Готовый перевод House of Suns / Дом Солнц: 1_03

Перед самым входом в слой облаков корабль Атешги окутал себя барьером, чтобы защититься от атмосферы. Барьер «Дальянса» был хуже. Аэродинамическая сила ощутимо трясла нас. Портулак скривила мордашку и процедила что-то вроде того, что мы должны были спуститься на её корабле. «Серебряные крылья» наблюдали за нашим полётом с орбиты.

Мы спустились за Атешгой на сто километров в облака, затем он выключил сцепление и поплыл в атмосфере, используя пульсацию секвенционального поля. «Дальянс» не был способен выполнять такой трюк уже десять тысяч лет. Я переключился с псевдо- на реальную тягу.

Небо над нами посветлело до цвета бледной лазури, его прорезали лошадиные хвосты тонких перистых облаков. Можно было заметить нежные полумесяцы пары спутников, но колец не было видно. Вздымающиеся грозовые фронты цвета охры пробивали себе путь через горчичный смог, прорехи в котором открывали головокружительные водопады и каньоны из туч на сотни километров вниз.

— Сдаётся мне, Атешга заманивает нас в ловушку, — сказала Портулак.

— Давай посмотрим, что он хочет нам показать.

Атешга повёл нас вниз. «Дальянс» запротестовал против увеличения давления, так как ему приходилось усиливать барьер. Однако он бывал и в худших передрягах, и я не сомневался, что он выдюжит. Портулак опустилась в кресло рядом и пристегнулась, спасаясь от толчков, которые медлительный демпфер «Дальянса» не мог погасить.

Мы прошли сквозь те грозовые фронты цвета охры, и наше вторжение вызвало в них череду электрических штормов. Какое-то время мы летели в монотонном горчичном смоге, казалось, мы стоим на месте. Потом мы вырвались в карман чистого воздуха, слабо освещённый серебряным сиянием солнца, которое проникало сюда через облака.

И тогда мы увидели корабли Атешги.

— Скажи, что это не то, о чём я думаю, пожалуйста, — взмолилась Портулак.

— Если бы я мог.

— У кентавров было больше кораблей.

— Я предупреждал, что нельзя доверять этому человеку, — сказал Менинкс. — С самого начала было ясно, что это не более, чем шарлатан, мусорщик.

Там было двенадцать кораблей.

Каждый корабль висел в нейтрально плавучем барьерном пузыре. Корабли были разного размера, маленькие с «Дальянс», пять-шесть километров в длину, большие с «Серебряные крылья утра», двадцать-тридцать километров. Был даже один узкий корабль длиной пятьдесят километров. По его маскировочным красным и белым пятнам можно было сказать, что это игловой корабль ридимеров. Снаружи он выглядел внушительно, но жить в нём пришлось бы в комнатке объёмом несколько кубометров, так как остальное пространство занимали реактивные двигатели и генераторы поля.

Таким же большим, но намного более впечатляющим был лунный корабль Второй империи — красивая золотая сфера. Пустой внутри, на каждом полюсе отверстие. Он мог вместить город с миллиардом жителей или сокровища тысячи миров. Но лунные корабли были лакомой жертвой для не очень щепетильных в средствах заработка звездоплавателей, и я решил не заглядываться на него.

Самый маленький кораблик Атешги имел вид узкого цилиндра длиной в двадцать две сотни метров. Он был похож на отёсанный кусок мрамора с бирюзовыми прожилками. Унылые очертания и ничем не украшенная оболочка выдавали в нём артефакт маргравинов. Если он был в хорошем состоянии, он мог развивать и прекрасное ускорение, и очень большую крейсерскую скорость. Но, чтобы хотя бы выжить на борту этого корабля (не говоря уже об управлении), мне пришлось бы произвести такую ментальную реконструкцию, которая явно запрещена правилами линии.

Оставшиеся девять кораблей можно было отмести с первого взгляда. Слишком медленный, слишком древний, плохо защищённый, проблемы с запчастями, которые не регенерируются. На секунду я задержался на корабле римраннеров — он был явно быстрее «Дальянса» — но потом заметил предательскую размытость границы плавучего пузыря. Это означало, что генератор барьера на последнем издыхании. Так что нет. Также я отказался от судна Братства Канопуса в форме черепа длиной пятьдесят километров: я вспомнил, что они известны как убийцы своих пассажиров. Тримаран Вечного Содружества понравился мне тем, что был новым, но полевые штанги, связывающие три его фюзеляжа, ограничивали ускорение корабля. Для граждан Вечного Содружества быстрое передвижение не было приоритетом, так как они преданно верили в стабильность своей империи на многие миллионы лет.

