Готовый перевод The Sookie Stackhouse "Companion" / Полный гид по миру Соки Стэкхаус: Глава 3

Я сломала ему руку. И вот какое дело: хоть то, что он держал в руках, оказалось бомбой-вонючкой, которая на самом деле не могла причинить физического вреда семье Сэма, я никогда не чувствовала себя виноватой после этого. На самом деле, находясь в диком бешенстве, я была рада, что сломала кость.

Это была новая я. Хотя я могла бы сожалеть об этом, но дело сделано. Я не могла вернуть ту себя - мягкосердечную. Я не знала, скольким из этих изменений в моём характере я была обязана кровной связи, которую мы разделили с большим беспринципным викингом, и сколько из этого было связано с перенесёнными пытками… но я точно не была уже таким хорошим человеком, что только что узнал этот парень.

Он кричал от боли, а народ сбегался со всех сторон, как его приятели, так и семейство Мерлотт, их друзья, а затем и полиция, те и другие были и в униформе и без, так что на добрых сорок минут воцарился хаос.

Поскольку Минди стояла там в то время, как парень вошёл через заднюю дверь и, когда он, завывая от боли, сам признался в этом, претензий ко мне не осталось.

По сути дела, его наспех вызванные родители были абсолютно в ужасе и не пытались уклоняться от фактов или оправдания его действий. Они были достойными людьми, что было огромным облегчением, потому что парень оказался Натаном Эрроусмитом, единственным ребёнком в семье священника и миссис Барт Эрроусмит. Чем не щекотливая ситуация.

Что оставалось делать семье Сэма? Семья Сэма собралась, чтобы помолиться.

Моя бабуля была верующей женщиной, и я предпочитала считать себя воинствующей христианкой. (В последнее время я скорее была воинствующей, чем христианкой.) Но мы никогда не молились всей семьей вместе. Поэтому я ощущала себя немного обособленно, стоя в гостиной и держа за руки Дока и Сэма, пока каждый из нас по очереди, склонив голову, молился вслух.

Берни представилась Богу, которому, на мой взгляд, это было без надобности, и потом попросила его позволить ее врагам увидеть свет терпимости. Минди просила Бога благословить ее свадьбу и провести ее мирно. Крэйг очень мужественно просил Бога простить Натана Эрроусмита и тех, кто стоял за ним. Мэйсон просил Бога вернуть его бейсбольную биту. (В этот момент я вздрогнула.) Док просил Бога излечить ненависть, распространяющуюся среди людей Райта. Я просила Бога восстановить мир в наших сердцах, в котором мы все нуждались. Сэм попросил безопасности для всех участвующих в свадьбе. Бонни тоже попыталась высказаться и заплакала - вполне понятно для трехлетнего ребенка.

Я почувствовала себя лучше после этого, и семья, думаю, тоже. Определённо, пришло время собираться в церковь снова, и во второй раз за день я удалилась в комнату для гостей (по совместительству - швейную комнату), чтобы одеться. Я одела голубое платье без рукавов, позаимствованное у Тары, а также жемчужное ожерелье и серьги бабушки, и чёрные туфли на каблуках. Я убрала волосы со своего лица жемчужным гребнем (тоже бабушкиным) и закончила на этом. Единственной, купленной мной вещью в этом ансамбле, была помада.

На Сэме был костюм из лёгкого синего сирсакера (индийской жатой ткани в полоску). Когда я вышла, мы молча посмотрели друг на друга.

- Мы вполне достойно выглядим, - сказала я, улыбаясь ему.

Он кивнул. И я могу сказать, что он думал о том, что Джанналинн оделась бы во что-то действительно экстремальное, и это не понравилось бы его семье. Я почувствовала приступ раздражения по отношению к Сэму. Почему он встречается с ней, опять? Я начала чувствовать жалость к девушке. Все выходные Сэм был рад, что не взял её для знакомства с семьёй. Что это были за отношения? Что бы это ни было, но строились они не на взаимном уважении.

Когда мы вышли, чтобы идти в церковь, Джим Коллинз стоял во дворе своего дома с табличкой с надписью "НЕТ БРАКАМ ЖИВОТНЫХ В ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ЦЕРКВИ".
Обидно? Да. Противозаконно? Нет.

Я не забыла о том, с какой стороны пришёл Натан Эрроусмит со своей бомбой-вонючкой.

Я остановилась по пути к грузовику Сэма, сделала шаг от дороги и поймала взгляд Джима Коллинза. Он хотел отвернуться, но не сделал этого. Он думал, что его гордость требует того, чтобы встретиться со мной взглядом. Он был полон ненависти и гнева. Он потерял Дона, и считал, что тот правильно поступил, выстрелив в Берни, ведь в глазах Джима она была предательницей и лгуньей. Он знал, что Берни не изменяла мужу, но скрывала то, кем она в действительности являлась, и для него это было равносильно измене. Постоянная боль, которая грызла суставы Джима Коллинза сделала его мысли тревожными и злыми. Прогрессирующий артрит.

- У вас никого нет, вы одиноки и вызываете жалость, и так будет до тех пор, пока не избавитесь от всей этой ненависти, - сказала я, повернулась и ушла прочь, чтобы пересечься с Сэмом у грузовика.

- Чувствуешь себя получше, Соки? - спросил Сэм.

На что я ответила, - Это было нехорошо. Я знаю. Мне очень жаль. - Немного.

- Жаль, что ты ему руку не сломала, - сказал Сэм и улыбнулся. Немного.

Когда мы открыли двери грузовика, то оба посмотрели в направлении улицы Мэйн встревоженные гулом голосов. Улица, так странно пустая этим утром, сейчас была полна выстроившихся людей.

- Что за черт? - сказал Сэм.
Все семейство Мерлотт, включая детей, замерло рядом со своими машинами. Пока мы наряжались для самого важного дня в жизни Крэйга и Дейдры, здесь собрались люди, у которых были совсем другие планы.

Там были плакаты, плакаты, содержащие послания ненависти. "БЫТЬ ЧЕЛОВЕКОМ - ЗНАЧИТ ХОДИТЬ НА ДВУХ НОГАХ" - было написано на центральном из тех, что я увидела. Другие были серией высказываний о брачной ночи Крэйга и Дейдры - от библейских цитат до непристойностей. Моя рука взметнулась, чтобы прикрыть рот, едва я прочитала некоторые из них, как будто я могла подавить свой ужас. Минди прикрыла детям глаза. Хотя я не думала, что они смогли бы прочитать плакаты - "отвращение" - довольно длинное слово - я вполне понимала, что она чувствует.

- Боже мой, - сказала Берни. - Мир сошел с ума? Мой муж стреляет в меня, и меня же все ненавидят?

