Готовый перевод A DANCE WITH DRAGONS / ТАНЕЦ С ДРАКОНАМИ: THE SPURNED SUITOR

ОТВЕРГНУТЫЙ ЖЕНИХ

Час призрака (?) почти наступил, когда Сир Геррис Дринкуотер вернулся в пирамиду, чтобы сообщить, что он нашел Фасоль, Книгочея и Старые-Кости-Билла в одном из самых неприятных подвалов Меериина, пьющими желтое вино и наблюдающими, как обнаженные рабы убивают друг друга голыми руками и зубами.

- Фасоль выхватил нож и предложил пари, чтоб определить какого цвета кишки дезертира, не желтые ли, - сообщил Сир Геррис, - пришлось кинуть ему дракона и предложить довольствоваться им. Он куснул монету и спросил что я имею в виду. Когда я ему объяснил, он спрятал нож и поинтересовался не пьян ли я или сошел с ума.

- Пускай думает что хочет, главное чтоб доставил сообщение, - ответил Квентин.

- Доставит. Могу поспорить ты и встречу свою получишь, если это единственная возможность для Тряпки и Красотки Меррис вырезать твою печень и поджарить ее с луком. Надо было послушатся Селми. Если Баристан Отважный говорит бежать, мудрый человек берет руки в ноги и бежит. Пока порт открыт следует найти судно до Волантиса.

Одно упоминание о кораблях заставило позеленеть лицо Сира Арчибальда. - Никаких кораблей. Я скорее на одной ноге поскачу в Волантис.

Волантис, думал Квентин. Дальше Лис, а затем дом. Вернутся домой с пустыми руками. Три храбрых человека умерли и ради чего?

Так хочется вновь увидеть Зеленую Кровь, Солнечное Копье и Водные сады, вздохнуть полной грудью чистый сладкий горный воздух Железного Леса вместо горячей, влажной, грязной вони Залива Работорговцев. Квентин знал, отец не скажет ни слова упрека, но в глазах будет разочарование. Сестра будет презирать его, Песочные Змейки посмеются с улыбками острыми как мечи, а Лорд Айронвуд, его второй отец, пославший собственного сына охранять Квентина...

- Я не оставлю вас здесь, заявил Квентин своим друзьям. - Отец поручил это дело мне, а не вам. Возвращайтесь домой, если хотите. Любым способом. Я остаюсь.

Здоровяк пожал плечам. - Тогда Выпивоха и я тоже остаемся.

Следующей ночью у дверей Принца Квентина появился Дензо Д'хан, обговорить условия. - Он встретится с вами завтра на рынке специй. Ищите дверь, помеченную пурпурным лотосом. Постучите дважды и назовите пароль - "свобода".

- Договорились, ответил Квентин. - Арч и Геррис будут со мной. Он тоже может взять с собой двоих. Не больше.

- Как пожелаете, принц. Хотя слова и были любезными, их тон источал злобу, а в глазах воина поэта светилась насмешка. - Приходите на закате. И позаботьтесь чтоб за вами не следили.

Дорнийцы покинули Великую Пирамиду за час до заката, на случай если заблудятся или не найдут дверь с фиолетовым лотосом. Квентин и Герри одели мечи. Здоровяк закинул боевой молот за широкую спину.

- Еще не поздно отказаться от это безумия, заявил Герри, пока они шли по зловонной алее к старому рынку специй. Воздух провонял мочой, а впереди раздавался грохот железных колес повозки с трупами. - Старый Билли Боун говаривал, что Милашка Мерри может растянуть смерть человека на целый поворот луны. Мы солгали им, Квентин. Использовали их, чтоб добраться сюда, а потом переметнулись к Штормовым Воронам.

- Как нам было приказано.

- Но Старьевщик не планировал, что мы сделаем это по-настоящему, - вмешался Здоровяк. - Другие его ребята, сир Орсон и Дик Солома, Хангерфорд, Уилл из Лесов, вся компания, они все еще где-то внизу в темницах благодаря нам. Старым Тряпкам это не могло сильно понравиться.

- Нет, - сказал принц Квентин, - но ему понравится золото.

