Готовый перевод A DANCE WITH DRAGONS / ТАНЕЦ С ДРАКОНАМИ: REEK

ВОНЮЧКА

Сначала он услышал девочек, сопровождаемые лаем, они мчались домой. Дробь копыт, эхом отдававшаяся от каменных плит, заставила его вскочить на ноги, громыхая оковами. Цепь, что сковывала его лодыжки, была не более фута длиной и делала его шаги короткими, шаркающими. Быстро передвигаться таким образом было трудно, но он старался как мог, вскакивая с лязгом со своей соломенной постели. Рамси Болтон вернулся и захочет, чтобы его Вонючка был под рукой, готовый служить ему.

Снаружи, под холодным осенним небом, охотники проезжали сквозь ворота. Впереди ехал Бен Кости, девочки, лая, бежали рядом. За ними ехали Живодер, Кислый Алин и Деймон Станцуй-для-меня со своим длинным засаленным хлыстом. Затем Уолдеры, каждый верхом на сером жеребенке, подаренном леди Дастин. Сам его светлость сидел в седле Кровавого, красного жеребца с нравом под стать нраву хозяина. Он смеялся. Вонючка знал, что это могло быть и очень хорошим знаком, и очень плохим.

Почуяв его запах, собаки были на нем прежде, чем он смог найти ответ на этот вопрос. Собаки любили Вонючку, чаще всего он спал среди них, и иногда Бен Кости позволял ему разделить с ними их ужин. Промчавшись по брусчатке, свора окружила его. Лая, собаки подпрыгивали, пытаясь лизнуть его немытое лицо, и покусывали за ноги. Хелисент, схватив зубами его левую руку, трепала ее так яростно, что Вонючка испугался, как бы ни потерять еще два пальца. Красная Джейне обрушилась ему на грудь и сбила с ног. Она была поджарой и мускулистой, тогда как Вонючка был слабым, поседевшим заморышем с серой кожей и хрупкими костями.

Охотники спешивались, пока он, отпихнув Красную Джейне в сторону, сражался со своими коленями. Две дюжины всадников уехали, и две дюжины вернулись, это значит, что поиски оказались неудачными. Это плохо. Рамси не любил вкус неудачи. Он захочет сделать кому-нибудь больно.

С недавних пор его лорду приходилось сдерживать себя, так как Курган был полон нужных дому Болтонов людей, и Рамси знал, что должен быть осторожнее рядом с Дастинами, Рисвеллами и сопровождающими их лордиками. С ними он всегда был учтив и с улыбкой на лице. За закрытыми дверями он был совсем другим.

Наряд Рамси Болтон соответствовал титулу лорда Рогового леса и наследника Дредфорда. На нем была накидка из волчьего меха, чтобы защитить от осенней прохлады, скрепленная на правом плече желтыми волчьими клыками. Но одном бедре висел короткий меч, с толстым и тяжелым, как у ножа мясника, лезвием, на другом – длинный кинжал и маленький кривой нож для свежевания с крюком на конце и острым как бритва лезвием. У всех трех клинков были подходящие рукоятки из желтой кости.
– Вонючка, – позвал его светлость, сидя в высоком седле Кровавого, – ты смердишь. Твою вонь чуешь за целый ярд от тебя.

- Я знаю, милорд, - должен был ответить Вонючка. - Я прошу вашего прощения.

- Я принес тебе подарок, - Рамси повернулся, потянулся за себя, вытащил что-то из-под седла и швырнул. - Лови.

В цепях, ножных кандалах и с отсутствующими пальцами, Вонючка был более неуклюж, чем до того, как выучил свое имя. Голова ударилась об его искалеченные руки, отскочила от обрубков его пальцев и приземлилась у его ног. Из нее посыпались личинки. Она была залита высохшей кровью до неузнаваемости.

- Я приказал тебе поймать ее, - сказал Рамси. - Подними ее.

Вонючка попытался поднять ее за ухо. Неудачно. Плоть была зеленая и разложившаяся и ухо оторвалось в его пальцах. Малый Уолдер заржал и через минуту все остальные тоже засмеялись.
- О, оставь его, - сказал Рамси. - Присмотри за Кровавым. Я загнал скотину.

- Да, милорд. Я присмотрю, - Вонючка поспешил к лошади, оставив отрезанную голову собакам.
- Ты сегодня смердишь как поросячье дерьмо, Вонючка, - сказал Рамси.

- Для него это совершенствование, - ответил Дэймон-Танцуй-для-Меня, ухмыляясь пока наматывал свой хлыст.

Малый Уолдер склонился с седла:
- Вонючка, ты можешь присмотреть за моей лошадью тоже. И за лошадью моего маленького кузена.

