Готовый перевод Pocket Companion to Narnia - A Guide to the Magical World of C. S. Lewis / Карманный путеводитель по Нарнии - волшебному миру К.С. Льюиса: А

ЮНОСТЬ - см. Молодёжь.

ВЗРОСЛЫЕ - в "Хрониках" Льюис постоянно использует слово "взрослый" как синоним для понятий "узко мыслящий", "лишённый воображения" и "слишком практичный" (см. практические примечания для практичности в хорошем смысле). Люси называет "взрослым" тот скептицизм, который она видит в вопросе Сьюзен: "И где, по-твоему, ты видела Аслана?" (ПК 9). Льюис говорит, что "самые глупые взрослые - те, которые взрослее всех" (СК 16)

Мы видим, что Шаста "привык ничего не говорить взрослым, чтобы хуже не было (КиЕМ 5). Именно "взрослый" тип мышления создал Экспериментальную школу (СК 1 - прим. перев.). Пожалуй, главной претензией детей и молодёжи к взрослым является то, что взрослые утратили своё воображение. Это неплохо иллюстрирует один короткий диалог между Дигори и Полли. Когда они собираются исследовать давно заброшенный дом, стоящий по соседству с домом Дигори, мальчик говорит: "Нет, не может дом стоять пустой столько лет. Это какая-то тайна." "Папа думает, там протекают трубы", отвечает Полли. Дигори возражает: "Взрослые всегда думают неинтересное" (ПЧ 1).

Среди положительных персонажей - взрослых людей - в Хрониках присутствуют: король Каспиан Десятый, профессор Дигори Кёрк, Дриниан, Эрлиан, король Франциск, королева Елена, орландский отшельник, Летиция Кэттерли, король Лум, Мэйбл Кёрк, Верховный король Питер, миссис и мистер Пэвенси и неизвестный рыцарь, умерший от голода ради спасения Шасты. Общее в этих персонажах - их честность и забота о других. Мы можем предположить, что все они соберутся на великой Встрече в ПБ.

В то же время глупых и часто злых взрослыех персонажей объединяет полное презрение к "ребячествам" (см. Ахошта, Альберта и Гарольд Вред, Аршиш, Глозель, Гумп, Мираз, Мисс Призл, Прузамприсмия, Мопс, Рабадаш, Сопеспиан и Тисрок). Фактически, взрослые в "Хрониках" становятся злыми, когда начинают воспринимать вещи, дорогие детям, как "сказки" (ПК 4) или "бабкины побасенки" (ПК 9); и, как правило, в конце они расплачиваются за своё неверие. Мираз не верил в старинные легенды и велел Каспиану не упоминать и даже не думать о них; а в конечном счёте (и во многом именно из-за этого) он потерял своё королевство. Дигори распознал в дяде Эндрью злого чародея, а из сказок он знал, что чародеи плохо кончают. Льюис подразумевает, что дядя Эндрью никогда бы и не начал свои тёмные дела, если бы верил в "бабкины побасенки" (ПЧ 2).

ПРИКЛЮЧЕНИЕ - В "ХН" приключение - это проявление жизни в её наивысшей интенсивности. От приключения невозможно уклониться, не опозорив себя, ведь только оставив привычное ради неизведанного, можно обрести подлинное достоинство.

Этот смысл приключений, наверное, ярче всего раскрывается на примере двух персонажей, которые сами едва ли его осознают. Это Джил и Юстэс, жертвы новейшей Экспериментальной школы. Их воображение не готово к тому, с чем они столкнутся в Нарнии; но именно через встречу с приключениями, Юстас и Джилл узнают, ЧТО это такое (ПЗ 12; СК 13; ПБ 2, 9). Королева Сьюзен первая [в "Хрониках"] употребила слово "приключение" (ЛКПШ 16), заметив при этом, что люди, пережившие нечто подобное, отличаются и по облику и по речи.

[СПОЙЛЕРЫ ПЗ] Величайшим искателем приключений в "Хрониках" по праву можно назвать Рипичипа. Он первым идёт навстречу неведомому, а отступление считает за трусость. Он объявляет, что истинная цель плавания "ПОКОРИТЕЛЯ ЗАРИ" - поиск славы и приключений, а потом и отважно плывет на Край Света к свому собственному приключению.
Особенность Рипичипа в том, что у него нет надежд и страхов. Даже когда корабль плывёт во мраке, Рипичип видит в этом лишь славное приключение. Он - единственный на корабле, кто остался равнодушен к ужасам Тёмного острова (12)

Лорд Руп и команда "Покорителя Зари", войдя в темноту, несут в себе свои надежды и страхи. Это не они принимают приключения - скорее приключения захватывают их. Заблудившись в собственных иллюзиях, они почти теряют надежду и разум. Руп, во всяком случае, исцеляется только даром Аслана - сном без сновидений.
В то же время, сам Рипичип напоминает Каспиану, что король "не вправе тешить себя приключениями, как частное лицо" (13), таким образом указывая тому на его призвание. Каспиан и сам взывает к жажде приключений, когда просит команду корабля продолжить путь на восток (14).

В СК слова Рилиана подтверждают убеждение Рипичипа, что приключения нельзя принимать беспечно. Когда дети и Хмур пытаются понять, что же происходит в Подземье, он говорит: "когда человек решился на такое, как мы, он должен оставить надежды и страхи, иначе смерть или свобода придут слишком поздно, чтобы спасти его разум и честь".

Рилиан даёт приключение иное толкование. Его вера в Аслана позволяет ему с уверенностью сказать: "Спустимся в город и примем судьбу, посланную нам".

[СПОЙЛЕРЫ ПБ] Такое принятие необходимости приключений мы трижды видим в ПБ (2, 9 и 12): первый раз его выражает Тириан, когда Алмаз повторил, что Аслан не ручной лев; потом уже сам Алмаз, когда он объявил, что вернётся к Хлеву на холме; и опять Тириан, когда он смиряется с тем, что Джил и Юстэс останутся с ним для неизбежной последней битвы. И как КиЕМ является приключением Шасты и Аравиты, Игого и Уинни; и как исследование чердака, предпринятое Дигори и Полли, привелипривело их к намного бОльшим приключениям в Нарнии; и как сама Нарния стала приключением для семи своих друзей [из нашего мира], так же и Хроники Нарнии - являются приключением для читателей, которое, как надеялся Льюис, они сохранят на всю жизнь.

СТАРЕНИЕ И НЕМОЩНОСТЬ - в стране Аслана те, кто состарился, становятся молодыми, их седые волосы и морщины исчезают. А очень юные вырастают только к расцвету своей зрелости (в христианской теологии, этот возраст будет составлять 33 года, поскольку столько лет было Иисусу в конце Его земной жизни).

