Готовый перевод Stefan's Diaries: The Craving 3 / Дневники Стефана: Желание 3: Chapter 3

Глава 3
Не успел я покинуть парк, как из-за угла выехал экипаж, сопровождаемый полицейскими на лошадях.

Я отступил в мрак, затаив дыхание.

Я подумал, что Новый Орлеан был больше - и по сравнению с Мистик Фоллсом, так оно и было.

Здания, фирмы и корабли были вытеснены в небольшой неистовый район реки Миссиссиппи.

Но это было ничто по сравнению с Манхеттеном, где здания выросли высоко в небо, и итальянцы, ирландцы, русские, немцы, и даже китайцы и японцы, гуляли по улицам, совершая покупки.

Даже ночью, в Нью-Йорке текла жизнь.

На Пятой Авеню горели ряды весело шипящих газовых фонарей, которые согревали и ярко освещали мощеные улицы.

Хихикающие пары прижимались ближе друг к другу, плотнее укутываясь в пальто, так как ветер свистел мимо.

Продавец газет выкрикивал заголовки: фабрики в огне и коррупция в муниципалитете.

Сердца бились в безумном темпе, колотясь и набирая скорость.

Мусор, духи и даже простой запах чистой, вымытой мылом кожи цеплялись за улицы, словно липкая лоза пуэрарии за заднюю сторону дома.

После я восстановил своё спокойствие, я забежал под ближайшую тень, за свет шипящих газом фонарей, девушка тяжелела в моих руках.

Там было препятствие в виде швейцара в резиденции отеля.

Как только он развернул газету, я проскользнул мимо него , так быстро, как только мог со своей ношей.

Конечно, если бы у меня была вся моя власть, если бы я питался людьми все это время, я бы легко заставил портье забыть обо всем, что он видел.

А еще лучше, я мог побежать прямо к 73 улице и быть не более чем расплывшимися очертаниями для человеческого глаза.

На 68 улице, я спрятался в сыром кустарнике, потому что пьяница наткнулся на нас.

Поблизости не было ничего, что могло бы отвлечь меня от сладкого запаха крови девушки.

Я попытался не вдыхать его, проклиная желание, которое жаждало разорвать ее горло.

Когда пьяница скрылся, я бросился на север к 69 улице, молясь, чтобы никто не увидел меня и не остановил расспросами о девушке, лежащей без сознания, в моих руках.

Но в спешке, я ударился о камень, бросив его со звуком громче, чем оружейный выстрел по мощеной улице.

Пьяница оглянулся.

- Кто здесь? - промямлил он.

Я прижался к известняковой стене особняка, молясь про себя, чтобы он продолжил свой путь.

Мужчина колебался, всматриваясь своими мутными глазами, потом рухнул на мостовую, громко захрапев.

Девушка снова застонала и зашевелилась в моих руках.

Оставалось недолго, до того момента, как она проснется и поймет (с громким криком, без сомнения), что она в руках незнакомца.

Успокаивая себя, я досчитал до десяти.

Потом, я перешел на неравномерный бег, как будто меня преследовали все демоны ада, позабыв об осторожности.

Шестьдесят девятая, семидесятая...

Шальная капелька крови девушки брызнула на мою щеку.

Позади меня эхом отдавались шаги.

Вдалеке заржала лошадь.

Вскоре мы были на 72 улице.

Еще один квартал и мы были бы на месте.

Я бы оставил ее на пороге и убежал назад...
Но здание на востоке 73 улицы заставило меня остановиться.

Дом, в котором я вырос, был огромный, мой отец построил его с денег, которые он заработал после приезда в эту страну из Италии.

Веритас Эстейт имел три этажа, широкие, солнечные веранды, которые оборачивались вокруг всей структуры дома, и узкие колонны, простирающиеся до второго этажа.

Он был оснащен всеми роскошными функциями, доступными во время Северной блокады.

Но этом дом - или, скорее, особняк - был огромным.

Особняк сделан из белого известняка, он занимал почти весь блок.

Близко посаженные в одну линию окна на каждом этаже, выглядели как красивые глаза .

Кованные из железа балконы, не отличались от тех, что украшали дом Келли в Новом Орлеане, висевшие на каждом этаже они цепляли сухие коричневые виноградные лозы своими металлическими завитками.

Там были даже заострённые, в европейском стиле, вершины, на концах которых были хвастливо выгравированны гаргульи.

Как подходяще, то что дом, к которому я приближался, охранялся монстрами.

Я поднялся к гигантской входной двери, которая была вырезана из темного дерева.