- Может нам следует вернуться в дом? - сказал Док. Он поднял Мейсона, а Минди взяла на руки Бонни.

- Я низачто не вернусь в дом, - зарычала Берни. - У вас есть дети, вы поступайте так, как считаете нужным. Я не уступлю им.

Сэм стоял возле своей матери, обняв её за плечи.
- Тогда мы пойдём вперёд, - произнёс он тихо.

- Хорошо, - сказала я, подбодряя себя. - Ладно, сейчас мы пойдём. Крейг?

- Да, - сказал Крейг. - Я направляюсь в церковь и надеюсь, что семья Лисли сможет туда добраться. Я не заставлю Дейдру ждать меня в наш день свадьбы.

Волнение во всех их головах, бурлящие эмоции и мысли, нахлынули на меня и я пошатнулась. Сэм подскочил ко мне, чтобы подхватить под руку.
- Соки? - сказал он. - Это не должно становиться твоей борьбой.

Я подумала о мёртвых животных в приюте.
- Это моя борьба, - я сделала глубокий вдох. - Как все эти люди сюда попали?

- Интернет, - сказала Сестра. Она и Рейф следили за толпой, чтобы предупредить надвигающуюся опасность. - Как раз пришли все, и сказали, что узнали об этом из Интернета. Может из Твиттера.

В конце улицы остановился фургон теленовостей.

- Думаю, наверное, это нам на руку, - сказал Сэм. - Свидетели.

Но я предположила, что люди задумали кое-что похуже, так чтобы их протест попал в новостные выпуски.
- Нам лучше убираться, - сказала я, - до того как эти засранцы наберутся храбрости.

- Ты считаешь большая часть толпы за или против?
Там были плакаты обоих лагерей. Больше было против, а у ненавистников голос более громкий.

Я просмотрела плакаты.
- Плакатов противников больше, - сказала я. - Противники лучше организованы, что не особо удивительно. Люди с добрыми намерениями не заботятся о плакатах.

Мы получили неожиданное подкрепление. Того, Триш и байкерши вместе с людьми из фургона пришли через задний двор, чтобы встать на нашу сторону.

- Дальше дорога перекрыта, - объяснила Триш. - Забирайтесь в свои машины. У нас есть план.

- Триш, может быть... - начала Берни.

- Вы все садитесь внутрь, но езжайте медленно, - сказала Триш. - Мы пойдем рядом с машинами. Не хочется, чтобы кто-то из этих оказался рядом с детьми.

- Док? - переспросила Минди. - Правильно ли мы поступаем?

- Я не знаю, - голос Дока звучал почти отчаянно. - Но давайте поедем. Будет лучше, если мы будем держаться вместе, чем если разделимся.
Родители забрались на заднее сидение, усадив детей между собой и закрепив их ремнями безопасности. Крэйг сел на водительское кресло, а Берни нырнула на пассажирское сидение. Сэм и я обнялись и лишь потом залезли в грузовик. Мы съехали с бордюра медленно и осторожно, а Того пошел с моей стороны грузовика. Он улыбался мне. Триш была со стороны Сэма. Байкеры и другие перевертыши, приехавшие из города, окружили машину Берни, которая следовала за нами.

Мы поехали вниз по улице, и начались выкрики. Люди, которые находились здесь ради поддержания мира, выстроились перед протестующими, взявшись за руки, чтобы обеспечить нам свободный проезд до поворота. Команда новостей оживилась и стала устанавливать свое оборудование, а репортер, симпатичный молодой человек в отличном костюме, выразительно говорил в камеру. Затем он вышел из-под объектива камеры так, чтобы в кадр попала сцена с нашими подъезжающими автомобилями.

Сэм набрал номер на своем мобильном. Приложил его к уху.
- Портер, - сказал он, - если ты перед церковью, мы выехали в твою сторону, и тебе лучше поднять свою задницу, потому что у нас проблемы.

На миг он прислушался.
- Хорошо, мы будем там, если выберемся.

Он бросил телефон на сидение.
- Он сказал, что ближе к церкви еще хуже. Он не сможет пробраться, чтобы помочь нам. У него проблемы со сдерживанием толпы возле церкви. Лисли уже внутри, потому что приехали пораньше, чтобы Дейдра смогла переодеться в комнате для невест.

- Это уже что-то, - сказала я, стараясь, чтобы голос звучал твердо.
Мне было до смерти страшно. Я смотрела сквозь лобовое стекло на людей и видела, как двигались их рты, как искажались их лица; я слышала, как они ненавидят, ненавидят. Они не знали Сэма или Берни. Их не волновало, что помолвленная пара вообще ни в кого не превращается. Они махали плакатами. Они кричали на нас. Того снова улыбнулся мне сквозь окно, но я не смогла улыбнуться в ответ.

- Смелее, - сказал мне Сэм.

- Я пытаюсь, - ответила я ему, а потом камень ударил в лобовое стекло.
Я завопила, что было глупо, но я была слишком потрясена и очень испугана.
- Прости, прости! - я ловила ртом воздух.
На стекле была трещина.

- Чёрт, - сказал Сэм, и я знала, что он был так же напряжён, как и я.

Следующий камень задел Того в плечо. Хотя кровь у него не текла, но он отреагировал, и я знала, что это должно быть больно. Того, такой большой и агрессивный, вероятно, казался лучшей мишенью, чем Триш, которая была лишь седой женщиной.

- Хорошо бы здесь был мой дробовик, - сказала я вслух, хотя успела подумать об этом раз двадцать.

- Имей ты его, ты выстрелила бы в кого-нибудь, так что, может, это к лучшему, что его нет, - сказал Сэм, что поразило меня.

- Тебе не нравится идея подстрелить парочку этих крикунов?

- Мне не нравится идея оказаться в тюрьме, - сказал Сэм жестко. Он смотрел вперед, концентрируясь на том, чтобы вести грузовик медленно и ровно. - Я очень надеюсь, что никто из них не бросится под колеса грузовика.
Внезапно на нашем пути появилась высокая фигура. Мужчина, вставший к нам спиной, пошел впереди в нужном темпе, возглавляя нашу маленькую процессию. Квинн. Сверкая лысой головой, он вел нас за собой, посматривая по сторонам, следя за толпой.

Телефон Сэма зазвонил и я взяла трубку.
- Это Соки, - сказала я.

- Здесь находится большая часть ваших людей, - сказал Брат Эрроусмит. - Я пошлю их встретить вас.

- Спасибо, - сказала я и перевернула телефон, чтобы закрыть. Я передала сообщение Сэму.

- Значит, он настроен их поженить, - сказал Сэм. - И непременно вовремя.

