Готовый перевод Clockwork Angel (The Infernal Devices #1) by Cassandra Clare: 13

НЕЧТО ТЕМНОЕ

"Порой мы бываем менее несчастны, обманутые теми,
кого мы любим, не желая открывать глаза на то, какие они есть на самом деле."
Франсуа де Ларошфуко, "Максимы"

На следующие день Тесса проснулась от света лампы, которую Софи зажгла у её постели. Тесса со стоном пошевелилась, прикрывая заболевшие от резкого света глаза.

- Ну же, мисс, - обратилась к ней Софи в присущей ей оживленной манере. - Вы весь день напролет проспали. На часах уже начало девятого, и Шарлотта велела вас разбудить.

- Начало девятого? Вечера?
Тесса отбросила в сторону одеяло и обнаружила, что она до сих пор в платье Камиллы, теперь уже измятом и потрепанном, не говоря уже о пятнах на нем. Должно быть, она рухнула в кровать не раздеваясь. Воспоминания о прошедшей ночи потоком хлынули в её голову: белые лица вампиров, огонь, пожирающий занавеси, смеющийся Магнус Бейн, де Квинси, Натаниэль, Вилл.
"О, Боже", - подумала она, "Вилл".

Прогнав мысли о нем прочь, она села и взволнованно посмотрела на Софи.
- Мой брат, - сказала она. - Он...

Улыбка Софи чуть дрогнула.
- Ему не стало хуже, правда, но и улучшений не наблюдается. - увидев страдание на лице Тессы, она добавила, - Горячая ванна и ужин, мисс - вот то, что Вам нужно. Вы ничем не поможете брату, голодая и покрываясь грязью.

Тесса оглядела себя. Платье Камиллы было испорчено, это было ясно - по всей длине оно было испачкано пеплом, кровью и порвано. На шелковых чулках красовались дыры, ее ноги и руки были в грязи. Она старалась не думать о том, что творилось с ее волосами.
- Полагаю, ты права.

Ванная представляла собой емкость на когтистых лапах, которая была спрятана за японской ширмой в углу комнаты. Софи заполнила её горячей водой, которая уже начала остывать. Тесса скользнула за ширму, и, раздевшись, погрузилась в ванную. Горячая вода доходила ей до плеч и, обнимая, согревала девушку. Некоторое время она сидела, не двигаясь, позволяя теплу проникнуть в нее, прогреть до костей. Она начала понемногу успокаиваться, и закрыла глаза...

Воспоминания о Вилле заполнили ее мысли. Вилл, мансарда, то, как он касался её руки. То, как он поцеловал ее, а потом велел уйти.

Она нырнула под воду, будто могла там спрятаться от этих унизительных воспоминаний. Не сработало.
"Попытка утопить себя тут не поможет", - сказала она себе жестко. -"А вот попытаться утопить Вилла, с другой стороны..."
Она села, взяла кусочек лавандового мыла, лежавшего на краю ванной, и начала тереть кожу и волосы до тех пор, пока вода не почернела от грязи. Наверняка невозможно вот так же смыть с себя мысли о кот-то, но почему бы не попытаться.

Софи уже ждала Тессу, когда та вышла из-за ширмы. Наготове был поднос с бутербродами и чаем. Она помогла Тессе одеться перед зеркалом в желтое платье, отделанное темной тесьмой; покрой был более замысловатым, чем хотелось Тессе, но Джессамин так сильно понравилось это платье, что она настояла, чтобы его непременно сшили для Тессы.
"Мне не идёт желтый, но он отлично подходит девушкам с тусклыми каштановыми волосами", сказала тогда она.

Ощущение от проходящего по волосам гребня было очень приятным, это напомнило Тессе о детстве, когда тетя Харриет расчесывала ей волосы. И это ее так расслабило, что следующие слова Софи прозвучали неожиданно.

- Вам удалось вчера заставить мистера Херондейла принять лекарство, мисс?

