Готовый перевод Brandon Sanderson "The Well of Ascension" / Брэндон Сандерсон "Источник Вознесения": Глава 37

Сейзед мельком взглянул на ставни окна, заметив робкие лучи света, начинающие пробиваться сквозь трещины.
- Уже утро? - подумал он. - Мы занимались исследованиями всю ночь?
В это с трудом верилось. Он не использовал бодрость, тем не менее он чувствовал себя более бдительным — более живым — чем в последние дни.

Тиндвиль сидела в кресле рядом с ним. Стол Сейзеда был завален чистыми листами бумаги, двумя наборами чернил и пером, ожидающим, когда же им воспользуются. Ни одной книги не было; Хранители не нуждались в них.

- Ах, - сказала Тиндвиль, хватая перо и начиная писать. Она тоже не выглядела усталой, но как будто была погружена в бронзовую память, черпая бодрость, хранящуюся там.

Сейзед посмотрел, что она написала. Она выглядела снова почти молодой; он не видел у неё такого откровенного волнения с тех пор как она была выбрана Роженицей около десяти лет назад. Сейчас её важная работа была закончена, она наконец присоединилась к Хранителям. Сейзед был тем, кто передал ей собранные знания, открытые во время её тридцатилетнего затворничества, когда она рожала.

У неё не заняло много времени, чтобы добраться до Синода. Однако к тому моменту, Сейзед уже был изгнан из их рядов.

Тиндвиль закончила писать.
- Отрывок из биографии короля Веднегона, - сказала она. - Он был одним из последних лидеров, которые противостояли Лорду-Правителю хоть в каком-то значимом виде.

- Я знаю, кем он был, - произнёс Сейзед, улыбаясь.

Она остановилась.
- Конечно.
Она, очевидно, не привыкла заниматься исследованиями с теми, кто имел доступ к такому же количеству информации, как и она. Она толкнула написанный отрывок через стол к Сейзеду; даже с его ментальным оглавлением и собственными заметками, будет быстрее, если она напишет текст на бумаге, нежели он попытается найти его в своей медной памяти.

"Я провел много времени с королем в его последние недели", - гласил текст

Казалось, он был расстроен, по крайней мере так можно было предположить. Его солдаты не могли противостоять колоссам Завоевателя, и атаки его людей неоднократно отражались со времен Падения Шпиля. Однако король не винил своих солдат. Он считал, что все его проблемы происходят из другого источника: пищи.

Он упомянул об этом несколько раз за последние дни. Он думал, что если бы у него было больше еды, он мог бы продержаться. В сложившейся ситуации Веднегон винил Бездну. Хоть Бездна и была повержена (или по крайней мере ослаблена), её прикосновение истощило продовольственные склады Даррелнаи.

Его люди не могли одновременно добывать еду и противостоять демонам Завоевателя. В конце концов, именно это стало причиной их падения.

Сейзед медленно кивнул.
- Сколько этого текста у нас есть?

- Немного, - ответила Тиндвиль. - Шесть или семь страниц. Это единственная часть, где упоминается Бездна.

Сейзед замер на мгновение, перечитывая отрывок. Наконец он посмотрел на Тиндвиль.
- Ты думаешь, что леди Вин права, не так ли? Ты думаешь, что Бездна была туманом.

Тиндвиль кивнула.

- Согласен, - сказал Сейзед. - По крайней мере, то, что мы теперь называем Бездной, раньше было неким изменением в тумане.

- А твои предыдущие доводы?

- Оказались ошибочны, - ответил Сейзед, откладывая документ. - Что подтверждается твоими словами и моими собственными исследованиями. Я не хотел, чтобы это оказалось правдой, Тиндвиль.

Тиндвиль подняла бровь.
- Ты снова бросил вызов Синоду, чтобы найти то, во что даже не хочешь верить?

Он посмотрел ей в глаза.
- Существует разница между бояться чего-то и хотеть этого. Возвращение Бездны может уничтожить нас. Я не желал подобной информации, но не мог упустить возможности узнать её.

