Готовый перевод Kiss the dead / Поцелуй мертвеца/21 книга серии про Аниту Блейк / Laurell K. Hamilton: 7

Длительное полицейское расследование покажет правду, но эти вампиры предпочли умереть, лишь бы не оказаться под властью Жан-Клода.

Если хочешь умереть, чтобы избежать участи стать частью чьей-то иерархии, это всего лишь крошечный шаг к тому, чтобы эту иерархию уничтожить.

Я обычно не делилась информацией следствия со своими парнями, но... Если я не поделюсь этим, и что-то плохое случится с Жан-Клодом или кем-то из моих мужчин или друзей, я себе никогда не прощу.

Они могут отобрать у меня значок, я не против, если вдруг придется выбирать между ним и кем-то из моих возлюбленных.

Я пытаюсь оправдать то, что собираюсь сделать? Да.

Я собираюсь это сделать в любом случае? Да.

Я направилась во внутренний двор, мимо парамедиков и техников, и кучи копов, которых всегда, кажется, стекается множество на место убийства.

Я прошла в переулок между двумя зданиями.

Он был достаточно широким, чтобы сюда прошла автоцистерна для пива, подальше от дневного света, и рассчитан так еще в те времена, когда завод еще только строился.

Я прижалась плечом к прохладным кирпичам стены и получила хоть какое-то уединение, которое мне было нужно.

Мне не надо было пользоваться телефоном, чтобы поговорить с Жан-Клодом; все, что мне надо было сделать, это лишь слегка опустить щиты, которые я возвела между нами.

Это напоминало обычную дверь, которую я хранила закрытой, потому что без видимого усилия при блокировании мы вторгались в чувства друг друга; мы делились мыслями и даже тактильными ощущениями.

На максимуме граница между нами, где заканчивался разум одного и начинался разум другого, полностью стиралась; это чертовски запутанно и, если честно, чертовски страшно

Мне не нравилось вторгаться так далеко в разум, тело и даже сердце другого человека и чтобы в меня вторгались так же, потому мне хотелось оказаться от него как можно дальше.

Но это не значило, что все, что мне было нужно сделать, это отпереть "дверь" в своей голове; потом мне надо было постучаться в щиты, которые предостерегали меня от падения в глубь головы Жан-Клода, потому что мы выяснили, что недостаточно только одному из нас закрыться щитами.

Если это делал только один из нас, мы ощущали "эхо" в самые неподходящие моменты.

В основном, это происходило от сильных эмоций и ощущений, но не всегда; иногда это выходило случайно.

Жан-Клод открылся мне, и я знала, что сидит в своем кабинете в "Запретном плоде".

Я могла ощутить пот на его коже, пока он вытирал свой оголенный торс полотенцем.

Он танцевал, что было редкостью, так как он был владельцем и руководителем клуба

Ночами, когда он выходил на сцену, клуб просто разрывался от женщин и мужчин, которые хотели посмотреть на самого сексуального вампира Сент-

Луиса, театрально сбрасывающего с себя одежду.

Он никогда не раздевался так же сильно, как его штатные танцоры.

Никакого обнажения до стрингов, зато у него были штаны, достаточно обтягивающие и с таким количеством разрезов, что скрывали ненамного больше.

Я знала, что большую часть времени доминанты были максимально одеты, тогда, как подчиненные напротив носили минимум одежды и были скорее оголены.

Дни, когда Жан-Клод был маленькой покорной подстилкой для любого, давно прошли.

Вне спальни ни он, ни я, особо не любили обнажаться, по крайней мере, не так сразу.

Он взглянул вниз вдоль своего стройного, подтянутого тела, так что я увидела, что он облачен в те самые кожаные штаны, полностью открытые по бокам от талии до лодыжек, так что он скорее был прикрыт лишь спереди и сзади, а по бокам почти ничего не было.

По большей части там светилась белым совершенством кожа его ног, проглядывающая сквозь кожаную шнуровку.

Один только взгляд вдоль его тела заставил сжаться кое-что внизу моего живота, и мне пришлось сделать глубокий вдох и выдох.

Я даже вытянула руку, чтобы удержаться на ногах возле прохладной кладки стены.

Жан-Клод так действовал на меня с самой нашей первой встречи.

-Ma petite, мне так нравится, как ты на меня реагируешь, - проговорил он в пустоту своего кабинета.

-Ты только что со сцены, а там все на тебя так реагируют, - прошептала я, прижав лицо поближе к кирпичам.

-Но это всего лишь вожделение незнакомцев, первый поток желания, полный вариантов и фантазий.

Чтобы вот так кто-то реагировал, как ты после семи лет совместной жизни, значит намного больше.

-Не могу представить себе никого, кто бы не реагировал таким же образом на тебя, - заметила я.

Он рассмеялся, и этот смех был осязаемым, ласкающим звуком, будто проливавшимся вдоль моей кожи, под мою одежду и касающимся заветных местечек.

-Прекрати это, - сказала я, - я же все еще на работе.

-Ты обычно не контактируешь со мной, пока не закончишь.

Что не так?
Мы встречались с ним так долго, что поняли, что когда я на работе, я - федеральный маршал, а не его подружка.

С другими были трудности в определении этого; но не с ним.

Жан-Клод принял разделение наших жизней, эмоций и людей.

Вампиры, которые выживают несколько столетий, становятся очень демократичными.

Им приходится такими быть или они сойдут с ума.

Нельзя слишком долго сосредотачиваться на плохом, потому что за несколько сроков жизни плохого накапливается предостаточно.

У меня и за одну-то жизнь уже накопилось столько неприятного; я не могла представить, сколько всего скапливается за шесть столетий.

Я рассказала ему самую короткую версию, какую могла, и добавила:
-Ты что-нибудь подобное слышал?
-Не совсем такое.

-Это значит "да" не так ли? - Уточнила я.

-До меня доходили слухи о том, что некоторые недовольны возможностью того, что единый Совет вампиров появится на территории Америки.

Некоторые опасаются, что старые члены совета, оставшиеся в живых, просто решили основать здесь филиал своего совета и править так же, как делали это раньше.

Одной из причин, почему во главе американского совета поставили меня, было то, чтобы этого никогда не случилось.

К тому же местные вампиры доверяют мне больше, чем мастерам Старого света.

-Я встречалась с достаточным количеством членов старого совета, чтобы быть согласной с сомневающимися, - заметила я.

-Я не слышал, чтобы кто-то отрицал наличие мастера в принципе.

Только самые молодые из нас мечтали бы о таком.

-Здесь и оказались одни юнцы.

Ни одному из них не было больше сотни лет, большинству от пятидесяти до двадцати, некоторым по десять и меньше.

-Все они - американцы?
Я задумалась над этим.

-Думаю, да.

-Американцы, будь они живыми или мертвыми, странная порода.

У них есть некий идеал свободы от всего вокруг, о котором никто из нас даже не помышлял.

-Мы - молодая страна, - согласилась я.

-Да, в другом веке и при другом возрасте, Америка оказалась бы более экспансивной, прошла бы все империалистические стадии, но совершеннолетие у нее наступило слишком поздно.

Мировые лидеры и военные союзы теперь подобные завоевания просто не позволили бы.

-Хорошо было бы сохранить часть земли и ресурсов, за которые умирали наши солдаты, - проговорила я.

-Ma petite, ты у нас скрытый империалист?
-Просто устала, как наших парней и девушек пакуют в черные мешки для трупов в новостях.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/30049/102360

Переводчики: Willpower