К тому времени мы доехали до угла, затем повернули направо, на улицу Мейн, и поехали на север, чтобы через пару строений свернуть к церкви Святого Франциска.
Пока мы ждали в небольшой пробке - удивительно, некоторые люди спешили по своим обычным делам - я заметила краем глаза, что кто-то выбежал из-за угла. Я повернулась, чтобы увидеть Того, наблюдающего за движением, и мы успели быстро переглянуться до того, как он был атакован низеньким, крепким мужчиной, ударившим его по голове своим плакатом. У Того потекла кровь, он пошатнулся и упал на одно колено.

- Квинн! - заорала я, и Квинн обернулся посмотреть, что случилось.
Он перемахнул через капот грузовика одним прыжком, что было поистине изумительно, повалил напавшего на Того на землю и скрутил его.

Толпа была шокирована, и некоторые из них вскрикнули, пораженные силой и скоростью Квинна. А затем они пришли в ярость, потому что это различие как раз и было тем, чего они действительно боялись.
Я заметила еще одно быстрое движение, Сэм вскрикнул, и я увидела высокую женщину, чьи каштановые волосы развевались позади, словно знамя, бегущую к нам через улицу Мейн с нечеловеческой скоростью. Она выглядела обычной в своих джинсах и кедах, но она определенно была более чем просто человеком. Она подбежала прямо к Того, Квинну и протестующему. Она выхватила мужчину у Квинна и отнесла его на другую сторону улицы. С превеликой осторожностью она поставила его на ноги, а затем сделала удивительную вещь. Она погладила его по голове своей длинной, темной рукой.

Из толпы посыпался смех. У мужчины отвисла челюсть, в буквальном смысле слова.

Она повернулась к Квинну и Того, который покачивался на ногах, и улыбнулась.

Плечи Того расслабились, когда он понял, что на данный момент кризис миновал. Но Квинн, казалось, оцепенел, а затем… он сделал следующее.

Он слегка склонил к ней голову. Я не могла слышать того, что он сказал, но она положила свою голову на него в ответ и произнесла одно слово. И хотя в действительности я не могла слышать её, каким-то образом я знала, что этим словом было "тигрица".

Вот это да. Мне чертовски необходимо было время, чтобы поразмыслить над этим, но дорога стала свободна в обе стороны, и пора было двигаться. Я опустила окно, чтобы дать знать сопровождающим, что мы делаем дальше, а затем мы поехали, а оборотни перешли на легкий бег возле нашей маленькой автоколонны. Мы преодолели лишь небольшое расстояние до поворота налево. Только два здания на запад до церкви.

Если улица, где жила Берни, была забита людьми и это пугало, вокруг церкви Святого Франциска толпа была еще больше, и эмоции закипели соответственно.

Сэм был так сильно сконцентрирован на вождении, наблюдая в то же время за толпой, на случай внезапных движений, что я даже не пыталась заговорить с ним. Я скрючилась на своем сидении, каждый мускул ныл от напряжения.

Тигрица и Квинн двигались перед грузовиком вместе, настолько совпадая по ритму, как будто они были в упряжке. Это было прекрасное зрелище. Перед ними возникла женщина с ведром краски в руках, и прежде чем она успела вылить его, тигрица пнула ведро снизу. Краска выплеснулась вверх, забрызгав женщину, которая имела вид опрятной, типичной футбольной мамаши... пусть только кто попробует выйти из ее лиги. Покрытая красной краской, женщина ретировалась туда, откуда пришла, а половина толпы смеялась, пока другая половина возмущенно вопила. Но тигр и тигрица продолжили бег, как ни в чем не бывало.

Я взглянула в зеркало заднего вида, чтобы посмотреть, как движется машина Берни, и увидев, пришла в ужас от того, что группа людей с досками и палками в руках, подавшись вперед, заколотила по крыше машины. Дети! Того, среагировав на шум позади, обернулся, а затем бросил на меня быстрый, нерешительный взгляд.

- Давай! - завопила я, - Иди!

Того без колебаний быстро добежал до толпы и начал отшвыривать людей от машины и бросать их на тротуар, словно они были репьями, которые он снимал со штанов. Сэм остановился, и я уставилась на его лицо, на котором читалось страдание. Я понимала, что он не знает, выскочить ли ему из машины и поспешить на помощь, или оставить грузовик - и меня - в опасности. Триш направилась к машине с детьми Минди на помощь Того.

Затем я увидела смазанное движение у грузовика и узнала Квинна. Я обернулась на своем сидении и посмотрела через заднее стекло. Квинн вскочил в кузов грузовика, заставив всю машину затрястись от удара.

Я подумала, что мы сделали все, чтобы это насилие распространялось и распространялось, и нас сейчас атакуют и уничтожат. Вместо этого горожане и оборотни, пришедшие нас поддержать, начали призывать к тишине.

Должно быть, в первый раз за все его существование городок Райт услышал рев тигра. Хотя звук исходил из человеческой глотки, это было незабываемо.

Толпа практически погрузилась в тишину. Того и Триш, у которых шла кровь, прикрывали машину с детьми Минди своими телами. Я видела, что Триш тяжело дышит, а рубашка Того с одной стороны пропиталась кровью. Я посмотрела через лобовое стекло, не спешит ли кто-то на помощь из церкви. Я увидела плотную толпу, и вдалеке я смогла разглядеть коричневую форму полицейских Райта. Два офицера в форме пытались пробраться к нам, но им было ни за что не успеть, если толпа решит накинуться на нас. Я снова посмотрела в заднее стекло, чтобы посмотреть на Квинна, привлекающего внимание своим высоким ростом.

- В машине дети! - выкрикнул Квинн. - Человеческие дети! Какой пример вы подаёте им?

Некоторые протестующие казались пристыженными. Одна женщина начала плакать. Но большинство людей выглядели угрюмыми и озлобленными или просто ошарашенными, как будто бы только что очнулись от транса.

- Эта женщина живет здесь десятилетиями, - сказал Квинн, указывая на Триш, волосы которой были пропитаны кровью. - А вы причиняете ей вред, пускаете ей кровь, пока она защищает детей. Дайте нам проехать.

Он огляделся вокруг, ожидая, что кто-нибудь ответит ему, но все молчали. он спрыгнул с кузова грузовика и отбежал обратно на прежнее место к своей новой подруге. Она коснулась его, ее загорелая рука легла на его руку. Он посмотрел прямо на нее. Это мгновение длилось очень долго.

Я подумала, что теперь, может быть, Квинну уже не нужно будет со мной говорить.

Потом два вертигра снова побежали, а мы поехали за ними.

Портер Карпентер и другой человек в форме, охранявшие периметр перед церковью, разблокированный к нашему прибытию, сдвинули заграждение в сторону так, чтобы мы смогли припарковаться. Они выглядели совершенно спокойными.

- Они не пришли к нам на помощь, - сказала я и обнаружила, что мои губы и рот были настолько напряжены, что я сейчас едва могу говорить.