- О, я... - Тесса попыталась взять себя в руки, но румянец уже окрасил ее щеки и шею. - Он не хотел, - запинаясь, сказала она, наконец, - Но в конце концов, я его убедила.

- Понятно. - Выражение лица Софи не изменилось, но расчесывать Тессу она стала куда быстрее. - Я знаю, что это не моё дело, но...

- Софи, ты можешь мне говорить всё, что хочешь, честно.

- Просто...это касается Вилла. - Спешно вымолвила Софи. - Он не тот, о ком вам, мисс Тесса, стоит беспокоиться. Он того не стоит. Ему нельзя доверять или положится на него. Он...он не тот, каким вы его себе представляете.

Тесса сжала на коленях руки. Она ощутила смутное чувство нереальности происходящего. Неужели все зашло так далеко, что ее нужно предупреждать о Вилле? И в то же время было здорово, что ей было с кем поговорить о нем. Она почувствовала себя голодающим, которому предложили еды.
- Я и сама не знаю, Софи, что думать о нем. Порой он один человек, а потом совершенно другой. Он изменчив, словно ветер, и я не могу понять, почему, или что произошло...

- Ничего. Ничего не произошло. Просто ему на всех плевать, кроме себя самого.

- Ему не плевать на Джема, - тихо ответила Тесса.

Гребень остановился, Софи замерла. Тессе показалось, что она хотела что-то сказать, но затем передумала. Что же это могло быть?

Расческа снова задвигалась.
- Однако, этого не достаточно.

- Хочешь сказать, я не должна вручать свое сердце парню, который никогда не будет обо мне заботиться...

- Нет! - сказала Софи. - Есть вещи и похуже. Нет ничего ужасного в том, чтобы любить кого-то безответно - если человек того стоит. Если он заслуживает вашей любви.

Страсть в голосе Софии удивили Тессу. Она повернулась, чтобы взглянуть на горничную.
- Софи, ты за кого-то переживаешь? За Томаса?

Софи изумлено переспросила.
- За Томаса? Нет. Что заставило вас так подумать?

- Потому что мне кажется, что ты ему не безразлична, - ответила Тесса. - Я видела, как он смотрит на тебя. Он наблюдает за тобой всё время, пока ты находишься в комнате. Полагаю...

Тесса замолчала, заметив ошеломленный взгляд Софи.

- Томас? - повторила Софи. - Нет, этого не может быть. Я уверена, что у него нет никаких таких мыслей обо мне.

Тесса не попыталась ее переубедить. Какими бы ни были чувства Томаса, Софи их явно не разделяет. Значит это...

- Вилл? - спросила Тесса. - Ты была влюблена в Вилла? - это бы объяснило ее холодность и антипатию, подумала она, вспоминая о том, как Вилл обходился с сохнущими по нему девушками.

- Вилл? - Переспросила Софи с ужасом, даже забыв назвать Вилла мистером Херондейлом. - Вы спрашиваете меня, была ли я когда-нибудь влюблена в него?

- Ну, я думала...я имею ввиду, он очень красив...
Тесса поняла, что её голос прозвучал довольно неубедительно.

- Есть много других качеств, за которые стоит любить, помимо красоты. Мой прошлый работодатель, - сказала Софи, которая от волнения позабыла нормы правильной речи и начала тараторить. - Постоянно ездил на сафари, в Африку и Индию, стрелял тигров и других зверей. Он научил меня, как отличить ядовитую змею от безвредной - по ярким, красивым отметкам. Чем кожа красивее - тем смертельнее яд. Вот Вилл как раз из таких. А его красивое лицо и все остальное просто скрывают то, как он испорчен внутри.

- Софи, я не знаю...

- В нем есть нечто темное, - сказала Софи. - Нечто черное и мрачное, то, что он скрывает. У него есть какой-то секрет, которые гложет его изнутри. - Она положила расческу с серебристой щетиной на столик, и Тесса с удивлением заметила, что у нее трясутся руки. - Запомните мои слова.