Это красиво показано в эпизоде перехода Каспиана от смерти к жизни в конце СК (16), а также же через образы леди Полли, лорда Дигори и Эрлиана в ПБ (12 и 16). Колено короля Эдмунда, повреждённое в матче регби, зажило. Всё восстановлено здоровым, нарядным и чистым (ПБ 13). Льюис, как человек своего времени, пытаясь смотреть на вещи глазами детей, отчасти подвержен "эйджизму", может быть, потому что сам боялся старения. Например, Джил у него говорит: "Лучше погибнуть, сражаясь за Нарнию, чем стать старой и скучной, и, может, ездить в инвалидном кресле, и в конце концов всё равно умереть" (ПБ 9).
[Автобиографические аллюзии; Молодёжь]

АХОШТА ТАРХАН - великий визирь Тархистана (КиЕМ 7 и 8), и человек, за которого должна выйти замуж Аравита (КиЕМ 3). Происходя из низших слоев тархистанского общества, он хитростью проложил себе путь в высшие круги власти. Он владеет тремя дворцами, один из которых, особенно дорогой, стоит у озера Илкин. Он описывается как "низкий, горбатый, высохший старый человек" (7), и чаще всего он изображен упавшим к ногам Тисрока. В представлении Аравиты он "отвратительный, унижающийся раб" (9), который притворяется послушным, а на самом деле пытается влиять на Тисрока для собственной выгоды.

АЛАМБИЛЬ - одна из двух планет нарнийского небосклона (другая - Тарва); также названа кентавром Громобоем "госпожой Мира" (ПК 4 и 6)

АЛЬБАТРОС - большая морская птица (ПЗ 12), и символ удачи для моряков, считавших, что стрелять в неё - значит, привлечь беду (см. "Сказание о старом моряке", Самуэль Кольридж)
[Голос Аслана; сон (сны); литературный(е) намёк(и); провидение]

АЛЬБЕРТА ВРЕД - мать Юстэса, а также тётя Эдмунда и Люси. Дети боялись проводить летние каникулы "в доме тёти Альберты", где даже единственная картина, которая им нравилась, была вынесена в крошечную комнату наверху.

Альберта - нонконформистка, вегетарианка, трезвенница и некурящая; и она, и ее муж Гарольд "не носили синтетического белья" (ПЗ 1). (Эти шесть черт - нонконформистка, вегетарианка, трезвенница, некурящая, не носящая "синтетического белья" и феминистка - отнюдь не означают, что она, а также её муж и сын принадлежали к Церкви Святых последних дней; они могли быть членами одного из многочисленных сообществ середины XXв, девизом которых стала фраза "Назад к природе!" ).

На принадлежность Альберты к феминисткам, указывает замечание Юстэса, что она сочла бы дискриминацией поступок Каспиана, когда он уступил Люси свою каюту, потому что она девочка (2).
Когда ребята возвращаются из путешествия на "ПОКОРИТЕЛЕ ЗАРИ" и замечают, как сильно Юстес изменился к лучшему, лишь Альберта находит, что он стал заурядным и скучным, и объясняет данную перемену влиянием "этих Пэвенси" (16)
[Взрослый (е); Сексизм]

ЭНДРЬЮ КЕТТЕРЛИ - безрассудный чародей из ПЧ.

[СПОЙЛЕРЫ]. Эндрью - дядя Дигори Кёрка, старший брат его матери, Мэйбл Кёрк. Он живёт в лондонском доме своей сестры Летиции Кэттерли, в мансарде. (Предположение Полли, что Эндрью держит наверху сумасшедшую жену - это литературная аллюзия на действия Рочестера в "Джейн Эйр" Шарлотты Бронте).

Он лишь бледная тень своей нарнийской "коллеги" Джадис (обсуждение параллелей между ними см. в статье "Белая Колдунья"), но через него Льюис показывает ужасные последствия, которые могут постичь наш мир, если власть в нём обретут безнравственные экспериментаторы. (Льюис много размышлял о злоупотреблении технологиями, особенно после того, как появилось ядерное оружие. Такие же опасения он вполне мог питать в отношении генетически модифицированных продуктов, клонирования, а также исследований стволовых клеток.

Эндрью преследует лишь собственные интересы. Без малейшего зазрения совести он отправляет доверчивую Полли в неведомый мир - туда, куда сам не осмелился пойти; и демонстрирует собственную подлость во всей красе, когда заставляет замолчать возмутившегося Дигори, и обосновывает это тем. что дальнейший шум может до смерти напугать его тяжело больную маму. При этом он совершенно не думает о собственной крёстной матери, миссис Лё Фей, и о своём обещании не открывать её шкатулку из Атлантиды, которое Эндрью давал перед её смертным одром.

В разговоре с племянником (глава 2) он постоянно демонстрирует полное неприятие того, что называется общечеловеческими ценностями. Правила предназначаются для детей, слуг, женщин и обычных людей - не для "гениев", вроде него (данная идея близка к той, которую высказывает Великий Инквизитор в "Братьях Карамазовых" Ф.М. Достоевского).

Он посвятил всю жизнь изучению магии, заплатив за это огромную цену; и вот, он способен открыть запретную шкатулку - а в ней оказалась пыль (Льюис рассчитывает, что его читатели согласятся: это достойная награда за жизнь, принесённую в жертву магии.). Эндрью объявляет "искажёнными" моральные представления Дигори, объясняя это "женским воспитанием".(ПЧ 2).

Экспериментируя с кольцами, Дигори и Полли выясняют, что дядя Эндрью и сам толком не знает, как работают кольца; ведь, по словам Льюиса, "...многие чародеи сами не ведают, что творят; так и дядя Эндрью" (ПЧ 3). Его крайний эгоизм ясно виден из того, что Эндрью не способен понять что-либо, не относящееся к его собственным потребностям. Он и только что созданные Говорящие Звери смотрят друг на друга: животные - с интересом, а Эндрью - со страхом. Он видит в зверях только потенциальную опасность и не может понять их разумную речь. Они же не могут сообразить, кто (или что) он такое: животное, овощ или минерал. Дальнейшая их беседа о природе Эндрью - одна из самых смешных во всех Хрониках. В конце концов Аслан освобождает несчастного Эндрью из клетки, в которой зверям пришлось его держать, и остаток своей жизни он проводит в доме Кёрков.
[Золотое Дерево, Дом профессора Дигори Кёрка, Юмор, Галка, Хорошо и плохо, Серебряное дерево]

ЖИВОТНОЕ(-ЫЕ) - разнообразные животные игра присутствуют во всех повестях, играя в "Хрониках" важную роль. Нарнию населяют два типа животных: немые и Говорящие Звери. (Животные из различных земных мифологий - к примеру, морской змей, феникс или единорог - также присутствуют в Нарнии; однако, они во многом отличаются как от немых, так и от Говорящих зверей.)

