Готовый перевод Brandon Sanderson "The Well of Ascension" / Брэндон Сандерсон "Источник Вознесения": Глава 36

КОГДА-ТО ЭТОТ НА ЭТОМ СКЛАДЕ ХРАНИЛИ мечи и доспехи, сваленные прямо на пол кучи, лежали повсюду, словно какое-то мифическое сокровище. Сейзед вспомнил, как ходил через него, удивляясь той подготовке которую провел Кельсер, не привлекая внимания никого из своей команды. Этим оружием он вооружил восстание, произошедшие сразу после его смерти и из-за нее, и только благодаря нему вставшие смогли взять город.

Это оружие теперь хранилось в специальных сундуках и арсеналах. А тут отчаянные и разбитые люди кутались в те одеяла которые смогли найти. Было очень мало мужчин и не одного способного к бою, Страфф забрал таких в свою армию. А всем остальным - слабым, больным и раненым - он позволил дойти до Лютодели, зная что Эленд не прогонит их проч.

Сейзед ходил среди них, предлагая те удобства, которые мог. У них не было никакой мебели, и даже сменная одежда становилась дефицитом в городе. Купцы, понимая, что тепло будет в цене предстоящей зимой, начали поднимать цены на все свои товары, а не только на продукты питания.

Сазед присел перел плачущей женщиной. - Мир тебе Дженадера, - сказал он, его медная память подсказала ее имя.

Она лишь покачнула головой. Троих детей она потеряла при атаке колоссов, еще двоих в бою под Лютаделью. Теперь же, последний - тот кого она несла с собой на протяжении всего пути - был болен. Сазед взял ребенка из ее рук , осторожно изучая симптомы. Ничего не изменилось с прошлого дня.

- Есть ли надежда, Мастер Териссонианин? - спросила Дженадера.

Сазед взглянул на ее исхудавшего, с остекленевшим глазами ребенка. Шансов почти не оставалось. Но как он мог сказать ей подобную вещь?

- Пока он дышит, надежда есть, милая женщина, - сказал Сейзед. - Я попрошу короля увеличить твою порцию пищи - тебе нужны силы, чтобы кормить грудью. Ты должна держать его в тепле. Будь возле огня и используй увлажненную ткань, чтобы давать ребенку пить, даже когда он не ест. Он нуждается в жидкости.

Дженадера вяло кивнула головой, принимая назад ребенка. Как же Сазед сожалел, что не может помочь ей больше. Он знал множество разных религий. Он провел все свою жизнь пытаясь наставить людей на путь веры отличающийся хоть чем то от веры в Лорда Правителя. Тем не менее, по некоторым причинам, в этот момент, он затруднился проповедовать одну из них, чтобы Дженадере.

Все было иначе до Падения. Каждый раз, когда он говорил о религии, Сазед ощущал обостренное чувство бунта. Даже если люди не принимали вещей сказанных им - а так в основном и было - его слова напоминали им, что когда то были убеждения отличающиеся от доктрин Стального Братства.

Против кого ему бунтовать теперь? Перед лицом ужасного горя в глазах Дженадеры, он находил достаточно трудным говорить о давно мертвых религиях и забытых богах. Изотерика не избавит эту женщину от ее страданий.

Сейзед немного постоял прежде чем перейти к следующей группе людей.

- Сазед?

Сазед обернулся. Он не заметил как Тиндвиль входила на склады. Двери строения были закрыты перед приближающейся ночью, и костры давали непостоянный свет. В крыше были выбиты отверствия, чтобы дым не задерживался внутри; если присмотрется, туман, стелящимися побегами проникал в комнату, исчезая на полпути к полу.

Беженцы мало на что обращали внимание.

- Ты здесь уже целый день, - сказала Тиндыиль. Несмотря на множество людей, в комнате стояла абсолютная тишина. Лишь потрескивал огонь, и люди лежащие в тишине, каждый наедине со своей болью.

- Здесь много раненых, - сказал Сейзед. - Полагаю, я лучший из тех, кто может позаботиться о них. И я не один - король послал и других, даже лорд Бриз здесь: успокаивает отчаявшихся людей.

Сазед покосился в сторону, где Бриз, сидел в кресле, якобы читая книгу. Он смотрелся ужасно неуместно в этой комнате, одетый в изящный костюм тройку. Тем не мение, одно его присутствие говорило многое, по мнению Сазеда.

Бедные люди, подумал он. Их жинзнь была ужасной при Лорде Правителе. Теперь же, они потеряли даже то немногое что у них было. И это лишь их малая часть - четыре сотни, в сравнении с сотнями и тысячами которые все еще живут в Лютадели.

Что будет когда последние запасы пищи закончатся? На каждом углу ходят слухи про отравленные колодцы, так же Сазед слышал, что часть запасов еды намеренно портится. Что будет с этими людьми? Как долго будет продолжатся осада?

В сущности, что будет с окончанием осады? Что будет когда армии начнут штурм? Сколько разорений и горя причинят солдаты в поисках спрятанного атиума?

- Ты беспокоишся о них, - сказала Тиндвиль тихо, подходя ближе.

