Готовый перевод Ben 'Yahtzee' Croshaw - Mogworld / Бен 'Ятзи' Крошоу - Mogworld: 25. Часть третья - Глава одиннадцатая

<b>ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ</b>

— Барон Карнакс Винчестер Жуас, — произнёс мистер Замечательный, усаживаясь на стол для вскрытий, не спуская глаз с барона и с бешеной скоростью вращая нож-бабочку своими худыми пальцами. — Как же нестерпимо больно видеть тебя таким.

Бауг занимался тем, что у него выходило лучше всего — блокировал телом выход.

Трое гноллей из личной гвардии мистера Замечательного удерживали Жуаса с женой и Скользкого Джона, пока их товарищи старательно обшаривали всё вокруг в поисках хоть чего-то важного или привлекательно красочного.

— Мне доложили, что Гильдия предложила вам ВИП-набор, — продолжил мистер Замечательный. Он практически вибрировал от нервного возбуждения, как будто его пригласил на работу его мечты голодный бенгальский тигр. — Всё, что от вас требовалось, это побыть хорошим маленьким повелителем зла: оставаться на своей территории, угнетать крестьян и периодически погибать от рук приключенцев. Всё было бы радужно. А теперь посмотрите на себя. Сидите в пещере, держась за остатки былого величия, с капающим вам в ухо слюной гноллем за спиной.

Жуас быстро оправился.
— Магическое Сопротивление — это не только я, Замечательный.

— Да, да, мы в курсе, — отвечал мистер Замечательный, кивая головой. — Ты запустил заклинание невидимого посланника, когда думал, что мы не смотрим, и просигналил своим шпионам залечь на дно. Однако, тебе стоило дать более подробные инструкции. А так мы просто загребли большую часть из них на ближайшей транспортной остановке.

— Я же тебе говорила, — пробормотала миссис Жуас тем типом шёпота, который слышат абсолютно все в помещении.

Скользкий Джон устроил небольшое шоу, строя ужасные гримасы, а затем с внезапным восторгом уставившись в пустоту.
— Это чудо! Злое заклятье Барона, контролирующее волю Скользкого Джона, пало. Как раз вовремя — теперь Скользкому Джону не придётся разделить с ним наказание!

Лицо мистера Замечательного ни капли не изменилось, когда он выхватил ещё один нож и не глядя запустил его в направлении Скользкого Джона. Клинок вонзился в стену аккурат под ухом вора.

— Кстати, — продолжал мистер Замечательный практически без паузы. — Отличная тайная база. Покинутый собор. Не хватает только.... Ого, так тут и орган есть. Н-да, не ожидал найти тёмного лорда в таком-то месте. Что, кончились высокогорные крепости с вашим лицом, вырезанным на фасаде?

— Язви сколько хочешь, — отрезал Барон, раздувая ноздри. Мистер Замечательный с удовольствием последовал этому наставлению.

— Нет, нет, это я просто шучу. Надо признать, это было довольно эффективное укрытие. Может, мы вас даже и не нашли бы. — Тут я совершил ошибку, случайно взглянув в глаза этому чокнутому. — Если бы не наша замечательная маленькая деревянная лошадушка. — Он подошёл ко мне, и нежно положил руку на моё плечо.

— Джим? — раздался голос Мерил.

— Ты! — рявкнул Барон. Я в первый раз встречал столько ненависти в одном слоге.

— Даже убеждать долго не пришлось, вот очаровашка, — любовно заметил мистер Замечательный, ущипнув меня за щеку. — И ведь прямо к вам привёл, разве что заплутал пару раз. Я вот что скажу, у него впереди блистательное будущее, но боюсь, его это мало порадует.

Он сжимал мою щёку так сильно, что мне с трудом давались слова.
— Мы же договорились, — выдавил я, стараясь не смотреть на остальных. — Ты сказал, что дашь мне получить всю необходимую информацию.

Он отцепился от меня, быстро утратив интерес.
— Не помню таких обещаний, но да ладно — что бы ты хотел узнать, Джимчик?