Хотя большинство животных добры и готовы прийти на выручку, некоторые из них весьма злобны. Таковы огромные летучие мыши из армии Колдуньи и волки, присутствовавшие на казни Аслана. [А волк по имени] Фенрис Ульф (Могрим) - один из главных офицеров на службе у Джадис. Обезьяны помогали связывать Аслана, а представитель их племени, Хитр - наверное, самый подлый из всех зверей.

Каждое животное в Нарнии занимается тем, что соответствует его образу жизни. Кроты вскапывают яблоневый сад в Кэр-Паравеле, мистер Бобр строит плотину, кони везут мелких зверей на битву с Колдуньей, а мистер Сова являет образец мудрости. Отталкиваясь от этого, Льюис использует образы животных, как символы или изображения определённых человеческих качеств. Так, Рипичип - воплощение отваги. (Более полно об использовании символов Льюисом см. в статье Говорящие Звери)

По словам Боровика, звери (в отличие от людей и гномов) "остаются те же" - они не меняются и не забывают (ПК 5). Поэтому он способен вспомнить, что в Нарнии был порядок, только когда на её троне восседал сын Адама. И наконец, отношение к животным - хороший барометр морального здоровья. В ПК, когда Нарния находится под гнётом тельмаринов и старые истории почти забыты, многие животные стали немыми, что было редкостью в золотой век.

Дядя Эндрью использует морских свинок в экспериментах с волшебной пылью и - поскольку он считает их своей собственностью (Как видно из названия "Конь и его мальчик", К.С. Льюис не признавал права на владение животными, тем более в Нарнии. Фактически, они представлены в "Хрониках" как другой вид людей. О Уннни говорят, как о нежной женщине (КиЕМ 9), а отшельник называет коней и козлов своими кузенами (КиЕМ 10). См. также неизвестного ёжика в КиЕМ (12), маленького колючего человечка.) - то уже не озабочен тем , что лишает их жизни. А тот факт, что обитатели Харфанга могли есть Говорящего Оленя - не говоря уж о людях и кваклях - снова доказывает, что они отнюдь не хорошие великаны. (СК 8).

ЭНН ФИВЕРСТОН - училась в одной школе с Люси Пэвенси (ПЗ 10). Люси не любит Энн, а та завидует Люсиной дружбе с Марджори Престон. Использовав заклинание, Люси вторгается в личную жизнь Энн, когда подслушивает разговор, в котором Энн стыдит Марджори за дружбу c Люси. Марджори притворяется, будто подруга ей "надоела"; это наносит обиду Люси и ведёт её к искушению тщеславием.

АНРАДИН - тархан, выделяющийся своей бородой, выкрашенной в алый цвет. Посетив хижину Аршиша, он, типично для бесчувственных вельмож Тархистана, предлагает рыбаку продать своего "сына" Шасту (КиЕМ 1). Анрадин - хозяин коня Игого и, вероятно, участвовал в сражении под Зулиндрехом. Позже он присоединяется к войску Рабадаша и участвует в битве при Анварде (13). Дальнейшая его судьба неизвестна.

АНВАРД - название замка короля Орландии в КиЕМ (8, 12, 13 и 15). Очень древний, он был построен из красновато-коричневого камня и находится среди зелёных лугов. За ним возвышаются поросшие лесом хребты гор.
У него множество башен, но нет рва. Планируя захватить Орландию и Нарнию, Рабадаш намеревался вначале занять Анвард и собрать там свои силы. У его стен состоялась битва при Анварде [в которой нарнийцы и орландцы сражались с с войском Рабадаша.]

АРАВИР - в нарнийской астрономии название утренней звезды (ПК 11); скорее всего, это планета, подобная нашей Венере.

АРАВИТА - тархина, девочка-подросток, одна из четырёх главных героев КиЕМ (остальные - Шаста, Игого и Уинни).

[СПОЙЛЕРЫ] История повествует о её побеге из жестокой, удушающей атмосферы Тархистана на север к свободе, а именно - в Орландию. Но гораздо важнее то, что КиеМ становится хроникоой её превращения из заносчивой и самовлюблённой девчонки в образец нарнийского благородства, то есть способности править, проявляя скромность и сострадание.
Аравита становится королевой Орландии (супругой короля Кора) и матерью короля Рама Великого. В последний раз мы видим её среди прославленных нарнийцев в Стране Аслана (ПБ 16).
[Автобиографическая(-ие) аллюзия(-и); Лошадь(-и), верховая езда; Сексизм]

ОРЛАНДИЯ - в нарнийской географии самое маленькое и самое южное из двух северных королевств (другое - собственно Нарния). Его пределы определяются Южным Пограничьем, где живёт отшельник, и Северными Горами (которые в Нарнии, соответственно, называются Южными).

Орландия - прекрасная страна невысоких холмов, гор, чьи вершины покрыты голубоватыми снежными шапками, и узких ущелий. Склоны поросли соснами, а другие виды деревьев произрастают в лесах, которые словно парки, разбросаны по стране. Орландия и Нарния - друзья с самых давних времён, и потому Верховный Король Питер намеревается посвятить Корина в рыцари Кэр-Параваля (КиЕМ 5). Орландское вино настолько крепкое, что его надо разбавить водой, прежде чем пить (ПЗ 6). В ПЧ 11 Аслан предсказывает, что некоторые из потомков короля Франциска и королевы Елены станут править Орландией.

АРГОЗ - в ПЗ 2, 9, 13 и 14 один из семерых благородных лордов и один из четырёх тельмаринов, посетивших земли охлотопов в 2299-2300 годах. Является одним из трёх лордов, уснувших за Столом Аслана. После спасения с Тёмного Острова Раманду усадил лорда Рупа рядом с Аргозом, и погрузил его в сон.

АРШИШ - бедный рыбак, живущий далеко на юге Тархистана у небольшой бухты,

(Не забывайте, что Льюис использовал британское значение слова creek - "бухта": небольшой залив, узкий в начале и расширяющийся вглубь за линию берега. Американское значение слова не совсем точно передает облик Зеркальной бухты, который задумал Льюис)

со своим "сыном" Шастой. Неуклюжее выражение "(жил) с ним мальчик по имени Шаста, звавший его отцом" указывает на что-то неправильное в их отношениях. Молчаливый и холодный Аршиш постоянно выискивает недостатки у мальчика и иногда бьёт его. Его практичный ум и ограниченность не позволяют ему ответить на вопросы Шасты о севере, земле свободы. В итоге мальчик становится настороженным и скрытным в общении со взрослыми. Возможно, неспроста имя "Аршиш" созвучно со словом harsh - "грубый" , которое его лучше всего характеризует (КиеМ 1, 5 и 11).