Сэм заглушил грузовик и вздрогнул, отходя от произошедшего.
- Они пытались, - сказал он неровным голосом. - Я не знаю, как сильно они пытались, но они встали на пути толпы.

- Полагаю, это было самое меньшее, что они могли бы сделать, - сказала я, делая попытки усмирить свою ярость.

- Давай не будем устраивать с ними перепалку, - предложил Сэм. - Как ты там говоришь обычно?

- Верно. Противопоказано, - сказала я.

Сэму удалось засмеяться, хотя это было скорее похоже на печальное фырканье.

- Ты в порядке? - спросил он. - Перед тем, как мы выйдем и безумие начнётся с самого начала… прости меня за то, что втянул тебя во всё это.

- Сэм, не надо! - сказала я, искренне удивлённая. - Мы - друзья. Конечно, я здесь и рада этому. Не поднимай эту тему снова, слышишь? Я поистине рада, что Минди уже замужем!

Моя слабая шутка подняла его настроение. Он улыбнулся мне и наклонился, чтобы поцеловать меня в щёку.
- Давай покончим с этим, - сказал он, и мы оба открыли наши двери.

Шум вокруг снова начал усиливаться. Пассажиры второй машины тоже вышли. Минди и Док, оберегая детей, поспешили к ступеням церкви. Берни. сжимая кулаки, смотрела на толпу, скользя глазами от лица к лицу. Некоторым людям хватило совести смутиться, другие улыбались ей, но были и такие, чьи лица кривились от ненависти к этой маленькой простой женщине. Сэм встал рядом с матерью с прямой спиной.

Я так гордилась ним.

Крейг обошел их и я схватила его за руку.
- Крейг, тебе нужно идти в церковь немедленно. Мы скоро подойдем, - сказала я и почувствовала исходящий от него гнев секундой раньше, чем он понял, что я права. Взглянув на мать и брата еще раз, он поспешил в церковь, чтобы успокоить свою невесту, что с ним все в порядке.

- Сэм, вам с мамой нужно идти внутрь, - сказала я. - Видишь, Того принес Триш.

Все двусущие, наводнившие Райт, посешили на помощь Квинну и его новой подруге. Того отнес оглушенную и раненую Триш в церковь, положил на скамейку в заднем ряду, а потом занял свое место среди оборотней, охраняющих церковь. Три байкерши и веры из фургона присоединились к райтовским служителям закона, хотя им явно больше хотелось быть рядом со своими в качестве живой стены. К ним присоединились и другие.

Я увидела миниатюрную женщину, которую узнала.
- Луна! - воскликнула я и обняла двусущую.
Я не видела её с тех пор, как покинула Даллас; казалось, будто прошли годы, но это было не так.

- Ты всегда в беде? - спросила она, сверкнув улыбкой. - Эй, посмотри туда.

Несколько фигур выдвинулось из живой цепи, два вера улыбались и махали рукой. один из них воскликнул: "Привет, Молочная косточка", и я вспомнила, что они были одними из тех, кто помогал нам в Далласе. Чудесно.

- Это похоже на игру "Прибей Крота", - воскликнула Луна, стараясь перекричать шум толпы. - Мы выкурили их из той липовой церкви в Далласе, но, держу пари, некоторые из тех людей уже здесь, вопят, что мы все должны сдохнуть. Вообще-то я уже видела одну из них. Сара здесь!

Я уставилась на неё.
- Сара Ньюлин?
Она была женой основателя Братства Солнца и ушла в подполье со своим мужем после нападения.

Луна кивнула.
- Разве это не кое-что?

- Мне нужно идти в церковь, - сказала я. - Весь этот путь я проделала ради свадьбы и мне лучше пойти посмотреть на нее. Надеюсь, мы сможем поболтать с тобой позже.

Она кивнула в ответ и повернулась к мужчине, вдвое превосходящему ее по размеру, который кричал, что хочет войти в церковь и пристрелить священника, проводящего эту пародию на церемонию. Это то, что он сказал слово в слово, правда он запнулся на "пародии". (Ему кто-то подсказывал? Думаю, да.) Луна даже не стала ничего говорить в ответ. Она просто завизжала. Она до чертиков напугала мужика, который споткнулся, попятившись назад.

Ошарашенная поведанным Луной, я быстро взбежала по ступенькам к двойным церковным дверям, проклиная свои высокие каблуки. (Сегодня мобильность значила гораздо больше внешнего вида.) ФБР разыскивало супругов Ньюлин с той ночи, как мы с Луной сбежали от Братства. Они нашли много интересного - оружие, труп - скрытого в огромном здании бывшей церкви. Стив и Сара Ньюлин продолжили свою миссию ненависти несмотря на бегство. У четы было полно последователей. Я была бы рада, если бы Сару Ньюлин поймали и наказали по закону. Мне не за что было ее благодарить, ведь меня чуть не изнасиловали и не убили в подвале Братства.

Ничем нельзя было заглушить весь этот шум, доносившийся с улицы, но в вестибюле церкви было спокойно и относительно тихо. Через приоткрытые в церемониальный зал двери я могла видеть, что свечи зажжены и цветы расставлены по местам. Брат Дейдры, военный Джаред, принес с собой винтовку и стоял у дверей, готовый пустить ее в ход. С ним был Сэм.

Я могла видеть семью Лисли, ждущую в проходе: хотя мать Дейдры едва сдерживалась, чтобы не заплакать, ее отец выглядел очень грозно. Он тоже пришел вооруженным. Я его не винила. Крейг и Берни стояли справа от них, вместе с женой Брата Эрроусмита. Она привела с собой сына, загипсованного. Он выглядел сердитым, напуганным и униженным и больше всего - смущенным, потому что Берни стояла напротив и смотрела ему прямо в лицо, не позволяя парню уклониться от ее взгляда.

Дверь с восточной стороны вестибюля открылась, - это было помещение для невест, и сестры Дейдры выглянули в своих платьях подружек невесты, обе прелестные и очень юные. И очень напуганные. Их старший брат кивнул им, стараясь приободрить.

- Где Денисса и Мери? - спросила младшая из сестер.

- Девушки, которые должны были петь? Они не пришли, - сказал Джаред.
Дверь закрылась. Я знала, что в маленькой комнате ждет ответа Дейдра в своем свадебном платье.
- Их родители были слишком напуганны, чтобы позволить им прийти, - объяснил Джаред нам с Сэмом. - Соки, может ты споешь вместо них?

Сэм фыркнул.

- Это одна из вещей, с которыми я не могу помочь. Если бы ты слышал, как я пою, то поискал бы другое решение, - я уже не думала, что меня что-то сможет развеселить, но это сработало. Я глубоко вздохнула. - Я постою здесь и прослежу за дверью. Вы оба - участники церемонии.