Сазед повернулся к ней. Потом посмотрел вниз. - Меньше чем должен, наверное.

- Нет - сказала Тиндвиль. - Я вижу это. Не сбивай меня с толку, Сазед.

- Кажется, у меня талант в этом деле.

Ты выглядишь уставшим, где твоя бронзвая память?

Неожиданно, Сазед почувствовал измотанность. Он игнорировал ее, но ее слова привели к тому что усталость накрыла его, как будто волной.

Он вздохнул. - Я использовал почти все свое усиление во время бега к Лютадели. Я так стремился сюда... - Его исследования почти не продвигались. Проблемы в городе, прибытие беженцев, у него оставалось не так много времени. Единственное, что он успел - перенести слова с оттиска на бумагу. Дальнейшее исследование требует детального изучения остальных работ в поисках совпадений. Должно быть у него не будет времени даже на ...

Он нахмурился, заметив странное выражение глаз Тиндвиль.

- Да будет так - сказала она, вздыхая. - Покажи это мне.

- Показать тебе?

- Что бы ты ни нашел, - сказала она. - Находка заставила тебя пробежаться через две провинции. Покажи её мне.

Неожиданно, он преобразился. Его усталость, тревога, даже его печаль. - С удовольствием, - сказал он тихо.

Еще одна работа сделана, подумал Бриз, поздравляя себя когда два Террисонианца покинули склад.

Многие люди, даже дворяне, непонимают искусства Лести. Они думают что это какой то вид контроля разума, даже в сознании тех кто владеет знанием об Лести оно предстает как вторжение в их разум.

Бриз никогда не думал об этом в таком ключе. Лесть вовсе не подразумевает вторжение. В таком случае любое взаемодействие между людьми, было бы таковым. Мастерская Лесть оказывает на другого человека такое же влияние, как например - женщина одевшая платье с глубоким вырезом, или же слова сказанные командным голосом. Все три приводят к общепринятым, понятным, и, что самое главное, естественным реакциям в человеке.

Взять к примеру Сазеда. Было ли "вторжением" сделать человека менее уставшим, что бы он мог лучше справлятся с его заботами? Было ли неправильным Утешить его боль, лишь немного, позволив ему тем самым лучше справлятся со своими страданиями?

Тиндвиль была гораздо лучшим примером. Возможно, некоторые могли бы сказать что Бриз при помощи Лести посягает на ее эмоции, успокоив ее чувство ответственности и ее разочарование в тот момент когда она увидела Сейзеда.

Но нет, Если бы Лесть была простым "манипулированием сознанием", Тиндвиль бы прогнала Сейзеда, как только эти двое покинули бы область влияния Бриза. Но Бриз знал что она этого не сделает. Тиндвиль приняла важнейшее решение и не Бриз принимал его вместо нее. Этот момент зрел на протяжении недель, и произошёл бы с Бризом или без.

Он только слегка помог ему наступить раньше.

Улыбаясь про себя, Бриз посмотрел на карманные часы. У него было еще несколько минут, и он откинулся на спинку стула, распространяя вокруг волну уменьшающую горе и боль людей. Сосредоточив внимание на столь многих он не мог быть очень деликатным, некоторым могло бы показаться, что их эмоции онемели, так как он толкнул очень сильно. Но это было хорошо для всей группы людей в целом.

Он не читал свою книгу, по правде говоря, он не мог понять как Эленд и остальные проводят столько времени за этим занятием. Ужасно скучным занятием. Бриз смог бы почитать только если вокруг не было бы такого числа людей. Вместо этого он вернулся к тому чем занимался до того как Сейзед привлек его внимание. Он изучал беженцев, пытаясь понять что каждый из них чувствовал.

Было еще одно распространенное заблуждение о Лести. Алломантия была бесполезна без умения наблюдать. В какой то мере помогало умение тонкого прикосновения. Но Лесть ни в коем случае не давало Алломансеру возможности знать что чувствует человек. Об этом Бризу нужно было догадатся самому.

Всё это возвращает к вопросу естественности. Даже самый неопытный скаа поймёт, что стал объектом Лести, если внутри него вдруг всколыхнутся неуместные эмоции. Настоящим искусством Лести было поощрение естественных эмоций с помощью приглушения остальных, менее сильных чувств. Люди были лоскутным одеялом из чувств; они полагали, что обычно то, что они чувствовали в определенный момент было связано только с теми эмоциями, которые преобладали в них в то время.

Осторожный Льстец видел то что кроется под поверхностью. Он понимает что человек чувствует, даже если сам человек этого не осознает - или не признает - этих эмоций. Та ки был ов случае Сазеда и Тиндвиль.

"Странная пара, - думал Бриз, лениво успокаивая одного из скаа, делая его более расслабленным, пока тот пытался заснуть. - Остальные члены команды убеждены, что эти двое враги. Но ненависть редко создает такую меру горечи и разочарования. Нет, эти два чувства приходят из совершенно другого набора проблем".

Конечно, разве Сазед не должен быть евнухом? Интересно как все это произошло...