На этом, к сожалению, коллекция Атешги закончилась. Двенадцать реликтов, и ни один из них даже близко не походил на то, что мне нужно.

— Не спешите, — сказало изображение Атешги. — Не стесняйтесь осматривать товар перед покупкой. Если вас что-то заинтересовало… Сколько вы планируете потратить?

— Не важно. Я отсюда вижу, что корабли мне не подходят.

— Давайте не будем спешить, путешественник. Мы можем договориться. Вы даже не сказали, к какой цивилизации вы принадлежите, а уже собрались прощаться. — Тут он поднял голову и наклонил в одну сторону, как будто к нему пришла хорошая мысль. — Даже если вам не понравились корабли, разве это мешает вам заказать что-то другое? Например, апгрейд. Купите запасной двигатель или генератор поля, набор пушек или датчиков.

— Которые вы снимете с этой рассыпающейся рухляди?

— Вовсе нет. Склад запчастей находится внутри лунного корабля. Все они превосходного качества. — Он опять сложил руки, слегка наклонившись. Лик смерти сморщился в приветственную гримасу. — Давайте вы скажете, что вы можете продать, и потом мы посмотрим на товар?

Портулак склонилась ко мне и прошептала:
— Мне это не нравится. Ты прилетел купить целый корабль, а не его части. Стоит ли менять планы?

— Посмотрим, что у него есть, — сказал я. — Вдруг из этого что-то выйдет?

— Ну как, путешественник?

— Я не открою астротеку, пока мы не увидим товар, о котором стоит торговаться, — сказал я изображению. — Но я могу описать в общих чертах содержимое. Эпосы Сенсории из Войны Местного Пузыря, такое не валяется у первого встречного. Техническая документация машинного народа. Семь логически непротиворечивых объяснений Отсутствия. Описание моего путешествия к Бдительности и пребывания в пищеварительной системе одного из кураторов. Карта Эмпориев до навязанной миграции. Что-то заинтересовало?

— Определённо да, — произнёс Атешга. — Пожалуйста, следуйте в лунный корабль. — Я не сомневаюсь, что вы найдёте то, что вам нужно. Вы слышали о реликтах Второй империи?

— Немного.

— Тогда вам не стоит упускать эту удачу. Ну же, хотя бы взгляните на эти сокровища.

Корабль Атешги коснулся и погрузился в барьер лунного корабля. На месте соединения двух полей возникло расширяющееся кольцо бело-голубого света. Оказавшись внутри барьера, он заглушил свой двигатель и подплыл к северному полюсу. Покрытая узором обшивка лунного корабля загибалась внутрь полюса. По видимому, этот узор был и на внутренней поверхности. Я не знал. Я никогда не подлетал так близко к лунному кораблю.

Корабль Атешги с трудом пролез в отверстие северного полюса, оставалась щель не более километра. Я беспрепятственно прошёл за ним и остановился прямо возле его плоской кормы. Со всех сторон исходило приятное золотое сияние. Вокруг нас плавало множество разнообразных предметов.

— Ну, что-нибудь уже выбрали? — спросил нас Атешга. — Вон там, слева, висит двигатель от погонщика облаков Кузнеца. Справа броневые модули Сикораксы. Были в употреблении, но всё равно как новенькие.

Я начал что-то говорить — что мне нужно осмотреться, но я обязательно что-то найду. В этот момент его корабль пропал.

— Мне это с самого начала не нравилось, — сказала Портулак.

Изображение Атешги тоже пропало. Мы были одни на мостике. Я приказал «Дальянсу» лететь вперёд, но не вышло. Движение вызвало такую нагрузку, что произошло аварийное отключение двигателя.

— Нас поймали.

— Вижу, — буркнула Портулак.

Я подарил ей нежнейшую из моих улыбок.
— Какие будут предложения, кроме того, что мы бы не попали в эту неприятность, если бы летели на твоём корабле?

— Если линия Горечавки так обращается со своими друзьями, я боюсь представить, что они делают со своими врагами, — провякал доктор Менинкс.

— Что мы делаем с врагами, вам лучше не знать, — сказал я. — Вы оба, держитесь. Я выжму газ до упора.

Двигатель заработал громче, затем ещё громче. Он кричал в наши уши, хотя на самом деле не издавал ни звука даже при максимальной нагрузке. Это были древние записи, передаваемые на мостик. Портулак не очень одобряла эту мелодраматическую особенность, но, думаю, даже она чувствовала некоторое утешение от того, что слышала, что двигатель работает на полную.

Это ничего не дало. Корабль начал трястись, появилось предупреждение, что двигатель сейчас выскочит из корпуса корабля.

Я приказал кораблю прекратить попытки. Гул двигателя стих сначала до мурлыканья, затем до угнетающей тишины.