Мягко положив девушку на веранду,я поднял медную щеколду и постучал три раза.

Я повернулся на каблуках, чтобы вернуться в парк, когда массивная дверь распахнулась, как будто она была не тяжелее садовой калитки.

Слуга стоял прямо.

Он был высокий и очень худой, одет в простой черный костюм.

Мы некоторое время посмотрели друг на друга, потом на девушку на крыльце.

- Сэр...

- дворецкий позвал невидимую фигуру позади него, его голос был необычайно спокойным.

- Это мисс Сазерленд.

Послышались вопли и шарканье.

Тотчас лестничная площадка заполнена множеством людей, которые выглядели обеспокоенными.

- Я нашел ее в парке, - начал я.

Но не продолжил.

Юбки и тяжёлый шёлк шуршал так, как полдюжины кричащих женщин, слуги и мужчины выбежали и начали порхать вокруг девушки, как стадо запаниковавших гусей.

Слабый запах человеческой крови, вызвал головокружение.

Дорого одетая женщина (я предположил, что это ее мать) сразу приложила руку к шее дочери, чтобы почувствовать пульс.

- Генри! Занеси Бриджит сюда! - приказала она.

Дворецкий осторожно сгреб ее, оставаясь невозмутимым, даже когда кровь стала впитываться в его кремовый жилет.

Экономка последовала за все еще ревущей матерью, которая отдавала различные приказы прислуге.

- Винфилд, пошли мальчика за доктором! Скажи Герте набрать горячую ванную.

Пусть повар подготовит ягненка и травы оживления! Немедленно сними с нее лиф и расшнуруй корсет; Сара, иди к сундуку со старым бельем и порежь его на бинты.

Лидия послала за Маргарет.

Один за другим, толпа просочилась обратно в дом, кроме мальчика в штанишках и кепке, ботинки которого стучали по мостовой, пока он убегал в ночь.

Словно дом, извергнув несколько мгновений жизни, вновь возвращал обитателей под свою защиту.

Даже если бы я пожелал, у меня не было бы возможности последовать за ними.

Люди, намеренно или неосознанно, должны пригласить погибель в дом.

Без приглашения мы, вампиры, не можем войти ни в один дом. Мы отлучены от тепла домашнего очага и дружеского общения, и можем лишь наблюдать снаружи.

Я повернулся, чтобы уйти. Я и так пробыл здесь слишком долго.

- Подождите, молодой человек.

Голос был таким уверенным, глубоким и громоподобным, что я вернулся, как если бы меня что-то удерживало какой-то силой.

В дверях стояла фигура, я предположил, что это глава дома и отец девушки, которую я спас.

Он был полным, его размеры заставляли его отклоняться назад, перенося вес на пятки.

На нем была дорогая одежда из шерсти, ладно скроенная, но без затей.

Все в нем излучало спокойствие: от рыжеватых бакенбард и блестящих черных глаз до полуулыбки, приподнимавшей левый уголок рта.

Казалось, он много работал большую часть своей жизни, мозолистые руки и покраснения на шее свидетельствули о том, что он не унаследовал своего богатства.

Всего на мгновение у меня в голове пронеслась мысль: Как легко было бы выманить его сюда.

Еще один шаг...

Его дородное тело обеспечило бы меня достаточным количеством крови, чтобы я мог утолить уже столько дней мучавшую меня жажду.

Я чувствовал боль в челюсти с желанием, которое высвободило бы мои клыки, и принесло бы смерть этому мужчине.

Но несмотря на все соблазны, с которыми я столкнулся этой ночью, я покончил с той жизнью.

- Я уже ухожу сэр.

Я рад, что ваша дочь в безопасности, - сказал я, отступая во тьму.

Мужчина положил мясистую ладонь мне на руку, пытаясь меня остановить.

Его глаза сузились, и, хотя я мог убить его за мгновение, в моем животе появилось странное ощущение.

- Как тебя зовут, сынок?
- Стефан, - ответил я.

- Стефан Сальваторе.

Я тут же понял, что сказал свое настоящее имя, а это было весьма глупым поступком после всего того, что я натворил в Новом Орлеане и Мистик Фоллс.

- Стефан, - повторил он, разглядывая меня с ног до головы.

- Не собираетесь настаивать на вознаграждении? -
Я натянул манжеты своей рубашки, смущенный своим растрепанным видом.

Черные брюки, в заднем кармане которых лежал дневник, были изрядно потерты.

Моя рубашка была выпущена и висела свободными складками вокруг подтяжек.

На мне не было ни шляпы, ни галстука, ни жилетки, кроме того, я был грязным и от меня не слишком хорошо пахло.