Его размышления затихли с открытием дверей на склад. Эленд вошел внутрь- Хэм, к сожалению, сопровождал его. Эленд одел однин из его белых мундиров, дополненный белыми перчатками и мечем. Белый являлся важным символом; среди золы и сажы этого города, человек в белом поражал воображение. Мундир Эленда должен быть сделан из специальной ткани созданной специально, что бы противостоять золе, и, несмотря на это ее оттирали каждый день. Но эффект стоил затраченных усилий.

Бриз сразу взялся за емоции Эленда, делая его менее уставшим и неуверенным - хотя второе становилось уже неважным. Это было как раз то, что делала Террисонианка; Бриз был восхищен ее способностью менять настроение людей, учитывая то, что она не была алломанткой.

Бриз не трогал эмоции Эланда связанные с отвращением и жалостью, обе были вполне естественны учитывая окружение. Однако он надавил на Хэма, подавляя желание спорить, Бриз был не в том настроение, что бы иметь дело с лепечущим мужчиной.

Он поднялся с приближением мужчин. Люди оживились увидев Эленда, его присутствие как бы давало им надежду которую Бриз не мог имитировать с помощью Алломантии. Они перешептывались, называя Эленда королем.

- Бриз - сказал Эленд, кивнув головой. - Сазед здесь?

Я боюсь он только что ушел, - ответил Бриз.

Эленд выглядел растерянно. - А ладно. Я найду его позже. - Эленд оглядел комнату, губы его сжались в тонкую линию. - Хэм, завтра, я хочу чтобы ты собрал торговцев одеждой на Кентон Стрит и привел их сюда, пусть увидят.

- Им это может не понравится, Эленд, - сказал Хэм.

- Я надеюсь на это, - сказал Эленд. - Но мы посмотрим что они думают про их цены после того как посетят это помещение. Я готов понять повышение цены на еду, учитывая ее нехватку. Однако, нет никаких причин, кроме жадности, отказывая людям в одежде.

Хэм кивнул, но Бриз мог видеть замкнутость в его позе. Разве остальные не замечают насколько не конфликтным он был? Он любил поспорить с друзьями, но на самом деле не пришел не каким выводам в своем философствовании. Кроме того он ненавидел любое противостояние с незнакомыми людьми, Бриз всегда находил странным, что его по сути нанимали бить людей. Бриз немного успокоил Хэма, что бы тот не так сильно переживал по поводу завтрашней встречи с торговцами.

- Ты собираешься остаться здесь на всю ночь - спросил Эленд.

- Лорд-Правитель, конечно нет! - ответил Бриз. - Мой дрогой, вам повезло, что вы сумели заставить меня прийти вообще. Честно говоря, это не место для джентльмена. Грязь, удручающая обстановка, и это даже не говоря о запахе!

Хэм нахмурился:
- Бриз, когда-нибудь тебе придется начать учится думать о других людях

- До тех пор я могу думать о них с расстояния, Хэммонд, я счастлив быть в деле.

Хэм покачал головой:
- Ты безнадежен.

- Ты сейчас возвращаешся во дворец? - спросил Эленд.

- Вообще-то да - Ответил Бриз, взглянув на свои карманные часы.

- Тебе нужна карета?

- Я на своей - ответил Бриз

Эленд кивнул, повернулся к Хэму и эти двое двинулись дальше обсуждая следующию встреча Эленда с одним из представителей ассамблеи.

Спустя некоторое время Бриз бродил по дворцу. Он кивнул охранникам, снимая их умственную усталость. От этого они стали выглядеть более живыми, и всматриваться в туман с новой силой. Это не продлится долго, но подобные легкие прикосновения были второй натурой Бриза.

Было уже поздно и в коридорах было мало людей. Он прошел через кухню, подтолкнув горничных, делая их более болтливыми. От этого они уберутся быстрее. Помимо кухни он нашел маленький каменный зал, освещенный парой ламп, с маленьким столом. Это была одна из уединенных столовых.

Клабс сидел в углу, положив поврежденную ногу на скамейку. Он взглянул на Бриза с угрюмым видом:
- Ты опоздал.

- Это ты рано - Возразил Бриз, разворачивая скамью лицом к Клабсу.

- То же самое - проворчал Клабс.

На столе стаяла вторая чашка вместе с Бутылкой вина. Бриз расстегнул жилет, тихо вздохнул, налил себе вина и как и Клабс откинулся, положив ноги на скамью.

Клабс глотнул вина.

- Ты жжешь медь? - Спросил Бриз.

- В твоем присутствие? - удивился Клабс - Всегда.

Бриз Улыбнулся, сделал глоток, расслабляясь. Он не часто имел возможность использовать свои способности в присутствии Клабса, тот был Курильщиком. Когда Клабс жег медь, все Аломанты были не видимы для жгущих бронзу. Но что было более важно - по крайней мере по мнению Бриза - жгущий медь был имунен к любому воздействию на эмоции.

- Не понимаю почему ты так счастлив - сказал Клабс - Я думал, ты любишь играть с эмоциями людей.

- Я люблю - сказал Бриз.

- Тогда почему приходишь выпить со мной каждый вечер? - спросил Клабс.

- Ты не против компании?