Тиндвиль отвела взгляд.
- Я не верю, что это может уничтожить нас, Сейзед. Я признаю, что ты сделал великое открытие. Записи Кваана расказали нам многое. В самом деле, если Бездна - это туман, тогда наше понимание Восхождения Лорда-Правителя сильно улучшилось.

- А что, если туман становится сильнее? - спросил Сейзед. - Что, если убив Лорда-Правителя, мы также разрушили некую силу, что сдерживала изменения тумана?

- У нас нет доказательств, что туман приходит днем, - сказала Тиндвиль. - И мы имеем только твои слабые теории, построенные на его возможности убивать людей.

Сейзед отвел взгляд. На столе его пальцы размазывали слова, поспешно написанные Тиндвиль.
- Это правда, - сказал он.

В тёмной комнате Тиндвиль тихо вздохнула.
- Почему ты никогда не защищаешься, Сейзед?

- Что защищать здесь?

- Должно быть что. Ты извиняешься и просишь прощения, но твоё явное чувство вины, как мне представляется, никогда не изменит твоего поведения! Ты не думал, что, возможно, если бы ты был более откровенен, то мог бы возглавить Синод? Они изгнали тебя, потому что ты отказался приводить аргументы от своего имени. Ты самый совестливый мятежник, которого я когда-либо знала.

Сейзед не ответил. Он глянул в сторону, увидев ее заинтересованные глаза. Красивые глаза. "Глупые мысли, - сказал он себе, отводя взгляд. - Ты всегда знал это. Некоторые вещи предназначались для других, но не для тебя".

- Ты был прав насчет Лорда-Правителя, Сейзед, - сказала Тиндвиль. - Вероятно, остальные последовали бы за тобой, если бы ты был немного более настойчивым.

Сейзед покачал головой.
- Я не человек из твоих биографий, Тиндвиль. Я даже не совсем мужчина.

- Ты более мужчина, чем они, Сейзед, - тихо сказала Тиндвиль. - Печально, что я никогда не была в состоянии понять почему.

Они замолчали. Сейзед встал и подошел к окну, открывая ставни, впуская свет. После этого он погасил лампу в помещении.

- Я уеду сегодня , - сказала Тиндвиль.

- Уедешь? - спросил Сейзед. - Войска могут не пропустить тебя.

- Я не собираюсь обходить их, Сейзед. Я намереваюсь посетить их. Я передала знания молодому лорду Венчеру; мне нужно предложить ту же самую помощь его противникам.

"Ах, - сказал Сейзед. - Я вижу. Я должен был понять это."

"Я боюсь, они не станут слушать, как слушал он, - сказала Тиндвиль, немек на нежность проскользнул в её голосе. - Венчер хороший человек."

- Хороший король, - сказал Сейзед.

Тиндвиль не ответила. Она посмотрела на стол, на разбросанные записи, каждая из которых была извлечена из того или иного медного хранилища, наспех записана, а затем продемонстрирована и перечитана.

Тогда что это была за ночь? Ночь исследований, ночь обмена мыслями и открытиями?

Она была до сих пор преврасна. Темно-рыжие волосы начали седеть, но оставались длинными и прямыми. Лицо отмечено трудностями жизни, которые не сломили её. И глаза...глубокие глаза со знанием и любовью к познанию, которые могут быть только у Хранителя.

"Я не должен обращать внимание на такие вещи, - подумал Сейзед снова. - Для этого нет никакого повода. И никогда не было".
- Тогда ты должна идти, - сказал он, поворачиваясь.

"Ты снова отказываешься спорить," - сказала она.

- В чём смысл спора? Ты мудрый и решительный человек. Ты должна руководствоваться собственной совестью.

- Иногда только кажется, что люди определились с направлением, потому что никто не предложил им других вариантов.

Сейзед повернулся к ней. В комнате было тихо, звуки доносились только со двора ниже. Тиндвиль сидела наполовину в солнечном свете, её яркие одежды медленно становились более освещёнными, в то время как тени исчезали. Она, казалось, подразумевает то, чего он не ожидал когда-нибудь от ней услышать.