Как только Софи ушла, Тесса взяла механического ангела с прикроватной тумбочки и надела цепочку на шею. Почувствовав знакомую тяжесть на груди, она тут же успокоилась. Она скучала по этому ощущению, пока была Камиллой. Присутствие кулона дарило ей чувство защищенности, и Тесса подумала - хотя это, может, было глупо - что, если она придет навестить Нейта с этим украшением, оно и его точно так же успокоит.

Касаясь его рукой, она закрыла за собой дверь, прошла по коридору и осторожно постучала в дверь комнаты брата. Не дождавшись ответа, она взялась за ручку и толкнула дверь. Шторы в комнате были задернуты, и потому в помещении царил полумрак. Нейт спал лежа на спине в кипе подушек. Одна его рука прикрывала лоб, а его щеки горели, как в лихорадке.

И он был не один. В кресле у изголовья его кровати сидела Джессамин, с раскрытой книгой на коленях. Она холодно встретила удивленный взгляд Тессы.

- Я...- начала Тесса, и, собравшись с мыслями, спросила, - Что ты здесь делаешь?

- Я решила, что могу немного почитать твоему брату, - ответила Джессамин. - Все спали почти целый день, и его совсем забросили. Только Софи проверяла, как он, но нельзя рассчитывать на то, что она сумела бы поддержать достойную светскую беседу.

- Нейт без сознания, Джессамин, ему не требуется беседа.

- Ты не можешь этого знать наверняка, - сказала Джессамин. - Я слышала, что люди, лежащие без сознания, могут слышать то, о чем им говорят. Даже при смерти.

- Он не при смерти.

- Конечно, нет, - Джессамин окинула его долгим взглядом, - Он слишком красив, чтобы умирать. Тесса, он женат? Или в Нью Йорке есть девушка, уже заявившая на него свои права?

- На Нейта? - уставилась на неё Тесса. Всегда находились девушки, самые разные, которые вились вокруг Нейта, но он не обращал на них внимания.- Джессамин, его это нисколько не заботит. А сейчас тем более не время...

- Он поправится, - объявила Джессамин. - И когда это произойдет, он узнает, что я единственная, кто выхаживал его. Мужчины всегда влюбляются в женщин, которые заботятся о них во время их болезни. "Когда боль и страдания вокруг, будь терпеливым ангелом, мой друг!" - закончила она с самодовольной улыбкой. И, заметив хмурое выражение лица Тессы, спросила:- Что-то не так? Я не достаточно хороша для твоего драгоценного братца?

- Джесси, он совсем не богат...

- Моих денег хватит на нас обоих. Мне просто нужен кто-нибудь, кто заберет меня отсюда. Я же говорила тебе об этом.

- Вообще-то ты спрашивала меня, могу ли я стать этим человеком.

- И поэтому ты так кипятишься? - спросила Джессамин. - Тесса, но став родственниками, мы ведь все равно сможем быть лучшими друзьями, и потом мужчина для подобных целей подходит гораздо лучше, тебе не кажется?

Тесса не нашла, что ответить на это.

Джессамин пожала плечами.
- Кстати, тебя хотела видеть Шарлотта. Она в гостиной и хочет поговорить с тобой. Тебе не стоит беспокоиться о Натаниеле. Я проверяла его температуру каждые пятнадцать минут и ставила ему прохладные компрессы.

Тесса сомневалась в последнем, но, учитывая, что Джессамин явно не была настроена уступать ей место рядом с Нейтом (а устраивать баталии по этому поводу вряд ли стоило). Поэтому она развернулась и, с издав вздох отвращения, покинула комнату.

Когда она подошла к гостиной, дверь, ведущая туда, была приоткрыта, и через щель доносились громкие голоса. Уже собираясь постучать, она заколебалась - и вдруг услышала свое имя и замерла.

- Здесь не городской госпиталь. Брат Тессы не должен находится здесь! - Это был Вилл, и его тон был повышен почти до крика. - Он не из Сумрачного Мира, а просто глупый, корыстный примитивный, который ввязался в то, с чем не смог справиться...

Шарлотта перебила его.
- Обычные доктора не смогут вылечить его. Прояви благоразумие, Вилл.