— Нексус. Место обитания Стирателей. Мне нужно знать, где это.

Он махнул рукой в сторону Жуаса и отошёл в сторону.
— Пожалуйста. Допрашивай сколько влезет.

По ошибке я встретился взглядом с Жуасом. Всей моей концентрации едва хватило, чтобы избежать внезапного самовозгорания.
— Ээээ...

— Имя тебе предатель, — невыразительно произнёс он, голос его кипел тщательно подавляемой яростью. — Тебя разорвут на мелкие кусочки, и каждый из них познает агонию, которую не пережить и за тысячу жизней.

— Мы очень разочарованы в тебе, молодой человек, — добавила миссис Жуас. И если слова Барона причинили мне боль, то её фраза была подобна громадным гвоздям, с размаху забиваемым в мои коленные чашечки.

— Ц-ц-ц, не свезло, — вставил мистер Замечательный. — Что ж, спасибо за участие, счастливой тебе не-жизни или как ты там это называешь.

— Это нечестно, — упёрся я.

— Вас поместили в реабилитационный центр по обвинению в мошенничестве с квестами, — зазвучал голос Бауга. — Затем вам были предложены амнистия и свобода за ваше сотрудничество с нашим предприятием. Вы и ваши коллеги могут быть свободны, наши разногласия улажены.

— Да что вы говорите, — отозвалась Мерил. Я никогда не думал, что услышу от неё такой тон: саркастический, мрачный, захлёстываемый подлинным гневом. Она походила на беззубого щенка, яростно сжимающего голые дёсны вокруг ноги незваного пришельца.

— Твоё мучение будет вечным, — Жуас не собирался давать мне передышки. — Пройдут тысячелетия, но твои страдания по-прежнему будут тщательно фиксироваться в свитках, в назидание миру.

— Дорогой, я думаю что к тому времени все уже окончательно откажутся от свитков.

— Что до тебя, — продолжал Жуас, всем туловищем поворачиваясь к мистеру Замечательному, словно вращаемый неким гигантским рычагом. — Злорадствуй, доколе можешь. Мощь мою не превзойти твоими жалкими потугами.

Улыбка мистера Замечательного угасла. Мгновение его лицо казалось почти раскаивающимся, но почти сразу же исказилось в обычной для него ярости. Он встал с Жуасом лицом к лицу, а затем медленно произнёс горьким тоном, выплёвывая каждое из слов в лицо вампира. — С чего это мне злорадствовать-то, а? Вы думаете, мне происходящее нравится?

Мы с Мерил и Скользким Джоном дружно закивали.

— Ну так вы неправы, — вяло возразил он, а затем тыкнул пальцем в грудь Жуаса. — Ты был моим кумиром. У меня в спальне даже висел плакат с твоим изображением. Я нередко представлял, как встречу тебя, и ты усыновишь меня и устроишь для меня потрясающую вечеринку на день рождения и сбросишь моего настоящего папашу с моста, и... — Он бродил по залу, обливаясь потом. Его долговязые конечности странным образом сместились со своих обычных мест, став похожими на кучу пытающихся освободиться друг от друга шезлонгов. — Мне всё это вовсе не нравится. Весь этот Застой омерзителен. Но избавиться от него никак нельзя, верно говорю? Это же не болезнь, а... эволюция. С тем же успехом можно пытаться избавиться от собственных рук и ног.

— Но от него можно избавиться, — нервно перебила его Мерил. — Просто никому пока не удалось выяснить, как этого добиться.

— Пятнадцать лет! — выкрикнул мистер Замечательный. — Этой чуме уже пятнадцать лет! Пятнадцать лет нельзя никого толком убить! Иногда приходится признавать своё бессилие! — Чем дольше он стоял перед Жуасом, тем больше его, казалось, тянет к разъяснениям. Руки он прижал к ушам, а лицо перекосило гримасой ужаса. Тёмные пятна пота проступали по всему его костюму. — Почему... почему мне просто не...