Аслан - Лев, Король Нарнии и всех ее созданий, сын Императора-за-морем, настоящий зверь и царь зверей, величайший из всех великих королей, и пока еще неузнанный добрый и сострадательный Владыка всего сущего, открывшийся детям из Англии.

Тот, кому суждено оказаться в его стране, испытываешь нечто сверхъестественное при звуке его имени. Но тех, кто временно или навсегда оказался под чарами злой магии, его имя наполняет лишь страхом.

Увидев его прекрасный лик, получаешь силы жить дальше, а в конце времени лишь те, кто взглянут на его лицо с любовью и трепетом, смогут войти в вечное блаженство. Когда он обращается со словами "дорогой мой", или "дитя", или просто по имени, то в этом заключается ласковое благословение, а его укор вызывает бесконечное раскаяние. Тот, кому он громогласно скажет "Хорошо сделано", обретает вечное благоволение, а тот, кого порицает или наказывает - смиряется, надеясь изменить свое сердце.

Хотя он "дикий" - то есть всемогущий и свободный - он любит быть в центре танца с теми, кого он создал; он принимает помощь других: и зверей, и людей, помогающих его замыслам; и очень часто он становится для кого-то незримым рассказчиком его или её жизненной истории. Рассказчиком, который хранит чужие секреты и говорит всем лишь правду. Может показаться, что Люси, Каспиан и Рипичип: английская девушка, нарнийский муж и нарнийский говорящий зверь - более других любимы Асланом в "Хрониках" - но это лишь потому, что их историям уделено больше внимания.

Физическое появление Аслана - никто не видел кого-либо более ужасного или красивого чем Аслан; в этом отношении, он является превосходным примером величества, славы и сверхъестества. Он увеличивается в размерах, больше лошади, большой, как молодой слон, и всегда становится больше вместе с уважением человека, который его видит; в этом отношении, он - сама фигура величия Бога.

В целом, Он "такой сильный, добрый, золотистый" (СК 16), что всё остальное бледнеет в сравнении с Ним; кажется, от Него лучится свет. Его одеяние - золотая шерсть, меняющая оттенок от темно-золотистого до ярко-желтого. Во время игры со Сьюзен и Люси в день своего воскресения "Аслан описывал круг за
кругом, то оставляя девочек далеко позади, то чуть не даваясь им в руки, то проскальзывая
между ними, то подкидывая их высоко в воздух и снова ловя своими огромными
бархатными лапами, то неожиданно останавливаясь как вкопанный, так что все трое кубарем катились на траву и нельзя — было разобрать, где лапы, где руки, где ноги."

Его лапы бархатисты для друзей и ужасны в бою; хотя он так тяжёл, что сотрясает землю, ступает он бесшумно, как и все кошачьи. Его лапы, бока, плечи, грудь и спина мускулисты. Его грива -прекрасное море роскошного шелковистого золотого меха, благоухающего торжеством и силой. Своими длинными усами он касается Игого, чтобы доказать тому, что он настоящий лев.

Его золотой лик во всех эмоциях выражает царственность. Особенно его "большие, серьёзные, проникающие в самое сердце глаза" (ЛКПШ 12), в которых отражается весь диапазон его чувств от счастья и веселья до презрения и ярости. Если бы не успокоительная сила его голоса, никто не смог бы выдержать само присутствие Аслана.

ДЫХАНИЕ АСЛАНА - в иудео-христианской традиции дыхание жизни, дуновение ветра, ароматное масло, вода и огонь символизируют Духа Божьего, то есть созидательную, укрепляющую, обновляющую силу Бога. В христианском догмате Троицы Святой Дух - третья личность Троицы, источник благодати; в западно-христианском богословии говорится, что Он исходит от Отца и Сына, так как в евангелии Иисус после своего воскресения дует на апостолов и говорит "примите Духа Святаго" (Евангелие от Иоанна 20:22). В Хрониках Льюис отражает своё глубокое знание иудео-христианской традиции в богатом символизме, которым он окружает Аслана

Самая явная ссылка на Святого Духа в Нарнии - изумительная сцена, в которой голос трижды отвечает "Я - это я" на вопрос Шасты "Кто ты такой?". В третий раз ответ произносит едва слышный шёпот, исходящий, кажется, отовсюду, словно шелест листьев (КиеМ 11. Обратите внимание, что Льюис вернётся к похожей сильному образу в эссе "Бремя славы"). Льюис здесь намеревался показать нежное, но в то же время всепроникающее, воздействие Святого Духа.

Другая аллюзия на действие Святого Духа - подарки от Аслана, которыми Дед Мороз снаряжает Питера, Сьюзен и Люси. Они все получают оружие, что является аллюзией к Посланию к Эфесянам 6:11-18, в котором истина, праведность, готовность благовествовать мир, вера, спасение и Слово Божие называется поясом, бронёй, поножами, щитом, шлемом и мечом солдата.

Вместе с этими двумя аллюзиями, дыхание Аслана (часто подчёркнуто благоуханным) это основной символ действия Святого Духа в Хрониках. После воскресения Аслан дышит на Сьюзен, чтобы убедить её, что он не призрак; он дует на зверей, превращённых в камень в замке Белой Колдуньи, и они оживают. В ПК он дышит на Сьюзен, чтобы успокоить её страхи, и дважды на Люси - в первый раз изливая полноту любви, второй, чтобы придать ей сил перед её спутниками. Эдмунд кажется грозным лордам Глозелю и Соспесиану, потому что Лев, когда они встретились, "дохнул на него, и отблеск величия лежал на нём" (ПК 13). А когда дыхание Аслана овевает храброго тельмарина, в глазах солдата появляется новое выражение, "удивлённое, но не испуганное, словно он пытается что-то вспомнить" (ПК 15) - и он получает отвагу, чтобы пройти сквозь дверь. В ПЗ 12, Люси ободряет голос Аслана, звучащий через альбатроса, и "дивным благоуханием".

В (СК1 и 16) Юстэс и Джил "сдуваются" в Страну Аслана и из Нарнии обратно домой нежным дыханием Льва. В В (КиЕМ 11) Большой Голос дышит на Шасту, давая понять мальчику, что он не призрак, а в (ПБ 15) в его последнем появлении Аслан дишит на Эмета, прогоняя прочь его смятение

В ПЧ весьма сильны аллюзии на созидательное и одухотворяющее действие Святого Духа. После того как были созданы звёзды, "подул легчайший ветер" (8). Взрослый читатель, вырасший в русле иудео-христианской традиции, вспомнит первые строки книги Бытия, открывающие Библию.