- Я могу присмотреть за свой собственной лошадью, - сказал Большой Уолдер.
Малый Уолдер стал лучшим приятелем Лорда Рамси и c каждым днем становился все более на него похож, однако меньший Фрей был другой натуры и редко принимал участие в забавах и зверствах своего кузена.

Вонючка не обращал внимания на оруженосцев. Он повел Кровавого в конюшни, отпрыгнув в сторону, когда жеребец пытался лягнуть его. Охотники пошагали в здание, все кроме Бэна Боунса, который матерился на собак, пытаясь разнять их драку за отрубленную голову.

Большой Уолдер последовал в конюшни, ведя своего собственного коня. Вонючка незаметно следил за ним, пока снимал удила с Кровавого.
- Кем он был, - спросил он тихо, так чтобы другие конюхи не услышали.

- Никем, - Большой Уолдер снял седло со своего коня. - Стариком, которого мы встретили на дороге, это всё. Он вел старую козу и четверых козлят.

- Его Светлость обезглавил его из-за коз?

- Его Светлость обезглавил его за то, что он назвал его Лорд Сноу. Однако козы были хороши. Мы выдоили мать и поджарили козлят.

Лорд Сноу. Вонючка покосился, его цепи звенели пока он справлялся с ремешками на седле Кровавого. Как его не назови, Рамси не тот человек, с которым стоит быть рядом, когда он в гневе. Или когда он не в гневе.
- Вы нашли своих родственников, милорд?

- Нет. У меня и мысли не было, что мы сможем это сделать. Они мертвы. Лорд Виман убил их. Это то, что я бы сделал на его месте.

Вонючка ничего не сказал. Некоторые вещи говорить небезопасно, даже в конюшнях, когда его светлость в замке. Одно неверное слово могло стоить ему еще одного пальца на ноге, или на руке. Однако все-таки не моего языка. Он никогда не заберет мой язык. Он любит слышать мои мольбы о пощаде от мучений. Он любит заставлять меня говорить это.

Наездники были на охоте шестнадцать дней, только с черствым хлебом и засоленной говядиной в качестве пищи, помимо случайно захваченного козленка, поэтому в эту ночь Лорд Рамси приказал подготовить пир в честь их возвращения в Барроутон (?). Его хозяин, седой однорукий мелкий лорд по имени Харвуд Крепкий, понимал, что лучше не отказывать, хотя к настоящему времени его кладовые должно быть сильно истощились. Вонючка слышал, как прислуга ворчала на то, что бастард и его люди ели зимние запасы.
- Говорят, он разделит постель с маленькой девочкой Лорда Эддарда, - жаловалась кухарка, когда не думала, что Вонючка слушает. - Но мы единственные кому достанется, когда придут снега, помяните мои слова.

Все же Лорд Рамси назначил пир, поэтому они должны подготовить пир. Длинные столы были выставлены в зале, бык был забит и в ту ночь, после захода солнца, охотники без добычи ели жаркое и ребрышки, ячменный хлеб, пюре из моркови и бобов, запивая это непомерным количеством пива.

Малому Уолдеру выпало следить за тем, чтобы кубок Лорда Рамси был полон, пока Большой Уолдер наливал другим за столом для почетных гостей. Вонючка был прикован у дверей, чтобы его запах не перебил им аппетит. Он сможет поесть позже, любые объедки, которые Лорд Рамси вздумает прислать ему. Однако собаки резвились в зале, устроив лучшее ночное развлечение, когда Мод и Серая Джейне сцепились с одной из гончих Лорда Стоута из-за особенно мясистой кости, которую Уилл Короткий швырнул им. Вонючка был единственным в зале, кто не наблюдал за боем трех собак. Он не отводил глаз от Рамси Болтона.

Драка не прекратилась пока собака хозяина замка не была мертва. Старая гончая Стоута не имела ни единого шанса. Она была одна против двух, а суки Рамси были молоды, сильны и жестоки. Бэн Боунс, любивший собак больше чем их хозяина, сказал Вонючке, что они все названы в честь крестьянских девушек, которых Рамси поймал, изнасиловал и убил, когда еще был бастардом, держащим первого Вонючку.
- Одни в честь тех, кто позабавил его каким-то образом. Те кто плакал и умолял, не бежал, не возвращались назад в качестве сук.
Вонючка не сомневался, что следующий приплод, который принесет Дредфорская псарня, будет включать Киру.
- Он натренирует их убивать волков, - сообщил по секрету Бэн Боунс.
Вонючка ничего не сказал. Он знал каких волков подразумевалось убьют девочки, но он не желал видеть как девочки будут драться из-за его отрезанного пальца ноги.

