому никакой очевидной причины, кроме угрозы в её взоре, но был уверен: угроза существует. Его кожу стало покалывать, и к Мэту вернулась головная боль.

Внезапно покалывание и боль разом исчезли, и Селин обернулась, будто прислушиваясь к чему-то за стенами комнаты. Слабая гримаса мелькнула на её лице, и женщина опустила руку. Гримаса тут же разгладилась. - Мы с вами ещё побеседуем, Мэт. Мне ещё многое нужно сказать вам. Помните, у вас есть выбор. И не забывайте, найдутся многие, кто хотел бы убить вас, и лишь одна я гарантирую вам жизнь и всё, к чему вы стремитесь, если вы поступите так, как я укажу.

И она выскользнула за дверь столь же бесшумно и грациозно, как вошла.

Мэт тяжело вздохнул. По его лицу струился пот. <i>Свет, кто же она такая?</i> Похоже, Приспешница Тёмного.

Если не учитывать того, что о Ба'алзамоне она говорила столь же презрительно, как и об Айз Седай. О Ба'алзамоне Друзьям Тёмного полагалось говорить так, как прочим — о Создателе. К тому же, она не просила его скрывать её визит от Айз Седай.

<i>Ага, точно,</i> невесело подумал он. <i>Простите меня, Айз Седай, но эта женщина явилась меня навестить. Она не Айз Седай, но, по-моему, начала использовать на мне Единую Силу, притом заявила, что она не Приспешница Тёмного, но говорила, что вы намерены меня использовать, а в вашей Башне - Чёрные Айя. Ах да, ещё она сказала, что я важен. Не знаю, чем. А теперь, я бы вас покинул, вы ведь не возражаете?</i>

Мысль о побеге становилась всё привлекательней с каждой минутой. Мэт неуклюже соскользнул с кровати и шаткой походкой двинулся к шкафу, всё ещё придерживая обмотанное вокруг тела одеяло. Его сапоги стояли внутри, на дне, а с крючка свисали плащ и пояс, с кошелём и ножом, вложенным в ножны. Это был простой деревенский нож с закалённым лезвием, но пользы от него было ничуть не меньше, чем от любого доброго кинжала. Остальная одежда - две плотные шерстяные куртки, три пары штанов, полдюжины льняных рубашек да бельё - была либо вычищена, либо выстирана - смотря, что именно требовалось - и аккуратно сложена на боковых полках шкафа. Мэт пощупал висевший на ремне кошель, но тот оказался пуст. Содержимое кошеля было на полке вперемежку с вещами, извлечёнными из его карманов.

Мэт отодвинул в сторонку перо краснокрылого ястреба, гладкий полосатый камень, нравящийся ему расцветкой, бритву и карманный нож с костяной рукояткой и освободил свой замшевый кошелёк от нескольких витков запасной тетивы для лука.

Когда же он распахнул его, то обнаружил, что в отношении содержимого память сработала даже излишне точно.

- Две серебряные марки и горсточка меди, - пробормотал он. - На это я далеко не укачу.
Когда-то, это могло бы показаться ему небольшим состоянием, но это было перед тем, как он покинул Эмондов Луг.

Юноша нагнулся, вновь заглядывая на полку. <i>Где они?</i> Мэт испугался было: уж не выбросили ли их Айз Седай подобно тому, как его мать всегда делала, ежели случалось ей их обнаружить. <i>Да где же...?</i> Тут он почувствовал прилив облегчения: там, позади, за трутницей, мотком бечёвки для силков и прочей мелочью, виднелись два кожаных стаканчика из-под игральных костей.

Когда Мэт их вытаскивал, стаканчики загремели, но он всё равно снял плотно сидящие круглые крышки. Всё было в полном порядке. Пять костей с вырезанными на них символами, для «короны» и пять, помеченных точечками. Есть немало видов игры, где требуются кости с точками, и всё же, по-видимому, больше людей предпочитают играть в «короны», чем во что-то иное. С такими костями ему хватит и двух марок, чтобы убраться подальше от Тар Валона. <i>Подальше от Айз Седай, и от Селин заодно.</i>

Раздался повелительный стук в дверь, и сразу же она отворилась. Мэт обернулся. В комнату входили Престол Амерлин и Хранительница Летописей. Он узнал бы их, даже не глядя на широкий палантин Амерлин и более узкий, голубой - Хранительницы. Он уже видел их однажды, всего лишь раз и далеко от Тар Валона, но Мэт не мог забыть двух самых влиятельных женщин среди Айз Седай.