— Мистер Замечательный, — спокойно окликнул его Бауг. В его голосе впервые можно было различить нотку каких-то эмоций; едва заметное ударение на третьем слоге слова «Замечательный», сыгравшее роль предупреждения. Мистер Замечательный отреагировал на него вспышкой ужаса в глазах, затем он плотно зажмурился и все следы чувств слетели с его лица, как стайка напуганных голубей. Пару секунд он оставался неподвижен, потом открыл глаза и проморгался, ухмылка вернулась на его лицо.

— Так, хорошо, нет у нас времени тут языками чесать как новоиспечённые мамаши, — нож в его руках снова выписывал окружности в воздухе. — У премилого барона назначена встреча с замковой допросной и моей любимой коробочкой прищепок для сосков. Если вы...

— КИЯАААААААААА, — Скользкий Джон рванул вперёд, дико размахивая конечностями и во всей красе демонстрируя свой уровень владения боевыми искусствами. Его крохотное усатое лицо напоролось прямиком на крутящийся нож мистера Замечательного и результатом стало нечто, не слишком отличающееся от попавшей под газонокосилку банки с повидлом.

— В общем, как я уже сказал, — продолжал мистер Замечательный, стряхнув с запястья остатки языка. — Будешь себя хорошо вести, Джимчик, позволю тебе поприсутствовать на допросе.

Я зажмурил глаза и, опустив голову, отвернулся от Жуаса. Его скучающий взгляд по-прежнему сверлил меня между лопаток.

— Ну что, двинули по домам, мои маленькие предателишки.

— Передайте дежурным у ближайших церквей приказ захватить человека, известного под именем Скользкий Джон, — отдал Бауг приказ одному из гноллей.

Гнолли направились в ведущий наружу туннель, за ними шли Жуас с женой, живые воплощения молчаливого достоинства. Мерил старалась подражать их походке, но выглядела при этом маленькой девочкой, пытающейся вести себя, как мама.

У дверей она остановилась и глянула на меня. Я ожидал увидеть на её лице молочно-серые слёзы, но глаза её были сухи. Рот вытянулся в рассерженную прямую линию.
— Знаешь, а ты и верно никакой не герой.

— А я что говорил?

После этого она ушла.

— Не унывай, моя маленькая печенюшка, — мистер Замечательный занял место в конце шествия. — Однажды ты сможешь окончательно умереть и найдёшь себе тучу новых подружек в специальном аду для тех, кто предал своих товарищей.

Я запихнул руки в карманы, и сгорбившись последовал за ним.
— Мы скорей просто коллеги.

Солнце клонилось к закату, и густой смог из крематориев Лоледы толстыми коричневыми мазками раскрашивал заоранжевевшее небо.

— Прошу прощения, за то, что нам не удалось устроить шествие к дворцу подобающим образом, ваша светлость, — обратился мистер Замечательный к Жуасу. — Предупредили б заранее, мы бы устроили всё по полной программе. Позорная шляпа, повозка, запряженная ослами, везущая вас по улицам, и детишки, швыряющиеся гнилыми персиками. Однако, придётся ограничиться тем, что вас ведёт самый вонючий из наших гноллей.

— Грифф? — с надеждой произнёс стоявший поблизости гнолль.

— Нет, Террорфакс, смысл рассказанного мистером Замечательным в том, что для ваших товарищей не будет предоставлено персиков, — произнес Бауг. — Когда будем проходить по рынку, вы сможете заполучить в своё владение коробку-другую списанной гнилой капусты.

— Грофф.

Я рискнул мельком взглянуть на Мерил. Она шла рядом с Жуасами, уставившись под ноги. Последний раз её столь невыносимая болтливость исчезала в Скукоборье, когда слухи о моём уничтожении оказались большим преувеличением.

Она же взаправду заботилась о тебе, прошептал голос в моей голове. Не потому, что ты мог ей позже пригодиться, и не из-за того, что ей попросту нечем было заняться, как это бывало в других твоих дружеских отношениях.

