Готовый перевод Brotherhood of the Blood Book 1 / Братство крови книга 1: 1

Тинтагль, Корнуэл
1899 год

Ты уговорила отца на покупку земельного участка потому, что рассчитываешь отыскать там Священный Грааль?
Пруднес Рилэнд знала, что ее сестра вряд ли ее поймет.

- Да.

Сипатичное лицо Кэролайн выражало беспокойство, выглядывая из под полей ее шляпки.

- Дорогая, ты хватаешься за соломинку -
Возможно, Кэролайн понимала ее куда лучше, чем предполагала Пру.

Щурясь на солнце - ее глупая шляпа никак не защищала от него вовсе - Пру стиснула зубы.

- Возможно.

Они возвращались из деревни, Кэролайн на серой кобыле, а Пру на каштановом мерине.

В обществе охотящихся мужчин и сестер занятых рукоделием, Кэролайн и Пру отчаянно нуждались в чем-нибудь, чтобы развеяться в течении дня - чем-нибудь, наполненном свежим воздухом и ощущением жизни.

Чем-либо, что бы навело порядок в голове у Пру, чем-либо, чего бы она не избегала в последние дни.

День выдался теплым - слишком теплым для ее бархатного костюма, так хорошо сидящего на ней, сколь потрясающе на ней смотрелся его темно зеленый оттенок.

Но Кэро настаивала на еще одной последней поездке, прежде чем ее беременность ограничит ее в этой возможности.

Пот проступал под подкладкой корсета Пру, вызывая нестерпимый зуд.

Она с удовольствием поскребла бы его, если бы это принесло хоть какую-нибудь пользу.

Вместо этого она стиснула зубы, побуждая мерина перейти на рысь.

Ее сестра казалась притихшей, словно природа перед бурей.

Кэролайн знала, что она физически не могла переносить неловкого молчания.

Ей обязательно нужно было его чем-то заполнить.

- Разве оно того не стоит, если Чаша Грааля окажется там? Пру сейчас говорила не столько о своей личной выгоде, сколько о великой пользе во мировом масштабе.

- Только если она действительно существует, как утвкрждает легенда.

Кэролайн покачала головой и солнце заиграло на медных прядях ее волос.

- Серьезно, Пру.

Чаша Грааля так же неуловима, как и Ноев Ковчег! Разве ты не задумывалась о том, что если бы это и вправду существовало, то кто-нибудь неприменимо уже бы это нашел? Да.

Нет.

- Возможно никто до сих пор не пытался рассмотреть это в верном ракурсе.

Возможно, она и впрямь хваталась за соломинку, но что еще ей оставалось делать?
В зеленых глазах Кэролайн светилось беспокойство.

- Я переживаю за тебя.

И это касалось не только охоты за Чашей Грааля.

Пру посмотрела в даль.

Безусловно, сестра ее волновалась.

Все в ее семье волновались.

Они будут волноваться до тех пор... пока она не заставит волноваться их еще больше.

Она повернулась к сестре и улыбка заиграла на ее лице.

- Я в порядке, Кэро

Ее сестра отшатнулась, словно от плевка.

- Ты не в порядке! Ты... - она замолчала задохнувшись на полуслове.

Ох, она ведь не собирается плакать, не так ли? Бедная Кэролайн была самой эмоциональной из них - самой доброй терпеливой, с самым замечательным характером.

Ее волосы и глаза были столь же светлыми, как и ее дух, в то время как собственное сочетание каштанового с орешником, делало Пру более темной, более невзрачной.

Кэро тут же разревелась, и это каждый раз просто разбивало сердце Пру.

Улыбка погасла на лице Пру, склонившейся - рискуя, упасть между их лошадьми - и она прикоснулась к руке своей сестры: - Я в порядке, Кэро.

Вне зависимости от того, чем это закончится, со мной все будет хорошо.

Она искренне надеялась на это, что впрочем не делало более простым саму возможность принять подобное.

Сдерживая слезы и фыркнув в ответ, Кэролайн кивнула.