При виде Мэта, стоящего с наброшенным на плечи одеялом, с кошельком и стаканчиками для костей в руках, брови Амерлин приподнялись.
- Не думаю, что они тебе скоро понадобятся, сын мой, - сказала она прохладным тоном. - Положи их да вернись-ка в кровать, пока не свалился с ног.

Мэт замер в нерешительности, спина его напряглась, но тут колени юноши задрожали, а обе Айз Седай уставились на него, и их глаза, тёмные у одной и голубые у другой, казалось, видели каждую его строптивую мысль насквозь. Обеими руками придерживая вокруг себя одеяло, Мэт исполнил то, что ему велели и, не видя иного выхода из положения, лёг, выпрямившись, словно доска.

- Как ты себя чувствуешь? - оживлённо спросила у юноши Амерлин, кладя руку ему на голову. Кожа Мэта покрылась гусиными пупырышками. Привлекла ли она как-то Единую Силу или это его пробрала дрожь от прикосновения Айз Седай?

- Со мной всё прекрасно, - ответствовал Мэт. - Да что там, готов уж и в путь отправляться. Позвольте мне лишь попрощаться с Эгвейн и Найнив, и я от вас отвяжусь. Я хотел сказать, я пойду... э-э, Мать. - Морейн и Верин его манера разговаривать вроде бы не смущала, но ведь, в конце концов, сейчас перед ним была Престол Амерлин.

- Чепуха, - проговорила Амерлин. Она пододвинула стул с высокой спинкой поближе к кровати Мэта, села на него и, обращаясь к Лиане, сказала: - Вечно мужчины стараются не признаваться, что больны, пока не расхвораются так, что женщинам приходится вдвое больше за ними ухаживать. Ну а потом они преждевременно заявляют, будто совсем здоровы, и результат — тот же самый.

Взглянув на Мэта, Хранительница кивнула. - Верно, Мать, однако у этого не выйдет объявить себя здоровым, раз он еле держится на ногах. По крайней мере, он съел всё, что было на подносе.

— Я была бы удивлена, коли оставленных им крошек хватило бы зяблику. И, если я не ошибаюсь, он по-прежнему голоден.

- Я могла бы послать кого-нибудь принести ему пирога, Мать. Или несколько пирожных.

- Нет, мне думается, он уже съел столько, что больше уместить покуда не в состоянии. Если он всё это вытошнит, не будет никакой пользы.

Мэт нахмурился. У него сложилось ощущение, будто болезнь делает человека невидимым для женщин, пока они сами к нему не обратятся, но и тогда ведут себя так, словно ты стал младше лет на десять, если не больше. Найнив, и мать Мэта, и сёстры его, и Престол Амерлин — все они так поступали.

- Я вовсе не голоден, - заявил он. - И прекрасно себя чувствую. Позвольте мне лишь натянуть на себя одежду, и я вам докажу, что со мной всё в порядке. Глазом моргнуть не успеете, как меня уже здесь не будет. - Теперь они обе уставились на него. Мэт прочистил горло. - У-гм... Мать.

Амерлин фыркнула. - Ты поел за пятерых, и будешь несколько дней подряд съедать столько же по три-четыре раза в день, а иначе умрёшь с голоду. Ты только что был Исцелён от связи со злом, что убило всех мужчин, женщин и детей в Аридоле и ничуть не ослабло за почти две тысячи лет ожидания, чтобы ты его подцепил. Оно убило бы тебя так же неотвратимо, как и всех их. Это тебе, мальчик мой, не рыбья кость, застрявшая в большом пальце. Мы сами, стараясь спасти, едва тебя не убили.

- Я не голоден, - настаивал Мэт. Его живот громко заурчал, уличая его во лжи.