- К тому же, ему уже известно о Сумрачном Мире. - Раздался голос Джема, как всегда спокойный. - К тому же, он может обладать важной информацией о планах де Квинси, людях-автоматах, о делах Магистра - да обо всем этом. Быть может де Квинси хотел смерти Натаниеля как раз потому, что тот проведал что-то, о чем не должен был знать.

Повисла пауза. А потом Вилл сказал:
- Тогда мы могли бы вновь вызвать Безмолвных Братьев. Они сумеют забраться в его мысли. И тогда нам не нужно будет дожидаться, пока он проснется.

- Ты же знаешь, насколько деликатен этот вопрос, когда дело касается примитивных, - запротестовала Шарлотта. - Брат Енох уже сказал, что горячка вызывает у мистера Грея галлюцинации, поэтому для него будет невозможно отличить, что в мыслях молодого человека правда, а что является плодом горячечного бреда. Это может повредить его рассудок, возможно даже навсегда.

- Сомневаюсь, что у него вообще присутствовал здравый рассудок. - Даже за дверью Тесса расслышала язвительное презрение в голосе Вилла, и это заставило все внутри нее сжаться от гнева.

- Ты ничего не знаешь об этом человеке. - Тесса еще никогда не слышала, чтобы голос Джема звучал так холодно. - Не знаю, что вызвало в тебе подобное настроение, Вилл, но это не делает тебе чести.

- Я знаю, в чем дело, - сказала Шарлотта.

- Знаешь? - Потрясенно спросил Вилл.

- Ты так же, как и я, расстроен тем, как прошла вчерашняя ночь. Мы потеряли только двух Охотников, но то, что де Квинси удалось бежать, добром для нас не обернется. Это был мой план. Я добилась разрешения Анклава, и теперь они именно меня будут обвинять в том, что пошло неправильно. Уже не говоря о том, что Камилле пришлось укрыться где-то, потому что де Квинси где-то на свободе и наверняка уже объявил кровавую цену за ее голову. И, конечно, Магнус Бейн зол на нас из-за того, что Камилла исчезла. Так что на настоящий момент лучший информатор и самый могущественный колдун потеряны для нас.

- Но все же нам удалось остановить де Квинси от убийства брата Тессы и кто знает скольких еще примитивных, - сказал Джем. - Это должно чего-то стоить. Сначала Бенедикт Лайтвуд не хотел верить в измену де Квинси, но теперь у него нет другого выбора. Он знает, что ты была права.

- Как раз это, скорее всего, разозлит его еще больше. - Сказала Шарлотта.

- Может быть, - сказал Вилл. - А еще, возможно, если бы ты не настояла на том, чтобы связать приведение плана в жизнь с работой одного из идиотских изобретений Генри, то нам бы не пришлось сейчас обсуждать все это. Ты можешь танцевать вокруг да около, но единственная причина, по которой все пошло наперекосяк, заключается в том, что Люминофор не сработал. Ни одно из изобретений Генри никогда не работало. Если бы ты наконец признала, что твой муж бесполезный глупец, от этого всем стало бы лучше.

- Вилл. - Голос Джема был наполнен леденящей яростью.

- Нет. Джеймс, не нужно. - Дрожащим голосом произнесла Шарлотта. Как будто получив неожиданный удар, она рухнула в кресло. - Вилл, - сказала она, - Генри хороший, добрый человек и он любит тебя.

- Шарлотта, не будь сентиментальной, - в глосе Вилла слышалось лишь презрение.

- Он знал тебя еще мальчишкой. Он заботился о тебе как о своем младшем брате. Как и я. Всё что я делала, так это только любила тебя, Вилл...

- Да, - прервал её Вилл, - и как бы мне хотелось, чтобы ты этого не делала.

Шарлотта издала страдальческий звук, словно побитый щенок.
- Я знаю, что ты говоришь это несерьезно.