То, что Льюис намеренно использует эти аллюзии, становится ясно из следующей фразы, в которой использован определенный артикль: "Теперь в траве шелестел Ветер" (9). Когда Аслад дарует выбранным им зверям способность говорить, "долгое, тёплое дыхание... казалось, раскачивает всех зверей, как ветер качает деревья... Сверху (или от Льва?) сверкнула молния, не обжигая никого, каждая капля крови затрепетала в жилах детей". В этом отрывке Дыхание Аслана описано особенно ярко, а соединённый с ним образ небесного{я бы добавила} огня делают образ особенно узнаваемым (см. Деяния Апостолов 2:3 - 4, где описано схождение Духа Святого на апостолов в Пятидесятницу). {уф}

Один из самых сильных символов действия Святого Духа в Нарнии - сладкие воды последнего моря. Все, кто пьёт эти воды, могут смотреть на солнце и больше не нуждаются в сне или пище. В христианском богословии, Святой Дух готовит человека к созерцанию славы Божией, исподволь преображая его в подобие Бога. (2 Коринфянам 3:18.4)
[Библейские аллюзии, Память, Вероисповедание(я)]

СТРАНА АСЛАНА - земля, которая является домом Аслана и всех существ, узнающих Аслана с радостью. Она окружена невероятно высокими, но бесснежными горами, купающимися в теплых ветрах, какие бывают поздней весной или в середине лета, и в свежести, оживляемой звуками ниспадающих водопадов и пением птиц на фоне "потрясающей тишины"* (СК 1). Эта страна покрыта садами со спелыми фруктами, лесами с могущественными деревьями и лугами, украшенными цветами. Страна Аслана не имеет связи ни с одной сотворенной страной, но каждая реальная страна связана с ней, как полуостров с материком.
--
* уточнить (перевод.)

Она лежит за краем и по ту сторону солнца каждого из миров. Попасть в нее возможно лишь посредством магии или пройдя путем благородной смерти. Никто здесь не имеет определенного возраста: каждый является в полном расцвете своей мужественности или женственности (СК 16). Страна Аслана также известна как Земля Аслана и Горы Аслана.

Страна Аслана не упоминается в ЛКПШ, КиЕМ и ПЧ. О ней впервые становится известно в ПЧ 4 из истории, рассказанной доктором Корнелиусом юному принцу Каспиану. В ПЗ она является центром устремлений Рипичипа и частью (of Edmund's profession of faith*). Эдмунд, Юстэс и Люси перестают ее видеть, когда восходит нарнийское солнце. (!!! примеч. переводчика: далее идет какая-то огромная опечатка явно из другой статьи - про бобров и форель) Перемещения из Англии в Нарнию в СК происходят через Страну Аслана; из той же книги мы узнаем, что воздух там прозрачней, чем в Нарнии или любом другом из миров. Разум также ясней в Стране Аслана, чем ниже - в Нарнии и других странах, где воздух плотнее, а разум смущен и запутан.
--
*уточнить (перевод.)

Наиболее существенные наблюдения о Стране Аслана представлены в ПБ. Надежда Алмаза заключалась в том, что дверь Хлева ведет в Страну Аслана и к Столу Аслана. Тириан, препроводивший Ришду в руки Таш через дверь, обнаруживает себя освеженным, в прохладе, чистоте и одежде, словно для пира. Вкушение же прекрасных плодов здесь не только не запрещено, а напротив - правильно, законно и достойно похвалы.

И когда Люси, Питер и Эдмунд смотрят вокруг, то своим невероятно усилившимся зрением, они видят, что горы Востока, окружавшие Нарнию, переходят в Западные Дебри, в сердце которых стоит сад, где они находятся. Также они видят настоящую Англию с своих родителей мистера и миссис Пэвэнси, машущих им. Мистер Тумнус объясняет им, что ничто хорошее в их мире не пропадает в стране Аслана, потому что является её частью. В конце все идут дальше вверх и дальше вглубь этих гор - настоящие приключения только начинаются.

КУРГАН АСЛАНА - в главах 12, 14 и 15 книги ЛКПШ это - круглый, высокий холм, расположенный к югу от Великой реки и к западу от р. Стремнинки (Быстрой), на границе Великого Леса. С его вершины можно разглядеть едва ли не все леса Нарнии, а в отдалении виднеется Восточный океан.
Другое его название - Холм Каменного Стола, потому что этот Стол - древний жертвенник - находится на самой вершине холма. Льюис выбирает именно это сакральное место для первой встречи Питера, Сьюзен и Люси, с Асланом - встречи, проходящей по правилам торжественного церемониала.

Поскольку книга ЛКПШ была написана самой первой, этот факт заслуживает особого внимания (См. также Советы умного читателя...).

В ПК, гл. 7 и 11, где действие разворачивается 13 веков после событий, описанных в ЛКПШ (имеется в виду нарнийское летоисчисление), этот холм носит название Курган Аслана (традиция именовать курганы и захоронения идет от скандинавсикх и тевтонских мифов). Древние нарнийцы возвели над разрушенным Каменным Столом (теперь он именуется просто "Камень") второй огромный курган. Выложенный из гладких каменных плит, внутри он полый, и пронизан бесчисленными туннелями, галереями и полостями. На стенах Кургана вырезаны древние письмена, орнаменты и - практически всюду - есть изображения Аслана (очень похоже на кельтские усыпальницы). Так что это место также известно и как Великий Курган, или просто Курган.
Во время войны за освобождение здесь располагается штаб армии принца Каспиана.
Хотя Курган Аслана является едва ли не самым священном местом в Нарнии, в других хрониках он практически не упоминается. Единственное исключение - КиЕМ, гл. 12
[География, нарнийский]

ИМЯ АСЛАНА - по преданию кентавров у Аслана девять имён (СК 16), но мы знаем только четыре, и, возможно, их нет среди тех девяти, что знают кентавры. Эти имена: Аслан, великий Лев, сын Императора-за-Морем и Царь Царей.

Слово "аслан" на тюркском означает "лев". Льюис обнаружил это имя в примечаниях к "Тысячи и одной ночи" Эдуарда Уильяма Лейна. Он произносил это имя, как Асс-лан (смотри Письмо к детям 29). Кроме того "ас" - древнее скандинавское слово, означающее "бог". Как в слове Асгард - обители богов в северной мифологии.

Кроме того, перед своей смертью на Каменном Столе, Аслан был осмеян и унижен Белой Колдуньей и ее приспешниками. Они называли его "великий глупец" и "великий кот" - первое выражение можно рассматривать, как ассоциацию на "юродивый Христа ради" (так именуется один из чинов святых в православной традиции - см. епископ Каллист (Уэр). "Православный путь", изд-во Крествуд, Нью-Йорк, 1995 г. - с. 95. Эту ссылку предоставил Дж. Фальконер).