- Нет, сэр.

Был рад помочь, - пробормотал я.

Мужчина промолчал, словно обдумывая мои слова.

Быть может шок при виде дочери, истощенной и окровавленной, затуманил его разум?

Потом он потряс головой.

- Ерунда! Он схватил меня за правое плечо.

- Я отдам что угодно за спасение моей младшей дочери.

Заходи.

Я настаиваю! Выкурим сигару и выпьем за спасение моей малышки.

Он затащил меня в дом, как будто я был упрямой собакой на поводке.

Я начал было сопротивляться, но под влиянием момента все же ступил в холл.

Он был отделан в темное вишневое дерево.

Витражи, которые должны были освещать холл в течение дня, сверкали как украшение под газовым светом даже ночью.

Огромная парадная лестница вела наверх к следующей двери, перила выглядели так, будто были вырезаны из цельного дерева.

В своей человеческой жизни я хотел бы изучать архитектуру, и иметь возможность исследовать этот дом часами.

Но перед тем как я смог в полной мере оценить фойе, мужчина провел меня через холл в уютную гостиную.

Рычащее рыжее пламя у дальней стены привлекло мое внимание

По комнате были расставлены стулья с высокими спинками и шелковыми подушками, а стены оклеены обоями цвета зеленой сосны.

Набор для снукера был осмотрительно сложен за кушеткой, а шкафы с книгами, глобусами и разными сувенирами стояли вокруг высоких створчатых окон.

Моему отцу, как коллекционеру книг и уникальных вещиц, понравилась бы эта комната, и мою грудь сдавило осознание того, что мой жизненный опыт мог бы превзойти опыт моего собственного отца.

- Сигару?- предложил он, доставая коробку.

- Нет, спасибо, сэр, - сказал я.

Сигары были высшего сорта, изготовленные из табака с моей родины.

В прежние времена я бы с радостью принял предложение.

Однако, учитывая, что даже стук птичьего клюва о кору был сильным испытанием для моих обостренных чувств, мысль о поглощении клубов черного дыма была невыносима.

- Хммм.

Не разделяете.

Он с сомнением приподнял свою косматую бровь.

- Я надеюсь, вы не откажетесь немного выпить?
- Нет, сэр.

Спасибо сэр.

Подходящие слова слетели с моих губ, несмотря на то, что я расхаживал взад и вперед.

- Молодец.

Он приготовил мой напиток, жидкость абрикосового цвета вылилась из хрустального резного графина.

- Так вы нашли мою дочь в парке, - сказал он, протягивая мне бренди.

Я не мог удержаться, чтобы не взять искрящийся на свету стакан.

Он казался бы великолепным даже без моих вампирских способностей - каждый луч словно рассыпался в нем на тысячи радужных стрекоз.

Я кивнул хозяину и сделал небольшой глоток, усаживаясь в кожаное кресло, на которое он указал жестом.

Теплый и сладкий алкоголь наполнил мой рот, одновременно расслабляя и, в то же время, заставляя чувствовать странное беспокойство.

За одну короткую ночь я прошел путь от жизни в парке до потягивания отличного ликера в большом особняке с очень богатым человеком.

В то самое время, когда я стремился снова скрыться в темноте – одиночество, которое пропитало всю мою сущность, умоляло меня задержаться.

Я уже две недели ни с кем не разговаривал, а здесь я был приглашен в настоящий дворец человеческой жизнедеятельности.

Я чувствовал, по крайней мере, дюжину слуг и членов семьи в соседних комнатах, их пьянящий аромат, неуловимый для всех, кроме меня, и еще я знал о двух собаках на кухне

Мой благодетель с удивлением меня разглядывал, и я заставил себя сосредоточиться.

- Да сэр.

Я нашел ее на площадке рядом с руинами старой Деревни Сенеки.

- Что ты делал в парке такой поздней ночью? - спросил он, впиваясь в меня глазами.

- Прогуливался, - спокойно сказал я.

Я приготовился к тому, что далее последует череда неловких вопросов, которые могли помочь определить мое положение в обществе, однако, моя разорванная одежда наверняка говорила сама за себя.

Если бы я был на его месте, я бы вложил пару долларов в мою руку и выгнал бы за дверь.

В конечном счете, в Нью-Йорке не было недостатка в хищниках, и, хотя, он не мог этого знать, возможно, даже не мог представить такого, я относился к самым ужасным из них.

Но его следующие слова удивили меня.

- Туго тебе пришлось, сынок? - спросил он, смягчившись.