Геррис рассмеялся:
- Жалко, что у нас его нет. Ты доверяешь этому мирному договору, Квент? Я - нет. Полгорода считают убийцу дракона героем, а другая половина плюется кровью при упоминании его имени.

- Харзу, - сказал большой человек.

Квентин нахмурился:
- Его звали Харгхаз.

- Хиздар, Хумзум, Хагнаг, какая разница? Я их всех называю Харзу. Он не был убийцей дракона. Все, что он сделал - дал поджарить свою задницу до черной хрустящей корочки.

- Он был смельчаком. - <i>Хватило бы у меня храбрости противостоять этому чудовищу с одним лишь копьем?</i>
- Ты имеешь в виду, что он умер смельчаком.

- Он умер, крича, - сказал Арч.

Герри положил руку на плечо Квентина. - Даже если королева вернется, она все еще будет замужем.
- Только не в том случае, если я угощу Короля Пиздара своим молотом, предложил здоровяк.
- Хиздар, поправил Квентин. - Его зовут Хиздар.

- Один легкий поцелуй моего молота и никто уже не будет помнить как там его звали, ответил Арч.

Они не понимают. Его друзья упустили суть причины, по которой он был здесь. Путь ведет через нее, а не к ней. Дэйенерис средство, не цель.
- "У дракона три головы," сказала она мне. "Мое замужество не означает конец твоих надежд. Я знаю почему ты здесь. Ради огня и крови." Во мне кровь Таргариенов, вам это известно. Я могу проследить своб родословную...

- К чертям твою родословную, ответил Герри. - Дракону плевать на твою кровь, разве что только на ее вкус. Его не приручить уроками истории. Они монстры, не мейстеры. Квинт, неужели так ты хочешь поступить?

- Я должен это сделать. Для Дорна. Для моего отца. Для Клетуса, Уилла и мейстера Кедри.

- Они мертвы, - сказал Геррис. - Им все равно.

- Все мертвы, согласился Квентин. - И ради чего? Чтобы доставить меня сюда, где я мог бы сочетаться браком с королевой драконов. Великое Приключение как говорил Клетус. Дороги, кишащие демонами и штормовые моря, а в конце пути - самая прекрасная женщина в мире. Достойная история чтобы рассказывать ее нашим внукам. Но Клетус никогда не будет отцом, если только он не оставил бастарда той девке в таверне, которая ему так нравилась. Уилл никогда не сыграет свою свадьбу. Нельзя, чтоб их смерти были напрасны.

Геррис ткнул рукой в мертвеца, валяющегося у кирпичной стены и облепленного тучей мух. - А этот помер ради чего?

Квентин посмотрел на тело с отвращением. - Он умер от поноса. Держись подальше. - Бледная кобыла была внутри городских стен. Не удивительно, что улицы так пустынны. - Безупречные отправят за ним телегу для трупов.

- Так и будет. Но я спрашивал о другом. Жизни людей имеют смысл, но не их смерть. Я тоже любил Уилла и Клетуса, но это не вернет их назад. Ты ошибаешься Квентин. Наемникам верить нельзя.

- Они такие же люди как и все мы. Им нравятся золото, слава, власть. Я верю в это и только.

В это и свою судьбу. Я принц Дорнийский и кровь драконов течет в моих жилах.

Солнце уже опустилось ниже городской стены, когда они наконец обнаружили фиолетовый лотос, нарисованный на деревянных дверях старой, низкой лачуги из выветрившегося кирпича, ютившейся среди таких же развалин под огромной тенью желто-зеленой пирамиды Раздара. Квентин постучал дважды, как было условлено. Грубый голос ответил через дверь, проворчав что-то невнятное на уродливой смеси рабского диалекта Старого Гиса и высокого Валирийского. принц ответил на том же самом языке: "Свобода."

Дверь открылась. Гэррис вошел первым, соблюдая осторожность, Квентин шел сзади, за ним шел Здоровяк. В воздухе стояла дымка, похожая на слабый голубоватый туман, сладкий запах которой не мог скрыть сильной вони мочи, кислого вина и гниющего мяса. Места внутри было гораздо больше, чем это казалось снаружи. То что виделось с улицы десятком разрозненных лачуг было соединенно слева и справа в один длинный зал.