Слушай, отвечал я ему, отвали. Во-первых, мне и со всей этой стирательской дребеденью голосов в голове хватало с излишком, а во-вторых, взывать к моей человечности глупо, поскольку эта моя часть давно превратилась в кучку праха на дне моего гроба, что остался во многих милях отсюда. Она держалась со мной только потому, что я борригардец, а она спятившая националистка, пытавшаяся втянуть меня в свинопасский бунт. Не было никаких причин переживать о ней.

Да, никаких причин нет, настаивал голос. Так почему же ты переживаешь?

Я вновь бросил взгляд на Мерил, но нас разделяла толпа бегущих крестьян.

Фаталистически настроенное население Лоледы внезапно нашло в себе остатки сил. Они бежали со всех ног, мужчины тащили на себе так много мешков и ящиков, сколько были в состоянии унести, женщины держали за руку ревущих детей. Все они бежали нам навстречу, оттуда куда мы сейчас направлялись, и эта деталь показалась мне немаловажной.

— Стоять! — проревел мистер Замечательный. Ему пришлось повторить это ещё несколько раз, прежде чем приказ смог преодолеть залежи ушной серы и просочиться к мозгам гноллей. Затем он вышел на середину улицы и вытянул руку. Через пару секунд раздался смачный ХРЯСЬ, и бегущий крестьянин рухнул на землю со сломанным носом.

— Куда бежишь? Где пожар? — задал мистер Замечательный ему вопрос, подымая бедолагу за волосы.

— Там, — ткнул пальцем крестьянин, вырвался из захвата мистера Замечательного и рванул за приятелями.

Именно в этом момент нас достигли дым и рёв пламени. Живописный закатно-оранжевый оттенок неба вдруг сменился оранжевыми сполохами пожара. Мы подняли головы как раз вовремя, чтобы увидеть, как большое верхнее окно в дворцовой башне разлетелось вдребезги, изрыгнув языки огня.

— Хм, ты, кажется, собирался отвести нас во дворец, — задумчиво обратился Жуас к мистеру Замечательному. Эльф предпочёл промолчать, лишь убыстрив ненадолго темп вращения ножом.

— Перемещение к административному центру будет продолжено, вплоть до дальнейшего развития событий, — произнёс Бауг.

События начали развиваться, когда я приметил парочку нерасторопно выглянувших из-за угла и бредущих нам навстречу ребят в белых мантиях, тихонько звенящих в напалечные колокольчики и периодически пускающихся вприпрыжку. Да, это было неприятно, но мне по-прежнему казалось, что горожане слишком остро прореагировали.

— О, привет, — поздоровался с нами лидер группы, никто иной как Бенджамин. — Пораньше началось, чем мы ждали.

— Что началось? — спросил я, забегая вперёд.

— Пришествие ГОСПОДА, что ещё-то? Он прибыл час назад с оставшейся частью нашей счастливой маленькой группы.

— Что за задержка? — поинтересовался сзади мистер Замечательный. — Скажи ему, что мы не нуждаемся ни в каких брошюрах!!

— Барри уже здесь? — сказал я. — Это он все эти пожары устроил?

— Нет, ну не лично он. ГОСПОДЬ обычно призывает к словесной дипломатии и только в экстренных случаях и крайне неохотно санкционирует применение насилия. Тебе должно быть это известно. Просто некоторые из последователей Истины чересчур рьяно относятся к своим обязанностям.

— Но... Вы же только этими своими колокольчиками звените.

— О. Понимаете, с Истиной дело обстоит так: она меняет вас, но как именно, заранее нельзя сказать. Мы с сотоварищами смогли примириться со своим внутренним миром. Другие просто становятся безразличны, полная апатия. А некоторые...

Он демонстративно повертел пальцем у виска.

— Некоторые что?
Я услышал звук множества бегущих ног. Я подумал, что он принадлежит убегающим крестьянам, но тут понял, что звук приближается.

— Некоторые совсем слетают с катушек. Помнишь Впахха? Приземистый такой малый, с бородой, отпилил твою ногу?

— Ну?

— Узнал Истину вместе со мной. Так совсем головой поехал. Боюсь, он и сейчас пытается отгрызть головы каким-нибудь ребятишкам.