Двое слуг унесли тушу мертвой собаки, а старая женщина принесла швабру, щетку и ведро, чтобы справиться с пропитанными кровью подстилками, как вдруг двери зала распахнулись от порыва ветра и дюжина мужчин в серых кольчугах и железных полушлемах прошли во внутрь, растолкав побледневших молодых охранников Стоута в их кожанных латах и золотисто-красно-коричневых плащах. Внезапная тишина охватила гуляющих...всех, кроме Лорда Рамси, который отшвырнул в сторону обглоданную кость, вытер свой рот о рукав, улыбнулся заискивающей пьяной улыбкой и сказал:
- Отец.

Лорд Дредфорта лениво посмотрел на остатки ужина, на мертвую собаку, на драпировку стен, на Вонючку в его цепях и кандалах:
- Вон, - приказал он присутствующим, голосом слабым как шепот. - Сейчас же. Все.

Люди Лорда Рамси вылезли из-за столов, оставив кубки и подносы. Бэн Боунс позвал девочек и они порысили за ним, некоторые все-еще с костями в пасти. Харвуд Стоут сухо поклонился и оставил зал без единого слова.
- Отцепи Вонючку и забери с собой, - громко прорычал Рамси Кислому Алину, однако его отец помахал бледной рукой и сказал:
-Нет, оставь его.

Даже собственная охрана Лорда Русе удалилась, закрыв за собой двери. Когда эхо затихло, Вонючка обнаружил себя единственным в зале с двумя Болтонами, отцом и сыном.

- Ты не нашел наших исчезнувших Фреев.
Тон, с которым Русе Болтон сказал это, был больше похож на утверждение, чем на вопрос

- Мы вернулись назад к тому месту, где как утверждал Лорд Лампрей, они разделились, но девочки не нашли след.

- Вы справлялись о них в поселках и на переправах.

- Лишняя трата слов. Крестьяне, кроме того, слепы ко всему, что они когда-либо видели, - пожал плечами Рамси. - Это имеет значение? Мир не будет скучать из-за нескольких Фреев. Их еще полно к югу в Близнецах, если они нам понадобятся.

Лорд Русе отломил небольшой кусочек хлебной корки и съел его.
- Хостин и Эйнис подавлены.

- Пусть отправятся на поиски, если хотят.

- Лорд Виман винит себя. Послушать его, так он особенно привязался к Рейегару.

Лорд Рамси разгневался. Вонючка мог видеть это по его рту, искривившимся толстым губам, по вздувшимся на шее венам.
- Дураки, они должны были остаться с Мандерли.

Русе Болтон пожал плечами.
- Носилки лорда Вимана движутся со скоростью улитки... и, конечно, здоровье и объемы его светлости не позволяют ему путешествовать больше нескольких часов в день с частыми остановками для приема пищи. Фреям не терпелось добраться до Города-на-Кургане и воссоединиться с родственниками. Будешь ли ты винить их за то, что они ускакали вперед?

- Если именно это они сделали. Ты веришь Мандерли?

Бледные глаза его отца сверкнули.
- У тебя создалось такое впечатление? Тем не менее. Его светлость был в смятении.

- Не настолько в смятении, чтобы отказаться от еды. Лорд Свинья, должно быть, привез с собой половину запасов Белой Гавани.

- Сорок повозок, полных съестного. Бочки с обычным и пряным вином, бочонки со свежевыловленными миногами, стадо коз, сотня свиней, ящики с крабами и устрицами, огромная треска... Лорд Виман любит поесть. Возможно, ты заметил.

- Что я заметил так это то, что он не доставил заложников.

- Я также это заметил.

- И что вы думаете делать по этому поводу?

- Положение затруднительное, - лорд Русе нашел пустую кружку, вытер ее о скатерть и наполнил из кувшина. - Похоже, Мандерли - не единственные, кто устраивают пиры.

- Это ты должен был бы устроить пир в честь моего возвращения, - посетовал Рамси. - И в зале Кургана, а не в этом вонючем замке.

- Курган Холл и его кухни не в моём распоряжении", сказал отец мягко. - Я здесь всего лишь гость . Замок и город принадлежат Леди Дастин, и она терпеть тебя не может.

Лицо Ремси потемнело. - Стала бы она терпеть меня если бы я отрезал ей груди и скормил их моим девочкам? Будет ли она выносить меня, если я сдеру с нее кожу , чтобы сделать себе сапоги?

- Вряд ли. И эти сапоги дорого тебе обойдутся. Они будут стоить нам Города-на-Кургане, дома Дастинов и Рисвеллов. - Русе Болтон сел за стол напротив сына. - Барбри Дастин - младшая сестра моей второй жены, дочь Родрика Рисвелла, сестра Роджера, Рикарда и моего тезки Русе, кузина остальных Рисвеллов. Ей нравился мой умерший сын и она подозревает, что ты поучаствовал в его кончине. Леди Барбри - женщина, которая знает, как лелеять обиды. Будь благодарен за это. Город-на-Кургане верен Болтонам, в основном потому что она до сих пор считает Неда Старка виновным в смерти своего мужа.