Клабс молчал. Это было его способом ответить, что он не против. Бриз посмотрел на сварливого генерала. Большенство членов из команды избегали Клабса; Кельсер привел его в последний момент, когда Курильщик, который обычно им помогал умер.

- Ты знаешь каково это, Клабс? - спросил Бриз. - Быть Льстецом?

- Нет

Ты полчаешь поразительный контроль. Это прекрасное чувство, иметь возможность влиять на окружающих, ощущение, что ты можешь управлять поведением людей.

- Звучит восхитительно, - сказал Клабс уныло.

- И все же, это меняет тебя. Я провожу большую часть своего времени наблюдая за людьми - настраивая их, подталкивая и успокаивая. Это изменило меня. Я не... смотрю на людей по старому. Трудно быть другом кому-нибудь когда ты видишь как на него можно повлиять или изменить.

Клабс пробурчал. - Так вот почему мы никогда не видели тебя с женщиной.

Бриз кивнул. - Я немогу ничего поделать с этим. Я всегда прикасаюсь к емоциям окружающих меня людей. И вот, когда женщина влюбляется в меня... - Ему хотелось бы верить, что эта любовь не является результатом его Алломантии. Как он вообще может верить кому-то, кто говорит, что любит его?

Клабс наполнил кружку. - Ты гораздо глупее чем кажешся.

Бриз улыбнулся. Клабс был одним из тех немногих кто был полностью защищен от его воздействий. Эмоциональная Алломантия не будет влиять на него и он всегда полностью предоставлен своим эмоциям, делающими его сварливым. Манипулирование же им при помощи не Алламатических средств было пустой тратой времени.

Бриз рассматривал вино.
- Забавно, вы едва не отказались вступить в команду из-за меня.

- Проклятые Льстецы - пробормотал Клабс.

- Но ты защищен от нас.

- От вашей Алломантии, возможно - сказал Клабс. - Но это не единственный способ который твои люди используют. Человек всегда должен искать вокруг себя Льстецов.

- Тогда почему ты позволяешь мне каждый вечер пить вино вместе с собой?

Клабс молчал какое-то время,и Бриз почти решил что он не будет отвечать. В конце концов, Клабс пробормотал:
- Ты не так плох как большинство.

Бриз глотнул вина:
- Это настолько честный комплимент, настолько, как я думаю, я когда либо получал.

- Не позволь ему испортить себя - сказал Клабс.

- О, я думаю, я уже слишком стар для того что бы портится - сказал Бриз, допивая свою чашку, - Команда... план Кела... уже проделана основательная работа.

Клабс кивнул в знак согласия.

- Что произошло с нами, Клабс - спросил Бриз. - Я присоединился к Келу потому-что это был вызов. Я ни когда не задумывался почему ты его поддержал.

- Деньги.

Бриз кивнул:
- Его план рухнул, его армия уничтожена, а мы остались. Потом он умер, а мы все еще здесь. Это проклятое королевство Эденда обреченно, ты это знаешь.

- Мы не продержимся и месяца - сказал Клабс. Это был не просто пессимизм. Бриз достаточно знал людей что бы понимать когда они серьезны.

- И все же мы здесь - сказал Бриз. - Я провел весь день, успокаивая скаа, помогая им чувствовать себя лучше, не смотря на то что их семьи убиты. Вы провели весь день тренируя солдат, которые с вашей помощью или без, едва продержатся несколько ударов сердца против серьезного противника. Мы следуем за мальчишкой-королем, который, кажется, не имеет и тени представления насколько тяжело его положение. Почему?

Клабс покачал головой:
- Кельсер. Он дал нам город, заставив нас чувствовать ответственность за его защиту.

- Но мы не такие люди - сказал Бриз - Мы воры и мошенники. Мы не должны волноваться. Я имею в виду... Я стал настолько плох, что толкнул чувства горничных, что бы им было веселее работать! Я мог ,s одеваться в розовое и разносить цветы. Я мог бы вполне предоставить ассортимент для свадеб.

Клабс фыркнул. Он поднял чашку:
- За выжившего, - сказал он - Да будет он проклят за то что знал нас лучше чем мы сами знали себя.

Бриз поднял собственную чашку.
- Будь он проклят, - согласился он тихо.

Оба замолчали. Беседы с Клабсом как правило превращаются в... ну просто затихают. Тем не менее Бриз чувствовал удовлетворение. Лесть это замечательно, она делала его тем кем он был. Но так же она была работой. Даже птица не может лететь все время.

- Вот ты где.

Бриз резко открыл глаза. Элриэн стояла у входа в комнату, с другой стороны стола. Она была одета в светло-голубое, где она достала столько платьев? Ее макияж был конечно безупречен, и в волосах был бант. Эти длинные светлые волосы, распространенные на Западе, но редкие в Центральной провинции, и эта дерзкая, зовущая фигура.

Его накрыло волной желания. Нет! Подумал Бриз. Она в два раза младше. Ты грязный старикашка. Грязный! - Элриэн, - сказал он поежившись, - не должна ли ты быть в постели, или что то в этом роде?

Она закатила глаза, двигая его ноги в сторону, так чтобы усестся перед ним. - Всего лишь девять часов, Бриз. Мне восемнадцать, не десять.