Топот раздавался всё ближе, и к нему стал примешиваться рёв, издаваемый в состоянии абсолютной ярости чьими-то мускулистыми глотками.

— Ну не прекрасно ли? — сказал Бенджамин, обернувшись на звук. — Скоро все узнают свою собственную Истину.

Из-за угла вывернул источник звука — толпа мускулистых фанатиков в забрызганных красным белых робах. Они неслись к нам, потрясая над головой здоровенными клинками и вопя изо всех сил.

— Гнолли, стройсь в боевое формирование, — прозвучала команда Бауга, который благоразумно и незаметно переместился в самый конец нашей группы.

— Грурф?

— Он сказал, махайте оружием перед собой и бегите вон туда, пока крики не прекратятся, — помог мистер Замечательный.

— Графк.

Тактика гноллей была идентична культистской: они незамедлительно рванули вперёд, размахивая оружием и вовсю используя мощные лёгкие. Но в то время как гнолли просто делали то, чем занимались большую часть своего бодрствования (а иногда и сна), съехавшие с катушек фанатики явно были чем-то ну очень рассержены. Может это и привело к поражению гноллей.

Один гнолль влёгкую убьёт одного приключенца, даже рассвирепевшего, безумного приключенца с пеной у рта. Можно даже сказать, что гнолль может прибить шестерых приключенцев при помощи четырёх своих конечностей, зубов и хвоста, но вот седьмой приключенец, с размаху засадивший топор гноллю между позвонков представляет собой значительную проблему. А уж приключенцев здесь хватало. Их было так много, что они продолжали вливаться в толпу даже когда последний из гноллей был утоптан в жиденькую кашицу.

— Похоже, твои войска не справляются с насущными задачами, — заметил Жуас.

Мистер Замечательный дышал быстро и неглубоко, а нож в его руке вращался так быстро, что из-под мерцающего лезвия периодически вылетали отсечённые фаланги пальцев.
— Просто скажи «Мы проиграли!» — проорал он. — ДВА СЛОВА! МЫ! ПРОИГРАЛИ! ШУТНИК ЧЁРТОВ!

— Предлагаю начать делать ноги, — порекомендовал я, увидев, что победившие приключенцы устремляются к нам, даже не потрудившись вытереть остатки гноллей с башмаков.

— Да ты просто заключи с ними сделку и предай всех нас, тебе же не впервой, — злобно фыркнула Мерил.

Похоже, все были слишком горды или огорчены или безумны, дабы адекватно реагировать на ситуацию, так что мне пришлось взять на себя инициативу и быстро двинуть к ближайшему переулку. Мои компаньоны постепенно последовали за мной, по мере того, как вид надвигающейся орды рушил их самоуверенность.

Громадные армии берсерков отлично справляются с простыми инструкциями наподобие «бежать по улице, убивая всех подряд», но вот с более сложными понятиями типа «преследуйте убегающих по боковым улочкам» у них проблемы. Толпа прогремела мимо нас, и шум постепенно смешался с городским гулом по мере того, как мы убегали прочь, периодически поворачивая.в случайных направлениях.

Временно мы оказались в безопасности, и, увы, без малейшего понятия, где именно. Мы остановились в узком переулке, выходящем на главную улицу, и осторожно выглянули наружу. Вокруг никого и ничего не было, не считая пары брошенных чемоданов и пары отставших горожан.

— Мы должны найти спуск под землю, — сказал Жуас. — В моём пристанище мы сможем перегруппироваться.

— Зачем нам перегруппировываться, мы уже и так вполне себе в группе, — ответила миссис Жуас. — Ты же просто хочешь вернуться к своей модели железной дороги, не так ли?

— Конечно, нет, — излишне поспешно ретировался он.

— Что ж, почему бы нам не отправиться в Гильдию Приключенцев и встретиться с НАШИМИ товарищами, — поинтересовался мистер Замечательный, уперев руки в бока. — Может, тогда ты поймёшь, что не стоит главного из себя тут корчить, м-м?