- Верен? - вкипел Рамси. - Да она только и делает, что плюет на меня. Придет день, и я предам огню ее драгоценный деревянный город. Пусть на него поплюет, посмотрим, затушит ли это пламя.

Русе скривился, будто эль, который он потягивал, внезапно прокис.
- Временами я начинаю сомневаться, действительно ли ты из моего семени. О моих предках можно сказать многое, но они не были дураками. Нет, теперь помолчи, я слышал достаточно. На данный момент мы кажемся сильными, да. У нас есть могущественные друзья в лице Ланнистеров и Фреев и неохотная поддержка большей части севера... но представь, что случится, если появится один из сыновей Неда Старка?

"Все сыновья Неда Старка мертвы", думал Вонючка. "Робб был убит в Близнецах, Бран и Рикон...мы окунули их головы в смолу." В его голове пульсировало,он не хотел думать о том,что случилось прежде,чем он выучил свое имя. Были вещи,помнить которые слишком опасно, и мысли о них почти так же болезненны, как нож Рамси.

- Маленькие волчата Старка мертвы,- сказал Рамси, плеснув еще немного пива в свою чашку, - и они останутся мертвыми. Пусть только покажут свои уродливые лица, и мои девочки разорвут этих волков на кусочки. Чем раньше они появятся, тем скорее я убью их снова.

Старший Болтон вздохнул.
- Снова? Ты, конечно, оговорился. Ты никогда не убивал сыновей лорда Эддарда, этих двух милых мальчиков, которых мы так любили. Это дело рук Теона Перевертыша, помнишь? Скольких из наших невольных друзей, по твоему представлению, мы удержим, если правда станет известна? Только леди Барбри, которую ты превратил бы в пару сапог... плохих сапог. Человеческая кожа не такая плотная, как воловья, и не так хорошо носится. По королевскому указу ты теперь Болтон. Так веди себя соответственно. О тебе рассказывают истории, Рамси. Я слышу их повсюду. Люди боятся тебя.

- Хорошо.

- Ты ошибаешься. Это нехорошо. Обо мне никогда не рассказывают историй. Думаешь, я сидел бы здесь, если бы было по-другому? Твои развлечения - твое личное дело, я не буду тебя ими попрекать, но ты должен быть осмотрительнее. Мирная земля, спокойные люди. Таково мое правило. Сделай его и своим.

- Вот почему вы оставили Леди Дастин и вашу жирную свинью жену? Вы также могли прийти сюда и сказать мне быть смирным.

- Это не все. Есть вести которые тебе нужно услышать.
Лорд Станнис в конце концов покинул Стену.

От этих слов Рамси привстал, улыбка сияла на его толстых влажных губах.
- Он идёт на Дредфорд?

- Увы, нет. Арнолф не понимает этого. Он клянется, что сделал все, чтобы заманить его в ловушку.

- Неужели. Поскреби Кастарка и получишь Старка.

- После того, как Молодой Волк "поскреб" лорда Рикарда, это верно уже в меньшей степени. Но все же возможно. Лорд Станнис забрал Темнолесье у Железных Людей и восстановил там Гловеров. Что еще хуже, к нему присоединились горные кланы - Вуллы, Норреи, Лиддлы и остальные. Его сила растет.

- Наша больше.

- Сейчас это так.

- Самое время раздавить их. Позволь мне отправится маршем на Темнолесье. - После твоей свадьбы.

Рамси отшвырнул кружку, и остатки его пива разлились по всей скатерти.
- Мне надоело ждать. У нас есть девчонка, у нас есть дерево, и у нас достаточно лордов в качестве свидетелей. Завтра я женюсь на ней, посею сына у нее между ног и выступлю прежде чем высохнет ее девичья кровь.

"Она будет молиться, чтобы ты ушел, - подумал Вонючка, - и никогда больше не вернулся в её постель".
- Ты посеешь в ней сына, - сказал Русе Болтон, - но не здесь. Я решил, что ты женишься на девочке

- в Винтерфелле.

Такая перспектива не обрадовала Лорда Рамси.
- Я опустошил Винтерфелл или вы забыли?

- Нет, но похоже ты забыл... железнорождённые разгромили Винтерфелл и всех в нём убили. Теон Перевёртыш.

Рамси одарил Вонючку подозрительным взглядом:
- Да, он это сделал, но все.... же свадьба в этих руинах?