"Я смущен," - сказал он, медленно садясь. - "А как же твой долг Хранителя?"

"Это важно,- согласилась она. - Но, определенно, должны быть разрешены некоторые исключения. Оттиск, который ты нашел... возможно его необходимо изучить, прежде чем я уеду."

Сейзед наблюдал за ней, пытаясь читать по её глазам. "Что я чувствую? - спросил он себя. - Смущение? Потрясение?".

Испуг?

"Я не могу быть тем, кто тебе нужен, Тиндвиль, - сказал он. - Я не мужчина."

Она неопределенно махънула рукой."У меня было больше чем достаточно "мужчин" и родов все эти годы, Сейзед. Я выполнила свой долг перед людьми Терриса. Я думаю, я хотела бы держаться подальше от них некоторое время. Часть меня обижена на них за то, что они сделали со мной."

Он открыл рот, чтобы ответить, но она подняла руку.
- Знаю, Сейзед. Я взяла этот долг на себя, и довольна тем, что сделала. Но за годы, проведённые в одиночестве, встречаясь с Хранителями лишь иногда, я была разочарована тем, что все их замыслы, по всей видимости, направлены на поддержание их статуса завоёванного народа.

За всё время я видела только одного человека, подталкивающего Синод к активным мерам. Пока они планировали, как сохранить своё существование в тайне, этот человек хотел наступать. Пока они искали лучший способ сбить Воспроизводителей со следа, этот человек хотел устроить падение Последней Империи. Когда я вернулась у моему народу, я обнаружила, что этот человек по-прежнему сражается. Один. Осужденный за братание с ворами и повстанцами, он спокойно принял своё наказание.

Она улыбнулась.
- Этот человек ушел, чтобы освободить нас всех.

Она взяла его за руку. Сейзед сидел изумленный.

- Сейзед, мужчины, о которых я читала, - тихо произнесла Тиндвиль. - Это были не те люди, что сидели и придумывали лучший способ, чтобы спрятаться. Они сражались; они стремились к победе. Иногда они были безрассудны, а некоторые называли их глупцами. Даже, когда кости были брошены, а трупы посчитаны, они были людьми, которые изменили многие вещи.

Солнечный свет полностью заполнил комнату. Она сидела, обхватив его ладонь своими. Она казалась... тревожной. Видел ли он когда-либо это чувство в ней? Она была сильной, самой сильной женщиной, которую он знал. То, что он увидел в её глазах, не могло быть опасением.

- Дай мне повод, Сейзед, - прошептала она.

- Мне бы... очень хотелось, чтобы ты осталась, - сказал Сейзед, держа одну свою руку в её руках, а другую свободной на столе; его пальцы слегка дрожали.

Тиндвиль нахмурила бровь.

- Останься, - попросил Сейзед. - Пожалуйста.

Тиндвиль улыбнулась.
- Очень хорошо, ты убедил меня. Теперь давай вернемся к нашим исследованиям.

В лучах утреннего света Эленд прогуливался по верхней части городской стены, на каждый шаг меч на его бедре ударялся о край каменной кладки.

- Вы выглядите почти как король, - отметил голос.

Эленд обернулся к Хэму, взбирающемуся по нескольким последним ступенькам на прогулочную стену. Воздух бодрил, иней все еще образовывался в тенях камней. Зима приближалась. Возможно уже пришла. Но все же, Хэм не носил плаща - только его обычный жилет, брюки и сандалии.

"Я удивлюсь, если он вообще знает, что такое холод, - подумал Эленд. - Олово. Такой удивительный талант".

- Вы говорите, я почти похож на настоящего короля, - сказал Элленд, оборачиваясь и продолжая идти вдоль стены пока Хэм не присоединился к нему. - Я думаю одежда, которую подобрала для меня Тиндвиль, творит чудеса с моим образом.

"Я не имею в виду одежду", - сказал Хэм.
"Я говорил о выражении твоего лица. Как давно вы поднялись сюда?"

"Часы", - ответил Элленд. "Как вы нашли меня?"