Следуя собственным принципам писательсткого мастерства,

Льюис получал много писем от начинающих писателей, даже от детей, которые просили его совета. И Льюис великодушно отвечал всем, без исключения. Почти в каждом послании он давал такие рекомендации:
никогда не употребляйте слов, которые прямо говорят читателю, что он должен почувствовать. В противном случае вы как бы предлагаете читателю: «Пожалуйста, сделай за меня мою работу».
Не нужно писать, что битва была "захватывающей". Если вы уже захватили читателя ее описанием, это прилагательное бесполезно, а если нет - оно не поможет.
Не говорите, что у алмазов был "восхитительный блеск"; сделайте так, чтобы мы почувствовали восхищение. Я твердо уверен, что все это очень важно (Письма Льюиса к детям, 1988 г.)

Льюис, при первых упоминаниях об Аслане, избегает прилагательных и глаголов, которые бы описывали Великого Льва. Автор пытается пробудить в воображении и памяти своих читателей их собственный опыт: "Быть может, с вами бывало такое во сне: кто-то произносит слова, которые вам непонятны, но вы
чувствуете, что в словах заключен огромный смысл"

Каждый видел сон, который мог обернуться кошмаром, а мог - прекрасным видением, настолько прекрасным, что "что вы
помните этот сон всю жизнь и мечтаете вновь когда-нибудь увидеть его." Такие же сверхъестественные чувства ужаса и радости пробудились и в ребятах Пэвенси (что касается Эдмунда, уже попавшего под темное очарование рахат-лукума, то для него имя Аслана вызывает лишь страх - до тех пор, пока Эдмунд не изменился).

В ПЗ особо подчеркивается сила имени Аслана, особенно сила молитвы, обращенной к нему. Каспиан направляет корабль прямо сквозь мрак, окружающий Темный Остров, только после обращения к Аслану. Альбатрос, который прилетел, чтобы вывести "Покоритель Зари" из тьмы, был ответом Аслана на мольбу Люси. Каспиан выражает непреклонность своего стремления помочь трем спящим лордам (а также свою растущую любовь к дочери Звезды) тем, что спрашивает ее, как же, во имя Аслана, снять с них чары.

Позже, в финале ПЗ, который приоткрывает главный замысел Льюиса относительно цели "Хроник", Аслан сообщает Люси, что в нашем мире у него есть другое имя. Потому-то ребята и очутились в Нарнии - узнав Аслана здесь, они смогут узнать его и по его земному имени (см. "Советы умного читателя..." и "Письма к детям").

Возможно, под впечатлением финала ПЗ, в "Серебряном Кресле" Льюис идет еще дальше в своем "богословском" исследовании имени Аслана. Джил и Юстес, отказавшись от попыток проникнуть в Нарнию с помощью магии, трижды призывают имя Аслана. На большее у них нет времени - вот-вот их настигнет шайка одноклассников. И все же, этого оказывается достаточно, чтобы перенестись в страну Аслана.

Далее, чтобы не сбиться с пути в своей миссии, Джил получает четыре знака, последний из которых таков: она узнает принца Рилиана, ткак как он будет первым, кто попросит ее сделать что-то во имя Аслана.
А в ПЧ содержится еще более возвышенное понимание имени Аслана. В потрясающей сцене (гл. 10), когда Аслан дарует животным способность говорить и, соответственно, мыслить, он впервые употребляет слово "Нарния". И ответом на это повеление - пробудиться и жить - становится самое первое слово, произнесенное нарнийцами: его имя.

(Это означает, что слово "Нарния" употребляется впервые в соответствие с внутренней хронологией книги. Эта статья, как и весь "Путеводитель", руководствуется порядком книг, названным "порядок по законченности смысла" (см. "В каком порядке читать "Хроники"?)

В этом заключается тонкий намек и восхитительная иллюстрация, в чем Льюис видел главный смысл творения: он - в выражении Божественного желания создать иное бытие, отличное от Собственного. И венец этого бытия - человек (или существо, наделенное человеческими способностями) - осознает свое призвание, принимая ответственность за бессловесных тварей и обращаясь к Богу по Его имени.

Наиболее сильно это показано в песне природы из "Расторжения брака" (гл. 11). В ней отчетливо прослеиваются параллели с Псалмом 110:
Владыку нашего Господь
Поставил на престоле.
Отныне все — и дух, и плоть
Его покорны воле.

Здесь "Владыка" - человек, справившийся со своей похотью, и сама страсть, изменив свою природу, из отвратительной ящерки становится величественным конем.

СТОЛ АСЛАНА - находится на острове Раманду, вокруг него каменные стулья, украшенные искусной резьбой, с шёлковыми подушками на сиденьях (ПЗ 13). Он стоит на просторной площадке, вымощенной гладким камнем и окружённой громадным колоннами, но под открытым небом. Его покрывает пурпурная скатерть, спускающаяся до самой земли, и каменный нож покоится на нём всё время.

Когда дочь Раманду (она первой назвала его "Стол Аслана") поставила подсвечник на стол, всё золото и серебро засверкало в лучах света. Повелением Аслана каждый вечер на закате на стол возникают яства, в таком изобилии, какого не было даже в золотой век Нарнии. Если путешественники не съедают пищу до рассвета, её съедают птицы утра, и стол остаётся пустым до следующего заката.

Место магического обновления - стол с его средневековым убранством и подобным Граалю ножом - намекает на дух древних артурианских мифом; а поскольку это Стол Аслана, он также намёк на вечное обновление Эвхаристии, как небесного пира.
[Вера Профессора(ов)]

ГОЛОС АСЛАНА - одно из самых больших преимуществ того, что главный герой Хроник лев, в том, что кроме выразительности человеческой речи, добавляется целый набор из рёва, рычания и мурлыканья. И чтобы понять, что говорит Аслан, читатель должен обращать внимание на звук его голоса. Тот факт, что дерево Дигори в Лондоне не выросло полным магии вдали от голоса Аслана (ПЧ 15), показывает, что голос Льва неотъемлемая часть Нарнии. Он "глубже, звонче и сильнее", чем человеческий - "тяжёлый, словно золото, голос" (СК 2).

Аслан рычит, чтобы привести к правде, как в случае с Дигори, которого он заставил признать сво вину (ПЧ 11), или с гномами-отступниками, которым путался открыть глаза на радость своей страны (ПБ 13). Также он рычит на тех, кого любит, если они перестают понимать его или его пути (ПК 15). Но только с теми, кого он любит он мурлычит, это одно из самых редких выражений его эмоций в Хрониках. Аслан мурлычит, выражая любовь к Люси, низким, словно бы подземным звуком (ПЗ 10). Так же он мурлычит при звуках рога Сьюзен в ЛКПШ (12).