- Даже разбитый и в руинах, Винтерфелл остается домом леди Арьи. Какое место может быть лучше, чтобы жениться на ней, лечь с ней в постель, заявить о своих притязаниях? Но это лишь одна половина.
Мы будем глупцами если пойдем маршем на Станиса. Лучше пусть он нападает на нас. Он слишком осторожен, чтобы напасть на Барроутоун... но он обязательно выступит на Винтерфелл. Члены его клана не бросят дочь их драгоценного Неда на такого, как ты. Станис должен будет выступить, или он их всех потеряет, и, будучи осторожным военачальником, он призовет всех своих друзей и союзников. Он призовет Арнольфа Кастарка.

Рамси облизал свои обветренные губы. - И мы победим его.

- Если боги захотят этого. Русе встал.
- Ты женишся в Винтерфелле. Я уведомлю лордов что мы отправимся на третий день и приглашаем их сопровождать нас.

- Ты хранитель Севера. Прикажи им.

Приглашение достигнет той же цели. Вкус силы лучше когда подслащен учтивостью. Тебе лучше научится этому если надеешся кода нибудь править. Лорд Дредфорта взглянул на Вонючку.
- Ах да, сними с цепи свого любимца. Я его забираю.

- Забираешь его? Куда? Он мой. Ты не можешь его забрать.

Русе это, похоже, позабавило.
- Все, что у тебя есть, дал тебе я. И тебе хорошо бы помнить об этом, бастард. А что касается этого... Вонючки... если ты не загубил его окончательно, он нам еще может пригодиться. Достань ключи и сними с него цепи, пока я не начал сожалеть о том дне, когда изнасиловал твою мать.

Вонючка увидел, как скривился рот Рамси, и слюна блеснула между его губ. Он испугался, что Рамси сейчас опрокинет стол своим кинжалом в руке. Вместо этого он покраснел, отвел свои бледные глаза от еще более бледных глаз отца, и отправился искать ключи. Когда он опустился, чтобы снять оковы с запястьев и лодыжек Вонючки, то склонился и прошептал: "Ничего не говори ему и запомни каждое его слово. Я возьму тебя обратно, чтобы там эта сучка Дастин тебе бы не говорила. Кто ты?"

"Вонючка, мой господин. Ваш человек. Я - Вонючка, рифмуется с "доносчиком."

- Это так. Когда мой отец вернет тебя назад, я отрежу тебе еще один палец. И позволю выбрать какой именно.

Непрошенные слезы побежали по его щекам.
- За что? - крикнул он прерывающимся голосом. - Я не просил забирать меня у вас. Я сделаю все, что вы скажете, я служу вам, повинуюсь вам... Не надо, прошу...

Рамси дал ему пощечину. - Забирай, - сказал он отцу, - это даже не человек. Меня уже тошнит от его вони.

Луна всходила над деревянными стенами Барроутона, когда они вышли наружу. Вонючка слышал, как ветер шумел на холмистых равнинах за городом. Между Городом-на-кургане и жилищем Харвуда Стоута было меньше мили, если держать по прямой от восточных ворот. Лорд Болтон предложил ему лошадь:
- Ты сможешь ехать верхом?

- Я...мой Лорд, я....я думаю смогу

- Вальтон, помоги ему взобраться.

Даже без оков Вонючка двигался, как старик. Его кости свободно болтались в плоти, Кислый Алин и Бэн Боунс сказали, что он подергивается. А его запах...даже кобыла, которую подвели ему, шарахнулась в сторону когда он попытался залезть.

Тем не менее, лошадь была смирной и знала дорогу в Город-на-кургане. Лорд Болтон ехал позади него, когда они прошли ворота. Стража держалась на небольшом расстоянии.
- Как ты хочешь, чтобы я называл тебя, - спросил лорд, когда они выехали на широкие прямые улицы Барроутона.

Вонючка, я - Смердящий, рифмуется со Мстящий.
- Вонючка, - сказал он, - Если так угодно моему лорду.

- Милорду.
Губы Болтона приоткрыли зубы на четверть дюйма. Должно быть, это означало

улыбку.

- Вместо "мой лорд" ты должен говорить "милорд". Твой язык выдает твое происхождение каждым произнесенным словом. Если ты хочешь говорить как настоящий деревенщина, говори это, как будто у тебя грязь во рту или как будто ты такой тупой, что не понимаешь, что это два слова, а не одно.

- Как угодно, моему милорду.

- Уже лучше. Ты воняешь просто ужасно.
- Да, милорд. Прошу прощения, милорд.

