Готовый перевод RICHARD DAWKINS --The Ancestor's Tale / РИЧАРД ДОКИНЗ -- Рассказ Предка: ERGASTS / РАБОТЯЩИЕ

РАБОТЯЩИЕ.

Двигаясь вглубь времен в поисках предков, мы останавливаемся снова на отметке 1 миллион лет.

Единственный подходящий кандидат этого возраста относится к типу, обычно называемому Homo erertus, хотя некоторые назовут тех из них, что жили в Африке, Homo ergaster, и я последую за ними.

В поисках англиканизма для этих существ, я назову их Работящими, а не Прямоходящими, частично из-за того, что я думаю, большинство наших генов имеют истоки в этой африканской форме, и частично в силу того, что, как я уже упоминал, они были не более прямоходящими, чем их предки (Homo habilis) и потомки (мы).

Какое бы имя мы не предпочли, тип Работящий сохранялся примерно от 1.8 миллиона лет назад примерно до 1 миллиона лет назад.

Они широко признаны как непосредственные предшественники, и частично современники, Архаичных, кто в свою очередь предшествовал нам, Современным.

Работящие были заметно другими по сравнению с современным Homo sapiens, и, в отличие от Archaic sapiens, в некоторых аспектах они отличались от нас без совпадений.

Ископаемые находки показывают, что они жили на Ближнем и Дальнем Востоке, включая Яву, и представляли древнюю миграцию из Африки.

Вы, вероятно, слышали о них под их старыми именами Яванского человека и Пекинского человека.

На латыни, перед тем, как они были приняты в группу Homo, они имели родовые имена Pithecanthropus и Sinanthropus.

Они ходили на двух ногах как и мы, но имели меньший объем мозга (900 см3 в ранних образцах до 1100 см3 в поздних), размещенного в более низкий, менее сводчатый и более покатый череп, чем наш, и у них были отставленные назад подбородки.

Их выступающие надбровные дуги создавали выраженный горизонтальный выступ над глазами, расставленными на широких лицах, с сужением черепа позади глаз.

Волосы не сохраняются, поэтому нет точного момента в нашей истории, чтобы обсудить очевидный факт, что в некий момент нашей эволюции мы потеряли волосы на теле, за шикарным исключением верхушек наших голов.

Весьма возможно, Работящие были более волосатыми, чем мы, но нельзя исключить возможности, что они уже потеряли волосы 1 млн. лет в назад.

Они могли быть столь же голыми, как мы.

В равной степени никто не должен жаловаться на художественно воссозданный образ, столь же волосатый, как шимпанзе, или с любым другим промежуточным уровнем косматости.

Современные люди, по крайней мере мужчины, остаются довольно изменчивыми в количестве волос.

Волосатость - это одна из черт, которая может увеличиваться или уменьшаться в ходе эволюции снова и снова.

Рудиментарные волосы, с их клеточными поддерживающими структурами, таятся даже в самой гладко выглядящей коже, готовые эволюционировать в целую шубу из густых волос по первому требованию или снова исчезнуть, как только естественный отбор отзовет их со службы.

Посмотрите на шерстистого мамонта и шерстистого носорога, которые быстро эволюционировали в ответ на недавние ледниковые периоды в Евразии.

Мы вернемся к эволюционной потере волос человеком, как это ни странно, в "Рассказе Павлина".

Едва уловимые свидетельства регулярного использовавшихся кострищ предполагают, что, по крайней мере, некоторые группы Работящих открыли огонь - историческое событие при взгляде в ретроспективе.

Свидетельства не столь надежны, как мы могли бы надеяться.

Почернение от сажи и угля не сохраняется столь долгое время, но костры оставляют более стойкие следы.

Современные экспериментаторы систематически конструировали различные виды костров и затем изучали их.

Выяснилось, что сознательно построенные походные костры намагничивают почву особым образом, что отличает их от лесных пожаров и от сгоревших пней деревьев – я не знаю почему.

Но такие признаки свидетельствуют о том, что Работящие и в Африке и в Азии строили лагерные костры около 1.5 млн. лет назад.

Это не обязательно должно означать, что они знали, как разжечь огонь.

Они могли начать с завладения и поддержания естественно возникшего огня, кормя и охраняя его, как некоторые заботятся о домашнем животном тамагочи.

Возможно, прежде чем начать готовить пищу, они использовали костры для отпугивания опасных животных и обеспечения света, тепла и общественного места сбора.

Работящие также обрабатывали и использовали каменные орудия, а также предположительно деревянные и костяные.

