Готовый перевод The EDGE Chronicles: The Immortals / Воздушные Пираты/Хроники Края: Бессмертные: Great Glade Chapter Fourteen; Глава Четырнадцатая

Двумя днями ранее, Нат и чистильщик Слип покинули добывающий лагерь в рассветный час на борту фраксобаржи, попутно успев обрушить блокгауз и забрать прибыль, добытую нечестным трудом шахтным сержантом. Возбуждение, овладевшее друзьями в тот момент, долго не продлилось. Как только баржа взлетела в высь к начавшемуся утреннему туману, это чувство исчезло, и появилось какое-то унылое, грызущее беспокойство.

Стоя рядом с чистильщиком на палубе небольшой баржи, Нат с горечью осознал, что Слип, глядя ему в лицо, ожидает от него подбадривания. Но что он должен сказать? Его отец был мертв, лучший друг убит, и теперь им пришлось покинуть место, что он когда-то называл своим домом из-за того, что шахтный сержант Гринт Граэль и его прихвостни шли по их следу. Теперь они были брошены на произвол судьбы в опасный и жестокий мире, и Нат, как и напуганный гоблин, чувствовал себя маленьким и беззащитным.

Мальчик заставил себя улыбнуться. — Мы находимся на пороге приключений, — сказал он чистильщику рядом, стараясь говорить как можно убедительнее. — Чудесных приключений!

Как только минуло утро, с запада налетели густые облака. Нат перегнулся через балюстраду, пытаясь ухватить спиралевидные колечки тумана, которые тут же обернулись вокруг его руки, и выдернул руку. Он вдохнул чистый влажный воздух, пропитанный запахом мокрой листвы, что простиралась от леса под ними. Внезапно, откуда-то из серости раздался громкий гудок. Фраксобаржа ответила высоким и пронзительным свистом и взлетела вверх. Мгновение спустя, Нат и Слип увидели за облаками грандиозный силуэт небесной таверны, неподвижно парившей перед ними.

Фраксобаржа немного поднялась вверх, поближе. Облака поредели. Громкий звук парового клаксона небесной таверны раздался вновь.

Каждую неделю "Гриф Мертвая Хватка" прибывает в одно и то же место Дремучих Лесов — в точку, от которой по мнению корабельного механика, более или менее равное расстояние от всех шахтных частоколов. Могучее судно неподвижно зависает в воздухе на полдня, ожидая прибытия фраксобаржи, с которой на него выгрузят ящики с драгоценным грозофраксом.

Поскольку облака рассеялись, Нат увидел, что они прибыли не первыми. Полдюжины фраксобарж уже было пришвартовано к воздушному гиганту, с каждой из которых на носовую часть судна были перекинуты трапы. Каждая досочка на этих сходнях подпрыгивала вверх и вниз — это команды носильщиков и погрузчиков с согнутыми спинами отгружали драгоценные ящики с барж на таверну.

Фраксобаржа наих друзей замедлилась — они начали швартоваться под неусыпным надзором капитана баржи. Как только они оказались рядом с бортом огромной таверны, был скинут и закреплен трап. Нат и Слип отошли в сторону, чтобы пропустить команду к задней части судна.

Первый из тяжелых ящиков с грозофраксом, перевязанный веревками для устойчивости и поднятый из освещенного лампами трюма, был доставлен на таверну. Со скрипом лебедок и громкими криками с соседнего судна из подпалубных помещений появился и оказался на воздухе ящик. Тут же, его перехватило несколько рук, и аккуратно поставили на палубу баржи, где он был рязвязан, а затем перенесен носильщиками и погрузчиками по трапу к закованному в броню носу небесной таверны. Нат схватил рюкзак, в котором находилась световая коробка и его шкатулка воспоминаний.

— Пойдем, Слип, — обратился он к гоблину. — Теперь и нам пора сойти.

Друзья собрали свои вещи и взошли на лестницу, ведущую на верхнюю палубу. Нат поблагодарил капитана баржи за хороший перелет, но старый клыкастый гоблин контролировал отгрузку и был слишком занят, чтобы заметить юношу с короткими черными волосами и его кривоногого спутника, которые следовали за носильщиками по направлению к небесной таверне. Нат сосредоточился на сохранении равновесия, пытаясь не смотреть вниз.