- Я с первого взгляда распознала твою натуру, - проговорила Амерлин. - Я сразу поняла, что ты рванёшься прочь, точно перепуганная птица-рыболов, едва заподозришь, что кто-то пытается удержать тебя против воли. Потому-то я и приняла меры предосторожности.

Мэт взирал на обеих женщин с опаской. - Меры предосторожности? - Их ответные взгляды были совершенно невозмутимы. Мэт почувствовал себя так, будто их взоры пришпиливают его к постели.

- Имя твоё и приметы уже разослали стражникам, несущим караул на мостах, - объяснила Амерлин, - и начальникам доков. Силой удерживать тебя в стенах Башни я не стану, но Тар Валон ты не покинешь, пока не поправишься.

Попытаешься укрыться где-нибудь в городе — ну что ж, в конечном итоге голод возвратит тебя обратно сюда, но если и голод не заставит тебя вернуться, мы сами разыщем тебя прежде, чем ты умрёшь от недоедания.

— Почему вы так жаждете удержать меня здесь? - потребовал ответа Мэт. Ему словно послышался голос Селин. <i>Они хотят вас использовать.</i> - Разве вас должно волновать, помру я с голоду или нет? Я сам в состоянии себя прокормить.

Амерлин усмехнулась так, будто его слова её слегка позабавили. - На две серебряные марки и горсточку меди, сын мой? Твоим игральным костям понадобится стать воистину везучими, чтобы купить всю ту еду, что потребуется тебе в ближайшие несколько дней. Мы Исцеляем людей не для того, чтобы они умирали, когда за ними всё ещё требуется уход, и тем самым пускали наши усилия прахом.

И, кроме ухода, тебе, возможно, снова потребуется Исцеление.

— Снова? Вы ведь сказали, что Исцелили меня. Зачем оно может потребоваться мне снова?

- Сын мой, ты носил при себе тот кинжал в течение нескольких месяцев. Я верю, мы извлекли из тебя все следы его до единого но, если мы пропустили хотя бы крохотное пятнышко, оно всё ещё может оказаться для тебя фатальным. Кто знает, какие последствия может иметь столь долгое обладание кинжалом? Пройдёт полгода с этого дня, или год — и тебе, возможно, понадобится, чтобы под рукой была Айз Седай, готовая вновь тебя Исцелить.

- Так вы собираетесь держать меня здесь целый год? - недоумённо воскликнул Мэт. Пристально глядя на него, Лиане переступила с ноги на ногу, однако лицо Амерлин ничуть не утратило своего спокойствия.

— Возможно, и не столь долго, сын мой. Но всё же достаточно долго, чтобы не осталось никаких сомнений. Вероятно, тебе самому того же хочется.

Неужели ты бы отплыл на лодке, не будучи уверен, что она как следует проконопачена, а обшивку не проела гниль?

- Я никогда особо не возился с лодками, - пробормотал Мэт. Всё это могло быть и правдой. Айз Седай никогда не лгут но, мнилось ему, среди её слов слишком уж часто попадались "быть может" да "возможно". - Мать, я ушёл из дому уже очень давно. Мой па и моя матушка, вероятно, уж думают, что я погиб.

— Если хочешь, напиши им письмо, и я прослежу, чтобы оно дошло до Эмондова Луга.

Мэт ждал продолжения, но его не последовало. - Благодарю вас, Мать. - Он выжал из себя смешок. — Вообще-то, я слегка удивлён: отчего это мой па не приехал меня повидать? Уж он-то обязательно должен был приехать. — Мэт не взялся бы это утверждать, но ему почудилось, будто Амерлин помедлила перед тем, как ему ответить.

— Он приезжал. С ним беседовала Лиане.

— Тогда мы не знали, где ты находишься, Мэт, - немедленно подключилась к разговору Хранительница. - Я ему так и сказала, и он отбыл, не дожидаясь, пока снег завалит пути. А чтобы облегчить дорогу домой, я дала ему немного золота.

— Без сомнения, — добавила Амерлин, — он будет рад получить от тебя весточку. И матушка твоя, разумеется, тоже.

Передай мне письмо, когда его напишешь, и я об этом позабочусь.