После длительной паузы я проговорил:
— Атешга, ты меня слушаешь?

— Он не будет отвечать, — сказала Портулак. — Он именно этого и хотел: заграбастать твой корабль со всеми его потрохами.

— Я требую, чтобы вы применили оружие, — сказал Менинкс.

Портулак повернулась к нему.
— Нас держит силовое поле внутри лунного корабля. Вы бы сначала хоть немного подумали, к чему приведёт использование оружия в такой ситуации.

Аватар ничего не ответил, но посмотрел на неё с грозным недовольством, как будто она была виновата в том, что нельзя использовать оружие.

— Не против, если я переговорю с ним? — спросила Портулак.

— Пожалуйста, если ты считаешь, что тебе он ответит.

Она подтянула к себе консоль и начала: «Атешга, это Портулак, капитан корабля «Серебряные крылья утра». Надеюсь, ты слушаешь меня, потому что то, что я собираюсь сказать, очень важно. Я подозревала тебя с того момента, как ты показался над планетой. Эти подозрения заставили меня отдать приказ моему кораблю до того, как Лихнис завёл нас в этот капкан. Если мой корабль не получит вестей от меня через некоторый промежуток времени, точное значение которого тебе знать не обязательно, он покинет эту солнечную систему с аварийным ускорением».

Я смотрел на неё, надеясь, что она говорит правду. В общем-то, я не сомневался в Портулак.

«Я забыла упомянуть о другом приказе, — продолжала она. — Мой корабль начнёт передавать сообщение в приватную сеть линии Горечавки. Да, я и Лихнис — шаттерлинги. Ты об этом не подумал, не так ли? Если бы подумал, то не спрашивал бы у нас, к какой цивилизации мы принадлежим».

Атешга объявился буквально через секунду.
— Кто угодно может выдавать себя за шаттерлинга.

— Только я не кто угодно, а Горечавка. Тебе надо было быть внимательнее, Атешга. Ты увидел два корабля и подумал, что мы не можем быть шаттерлингами, потому что шаттерлинги всегда путешествуют в одиночку. В большинстве случаев так и есть. Но мы с Лихнисом не твои стереотипные шаттерлинги, мы любовники. По этой причине мы путешествуем вместе, и по этой же причине ты влип в крупную неприятность.

— Вы пока ещё не доказали, что вы Горечавки.

— Я собираюсь. А пока что подумай, во что выльется вражда с нами. Может, нас и не тысяча, но не меньше восьмисот восьмидесяти, не считая нас двоих. Не стоит делать нас своими врагами. Мы ведь не только знаем, где находится твоя планетная система, но и имеем самое мощное оружие из когда-либо изобретённых.

— Только ребёнок боится угроз, не подкреплённых доказательствами.

— Да-да, поэтому наша линия позаботилась, чтобы каждый из нас мог подтвердить свою личность. Из астротеки Лихниса я узнала, что всего несколько сотен тысяч лет назад здесь побывала другой шаттерлинг. Её звали Мимулюс. Она подтвердила свою личность с помощью пароля, оставленного предыдущим членом линии. Перед отлётом она оставила другой пароль, придуманный ею, который она потом зарегистрировала в нашей частной сети. Поскольку после неё ни один шаттерлинг здесь не бывал, пароль должен быть тем же. — Портулак глубоко вздохнула, как на сцене. — Пароль — <emphasis>«пассакалья»</emphasis>.

Настала тишина. Лицо существа в мантии было непроницаемым. На самом деле это была лишь личина, которую он выбрал, чтобы заманить нас в капкан. Возможно, настоящий он был похож на передаваемое изображение, возможно, он был организмом размером с город, парящим над океаном жидкого водорода под облаками.

— Вы могли выведать пароль, — сказал он. — Например, вы поймали и допросили представителя линии Горечавки или взломали их сеть.

— Мы можем оказаться теми, за кого себя выдаём, — ответила Портулак.

Тень сомнения скользнула по лицу Атешги.
— Пожалуй, у нас вышло недоразумение.

— Нет, это выходит за рамки недоразумения. Но мне интересно, что ты теперь будешь делать?

«Дальянс» слегка накренился, потому что поле ослабило свою хватку. Я осторожно включил двигатель, всё ещё не веря, что мы свободны, потом вылетел через южный полюс лунного корабля в вакуумный пузырь, который окружал этот гигантский корабль. Перед тем, как скользнуть в пюреобразную атмосферу планеты-гиганта, я включил собственный барьер.

— Мы ждём, — сказала Портулак.

— Предлагаю замять конфликт щедрой скидкой.

— Скидки мало. Если ты подаришь нам корабль, пожалуй, это немного приблизит нас к примирению.