Не похоже на то, подумал он, стараясь не смотреть на нее, пытаясь думать о чем то другом. Он знал, что он должен проявить твердость, не дать девченке сесть рядом с ним, но он не сделал ничего, когда она скользнула усаживаясь рядом с ним, что-бы выпить из его стакана.

Он вздохнул, обнимая ее за плечи. Клабс лишь покачал головой, уголки его губ дернулись вверх обозначая улыбку.

- Что ж, - сказала Вин тихо, - вот и ответ.

- Госпожа? - спровил ОреСеур сидя напротив нее за столом в темной комнате. С ее усиленным Алломантией слухом, она могла хорошо слышать что происходило в похожей на будку комнате над ней.

- Элриэн Алломансер, - сказала Вин.

- Неужели?

Вин оглянулась. - Она Разжигала эмоции бриза с того момента как приехала, делая себя привлекательной в его глазах.

- Похоже на то, что он заметил это,

- Это ты так думаешь, - сказала Вин. Она не должна выглядеть такой веселой, какой кажется со стороны. Девушка может быть Рожденной туманом - несмотря на то, что даже в мыслях эту пышку с трудом можно представить летящей сквозь туман.

Именно такой она и хочет выглядеть в моих глазах, размышляла Вин. Я вспомнила Клисса и Шана - по их поводу я, как оказалось, глубоко заблуждалась!

- Бриз скорее всего не задумывается о природе своих эмоций, - сказала Вин. - Она хорошо поработала.

ОреСеур закрыл рот и наклонил голову - собачья версия пожатия плечами.

- Я знаю, - согласилась Вин. - Ну, мы по крайней мере знаем, что не он использует Алломантию для соблазнения. В любом слуае, это не важно. Клабс не ксандра.

- Как вы можете знать об этом, Госпожа?

Вин колебалась. Клабс всегда держал наготове медь, когда Бриз был рядом; это был один из редких случаев, когда он ее использовал. Тем не менее, трудно точно определить жжет ли кто то медь. В конце концов, если кто то обращается к своему металу, он прячет себя по умолчанию.

Но Вин могла пробить медное облако. Она могла чувствовать Алломатический пульс Бунтаря. Она могла также чувствовать слабый стук исходивший от Клабса, жгущего медь, насколько Вин могла полагать, лишь горстка людей, кроме нее и Лорда-Правителя, когда либо, слышали что-то подобное.

- Я просто знаю, - сказала Вин

- Если вы так говорите, Госпожа - сказал ОреСеур - Но... не ужели вы уже решили что шпион Демокс?

- Я хотела проверить Клабса, прежде чем предпринять что-нибудь решительное - сказала она.

- Решительное?

Вин тихонько посидела несколько мгновений. У нее не было много доказательств, но у нее были ее инстинкты, и эти инстинкты говорили ей - Демокс шпион. Он тайком крался той ночью... очивидная логика - выбрать его... все один к одному.

Она встала. События принимали слишком опасный оборот и слишком деликатный. Она не могла игнорировать это и дальше.
- Пошли, - произнесла она. - Пора отправить Демокса в тюрьму.

- Что значит, вы потеряли его? - Спросила Вин стоя у двери в комнату Демокса.

Слуга покраснел:
- Моя леди, я сожалею. Я следил за ним, как вы и велели, но он отправился в патруль. Должен ли я был следовать за ним? Я имею в виду, не думаете ли вы что это было бы излишни подозрительно?

Вин тихо обругала сама себя. Она понимала что у нее не было основания злится, однако. Я должна была сразу сказать Хэму, думала она с разочарованием.

- Моя леди, он вышел всего несколько минут назад, - сказал слуга.

Вин взглянула на ОреСеура, и рванула по коридору. Достигнув окна, она выскочила в темную ночь, ОреСеур, следующий за ней, побежал кратчайшим путем во двор.

В последний раз я видела его возвращающимся сквозь ворота дворца, подумала она, двигаясь в тумане. Она нашла там пару охраняющих солдат.

- Здесь проходил капитан Демокс? - спросила она, заходя в освещенный факелами круг.

Солдаты оживились, сначала они удивились, а потом смутились.

- Леди Наследница, - сказал один из них. - Да он вышел в патруль всего пару минут назад.

- Самостоятельно? - спросила Вин.

Они кивнули.

- Разве это не кажется немного странным?

Они пожали плечами:
- Он ходит время от времени - сказал один. - Мы не задаем вопросов. Он ведь наш начальник.

- В какую сторону? - потребовала Вин.

Один указал, и Вин взлетела,ОреСеур с ней. Я должна была лучше наблюдать. Я должна была нанять настоящих шпионов, чтобы следить за ним. Я должна была -

Она замерзла. Впереди, прогуливаясь по тихой улице в тумане,шла в город фигура. Демокс

Вин бросила монету и взлетела в воздух, пролетела далеко вперед и приземлилась на крышу здания. Он продолжил движение, ничего не заметив. Демокс или кандра, никто из них не мог пользоваться алломантией

Вин остановилась, готовая прыгнуть, кинжалы наружу. Но ... Она до сих пор не имеет настоящих доказательств. Часть её, которую Кельсер пытался изменить, часть, которой она начала доверять, думала, что она знала Демокса.