"Солдаты", - сказал Хэм. "Они привыкают видеть тебя в роли командира, Эленд. Они наблюдают где вы; они выпрямляются, когда вы проходите рядом, полируют свое оружие, если знают что вы можете зайти".

"Я не думал, что ты проводишь столько времени вместе с ними", - сказал Эленд.

"Ха, я никогда так не говорил", - ответил Хэм. "Я провожу много времени вместе с солдатами - я просто не могу быть достаточно устрашающим, чтобы быть их командиром. Кельсер всегда хотел чтобы я был генералом - я думаю, в глубине души он думал, что подружившись они будут легче уступать лидерам. Возможно он был прав; людям нужны лидеры, только я не хочу быть одним из них".

"Я хочу", - сказал Эленд, удивившись услышав это от себя.

Хэм пожал плечами.
- Это, наверное, хорошо. Ты, в конце концов, король.

"Вроде того", - ответил Эленд.

"Ты все еще носишь корону".

Эленд кивнул. "Это чувствуется неправильным ходить без нее. Это звучит глупо, я знаю - я носил ее только совсем недолго. Но, люди должны знать, что есть кто-то главный. Еще на несколько дней, по крайней мере".

Они продолжали идти. Вдали, Эленд мог видеть тень на земле: третья армия, наконец прибыла, вслед за беженцами которых она прислала. Их разведчики не были уверены, почему продвижение колоссов заняло так много времени, чтобы добраться до Лютодели. Грустная история сельчан, однако, дала некоторое представление.

Колоссы не напали на Страффа или Цетта. Они затаились в ожидании. Джастес имел достаточно контроля над ними, чтобы держать их в узде. И таким образом, они присоединились к осаде, другой зверь, ожидающий возможности броситься на Лютадель.

Когда вы не можете иметь и свободу и безопасность, что вы выберите. . .?

"Вы выглядите удивленным, осознавая что хотите быть главным", - сказал Хэм.

"Я просто никогда не озвучивал желание раньше", - сказал Эленд. "Это звучит так высокомерно, когда я на самом деле говорю это. Я хочу быть королем. Я не хочу чтобы другой человек занял мое место. Не Пенрод, не Цетт.. . ни другой. Должность моя. Этот город мой".

"Я не знаю, является ли 'высокомерно' правильным словом, Эл", - сказал Хэм. "Почему вы хотите быть королем?"

"Для защиты этих людей", - сказал Эленд. "Для защиты их безопасности и прав. Но, также, чтобы убедиться, что дворяне не закончат тем, что поднимут другое восстание".

"Это не высокомерие".

"Это оно, Хэм", - сказал Эленд. "Но это понятное высокомерие. Я не думаю, что человек может править без него. На самом деле, я думаю, что именно его я упустил в своем правлении. Высокомерие".

"Самоуверенность".

"Красивое слово для того же понятия", - сказал Эленд. "Я могу сделать эту работу лучше чем любой другой. Мне просто нужно найти способ, чтобы доказать этот факт им."

"Ты сможешь".

"Ты оптимист, Хэм", - сказал Эленд.

"Как и ты", - отметил Хэм.

Эленд улыбнулся. "Правда. Но эта работа меняет меня."

"Ну, если вы хотите сохранить свою работу, мы, вероятно, должны вернуться к исследованиям. У нас есть только один день в запасе."

Эленд покачал головой. "Я прочитал все что смог, Хэм. Закон бесполезен, так что нет никаких причин, чтобы искать лазейки, и изучение других книг в поисках вдохновения просто не работает.. Мне нужно время подумать. Время прогуляться.. .. "

Они продолжали идти. Как и шли, Эленд заметил нечто вдалеке. Группа вражеских солдат делает то, что он не может разглядеть. Он помахал рукой одному из своих людей.

"Что они делают?" - спросил он.

Солдат прикрыл глаза от солнца, глядя. "Похоже, еще одна стычка между солдатами Цетта и Страффа, Ваше Величество".

Эленд поднял бровь: "Так часто бывает?"

Солдат пожал плечами.
- Все чаще и чаще в последнее время. Обычно разведывательные патрули сталкиваются друг с другом и вступают в конфликт. А затем они отступают, оставив несколько тел позади. Ничего важного, Ваше Величество.