Джаред колебался.
- Ты умеешь обращаться с этим? - сказал он, протягивая мне винтовку.
Это был Винчестер модели .30-30. Я пристально посмотрела на него.
- Я предпочитаю дробовик, - сказала я. - Но я справлюсь.

Он бросил на меня прямой взгляд и исчез за двойными дверями. Сэм потрепал меня по плечу и последовал за Джаредом.

Я услышала, что в зале заиграла музыка. Из боковой комнаты вышла старшая из сестер Дейдры, ее платье цвета лаванды шуршало по ногам, а взгляд, направленный в мою сторону, остановился на винтовке.

- Я просто перестраховываюсь, - сказала я, стараясь смотреть обнадёживающе.

- Я собираюсь позвонить в колокол, - сказала она мне, как будто ей нужно было получить моё разрешение. Она указала на дверь в западной части вестибюля, ведущую к колокольне.

- Хорошая идея. - Я понятия не имела, так ли это, но если традиция требовала, чтобы колокол звучал во время свадьбы, значит колокол должен зазвучать. - Тебе нужна моя помощь?

- Если вы не возражаете. Моей младшей сестре нужно остаться с Дейдрой. Она действительно нервничает. Вам придётся ненадолго опустить винтовку, - её голос звучал почти виновато. - Кстати, меня зовут Энджи.

Я представилась и пошла за ней через маленькую дверцу в колокольню. Длинная красная бархатистая веревка свисала сверху как огромная толстая змея. Я взглянула вверх, на колокол, висящий над нашими головами, задаваясь вопросом, сколько он весит. Я надеялась, что строители знали, что делали. Я положила винтовку на пол, и мы с Энджи взялись за веревку, уперлись каблуками и дернули.
- Четыре раза, - сказала она прерывисто дыша. - По времени начала свадьбы - в четыре.

Фактически это было даже весело. Нас почти сбивало с ног, когда колокол качался, но мы прозвонили все четыре раза. И я услышала, что толпа притихла.

- Интересно, есть ли динамик снаружи, - сказала я.

- Они установили один для похорон мистера Уиллистона, - сказала Энжи. - Он был в законодательном собрании штата.
Она открыла дверку на электрическом пульте управления и повернула выключатель.

Я услышала потрескивание снаружи, а потом "Иисус, источник человеческих желаний" обрушился на головы людей из толпы. Я услышала один-два крика, но можно было сказать, что люди прислушались.

Энджи отправилась открывать дверь комнаты, где ждала невеста, и Дейдра с самой младшей сестрой вышли оттуда. Мистер Лисли присоединился к ним, и я бы сказала, что он старался сфокусировать свое внимание на дочери, вместо того, чтобы смотреть за происходящим на улице.
Дейдра была вся в белом, а ее руки сжимали жизнерадостный букет из подсолнухов и маргариток.

- Ты выглядишь прекрасно, - сказала я.
Кто не улыбнется, глядя на невесту?

- Это наша реплика, - сказала Энджи сестре, и та открыла двери в зал для церемоний. Заиграл свадебный марш, и его было слышно как внутри, так и снаружи. Пораженная Дейдра повернулась ко мне.

- Встаньте все, - сказал Брат Эрроусмит звучным голосом, и хотя большинство собравшихся и так стояло, я услышала шорох одежд поднимающихся.

Энджи пошла по проходу первой, затем ее сестра. Наконец Дейдра с сияющим лицом взялась за руку отца и медленно пошла к своему жениху.

Я взяла винтовку и, стоя в вестибюле посередине между внутренними и внешними дверями, присматривала за обеими. Я видела, как отец Дейдры, выйдя вперед, шепнул что-то Брату Эрроусмиту, который сказал:
- Пожалуйста, поучаствуйте со мной в священнодействии, каждый из нас, как внутри, так и снаружи, встанем пред Богом, чтобы произнести Молитву Господню.

Он окончательно преодолел смущение. Я подошла поближе к внешним дверям, приложив ухо к одной из них. Спустя некоторое время я услышала голоса снаружи, произносящие молитву параллельно свадебной церемонии. Не все люди снаружи присоединились к ней, но все же такие были.

Я рискнула пробраться в колокольню, чтобы выглянуть в одно из небольших окон, и то, что я увидела, меня поразило.

Некоторые люди молились, стоя на коленях. Немногих протестующих, кто продолжил кричать, решительно заставляли замолчать сухие замечания сочувствующих и ругань набожных. Я рванула к внутренним дверям и сделала знак священнику продолжать в том же духе. Затем я вернулась назад в колокольню, чтобы наблюдать дальше.

И я увидела ее. Сару Ньюлин. На ней была шляпа и темные очки, но я ее узнала. Конечно, она была с плакатом: ЕСЛИ ЛАЕШЬ ИЛЬ РЫЧИШЬ, ТЫ В АДУ ЗАВОПИШЬ. Мило. Она оглядывалась вокруг с недоуменным негодованием, как будто никак не могла поверить, что мы, разыграв козырную божественную карту, смогли преодолеть ненависть толпы.

Потом начали читать Апостольский Символ Веры.
- Верую во единого Бога Отца Вседержителя... - пел хор голосов внутри церкви и снаружи. Голос Брата Эрроусмита звучал искренне. Когда Символ Веры закончился, наступила долгая молчаливая пауза.

- Сегодня мы собрались вместе, чтобы объединить священными узами брака... - прервал ее Брат Эрроусмит и продолжил наверное самую чинную и торжественную свадьбу из всех, что были в этой церкви; я даже готова была поставить на это. Люди снаружи слушали, как Дейдра дрожащим голосом согласилась быть женой Крейга, чей голос звучал напряженно и трепетно.

Это было прекрасно.

Это было то, что нужно для выхода из этого трудного положения.

Постепенно наши противники снаружи стали рассеиваться, пока не осталось лишь несколько особенно упорных ненавистников. Все двусущие остались стоять. Когда Крейга и Дейдру объявили мужем и женой и заиграла торжественная органная музыка, с улицы раздались аплодисменты.

Я прислонилась к стене у дверей церкви. Чувство было такое, будто бы я только что пробежала марафон. Вокруг кипела маленькая свадебная вечеринка, поздравления и объятия, а Сэм отделился от всех и поспешил по проходу ко мне в вестибюль.

- Это была отличная идея, - сказал он.

- Подумала, что будет не лишним напомнить всем, где они находятся, и кто за ними наблюдает, - ответила я.

- Я звоню в ближайший винный магазин, чтобы заказать бочонок вина с доставкой и кучу закуски из бакалеи, - сказал Сэм. - Мы должны поблагодарить всех за то, что приехали сюда издалека.