"Действительно ли я считаю, что он кандра? - думала она. - Или я просто хочу, чтобы он был кандрой, чтобы не подозревать моих настоящих друзей

Он продолжал идти, её усиленные оловом глаза легко различали его шаги. Позади ОреСеур взобрался на крышу, подошёл и сел около неё.

"Я не могу немедленно атаковать, - думала Вин. - Я должна немного понаблюдать, увидеть, куда он идёт. Получить доказательства. Может быть, узнать что-нибудь в процессе."

Она махнула ОреСеуру, и они бесшумного последовали по крыше за Демоксом. Вин отметила что-то странное - мерцание света костра в тумане несколькими улицами выше, оставляющее тени на зданиях. Вин смотрела за Демоксом, следя за глазами как он бредёт по дороге, двигаясь к свету.

"Что?.."

Вин бросилась вниз с крыши. Её потребовалось только три прыжка, чтобы достичь источника света. Скромный костер потрескивал в центре маленькой площади. Скаа толпились вокруг него, чтобы согреться, выглядя немного напуганными в тумане.Вин была удивлена видеть их. Она не видела скаа, выходящих в туман, с ночи Краха.

Демокс подошел к боковой улице, приветствуя несколько скаа. в свете костра она могла подтвердить наверняка, что это был он - или, по крайней мере, кандра с его лицом

В сквере было, возможно, сотни две человек. Демокс двигался, как если бы он собрался садиться на булыжники, но кто-то быстро подошел со стулом. Молодая женщина принесла ему кружку с чем-то дымящимся, которую он принял с благодарностью.

Вин прыгнула на крышу, оставаясь низко,но так, чтобы не быть уязвимой светом костра. Прибывало все больше скаа, в основном группами,но самые храбрые приходили одни.

Позади нее раздался звук, и Вин обернулась к ОреСеуру - вероятно он только что прыгнул, карабкаясь последние несколько футов по краю крыши. Он посмотрел на улицу ниже, встряхнул головой, затем подошел к ней. Она подняла палец к своим губам, кивая вниз на увеличивающуюся группу людей. ОреСеур поднял голову на зрелище, но ничего не сказал

Наконец, Демокс встал, держа в руках до сих пор дымящуюся кружку. Люди собрались вокруг, сидя на холодных булыжниках, съеживаясь под одеялами или плащами.

" Мы не должны бояться тумна, мои друзья," -сказал Демокс. Его голос не был голосом сильного лидера или могущественного строевого вомандира - это был голос стойкого молодого человека, немного нерешительно, но несомненно напористого

- Выживший учил нас этому, - продолжил он. - Я знаю, трудно думать о тумане без мыслей о туманных призраках или других ужасах. Но Выживший подарил туманы нам. Мы должны попытаться и помнить о нём благодаря туманам.

Лорд Правитель... Подумала Вин с шоком. Он один из них - член церкви Выжившего. Она вздрогнула, не уверенная, что и думать. Был ли он кандрой или это не он? Почему кандра встречается с группой таких людей? Но... почему Демокс сам делает это?

Я знаю, это трудно без Выжившего, - продолжал Демокс. - Я знаю, вы боитесь армий. Поверьте мне, я знаю. Я видел их тоже. Я знаю, вы страдаете в этой осаде. Я не знаю, могу ли я даже сказать вам, что не надо беспокоиться. Выживший познал огромные тяготы в жизни - смерть жены, заключение в ямах Хатсина. Но он выжил. Это же знак, не так ли? Мы должны жить,не важно как тяжело это все получается. Мы выиграем, в конце концов. Точно также, как он это сделал."

Он стоял с кружкой в руках, не выглядя как проповедник скаа, которых видела Вин. Кельсер выбрал страстного человека, чтобы основать свою религию - или, если быть более точным, чтобы основать революцию, из которой вышла религия.Кельсер нуждался в лидерах, которые могли собрать сторонников, спровоцировать их на разрушительный переворот.

Демокс быд чем-то иным. Он не кричал, а разговаривал спокойно. Тем не менее, люди внимательно слушали. Они сидели на камнях вокруг него, смотря с надеждой - даже с уважением - в глазах.

"Леди Наследница, - прошептал один из них, - Что с ней?"

"Леди Вин несет огромную ответственность, - сказал Демокс. - Вы можете видеть тяжесть, тянущую ее вниз, и как расстроена она проблемами города. Она честная женщина, и я не думаю что она похожа на политиканов Ассамблеи"

"Но она защитит нас, верно?" - спросил один.

"Да, - сказал Демокс. - Да, я верю, что она защитит. Иногда я думаю, что она даже сильнее, чем был Выживший. Вы знаете, что он тренировался как Рожденный туманом только два года? Она едва ли имела больше времени

Вин отвернулась. Все вернулось к этому, подумала она. Слова звучат разумно, пока они говорят обо мне, но затем...