Никто не знает, могли ли они говорить, и свидетельства об этом трудно отыскать.

Вы, вероятно, думаете, "трудно отыскать" - это мягко сказано, но мы уже достигли пункта в нашем путешествии в прошлое, когда ископаемые начинают говорить.

Так же, как стояночные костры оставляют следы в почве, необходимость говорить вызывает крошечные изменения в скелете: не столь радикальные, как полая костяная коробка в горле, усиливающая громоподобный голос обезьяны-ревуна южноамериканских лесов, но все же заметные признаки, которые можно было бы надеяться обнаружить у некоторых ископаемых.

К несчастью, уже обнаруженные следы не достаточно красноречивы, чтобы однозначно решить вопрос, и он остается спорным.

Есть два участка мозга современного человека, которые, похоже, сопряжены с речью.

На каком этапе нашей истории увеличились эти участки – область Брока и Область Вернике? Самым приемлемым подходом к мозгам ископаемых являются эндокасты, которые будут описаны в "Рассказе Работящего".

К несчастью, линии, разделяющие разные области мозга, четко не фоссилизируются, но некоторые эксперты считают, что можно утверждать, что речевые области мозга увеличились еще два миллиона лет назад.

Те, кто хотят верить, что Работящие обладали способностью говорить, обнадеживаются этими свидетельствами.

Их огорчает, однако, когда они переходят ниже по скелету.

Наиболее полным скелетом Homo ergaster, который мы знаем, является Турканский Мальчик, умерший около озера Туркана в Кении около 1 млн. лет назад.

Его ребра и малый размер отверстий в позвонках, через которые проходят нервы, предполагает, что он не обладал хорошим контролем над дыханием, что, кажется, связано с речью.

Другие ученые, исследовавшие низ его черепа, заключили, что даже неандертальцы всего 60000 лет назад не были говорящими.

Свидетельство заключается в том, что форма их гортани не позволила бы им издавать полный спектр гласных, которые используем мы.

С другой стороны, как отметил лингвист и эволюционный психолог Стивен Пинкер, "Ызык с мылынкым кылычиствым глысных мыжыт ыстывытьсы впылны вырызитыльным".

Если письменный иврит может быть понятным без гласных, я не вижу причин, почему таким не мог быть разговорный неандертальский или даже эргастерский.

Южноафриканский антрополог-ветеран Филип Тобиас (Philip Tobias) подозревает, что язык мог предшествовать даже Homo ergaster, и он вполне может оказаться прав.

Как мы видели, другие придерживаются крайне противоположных взглядов, датируя происхождение языка Великим Скачком, всего несколькими десятками тысяч лет назад.

Это, может быть одним из тех споров, которые никогда не будут разрешены.

Все рассмотрения зарождения человеческой речи начинаются цитированием Парижского Лингвистического Общества, которое в 1866 году запретило обсуждение этого вопроса, так как посчитало его не имеющим ответа и бесполезным.

Вероятно, на него трудно ответить, но он не относится к тем, которые в принципе не имеют ответа, как некоторые философские вопросы.

Там, где дело касается научной изобретательности, я - оптимист.

Так же, как дрейф материков сейчас установлен вне всяких сомнений, со многими нитями убедительных доказательств, и так же, как по «отпечаткам пальцев» ДНК можно установить точный источник пятна крови с уверенностью, о которой судебные эксперты могли когда-то только мечтать, я сдержанно ожидаю, что ученые однажды найдут какой-нибудь изящный метод установления времени, когда наши предки заговорили.

Даже я, тем не менее, не надеюсь на то, что мы когда-либо узнаем, что они говорили друг другу или на каком языке.

Началось ли это с отдельных слов без грамматики - эквивалента детского лепета? Или грамматика проявилась рано и внезапно, что вероятно и даже не глупо? Может быть, способность к грамматике была уже глубоко в мозгу и использовалась для чего-то еще, вроде мысленного планирования.

Возможно ли, что грамматика, по крайней мере, применительно к общению, была внезапным изобретением гения? Я сомневаюсь в этом, но в этой области я не стану исключать что-либо с уверенностью.

Как шажок к определению даты возникновения языка, появилось несколько многообещающих свидетельств.

Семейство под кодовым именем КЕ страдает от странного наследственного дефекта.

Приблизительно из 30 членов семьи, представляющих более чем три поколения, около половины нормальны, но пятнадцать показывают любопытное лингвистическое заболевание, которое, кажется, затрагивает и речь, и понимание.

Оно называется вербальной диспраксией и впервые проявляет себя в детстве как неспособность к разборчивой артикуляции.