Итак, они рассказали об этом, но ему сперва пришлось спросить. <i>И они ни словом не обмолвились об отце Ранда. Может, не думали, что меня это интересует, а может потому, что... Чтоб мне сгореть, я не знаю. Кто его знает, что там на уме у Айз Седай?</i>
- Мать, я путешествовал с другом, Рандом ал'Тором. Вы его, конечно же, помните. Не знаете, всё ли с ним в порядке? Держу пари, его па тоже о нём беспокоится.

— Насколько мне известно, — неторопливо отвечала Амерлин, - с мальчиком не случилось ничего страшного, хотя кто его знает? Видела я его лишь однажды, когда повстречала вас в Фал Дара. - Она повернулась к Хранительнице. - Думаю, он смог бы осилить небольшой кусок пирога, Лиане. И что-нибудь, чем промочить горло, раз уж он завёл все эти разговоры. Не проследишь ли, чтобы всё это было ему принесено?

Высокая Айз Седай негромко ответствовала: - Как прикажешь, Мать, — и покинула комнату.

Вновь повернувшись к Мэту, Амерлин улыбалась, однако глаза её источали голубой холод.
— Существуют вещи, говорить о которых для тебя опасно, быть может, даже при Лиане. Язык, хлопающий, как парус, погубил больше людей, чем внезапные шторма.

- Опасно, Мать? - Во рту у Мэта неожиданно стало сухо, но он подавил желание облизать губы. <i>Свет, многое ли ей ведомо о Ранде? Если бы только Морейн не скрывала столь многое.</i> - Но, Мать, мне не известно ничего такого опасного. А из того, что известно, я могу вспомнить едва ли половину.

- Ты помнишь Рог?

— Что за рог, Мать?

Амерлин вскочила на ноги и нависла над Мэтом так быстро, что он еле уловил её движение.
- Станешь играть со мной в эти игры, мой мальчик, и я заставлю тебя плакать и звать на помощь свою мамочку. Ни у меня, ни у тебя на игры нет времени. Теперь отвечай: ты - помнишь?

Вжавшись в одеяло, Мэт проглотил комок в горле и, наконец, выдавил:
- Да, Мать, я помню.

Она, вроде бы, слегка успокоилась, и Мэт судорожно передёрнул плечами. Он чувствовал себя так, будто ему только что позволили убрать голову с плахи.

— Хорошо. Это хорошо, Мэт. — Она вновь присела, медленно, продолжая изучать его взглядом. — Тебе известно, что ты связан с Рогом?
Потрясённый, Мэт безмолвно, одними губами, повторил слово «связан», и Амерлин кивнула. - Я так и думала, что ты не знаешь. Ты был первым, кто вострубил в Рог Валир после того, как он был найден. Для тебя Рог подымет из могилы павших героев. Для любого другого, это всего лишь рог - до тех пор, покуда ты жив.

Мэт глубоко вдохнул.
- Покуда я жив, - повторил он мрачным голосом, и Амерлин кивнула. - Вы могли бы позволить мне умереть. - И вновь она кивнула. - Тогда вы могли передать его кому-то, угодному вам, и Рог бы у него сработал. - И снова кивок. - Кровь и пепел! Вы хотите заставить меня трубить в Рог по вашей указке. В час Последней Битвы заставите меня призвать для вас из могилы героев биться с Тёмным. Кровь и проклятый пепел!

Амерлин оперлась локтем о ручку кресла и положила подбородок на ладонь. Она не сводила глаз с Мэта.

— А ты предпочёл бы другой вариант?

Мэт было нахмурился, но тут он вспомнил, в чём состоит другой вариант. Если кому-то другому понадобится протрубить в Рог...

— Так вы желаете, чтобы я трубил в Рог? Ну, тогда я буду трубить в Рог. Я ведь и не говорил, что не стану трубить в него, верно?

Амерлин раздражённо вздохнула. - Ты напоминаешь мне моего дядюшку Хуана. Никому не удавалось поймать дядюшку на слове. Он, как и ты, любил азартные игры, и гораздо больше предавался развлечениям, нежели трудился. Однако погиб он, вынося детей из горящего дома. Не хотел уходить из здания, пока там хоть кто-то ещё оставался. Похож ли ты на него, Мэт? Придёшь ли ты, когда пламя взметнётся до неба?