- Когда-нибудь она принесет нам мир, - сказал Демокс. - Наследница вернет нам солнце, остановит падающий пепел. Но мы должны выжить, пока этого не случится. И мы должны бороться. Вся работа Выжившего заключалась в том, чтобы увидеть смерть Лорда-Правителя и сделать нас свободными. Какую благодарность мы продемонстрируем, если отступим сейчас, перед пришедшими армиями?

"Идите и скажите вашим членам Ассамблеи, что вы не хотите, чтобы вашим королем был Лорд Цетт или даже Лорд Пенрод. Голосование будет через день, и мы должны выбрать правильно человека в короли. Выживший выбрал Эленда Венчера, и это тот, за кем мы должны следовать."

"Это что-то новое," - подумала Вин.

"Лорд Эленд слаб, - сказал один из людей.- Он не сможет защитить нас."

"Леди Вин любит его," - сказал Демокс.
"Она не может любить слабака. Пенрод и Цетт относятся к вам как к скаа, которые хотят подчиняться и поэтому вы думаете что они сильны. Но это не сила - это угнетение. Мы заслужили лучшее , чем это. Мы должны верить решениям Выжившего!"

Вин расслабилась напротив края крыши, напряжение понемногу таяло. Если Демокс и был шпионом, то он не собирается дать ей зацепок этой ночью. Так что она спрятала свои ножи и расслабила руки, свесив их с края крыши. Костер потрескивал холодным зимним вечером, посылая клубы дыма смешиваться с туманом, а Демокс все продолжал рассказывать об учении Кельсера своим спокойным тихим голосом.

Это даже не настоящая религия, думала Вин, прислушиваясь. Теология так проста - не то, что в сложных убеждения про которые рассказывал Сейзед.

Демокс учил самым основам. Он использовал Кельсера как модель, говоря о выживании и перенесенных трудностях. Вин могла понять, почему прямые слова привлекают скаа. На самом деле у людей было только два выбора: сражаться дальше или сдаться. Учение о котором рассказывал Демокс давало им повод продолжать жить.

Скаа не были нужны ритуалы, молитвы или правила. Пока не нужны. Они были новичками в религии и слишком напуганы чтобы иметь такие вещи. Но чем больше она слушала, тем больше Вин понимала церковь Выжившего. Это было то, в чем они нуждались; он взял то, что скаа уже знали - жизнь, наполненная лишениями - и возвысил на более оптимистический уровень.

И учение по-прежнему развивается. Обожествление Кельсер она ожидала; даже благоговение перед ней было понятно. Но, где же Демокс взял обещания, в которых Вин бы остановит пепел и вернут солнце? Как он узнал, проповедуя зеленые травы и голубое небо, описывая мир, как он был известен только в некоторых из самых неясных текстов в мире?

Он описал странный мир цветов и красоты - чуждое место, которое, даже, трудно представить себе, но так или иначе, все-таки замечательное. Цветы и зеленые растения были странными, пришельцами для этих людей; даже Вин испытывала трудности с их представлением, хотя и слышала их описание от Сейзеда.

Демокс предлагал скаа рай. Это должно было быть, чем то изолированным от реальности, материального мира, в котором не было места надежде. Не с голодной зимой, не с угрожающими армиями и не с правительством в панике.

Вин отодвинулась, как только Демокс закончил собрание. Она выждала момент, решая, что она чувствует. Она была рядом с Демоксом, но теперь ее подозрения, казались необоснованными. Он выходил по ночам, это правда, но теперь она увидела, что он делает. Кроме того, он вел себя слишком подозрительно, когда выбирался тайком. Ей казалось, что кандра должна бы знать, как ходить гораздо более естественным образом.

Это не он, подумала она. Или, если это так, он не собирается быть столь разоблаченным, как я думала. Она разочарованно нахмурилась. Наконец, она просто вздохнула, поднимаясь, и пошла на другую сторону крыши. ОреСеур последовал за ней и Вин взглянула на него.
"Когда Кельсер сказал тебе взять его тело," - сказала она, "что он хотел, чтобы ты проповедовал этим людям?"

"Госпожа?" - Спросил ОреСеур.

"Он попросил тебя появится, как, если бы он вернулся из могилы."

"Да."

"Так, что же он поручил сказать тебе?"

ОреСеур пожал плечами.
"Очень простые вещи, хозяйка. Я сказал им, что время для восстания пришло. Я сказал им, что Я - Кельсер - вернулся, дать им надежду на победу."

Я представляю, ту вещь, которую вы никогда не были в состоянии убить, как ни старались. Это были последние слова Кельсера, сказанные им перед лицом Лорда Правителя. Я - надежда.

Я - надежда.

Было ли это удивительным, что эта концепция станет краеугольным камнем церкви возникшей вокруг него?
"Говорил ли тебе, учить таким идеям, которые мы слышали от Демокса?" - спросила Вин.
"О том, что пепел перестанет падать и солнце станет желтым?"

"Нет, Госпожа."

"Так я и подумала" - сказала Вин заслышав шорох на камнях внизу. Она выглянула из-за угла здания и увидела Демокса, возвращающегося во дворец.

Вин приземлилась на аллею прямо за ним. Надо отдать ему должное, он услышал ее, резко обернувшись он положил руку на дуэльную трость.