Другие авторитетные источники считают, что причина кроется в "слепоте к деталям", подразумевая неспособность схватывать определенные грамматические особенности, такие как род, время и число.

Ясно то, что ненормальность является генетической.

У людей она либо есть, либо ее нет, и это связано с мутацией важного гена под названием FOXP2, который у остальных из нас имеется в немутировавшей форме.

Как и для большинства наших генов, своя версия FOXP2 присутствует у мышей и других видов, и, вероятно, делает разные вещи в мозгу и где-нибудь еще.

Опыт семьи КЕ показывает, что у человека FOXP2 важен в развитии некоторых частей мозга, задействованных в речи.

Итак, мы, естественно, хотели бы сравнить человеческий FOXP2 с таким же геном у животных, лишенных речи.

Можно сравнить гены, либо глядя на последовательности самой ДНК, либо на последовательность аминокислот в белках, которые они кодируют.

В некоторых случаях обнаруживаются различия и это - один из них.

FOXP2 кодирует белковую цепочку длиной 715 аминокислот.

Мышиная версия и версия шимпанзе различны только в одной аминокислоте.

Человеческая версия отличается от обеих двумя дополнительными аминокислотами.

Понимаете, что это может значить? Хотя люди и шимпанзе разделяют большую часть их эволюции и их генов, ген FOXP2 - это одно из мест, где люди, кажется, эволюционировали быстро за короткое время раскола между ними.

И один из наиболее важных аспектов в наших с шимпанзе различиях, что у нас есть язык, а у них - нет.

Ген, который изменился где-то на пути к нам, но после отделения от шимпанзе, относится к тому виду генов, которые мы должны искать, пытаясь понять эволюцию языка.

И именно этот ген мутировал в злополучной семье КЕ.

Возможно, именно изменение в F0XP2 сделало людей, в противоположность шимпанзе, способными к языку.

Имели ли Работящие мутировавший ген FOXP2?
Не замечательно ли было бы, если бы мы могли использовать эту генетическую гипотезу для датирования происхождения речи у наших предков? Хотя мы не можем сделать этого с уверенностью, но мы можем сделать кое-что весьма значительное в этом направлении.

Очевидным подходом была бы триангуляция назад среди разных вариантов современных людей в попытках вычислить возраст гена F0XP2.

Но, за исключением редких горемык, таких как члены семьи KE, нет никакого различия среди людей ни в одной из аминокислот F0XP2.

Нет достаточного количества вариаций для триангуляции.

К счастью, есть другие части гена, которые никогда не транслируются в белок и которые поэтому могут мутировать без "внимания" со стороны естественного отбора: это "молчащие" буквы кода, в тех частях гена, что никогда не транскрибируются и называются интронами (в противоположность экзонами, которые экспрессируются и поэтому видны для естественного отбора).

Молчащие буквы, в противоположность экспрессируемым, весьма вариативны среди отдельных людей, и также между людьми и шимпанзе.

Мы можем получить представление об эволюции гена, если посмотрим на картину вариаций в молчащих участках.

Хотя молчащие буквы сами по себе и не подвержены естественному отбору, они могут быть подхвачены отбором соседних экзонов.

Даже лучше, математический анализ картины вариаций молчащих интронов дает хороший указатель о том, когда он был подхвачен естественным отбором.

И ответ для FOXP2 - менее чем 200 тысяч лет назад.

Изменение человеческой формы FOXP2, отобранное естественным отбором, кажется, примерно совпадает с изменением от Архаичного Homo sapiens к анатомически современному Homo sapiens.

Возможно ли, что тогда родился язык? Пределы погрешности для такого рода расчетов широки, но это изощренное генетическое свидетельство можно считать голосом против теории, что Homo ergaster могли говорить.

Что еще более важно для меня, неожиданный новый метод, укрепляющий мой оптимизм, что однажды наука откроет способ опровергнуть пессимистов Парижского Лингвистического Общества.

Homo ergaster - это первый ископаемый предок, которого мы встретили в нашем паломничестве, кто недвусмысленно принадлежит к отличному от нас виду.

Теперь мы готовы отправиться в ту часть путешествия, в которой ископаемые представляют наиболее важные свидетельства, и они будут становиться все значимее - хотя никогда не смогут сокрушить молекулярные свидетельства - пока мы не достигнем очень древних времен, и соответствующие ископаемые начнут иссякать.

Это хороший момент, чтобы более подробно взглянуть на ископаемые и то, как они формируются.

Работящий расскажет эту историю.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/15220/50154

Переводчики: Dawkinsian, cosinus