- Я говорил со всей серьезностью, - сказал Вилл. - Особенно касательно той части, где утверждал, что нам лучше бы покопаться в мыслях Натаниэля Грея немедля, не откладывая на потом. Если ты слишком сентиментальна для этого...

Шарлотта начала было что-то говорить ему в ответ, но это уже не имело никакого значения. Терпение Тессы лопнуло. Она резко рванула на себя дверь и влетела в комнату.
Внутри гостиная была залита светом огня, бушевавшего в камине, темным контрастом на его фоне выступали серые квадраты окон с туманными сумерками за ними. Шарлотта сидела за большим столом, Джем в кресле рядом с ней. Вилл находился по другую сторону. Он стоял, прислонившись к решетке камина; его глаза сверкали нескрываемым гневом, воротник рубашки был перекошен. Когда он взглянул на Тессу, в его глазах мелькнуло удивление. Вся ее надежда на то, что он волшебным образом позабудет о происшествии на чердаке прошлой ночью, растаяла. При взгляде на неё он покраснел, его бездонные голубые глаза потемнели - а потом он отвернулся, словно не мог больше выдержать её взгляда.

- Полагаю, ты подслушивала? - спросил он. - И теперь ты здесь, чтобы высказать своё мнение по поводу своего драгоценного братца?

- По крайней мере я способна поделиться своим мнением, тогда как Натаниель - нет, если вы решите все по-своему, - Тесса повернулась к Шарлотте. - Я не позволю брату Еноху вторгаться в разум Нейта. Он и без того болен, и такое вмешательство может его просто убить.

Шарлотта покачала головой. Она выглядела усталой, цвет лица был серым, а веки слипались. Тесса гадала, спала ли она вообще.
- Безусловно, мы вылечим его, и только после подумаем о том, чтобы его расспрашивать.

- А что если он проболеет недели? Или месяцы? - спросил Вилл. - У нас, возможно, не так много времени.

- Почему? Что такого срочного стряслось, от чего ты хочешь рисковать жизнью моего брата? - резко спросила Тесса.

Глаза Вилла были подобны осколкам синего стекла.
- Всё что тебя заботило, так это найти своего брата. И вот теперь ты его нашла. Отлично. Но это никогда не было нашей целью. Ты же это понимаешь, не так ли? Мы бы не зашли так далеко ради одного оступившегося примитивного.

- Вилл пытается сказать, - вставил Джем, - отбросив, правда, всякое представление о вежливости, что... - он прервался и вздохнул, - Твой брат был тем, кому де Квинси, по его же словам, доверял. И вот теперь де Квинси исчез, и мы понятия не имеем, где он прячется. Записи, которые мы нашли в его кабинете, гласят, что де Квинси полагает - скоро наступит война между созданиями Сумрачного мира и Сумеречными Охотниками, война в которой, будут участвовать те механические создания, над которыми он работал. Теперь ты понимаешь, почему мы хотим узнать, где он находится и что еще известно твоему брату.

- Возможно вы и хотите всё это узнать, - сказала Тесса, - но это не моя битва. Я не Сумеречный охотник.

- Вот именно, - сказал Вилл. - Не думай, что мы этого не понимаем.

- Помолчи, Вилл. - Тон Шарлотты был наполнен несвойственной ей холодности. Она повернулась к Тессе, в ее карих глазах читалась мольба. - Мы доверяем тебе, Тесса. И ты тоже должна доверять нам.

- Нет. - Ответила Тесса. - Нет, я не могу доверять вам. - Она почувствовала на себе взгляд Вилла и вдруг все ее естество наполнилось пугающей яростью. Как смеет он так холодно обращаться к ней, злиться на нее? Чем она заслужила это? Она позволила ему поцеловать себя. И только. Получается, этот поцелуй стер все, что она сделала в ту ночь, как будто теперь, когда она поцеловала Вилла, не имело никакого значения то, насколько смелой она была. - Вы хотели использовать меня - так же, как и Сестры Тьмы - и как только леди Белкорт появилась и вам понадобились мои способности, вы тут же захотели, чтоб я их применила. Не взирая на то, насколько опасно это было! Вы ведете себя так, словно я чем-то обязана вашему миру, словно должна подчиняться его законам и вашему Соглашению. Но это ваш мир, и вы являетесь теми, кто должен управлять им. Не моя вина, что работу свою вы делаете паршиво!