- Пора идти на прием?
Жених и невеста, счастливые, как только двое молодых людей могут быть, возглавили процессию к задней двери церкви, чтобы пройти в банкетный зал.

- Да.
Сэм был занят со своим айФоном, приглашая знакомых на импровизированную вечеринку после приема в церкви.

Я не хотела отвлекать Сэма от его счастливых семейных хлопот, но были вещи, которые нам необходимо было обсудить.
- Как все они узнали, когда нужно сюда приехать?

- Я не знаю, - сказал Сэм ошарашенно. - Я думал, Твиттер или Интернет...

- Да, я тоже так думала. Но некоторым из этих людей понадобились часы, чтобы добраться сюда. А ведь проблемы начались только этим утром.

Сэм сильно призадумался.
- Я даже не подумал об этом, - сказал он.

- Ну, у тебя были дела поважнее.

Он одарил меня ухмылкой.
- Можно и так сказать. И что, у тебя есть теория?

- Тебе не понравится.

- Нет, конечно. Мне вообще ничего из этого не нравится. Но, как бы то ни было, оно рассеялось.
Мы стояли на ковровой дорожке между церковью и залом общины, и я поняла, что территория окружена двусущими, и все они настороженно наблюдают. Они не ослабили бдительности, несмотря на то, что семьдесят процентов протестующих ушли. Я была рада этому, так как не думала, что все закончилось на самом деле. В лучшем случае, предотвращено самое худшее.

- Я подумала об этом, когда увидела, как много собралось народу. Похоже, что это было спланированно. Прошел слух о свадьбе и кто-то решил, что это шанс проверить в действии организованный протест... все равно что температуру воды узнать. Закончилось бы это удачно для тех засранцев, что орали здесь - свадьба была бы сорвана, или если бы веры взбесились и убили человека - это послужило бы прецедентом для следующих акций.

- Но веров тоже пришло много.

Я кивнула.

- Ты имеешь в виду, что двусущие тоже были заранее предупреждены? Теми же…?

- Теми же людьми, которые предупредили противников двусущих.

- Чтобы вызвать это столкновение.

- Чтобы вызвать это столкновение, - согласилась я.

- Свадьба моего брата была репетицией?

- Думаю, да, - я пожала плечами.

Сэм придержал для меня открытую дверь.
- Я надеюсь, что ты ошибаешься, - сказал он тихо. - Что за псих организует такое?

- Такой, которому все равно, сколько людей умрет в процессе, пока он доказывает свою правоту, - ответила я. - Луна рассказала мне, что кое-кого видела в толпе. Я тоже ее видела.

- Кого? - Сэм внимательно на меня посмотрел.

- Сару Ньюлин.

Каждый супер в Америке знал это имя. Он прокручивал это у себя в голове несколько секунд. Берни, сияющая в своем бежевом платье со шнуровкой, кивнула нам, явно желая, чтобы Сэм присоединился к ней. Новобрачные были готовы разрезать торт - эта традиция требовала нашего присутствия. Мы с Сэмом направились к гостям, собравшимся вокруг стола, накрытого белой скатертью. Крейг положил свою ладонь поверх руки Дейдры, и они вместе порезали свадебный торт, который представлял собой пряник и с ванильным мороженым, собственноручно испеченный матерью невесты. Это была самая частная свадьба из всех, на которых я побывала, и я наслаждалась ее домашней обстановкой. Тарелочки для торта были бумажными, как и салфетки, а вилки - пластиковыми, но никто не волновался по этому поводу. Торт был очень хорош.

Брат Эрроусмит подошел ко мне и, хотя был нагружен тарелкой и вилкой, все же нашел способ освободить руку, чтобы пожать мою. Я почувствовала огромный поток его облегчения, гордости за то, что сделал доброе дело, его беспокойство за сына и любовь к жене, которая весь день поддерживала его и молитвами, и делами.

Грудь священника вздымалась, сердцебиение было учащено, и он думал, что лучше бы ему сегодня воздержаться от пунша, хотя алкоголиком он, разумеется, не был.

- Вам нужно обратиться к кардиологу в Далласе или в Форт-Уорте, - сказала я.

Брат Эрроусмит выглядел так, будто я угодила ему в голову топорищем. Его глаза расширились, рот приоткрылся, и только и думал о том, кем же я являюсь на самом деле.

Я, черт побери, лишь узнала признаки проблем с сердцем. У него болела рука, сердцебиение было учащено и он слишком быстро утомлялся. Нужно было позволить ему думать, что мной руководит что-то свыше, если он так решил. Тогда был шанс, что он прислушается к моему совету.

- Вы действительно умно поступили, включив динамик, - сказал Брат Эрроусмит. - Слово Божье вошло в сердца этих людей и изменило их к лучшему.

Я начала было качать головой, но потом передумала.

- Вы совершенно правы, - ответила я, решив, что я согласна. Чувствуя, что я настолько плохая христианка, что с трудом заслуживаю так называться, и даже хуже, я в то же время понимала, что все еще верю в Бога, не важно, насколько мои дела расходятся с тем образом, которым хотела бы видеть во мне бабушка.

Я по очереди обняла Дейдру и Крейга, машинально говоря Берни, как прекрасно все прошло, что было попросту странно. Потом я столкнулась с четой Лисли и сразу почувствовала их растущее облегчение от того, что эта свадьба закончилась, что Дейдра с Крейгом не останутся жить здесь и возможно их жизнь сможет вернуться в привычное русло. Проще говоря, им нравился Крейг, но эмоциональная травма от этой противоречивой свадьбы после известия о наследии мамы Крейга свело на нет первоначальную радость от того, что он войдет в их семью. Миссис Лисли горячо желала, чтобы две другие дочери даже не посмотрели на оборотня или перевертыша, а мистер Лисли думал, что следующих двусущих, которые посватаются к его дочерям, он встретит с дробовиком.

Всё это было грустно, понятно и, думаю, неизбежно.

Когда пришло время покинуть церковь, напряжённое состояние снова постепенно начало возрастать.

Сэм вышел наружу и объяснил ожидавшим оборотням, что сейчас будет. Когда Дейдра с Крейгом вышли из зала церковной общины, они пошли через церковь, чтобы находиться под защитой стен как можно дольше. Пока мы собирались в вестибюле церкви, я приоткрыла дверь, чтобы выглянуть наружу. Двусущие образовали плотный коридор из тел от дверей церкви до припаркованных машин. 
Триш и Того уже вполне восстановились, чтобы присоединиться к ним, хотя их испачканная кровью одежда выглядела ужасно.

Молодожены вышли наружу и собравшиеся зааплодировали. Удивленная парочка расправила согнутые плечи, и Дейдра трогательно улыбнулась. Их свадебный прием завершился практически нормально.