В сцене, заставляющей вспомнить Музыки Айнур Толкина (смотри "Сильмариллион" Дж.Р.Р. Толкина), Аслан пением создаёт Нарнию и её жителей (ПЧ 8-10). По началу бессловесная и почти не слышная, песня Льва набирает силу и великолепие, пока не всходит солнце, становится тихой и ритмичной, для растущей травы и деревьев, и, после части, от которой хотелось плясать и кричать от радости, сменяется торжественной тишиной. Но "глубокий и звонкий голос" Аслана, используется только для того, чтобы передать дар речи избранным зверям Нарнии.

Возгласы Аслана превосходят сами понятия одобрения или поощрения: вспомните его: "Хорошо", сказанное Дигори - от этого слова задрожала земля; или приветствие, с которым Великий Лев обратился к семи друзьям Нарнии и к нарнийцам, попавшим в Его Страну: "Выше и дальше!" И наоборот, величайшая скорбь отражается в "тусклом" голосе Аслана в вечер перед его смертью на Каменном Столе (ЛКПШ 14).

И наконец, только голосом Он сообщает Шасте величайшую тайну Троицы (КиЕМ 11). Голос Аслана, "Великий Голос", взывающий к мальчику из ночного тумана тремя интонациями (в первый раз это был очень низкий, громкий голос, от которого "задрожали камни"; второй раз Он проговорил "громко и ясно"; а третий раз - "прошептал едва слышно, словно слова эти
прошелестели в листве") - это одна из уникальных находок Льюиса как религиозного писателя.

АСТРОЛЯБИЯ - смотри Кориакин.

АСТРОНОМИЯ НАРНИИ - в Хрониках Льюис использовал средневековое мировоззрение, в котором вселенная строится вокруг Нарнии (смотри Император-за-Морем, ч. 2).

Нарния сама по себе плоская - Каспиан слышал истории о мирах круглых, как шар, но никогда не думал, что они существуют на самом деле (ПЗ 15). Планеты - великие лорды и дамы, звёзды - дивные, серебристые создания. Как и полагается средневековой вселенной, знамения звёзд воспринимаются очень серьёзно, и кентавры очень хорошо читают знаки в небесах.

Во многом нарнийская солнечная система очень похожа на нашу: день длится двадцать четыре часа (Оррунс сразу понял Юстэса, когда тот сказал "одиннадцатый час" [СК 16]); солнце встаёт на востоке и садится на западе, также есть луна. Нарнийская луна крупнее нашей. После её захода, на востоке, словно маленькая луна, светит утренняя звезда Аравир. В КиеМ сказано, что луна была позади Аслана, когда тот появился между Шастой и пустыней. Это предполагает, что Тархистан находится далеко на юге от Нарнии и Орландии.

В ночном небе видно множество созвездий, среди которых летние созвездия - Корабль, Молот и Леопард*. По-видимому, в Нарнии также изучают ночное небо, поскольку в доме волшебника есть различные астрономические инструменты (ПЗ 11). У самого Льюиса был телескоп (см. Автобиографические аллюзии)

*уточнить перевод

АТЛАНТЫ, АТЛАНТИДА - Эндрью Кеттерли высказывает предположение, что шкатулка, которая досталась ему от крёстной, миссис Лефей, происходит из Атлантиды (ПЧ 2), одной из древнейших земных цивилизаций. существование Атлантиды не было доказано, но легенда гласит, что Атлантидой назывался остров к западу от Гибралтарского пролива, некогда исчезнувший в одночасье в морской пучине.

АВТОБИОГРАФИЧЕСКАЯ ССЫЛКА, ССЫЛКИ - Детство К.С. Льюиса было омрачено смертью матери (она скончалась, когда ему было 9 лет), а на юность наложили отпечаток непростые отношения с отцом. Но лишь в отдельных сценах - исцеление мамы Дигори, и их совместные игры с Полли или встреча Тириана со своим отцом Эрлианом - читатель может увидеть проблеск по-настоящему хороших отношений между родителями (взрослыми) и детьми. Вспомним, этой теме немало внимания уделял Джордж Макдональд, которого Льюис считал своим духовным наставником.
В то же время, отец Аравиты бессердечен; "отец" Шасты - угрюм и озлоблен (мальчик потерял своих родителей и ничего о них не знает); Каспиан - сирота, а заменивший ему отца Мираз - тиран; папа Дигори уехал в Индию, да и мистер Пэвенси часто в отлучке.

Отчаянное стремление Дигори помочь своей маме, которая серьезно больна, отражает душевный кризис юного Льюиса, оказавшегося в такой же ситуации. Во время болезни матери он пережил опыт горячей мольбы, чтобы свершилось чудо, и крах этих молитв. Это стало непосредственной причиной его отказа от веры во всемогущего и всеблагого Бога. Льюис еще раз пережил это ужасное состояние после смерти жены. Разум восставал против веры в бесконечную любовь Бога, мелькали мысли о самоубийстве... А вдруг человечество для Бога - лишь стая подопытных крыс, и Он вызвал нас из небытия, чтобы испытывать радость от наших страданий?..

Из "Хроник" мы узнаем и о других сторонах жизни Льюиса: что он любил море, книги, домашний уют, природу и прогулки - и что сторонился насекомых и школ. Падение Юстеса с обрыва и бравирование Джил, стоящей на краю пропасти (СК) отражают боязнь высоты у самого Льюиса. Его любовь к плаванию и купанью передается в эпизоде гл. 7 ПЗ, где Юстеc окунается в источник. С годами, похоже, Льюис стал опасаться старения и связанной с ним немощности.

Строгое и доскональное образование, которое давал Льюису его учитель У.Т. Киркпатрик, "аукнулось" в отношениях Каспиана Х со своим наставником, д. Корнелиусом. Нечто подобное мы видим и в диалогах профессора Дигори Кёрка с ребятами Пэвенси - особенно когда он снова и снова цитирует Платона.

В начале Второй мировой войны, спасаясь от угрозы бомбардировок, в дом к Льюису приехали три девочки из Лондона: Маргарет, Меэри и Кэтрин (по имеющейся на сегодняшний день информации, последняя погибла во время нацистских авианалетов вместе со своими родителями).
А Маргарет в 1977 г. написала мне письмо о времени, проведенном в усадьбе "Килнс":

Письмо Маргарет

Меня отправляли в эвакуацию, вместе с другими ученицами школы при монастыре Святого Сердца (Convent of the Sacred Heart) в Хаммермите. И мне, с двумя другими девочками, посчастливилось поехать с миссис Мур в "Килнс" - домик в Хидингтоне, что в Оксфорде...