Пруденс взяла себя в руки, как только они свернули на просеку, ведущую к поместью отца.

Оставшуюся часть поездки она и Кэролайн обсуждали всякие пустяки - главным образом новую печатную машинку, которую муж Кэролайн, Уолтер, заказал для нее.

Но как бы то ни было осадок от прежней беседы все-таки висел над ними в воздухе.

Небольшая группа господ собралась в форме подковы возле авто.

И это вовсе не казалось удивительным.

Томас Рилэнд был очень общительным человеком, и часто приглашал друзей, или сам навещал их вместе с его семьей, гостя по месяцу, а то и дольше и соседи охотно присоединялись к различного рода пикникам.

Судя по размеру группы - и объекту, вокруг которого они расположились - это было нечто большее нежели обычные разговоры.

Их отец собирался прокатиться на автомобиле - гоночном автомобиле, произведенном Daimler Company.

Очевидно, остальные господа собрались для демонстрации достоинств автомобиля.

Даже Пру знала, что гоночный автомобиль Даймлера был способен развить скорость около пятидесяти миль в час.

Она была в курсе потому, что ей сообщил об этом отец, а к сожалению не потому, что ей доводилось испытать на себе этот захватывающий опыт непосредственно.

Если она была рядом, он никогда не разгонялся быстро.

Начиная с посещения автомобильного шоу в Ричмонде прошлым летом, Томас Риленд стал прямо-таки одержим этим новым видом транспорта, и являлся одним из немногих отважившихся иметь это хитрое изобретение у себя.

Сестра Пру Джорджия считала это опасным, и что джентльмену возраста их отца вовсе не пристало развлекаться подобным образом, но Пру нравилось кататься на красном авто, с черными кожаными сидениями.

Ее отец не дозволял ей вести его самостоятельно, утверждая, что это ради ее же собственной безопасности.

- Ха.

Она видела, что ее отец считал это своего рода безумием.

Вряд ли она могла быть безумнее его.

Это являлось тем, что она как раз намеревалась обсудить с ним потому, что не собиралась тратить остаток своей жизни, чтобы с ней обращались так, словно она сделана из хрусталя.

Настанет время, когда он сам будет просить свою младшую дочь, чтобы она взяла его на прогулку в Даймлере.

Время когда ему придется больше беспокоится за автомобиль, а не за Пруденс.

Женихи заметили, что они приближаются к дому и замерли в ожидании.

Пру и Кэролайн демонстративно поприветствовали отца и его гостей.

Их отец окинул Пру взглядом с головы до ног, присматриваясь к ее лицу, словно ожидая увидеть на нем признаки усталости или боли.

Милый Папа, он был настолько заботлив.

Она улыбнулась ему, пожелав собравшимся хорошего дня.

Пру стянула перчатки, и они вошли в прохладный интерьер дома.

Она любила этот дом.

Он был светлым но не слишком, к тому же по ночам он наполнялся интригующими полутенями.

Будучи ребенком, она любила его укромные уголки и закоулки, которых старались избегать ее сестры.

И ее мать постоянно ее разыскивала.

Казалось что никто и никогда не был в состоянии понять, что она просто не хочет быть найденной.

Странно, что теперь она так боялась темноты, если любила ее в детстве.

Возможно потому, что ребенок еще не предполагает, что темнота может стать вечной.

Отстегнув булавку, она сняла небольшую овальную шляпку, довольная тем, что избавилась от нее наконец.

- Чаю, Кэро?
Ее сестра издала что-то вроде мягкого фырканья, звук который не мог не вызвать улыбку на лице Пру.

- Конечно.

- Почему ты каждый раз задаешь мне один и тот же вопрос?
Пру усмехнулась, когда они пересекали итальянский мраморный пол, и стук их каблучков гулко отдавался на полированной поверхности кремовой плитки.

- Потому что я надеюсь, что ты когда-нибудь скажешь "нет".

- Отказаться от чая? Никогда.

Пока они двигались Пру с наслаждением вдыхала цветочные ароматы, глубоко в свои легкие.