Дальнейший план состоял в том, что все мы отправляемся в дом Берни. Родители Дейдры высказали предположение, что возможно ей стоит переодеться там в другое платье, и я не хотела особенно задумываться, почему они сочли это хорошей идеей. Также они сказали своим двум младшим девочкам садиться в машину и ехать домой, не оставляя никакого выбора. Я обняла на прощание Энджи, с которой мы вместе звонили в колокол, но даже не подумала, чтобы перемолвится словом с ее младшей сестрой и их братом.

Я всмотрелась в остатки толпы. Оставалось еще немного протестующих, но они заметно скромнее выражали свое мнение. Некоторые враждебно махали плакатами, некоторые злобно смотрели... но все это было мелочью после наших мытарств на пути в церковь. Я искала конкретное лицо и заметила его снова. И хотя она выглядела старше, чем должна была, и нацепила темные очки и шляпу, женщина стоящая с фотокамерой в руках была Сарой Ньюлин. Ее мужа я приметила в баре в Джексоне, где он поддерживал своего последователя, собиравшегося убить вампира. У Стива Ньюлина это не сработало, и не должно сработать у Сары. Не было сомнений, что она меня сфотографировала. Если Ньюлины меня выслеживают... Я огляделась вокруг. Луна поймала мой взгляд.

Я кивнула ей и она подошла. Мы тихонько переговорили. Луна отправилась к Бренде Сью, одной из байкерш, блондинке около метра восьмидесяти ростом с короткой спортивной стрижкой. Они вдвоем стали оживленно беседовать на ходу, оказываясь все ближе и ближе к Саре, которая начала бить тревогу, когда они оказались в полутора метрах от нее. Рука Бренды Сью взметнулась, вырывая камеру из рук Сары. Байкерша немного пожонглировала ей, а затем перекинула Луне.

Луна, усмехаясь, перебросила камеру за спиной из правой руки в левую. Блондинка сделала несколько движений в шутливой попытке отобрать ее. Однако камера все еще была в руках Луны. Потом Бренда Сью все же получила ее и, поиграв немного, вернула Саре.

Уже без карты памяти.

К этому времени все, кто приехал на свадьбу, уже были у своих машин. Луна с Триш и Того сели в кузов пикапа, а каждый байкер взял по пассажиру. Мы приехали к дому Берни без единого плохого инцидента. На улицах Райта все еще было многовато народа, но протест лишился своего стержня - жажды насилия.

Высадившись перед домом, мы увидели, что пиво уже доставили и выгрузили на заднем дворе, и более того - люди приносили еду. Владелец бакалеи лично доставил больше сандвичей, банок с салатами и печеных бобов, а также привез бумажные тарелки и вилки. Люди, которые были слишком испуганы, чтобы прийти на свадьбу, пытались найти способ, чтобы реабилитироваться, как я это поняла. А обычно я довольно хорошо разбираюсь в человеческой природе. 

Внезапно нас затянула свадебная суета.

Двусущие, наводнившие Райт, теперь хлынули через дом на задний двор, чтобы выпить и съесть сандвич-другой перед возвращением к себе домой. Ощущая вполне уместное удовольствие, я поняла, что должна потрудиться. Мы с Сэмом сменили выходные наряды на шорты и футболки и с ловкостью людей, долго работавших рука об руку, расставили складные столы и стулья, нашли стаканы под пиво, снарядили поправляющихся Триш и Того в магазин, разложили салфетки, вилки и тарелки с едой. Я приметила большой бак для мусора под навесом для машин, нашла мусорный мешок, вставила туда и отнесла на задний двор. Сэм установил газовый гриль. Хотя Док с Минди предлагали помощь, мы с Сэмом были рады, когда они с детьми отправились домой. После такого дня им не стоило оставаться здесь. Их детям нужно было возвращаться в Муни.

Немногие люди остались праздновать с двусущими. Большинство обычных людей, казалось, уловили это различие и довольно быстро ретировались.

Хотя складных стульев нам нехватало, гости устроились сами. Они расселись на газоне, просто стояли или бродили. Когда вернулись Триш и Того с легкими напитками, котлетами для гамбургеров и булочками, гриль уже был готов и Сэм приступил к приготовлению. Я начала доставать пакеты с чипсами. Для спонтанной вечеринки все получалось очень хорошо. Я отправилась разливать пиво.

- Соки, - произнес низкий голос, я подняла голову от бочки и увидела Квинна. У него была тарелка с сандвичем, чипсами и парочкой пикулей на ней, и я вручила ему кружку пива.

- Я понимаю, - сказала я, лучезарно улыбаясь.

- Это Тайжерин, - сказал Квинн. Он произнес это имя очень аккуратно. Оно звучало как "Тай" плюс приглушенный звук, а затем "рин" как в слове "мандарин". Я мыслено попрактиковалась на будущее пару раз (а попозже узнаю, как это пишется). 
- Это значит "Тигрица" на датском. Она потомок суматранских и датских тигров. Зовет себя "Тайж". Произносится как "Тай".

У нее были такие же темно-фиолетовые глаза как у Квинна, но пожалуй с более коричневым оттенком, и приятное округлое лицо с высокими скулами. Ее блестящие волосы были цвета молочного шоколада, чуть темнее, чем цвет ее очень загорелой кожи. Ее улыбка порадовала бы любого стоматолога. Я решила, что она моложе меня, возможно ей около двадцати трех. 

- Привет, - сказала она. - Я рада познакомиться с тобой.

- Я тоже рада - ответила я. - Давно ты в Америке?

- Нет, нет, - сказала она, покачивая головой. - Только приехала. Я - европейский сотрудник "Особых Событий", той же организации, на которую работает Квинн. Они отправили меня сюда набираться американского опыта.

- Тебе, наверняка, пришлось увидеть сегодня нелицеприятную сторону американского опыта. Сожалею об этом.

- Нет, нет, - снова сказала она. - Демонстрации в Нидерландах так же неприятны.
Вежливо.
- Я рада быть здесь. Рада познакомиться с Квинном. Ты знаешь, что не так много тигров осталось?

- Это то, что я слышала, - сказала я и перевела взгляд с неё на Квинна. - Думаю, ты много еще узнаешь здесь, Тай. Я надеюсь, что остальное пребывание в Америке будет приятнее, чем сегодня.

- О, конечно, будет! - сказала она беспечно. - Здесь мы в гостях, и я встречаюсь со многими интересными людьми. И моление в церкви было тоже очень интересным.

Я улыбнулась в знак согласия, "интересным" было одним словом для названия всего этого.
- Да, Квинн, - спросила я, так как мы были очень корректны перед Тай. - Как твоя мама?

- У неё всё хорошо, - сказал он. - А моя сестра вернулась в школу. Я не знаю, как долго это продлится, но она, кажется, немного более серьёзной, на этот раз.