— Но ведь там нет… — начал я.

Портулак шикнула на меня.
— После этого мы поговорим о людях, о пассажирах и о командах тех кораблей.

— О людях? — медленно переспросил Атешга.

— Я тебя предупреждаю. Если я только заподозрю, что ты что-то скрываешь от нас, я прикажу своему кораблю немедленно доложить линии о ситуации.

Он поспешно улыбнулся.
— Я просто хотел уточнить, шаттерлинг.

— Тогда будем говорить начистоту. В кораблях, разумеется, были люди. Может быть, ты их убил, но я думаю, что ты держишь их живыми или в забытьи. Это тебе ничего не стоит, и может представиться случай продать их. Любая цивилизация отвалит кучу денег за разум, набитый древней информацией.

— Сколько их всего? — спросил я.

— Я хорошо о них заботился, — сказал Атешга.

— Мы хотим убедиться в этом своими глазами, — отрезала Портулак. — Показывай всех, какие у тебя есть.

— На это понадобится время.

— А мы не спешим. Когда закончишь с людьми, можно обсудить другие корабли.

— Какие корабли?

— Что я только что сказала о том, чтобы ты ничего не скрывал от меня?

— Ах да. Другие корабли. Я сам собирался сказать.

Я сказал шёпотом: «Что за корабли?»

Портулак прошипела мне: «Подожди и увидишь».

Портулак угадала: ждали мы долго. Но я не думаю, что Атешга специально тянул время. Он хранил людей по одному, по двое, по трое и большими группами. Каждый кластер людей, независимо от того, содержал он одного или сотню, был заключён в бронированную оболочку с независимым источником питания, оборудованием для забытья и небольшим генератором барьера, недостаточным, чтобы проглотить корабль, но подходящим для капсулы.

Атешга вывел капсулы из недр лунного корабля. В атмосфере планеты они блестели, как рой стеклянных шариков. Внутри каждой капсулы был брелок своего цвета и формы. Некоторые были очень древними, иногда даже форма была мне незнакомой.

Мне вспомнились игрушечные стеклянные шарики из детской комнаты в нашем семейном доме в Золотом Часе.

— Есть кто-нибудь из линии? — спросил я.

— Из линии Горечавки, благородный шаттерлинг? Насколько мне известно, нет.

— Из других линий? Кто ещё попал в твои лапы?

— Кажется, среди них есть представители линий Канцлера, Тремейна, Парисона и Зориллы, хотя, конечно, я не гарантирую их происхождения.

Я вздрогнул, поняв, какой поразительный приз идёт ко мне в руки. Освобождение членов других линий — шаттерлингов, которых считали стёршимися, — повысит престиж Горечавок во много раз.

— Всех членов линий, и тех, кто похож на членов линий, пригони к моему кораблю. Места хватит, если генераторы барьера выключаться тогда, когда они окажутся в пузыре моего корабля.

— А остальные? — вмешалась Портулак. — К чему относятся? Планетарные цивилизации? Пропавшие звездолётчики из текучки, полагаю?

— В основном да, — сказал Атешга нерешительно, как будто опасаясь чего-то.

— Вот что ты сделаешь, — сказал я. — Возьми любой корабль, который вместит всех спящих, сложи их внутри, поставь оборудование, которое будет поддерживать забытьё. Запрограммируй корабль так, чтобы он останавливался в системах, где они могли бы жить. Потом запустишь корабль, а мы за ним проследим.

— Конечно, конечно, — ответил Атешга, как будто он и сам об этом думал.

— Теперь покажи другие корабли, — добавил я.

Портулак подняла палец.
— Погоди. О ком ты забыл сказать, Атешга? Если отнять линии и текучку, кто остаётся? И помни, что будет, если ты утаишь от нас даже мелочь.

Голос Атешги выдавал, как не хотелось ему говорить:
— Есть один. Я уже давно его храню.

— Мы слушаем.

— Он зовётся Геспер. Эмиссар машинного народа.

Я покачал головой от изумления.
— Ты взял в плен кого-то из машинного народа и до сих пор жив? — сказал я.

— Это случилось по ошибке. Он путешествовал в биологическом облике, чтобы не вызывать подозрений. Если бы я знал, кто он такой на самом деле, я бы даже не пытался его задержать. Дураку ясно, что, раскрыв свои карты, я не мог дать Гесперу вернуться домой.

— Ты боишься машинного народа больше, чем линий, — сказала Портулак, — и правильно делаешь. Я не советую злить нас, а уж машинный народ… Об этом страшно подумать.

— Ты играл с огнём, — заключил я. — Отдай нам Геспера, пока ты ещё жив.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/14927/109306

Переводчики: beroal