Свежих цветов, воска, лимона, гвоздики.

Это были запахи, которые окружали ее всю жизнь, запахи, которые успокаивали ее, когда ничего больше уже не помогало.

Как члену одной из самых богатых семей Англии отцу Пру принадлежало значительное состояние, но поместье Rosecourt перешло в их семью от друга дедушки Томаса.

Очевидно покойный граф Кэрнуэл питал особую симпатию к самому юному внуку Дэвлина Рилэнда и подарил ему поместье, при его вступлении в брак.

Поскольку родители Пру произвели на свет четырех девочек, то дом в конечном итоге достанется старшему сыну одной из дочерей.

Наследство было не тем, о чем стоило волноваться Пру.

Она и Кэролайн вместе вошли в комнату.

Тяжелые гардины сливочного цвета были специально задрапированы так, чтобы солнечный свет проникал в комнаты, но не портил мебель прямым попаданием солнечных лучей.

Стены и ковер были близки по тону к сливкам, контрастируя с рисунком Lodden на стульях и диванах.

Изящный орнамент Уильяма Морриса предоставлял собой смелый набор цветов с его водоворотами синих, золотых, красных, зеленых оттенков.

- Так как насчет мистера Грея? - Спросила Кэролайн, изящно расположившись на одном из стульев.

Маркуса? - Пру свела брови, приготовившись звонить, чтобы принесли чай.

Она что-то упустила?: - Что насчет него?
Кэролайн невинно пожала узкими плечами, стягивая лайковые перчатки , перебирая в воздухе пальцами.

- Он кажется достаточно приличным джентльменом.

- Он...

Она познакомилась с ним на лекции, которую он читал в Лондоне около года тому назад, когда устав от бесконечных вечеринок и однообразного времяпрепровождения, она наткнулась на рекламу лекций Маркуса, которую тот посвятил Священному Граалю.

Пру, выросшая в легендарном месте рождения Короля Артура, считала себя прекрасно осведомленной обо всем, что касалось легенды о Священном Граале.

Она когда-то мечтала стать кем-то вроде историка или археолога, но эти мечты оказались нереальными, как и многие другие.

Маркус вернул ей то неповторимое волнение, которое она испытывала всегда, когда речь заходила о Чаше Грааля.

Он предоставил факты, и случаи подтверждающие реальность ее существования, а не только предположения и теории.

В течении лекции он поступательно доказывал, что Чаша Грааля действительно существует, и для Пру он сотворил нечто большее.

Он подарил ей надежду.

И тогда, то что прежде было просто привлекательным с исторической точки зрения, превратилось в ее личную, своего рода, навязчивую идею.

Пру обратилась к нему после лекции.

Они говорили об Артуре, Чаше Грааля и Тинтагле, и когда Пру упомянула руины, расположенные не далеко от поместья ее отца, где они играли еще детьми, Маркус Грей очень заинтересовался, особенно, когда она рассказала ему, что прежде чем обрушился проход, она находила там кое-что, напоминавшее экспонаты многовековой давности.

Последующие несколько дней все время, не занятое уважаемыми господами нанятых ее отцом, она проводила с Маркусом, и к концу недели они оба были абсолютно убеждены в необходимости проведения раскопок на этих руинах.

Пру окунулась в проект с головой, со всей свойственной ей самоотдачей, как она обычно и поступала.

Ее отца даже не пришлось особенно умолять, чтобы он купил эту землю.

Он во многом потворствовал ей, возможно отчасти разделяя ее энтузиазм.

Она была совершенно очарована Маркусом, принимая их дружбу за нечто большее.

Однако он был в достаточной степени джентльменом, чтобы обмануть ее после страстного поцелуя.

Долгое время Пру задавалась вопросом, были ли ее "абстоятельства" причиной послужившей его отказом, но теперь она все отчетливее видела, то что изначально было вероятно очевидным для него.

Они были замечательными друзьями, но не возлюбленными.

Маркус был ей как брат, которого у нее никогда не было.

Слава богу, он понимал что для нее самой будет лучше.