- Почему? То, как ты пахнешь - дело рук моего сына, а не твоих. Я в этом уверен.
Они проезжали мимо добротного постоялого двора c закрытыми ставнями, на вывеске которого был нарисован пучок пшеницы. Вонючка слышал музыку, идущую из окон.
- Я знал первого Вонючку. Он вонял не из-за нежелания мыться. По правде говоря, я не знал более чистоплотного существа. Он мылся три раза в день и носил цветы в волосах как девушка. Однажды, еще когда моя вторая жена была жива, он украл духи из ее спальни. Я наказал его дюжиной плетей за это. Даже его кровь пахла как-то не так. Через год он еще раз попробовал. На этот раз он выпил духи и чуть не умер. Но ему ничего не помогало. Вонь была такой устойчивой, как будто он родился с ней. Простолюдины говорили, что он проклят. Боги сделали его таким вонючим, чтобы люди знали о его гнилой душе. Мой старый мейстер настаивал, что это признак болезни, но мальчик был здоров как бык. С ним было невозможно находиться рядом, так что он спал со свиньями ... до тех пор, пока мать Рамси не появилась у моих ворот и потребовала предоставить слугу моему бастарду, который рос диким и непокорным. Я дал ей Вонючку. Он должен был стать объектом насмешек, но они с Рамси стали неразлучны. Я был удивлен, хотя ... это Рамси развратил Вонючку или Вонючка - Рамси?
Его светлость взглянул на нового Вонючку бледными и загадочными, как две белые луны, глазами.
- Что он шептал перед тем, как освободить тебя?

- Он ... Он сказал ...
"Он сказал ничего не говорить Вам". Слова застряли в горле, заставив его кашлять и задыхаться.

- Дыши глубже . Я знаю, что он сказал. Ты шпионишь за мной и хранишь его секреты, - хихикнул Болтон. - Как-будто бы у него есть секреты. Кислый Алин, Лутон, Живодер и остальные, откуда ты думаешь они взялись? Он действительно верит, что они его люди?

Он не понял.
- Мой лорд? Я сказал...

- Его люди, - повторил Вонючка. От него ожидали какого-то комментария, но он не знал что сказать.

- Мой бастард когда-либо говорил тебе, как я породил его?

Это он, к своему облегчению, знал.
- Да, ми... м'лорд. Вы встретили его мать, когда совершали прогулку верхом, и были поражены ее красотой.

- Поражен? - Болтон засмеялся. - Он использовал это слово? Да у парня душа певца... хотя если ты поверил этой песне, ты тупее первого Вонючки. Даже часть о верховой прогулке неверна. Я охотился на лису вдоль Плачущей Воды, когда наткнулся на мельницу и увидел молодую женщину, стирающую одежду в ручье. Старый мельник обзавелся новой молодой женой, девушкой вполовину его моложе. Она была высоким, стройным созданием, у нее был очень здоровый вид. Длинные ноги и небольшие крепкие груди, как две спелые сливы. Хорошенькая, в общепринятом смысле слова. Как только я увидел ее, я ее захотел. Таково было мое право. Мейстеры скажут тебе, что король Джэйхэйрис отменил право лорда на первую ночь, чтобы ублажить сварливую королеву, но там, где правят старые боги, живы и старые традиции. Амберы тоже соблюдают право первой ночи, и пусть попробуют это опровергнуть. И некоторые горные кланы тоже, а на Скагосе... что ж, только чардрева видели хотя бы половину того, что делают на Скагосе.

- Свадьба мельника была проведена без моего ведома и разрешения. Он обманул меня. Так что я его повесил и взял свое по праву под деревом, на котором он болтался. Честно говоря, девчонка и веревки не стоила. И лиса тоже сбежала, а на обратном пути в Дредфорт мой любимый скакун захромал, так что в целом это был удручающий день.

- Годом позже та же девица имела дерзость появиться в Дредфорте с вопящим краснолицым чудовищем, которое, по ее утверждению, было моим отпрыском. Я должен бы был приказать выпороть мать и бросить ребенка в колодец... но у младенца были мои глаза. Она сказала мне, что когда брат ее умершего мужа увидел эти глаза, он избил ее в кровь и выгнал с мельницы. Это раздосадовало меня, так что я отдал ей мельницу, а брату вырвал язык, чтобы он уж наверняка не побежал в Винтерфелл с историями, которые могли бы побеспокоить лорда Рикарда. Каждый год я посылал женщине поросят, кур и мешочек со звездами на том условии, что она никогда не расскажет мальчику, кто его отец. Мирная земля, спокойные люди - это всегда было моим правилом.

- Прекрасное правило, м'лорд.

- Но женщина ослушалась меня. Ты видишь, каков Рамси. Она сделала его таким, она и Вонючка, постоянно нашептывая ему в уши о правах. Он должен был бы довольствоваться перемалыванием зерна. Неужели он действительно думает, что когда-нибудь будет править севером?

- Он сражается за вас, - выпалил Вонючка. - Он сильный.

- Быки сильные. Медведи. Я видел, как сражается мой бастард. Но нельзя винить только его. Его наставником был Вонючка, первый Вонючка, и его никогда не обучали военному искусству. Рамси свиреп, не отрицаю, но он машет мечом, как мясник, разделывающий тушу.

- Он никого не боится, м'лорд.