— Добро пожаловать на борт "Грифа Мертвой Хватки", — раздался мягкий, слегка свистящий голос.

Едва Нат ступил с сомнительных досок на обширную палубу, как натолкнулся на высокую модно одетую фигуру, преграждавшую им путь. Мускулистый гоблин — молотоголовый, судя по всему, но без отличительных татуировок и золотых колец на ушах и шее, которые когда-то выделяли этот воинственный клан от других, смотрел на них свысока — то на одного, то на другого. Он поправил плетеные манжеты и откашлялся.

— Я так понимаю, вы путешественники? — спросил он. — Не носильщики и не погрузчики?

— Верно, — кивнул Нат. — Нам нужно до Великой Равнины. Сколько это будет стоить?

— По-разному, — ответил молотоголовый, посопев носом. — Гранд каюта, в комплект которой входят кровать из отстойного дерева, купальный котел и дневное и ночное обслуживание, вам обойдется в тысячу равников.

— Тысячу, — повторил мальчик, нащупывая банкноты в своем кармане.

— С каждого, — добавил молотоголовый. — Но к сожалению, они все заняты.

— Какая жалость, — облегченно вздохнул Нат.

— Цены на другие каюты варьируются в зависимости от необходимой комфортабельности — кровать или раскладушка, размер каютного окна... И такого рода вещей. Цены, начиная от пятидесяти до пятисот равников.

— С каждого, — произнес Нат.

— С каждого, — подтвердил гоблин коротким кивком головы.

Нат пересчитал банкноты. Он поглядел на Слипа, который терпеливо ожидал его рядом. Мальчик понял, что его собственные щеки начали краснеть под пристальным взглядом молотоголова.
— А есть еще дешевле? — спросил мальчик.

— Еще дешевле, чем на нижних палубах? — поинтересовался гоблин. Он всосал воздух сквозь щель между своими заостренными зубами. Было понятно, что он не собирается долго задерживаться возле этих двоих. — Только низы, — отрезал он, его слова были отрывистыми и шипящими. — Но я вам не советую. Все, что вы получаете — это гамак и грубую толпу в придачу.

— Звучит неплохо, — невозмутимо сказал Нат. — Что думаешь, Слип?

— Гамак? Для Слипа-чистильщика? — спросил серый гоблин и усмехнулся. — Домой из дома — вот, что думает Слип.

— Значит решено, — подытожил Нат и обратился к молотоголову. — Два в низах.

— Это десять равников, — доложил молотоголовый. Он нахмурился. — Все вместе.

Нат вынул пачку денег из кармана и отсчитал купюры. Он вручил их молотоголову, а остальные — ничтожные двенадцать равников — отправил назад в карман. Гоблин взял деньги и без лишних слов передал им два талона из лафового дерева.

Мальчик с любопытством оглядел их. На одной стороне, вырезанная на лаковой древесине, расположилась надпись "Гриф Мертвая Хватка", а на другой было изображено это огромное судно в разрезе, с помеченной точкой областью в самом низу его кормового корпуса.

— Перевозите фраксооружие? — молотоголовый кивнул головой в сторону вещмешка Слипа и рюкзака Ната. — Фраксооружие запрещается к провозу на любом небесном корабле из соображений безопасности.

Они синхронно отрицательно покачали головами и развернули свое имущество, показав его изнутри.

— Нет фраксооружия, — удостоверился молотоголовый, окинув их вещи беглым взглядом, затем обратился к друзьям. — Низы там... — Он указал им на ноги и отвернулся.

Молотоголового гоблина больше не интересовали какие-то там мелкие пятиравниковые шахтеры. Вместо этого, он обратил свое внимание на молодую пару четверлингов, что сошли с борта частной рейсовой фраксобаржи. Он отметил их изящно отделанные одежды, модные колпаковидные шляпы и резные трости из черного дерева, а также их дорогой и обширный багаж, который несли несколько здоровенных слуг-дрыготроллей, одетых в соответствующие пальто.

Молотоголовый гоблин с обворожительной улыбкой поклонился и прижал друг к другу свои мягкие пальцы. — Добро пожаловать, — лебезил он слащавым голосом, склонив голову на одну сторону. — Добро пожаловать на борт "Грифа Мертвой Хватки".