Маркус также лучше разбирался в ситуации связанной с Католицизмом, куда лучше, чем сама Пру.

Маркус не меньше Пру не желал присутствия посторонних во время раскопок, но он полагал, что это будет благотворным сотрудничеством.

Вся церковь хотела получить доступ к тому, что они обнаружат в результате раскопок, тем более к чему-то настолько значимому, как Священный Грааль, и пусть он лучше находится в руках людей способных защитить его и отнестись с должным уважением.

Они получат Чашу Грааля, как только у Пру появится возможность воспользоваться ею.

Один глоток, все что ей было нужно, после чего они могут забрать и запереть чашу.

Тем не менее, ей было любопытно, каким образом Ватикан узнал о ее скромном проекте.

Она вовсе не рекламировала тот факт, что собирается отыскать чашу, способную исцелить больного или подарить жизнь вечную.

- Ну?
Пристальный взгляд Пру сконцентрировался на ее сестре.

- Что?
Кэролайн изобразила подобное колесу движение кистью.

- Так он тебе нравится или нет? - она позволила Пру домысливать остальное.

Взяв Кэролайн за руки, Пру опустилась на диван.

- Не в то смысле, который ты в это вкладываешь, нет.

Она могла произнести это, не испытывая угрызения совести, потому, что это действительно было так.

Кэролайн открыла было рот, чтобы что-то возразить, но внезапно открывшаяся дверь остановила ее.

Девушка принесла им чай, и буквально наступая ей на пятки за ней вошел Маркус Грей.

Двадцати восьми летний Маркус представлял из себя очаровательную смесь: поэта, ученого и авантюриста.

Он был высок, подтянут и широкоплеч, у него были узкие бедра и довольно длинные ноги.

Его пышные волосы, как всегда были взъерошены, на его щеках играл румянец, от большого количества времени проведенного на свежем воздухе.

Не взирая на все усилия состарить его, солнце не слишком преуспело в этом, наградив кожу его лица только здоровым загаром.

Взгляд его больших голубых, подобных драгоценным камням глаз просиял, поскольку он заметил Пру.

- Не помешал, надеюсь.

- Конечно нет - с очаровательной улыбкой отозвалась Кэролайн.

- Присаживайтесь, мистер

Грей.

- Присоединяйтесь к нашему чаепитию.

Не нуждаясь в дальнейших уговорах, Маркус расположился на другом конце дивана, на котором сидела Пру, развернувшись к ней со всем комфортом человека нисколько не заинтересованного ею, как женщиной.

Ее тщеславие было задето, но стоит ли беспокоится?
- Чем были заняты сегодня, Маркус? - спросила Пру, немного отпив чая.

Он предпочитал со сливками и несколькими кусочками сахара.

- Ваш отец показал мне руины, на месте часовни, которая когда-то там располагалась.

Он сказал, что я могу копаться и исследовать, сколько моей душе угодно.

Открытая улыбка осветила его лицо.

- Я так и поступил.

Пру улыбнулась ему в ответ.

Было довольно сложно не разделит счастье Маркуса.

Кэролайн определенно выглядела довольной.

- Я полагала, что мы договорились, что вы не будете вести раскопок без меня.

Ее тон прозвучал довольно-таки укоризненно.

- Вы что нибудь нашли?
Он пожал плечами.

- Старые очки и ботинок, но это вовсе не то ради чего я сюда приехал, разыскивая вас.

- Что-то еще произошло? - Надежда затрепетала в ее животе.

- Что-то связанное с Чашей Грааля?
Он продемонстрировал открытое письмо.

- Я снова получил известие от своего друга из Франции.

Друга? Он так рассматривал LaFavre высокомерного щуплого священника, который поддерживал с ним связь? Пру отложила свою ложку на блюдце, пытаясь утихомирить внутреннее волнение.

- Чего он желает на этот раз?
Маркус глотнул еще чая.

- Он пишет, что двое представителей его церкви прибудут сюда в течении двух или трех дней.