В этот час дом был наполовину пуст. Лишь несколько посетителей окинули дорнийца скучающими, враждебными или любопытными взглядами. Остальные же, столпившись вокруг погреба в дальнем конце зала, активно подбадривали двух обнаженных мужчин, которые рубились на ножах.

Квентин не видел никаких признаков людей с которыми они пришли встретиться. Затем открылась дверь, которую он не видел прежде и в зал вошла сморщенная старуха, одетая в токар с красной бахромой и с висящими маленькими золотыми черепами. Её кожа была белой, как молоко кобылы, волосы настолько тонкие, что он мог видеть сквозь них кожу её головы. "Дорн" - сказала она, "Я Зарина, Лиловый Лотос. Идите туда и вы их найдете". Она указала жестом на дверь из которой появилась.

За дверью была витая лестница, деревянная и крутая. На этот раз здоровяк был впереди, принц следовал за ним, а Гэррис шел замыкающим. Подземелье под погребом. Путь вниз был очень долгим и таким темным, что Квентину приходилось нащупывать путь, чтобы не поскользнуться. Ближе к низу Сэр Арчибальд обнажил кинжал.

Они вышли в кирпичное подземелье, втрое большее, чем трактир наверху. Ряды огромных деревянных бочек тянулись вдоль стен, насколько хватало глаз. Красный фонарь висел на крюке сразу перед дверью, и сальная черная свеча мигала на перевернутой бочке, которая служила столом. Другого освещения не было.

Кагго Убийца Мертвецов прохаживался вдоль бочек с вином со своим черным аракхом на бедре. Красотка Мерис стояла, покачивая арбалетом, с каменным взглядом, холодным и мертвым. Дензо Д'хан перекрыл дверь, как только Донийцы вошли, и встал перед ней, скрестив руки на груди.

"На одного больше", подумал Квентин.

Сам Принц-Оборванец сидел за столом, присосавшись к чаше с вином. В свете желтых свечей его серебристо-седые волосы, казались почти золотыми, хотя и мешки под глазами отпечатывались большими как сумки. На нем был коричневый шерстяной походный плащ, под которым мерцала серебристая кольчуга. <i>Это означает предательство или просто предусмотрительность?</i> Старые наемники - это осторожные наемники. Квентин подошел к своему столу.
- Милорд. В плаще вы выглядите совсем иначе.

- Мой оборванный наряд? - пентошиец пожал плечами, - неважный ... однако эти лохмотья нагоняют на моих врагов страх, и на поле боя вид моих тряпок, развеваемых ветром, воодушевляет моих людей больше, чем любое знамя. И если я хочу стать невидимкой, мне нужно только сбросить его и стану простым и неприметным.
Он указал на скамейку напротив него.
- Садись. Как я понял, ты - принц. Если бы я знал. Не выпьешь? Также Захрина приготовила поесть. Ее хлеб черствый и ее тушенное мясо невозможно описать. Жир и соль, с одним или двумя кусочками мяса. Она говорит, что собачатина, но я думаю, что вероятнее крысятина. Однако, она вас не убьет. Я заметил, что это только тогда, когда пища соблазнительна, ее нужно остерегаться. Отравители неизменно выбирают отборные блюда.

- С тобой три спутника, - отметил Сир Геррис резким голосом, - Мы договорились о двух с каждой стороны.

- Мерис - не спутник. Мерис, милая, сними рубашку, покажи им.

- В этом нет необходимости, - сказал Квентин. Если слухи, что он слышал, были правдой, то под этой рубашкой у Милашки Мерис только шрамы от мужчин, которые вырезали ее груди.
- Мерис - спутница, я согласен. Вы все еще хитрите и играете со словами.