- Что случилось – выгнали из отцовского дома? Скандал? Дуэль? Оказался на стороне врага? -
Мой рот открылся от удивления.

Как он догадался, что я не просто какой-нибудь бродяга? Кажется он прочел мои мысли.

- Твои ботинки, сынок, говорят о том, что ты наверняка джентльмен, не смотря на сложившиеся обстоятельства, - сказал он, разглядывая мою обувь.

Я сам взглянул на них - ободранные и грязные, я не чистил их с Луизианы.

- Фасон - итальянский и кожа отличная.

Я знаю свою кожу.

Он топнул своим ботинком, который, похоже, был из крокодиловой кожи.

- Это то, с чего я начинал.

Я Винфилд Т.

Сазерленд, владелец компании Sutherland’s Mercantile.

Некоторые мои соседи разбогатели на нефти и железных дорогах, но я сколотил состояние честным путем – продавая людям то, в чем они нуждались.

Дверь в кабинет отворилась, и вошла девушка, которую я видел внизу.

Она была красива, ее походка была величественна и грациозна.

Ее головной убор был простым – почти, как у прислуги – но он подчеркивал ее тонкие черты лица

Она была утонченной версией девушки, которую я нашел в парке.

Ее волнистые волосы, естественно ниспадающие мягкими локонами, были более нежного золотистого оттенка.

Густые длинные ресницы обрамляли голубые глаза.

Ее скулы были чуть более высокими, а выражение лица более мягким.

Человеческое восхищение ее красотой боролось во мне с холодной оценкой ее тела, здорового и молодого, с точки зрения вампира.

- Доктор только что приехал, но мама считает, что с ней все будет в порядке, - спокойно сказала девушка.

- Рана оказалась не очень глубокой и уже начала затягиваться.

Это, судя по всему чудо.

Я заерзал в кресле, осознавая, что невольно стал причиной этого "чуда".

- Моя дочь Лидия, - представил Винфильд.

- Самая царственная из трех моих граций.

Та, которую вы нашли Бриджит.

У нее немного.

эх...

буйный нрав.

- Она самостоятельно сбежала с бала, - произнесла Лидия с натянутой улыбкой.

- Мне кажется, вы искали более крепкое слово, чем просто "буйный нрав", папа.

Лидия сразу мне понравилась.

Она не была жизнерадостной, но ум и чувство юмора были ей к лицу.

Мне даже понравился её отец, несмотря на его заносчивость и хвастовство.

Между тем, это напомнило мне мой собственный дом и мою семью, когда я ещё был одним из них.

- Вы оказали нам огромную услугу, Стэфан, - сказал Винфильд.

- И простите, если я лезу не в свое дело, но мне кажется, что у вас нет настоящего дома, куда бы вы могли вернуться.

Почему бы вам не остаться здесь на ночь? Уже поздно, а вы, должно быть, выбились из сил.

Я замахал руками.

- Нет, я не могу.

- Конечно же вы должны, - сказала Лидия.

- Я...

Скажи "нет".

Зеленые глаза Келли возникли передо мной, и я вспомнил о клятве жить вдали от людей.

Но удобства этого прекрасного дома напомнили мне о человеческой жизни, которую я оставил позади, в Мистик Фолс, и мне тяжело было сделать то, что я должен был.

- Я настаиваю, молодой человек.

Увесистая рука Уинфилда легла мне на плечо, подталкивая к выходу из комнаты.

- Это меньшее, что мы можем предложить в качестве благодарности.

Хороший сон и обильный завтрак.

- Очень любезно с вашей стороны, но...

- Пожалуйста, - сказала Лидия, с улыбкой на лице.

- Мы очень благодарны.

- Я действительно должен...
- Замечательно! - захлопал Уинфилд.

- Решено.

Мы даже приведем в порядок вашу одежду.

Как лошадь перед скачками проводят через ряд щеток, экономка Сазерлендов провела меня через несколько лестничных пролетов к задней части дома, откуда открывался вид на восточную аллею.

Вместо привычной расщелины в скале возле награбленных надгробных плит, я буду спать на огромной кровати с пологом и периной, в комнате с камином, в доме у людей, которые с радостью меня пригласили, как одного из членов их семьи.

Вампир во мне оставался голодным и нервным.

Но это не помешало мне насладиться вкусом жизни, которую я потерял...

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/24273/80902

Переводчики: melina43, WindBride, novemberrain, Olja1

lilija, lena_slavyansk, Osoly, KaterinaMalina

ortodoXXX, LoveNaomi, zhenya262, Damana

semenovanadia