— Почему бы нам не начать временное сотрудничество? — нервно предложил я, когда воздух между Жуасом и Замечательным начал трещать от сгустившейся ненависти.

— Ох, вы только послушайте этот благородный оплот добродетели, — произнесла Мерил со сложенными на груди руками.

— Знаешь, Мерил в какой-то момент тебе придется отбросить неприязнь ко мне ради простого выживания.

— А тебе-то что? Ты у нас выживать вообще не стремишься.

— Почему бы нам всем не... — начала произносить миссис Жуас учительским тоном, но её прервала толпа визжащих детей, бегущих мимо улочки и преследуемых очень голодным на вид Впаххом.

Я высунул голову из-за угла и тут же убрал её обратно при виде очередной толпы убийц в белом.

— Да сколько же их тут собралось-то? — поразился я вслух.

— Ну вероятно именно столько, сколько необходимо для разрушения или подчинения себе самого крупного города в мире, — предположил Бауг.

— Думаешь, им этого надо? — спросила Мерил.

— Ну не в театр же они собрались! — окрысился мистер Замечательный. Он был явно смущён и огорчён тем, что перестал быть самым опасным явлением среди нашего окружения.

— Сюда, — скомандовала миссис Жуас, пользуясь тем, что все вероятные лидеры нашей компашки злобно пилили друг дружку взглядом.

Мы двинули по переулкам, меняя направление движения всякий раз, как слышали вопли и топот ног, пока в итоге не запутались в поворотах и выскочили из трущоб в торговый квартал с улочками, достаточно широкими для того, чтобы на них изредка даже светили лучи солнца.

— Я слышу шум толпы, — сказал мистер Замечательный. — Снова вляпались.
— Погоди, — прислушалась миссис Жуас. — Это не культисты. Не слышу воплей.

Что-то новое сразу же вызвало всеобщий интерес, и мы настороженно оглядываясь прошли к ближайшему тротуару. Шум суетящейся толпы различался всё чётче и чётче, пока я не высунулся из-за угла пекарни и не увидел причину суматохи.

В нашу сторону по улице двигалась импровизированная армия из горожан. Дородные строители и портовые рабочие с закатанными рукавами и в плоских кепках сжимали в руках кувалды и монтировки, а за ними шествовали несколько рядов конторских служащих, вооружённых степлерами и стульями.

Вёл их, взметнув в воздух богато украшенный меч, знакомый нам мужчина в столь же знакомой мантии с капюшоном.

Заметив нас, он поднял руку, останавливая продвижение армии, что и было исполнено спустя несколько ярдов жуткой давки и глухой ругани.

— Здравие, — поздоровался Жуас.

— Приветик, — поздоровалась миссис Жуас.

— Барон Жуас, — вопросил король Лоледы. — Присоединится ли Магическое Сопротивление к нашей борьбе супротив захватчика?

— Мы в вашем распоряжении, ваше величество, — отвечал Жуас.

Король внезапно углядел в нашей компании чёрные костюмы мистера Замечательного и Бауга.
— Не зови меня величеством! — тут же воскликнул он. — Я никакой не король! Я вообще другой человек!

— Но у вас в руках королевский меч, — заметила Мерил.

— Правильно. — Он кашлянул и торопливо спрятал оружие под плащом, безуспешно пытаясь проделать это незаметно. — Это... Потому что.... Король дал мне его! Ведь. Я. Его... стоматолог!

Один из портовых рабочих похлопал его по плечу.
— Ты вроде сказал, что был королём?
— А это важно? — огрызнулся король.

— Э-э, ну мы вообще-то поэтому за тобой и пошли...

— Молчать, глупый крестьянишка, — выдавил король сквозь сжатые зубы. Крестьяне сочли это за положительный ответ.

— Вы в курсе, что происходит? — спросил Жуас, после того как ряды нашей жалкой армии влились в их шествие и продолжили путь чёрт-его-знает-куда. Бауг и мистер Замечательный пристроились позади, заложив руки за спину.