Сжимая свои пропуска, Нат и Слип прошли сквозь арочный проем позади молотоголового и остановились. Их глаза расширились. Перед ними раскинулась огромная отполированная палуба с ярко освещенными коридорами и лестницами, что вели к каждой части небесной таверны. Каждый дверной проем и оконная рама, каждая колонна и подпорка были украшены запутанным узором из переплетенных листьев. Будто бы сама древесина возвращалась к деревьям, из которых она когда-то была добыта. На концах всех перекладин на позолоченных крючках свисало по фонарю, в то время как, мерцая на свету ниже, раскачивающиеся на концах тонких цепей, расположились стулья из отстойного дерева — на каждом из которых лежали шикарные подушки.

Некоторые из них были заняты. Дородный хохлатый гоблин был погружен в разговор с тремя хихикающими матронами-крохгоблиншами. Пожилой четверлинг с заплетенной белой бородой и бакенбардами потягивал с закрытыми глазами напиток из кубка формы древесной лилии. Чуть подальше находился длинноногий кучкогном, медленно водивший костлявым пальцем по пергаменту, который из-за своей длины свисал ниже его колен...

— Каюты и апартаменты расположены в верхней части главной лестницы, сэр, мадам, — раздался угодливый голос молотоголового.

Нат и Слип повернулись, чтобы увидеть как пара четверлингов, держась под руки, неспеша шли в их сторону. Позади, пытаясь поспеть за своими хозяевами, отягощенные багажом — небесными сундуками, коробками для шляп, шкатулками и чемоданами — бежали два дрыготролля. Они мельком глянули на друзей, и продолжили свой путь к лежащей справа от них широкой лестнице с ковром кроваво-красного цвета и золотыми перилами.

Друзья прошли по лестнице, что была слева, затем по еще одной и еще одной... Они спускались в пещероподобный корпус великого воздушного корабля все глубже и глубже. С каждой последующей палубой, что они проходили, вокруг становилось все темнее и теснее. Единственной лампы, которая мерцала в центре самой низкой палубы едва хватало на то, чтобы видеть хоть что-то.

Нат остановился и заглянул в одну из трех открытых кают. Внутри находилось три двухъярусных кровати, каждая из которых была занята или гоблином, или троллем с их имуществом. Раздавалась болтовня, а в воздухе витали запахи масла тильдера и немытых тел.

— Чё ты пялишься? — раздался грубый голос иссохшегося пестрого гоблина. Он вытянул грязные руки и захлопнул дверь.

Слип и Нат продолжили спуск по лестнице, которая скрипела под их ногами. Учитывая состояние кают, Нат начал задаваться вопросом: что во имя Неба будет из себя представлять гамак за пять равников? Когда они достигли основания лестницы, мальчик вновь остановился.

Он обратился к Слипу: — Ничего не напоминает?

Чистильщик просиял от счастья. — Точно как Санктафраксов Лес! — воскликнул гоблин. — Только не такой большой!

Словно низкая горизонтальная шахта, низы "Грифа Мертвой Хватки" без каютных отверстий, а потому постоянно погруженные во мрак, со спертым воздухом, уходили насколько хватало взгляда во тьму. Они представляли из себя целый лес перекладин и вертикальных подпорок, на которых рядами были натянуты гамаки. Кого тут только не было! Старые голубоглазые фраксотронутые шахтеры; татуированные гоблины-охотники, покрытые шкурами животных; глыботроги-точильщики ножей и хитрые, с бегающими глазками, личности в сальных пальто и поношенных шляпах.

— А как насчет тех? — спросил Слип.

Нат повернулся туда, куда указывал серый гоблин и увидел пару брошенных гамаков между распоркой и внешним корпусом, через маленькую щелочку в котором сюда проникал столь необходимый свежий воздух.

— Прекрасно, Слип, — похвалил его мальчик и хлопнул по плечам. — Ну молодец!

Наконец уложившись, Нат откинулся в гамаке. Все вокруг них загрохотало и задрожало, поскольку далеко вверху облачные пилоты на выступающем фраксокотле отрегулировали плавучие пруты и охлаждающие пластины и сдвинули огромный полетный рычаг из положения "зависания" в положение "вперед". Со слабым покачиванием и резким креном могучая небесная таверна сдвинулась с места.

Друзья задремали. Наконец...

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/31728/160246

Переводчики: jjjrrr