- Оборванный и хитрый разбойник, да, это я. Трое против двух - не такое уж и большое преимущество, надо признать, но и это позволяет на что-то рассчитывать. В этом мире человек должен учиться брать любые дары богов, посланные ему. Это урок, который я узнал, заплатив кой-какую цену. Я предлагаю его вам бесплатно, как знак моей доброй воли.
Он указал на стул снова.
- Сядь и говори, что ты пришел сказать. Я обещаю не убивать тебя, пока не выслушаю. Эту малость я могу сделать для своего приятеля принца. Квентин, не так ли? "

- Квентин из Дома Мартеллов.

- "Лягушка" тебе подходит больше. Не в моих обычаях пить с лжецами и дезертирами, но ты возбудил мое любопытство.

Квентин сел. Одно неосторожное слово и кровавая бойня начнется за половину сердцебиения.
- Я прошу прощения за наш обман. Единственные корабли, плывущие в Залив Работорговцев, были те, которые наняли, чтобы доставить вас на войну.

Принц-Оборванец пожал плечами.
- У каждого перебезчика своя история. Ты не первый, кто обещал мне свой меч, взял мои деньги и бежал. У всех них были свои причины. "Мой маленький сын болен" или "Моя жена наставила мне рога" или "Все мужчины заставляют меня сосать их члены". Последний был таким очаровательным парнишкой, но я не простил его обман. Другой парень сказал мне, что наша пища настолько отвратительна, что ему следовало бежать, пока он не отравился. Я отрезал ему ступню, поджарил ее и скормил ему. Затем я сделал его нашим лагерным поваром. Наша пища заметно улучшилась и, когда истек его контракт, он подписал новый. Что до тебя... Несколько моих лучших людей заперты в королевских подземельях благодаря твоему лживому языку, и я сомневаюсь что ты умеешь готовить.

- Я принц Дорна, - сказал Квентин, - на меня был возложен долг перед моим отцом и моим народом. Был тайный брачный договор.

- Я слышал. Значит серебряная королева увидев твой клочок пергамента упала в твои объятия, так?

- Нет, - сказала Красотка Мерис.
- Нет? Ах да, припоминаю. Твоя невеста улетела на драконе. Ну, когда она вернется, не забудьте пригласить нас на вашу свадьбу. Люди Компании с удовольствием выпьют за ваше счастье, а я люблю Вестеросские свадьбы. Особенно ту часть с провожанием в спальню.. Хотя.. Ой, постойте-ка.
Он повернулся к Дензо Д'хану.
- Дензо, я думал ты говорил, что драконья королева вышла за какого-то Гискарца.

- Мииринский дворянин. Богатый.

Принц-Оборванец повернулся обратно к Квентину.
- Может ли это быть правдой? Конечно нет. Как же ваш брачный договор?

- Она посмеялась над ним, - сказала Красотка Мерис.

Дейенерис никогда над ним не смеялась. Весь Миирин мог смотреть на него как на забавную диковинку, как смотрели на изгнанника Летних Островов Короля Роберта, вынужденного остаться в Королевской Гавани, но королева всегда говорила с ним учтиво.
- Мы приехали слишком поздно, - сказал Квентин.

- Какая жалость, что вы не дезертировали раньше.
Принц-Оборванец пригубил вина.
- Так значит... Никакой свадьбы для принца Лягушки. Поэтому вы прискакали обратно ко мне? Неужели три моих бравых Дорнийских парня решили соблюсти свои контракты?

- Нет.

- Какая досада.

- Юркхаз зо Юнзак мертв.

- Эта новость устарела. Я видел как он умер. Бедняга увидел дракона и споткнулся, когда пытался убежать. Затем тысяча его ближайших друзей прошлась по нему. Несомненно, Желтый Город тонет в слезах. Ты пригласил меня выпить за упокой его души?

- Нет. Юнакайцы уже выбрали нового командира?

– Совет хозяев не смог прийти к соглашению. Йеззана ко Каггаза поддерживало большинство, то теперь он тоже мертв. Мудрые Хозяева выбирают верховное руководство по очереди из своего круга. Сегодня наш командир тот, кого твои друзья в отрядах прозвали Пьяным Завоевателем. Завтра им будет Лорд Дрожащие Щеки.

– Кролик, – сказала Мерис. – Дрожащие Щеки был вчера.