Наверно, вам интересно узнать о самом доме: он был довольно просторным. Построенный на отдельном участке земли, он был окружен большими лужайками и цветниками, там был теннисный корт, пруд, заросли кустарника и рощица, убегавшая к Шотоверу (лес и холм в Оксфордшире - прим. перев.). А еще в усадьбе был большой огород, домик-бунгало, который нам, девочкам, разрешили использовать для занятий, и летний павильон.

Миссис Мур была вдовой, потерявшей в Первую Мировую и своего единственного сына. К.С. Льюис, вместе со старшим братом Уорреном дружили с ее сыном, и когда их родителей не стало, миссис Мур стала им как мать. Хотя, я не знаю, было ли это оформлено юридически.

Старшего брата Льюиса я видела лишь мельком - он в то время служил в армии. Так что все заботы по хозяйству лежали на миссис Мур, ее дочери Китти, К. С. Льюисе, а также на прислуге: кухарке, горничной и садовнике.

Было очевидно, что миссис Мур просто посвятила свою жизнь Льюису; она опекала его во всем, и в то время мне казалось, что она считала его все еще ребенком. Она звала его "мальчик мой" (“Boyboys”)...

Мне навсегда запомнился теплый, солнечный весенний день. Мы сидели за обедом в летнем павильоне - он располагался в 20-30 ярдах от дома - и вдруг небо потемнело и, не успели мы закончить трапезу, как полил довольно сильный дождь. Встав из-за стола, миссис Мур немедленно позвала горничную и попросила принести зонтик и галоши для мистер Льюиса - чтобы он не промок, возвращаясь в дом.

Ученики Льюиса, безусловно, любили и уважали его. Часто на выходных они приходили к нему по 3-4 человека (всегда это были юноши - кажется, перспектива принимать девушек не приводила миссис Мур в восторг), и Льюис играл с ними в теннис или они отправлялясь плавать либо кататься на лодке по озеру. Мы, девочки, тоже присоединялись к ним - миссис Мур считала, что рядом с "ее мальчиком" нам нечего опасаться.

В тот июнь я получала мой школьный сертификат, и Льюис очень помогал мне во время экзаменов. Он всегда интересовался, как идут дела, и был готов дать совет.

Миссис Мур была живым памятником чопорной Викторианской эпохи - и во внешности, и в обычаях. Хотя мне было уже 17 (две другие девочки были младше), нам не полагалось обедать со всей семьей. На ужин мы получали по несколько бисквитов, яблоко да стакан молока. Так что если бы не забота Льюиса и кухарки, нам не раз пришлось бы ложиться спать голодными.

Наша спальня находилась над кабинетом Льюиса. У нее был небольшой балкончик, и Льюис обычно через него передавал нам ужин, либо помогал нам спуститься вниз, и мы шли на кухню. Иногда мы залезали через окно к нему в кабинет и вместе с ним слушали грампластинки. Иногда он брал нас в поход в лавку за провизией, и по дороге назад мы устраивали пикник.

Однажды в мае, рано утром, он пригласил нас на башню Магдален-колледжа, чтобы послушать пение. Часто мы пили с ним чай в его комнате в колледже.

Однажды он взял меня с собой на встречу с Мейсфилдом, но случилось так, что я познакомилась с Толкином. Мне довелось услышать, как они с Льюисом обсуждали "Властелина Колец". И теперь, оглядываясь на эту беседу, мне кажется, что именно тогда идея "Хроник Нарнии" начала обретать зримые очертания.

Льюис был хорошим астрономом. На балконе спальни у него стоял телескоп. Мне посчастливилось увидеть через него немало чудес Вселенной.

Льюис был и замечательным рассказчиком. Он всегда развлекал нас историями, когда мы сидели в саду, или гуляли по лесам Шотовера.

Одевался он без претензий на изящество: твидовый или фланелевый костюм, спортивная куртка, в руке зачастую - увесистая дорожная трость, а на голове всегда шляпа.

Он, казалось, был далек от бушевавшей войны, его душа была заполнена космосом, Небом, литературой и его церковью.

Думаю, его немного обескураживало то, что мы - все трое - были католичками. Раз или два он приглашал нас послушать свою проповедь (он читал проповеди, хоть и не имел священного сана), а сам, в свою очередь, пару раз ходил с нами на мессу...

Он был добрым, сострадательным и очень человечным. Никогда он не смотрел на нас, школьниц сверху вниз. Я всегда буду считать великой честью, что была лично знакома с ним.

Конец письма.

Можно сказать, что это пребывание в доме у профессора Льюиса детей, эвакуированных во время войны, стало в какой-то мере катализатором для написания "Хроник Нарнии".

Особая привязанность Льюиса к детям некоторых его друзей стала еще одним источником вдохновения для написания "Хроник". Многие из этих друзей входили в литературный кружок "Инклингов", собиравшийся подчас семестров дважды в неделю в период с 1933 по 1963 гг. В сообщество Инклингов входили Дж.Р. Толкиен, Уоррен Льюис, Хьюго Дайсон, Чарльз Уильямс, Роберт Хэвард, Оуэн Барфилд, Невилл Когхилл и др.

Наилучшей биографической книгой, посвященной К.С. Льюису и адресованной детям, я считаю работу Э. Мюррей-Стоун "К.С. Льюис: Создатель Нарнии" (Нью-Йорк, изд-во Paulist, 2001)

*ПРАЗДНИК ОСЕНИ - В "Хрониках" упоминается два таких праздника: один отмечали "добрые" великаны Харфанга, к которым попали Джил и Юстес (СК, 6,8,9), и праздник в Тархистане, на котором ставший ослом Рабадаш, будучи приведен в храм Таш, снова обрел человеческий облик (КиЕМ, 15).

В древней Британии существовал осенний праздник Samain, отмечавшийся в ноябре. У кельтов он считался одним из 4-х важнейших праздников в году. Для них он символизировал начало нового года; он сопровождался множеством ритуалов, среди которых, возможно, были и человеческие жертвоприношения.
По верованиям кельов, это было время величайшего напряжения, когда духовный и материальный миры глубоко проникали друг в друга, в то время как земля погружалась в зимний мрак. Определенные ассоциации с этим вызывает и путешествие Джил, Юстеса и Хмура через Этинсмор - когда сначала они встречают Королеву Подземья и рыцаря в черных доспехах, а затем проникают в мрачный подземный мир, чары которого разрушатся лишь со смертью королевы.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/22742/76232

Переводчики: Ivanair, porucznik, Mariya33, kossatik

AngelinaPevensie, Narnianka, smel1