Эленд кивнул, отпуская человека. "Достаточно важно, - подумал он про себя. - Эти войска должны быть такими же напряженными, как мы. Солдаты не могут получать удовольствие, оставаясь так долго в осаде, особенно с учетом зимней погоды".

Они были близко. Приход колоссов бы вызвал еще больший хаос. Если бы он подтолкнул их в нужном направлении, Страфф и Цетт столкнулись бы в лобовом сражении. "Мне просто нужно немного больше времени!" - подумал он, продолжая идти, бок о бок с Хэмом.

Однако, сначала он должен был вернуть свой ​​трон обратно. Без власти он был ничем, и ничего не мог сделать.

Эта проблема терзала его ум. Однако по мере продолжения ходьбы что-то отвлекло его снова, и на этот раз что-то внутри стен, а не вне их. Хэм был прав - солдаты вытягивались немного выше, когда Эленд приближался к их постам. Они приветствовали его, а он кивал им в ответ, шагая с рукой на навершии, как учила Тиндвиль.

"Если я сохраню мой трон, я буду в долгу перед этой женщиной," - думал он. Конечно она бы наказала его за эту мысль. Она бы сказала ему, что он сохранил свой трон, потому что он заслужил его, потому что он был королем. Изменяя себя, он просто использовал подручные ресурсы для решения своих проблем.

Он не был уверен, сможет ли он когда-нибудь видеть вещи таким образом. Но её заключительный урок накануне (он почему-то знал, что это был ее последний урок) научил его только одной новой идее: что может не быть ни одной формы монархии. Он будет похож на королей прошлого ничуть не больше, чем он похож на Кельсера.

Он будет Элендом Венчером. Его корни были в философии, и его запомнят как ученого. Он наилучшим образом будет использовать это в своих интересах, или его не запомнят вообще. Короли не признавали свои слабости, но они были достаточно мудры, чтобы признавать свои сильные стороны.

"А мои сильные стороны? - подумал он. - Почему я должен быть тем, кто правит этим городом и теми, кто вокруг него?"

Да, он был ученым и оптимистом, как отметил Хэм. Он не был мастером дуэлянтом, однако он совершенствовался. Он не был отличным дипломатом, однако его встречи со Страффом и Цеттом доказали, что он может постоять за себя.

Так кто же он?

Дворянин, который любил скаа. Они всегда восхищали его, еще до Падения, до того, как он встретил Вин и других. Это была одна из его любимых философских головоломок, попытаться и доказать, что они не отличаются от мужчин благородного происхождения. Это звучало идеалистически, даже немного чопорно, когда он думал об этом и, если быть честным, по большей части его заинтересованность скаа до Падения была чисто теоретической. Они не были изведаны, и потому казались такими диковинными и интересными.

Он улыбнулся.
- Интересно, что рабочие плантаций подумали бы, если бы кто-нибудь сказал им, что они были "диковинкой".

Но затем случилось Падение Империи — восстание, предсказанное в его книгах и теориях, претворилось в жизнь. Его убеждения не могли оставаться простыми теоретическими абстракциями. И он приступил к изучению скаа - не только Вин и команды, но рабочих и служащих. Он видел надежду, что начинает расти внутри них. Он видел, как пробуждается самоуважение и чувство собственного достоинства в людях этого города, и это взволновало его.

Он не откажется от них.

- Вот кто я, - подумал Эленд, прекратив прогуливаться по стене. - Идеалист. Напыщенный идеалист, который, несмотря на все его книги и обучение, никогда не сделается очень хорошим дворянином.

- Что? - спросил Хэм, останавливаясь рядом с ним.

Эленд повернулся к нему.
- У меня есть идея, - ответил он.

Это проблема. Хотя я верил в Аленди сначала, позже я стал подозрительным. Казалось, что он соответствует знакам, честно. Ну, и как я могу это объяснить?

Может быть, он соответствует им слишком хорошо?

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/28401/148494

Переводчики: mfvanek, workwalker, spika