Тесса увидела, как Шарлотта, побелев, села обратно в кресло. Она почувствовала острый укол в груди. Ведь задеть она хотела совсем не Шарлотту. И все же, она продолжила. Тесса ничего не могла с собой поделать, слова неудержимом потоком слетали с ее уст.
- Вы постоянно говорите об обитателях Сумрачного Мира и о том, что в вас нет ненависти к ним. Но это все пустые слова, ведь так? На самом деле вы так не считаете. А что касается примитивных, вам никогда на ум не приходила мысль, что защищать их у вас получалось бы гораздо лучше, если бы не то презрение, которое вы к ним питаете? - Она посмотрела на Вилла. Он был бледен, глаза его горели. Он был...она не была уверенна, как правильно описать выражение его лица. Он был шокирован, но потрясение это было вызвано не только ее словами, оно исходило откуда-то глубже.

- Тесса, - протестующим голосом начала Шарлотта, но Тесса уже взялась за ручку двери. В последний момент, стоя на пороге, она обернулась, чтоб увидеть, как все трое смотрят на нее.

- Держитесь подальше от моего брата, - резко произнесла она. - И не нужно идти за мной.

* * *

Гнев, подумала Тесса, очень помогает, если полностью отдаться ему. Было что-то по-особенному удовлетворяющее в том, чтобы в слепой ярости выкрикивать что-то, пока не закончатся слова.

Последствия этого, конечно, всегда куда менее приятны. Сказав всем, что всех их ненавидишь, и запретив следовать за собой - куда после этого деваться? Если она пойдет в свою комнату, то это будет выглядеть так, словно у нее был приступ детской капризности, который в скором времени пройдет. Пойти к Нейту означало принести туда с собой свое черное настроение, а этого она не могла сделать. Если же просто бродить где-нибудь, то велики шансы натолкнутся на Софи или Агату, и дать им повод думать, что она дуется.

В конце концов она направилась к узкой лестнице, которая вела вниз Института. Тесса миновала неф и вышла на широкое крыльцо церкви, где опустилась на верхнюю ступеньку и обняла себя руками, дрожа от неожиданно прохладного ветра. Должно быть, в течении дня шел дождь, поскольку ступени были влажными, и черный булыжник дорожек внутреннего двора церкви сиял, как стекло. Луна уже взошла и периодически выглядывала из-за набегавших туч, заставляя мерцающим светом уныло поблескивать массивные железные ворота. Мы лишь прах и тени.

- Я знаю, что ты думаешь.
Раздавшийся из дверей за ее спиной голос прозвучал настолько тихо, что его можно было спутать с шепотом листьев, шелестевших на ветках деревьев.

Тесса обернулась. Джем стоял в арке дверного проема, от белого света ведьминого огня за ним его волосы сияли, как начищенный металл, но лицо его скрывала тень. В правой руке он держал трость, глаза дракона словно внимательно наблюдали за Тессой.

- Это вряд ли.

- Ты думаешь: "Если они называют эту сырую мерзость летом, то какой тогда будет зима?" Ты удивишься, но зима почти такая же. - Он прошел вперед и сел рядом с Тессой, хоть и не очень близко. - А вот весна по-настоящему замечательная.

- На самом деле? - Без особого энтузиазма спросила Тесса.

- Нет. Вообще-то она довольно туманная и тоже порядком сырая. - Он искоса взглянул на нее. - Я знаю, ты велела не ходить за тобой. Но я очень надеялся, что ты имела ввиду Вилла.

- Ты прав. - Тесса повернулась, чтобы посмотреть в его глаза. - Я не должна была так кричать.