- А должен бы. Страх - то, что сохраняет человеку жизнь в нашем мире вероломства и обмана. Даже здесь, в Городе-на-Кургане кружатся вороны в ожидании пира на нашей плоти. На Сервинов и Толхартов нельзя полагаться, мой толстый друг лорд Виман плетет заговор, а Смерть Шлюхам... Амберы кажутся простыми, но у них не отнять определенной изворотливости. Рамси должен бы бояться их всех, как это делаю я. В следующий раз, когда увидишь его, скажи ему это.

- Сказать ему... сказать ему, чтобы боялся? - Вонючке стало дурно от одной мысли об этом. - М'лорд, я... если я это сделаю, он...

- Я знаю, - вздохнул лорд Болтон. - Дурная кровь. Ему нужны пиявки. Пиявки высасывают дурную кровь, всю ярость и боль. Никто не может думать, переполняясь злостью. Хотя Рамси... Боюсь, его испорченная кровь отравит даже пиявок.

- Он ваш единственный сын.

- В настоящий момент. У меня был и другой, однажды. Домерик. Тихий мальчик, более изысканный. Он служил пажем четыре года у Леди Дастин, и три года в Вэйле как оруженосец Лорда Редфорта. Он играл на арфе, увлекался историей и скакал как ветер. Лошади...мальчишка был помешан на лошадях. Леди Дастин расскажет тебе. Даже дочь Лорда Рикарда не могла его обогнать, хотя сама была без ума от лошадей. Редфорт говорил, он демонстрировал огромный потенциал, чтобы быть включенным в списки рыцарей. Великий дуэлянт (участник турниров) в первую очередь должен быть отличным наездником.

- Да, м'лорд. Домерик... Я... Я слышал его имя...

- Рамси убил его. Заворот кишок, сказал Мейстер Утор, но я говорю - это яд. В Вэйле, Домерик развлекался в компании сыновей Редфорта. Он хотел наладить отношения с братом и поэтому поскакал из Плачущих Вод в поисках моего бастарда. Я запретил ему, но Домерик был юнцом и думал, что знает больше, чем его отец. Сейчас его кости лежат под Дредфортом с костями его братьев, которые умерли еще в колыбели, и я остался с Рамси. Скажи мне, мой лорд... если убийца родственников проклят, что делать отцу, когда один сын убивает другого?

Вопрос напугал его. Однажы он слышал, как Живодер говорил, будто бастард убил своего законнорожденного брата, но он никогда не осмеливался поверить в это. Должно быть он ошибается. Братья иногда умирают и это не означает, что их убили. Мои браться умерли, но я не убивал их.
- У Милорда есть новая жена, которая подарит вам сыновей.

- А понравится ли моему бастарду это? Леди Валда из Фреев, и она утверждает что способна к деторождению. Я странно люблю свою толстую маленькую женушку. Две до нее никогда не издавали даже звука в постели, но эта вопит и дрожит. Я нахожу это очаровательным. Если она будет рожать сыновей с таким же усердием как трахается, Дредфорд вскоре переполнится Болтонами. Рамси, конечно, убьет их всех. Это к лучшему. Я не проживу достаточно долго, чтобы увидеть моих сыновей взрослыми, а мальчики-лорды во главе любого Дома приносят ему беды... Хотя конечно, Вальда будет убиваться, видя своих сыновей мертвыми.

Горло Вонючки пересохло. Он мог слышать ветер, шумящий в голых ветвях вязов, которые вытянулись в ряд на улице.
- Мой Господин, я...

- Милорд, помнишь?

- Милорд. Если бы я мог спросить...зачем я вам? Я никому не нужен, я даже не человек, я...

искалечен, и....запах...

- Ванна и смена одежды заставит тебя пахнуть лучше.

- Ванна? - Вонючка чувствовал как свело внутренности. - Я...Лучше не надо, милорд. У меня...раны, я...и эта одежда, Лорд Рамси дал ее мне, он...он сказал, чтобы я никогда не снимал ее, берег ее по его приказанию...

- Ты носишь лохмотья, - терпеливо отметил лорд Болтон. - Грязные, разодранные вещи, покрытые пятнами и пахнущие кровью и мочой. И тонкие. Тебе, наверное, холодно. Мы оденем тебя в овечью шерсть, мягкую и теплую. Может быть, в подбитый мехом плащ. Ты хотел бы этого?

- Нет.
Он не мог позволить им забрать вещи, которые ему дал лорд Рамси. Он не мог позволить им увидеть его.

- Ты бы предпочел одеться в шелка и бархат? Помню, были времена, когда тебе такое нравилось.

- Нет, - резко возразил он. - Нет, я хочу только эту одежду. Одежду Вонючки. Я Вонючка, рифмуется со скрипучка. - Его сердце билось, как барабан, а голос повысился до испуганного визга. - Я не хочу ванну. Пожалуйста, м'лорд, не забирайте мою одежду.