— Я был во дворце, — плохо замаскированный король бросил нервный взгляд на заинтересованно слушающего мистера Замечательного. — Как и положено королевскому стоматологу. Они промаршировали прямиком во двор и начали метать в стены зажигательные снаряды из некоего рода катапульты.

— Требушета, — поправил его я, но он проигнорировал моё замечание.

— Я выслал... из дворца выслали стражу, чтобы отбросить их, но большая часть стражи уже сбежала. Они уже многие годы выполняли лишь церемониальную роль; мы уже и владеть оружием их не учим давно. Ну я имел в виду, что король их не учит.

— Мы так и поняли, — невозмутимо поддакнул Жуас.

— Мне пришлось по-тихому улизнуть. Едва хватило времени, чтобы взя... позаимствовать королевский меч. Со дворцом уже ничего не поделать, да и неважно это. До тех пор, пока у меня этот меч, у народа будет символ, за которым можно следовать, и вдохновляться на борьбу, и отдавать жизни за свой город. — Один из вдохновлённых крестьян позади закашлялся. — Но перед уходом я успел увидеть командира захватчиков. Они разбили свой штаб на главной площади.

— Их лидер, — уточнил Жуас. — Это был священник?

— Ага. Он был похож на приходского священника. Парящий такой парень, видать, с ходьбой пешком у него какие-то проблемы. Как ты узнал?

— Главная сила Магического Сопротивления — это обширная разведывательная сеть.

Миссис Жуас закатила глаза, а сам барон одарил меня таким взглядом, который даже после порции отбеливателя был бы более чем просто «грязным». Подметив это, король также воззрился на меня в наигранно-покровительственной манере королевской персоны, обращающейся к простому смертному.

— О, привет ещё раз, — поздоровался он, борясь с желанием узнать, что же я такого сделал и понравилось ли мне. — Помнишь меня? Это я был тем таинственным незнакомцем, что принёс тебе ключ от камеры.

— Ага, мы и до этого встречались, в тронном зале. — Он попытался рассмеяться, но вышло у него натянуто. — Ха-ха, это навряд ли. — Он бросил в мою сторону грозный взгляд и вернулся к обычному напыщенному облику. — Могу я предположить, что вы встречали сего священника ранее?

— Он пытался сжечь нас ещё в Гаретии. Его похитили Стиратели, и он съехал с катушек. Это если вкратце.

— Этот человек прислуживал ему?

Я проследовал взглядом за его кивком. По улице к нам неторопливо бежал знакомый силуэт.
— Это Бенджамин. С ним у нас тоже связана пара «горячих» ситуаций, хотя всё было немного по-другому.

— Всем привет, — помахал рукой Бенджамин. Жуас поднял руку, останавливая армию и та, к негодованию короля, тут же подчинилась. Бенджамин застыл перед нами и всплеснул руками. Даже если ему и было неуютно под взглядами вооружённой толпы, то он и виду не подал.

— Я тут бегаю по окрестностям, передаю сообщения всем армиям сопротивления, — начал он. — ГОСПОДЬ желает, дабы вы собрались на главной площади у дворца. Приводите столь много подкреплений сколько пожелаете, но мы надеемся разрешить ситуацию, не уничтожая вас всех до единого. Приемлемые условия?

Жуасы с королём — самопровозглашённые генералы нашей армии — недоуменно переглянулись.
— Посовещаемся?

— Переговоры уничтожат все наши шансы на внезапную атаку, — задумался Жуас, снова потирая скулу. — Но также они дадут нам возможность оценить силы противника, или даже убить их лидера, если тот будет поблизости и плохо охраняем.

Король восторженно щёлкнул пальцами.
— Грязные трюки. Я знал, что вас следует держать при себе. А меня они учили лишь благородной тактике битвы, как по мне, так совершенно идиотской.

— Интересные у вас предметы на курсе стоматологов, — возник откуда-то сзади мистер Замечательный.

— Борьба... с зубным налётом бывает весьма яростной, ясно?

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/31724/110046

Переводчики: Alex_ReD, KotBasil