- Нет, твои слова были во многом справедливы, - сказал Джем. - Мы, Сумеречные Охотники, уже так долго являемся тем, чем являемся, и настолько отстранились ото всех, что часто забываем посмотреть на складывающуюся ситуацию с чьей-нибудь еще точки зрения. Нас всегда заботит лишь то, хорошо это для нефелимов, или плохо. Порой я думаю, что мы забываем спросить - а хорошо это или плохо для остального мира.

- Я совсем не хотела обидеть Шарлотту.

- Шарлотта очень чувствительна, когда дело касается руководства Институтом. Будучи женщиной, она вынуждена бороться, чтобы быть услышанной, но даже тогда в ее решениях сомневаются. Ты же слышала, что говорил Бенедикт Лайтвуд на собрании. Шарлотта считает, что у нее нет права на ошибку.

- А есть ли оно у кого-либо из нас? Или у вас самих? Для вас всегда - либо жизнь либо смерть. - Тесса глубоко вдохнула туманный воздух. Он пах городом, железом, пеплом, лошадьми и речной водой. - Просто...просто иногда мне кажется, что я не выдержу всего этого. Я бы хотела никогда не научиться тому, чему научилась. Я бы хотела, чтобы Нейт остался дома, и ничего этого не произошло!

- Иногда, - сказал Джем, - наша жизнь может так стремительно изменится, что наши мысли и сердца не поспевают за этими переменами. Думаю, в такие периоды, когда наша жизнь стала другой, а мы все еще тоскуем и цепляемся за прошлое, - именно тогда мы испытываем самые большие страдания. Но могу сказать тебе по собственному опыту: я постепенно привык к этому. Ты учишься жить по-новому, и со временем уже не можешь представить себе, или даже вспомнить, как все было до этого.

- То есть ты утверждаешь, что я привыкну быть колдуньей, или кем еще там я являюсь.

- Ты всегда будешь оставаться самой собой. Ты не станешь другой. Просто привыкнешь знать об этом.

Сделав еще один глубокий вдох, Тесса медленно выпустила воздух из легких.
- Там, наверху, я говорила несерьезно, заявляя, что нефелимы так же ужасны, как те, с кем они сражаются. - Сказала она.

- Я знаю. Если бы ты действительно так считала, то не оказалась бы здесь. Ты была бы рядом с братом, защищая его от наших дерзких намерений.

- Вилл ведь тоже был не серьезен, правда? - Чуть помолчав, спросила она. - Он бы не причинил вреда Нейту.

- Эээ...- Джем задумчиво посмотрел вперед, на ворота. - Верно. Но я удивлен, что ты знаешь об этом. Я тоже знаю, но у меня ушли годы на то, чтобы понять Вилла. Чтоб точно знать, когда он серьезен, а когда нет.

- Значит, ты никогда не бываешь зол на него?

Джем громко рассмеялся.
- Я бы не говорил об этом с такой уверенностью. Иногда мне хочется просто придушить его.

- Как, во имя всевышнего, ты умудряешься сдерживаться?

- Я отправляюсь в свое любимое место в Лондоне, - ответил Джем, - стою там и смотрю на воду, размышляю о том, как непрерывно связаны между собой события жизни, и как течет река, абсолютно безразличная к незначительным неприятностям нашей жизни.

Тесса была очарована.
- И это помогает?

- Не особо, но после я думаю, что, если действительно захочу, то смогу прикончить его, пока он спит, и тогда уже чувствую себя намного лучше.

Тесса хихикнула.
- И где же оно? Твое любимое место?

Какое-то мгновение Джем выглядел задумчивым. Затем он поднялся на ноги и протянул ей руку.
- Пойдем, я покажу тебе.

- Это далеко?

- Совсем нет.
Он улыбнулся. Тесса подумала, что у него была милая улыбка - и заразительная. Не сдержавшись, она улыбнулась в ответ.

Джем помог ей подняться. Его рука была теплой и сильной. И удивительно обнадеживающей. Чуть заколебавшись, она бросила взгляд на Институт, а потом послушно пошла за ним через железные ворота в темноту города.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/27542/92517

Переводчики: vikaz, savrik