Мэт не решался встретиться с ней взглядом: он уставился на собственные пальцы, нервно комкающие одеяло.
- Я не герой.

— Просто делаю то, что должен, но я не герой.

— Большинство из тех людей, кого мы называем героями, лишь делали то, что должны были сделать. Полагаю, этого будет достаточно. До поры, до времени. Ни с кем, кроме меня, не должен ты говорить о Роге, сын мой. И о том, что ты с ним связан.

<i>До поры, до времени?</i> - думал Мэт. <i>Проклятье, но это всё, что тебе светит, что сейчас, что вообще когда-либо. </i>
— Я не собирался трепать треклятым языком каждому встреч... — Амерлин подняла бровь, и Мэт заставил свой голос вновь звучать спокойно. — Не хочу я никому говорить.

Желаю, чтобы никто об этом не знал. А вы почему жаждете удержать это в таком секрете? Не доверяете вашим Айз Седай?

Какое-то время Мэт был уверен, что зашёл слишком далеко. Её лицо окаменело, а взгляд способен был вытёсывать топорища.

- Кабы могла я сделать так, чтобы лишь ты да я знали о том, - холодно сказала она, - я бы сделала. Чем больше людей знают секрет, тем больше делятся этим знанием, пусть даже и с лучшими намерениями. Большинство людей в мире считают, что Рог Валир — это только легенда, а те, кто поосведомлённей, верят, будто Рог ещё предстоит отыскать кому-то из Охотников. Однако в Шайол Гул знают, что Рог уже найден, а это значит, что о находке известно по крайней мере нескольким Друзьям Тьмы. Но им неизвестно, где он сейчас и, да озарит нас Свет, им неведомо, что в него протрубил ты. Неужели ты сам желаешь, чтобы тебя преследовали Приспешники Тёмного? Или Полулюди, или иные Отродья Тени? Им нужен Рог. Знать об этом ты обязан. Рог будет работать для Тени точно так же, как и для Света. Но, чтобы Рог сработал для них, они должны захватить тебя в плен или же убить. Ты хочешь такого риска?

Мэту захотелось вдруг натянуть на себя ещё одно одеяло или, может, перину из гусиного пуха.

Комнате внезапно показалась ему необыкновенно холодной.
- Вы хотите сказать, что Приспешники Тёмного могут явиться за мной и сюда? Я-то думал, Белая Башня способна держать Друзей Тёмного на расстоянии. — Мэт вспомнил слова Селин о Чёрных Айя и ждал теперь, как Амерлин ответит на этот вопрос.

— И это веская причина остаться здесь, не так ли? — Она поднялась, оправляя юбки. — Отдыхай, сын мой.

Скоро твоё самочувствие намного улучшится. Отдыхай.
И она тихо закрыла за собою дверь.

Долгое время Мэт лежал неподвижно, уставившись в потолок. Он едва заметил, как явилась служанка с куском пирога и ещё одним кувшином молока и, уходя, забрала поднос с пустыми блюдами. Желудок его громко заурчал в ответ на тёплый запах яблок и специй, но Мэт не обратил на это внимания. Амерлин полагала, будто она заперла его, точно овечку, в загон. А Селин... <i>Кто же она такая, во имя Света? Чего она хочет?</i> Селин в чём-то оказалась права, однако Амерлин сообщила ему, что желает его использовать, и сказала, как. В общих чертах. Слишком уж много дыр виднелось в том рассказе, что она приготовила для него, слишком много щелей, сквозь которые она могла подложить ему нечто смертельно опасное. У Амерлин имелись на него свои планы, у Селин - какие-то свои, Мэт же ощущал себя канатом, который они перетягивают. Ему подумалось, что лучше ему столкнуться с троллоками, чем очутиться меж двух этих женщин.

Должен же быть какой-то выход из Тар Валона, сквозь который он вырвется из двойной хватки. Стоит только ему оказаться за рекой, и он сумеет ускользнуть из лап и всех Айз Седай, и Селин, и Друзей Тьмы. В этом Мэт был уверен. Выход должен найтись. Всё, что для этого нужно - обдумать своё положение со всех сторон.

Пирог стыл на столе.

.

.

.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/14667/90467

Переводчики: DarkLeopard