- Ты хотя бы дашь нам постирать ее?

- Нет. Нет, м'лорд. Пожалуйста. - Он прижал тунику к груди обеими руками и сгорбился в седле, несколько опасаясь, что Русе Болтон может скомандовать своим стражникам сорвать с него одежду прям там, на улице.

- Как хочешь, - бледные глаза Болтона казались пустыми в лунном свете, как будто за ними совсем никого не было. - Я не хотел тебя обидеть, если что. Я многим тебе обязан.

- Обязаны? - Какая-то часть его кричала: "Это ловушка, он играет с тобой, сын - тень отца". Лорд Рамси постоянно играл с его надеждами.
- Чем... чем вы обязаны мне, м'лорд?

- Севером. Старки были обречены и с ними было покончено в ту ночь, когда ты взял Винтерфелл. - Он пренебрежительно махнул рукой. - Все это - просто свара за трофеи.

Их короткая поездка подошла к концу у деревянных стен Города-на-Кургане. Над его деревянными башнями колыхались знамена, хлопая на ветру: человек Дредфорта с содранной кожей, боевой топор Сервинов, сосны Толхарта, водяной Мандерли, перекрещенные ключи старого лорда Лока, великан Амберов и каменная

рука Флинтов, лось Хорнвудов. От Стаутов - красно-коричневый с золотом шеврон, от Слэйтов - серое поле внутри двойной белой ленты. Четыре лошадиных головы возвещали о четырех Рисвеллах из Источников - одна серая, одна белая, одна золотая, одна бурая. Шутили, что Рисвеллы не могли даже согласовать цвета своего герба. Над ними развевался олень-и-лев мальчика, сидевшего на Железном Троне в тысяче лиг отсюда.

Вонючка услышал, как вращаются крылья старой мельницы, когда они проехали под городскими воротами в покрытый травой внутренний двор, куда выбежали конюхи, чтобы забрать их лошадей.
- Сюда, будь добр. - Лорд Болтон провел его к главной башне, над которой реяли знамена погибшего лорда Дастина и его овдовевшей жены. На его знамени была изображена корона с зубцами над скрещенными топорами; на ее - с тем же самым гербом соседствовала золотая лошадиная голова Родрика Рисвелла.

От подъема в зал по широкому пролету деревянной лестницы ноги Вонючки начали трястись. Чтобы успокоить их, ему пришлось остановиться, пристально всматриваясь в покрытый травой склон Великого Кургана. Одни утверждали, что он был могилой Первого Короля, приведшего Первых Людей в Вестерос. Другие доказывали, что там, учитывая размер, должно быть, похоронен Король Великанов. Некоторые даже говорили, что это не курган, а просто холм, но если так, то это был одинокий холм, потому что большая часть Курганов была плоской и продуваемой ветрами.

В зале рядом с очагом стояла женщина, согревая тонкие руки над тлеющими угольками умирающего огня. Она была одета во все черное с головы до пят и не носила ни золота, ни драгоценностей, но то, что она была знатного происхождения, было видно сразу. Хотя в уголках ее рта, а еще больше вокруг глаз уже появились морщины, она все еще была высокой, прямой и красивой. Ее волосы были в равных долях каштановыми и седыми, она туго стягивала их за головой во вдовий пучок.

- Кто это, - спросила она. - Где мальчик? Твой бастард отказался его отдавать? Этот старик - его... о, боги помилуйте, что это за запах? Это существо обделалось?

- Он был с Рамси. Леди Барбри, позвольте представить вам законного лорда Железных Островов, Теона из дома Грейджоев.

Нет, думал он, нет, не произносите это имя, Рамси услышит вас, он узнает, он узнает, он сделает мне больно.

Она поджала губы.
- Он - не то, что я ожидала.

- Он - то, что у нас есть.

- Что твой бастард сделал с ним?

- Думаю, снял немного кожи. Несколько небольших кусочков. Ничего особенно важного.
- Он безумен?

- Может быть. Это имеет значение?

Вонючка больше не мог слушать.
- Пожалуйста, м'лорд, м'леди, здесь какая-то ошибка, - он упал на колени, дрожа, как лист в зимнюю бурю, слезы лились по его исстрадавшимся щекам. - Я не он, я не перевертыш, он умер в Винтерфелле. Меня зовут Вонючка. - Он должен был помнить это имя. - Рифмуется с уродцем.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/19980/66386

Переводчики: Robusta, reaman, FosterBSG, Amana

insurgent, resija, Melnar, Mantykora

Jerzy, _Andrey_, NTFS, Stellarwind

dgdln, krivetochka, Ruuk, po6epm и ещё 1 человек