- Мир тебе капитан, - сказала она.

- Леди Вин? - спросил он удивленно.

Она кивнула, и приблизилась к небу ближе, так чтобы он имел возможность видеть ее в темноте. Затухающий факел все еще чадил позади нее, отбрасывая неверные тени.

- Я не знала, что состоишь в Церкви Выжившего, - сказала она тихо.

Он потупил взгляд. Хотя он был на две ладони выше ее, он, казалось, съежился перед ней.
"Я. .. Я знаю, что это заставляет вас стесняться. Мне очень жаль."

"Все в порядке," - сказала она.
"Вы делаете хорошее дело для людей. Эленд оценит услышав о вашей верности."

Демокс поднял взгляд.
"Обязательно рассказывать ему?"

"Он должен знать во что верят люди, Капитан. Почему вы хотите, чтобы я молчала?"

Демокс вздохнул. "Я просто ... Я не хочу чтобы команда думала, что я здесь потворствую народу. Хэм думает проповеди о Выжившем глупо, а Лорд Бриз говорит единственная причина поощрять церковь, чтобы люди были более податливыми. "

Вин разглядывала его в темноте. "Вы действительно верите, не так ли?"

"Да, моя госпожа."

"Но ты знал Кельсера," - сказала она.
"Ты был с нами с самого начала. Ты знаешь, что он не бог."

Демокс посмотрел и в его взгляде читался вызов.
"Он умер что бы свергнуть Лорда Правителя."

"Это не делает его божеством."

"Он научил нас, как выжить, иметь надежду."

"Ты выживал и раньше," - сказал Вин.
"Люди имели надежду до того, как Кельсера швырнули в те ямы."

"Не так, как сейчас," - сказал Демокс.
"К тому же ... он имел силу, миледи. Я чувствовал это."

Вин задумалась. Она знала историю; Кельсер использовал Демокса в пример остальной части армии в драке со скептиком, направляя его удары с Алломантией, он заставлял Демокса казаться, обладающем сверхъестественными способностями.

"О, я знаю об Алломантии сейчас," - сказал Демокс.
"Но ... Я почувствовал, как он Давит на мой меч в тот день. Я почувствовал, как он использует меня, делая меня большим, чем я являлся. Я думаю, что я все еще чувствую его, иногда. Укрепляющим мою руку, направляя мой ​​клинок ...."

Вин нахмурился. "Вы помните нашу первую встречу?"

Демокс кивнул. "Да. Вы пришли к пещерам, где мы прятались в тот день, когда армия была уничтожена. Я был в карауле. Знаете, моя госпожа - даже тогда, я знал, что Кельсер придет за нами. Я знал, что он придет и заберет тех из нас, кто был верен и поведет нас к Лютадели."

Он пошел в эти пещеры, потому что я заставила его. Он хотел, быть убитым, сражаясь с армией в одиночку.

"Уничтожение армии было проверкой," - сказал Демокс, глядя сквозь туман. "Эти армии ... осада ... всего лишь проверки. Чтобы убедиться, выживем ли мы или нет."

"И пепел?" - Спросила Вин. "Где вы услышали, что он прекратится?"

Демокс повернулся к ней. "Оставшийся в живых учил так, не так ли?"

Вин покачала головой.

"Много людей говорят так," - сказал Демокс. "Это должно быть правдой. Это сходится со всем остальным - желтое солнце, голубое небо, растения ...."

"Да, но где ты впервые услышал эти вещи?"

"Я не уверен, моя госпожа."

Где вы услышали, что я буду той, кто изменит это? подумала она, но она как-то не могла заставить себя озвучить вопрос. Несмотря на это, она знала ответ: Демокс не знает. Слухи распространялись. Было бы трудно на самом деле, отследить их назад к их источнику.

"Возвращайтесь во дворец," - сказала Вин. "Я должна сказать Эленду, что я видела, но я попрошу его, чтобы он не говорил остальным членам команды."

"Спасибо, госпожа," - сказал Демокс, кланяясь. Он повернулся и поспешил прочь. Через секунду, Вин услышала стук от за спиной: ОреСеур, спрыгнул на улицу.

Она повернулась. "Я была уверена, что это он."

"Хозяйка?"

"Кандра," - сказала Вин, повернувшись спиной к исчезающему Демоксу. "Я думала, что я обнаружила его."

"И?"

Она покачала головой. "Это как с Доксоном - Я думаю, что Демокс знает слишком много, чтобы быть подделкой. Он показался мне настоящим."

"Мои братья-"

"Достаточно умелы," - сказала Вин со вздохом. "Да, я знаю. Но мы не собираемся арестовывать его. Не сегодня, по крайней мере. Мы будем следить за ним, но я больше не думаю, что это он."

ОреСеур кивнул.

"Пойдем," - сказала она. "Я хочу проведать Эленда."

Итак, я подхожу к центральному месту моей исповеди. Я прошу прощения. Даже чеканя мои слова на стали, сидя и почёсываясь в этой оледеневшей пещере, я склонен заговариваться.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/28401/148493

Переводчики: Savel, Lokci, workwalker, spika

mfvanek