- Приятно слышать, - сказала я.

- Как Эрик? - Квинн, действительно, прилагал усилие. Тай смотрела слегка вопросительно.

- Эрик - мой парень, - объяснила я ей. - Он - вампир. - Я автоматически посмотрела на задний двор, чтобы оценить, сколько оставалось до заката. Эрик не поднялся бы ещё где-то час. - Он в порядке, Квинн.

Тай казалась заинтригованной, но Квинн взял её за руку и направился с ней в сторону.
- Мы поговорим позже, - сказал он.

- Конечно.
Они заговорили с Того. Трое смотрелись, словно деревья среди обычных людей.

Дейдра и Крейг уже закончили пожимать руки и благодарить всех тех, кто пришел охранять их жизни на свадьбе. Затем новобрачные переоделась и отбыли в свой медовый месяц - самое приятное занятие, которое им предстояло. Квинн с Тайжерин проводили их до машины Крейга, а потом вернулись, и Квинн разыскал меня на кухне, где я рыскала в ящиках Берни в поисках мешков для мусора.

Квинн внешне был очень серьёзен. Мы остались одни на кухне, что был довольно удивительно.

- Привет, - сказал он и оперся на столешницу. 
Я вытащила мешок из картонной коробки и встряхнула его. Потом вытащила набитый мешок из кухонной помойки и завязала его.

- Это был долгий день, да? О чём ты хотел поговорить?
Лучше сразу было перейти к делу. Я положила полный мешок у задней двери и вставила новый.

- В последний раз, когда я видел тебя, Билл и я поступили глупо и ты пострадала, - сказал Квинн. - Эрик выставил меня из пятого округа, и я вынужден был уйти. Я не знаю, поняла ли ты, что С(С)С -Супер (Стильные) События- и "Особые События" в основном принадлежат вампирам?

- Нет.
Хотя это было не удивительно. Две компании по обслуживанию и организации праздников имели в штате оборотней и людей, но я была уверена, что они привлекли большой стартовый капитал и вели дела на очень высоком уровне. А это был почерк вампиров.

- Поэтому я не могу позволить себе пойти против кучи мертвяков, - сказал Квинн, и казалось, будто он считает это большой слабостью. - Они также являются тайными инвесторами пансиона, где находится моя мать. 
Квинн уже уплатил вампирам один семейный долг.

Они каждый раз встают у тебя на пути, - сказала я.
Мы пристально посмотрели друг на друга.

- Я хочу, чтобы ты знала, - сказал он. - Я хочу, чтобы ты знала это, если не захочешь быть вместе с Эриком, если он воспользуется каким-либо способом принуждения, если у него есть какой-либо рычаг воздействия на тебя, такой, каким они воспользовались со мной… Я сделаю всё от меня зависящее, чтобы тебя освободить.

И он на самом деле собирался это сделать. Внезапно передо мной пролетела целая другая жизнь, и на мгновение мое воображение ясно разрисовало ее во всех красках. Я пыталась представить свою жизнь с Квинном, который был теплым, добрым и превосходным любовником. Он действительно сделал бы все возможное, чтобы встрять между мной и Эриком, если бы счел, что я пренебрегаю осторожностью в отношении с вампиром, не важно, какими были бы последствия для него самого.

Я не святая. Я подумала, как замечательно было бы встречаться с мужчиной, с которым можно пройтись днем по магазинам, от которого можно иметь ребенка, который старается ради блага женщины. Но даже если бы я решила уйти от Эрика, Эрик всегда смог бы через свои вампирские связи заставить Квинна расплачиваться до самой смерти.

Я взглянула через его плечо в окно с видом на двор, где Тайжерин со счастливым видом расправлялась с четвертым гамбургером. О ней мне было известно немного, зато я прекрасно знала, как мало в мире осталось вертигров. Если Квинн и Тайжерин поладят, у них может родиться тигренок. А по тому, как она смотрела на Квинна, я поняла, что сейчас ее не связывают никакие отношения. Они с Квинном, судя по лицам, наслаждались взаимным притяжением, и я удивлялась тому, что несмотря на все это он сделал мне такое предложение. 

Я сделала глубокий вдох прежде, чем сказать ему, что понимаю, какую большую честь он оказывает мне.

- Квинн, ты прекрасный человек, и ты очень привлекательный, и я испытываю к тебе очень нежные чувства, - начала я, глядя ему прямо в глаза, потому что хотела, чтобы он понял, как много значит для меня каждое слово. - Но... иногда я думаю, к несчастью для меня... я люблю Эрика. Он пришел с тысячелетним багажом... но сейчас он - мой парень, - я сделала еще один глубокий вдох. - Со всей признательностью, но я должна тебе отказать, но я остаюсь твоим настоящим другом и всегда им буду.

Он притянул меня к себе. Мы крепко друг друга обняли, а потом я отступила назад. 
- Иди, повеселись, - сказала я, яростно подмигивая, и тогда он ушел.

Несколько минут ушло на восстановление - чувственная сторона довольно инертна, а затем я вышла во двор, посмотреть, не нужно ли чего Сэму. Гриль был уже выключен, так как он пережарил все, что поддавалось готовке. Уличные фонари были включены, и на заднем дворе Берни тени причудливо играли со светом. Кто-то вынес проигрыватель CD и поставил громкость на полную. Я удивилась, что Джим Коллинз не возражает.

Из тени из-за угла дома показалась маленькая фигурка. Это была женщина в жилете с бюстгальтером под ним, коротенькой юбке и сандалиях на ремешках. Вечером быстро холодало, и я подумала, что новоприбывшая скоро вся покроется мурашками. Ее короткие темно-коричневые волосы были гладко зачесаны назад.

И затем я её узнала.

Джанналинн нарядилась чтобы убивать. В моменты смятения я представляла, что она здесь, и вот она была здесь.

Неловкая ситуация.

Сэм увидел её в тот же момент, когда и я, и я могла читать его как книгу в тот момент. Он был счастлив видеть её, но он был также поражён, и это лучшее, что я могу сказать.

- Здравствуйте, девушка, - сказала Берни, выступая вперёд веров. - Поверить не могу, что мы с вами не знакомы. Я - Берни Мерлотт.

Джанналинн присоединилась к веселой компании, видя, что двусущие отлично проводят время, и я подумала, что она пережила неприятный момент, понимая, что Сэм не пригласил ее туда, где было много других оборотней. Я была рада, что она меня не видит. Я ретировалась обратно на кухню...  глупо, но я до смерти боялась Джанналинн. Мне было известно, какова она в деле, и не зря вожак шривпортской стаи назвал ее своим силовиком.

- Привет, дорогой, - позвала она, обнаружив Сэма через плечо его матери.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/21269/70053

Переводчики: arrgentum, klaypeda, jeneveva