– Признаю свою ошибку, лапушка. Наши юнкайские друзья были так добры, что снабдили нас списком. Мне нужно приложить усилия и старательней справляться с ним.

– Юркхаз зо Юнзак был тем человеком, что нанял вас.

– Он подписал наше соглашение от лица своего города. Именно так.

– Меерин и Юнкай заключили мир. Осада будет снята, армии распущенны. Здесь не будет ни битвы, ни бойни, ни города для разграбления и опустошения.

– Жизнь полна разочарований.

– Как долго, по-вашему, люди Юнкая захотят и дальше платить жалование четырем свободным отрядам?

Принц-Оборванец сделал глоток вина и сказал:
– Неприятный вопрос. Но такова наша жизнь, жизнь воинов свободных отрядов. Одна война заканчивается, другая начинается. К счастью, всегда кто-нибудь где-нибудь с кем-нибудь воюет. Возможно – здесь. Даже пока мы тут сидим пьем, Кровавая Борода убеждает наших юнкайских друзей преподнести королю Хиздахру еще одну голову. Вольноотпущенники и рабовладельцы не спускают глаз с шей друг друга и точат ножи, Сыны Гарпии разрабатывают планы в своих пирамидах, бледная кобыла загоняет рабов и лордов без разбора, наши друзья из Желтого Города смотрят в сторону моря, и где-то в травянистых землях дракон гложет нежную плоть Дейенерис Таргариен. Кто сегодня правит Меерином? Кто будет править им завтра? – Пентошиец пожал плечами. – В одном я уверен. Кому-нибудь понадобятся эти мечи.

– Мне нужны эти мечи. Вас наймет Дорн.

Принц-Оборванец взглянул на Милашку Мерис.
– Этой Лягушке наглости не занимать. Должен ли я напомнить ему? Мой дорогой принц, последнее соглашение, которое мы заключили, вы использовали, чтобы подтереть свой милый розовый зад.

– Я заплачу вдвое больше, чем вам платят юнкайцы.

– И заплатишь золотом, после подписания нашего соглашения, да?

– Я заплачу вам часть, когда мы доберемся до Волантис, остальное – когда я вернусь в Солнечное Копье. Когда мы отплыли, у нас с собой было золото, но присоединившись к отряду, было бы сложно его прятать, так что мы оставили его в банках. Я могу показать вам бумаги.

– А. Бумаги. Но нам заплатят в двойном размере.

– Вдвое больше бумаг, – сказала Милашка Мерис.
– Остальное вы получите в Дорне, – настаивал Квентин. – Мой отец – человек чести. Если я поставил печать на соглашении, он выполнит его условия. У вас есть мое слово.

Принц-Оборванец прикончил вино, перевернул кубок и поставил его между ними.
– Итак. Посмотрим, правильно ли я понял. Известный лжец и клятвопреступник желает нанять нас и заплатить обещаниями. И за какую службу? Мне интересно. Должны ли мои Гонимые Ветром сокрушить юнкайцев и разграбить Желтый Город? Разгромить в поле дотракийский кхаласар? Сопроводить тебя домой к твоему отцу? Или тебя удовлетворит, если мы доставим к тебе в постель текущую королеву Дейенерис в полной готовности? Скажи мне правду, Принц Лягушка. Что тебе нужно от меня и моих людей?

– Вы нужны мне, чтобы помочь украсть дракона.

Кагго Убийца Трупов тихо засмеялся. Милашка Мерис изогнула рот в полуулыбке. Дензо Д’хан присвистнул.

Принц-Оборванец лишь откинулся на спинку стула и сказал:
– За драконов не платят двойную цену, принцессочка. Даже лягушкам следует это знать. Драконы стоят дороже. Человеку, платящему обещаниями, стоит хотя бы обещать больше.

– Если вы хотите, чтобы я заплатил втрое…

– Все что я хочу, – сказал Принц-Оборванец, – это Пентос.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/19980/67291

Переводчики: Searano, resija, Robusta, Dimkin89

insurgent, Mr_Q, Rew712, marusi4ko

aileme, Slonik7, Netrendity, korob_kov