- Так скоро? - Это становилось даже интересным.

- Повидимому, церковь очень заинтересованна в том, что мы собираемя найти.

Она старалась говорить непринужденно, но странное тревожное чувство не оставляло ее.

Если Католики были так заинтересованы ее скромными изысканиями, то у них должны были основания полагать, что там действительно что-то есть! Ч то касается причастности церкви к происходящему, то она вовсе не рассматривала это как добрый знак.

Откашлившись, Пру придала своему лицу выражение вежливой сдержанности.

- Кого они посылают?
Отставивсвою, теперь уже почти пустую чашку, Маркус развернул письмо.

Его пристальный взгляд пробежался по бумаге, пока он не обнаружил, интересующую его информацию.

Отец Френсис Молинеукс и человек под именем мистер

Шапель.

- Шапель? - рот Пру искривился в усмешке.

- Интересно, его никогда не дразнили - человек под именем мистер

Шапель, работающий на церковь.

Маркус хихикнул.

Возможно, он счел собственное имя признаком своего истинного призвания.

Мне еще нужно многое сделать, чтобы подготовиться к их приезду.

Они безусловно захотят увидеть все наши, обоснования и иследования.

Пру внимательно взглянула на него из под выгнутых в удивлении бровей, когда она решила уточнить:

- Они будут изучать все наши разработки и изыскания?
Он снова усмехнулся.

- Нет.

Она усмехнулась в ответ, ощущая себя заговорщицей.

Покончив с чаем одним большим глотком, Маркус извинился, поскольку собирался перебрать свои бумаги, прежде чем показать их Католическим представителям.

- Я не понимаю, почему ты не пытаешься его заинтриговать - смело продолжила Кэролайн, как только они остались снова одни.

- Он очаровательный мужчина.

Очаровательный было подходящим словом для описания Маркуса.

- Я не желаю заинтриговывать его - пояснила Пру продолжив пить чай.

- А даже если бы и хотела, ты прекрасно знаешь, что я не должна поступать подобным образом.

- Почему? - самообладание Кэролайн похоже подошло к концу.

- Почему ты не можешь позволить себе этого? Что дурного в том, чтобы позволить себе быть немного счастливее?
Пру сдвинула брови.

Она сглотнула с усилием.

- Ты понимаешь, Кэролайн, почему.

При обычныз абстояткльствах, ее сестра вряд ли решилась бы на такое скандальное предположение.

С другой стороны, репутация не то, о чем сейчас действительно стоило волноваться Пру.

И она солгала, если бы сказала, что не задавалась подобным вопросом.

Какое-то время Пру видела боль в сердце, отраженную в глазах ее сестры, до того как расстройсво целиком завладело выражением ее лица.

Чашка и блюдце загрохотали, когда Кэролайн возвратила их на поднос.

Она встала, пытаясь казаться строгой и сдержанной.

- Мы все приходим в этот мир, зная, что когда-нибудь умрем, Пру.

- Да.

Пру пыталась придать нежность своему тону, при том что ей невыносимо хотелось кричать.

Ей хотелось кричать о несправедливости всего этого.

- Но большинство предполагают, что доживут до глубокой старости и седых волос.

Я, возможно, не доживу до следующего года.

Пристальный взгляд ее сестры пронзил ее.

Кэролайн собиралась придать своему образу драматизм, являя еще один из ее многочисленных талантов.

- Это еще один довод, чтобы прекратить работу, пока ты еще жива.

Слезы блестели в глазах Кэролайн, когда она выскочила из комнаты, подобно примадонне.

Вид ее слез разбил сердце Пру.

Она резко откинулась на диван и закрыла лицо руками.

Кэро не понимала.

И у Пру не было возможности объяснить, что она намерена бороться за жизнь, только не тем способом, который видела Кэро.

Она надеялась на чудо, и оно было настолько близко, что она могла попытаться.

Как она могла надеяться, что кто-либо сумеет понять, что она боится "жизни" в той же степени, в которой боялась смерти?

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/28891/97778

Переводчики: aveeder, MeMik